Читать онлайн Как соблазнить невесту, автора - Лэйтон Эдит, Раздел - Глава 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Как соблазнить невесту - Лэйтон Эдит бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.25 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Как соблазнить невесту - Лэйтон Эдит - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Как соблазнить невесту - Лэйтон Эдит - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лэйтон Эдит

Как соблазнить невесту

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 10

Дейзи в последний раз посмотрела на себя в зеркало. Она собиралась после завтрака нанести следующий визит Джеффу и виконту и хотела выглядеть элегантно и легко одетой в это теплое летнее утро. Волосы были гладко зачесаны со лба на затылок и перетянуты лентой так, что их вьющиеся концы падали на плечи пышными локонами. Платье пестренькое – на желтом фоне розовые цветочки и мелкие зеленые листики. Зонтик подобран соответствующий, однако Дейзи, к своему сожалению, вынуждена была держать его в футляре. Она еще недостаточно усвоила манеры леди из высшего света и не умела обращаться с зонтиком так непринужденно, как это делали они, то раскрывая его над головой для защиты от солнца, то перекидывая за спину, то снова складывая и кокетливо им поигрывая. То же относилось и к умению изъясняться на особом языке движений, придуманных для веера, который Дейзи пока еще только готовилась усвоить.
Она взяла с подзеркальника пару желтых лайковых перчаток.
– Ничего лучшего я для себя придумать не могу, – обратилась она к Хелене. – Но давайте позавтракаем, я до смерти голодна.
Хелена вздохнула, но придержала язык. Леди не должна говорить, что она проголодалась, однако компаньонке не хотелось делать замечание Дейзи по столь незначительному поводу.
Дейзи все же заметила выражение ее лица.
– Я хочу сказать, – заговорила она, кокетливо сморщив носик и приложив ладонь ко лбу, – что, право же, страдаю от голода.
– Нет, – рассмеявшись, возразила Хелена. – Вы совершенно правильно высказались в первый раз, потому что говорили в манере, свойственной только вам.
– Ох, никогда я не стану светской леди, – призналась Дейзи, когда они обе направились к двери.
– Зато вас будут считать обаятельной, чистосердечной и живой, а это гораздо лучше.
Дейзи вдруг остановилась и, сдвинув брови, посмотрела на Хелену.
– Вы на самом деле полагаете, что они примут меня?
Хелене было незачем спрашивать, кто такие «они».
– Если граф примет, то они и подавно, – дипломатично ответила она.
– Хорошо, – произнесла Дейзи с явным облегчением. – Я могу измениться, но не слишком сильно. Скажем, настолько, чтобы это доставило радость мужчине.
На этот раз уже Хелена слегка нахмурилась, когда они обе спускались по лестнице. Но Дейзи этого не заметила, она думала только о том, чтобы поскорее спуститься в столовую, поесть и навестить Лиланда... и Джеффа, напомнила она себе.
– Идите прямо наверх, – предложил Джефф, когда приехали Дейзи и Хелена. – У меня посетитель, мой юрист, но дело у нас недолгое. Лиланд еще в спальне, но лишь потому, что он пока не в состоянии спуститься самостоятельно, а нести себя не позволяет.
– Я иду, – сказала Дейзи и вдруг увидела, что Хелена покраснела. Неужели у нее возникли новые возражения против того, чтобы они посетили больного джентльмена у него в спальне?
Но Хелена повернулась к графу.
– Прошу прощения, мне нужно на минутку удалиться, – сказала она, смутившись донельзя. – У вас есть туалетная комната?
Дейзи с трудом подавила смех. Да, что ни говори, а хорошее воспитание осложняет жизнь. Немногие из обитателей Порт-Джексона поняли бы, о чем толкует Хелена, они выражали просьбу о потребности в ночном горшке в самых простых словах. Но Дейзи заметила, как много чаю выпила за завтраком Хелена, а граф привык к вежливому обращению.
– Она вон там, дальше, – сказал он, указывая направление.
Хелена кивнула.
– Я скоро присоединюсь к вам, – сказала она Дейзи с самым несчастным выражением лица: ей явно не хотелось, чтобы хозяйка поднималась в спальню одна, и в то же время она понимала, что дожидаться внизу та не станет.
