Читать онлайн Утоли мою печаль, автора - Лоуэм Дина, Раздел - 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Утоли мою печаль - Лоуэм Дина бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.41 (Голосов: 22)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Утоли мою печаль - Лоуэм Дина - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Утоли мою печаль - Лоуэм Дина - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лоуэм Дина

Утоли мою печаль

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

5

«Что он себе думает? – размышляла Мэдж. – Разве он ничего не понимает? Разве он не видит, что происходит? Боже мой, я не хочу, чтобы он ходил со мной и держал меня за руку… Чтобы он что-нибудь со мной делал… Не хочу…»
Минут двадцать Майкл выгуливал ее, слушая, как она бормочет всякую чепуху и иногда тихонько ругается. Он слушал и ждал, пока она не придет в себя, чтобы вернуться и спокойно встретиться со своей семьей. Он держал Мэдж за руку, борясь с мучительным желанием поцеловать ее. Прижать к сердцу и утешить.
Майкл не сделал этого. Они гуляли, и он держал ее за руку и говорил что-то успокаивающее, словно она была малым ребенком. Наконец Мэдж начала понемножку приходить в себя. Она глубоко вздохнула и потерла лицо усталыми руками, словно смывая с себя напряжение, выгнавшее ее из дома. Она пошла медленнее, тело ее расслабилось, и руки перестали дрожать.
– Он все-таки ничего не понял, – сказала она, и это было больше чем утверждение.
Это была молитва. Майклу показалось, что он понял ее.
– Так объясни ему! – воскликнул он.
От реки поднимался легкий туман, и Майклу казалось, что Мэдж – это фея, которую он нашел в зачарованном лесу. Но в глазах у нее была человеческая печаль, выдававшая ее принадлежность к реальному миру.
Поначалу она никак не прореагировала на его слова. Но потом, словно издалека, до нее донеслись звуки его голоса. Она вздрогнула, осознав, что с ней происходит и кто ей помогает справиться с этим.
– О Господи, – сказала Мэдж, прижав руки к груди и порываясь убежать. – Простите меня!
Майкл улыбнулся.
– За что простить? – спросил он. – За то, что ты – человек?
Мэдж взволнованно тряхнула головой, глядя туда, где свет из окон падал на увлажненную росой траву.
– Зачем вы сделали это? Они никогда не… Что я скажу Джонни?
– Я уже говорил вам. Скажите ему правду.
– Ну уж нет, – только и ответила она, по-прежнему глядя на дом. – Ну уж нет!
Майкл всей душой хотел понять ее. Вот Энди тот бы сумел вытянуть из Мэдж все секреты, лишь заглянув ей в глаза. Но Энди был одним из лучших консультантов, когда-либо работавших в ветеранском центре. Он избавил тысячи участников корейской войны от их кошмарных снов и ужасных реакций. Энди был почти ясновидящим, он мог поставить диагноз по запаху пота человека.
– Вы… э… не возражаете остаться до завтра? – спросила она виноватым голосом.
– Буду счастлив, – просто ответил он.
Мэдж ничего не сказала, только кивнула и направилась к дому, где ждали дети и Персик. Майкл, чувствуя себя пятым колесом в телеге, поплелся следом.
– Спасибо вам, – сказала она, не оборачиваясь к нему, когда они подошли к двери.
Он ждал, пока она возьмет себя в руки, и улыбался.
– На здоровье, – искренне ответил он.
Обед прошел спокойно, Майкл заметил, что Джонни ерзает и старается не смотреть ему в лицо. Ну и ладно. Спасибо, хоть не стал возобновлять разговор о курсах офицеров запаса. Джесс непрерывно болтала и хихикала, как будто ей одной приходилось поддерживать беседу. Мэдж, все еще бледная и напряженная, натянуто улыбалась дочери и изредка подавала реплики, звучащие невпопад.
Они говорили о школе, о восстановлении исторических зданий, о спорте. Персик, сидящий рядом с Майклом, молчал, искоса наблюдая за ним. Его вклад в беседу ограничивался несколькими односложными ответами. Но ел он с аппетитом. Прежде чем встать из-за стола, тщательно подобрал остатки соуса кусочком хлеба.
– Неплохо, – проворчал он, отодвигая тарелку.
За весь обед Персик ни разу не заговорил с Майклом, не проронил ни слова, но вышел с таким видом, будто все уже сказано, что несколько смутило Майкла. Поэтому, когда убрали посуду и дети начали обсуждать с матерью свои насущные проблемы, он вышел в туманную ночную мглу и постучался в дверь коттеджа Персика.
