Читать онлайн Заколдованная, автора - Лоуэлл Элизабет, Раздел - Глава 16 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Заколдованная - Лоуэлл Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.2 (Голосов: 113)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Заколдованная - Лоуэлл Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Заколдованная - Лоуэлл Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лоуэлл Элизабет

Заколдованная

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 16

За роскошным пологом постели мигнул язычок догорающей свечи, и Дункан, вздрогнув, пробудился от своего беспокойного сна.
Опасность.
Он потянулся к мечу, как часто делал это на протяжении двенадцати дней, прошедших после свадьбы. Запоздало понял, что еще не совсем проснулся и что был совершенно обнажен.
Убеждая себя, что его встревожил просто сон, он все же тихо поднялся с постели и зажег по всей комнате свечи — чтобы нигде не осталось больше теней, в которых могли бы прятаться враги. Лишь после этого он вернулся в постель так же бесшумно, как встал.
— Дункан?
Он опять вздрогнул, потом повернулся на бок, в ту сторону, откуда послышался голос, одновременно и знакомый, и странно чужой. Мысли, подобно черным молниям, метались среди темных теней, из которых состоял его разум.
Она не из моего прошлого.
Опасность!
Меня окружают враги.
Опасность!
Но в то время как часть сознания Дункана кричала ему об опасности, его недавние воспоминания высмеивали ее, ибо в замке Каменного Кольца он нашел лишь доброту и пылкую страсть.
Что, если я схожу с ума?
Что, если я разорвусь пополам и умру в корчах, пока тени мрака и янтарный свет будут сражаться за мою душу?
Единственным ответом ему было внутреннее молчание, полное противоречий.
Выпавшее из его памяти прошлое возникло у него в сознании в виде беспорядочных обрывков и осколков, имен без лиц, мест без названий и лиц без имен. Он походил на разодранный гобелен: где-то уже распушено, где-то еще заткано, нити запутались и истерлись.
Временами — и это были самые плохие времена — он видел, как тени отступают, открывая его память. Именно тогда на него накатывалось настоящее отчаяние — словно черный лед, оно замораживало все вокруг.
Он боялся своей возвращающейся памяти.
Что со мной происходит? Раны Господни, почему я боюсь того самого, чего жажду?
С горестным стоном Дункан охватил руками голову. Через мгновение чьи-то пальцы стали нежно и настойчиво гладить его пальцы, крепко прижатые к вискам.
— Темный воин, — раздался шепот Эмбер. — Успокойся.
Если Дункан и слышал, то не откликнулся ни звуком.
Горячие слезы покатились по щекам Эмбер, когда она восприняла и разделила страдания Дункана.
Как и Дункан, Эмбер чувствовала, как его память постепенно оживает. Она видела лица там, где раньше двигались только тени, слышала имена там, где раньше царило молчание, ощущала работу челнока времени. Не хватало лишь узора, который свяжет все воедино, но и он тоже вскоре вернется. Она была уверена в этом.
И тогда она испытает на себе гнев гордого воина, которому нанесли поражение исподтишка вместо того, чтобы дать ему сразиться в открытом бою, как ему было на роду написано.
Слишком быстро все происходит Дункан еще так мало побыл со мной. Всего две недели, как мы стали возлюбленными друг друга. Едва ли две недели, как мы обвенчались. Слишком мало времени, чтобы он научился любить меня.
Боже всемогущий, слишком мало времени.
Только любовь может простить такой великий обман. Если память вернется к нему слишком скоро, он никогда не простит меня.
Никогда не полюбит.
И великая смерть непременно потоком прольется.
Эмбер так и не поняла, позвала ли она Дункана губами или сердцем Она поняла только, что они вдруг оказались в объятиях друг у друга, таких крепких, что ей почти невозможно было дышать.
— Бесценная Эмбер, — сказал Дункан негромко. — Как бы я жил без тебя?
Слезы жгли ей глаза и царапали горло.
