Читать онлайн Постой, любимая, автора - Лэйтон Эдит, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Постой, любимая - Лэйтон Эдит бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.38 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Постой, любимая - Лэйтон Эдит - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Постой, любимая - Лэйтон Эдит - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лэйтон Эдит

Постой, любимая

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

Эймиас влюбился в Корнуолл с первого взгляда. Верхом на лошади он ехал вдоль побережья и, куда бы ни поворачивал, повсюду открывались виды, приводившие его в восхищение. Это началось, как только он пересек Тамар и въехал в Корнуолл. И даже раньше. Эймиас был уверен, что предчувствовал этот момент еще до того, как увидел полуостров на карте. Он останавливался в придорожных гостиницах и фермерских домах, а порой спал на сеновалах. Но где бы он ни ночевал, с удобствами или без оных, на сердце у него было легко. Он был по-настоящему очарован.
Высокие зазубренные скалы, пологие зеленые холмы, скалистые обрывистые берега и песчаные пляжи, неожиданно открывающиеся взору путешественника, — все, что видел его глаз, находило отклик в душе Эймиаса. Если уж ему довелось где-то родиться, это было самое подходящее место. И не только потому, что между ним и белокурыми местными жителями имелось несомненное сходство, но и потому, что он ощущал эту землю в своих костях.
Во всяком случае, он на это надеялся.
— Глупо, конечно, думать, будто моя мать отсюда родом, — сказал Эймиас, обращаясь к викарию Сент-Эджита, как обращался к множеству его собратьев после прибытия в Корнуолл. — Но если это и глупость, то вполне безобидная, — добавил он с обаятельной улыбкой. — Просто это то место, где мне хотелось бы иметь родню.
— Это чрезвычайно лестно для нас, мистер Сент-Айвз, — отозвался викарий. — Надеюсь, так оно и есть. Но мне нужно знать ее девичью фамилию, чтобы найти запись в церковной книге. Если она родилась в другом месте, то самое большее, на что мы можем рассчитывать, — это найти хоть какое-то упоминание о ней. Хотя, признаться, я не припомню, чтобы видел имя Сент-Айвз. Вы уверены, что она сочеталась браком не здесь?
— Абсолютно, — честно ответил Эймиас и продолжил, предвосхищая дальнейшие расспросы. — Печально, но я не знал собственного отца, а моя мать умерла совсем молодой. Ни тот, ни другая не имели больших семей. Сестра моего отца, взявшая на себя заботу о сироте, никогда не упоминала девичьей фамилии моей матери. Остается только сожалеть, что моя дорогая тетушка скончалась раньше, чем я стал достаточно взрослым, чтобы интересоваться своими корнями.
Ложь давалась ему легко. Это было испытанное средство, к которому он прибегал и раньше. Эймиас повторял свою историю священникам, хозяевам гостиниц и людям, которых встречал на дорогах после своего прибытия в Корнуолл. Хотя по мере продвижения в глубь полуострова он все чаще слышал вокруг себя непонятное наречие, местные жители были достаточно вежливы, чтобы говорить по-английски с незнакомцем. Несмотря на сильный акцент, Эймиас вскоре научился понимать их речь. У него были способности к языкам, и, располагая временем, он мог быстро освоить большинство диалектов. Здешний своим певучим звучанием напоминал ирландский. Что же касалось священников и владельцев гостиниц, они обычно владели как английским языком, так и местными наречиями.
— Но разве нельзя поискать Эймиасов в регистрационной книге? — не отставал он от старого викария. — А может, вы слышали о каком-нибудь Эймиасе от прихожан? Это не слишком распространенное имя.
Старик покачал головой:
— В том-то все дело. Я обратил бы на него внимание. Записи ведутся с 1560 года. Полагаю, я мог бы просмотреть их снова. Но я почти уверен, что слышал это имя только в старинной балладе. Увы. — Он печально улыбнулся. — Похоже на балладу, вы не находите? Увы, мой Эймиас, увы.
Они в задумчивости помолчали. День стоял погожий, теплый ветерок раскачивал алые головки маков, покрывавших склоны холмов, и ерошил золотистые волосы Эймиаса. Несмотря на обилие цветущих растений, в воздухе пахло морем, которое виднелось в отдалении, мерцая на солнце серебристо-голубыми бликами. Церковный двор, где они стояли, был заполнен могильными камнями, потемневшими от времени и посеченными ветрами, постоянно дувшими с моря.