Ни силой, ни ростом Майкл обделен не был. Но по сравнению с чернокожим гигантом, открывшим дверь, он почувствовал себя коротышкой.
– Надо поговорить, – сказал Майкл.
Видимо, его хорошо поняли. Персик приоткрыл дверь пошире и отступил, пропуская гостя.
Двухкомнатный домик был обставлен очень просто. Широкая голубая тахта, голубые занавески, ваза с полевыми цветами на старомодном камине. Библия на столике и маленький приемник на полке. На стене – акварели и пара рисунков в самодельных рамках.
Майкл обратил внимание на портрет самого Персика, сделанный углем на ватмане. Просто, строго и сильно.
– Кто рисовал? – спросил он.
– Мальчик. – В хрипловатом голосе Персика явно прозвучала нотка гордости.
– Джонни? – уточнил Майкл.
Персик кивнул.
– У вас с ним проблемы? – поинтересовался он.
Майкл оставил его вопрос без ответа и еще раз осмотрел картины.
– Это тоже все он?
– Он.
Майкл покачал головой.
– Я вам завидую.
Персик, видимо, понимал его. Майкла не смущал грозный вид хозяина. Такие ребята были и у него в отряде. Молчаливые богатыри, они на все имели свою точку зрения, но за правду стояли горой. Майкл знал, как с ними общаться.
– Я могу помочь ей, – без обиняков сказал он, зная, что Персик уважает краткость.
– А кто просит?
Они стояли в маленькой комнате, присматриваясь и примериваясь друг к другу, словно соперники, готовые к схватке.
– Она сказала, что вы сидели в Рейфорде. – Майкл не ожидал ответа. – Вы имели там дело с ветеранами?
– А что?
– Вы слышали, как они кричат по ночам? Видели, как они прячутся по углам и взрываются без предупреждения? Они держатся друг за друга и говорят вам, что вы ничего не понимаете, потому что не были там.
И опять в глазах Персика он увидел понимание.
– Она рассказывала вам о Корее? – задал новый вопрос Майкл.
Персик пожал плечами.
– Говорила, что была медсестрой, и это, мол, совсем не то. Не хотела обсуждать.
Майкл покачал головой.
– Она все еще просыпается с криком, вот как.
Персик знал. Но он был слишком предан хозяйке, чтобы признать это.
– И я тоже, – сказал Майкл. – Я знаю, каково ей приходится, и хочу помочь ей.
– Почему?
– Потому что она спасла мне жизнь.
Недоверчивый взгляд Персика не смутил его.
Майкл молча вытащил рубашку из джинсов, расстегнул ее и обнажил страшные шрамы на груди и животе.
– Она спасла мне жизнь, – повторил он, и на этот раз Персик поверил. – Я должен попробовать, – продолжал он, застегивая рубашку. – Я уже говорил с друзьями, которые могут оказать более действенную помощь, чем я, если она позволит. Но то, что можно, я хочу сделать здесь.
– А она просила?
Майкл шумно вздохнул.
– В этом очень трудно признаваться. Мало кто может понять, что с ним происходит. Многие думают, что люди, переживающие такие невзгоды, – трусы, неженки, плаксы. Да вы сами знаете, как трудно от этого избавиться. Надо забыть все, что было. Иначе ничего не выйдет.
Персик немного смягчился, на его губах мелькнула мрачная улыбка.
– М-да.
– А кроме того, – продолжал Майкл, – это очень сложно. Особенно если вы двадцать лет притворялись, что ничего особенного не происходит.
– Что вы хотите от меня?
– Чтобы вы понимали. Вы ее друг. Будьте им и дальше.
Некоторое время они молчали. Лицо Персика было твердым и невозмутимым, как всегда.
– Ее дети, – сказал он наконец. – Она отдает им все свои силы. И не сделает ничего, что могло бы им повредить.
– У меня у самого дочка, – вздохнул Майкл.
И Персик кивнул. Это был его ответ. Его обязательство. Его обещание.
Через несколько минут Майкл уже шел обратно сквозь ночь. Деревья шелестели, звезды тускло посверкивали в туманном небе. Из дома доносились приглушенные голоса. Голоса людей, которых ему еще предстоит понять. Майкл глубоко вздохнул и полез за сигаретой. Ему еще многое предстоит сделать в этом доме.
Она стояла в дверях отделения интенсивной терапии со стетоскопом в руке, ожидая нового поступления. Кто-то что-то сказал, она засмеялась и подумала, что новые поступления всегда попадают на пересменок.