На этот раз дверь в комнату Лиланда была отворена, а сам он сидел в кресле у кровати. Поверх рубашки и брюк накинут халат. Лицо уже не такое бледное, как накануне. Глаза ясные в своей яркой голубизне, но Дейзи почудилось в них выражение боли.
– Вы только посмотрите на него! – заговорила она. – Уже встал с постели. Замечательно!
– Совершенно верно, – ответил Лиланд и, откинувшись на спинку кресла, прерывисто вздохнул, словно ему трудно было говорить. Он улыбнулся. – На кого стоит посмотреть, так это на вас! Надели сегодня одно из платьев от мадам Бертран. Очень мило, этот цвет вам идет. Садитесь, прошу вас. Если вы будете стоять, придется встать и мне.
Дейзи огляделась. Одно кресло стояло у окна, далеко отсюда. Второе – совсем рядом с его креслом. Слишком близко, подумалось ей, это как-то неловко. Но усесться по другую сторону кровати просто глупо! Придется не говорить, а кричать. Дейзи осторожно опустилась в кресло возле того, на котором расположился виконт. Он заметил ее колебания, а Дейзи поняла, что его это позабавило. Но Лиланд произнес самые обычные слова:
– Расскажите, что происходит там, в мире.
– Вы провели здесь всего несколько дней, – сказала Дейзи не без иронии. – И вы, я вижу, читаете газету. Вряд ли я знаю больше вашего о том, что творится в мире.
– Ах, вот вы о чем! Что ж, видимо, так оно и есть. И все же вам известно многое, о чем я хотел бы узнать. Например, что вы думаете обо мне теперь?
Дейзи прищурилась, но ничего не ответила, а Лиланд продолжал:
– Когда мы познакомились, вы сочли меня фатом и щеголем или даже кем-то похуже. Не отрицайте. – Он предупреждающе поднял ладонь и продолжал: – Но теперь, как вы относитесь ко мне теперь? Я спрашиваю потому, что вы держитесь очень настороженно. Но ведь вы понимаете, что я не причиню вам зла?
– Господи, конечно, я в этом не сомневаюсь! – воскликнула Дейзи. – Вы получили удар ножом в грудь, защищая меня.
Лиланд склонил голову набок.
– Любой джентльмен сделал бы то же самое. Скажите, что во мне отпугивает вас, Дейзи?
Надо же, какой откровенный разговор, с некоторым страхом подумала Дейзи. Откашлялась, чтобы чуть-чуть потянуть время, потом решилась ответить напрямую:
– Вы говорите со мной так игриво, милорд, словно флиртуете, а я в этом совершенно неопытна.
– Это вовсе не флирт, Дейзи, – мягко сказал он. – Я говорю то, что на самом деле думаю. Вы очень красивы, я вас хочу и думаю, что мог бы сделать вас счастливой. Но не бойтесь, ведь я джентльмен и никогда не совершу ничего против вашей воли. Это мое искреннее обещание, вполне серьезное.
– Что же вы собираетесь делать? – не подумав, спросила она, завороженная его мягким голосом и неподдельной нежностью. Потом зажмурилась и замотала головой. – Нет, нет, это глупый вопрос! – Дейзи вскочила с кресла. – Я догадалась, чего вы хотите!
– Прекрасно. Я надеялся на это, – усмехнулся Лиланд.
Дейзи не знала, то ли смеяться, то ли наброситься на виконта с бранью, но так и не успела принять решение.
– Какого дьявола вы встали с постели? – возмущенно проговорил граф, входя в комнату вместе с Хеленой. – Чем это вы занимаетесь?
– Выздоравливаю, – хмуро отвечал Лиланд. – Терроризирую Дейзи и пугаю вас. Проверяю, могу ли я двигаться. Черт побери, да я болен оттого, что лежу в постели. Это так и не иначе.
– Доктор предписал постельный режим, – напомнил граф.
– Доктор к тому же хотел вдосталь напоить пиявок моей кровью, устроить им пирушку за мой счет. И это после того, как он пустил мне кровь! Но я решил сохранить некоторое ее количество для собственных нужд. Поймите же, есть вещи, которыми я вправе распоряжаться сам. Вы знаете, что я в отличном состоянии и готов к любому озорству, – заключил он свою филиппику и улыбнулся Дейзи.