— Поистине, увы, — произнес Эймиас с удрученной улыбкой. — Прелестная деревенька. Я был бы рад, если бы мои корни происходили отсюда. Что ж, в таком случае мне ничего не остается, как двинуться дальше. Доберусь до Сент-Майклз-Маунт, а оттуда поверну назад, в Лондон, вдоль северного побережья. Хорошо бы побывать в глубине полуострова, если получится, но я чувствую, что принадлежу этим местам. Это ощущение у меня в крови… глупо, не правда ли?
— Нет-нет, — заверил его викарий. — Вполне возможно, что так оно и есть. Я искренне желаю, чтобы ваши поиски увенчались успехом. Вы нашли, где остановиться на ночь?
— Я подумывал о гостинице в вашей деревне, — сказал Эймиас. — Вы рекомендуете остановиться там?
— От всей души, — с жаром отозвался викарий, довольный, что может хоть чем-то посодействовать приятному незнакомцу. — Возможно, в другом месте найдется больше современных удобств, но в «Веселом угре» идеальная чистота, а хозяйка — великолепная кухарка. Все местные мужчины проводят там вечера. Не исключено, что они смогут помочь вам в ваших поисках. В основном это простые рыбаки, но они обитают здесь на протяжении многих поколений и имеют знакомых на всем побережье.
— Отличная мысль, — признал Эймиас, отвесив поклон. — Благодарю вас, вы мне очень помогли.
— Ну что вы, я не сделал ничего особенного, — запротестовал викарий. — Не хотите заглянуть ко мне на рюмочку шерри? Дело идет к вечеру.
— Спасибо, но, думаю, мне следует поспешить, чтобы обеспечить себе ночлег, прежде чем стемнеет.
Старик рассмеялся:
— Если вы опасаетесь, что другие путешественники опередят вас, то напрасно. Нынче здесь не самое оживленное место. Времена меняются. Море меняет берега, а люди — свои пути-дороги. Я прожил здесь не одно десятилетие и ни разу не видел, чтобы гостиница была полна, хотя слышал, что в лучшие годы здесь было непросто снять комнату. Но те времена давно прошли. Нынче корабли заходят в другие порты, а туристы нашли другие достопримечательности. Путешественники, направляющиеся в Сент-Майклз-Маунт, останавливаются теперь в Сент-Мозе или следуют прямиком на побережье, где достаточно гостиниц, чтобы передохнуть, прежде чем двинуться дальше. Боюсь, мы забытая деревушка.
— Тем лучше, — заметил Эймиас. — Вам следует радоваться тишине и покою.
— О, вы так рассуждаете, потому что прибыли из Лондона и здешняя тишина вам в новинку. Немногие из приезжих ценят подобные вещи. Но боюсь, у нас здесь слишком тихо по нынешним временам.
— Только не для меня, — возразил Эймиас и продолжил, словно эта мысль только что пришла ему в голову: — Пожалуй, мне и в самом деле стоит задержаться здесь и пообщаться с местными жителями, вот только… — Он поколебался. — Я заметил, что люди в этих краях не слишком жалуют незнакомцев. — Он поднял затянутую в перчатку руку, останавливая возражения викария. — Я понимаю, что побережье Корнуолла имеет определенную репутацию и таможенники способны на любые уловки, лишь бы вытянуть информацию из ничего не подозревающих людей. Но мне ничего не нужно, кроме сведений о моей пропавшей семье. За меня может поручиться граф Эгремонт, мой приемный отец, — добавил Эймиас после короткой паузы. — Уверяю вас, я не имею никакого отношения к правительству, не считая уплаты налогов.

Кстати, о налогах… Ни на одной бутылке в моих погребах нет штампа таможни. Как и большинство лондонцев, я никогда не интересовался, где мой поставщик берет прекрасное французское вино. Он присылает счет, я оплачиваю его. Если это контрабанда, я так же виновен, как и те, кто доставляет вино в обход таможни. — Поражаясь, что способен нести подобную чушь с самым серьезным видом, Эймиас поспешил продолжить: — А если это преступление, то тюрьма должна быть забита респектабельными господами, включая меня. Мой интерес к здешним краям связан исключительно с прошлым. Но как мне убедить в этом местный люд? Чертовски неприятно обедать в каменном молчании, когда каждый норовит повернуться к тебе спиной. Это не раз случалось, можете мне поверить.