— Лучше, чем я без тебя, — прошептала она. — Ты — сердце в моем теле.
Дункан ощутил горячие слезы Эмбер и мало-помалу ослабил объятие.
— Не плачь, — сказал он. — Это был просто сон, ты напрасно встревожилась.
Будучи Наделенной Знанием, Эмбер имела точнейшее представление о том, как мало напоминало сон все происходившее в голове у Дункана, и знала, что он тоже это знает не хуже, чем она.
Но она ничего не сказала об этой маленькой лжи. Ей не больше, чем самому Дункану, хотелось копаться в запутанных, болезненных нитях его памяти в поисках истины, которой она страшилась так, как не страшилась даже смерти.
— Дункан, — прошептала она.
Этот звук был скорее лаской, чем словом, потому что она произнесла его губами, прижатыми к тому месту у него на шее, где ощущалось биение крови.
Тело Дункана замерло на мгновение, потом судорожно вздрогнуло и напряглось, но это было уже другое напряжение, отличное от порождаемого мятущимся разумом. Он уловил, как по телу Эмбер побежали ответные всплески чувства, и понял, сколь ясно она ощущает его желание.
Но теперь он знал, что это также и ее желание. На протяжении краткого времени их супружества она не только откликалась на его чувственный зов, а и желала его независимо от того, прикасался он к ней или нет.
Она подходила к нему, когда он стоял в раздумье и смотрел на дождь сквозь узкие окна замка.
Если она просыпалась раньше него, то сворачивалась в клубок рядом с ним и своими тонкими руками проводила по всей длине его тела, тихо смеясь, когда его плоть восставала навстречу ее прикосновению.
Каждый день перед обедом она сопровождала его в поездках верхом, делясь с ним своим знанием лесов, полей и людей, живущих на принадлежащей замку земле.
По вечерам она отпускала его слугу и сама с большим удовольствием купала Дункана, обучая его искусству очищения плоти по способу Наделенных Знанием, а потом содрогалась от восторга, когда он показывал ей, как купаются сарацинские султаны.
Ее глаза всегда радостно вспыхивали, когда он заходил к ней после утреннего разбора жалоб крепостных и вилланов. Она улыбалась счастливой улыбкой, когда оборачивалась и видела, что он стоит на пороге, наблюдая за тем, как она расшифровывает древние манускрипты.
Тысячей разных путей приходила она к нему, чтобы сказать, как она счастлива быть его женой.
— Ты — как солнце, когда все остальное — дождь, — сказал Дункан.
Еще несколько слезинок выкатились из глаз Эмбер и обожгли Кожу Дункана. Он перевернулся на спину, крепко притянув ее к себе под бок.
— Без тебя, — прошептал он, — не знаю, как бы я остался в живых на поле битвы, в какое превратился мой разум.
— Темный воин.
Боль пронзила Эмбер, сдавила ей горло еще сильнее, чем слезы. Слова любви, которые она хотела сказать Дункану, стали огнем, пылающим в ее молчании.
С закрытыми глазами Эмбер подвинулась, чтобы прижаться еще теснее к телу мужа. Его пыл и мощь притягивали ее все сильнее с каждым часом, что она с ним проводила. Мысль о том, что она может потерять Дункана, была подобна кинжалу, поворачивающемуся у нее в сердце.
— Дункан, — прошептала она. Прерывающийся голос Эмбер и горячая струйка слез, текущая по его плечу, вызвали в, Дункане прилив нежности. Он ласково погладил ее волосы. Она шевельнулась, и что-то влажное и горячее прочертило его щеку.
Сначала он подумал было, что это ее слезы. Но потом понял, что это был кончик языка, которым она любовно заигрывала с ним.
— Ты искушаешь меня, — чуть охрипшим голосом сказал Дункан.