Она не могла не расцвести улыбкой в ответ. Темное, эротическое настроение исчезло. Перед ней снова был Лиланд Грант, легкомысленный аристократ.
– Я обещал врачу, – сказал граф, скрестив руки на груди.
– Очень хорошо, – ответил на это Лиланд отнюдь не любезным тоном. – Я сделаю это ради вашего удовольствия.
Он начал вставать с кресла и вдруг пошатнулся. Все кинулись к нему. Граф поддержал его с одной стороны, Хелена – другой, и они вдвоем помогли Лиланду сделать несколько шагов до кровати, лечь и опереться на подушки.
– Должен покаяться, – заговорил Лиланд, устроившись на подушках поудобнее и приложив ладонь к повязке у себя на груди. – Так мне гораздо лучше.
– Уместное признание, – сказал граф. – Вы хотите, чтобы мы ушли?
– Ни в коем случае! – горячо возразил Лиланд. – Я и в самом деле чувствую себя лучше и от души рад обществу, поверьте.
– Вот и хорошо, – одобрил граф, – потому что к вам сейчас направляется еще один посетитель, вернее, посетительница, которая особо просила о разрешении повидать вас, даже если вы лежите в постели.
Брови Лиланда взлетели вверх.
– И вы согласились? Я, должно быть, развратил вас, Джефф.
– Это не такого рода посетительница, – сказал граф. – Это ваша мама.
Улыбка Лиланда мгновенно угасла.
– Это не по правилам, Джефф, – проговорил он упавшим голосом. – Надо было сначала спросить мое мнение на этот счет.
– Нет, я этого не мог и не собирался делать, потому что отказ не был возможен ни с вашей, ни с моей стороны. Мужчины замолчали.
– Нам уйти? – прервала молчание Дейзи.
– Боже правый, нет! – воскликнул Лиланд. – Присутствие у меня в комнате молодых красавиц может ускорить ее уход. Так что останьтесь, пожалуйста. Вы озарили радостью мой день. Я самый противоестественный сын, – добавил он, заметив нескрываемое смущение Хелены. – А виконтесса – равнодушнейшая из матерей. Если бы я приветствовал ее появление радостными восклицаниями, она убедилась бы, что я вот-вот расстанусь с жизнью. Между нами нет теплых родственных отношений, – пояснил он. – И все это знают.
– Я вполне могу этому поверить, – пожав плечами, вставила Дейзи. – Я любила своего отца, но всегда понимала, что он не питает ко мне таких чувств. Он не то чтобы не любил меня, – поспешила она добавить, – и не обращался со мной плохо. Он просто не думал обо мне, вот и все.
Лиланд повернул к ней голову и прищурился от яркого солнечного света, который падал на Дейзи из окна и окружал ее неким ореолом. Или она сама, вдруг подумалось Лиланду, была светом, который ослеплял его? Вся она сияла – ее волосы, платье, ее улыбка и смех.
Снова и снова задавал он себе вопрос, почему она так привязалась к немолодому отшельнику и его раненому другу, когда весь Лондон мог быть у ее ног. Правда, что с ее прошлым она могла не привлечь к себе приверженца строгой благопристойности. Но на дворе как-никак девятнадцатый век. У Дейзи хорошее происхождение, к тому же она богата. Ее ум, красота и свежесть могут соблазнить любого нормального мужчину и побудить его добиваться ее руки.
Опасные мысли лезут в голову, когда лежишь в постели, подумал Лиланд, чувствуя, что и тело его начинает откликаться на эти размышления. Он попытался сесть попрямее, но пухлые перины этому мешали, охватывая со всех сторон, Лиланд буквально утопал в них, не в состоянии свободно двигаться.
– Милорд! – взмолился он, сердито ткнув кулаком подушку. – Смотрите, как я беспомощен. Позвольте мне хотя бы снова сесть в кресло.
Граф выразительно поднял одну бровь, и Лиланд смирился.