Раненых привезли среди ночи, как она и ожидала. Почти мальчишки, со слишком нежными глазами и слишком юными лицами, с голосами, которые могли лишать сна и разбивать надежды. Джимми не было с ними. Но без него было еще хуже.
Она первая услышала их. Тяжелые, гулкие шаги, столь неуместные в этой опрятной комнате. Она почуяла запах крови, грязи и дыма – запах беды. По коже у нее забегали мурашки.
– Нет…
Дверь распахнулась, но это не была обычная каталка. Это вошел раненый. Вошел юноша с остекленевшими глазами и оскаленным ртом, с прижатыми к животу руками.
Мэдж бросилась к нему, отвела его руки и увидела кровь. Увидела рану и начала действовать. Подняв глаза, она заметила другого юношу с забинтованной головой, протягивающего к ней руки. Она подбежала к нему, взывая о помощи, но рядом никого не было.
Она огляделась, инстинктивно ища бинты, которые в палате интенсивной терапии всегда были под рукой, но палаты уже не было. Вместо нее был барак из гофрированного железа. Яркий, слепящий дневной свет лился через распахнутые двери, куда входили все новые раненые. Их сильные, юные тела истекали кровью, а глаза казались бесконечно старыми и печальными. Никто из них не кричал и не стонал. Они спрашивали. Они просили: «Помогите моему другу… Найдите моего брата… Где наш сержант?.. Пожалуйста, сестричка, пожалуйста…»
Их становилось все больше и больше, сначала десять, потом двадцать, пятьдесят, сто… Они толпились вокруг, падали и умирали у ее ног, а она ничего не могла сделать. Ее руки, халат и туфли были залиты кровью, а мальчики молча молили ее о помощи, но она не могла шевельнуться, не могла вздохнуть, не могла…
– Стоп!
Мэдж обнаружила, что стоит на ногах, мокрая от пота, задыхающаяся и перепуганная. Через окно лился мягкий лунный свет, но ей все еще виделись лица ребят, удивительно похожих на Джонни. Она слышала скрип деревьев под ветром, и ей чудился рокот самолета. Запах цветов казался ей запахом крови и смерти.
Острая боль пронзила сердце, будто она умирала вместе с ними, и она машинально подняла руку, словно пытаясь оттолкнуть от себя навязчивое видение.
– Пожалуйста, Господи, – горестно взмолилась она, крепко зажмурившись. – Останови их. Останови их! Сделай так, чтобы они ушли…
Она не слышала собственных рыданий, не замечала, что ее лицо залито слезами, а ногти впились в ладони. Она понимала только, что надо бежать. Скорее бежать из этого страшного, смертельно опасного места.
Она побежала. Босиком, в ночной рубашке, шлепая подошвами по деревянному полу, судорожно цепляясь за перила лестницы. Ей казалось, что стены вот-вот обрушатся на нее.
А ведь она пыталась отвести беду. Она выпила с полбутылки вина и не ложилась спать, беседуя с Майклом, пока глаза не стали слипаться. Она так боялась снова увидеть Джимми, что пошла в постель только когда ей показалось, что она достаточно выпила, чтобы ничего не чувствовать и не видеть. И она не видела его. Но видела других.
Ночной воздух овеял ее мокрое от слез лицо, и она остановилась в двадцати шагах от крыльца. Позади нее хлопнула дверь, и где-то по соседству залаяла собака. Мэдж потопталась на траве и ощутила босыми ногами росу. Она запрокинула голову и увидела небо, темное вирджинское небо, не имеющее ничего общего с удушливыми корейскими ночами. Она глубоко вдохнула сосновый воздух и уловила слабый запах табака.
Мэдж остановилась как вкопанная.
– Что вы здесь делаете? – осведомилась она, невольно чувствуя облегчение.
Майкл с дымящейся сигаретой в руке выступил из тени и подошел поближе.
– Да ничего, просто удовлетворяю вредную привычку, – сказал он. – Вот захотелось покурить.
Ей тоже захотелось. Она не курила с тех пор, как родила Джонни. Боже мой, как же ей захотелось сейчас закурить, чтобы успокоиться! Она все еще прикидывала, как бы поделикатнее попросить у Майкла сигарету, как вдруг увидела перед собой раскрытую пачку. Мэдж, не задумываясь, взяла предложенное. Она знала, что это было глупо и ничего не решало.
– Я вас не разбудил? – мягко спросил он.
Мэдж засмеялась, затянулась и тут же закашлялась.
– Нет, – проговорила она наконец. – Вы меня не разбудили.
Мэдж ужасно устала, ей хотелось, чтобы все скорее кончилось. Она не представляла, что будет так холодно. Но она знала, что Майкл обещал помочь, и вот он здесь, в четыре часа утра.