Волны приятного тепла побежали по телу Эмбер — сладостное эхо чувственного предвкушения, нахлынувшего на Дункана. Он больше не старался сдерживать бурного прилива желания, который вызывали в нем ее прикосновения, потому что его уже не заботило, кто из них первым откликался на зов страсти, а кто вторым.
Дункан усвоил, что страсть Эмбер — это огонь, который ярко пылает и тогда, когда горит сам по себе, и тогда, когда сливается с его пламенем.
Мелкие зубки нежно попробовали укусить бугор мускулов на плече Дункана. Укус был еще и предлогом, чтобы лизнуть его кожу. Получилось что-то вроде поцелуя, сопровождаемого судорожным вздохом.
— Ты меня хочешь, бесценная Эмбер? Еще один дрожащий вздох.
— Да, — прошептала она.
Но когда Дункан пошевелился, чтобы обнять ее, она отстранилась.
— Нет, — шепотом произнесла она.
— Похоже, ты еще сама не решила, — с улыбкой сказал Дункан. — Может, я чем-нибудь могу помочь, чтобы…
Его поддразнивающие слова оборвались и закончились стоном удовольствия, когда нога Эмбер оказалась между его ногами.
— Цветок уже цветет, — сдавленным голосом проговорил он. — Я чувствую его тепло.
— Цветок знает, что солнце скоро встанет. Он хочет, чтобы каждый лепесток был к тому времени готов принять самый первый золотой солнечный луч.
— Солнце уже встало. — Его голос превратился в сдавленный шепот.
— Правда?
Под покрывалом маленькая рука провела по обнаженному торсу Дункана.
Ниже на нем тоже ничего не было.
Нежные кончики пальцев прошлись по Дункану, измеряя и лаская его восставшую плоть. Потом ее охватила мягкая ладошка. У него вырвался звук, в котором слились воедино смех и страсть.
— Ты прекрасно знаешь, что оно встало, — промолвил он. — Доказательство у тебя в руке.
— Только часть доказательства. Боюсь, что на все доказательство целиком мне не хватит и обеих рук.
— Жаль, пропадет зря.
— Да, — пробормотала Эмбер.
— Есть один способ.
— Я как раз над ним размышляю.
— Ложись на спину, бесценная Эмбер. В этом положении ты сможешь размышлять гораздо глубже.
— Мне так не кажется.
Смешинка и чувственная хрипотца в голосе Эмбер заставили Дункана улыбнуться. Страсть и предвкушение свернулись в нем в еще более тугую пружину.
— О чем же ты тогда думаешь? — спросил он.
— Боюсь, что когда ты узнаешь, то упадешь в обморок.
— Я уже лежу.
— Лежишь, да не весь.
— Большая часть меня.
Эмбер улыбнулась и провела кончиками пальцев от основания кверху по той части Дункана, которая не лежала.
— У тебя такая милая ведьмина улыбка, — сдавленно сказал он. — О чем ты думаешь, что так улыбаешься?
— У меня две руки… и рот. Этого хватит? Какое-то мгновение Дункан не понимал, о чем речь.
В следующее мгновение руки Эмбер сомкнулись на нем, и он ощутил бархатное тепло ее языка. Все тело его напряглось в бурном приливе.
— Эмбер.
Она подняла на него глаза.
— Я сделала тебе больно?
Говоря, она поглаживала его упругую плоть. Было видно, как от этой ласки толчками приливает кровь, делая ее еще тверже.
— Нет, — ответил Дункан.
— Привела в смущение? — Да. Нет.
Он с трудом заставил дышать это тело, которое бурно требовало еще одного такого поцелуя, жаждало вновь ощутить скользящее прикосновение ее языка.
— Так все же «да» или «нет»? — спросила Эмбер, прекрасно зная, насколько сильно было испытанное Дунканом наслаждение. — Может быть, вот это поможет тебе решить.
Она повторила эту экзотическую ласку, подольше задержавшись на той части его тела, которая весьма интригующе отличалась от других.
В том числе и своей особой чувствительностью.