– Не хочу, чтобы на моих руках была ваша кровь ни в буквальном смысле слова, ни в переносном, – сказал граф.
– Так, по крайней мере, предупредите виконтессу, что я предпочитаю повидаться с ней в другой день, – попросил Лиланд. – Я чувствую себя слишком уязвимым. Она не видела меня в постели с того самого дня, как я родился.
Граф покачал головой:
– Не могу. Она уже в пути.
– Черт побери! – выругался виконт, но тут же спохватился: – Я хотел сказать – пропади оно пропадом, дорогие леди. Припишите грубое слово моей болезни и простите меня!
Дейзи удивилась, с чего это он извиняется, а Хелена сказала:
– Ничего страшного, милорд, во всяком случае, ничего такого, чего бы мы не слышали раньше.
Стало быть, виконт попросил прощения за то, что чертыхнулся? Боже милостивый, слышал бы он, какая ругань была в ходу в колонии! Глаза ее встретились с глазами графа, и они улыбнулись друг другу, понимая, что обоим пришло в голову одно и то же.
– Мой дорогой Лиланд, – послышался от двери спокойный голос. – Так это правда! Вы ранены, на вас напал в толпе грабитель.
– Привет, мама, – поздоровался с виконтессой Лиланд таким же спокойным, невозмутимым голосом. – Это мог быть и не просто грабитель, но человек, у которого на меня зуб. Вы ведь не раз говорили, что такой случай вполне вероятен, если я не изменю образа жизни.
Виконтесса постояла в дверях, приглядываясь к сыну. При безжалостном свете дня Дейзи увидела, что время оставило заметные следы на том, что было когда-то безупречной красотой. Однако признаки возраста – морщинки возле глаз и в уголках губ, а также седина в золотистых волосах – не только не портили, а даже подчеркивали эту замечательную, но холодную красоту.
Виконтесса Хей от голоса до улыбки являла собой образец уравновешенности. Она нисколько не походила на женщину, которая может перелезть через забор, чтобы убежать с цыганом. На женщину, и после этого побега совершившую еще много таких же экстравагантных поступков. Дейзи не могла себе представить, чтобы эта леди проявила хотя бы намек на страсть. Однако потом она вспомнила женщину-убийцу, которая отравила трех мужей: вид у нее был такой, словно она не способна даже на то, чтобы налить гостю слишком горячего чаю.
Дейзи заметила обращенный на нее взгляд холодных голубых глаз и отвернулась. Эта женщина почему-то вынуждала ее чувствовать себя виноватой, хоть и непонятно в чем.
– Миссис Таннер, доброе утро, – поздоровалась виконтесса, сняв перчатки и переступив порог спальни.
Она взглянула на Хелену, но не поздоровалась вслух, а лишь коротко кивнула. Слуги не считались достойными большего, а если Хелена и не была служанкой в прямом смысле слова, то получала жалованье за свой труд, разница невелика.
После этого пронзительные голубые глаза остановились на графе, и виконтесса заговорила с улыбкой:
– Милорд, благодарю вас за то, что вы приютили у себя Хея после инцидента. Очень великодушно с вашей стороны.
– Ни о каком великодушии не может быть и речи, – довольно сухо возразил граф. – Лиланд – мой друг, и я не мог поступить иначе. Но прошу вас, садитесь и побудьте с нами, сколько пожелаете. Миссис Мастерс, не будете ли вы так добры удалиться вместе со мной ненадолго? Я хочу задать вам несколько вопросов по поводу злосчастного происшествия и сожалею, что не успел сделать этого раньше.
– Я с вами, – сказала Дейзи, поспешно вставая с кресла.
– Пожалуйста, останьтесь, – попросил Лиланд. – Иначе моя матушка решит, что это она всех распугала.
– В самом деле, – заговорила виконтесса. – Непременно останьтесь, миссис Таннер. Ведь мы едва успели с вами познакомиться, а, как я вижу, вы принимаете участие в жизни моего сына.
– Что вы, вовсе нет! – вспыхнула Дейзи. – Ничего подобного. Я старый друг Джеффа, простите, графа, а поскольку виконт тоже его друг, мы иногда проводили время вместе, вот и все, не более.