— Да, такое вполне возможно, — вздохнул викарий. — Вы правы. Здешний народ не слишком дружелюбен. Возможно, поэтому у нас так мало приезжих. А что касается контрабанды, то эти времена давно прошли, — поспешно добавил он, оглядываясь по сторонам, словно их кто-то мог услышать, кроме птиц, щебетавших в ветвях деревьев. — Наши мужчины зарабатывают на жизнь рыболовством или фермерством. Но порой, когда рыба не ловится или скверная погода губит урожай, нужда заставляет… — Викарий замолчал, глубоко задумавшись. — А ведь путешественники приносят пользу, — произнес он, размышляя вслух. — Достаточно взглянуть на те места, куда они тянутся толпами. Торговля процветает. Все идет нарасхват, даже раковины и поделки из прибитого к берегу дерева, расписанные названиями городов! Я видел это собственными глазами…
Он бросил оценивающий взгляд на своего собеседника. В касторовой шляпе, облегающем сюртуке, белоснежном галстуке, лайковых перчатках, бриджах из буйволовой кожи и сверкающих сапогах для верховой езды, Эймиас являл собой образчик состоятельного молодого джентльмена. Он стоял, слегка расставив ноги и придерживая локтем трость с золотым набалдашником. Его одежда ничуть не пострадала от многочасовой езды верхом. Даже шкура его лошади сияла здоровым блеском.
— Пожалуй, мне следует послать записку в гостиницу, — сказал викарий, приняв решение, — и поговорить с прихожанами. Я имею некоторое влияние в здешних местах, хотя и редко использую его в делах, не касающихся морали. Впрочем, это как раз такой случай, — пробормотал он, снова обращаясь к себе. — Господь велит нам привечать странников. Ну, а если это поспособствует процветанию деревни, тем лучше. Так я им и скажу. — Он посмотрел на Эймиаса и решительно продолжил: — Не беспокойтесь, мистер Сент-Айвз. Сегодня вечером вам не придется скучать в одиночестве.
Вечером в «Веселом угре» было тесно от местных мужчин, набившихся в общий зал гостиницы. Некоторые явились с подружками. Это были суровые, грубоватые люди, с обветренными загорелыми лицами. 6т жизни на море их кожа задубела и стала почти такой же темной и изрезанной линиями, как древняя стойка бара красного дерева. Их речь была соленой, как ветерок, залетавший через двери и окна, распахнутые настежь, чтобы дать выход дыму от торфяного пламени в очаге.
Джентльмен из Лондона смотрелся на их фоне как белая ворона. Эймиас не только выделялся из толпы, его явно сторонились. Хотя в воздухе висел гул голосов, мало кто счел нужным ответить на его вопросы. Как выяснилось, никто никогда не слышал о его тезке, зато практически каждый мог напеть несколько куплетов старинной баллады. Было очевидно, что, несмотря на распоряжение викария, немногие верили, что он не подослан властями и не имеет корыстных мотивов. Эймиас не мог их винить, понимая, что выглядит как заезжий помещик среди крестьян. Будь он одним из них, то и сам бы не доверился такому, как он.
Эймиас был недоволен собой. Оденься он попроще, то чувствовал бы себя лучше. Пожалуй, стоит переодеться, когда он двинется дальше, чтобы явиться в следующую деревню в менее подозрительном виде. Он размышлял о том, сколько ему еще торчать здесь, прежде чем отправиться на покой, когда к нему обратились с более утонченной речью, чем те, что он слышал до сих пор.
— Мистер Сент-Айвз, — произнес душевный голос, — позвольте представиться. Хьюго Тремеллин, к вашим услугам.
Подняв голову, Эймиас увидел плотного темноволосого мужчину средних лет. Широкий в плечах и груди, с приятным загорелым лицом, он был одет как сельский джентльмен: в свободную куртку и бриджи, с пестрым платком, повязанным вокруг шеи.
— Викарий прислал мне записку с просьбой оказать вам любезный прием. Он также заверил меня, что вы не склонны причинять нам неприятности, — продолжил Тремеллин звучным басом. — Я пришел, чтобы познакомиться с вами. — Он протянул широкую мозолистую ладонь, и они обменялись рукопожатием. Затем новый знакомый отступил на шаг, оглядел Эймиаса с макушки до кончиков сапог и улыбнулся, обнажив крепкие белые зубы. — Он также сообщил нам о вашем деле. Лично я никогда не встречал человека по имени Эймиас. Но моя флотилия ловит рыбу в прибрежных водах отсюда до Ньюквея, а мои парни бывают во всех портах. Я с удовольствием наведу для вас справки.