— Говорила ли я тебе, — вопросительно пробормотала Эмбер между ласками, — как мне нравится твое тело?
— Если ты не остановишься и будешь продолжать вкушать его, то мне придет конец.
— Значит, мне придется начать с самого начала.
— При этой мысли у меня сердце замирает.
— Сердце — может быть, но не плоть. Она тянет и дергает, словно накоротко привязанный жеребец.
Дункан засмеялся, несмотря на охвативший его жар, гонимый неистовыми толчками крови и возбуждаемый ощущениями от ласк Эмбер — ее слов, ее рук, ее языка.
Зная, как она возбуждает его, Эмбер с улыбкой несколько раз тряхнула головой, так чтобы волосы, подобно покрывалу, упали на бедра Дункана. Но в этом месте его не так-то легко можно было укрыть. Знак его страсти гордо вздымался, требуя, чтобы о нем позаботились.
Или чтобы с ним поиграли.
— Мне особенно нравится вот это, — сказала Эмбер. — Оно твердое, но такое гладкое, когда его трогаешь кончиками пальцев. Будто полированное серебро, нагретое солнцем.
Глубокая судорожная дрожь пронизывала тело Дункана, когда он смотрел и чувствовал, как его облизывает розовое пламя ее языка, разжигая в нем целый пожар. Сильные руки погрузились в ее волосы.
— Иди ко мне, — хрипло проговорил Дункан.
— Сейчас, — прошептала Эмбер. — Но сначала… Он ощутил, как она берет его в рот, пробует на вкус, с нежной лаской исследует его твердость. Неистовость, нараставшая в нем, копилась и в ней. Она ждала, что вот-вот Дункан опрокинет ее на спину, подтянет вверх ее колени и погрузится в нее.
Вдруг Дункан сел и перетянул ногу Эмбер через свои бедра, так что она оказалась сидящей на нем верхом, открытой для него. Он обнаружил, что и ее покрывает та же испарина страсти, от которой его тело блестело, будто натертое маслом.
Он провел рукой у нее между бедрами, пробуя ее и наслаждаясь ею в одно и то же время. Когда он вынул руку, пальцы его блестели влагой ее желания. Наблюдая за ней, он поднес руку к лицу и глубоко вдохнул, упиваясь ее ароматом.
— В следующий раз, — сказал он, — я узнаю и твой вкус. Но не сейчас. Сейчас ты своим сладким ротиком уже разделалась со мной.
— На вид ты целехонек, — прошептала она. Кончик ее пальца на миг задержался на нем, как раз на столько, чтобы подобрать единственную горячую каплю, ускользнувшую из-под его запретов. Когда она затем поднесла палец к губам, лизнула его и улыбнулась, Дункан застонал подобно человеку, которого подвергают пытке. На нем выступила еще одна капля, вызванная ее наслаждением.
— Давай же, колдунья, садись верхом на дракона, вызванного тобою из плоти смертного.
— Как же девушке сесть верхом на дракона?
— А вот как.
Дункан взялся за бедра Эмбер и, приподняв ее; подтянул ближе к себе. В следующее мгновение закругленный конец его плоти раздвинул ее лепестки. С криком удовлетворения она скользнула по нему вниз, вбирая его так глубоко, как он стремился погрузиться в нее.
Эмбер попыталась произнести имя Дункана, но не смогла. Сила испытываемого им наслаждения лишила ее голоса. Вдруг он сильно сжал ее бедра, и это ощущение разметало ее мысли, но сосредоточило ее желание. Она начала двигаться вверх и вниз, как при езде верхом, все увереннее с каждым медленным движением бедер, чувствуя его страсть и свою с необычайной ясностью.
Когда он хотел ускорить бег коня, Эмбер взяла одну его руку в свои, поцеловала ее и положила себе на грудь.
— Тебе нравится мучить меня, — проговорил Дункан сквозь стиснутые зубы.
— Очень.