Он, казалось, внимательно рассматривает верхушки деревьев на краю лужайки.
– Хотелось бы мне, чтобы уже был октябрь, – застенчиво признался он. – Большинство людей любят весну. А мне милее листопад.
– И безлунные ночи, – без раздумий добавила Мэдж.
Майкл слегка кашлянул.
– Да, безлунные ночи. Знаете, почему я люблю ремонтировать старые здания? Потому что мне нравится возвращать к жизни то, что как будто бы обречено на гибель. Я очищаю стены от грибков и плесени… Боже мой, как я ненавижу запах плесени.
Мэдж засмеялась, удивленная.
– А я ненавижу мух, – призналась она. – Все лето не расстаюсь с мухобойкой. Дети называют меня «терминатор».
Ей стало лучше и уже не хотелось бежать. Она выразительно взглянула на Майкла: понял ли он ее? Да, понял. Понял без объяснений.
– У меня тоже есть пунктик, – легко и дружелюбно откликнулся Майкл. – Я не сяду за стол, если увижу рыбью голову. Я скорее съем крысу, чем рыбью голову.
Мэдж усмехнулась. Ей было безразлично то, о чем он говорит. Она вдруг поняла, что ей нужен мужской голос, простое человеческое участие этого сильного, уверенного в себе человека.
Она уже немолода. И поэтому ее не очень волновали густые волосы и пышные усы Майкла. Но очень импонировали его мудрость и терпение. И его юмор. Майкл Джордан сумел заставить Мэдж улыбнуться. Он заставил ее почувствовать, будто она только что вернулась домой после долгой и трудной дороги. А она не могла этого сделать долгие, долгие годы.
– Хотите поговорить об этом? – просто спросил он.
Мэдж нехорошо усмехнулась.
– Я вам говорила – я разговаривала об этом. Не помогло.
– С ветеранами?
– Со всеми, кроме этих козлов из неврологической клиники… Впрочем, и с ними тоже. Они предположили, что у меня в пище не хватает каких-то металлов.
– А позже не пробовали?
– У меня не было времени, – сказала она. – С тех пор как родилась Джесси, у меня никогда не было времени. И вообще, на что мне было жаловаться? На плохую пищу? На ужасные жилищные условия? На жертвы и потери? Я пробыла там год. У меня было все, что необходимо женщине – от губной помады до тампаксов. Я питалась бифштексами, имела крышу над головой и ватерклозет, который иногда действовал. В спокойные дни – а их было немало – можно было пойти искупаться. В конце концов, корейцы только однажды подняли настоящий шум непосредственно вблизи нашего госпиталя. Все остальное время я отрабатывала свои двенадцать часов, а потом играла в волейбол. А теперь у меня кошмары. Да ведь это ничто по сравнению с тем, что привезли оттуда другие!
Закончив свою длинную речь, Мэдж обхватила себя руками, чтобы не дрожать, чтобы показать Майклу, какая она молодчина, хотя больше всего ей хотелось сейчас плакать.
– Так вы всего лишь работали по двенадцать часов в день?
– Так оно и было.
– Шесть дней в неделю?
– Разумеется.
– И все было спокойно?
Перед Мэдж снова возникли мальчики, тянувшие к ней руки. Она крепко зажмурилась.
– Это была моя работа.
Майкл помолчал.
– Может быть, вам кажется, что вы перенесли меньше, чем другие? – мягко сказал он. – Думаю, в истории человечества это было не самое страшное испытание. Но для вас это было чересчур. Война причинила вам тяжелую травму.
Мэдж напряглась, смущенная его мужской логикой.
– Не говорите глупостей! Я поехала туда всего лишь выполнять работу, для которой была подготовлена. Не так, как наши парни! Те воевали, страдали от ран, видели, как умирают их друзья… Это совсем другое!
– А вы были подготовлены к таким ранениям?
Она ответила быстро и решительно:
– Нет. Никто не был подготовлен к таким ранениям. Никто никогда не видел, чтобы с такими ранениями выживали. Послушайте, Джордан, у меня нет никакого желания вспоминать об этом.
Но Майкл упорно продолжал этот разговор:
– А вы были подготовлены к работе под минометным обстрелом?
– Через несколько недель я его почти не замечала.
– Но вы до сих пор не выносите внезапных громких звуков, не так ли? Что вы делаете четвертого?
type="note" l:href="#n_2">[2]
Она пряталась. Как маленькая девочка, затыкала пальцами уши, чтобы не пугаться. Но Мэдж солгала:
– Я смотрю фейерверки.
Джордан выругался, кратко и выразительно.
А ведь он никогда не поднимал голоса.