Эймиас улыбнулся в ответ и подавил вздох. Придется теперь придумывать оправдания для поспешного отъезда. Он не намерен болтаться здесь, ожидая известий от местного сквайра — или кто там этот субъект. Пора отправляться дальше.
— Вообще-то я слышал это имя, — добавил Тремеллин, задумчиво нахмурившись, — но, хоть убей, не могу вспомнить, при каких обстоятельствах.
Эймиас резко выпрямился.
— Знаете что! — оживленно воскликнул его новый знакомый. — Почему бы вам не заглянуть ко мне завтра на ленч? У меня будет время подумать до утра, и мы все обсудим.
— Вы очень добры, — сказал Эймиас.
— Вот и отлично, — с удовлетворением отметил Тремеллин. — Жду вас к двум часам. Поедете по дороге, ведущей к морю. Через две мили увидите каменную сторожку, сохранившуюся с прежних времен. Как доберетесь до нее, сворачивайте вправо, на проселочную дорогу. Наш дом стоит на холме. Большое каменное строение, и ничего вокруг, только небо над головой и море внизу. Найдете?
Эймиас кивнул.
— Значит, в два, — улыбнулся Тремеллин. — А теперь мне пора, а то мои девчонки изведутся, гадая, почему я задержался. У меня очаровательная дочь. Вообще-то у меня в доме две очаровательные девушки, которые будут рады познакомиться с вами, — добавил он, подмигнув. — Видите ли, здесь не часто увидишь новое лицо.
Эймиас натянуто улыбнулся, подавив стон. Две очаровательные девицы! Он знал, что это значит, с точки зрения отца. Парочка жеманниц, способных только глупо хихикать. Ладно, ему приходилось попадать и в худшие ситуации.
— Благодарю вас, — любезно отозвался он. — Я непременно буду. — «И уйду при первой же возможности», — добавил он про себя.
Выехав из гостиницы на следующее утро, Эймиас не питал особых надежд относительно предстоящего визита, но даже этот факт не омрачил его настроения. Подставив лицо солнечным лучам, он миновал старую каменную сторожку и помедлил, любуясь простиравшимся перед ним видом. На горизонте мерцала бескрайняя морская гладь, в небе парили редкие облачка, а воздух так благоухал, что Эймиас принялся напевать себе под нос. Две незамужние девицы не слишком волновали его, невзирая на то, какими провинциальными, уродливыми или глупыми они могли оказаться.
Дом Тремеллина выглядел впечатляюще, хотя Эймиасу приходилось видеть куда более величественные сооружения. Построенный из серого камня, он высился на холме, доминируя над окрестностями. Это был дом состоятельного человека, но не аристократа, и Эймиас расслабился. Он знал, как вести себя в знатных домах, но понимал, что в этом доме ему будет комфортнее. При условии, конечно, что хозяйские дочки не станут досаждать ему своим вниманием. Ясно, что заботливый отец пригласил его ради них. Проблема в том, как, оставаясь вежливым, не пробудить в девицах напрасные надежды.
Эймиас умел обращаться с женщинами. Он мог ухаживать за герцогинями и заигрывать с девицами из низов и делал это с одинаковым успехом. Но он никогда бы не рискнул задержать взгляд на дочери добропорядочного джентльмена, справедливо опасаясь, что окажется у алтаря под дулом пистолета в руках будущего тестя.
Когда Эймиас приблизился к дому, навстречу с громким лаем кинулась свора собак. Работавший в саду старик свистнул, отзывая псов. Приподняв в знак приветствия потрепанную шляпу, он поспешил к конюшне, располагавшейся за домом. Спустя минуту оттуда выскочил паренек и подхватил лошадь гостя под уздцы. Эймиас с любопытством огляделся. Прислуга в таком уединенном месте? У Тремеллина явно водились деньжата. Интересно, откуда? Едва ли от рыболовецкой флотилии. Куда вероятнее, что хозяин разбогател на контрабанде.
Опрятная горничная, встретившая Эймиаса на пороге, приняла у него шляпу и проводила в залитую солнцем гостиную, где его ждал Тремеллин и молодая женщина. Эймиас снова приятно удивился.
Он ожидал увидеть помещение, заставленное полукустарной мебелью, украшенное поделками из ракушек и, возможно, несколькими картинами на беленых стенах. Вместо этого он оказался в элегантной комнате, не уступавшей любой лондонской гостиной. Изящные кресла и диваны сверкали позолотой. Полы покрывали заморские ковры. На обтянутых узорными обоями стенах висели великолепные портреты, изображавшие знатных дам и господ из минувших эпох. Прикинув, сколько все это может стоить, Эймиас проникся еще большим уважением к хозяину дома. Портреты едва ли принадлежали предкам Тремеллина, если только тот не являлся потомком благородных фамилий на континенте. Это были настоящие произведения искусства.