Его пальцы сомкнулись на сжавшемся острие груди Эмбер. По ее телу прошла легкая судорога, предвестница будущего экстаза. И вот уже под ласками его рук оба ее соска затвердели, спина выгнулась, дыхание стало, прерывистым. Нежный жар ее страсти заструился между их соединенными телами.
— Да, — прошептал Дункан. — Дай мне почувствовать твое наслаждение.
Мгновение экстаза сотрясло Эмбер без предупреждения, заставив ее задрожать и исторгнув у нее крик. В следующий миг Дункан с силой толкнулся в нее, сплавляя их тела воедино горячим пульсирующим извержением своего собственного освобождения.
Ощущая передавшийся ей экстаз Дункана и подстегиваемая им, Эмбер воспаряла еще и еще выше. Он продолжал свои толчки бедрами до тех пор, пока она не выкрикнула его имя и не пережила еще одну сладостно-мучительную смерть.
Тогда он прижал ее к груди и держал так, пока у них обоих не успокоилось дыхание. Лишь после этого он пошевелился, чтобы поменяться с ней местами. Улегшись у нее между ногами, он поцеловал ее неторопливым, основательным поцелуем.
— С каждым разом ты даришь мне все большее наслаждение, — сказал Дункан.
— И ты мне тоже. Даже страшно становится.
— Почему?
— Если блаженство станет хоть на йоту больше, — прошептала Эмбер, — то я просто умру.
— А я снова верну тебя к жизни.
— Это невозможно.
— Это не только возможно. Это неизбежно.
— Но мы не сможем, — шепотом проговорила она, поняв его намерение. — Разве такое может быть?
— Такое может и должно быть. И будет. Смотри на меня, как я смотрел на тебя. Узнай, насколько ты дорога мне и желанна.
Дункан стал медленно спускаться вниз по телу Эмбер, поворачивая лицо то в одну сторону, то в другую, лаская ее губами и словами.
— Отведи меня туда, где нет теней, а есть только огонь. Отдай мне цветок, что с каждым разом цветет все прекраснее.
У Эмбер не было защиты от неистовой страсти Дункана. Да и у него самого ее не было. Это было чувство более всеобъемлющее, чем все, что ему доводилось испытывать раньше. Он не знал, как оно называется, ибо никогда прежде даже и не догадывался, что такое чувство существует.
Оно было как жажда посреди озера с пресной водой, как нужда посреди изобилия, как голод в разгаре пиршества.
Как бы близко он к ней ни находился, ему хотелось быть еще ближе.
Слезы переполнили глаза Эмбер и покатились по щекам. Она и не думала, что бывают такие нежные ласки, легкие поцелуи и укусы, ощущение тепла от его дыхания на грудях, вокруг пупка, на бедрах.
Потом рот Дункана обнаружил ее, попробовал на вкус, окружил тот бутон, что был пылающим центром ее страсти. Неожиданная ласка молнией пронзила ее тело, исторгнув у нее низкий, гортанный крик.
— Бесценная Эмбер, — проговорил Дункан, сотрясаемый дрожью от прилива желания. — Клянусь, что я чувствую, как твоя страсть пронзает тебя, подобно молнии.
Он осторожно взял зубами ее нежный бутон. При каждом медленном движении его языка она повторяла его имя. Потом она уже не могла говорить, ибо ей не хватало воздуха, она разлетелась на осколки, плакала и умирала, будучи во власти экстаза без начала и конца.
Когда пламя охватило ее целиком, он вошел в нее, и они горели оба, и в этом месте не было теней тьмы, а был только огонь.
Эмбер заглянула в большой зал. Там все еще было довольно много крестьян, фригольдеров и вилланов, кучками стоявших тут и там. По виду лишь немногих из них можно было предположить, что они все еще дожидаются очереди на аудиенцию к своему сенешалю.
— Ты закончил, милорд? — спросила Эмбер.