Высказанные столь резко, слова эти, далекие от истины, вызвали смех у Лиланда и сделали взгляд виконтессы колючим.
– Совершенно верно, – заявил граф. – Дейзи выразила это очень точно. Идемте же, миссис Мастерс. Мы очень скоро вернемся. Не делайте такое встревоженное лицо, – обратился он к Хелене, едва они вышли из комнаты. – Вопросов совсем немного, но этот сыщик с Боу-стрит настаивал на том, чтобы расспросить всех участников ночного происшествия, а мне хочется избавить вас от такого испытания.
Едва они удалились, Дейзи снова опустилась в кресло, чувствуя себя в высшей степени неловко и не на месте. Ведь матери и сыну нужно побыть наедине, считала она. Поэтому и сидела тихо, пытаясь спрятаться за своим молчанием.
Виконтесса уселась в кресле совершенно прямо и опустила руки на колени.
– Итак, вы намерены поселиться в Англии, миссис Таннер? – обратилась она к Дейзи.
– Да, – коротко ответила та, удивляясь, почему мать не спросила сына о его самочувствии до того, как начать разговор с посетительницей.
– Понятно. И где же вы намерены обосноваться?
– Я сняла помещение в отеле «Грийон», возле парка.
Блестящие голубые глаза виконтессы слегка расширились, но и только. Помолчав, она спросила:
– Но вы же не собираетесь постоянно жить в гостинице?
– Разумеется, нет. Но пока я еще не сделала выбор.
– Миссис Таннер скорее всего поселится у своего мужа, думаю, этого недолго ждать, – вмешался в разговор Лиланд. – Так что ей нет смысла покупать или нанимать дом.
– Понятно, – повторила виконтесса, не оборачиваясь к нему. – Есть ли у вас кто-нибудь на примете, моя дорогая?
– Миледи! – снова вмешался Лиланд с неприятным смехом. – Даже на Боу-стрит ей не стали бы задавать подобные сугубо личные вопросы.
– А почему? – поинтересовалась виконтесса. – О чем же они тогда спрашивали?
Дейзи выпрямилась в кресле. Леди элегантна и явно мнит себя верхом совершенства, но разговаривает она бесцеремонно. Ее, Дейзи, учили вести себя, как подобает леди, и если виконтесса этого не умеет, придется дать ей урок.
– На Боу-стрит меня пока ни о чем не спрашивали, – спокойно ответила она. – Но если спросят, я расскажу им все, как было. Вор, который ударил ножом вашего сына, охотился за моим кошельком, и когда виконт бросился мне на помощь, он и был ранен. Я очень сожалею, что такое случилось. Этого не произошло бы, если бы я вовремя вспомнила, что у меня с собой нож. Пистолета при мне не было. Обычно я ношу его с собой, но в тот злополучный вечер я оставила его дома. Больше такого не будет.
– Нож? – переспросила виконтесса, высоко подняв в изумлении брови.
– И пистолет, – весело добавил Лиланд. – Так что не тревожьтесь обо мне, мама, если это с вами бывает. Я в полной безопасности, раз у меня есть такой храбрый защитник, как миссис Таннер.
Дейзи рассмеялась. Виконтесса нет. Дейзи подумалось, а смеется ли она вообще хоть когда-нибудь.
– Я, безусловно, тревожусь о вас, Хей, – произнесла виконтесса без малейшего намека на какое-либо чувство. – Я поняла, что рана несерьезная. Так, по крайней мере, было сказано в записке, присланной мне графом. Так почему же вы до сих пор в постели?
– Такова воля его лордства, – ответил Лиланд. – Он чувствует ответственность за меня, поскольку я нахожусь под его крышей. Я буду на ногах завтра и скоро переберусь к себе домой.
– Это меня успокаивает, – сказала виконтесса все тем же бездушным тоном. – Но я непременно попрошу его о личной встрече. Вы так легкомысленно ко всему относитесь, Хей. Я хочу знать, что думает обо всем этом Эгремонт.
Дейзи сделалось зябко. Женщина называла сына его титульным именем и почти не смотрела на него. Бог мой, да есть ли у этой особы хоть какие-то эмоции? Родила же она такого смешливого и бесцеремонного сына, как Даффид. Впрочем, он мог унаследовать характер от отца-цыгана. Но каким образом эта ледышка произвела на свет веселого, беззаботного и чувственного Лиланда?