– Вам нужно что-то делать с этим, Мэдж.
– Нет, не нужно, – возразила она. – Мне нужно довести до ума гостиницу, чтобы иметь возможность поддержать детей, потому что я – это все, что у них есть. А они – все, что есть у меня.
Даже в темноте Мэдж почувствовала его разочарование. Но это не имело значения. Она просто больше не могла позволить себе роскошь говорить об этом. Не могла, и все.
– Ведь я там был, – мягко напомнил он. – Я-то знаю, через что вам пришлось пройти.
Мэдж прикрыла глаза, все еще видя перед собой те лица.
– А ведь вы сами еще не избавились от кошмаров, правда?
– Правда.
– Они вас посещают?
– Иногда, – мрачно признался он.
Мэдж кивнула, чувствуя, как слезы снова подкупают к глазам. Проклятая сигарета уже не помогала. Она выбросила окурок в сырую траву. Он зашипел и погас.
– А вы что скажете? – спокойно спросил Майкл. – Вы помните своих раненых?
Мэдж, представив те лица, те слишком юные, испуганные лица, что двадцать лет тянули к ней руки, снова начала дрожать.
– Иногда…
Она не поняла, как это произошло. Кажется, она закрыла глаза и вдруг оказалась в объятиях Майкла. Он прижал ее к груди, так что она могла слышать гулкие удары его сердца. Слезы неудержимо текли по ее щекам. Откуда-то из глубины пришла острая боль, которая напугала ее больше, чем весь тот кошмар, что преследовал ее.
– Ш-ш, – успокаивал он, гладя ее по голове. – Все в порядке. Все в порядке.
– Нет, – всхлипнула она, борясь с терзающей ее болью. – Нет, не в порядке.
– Я знаю, Мэдж. Я знаю.
– Простите, – выдавила она из себя, чувствуя грудью его страшные шрамы даже сквозь хлопок рубашки. Такие шрамы могли бы сломить человека, но Майкл каким-то образом стал только сильнее, и ей было стыдно за себя.
– Простите.
– Не надо просить прощения, Мэдж, – сказал он сочувственно. – Вы ни в чем не виноваты.
Она хотела засмеяться, но не смогла. Ей захотелось закричать, убежать и спрятаться, а больше всего ей хотелось свернуться клубочком на руках у Майкла и успокоиться. Джонни и Джесс, Персик и Надин, коллеги по работе – никто даже не знал, что она служила в армии, тем более в Корее. Те, кто мог бы посочувствовать и утешить ее, на самом деле ничего не подозревали. А с этим внезапно возникшим в ее жизни мужчиной она смогла, хоть и ненадолго, но успокоиться. Сумела отогнать боль, которая грызла ее. Закрыла глаза и прильнула к Майклу, впитывая ритм его сердца и силу его рук. И с этого момента, поскольку он знал, но ничего не требовал, поскольку заботился о ней, но не лез в душу, и еще по каким-то причинам, которые Мэдж не хотела называть даже самой себе, она наконец почувствовала себя в безопасности. Сейчас, в темноте, она почти поверила, что сможет встретить рассвет без страха.
– Что вы скажете о хорошо оплачиваемой работе на время отпуска? – спросила она непростительно тихим голосом, в то время, как ее сердце громко стучало.
Майкл помолчал. Его объятие не стало крепче и не ослабело. Ей показалось, что он улыбается.
– Мне очень нравится Вирджиния летом.
Чуть погодя, когда Мэдж достаточно пришла в себя, чтобы самостоятельно идти домой, она улучила минутку, чтобы поразмыслить над случившимся. Она покачала головой и попыталась улыбнуться.
– А вы уверены, что вам все это нужно?
Он широко улыбнулся, и здесь, на полпути между ночным кошмаром и уютом освещенного дома, Мэдж позволила себе поддаться чарам. Ее сердце забилось быстрее, а дыхание перехватило, потому что его улыбка заставила ее, пусть на мгновение, почувствовать себя веселой юной девушкой.
– О, я вполне уверен, – сказал он и протянул ей руку.
Мэдж приняла ее и пошла с ним к дому, чувствуя себя на седьмом небе от того, что произошло, ибо это означало, что Майклу Джордану не надо уезжать.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Утоли мою печаль - Лоуэм Дина

Разделы:


12345678910111213141516

Ваши комментарии
к роману Утоли мою печаль - Лоуэм Дина



сложно подобрать слова.... сильно, щемяще больно - и прекрасно. читайте!!
Утоли мою печаль - Лоуэм ДинаАнна
6.07.2013, 9.42





Да... Для чтива на ночь не годится, но вещь сильная, читайте.
Утоли мою печаль - Лоуэм Динасветик
1.03.2015, 15.31








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100