Молодая женщина, поднявшаяся с кресла при его появлении, также оказалась настоящей леди, безупречной во всех отношениях.
— Добро пожаловать, мистер Сент-Айвз, — приветствовал его Тремеллин. — Позвольте представить вам мою дочь, Грейс.
Грейс Тремеллин присела в реверансе. Эймиас поклонился, не отрывая от нее взгляда. Девушка была темноволосой, как отец, но хрупкой и совсем юной. Возможно, слишком юной для него. Эймиасу исполнилось двадцать семь лет, так, по крайней мере, он считал. В любом случае он был уверен, что не перешагнул тридцатилетний рубеж, а девушка выглядела не старше семнадцати. Впрочем, в свете нередко выдают женщин замуж совсем юными — напомнил он себе — особенно когда они расцветают так рано, как эта. Грейс была одета в розовое платье и держалась с прирожденным изяществом. Она подняла на Эймиаса карие глаза, обрамленные длинными ресницами, и улыбнулась. На ее свежих щечках заиграли ямочки, и он вдруг обнаружил, что не сожалеет о своем визите к Тремеллину.
— Грейс, это тот джентльмен, который разыскивает свою семью, — сказал хозяин. — Прошу вас, садитесь, — обратился он к Эймиасу, указывая на кресло. — Я рассказал своим девочкам о вас, сэр, и они преисполнились сочувствием. Здесь, в Корнуолле, мы знаем, что такое семья. Тремеллины живут в этих краях с сотворения мира, и я могу поименно назвать всех своих предков.
Эймиас не мог удержаться от соблазна поймать Тремеллина на слове и не только потому, что люди, хваставшиеся своими семьями, всегда действовали ему на нервы. Опустившись в кресло, он улыбнулся, скрестил ноги и взглянул на портреты.
— Ваша родня, сэр? — поинтересовался он невинным тоном.
— Боже, нет! — рассмеялся Тремеллин. — У моей родни не было ни времени, ни желания позировать художникам, да и денег, чтобы платить за портреты. Они были слишком заняты тем, чтобы удержаться на плаву. Нет, я добился всего сам, мистер Сент-Айвз, и горжусь этим. У этой нарядной публики, — он указал большим пальцем на портреты, висевшие на стене, — имелось достаточно звонкой монеты, чтобы нанять известных художников. Но у их потомков не хватило ума, чтобы сохранить их в семье. В отличие от них я не намерен терять того, что нажил тяжким трудом. И если я трачу деньги, то только с выгодой. Что же касается картин, девочкам они нравятся, а значит, и мне.
— Мне тоже, — сказал Эймиас, проникаясь еще большим уважением к хозяину дома.
Грейс Тремеллин снова продемонстрировала ямочки на щеках.
— У вас такая романтичная история, мистер Сент-Айвз, — произнесла она еле слышно, заставив Эймиаса напрячь слух. — Подумать только! Пытаться найти свою родню по имени! Хотя имя действительно необычное. А имена, как известно, повторяются в семье. Между прочим, я слышала его раньше. От Уилла Пенхолла с «Голубой леди». Он как-то упомянул, что у них в команде есть человек с таким именем. Помнишь, папа?
Эймиас затаил дыхание.
— Пожалуй, — кивнул Тремеллин после короткого раздумья. — Но я не уверен. В любом случае это легко проверить. Сколько вы намерены оставаться в наших краях? — обратился он к Эймиасу.
Эймиас лихорадочно соображал. Грейс Тремеллин улыбалась ему, а ее отец взирал на него благосклонно. Он не был уверен, что Тремеллин помнит, кто упомянул его имя и упомянул ли вообще. Но дом выглядел очаровательно, у хозяина явно водились деньги, семья, хоть и не знатная, имела родословную, незыблемую и основательную, как гранитные скалы, на которых покоился, дом. Да и девушка оказалась прелестной. Могло быть и хуже.
— Пожалуй, мне стоит задержаться, чтобы узнать, как можно больше, — вымолвил он, наконец. — В конце концов, мое время принадлежит только мне.
— Вот как? — спросил Тремеллин с заинтересованным видом. — У вас нет работы, которая требует вашего возвращения?