Наконец виконтесса перевела свой пронизывающий взор на сына и спросила, как он себя чувствует. Лиланд ответил ей. Вздыхая, она некоторое время выслушивала длинный перечень его шуточных жалоб, но надолго ее терпения не хватило. Вскоре она встала.
– Я не хочу утомлять вас, Хей. Спущусь вниз и задам несколько вопросов Эгремонту, потом уеду. Поправляйтесь. Всего хорошего, миссис Таннер, до встречи.
С этими словами виконтесса вышла из комнаты. Дейзи наконец вздохнула свободно.
– Трогательно, не правда ли? – устало произнес Лиланд. Он лежал, опустив голову на подушки, казался совершенно измотанным и, возможно, чувствовал боль.
– Как вы? – спросила Дейзи, подойдя совсем близко к кровати. Лиланд сейчас был бледнее, чем в день ее первого визита. – Вам что-нибудь нужно?
Он повернул голову и посмотрел на нее. Глаза у Лиланда были того же цвета, что и у его матери, но выражение их казалось добрым даже на строгом мужском лице. В отличие от материнского взгляд его не был пронизывающим, а глаза искрились. Когда он улыбнулся, эти искорки так и запрыгали.
– То, в чем я нуждаюсь, Дейзи, – чуть слышно проговорил он, – я не могу получить здесь и сейчас.
Дейзи отступила на шаг и сердито посмотрела на Лиланда.
– Дорогая моя, – начал он мягко, – а ведь я мог бы умереть два дня назад, не сказав такой женщине, как вы, того, что вы только что услышали. По правде говоря, – продолжал он уже совсем иным тоном, – чувствую я себя скверно. Это она приводит меня в такое состояние. Она словно вытягивает из меня жизнь. Полагаю, она ничего не может изменить в себе, как и я в себе, но не в силах я понять одного: почему мой отец не скончался от переохлаждения? Ох, простите мне столь вольную манеру изложения, – спохватился он, заметив изумленное лицо Дейзи.
– Все хорошо, – рассеянно произнесла она, взяв его руку в свою и откликаясь этим жестом не на слова Лиланда, а на боль в его взгляде. – Я не в обиде. Доводилось слышать и кое-что похуже. Вам больно? Я имею в виду физическую боль. Может, виконтесса просто расстроила вас?
– Просто? – переспросил он со слабой болезненной улыбкой. – Господи, как бы я хотел, чтобы с этим все было просто! – Лиланд сжал пальцы Дейзи, и она ощутила, что рука его холодна как лед. – Вы говорите, что ваш отец был равнодушен к вам, но вы-то его любили и заботились о нем, хотя, быть может, ему и не нужны были ваши советы и ваша забота. Я слышал, как вы повторяли его слова, запомнившиеся вам, и это очень хорошо, независимо от того, насколько плохим был он сам. Но как я понимаю, он не причинял вам боли намеренно?
– Нет, – ответила Дейзи.
– Моя мать никогда ни о ком не заботилась... Ох, проклятие, – поморщился Лиланд. – Послушать только, о чем я болтаю! Наверное, и в самом деле болен. Рядом со мной прелестнейшая женщина, а я хнычу, словно школьник, которого слишком рано отсылают спать. Жалуюсь на своих родителей. Простите меня еще раз!
Дейзи наклонилась, чтобы поправить подушку у него под головой. Почувствовала, как он затаил дыхание, и посмотрела на него. Теперь они были совсем близко друг от друга.
– Знаете, а ведь ваши волосы пахнут анютиными глазками, – сказал он, глядя ей в глаза. – Какая редкость! Вот уж не знал, что научились делать духи из этих цветов! Вы, вероятно, видели на лужайках эти цветочки, похожие на крошечные личики. Аромат у них легкий, он лишь напоминает о приходе весны, а не утверждает ее наступление. Ну конечно, видели, что за глупый вопрос! – Он слегка прищурился. – И у вас стоит на туалетном столике флакончик духов «Анютины глазки», предназначенных для того, чтобы разбивать сердца мужчин.