Эймиас принял оскорбленный вид и ответил, копируя ленивые интонации аристократов:
— Разумеется, нет, сэр. За меня работают мои капиталовложения.
— Мудро, очень мудро, — закивал Тремеллин, а улыбка его дочери стала еще более лучезарной.
Эймиас улыбнулся в ответ. Почему бы и нет? Ему пришлось видеть более красивых, более умных и определенно более сексапильных женщин. Но он созрел для брака, а эта девушка очаровательна, хорошо воспитана и, судя по всему, богата. И потом, видит Бог, ему нравится это место!
— А, вот и ты! — воскликнул Тремеллин, бросив взгляд на дверной проем за спиной Эймиаса. — Сент-Айвз, это наша Эмбер. Эмбер, это джентльмен, о котором я вам рассказывал.
Эймиас повернул голову и, несмотря на весь свой благоприобретенный лоск и врожденную хитрость, не смог произнести ни одного разумного слова. Единственное, что он мог, — это таращиться на молодую женщину, стоявшую в дверях.
Если в Корнуолле он нашел все, что надеялся обрести на своей потерянной родине, Эмбер олицетворяла собой все, что он мечтал увидеть в женщине. Просто до сего мгновения Эймиас об этом не догадывался. Он медленно поднялся на ноги, слишком потрясенный, чтобы сделать что-либо еще, кроме как смотреть на незнакомку.
Она была слишком высокой для женщины, но идеально подходила ему по росту. Вьющиеся волосы, расцвеченные солнцем во все оттенки белокурого, были убраны назад, открывая лицо. И какое лицо! Солнце слегка разрумянило ее безупречную кожу, окрасив щеки в нежно-персиковый цвет. Чистые глаза были широко распахнуты, позволяя любоваться переменчивыми оттенками летнего моря. У нее был прямой нос и полные розовые губы. Роскошная фигура, с высокой грудью и тонкой талией, заставила его ощутить прилив вожделения. Поверх голубого платья, как он с запозданием отметил, был надет белый фартук. Эймиас бросил вопросительный взгляд на хозяина.
— Эмбер
type="note" l:href="#FbAutId_2">[2]
— это дар, принесенный нам морем, — сообщил тот, ласково глядя на девушку. — Ее нашли совсем крошкой на берегу после кораблекрушения. Признаться, мы добыли немало сокровищ таким способом, включая янтарь, о котором мне напомнили волосы малышки. Я принес ее домой, и с тех пор они с Грейс как сестры. Правда, теперь, когда Эмбер подросла, она настояла на том, чтобы взять на себя управление домом.
— И нашими жизнями, — добавила Грейс, хихикнув. Эмбер улыбнулась ей и снова перевела взгляд на Эймиаса.
— Я не знала даже своего имени, когда оказалась здесь, — сказала она. — Так что у меня нет ничего, чтобы приступить к поискам родных. Но я бы с радостью помогла вам найти вашу семью, мистер Сент-Айвз. — В ее улыбке светилось понимание. — Мне кажется, это вполне возможно. Здешние края таят много секретов.
— Спасибо, — коротко отозвался Эймиас, чувствуя себя обманутым. Найденыш, без имени и семьи, совсем как он! А ведь она именно то, что ему нужно. Тем хуже для него. Он должен жениться разумно, с выгодой для себя. Так что придется выбросить из головы все мысли об этой девушке. Он делал это раньше, сделает и сейчас. Мужчина, который следует велениям плоти, а не разума, просто дурак. Он бы не прожил так долго, если бы не научился владеть собой. В мире полно желанных женщин. От жены ему нужно нечто другое.
— Я пришла сказать, что ленч готов, — сообщила Эмбер.
Эймиас отвернулся от нее.
— Расскажите мне, пожалуйста, о том другом Эймиасе, — обратился он к дочери Тремеллина.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Постой, любимая - Лэйтон Эдит



Книга, замечательное продолжение первой части. Написана в том же стиле. Иногда бывает скучнова-то читать их размышления, но без этого не обходится ни один роман. Мне понравилось. Читайте!
Постой, любимая - Лэйтон ЭдитВиктория
4.06.2013, 7.50





К сожалению это не то , спасибо за помощь.и действия не в париже происходили на сколько я помню
Постой, любимая - Лэйтон Эдитлюбофь
18.02.2014, 19.31





любофь , попробуйте искать на www.women.ru или ledi.webnice.ru
Постой, любимая - Лэйтон Эдитольга
18.02.2014, 19.54








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100