Дейзи повела головой из стороны в сторону и осторожно попыталась высвободить руку. Слова Лиланда и радовали ее, и пугали. Разве это возможно, чтобы нежность успокаивала и тревожила одновременно?
Лиланд отпустил ее руку.
– Так оно и есть, – продолжал он и провел кончиками пальцев по щеке Дейзи. – А известно ли вам, что у вас самые чертовски соблазнительные губы из всех, какие я видел?
Ну уж на такие слова Дейзи знала, как ответить, хотя голос у нее был не столь уверенным, как обычно.
– Вы знали очень много соблазнительных женских уст, сэр, – сказала она. – Так о вас говорят.
– Такой я и есть, а это делает меня знатоком, не правда ли? И потому я утверждаю, что ваши уста не только самые соблазнительные, но и самые вызывающие.
Дейзи улыбнулась, хотя была намерена отойти от кровати подальше.
Лиланд медленно обвел пальцем контур ее щеки, и Дейзи вдруг показалось, что это легкое прикосновение она ощущает каждой клеточкой тела. Глаза ее широко распахнулись от этого нежданного чувства.
Лиланд улыбнулся, положил руку на затылок Дейзи и, притянув ее голову к себе, нежно поцеловал в губы.
Она вздрогнула; губы ее трепетали. Дейзи закрыла глаза и ближе наклонилась к Лиланду. Она почувствовала, что он прижимает ее к себе, но никогда еще руки мужчины не прикасались к ней с такой лаской. Губы у Лиланда были теплыми и мягкими. Кончиком языка он коснулся ее губ, и Дейзи приоткрыла рот, отдаваясь страстному поцелую мужчины. Она обняла Лиланда за шею и почувствовала, как пульсирует под пальцами возбужденная кровь. Ее собственная кровь вела себя так же, Дейзи слышала, как она шумит у нее в ушах. Она придвинулась к Лиланду еще ближе, но тут вдруг сообразила, чем кончаются такие поцелуи.
Она резко отпрянула и выпрямилась. Посмотрела на Лиланда сверху вниз.
– Я этого не сделаю, – отрывисто произнесла она. – Забудьте об этом, пожалуйста. И никогда не повторяйте. Мне пора уходить.
– Простите, – сказал Лиланд, но Дейзи уже захлопнула за собой дверь.
Лиланд насупился, донельзя злой на себя. Разумеется, глупо было с его стороны соблазнять ее здесь и сейчас. Но он и не собирался этого делать. Ох, тут что-то новенькое. Ее поцелуй был таким сладким. Она прервала его внезапно в страхе бежала прочь. Абсурд какой-то. Она не школьница и не театральная инженю, каких он терпеть не мог. Она взрослая, зрелая женщина. Ее очевидная к нему симпатия и понимание вынудили его повести себя опрометчиво! Что он, собственно, мог с ней сделать? Особенно здесь, в доме графа... Она должна бы это понимать, как-никак была замужем.
Но может, она права? Мало ли что он мог предпринять! Для него это оказалось таким же неожиданным, как и для нее. Дейзи не столько разгневалась, сколько испугалась. Но ведь он не собирался прибегнуть к насилию, должна же она уяснить себе, что в его поцелуе ничего подобного нет!
Зато в этом единственном поцелуе было нечто иное. Утешение, понимание, желание и... страх, безотчетный страх в конце, ее страх.
Лиланд лежал на спине, сдвинув брови. Почему так вышло? Он также сильно хотел уразуметь это, как и получить скорее еще один такой поцелуй. Нет, тотчас подумал он. Ее поцелуй ему куда более желанен.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Как соблазнить невесту - Лэйтон Эдит



Читаешь роман и возникает ощущение, что все вокруг преступники: одни- по ошибке, другие - по способу жизни, третьи - в будущем; при том они почти все очень хорошие, очень милые и т.д. Вот только виконт не их поля ягода, в прошлом шпион и герой, но со слов автора: если заключить пари, то он тоже не совсем чист. Просто жуткое общество!
Как соблазнить невесту - Лэйтон ЭдитItis
17.05.2013, 21.46








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100