Она оставила Дункана на довольно долгое время, пока переводила один особенно трудный фрагмент рукописи, который понадобится Кассандре, как только она вернется с севера. Но теперь работа была сделана, и она отправилась на поиски Дункана.
Всякий раз, когда его не было рядом, она чувствовала себя беспокойно, словно опасаясь, что его могут каким-то образом в любой момент отнять у нее.
— Иди сюда и садись рядом со мной, — сказал Дункан, протягивая руку. — Я скоро закончу.
Как только Дункан прикоснулся к Эмбер, она почувствовала, что часть напряжения уходит, покидает обоих. Сейчас его воспоминания не пробуждались. Он был сосредоточен на настоящем и своих обязанностях в качестве Эрикова сенешаля.
Эмбер сидела рядом с Дунканом на возвышении в большом зале, а он выслушивал жалобы, выносил решения и снова слушал. Слушая, он поглаживал ее руку, напоминая и себе, и ей о наслаждении и покое, обретенных ими в те предрассветные часы, когда их сплетенные тела прогнали воспоминания, что преследовали Дункана подобно волчьей стае.
— Скучное было утро? — тихо спросила Эмбер.
— Я начинаю думать, что всем свиньям в округе следует перерезать подколенные сухожилия, — пробормотал Дункан, когда вперед выступили следующие вассалы.
Увидев, кто были эти просители; Эмбер усмехнулась про себя.
— Должно быть, свинья Этельрода опять рылась в огороде у вдовы Мэри, — сказала Эмбер.
— И часто ли это случается? — спросил Дункан.
— Всякий раз, как Этельрод и вдова ложатся друг с другом.
Дункан искоса взглянул на Эмбер.
— Видишь ли, эта свинья очень любит Этельрода, — продолжала Эмбер голосом, слышным лишь ее мужу.
— Не понимаю, — пробормотал Дункан.
— Свинья всюду следует за Этельродом, словно верный пес.
Дункан сверкнул белозубой улыбкой из-под усов.
— Теперь начинаю понимать, — сказал он. — У Этельрода есть крепкий загон для свиньи?
— Нет. Это ему не по карману. Он ведь крепостной.
— А они хотели бы пожениться?
— Вдова-то фригольдерша. Если они поженятся, то их дети станут крепостными.
Нахмурив брови, Дункан смотрел на мужчину и женщину, которые в смущении стояли перед своим сенешалем.
— Испытывает ли Эрик нужду в крепостных? — очень тихо спросил Дункан.
— Нет. Он строгий хозяин, но не жестокий, — ответила Эмбер. — От него не бегут те, кто ему служит.
— Хороший ли вассал Этельрод?
— Да. Он никогда не увиливает от обязанностей.
— А какого о нем мнения здешние жители? — спросил Дункан.
— За советом они скорее пойдут к нему, чем к священнику или хозяину замка.
Не выпуская руки Эмбер из своей, Дункан снова обратил взгляд на стоящую перед ним пару.
— Вдова Мэри, — сказал Дункан. — Если бы Этельрод не был крепостным, ты бы не отказалась выйти за него замуж?
Вопрос настолько застал женщину врасплох, что она не сразу нашлась с ответом.
— Нет, лорд. Он усердный работник и по-доброму относится к тем, кто слабее. Но…
— Но что? Говори, женщина, не бойся. — Слова Дункана звучали ободряюще.
— Эта его свинья ни за что не войдет ко мне в дом, разве что только на вертеле для жаркого!
Все вассалы, кто остался посмотреть, как будет" судить да рядить новый сенешаль, засмеялись. Постоянная война вдовы со свиньей была источником веселья для обитателей всего замка.
Дункан улыбнулся и обратил взгляд своих карих глаз на крестьянина, стоявшего со смущенным видом посреди большого зала; в узловатых руках он держал шапку, а его плохо обутые ноги казались плоскими, словно дно телеги.
— Этельрод, ты бы не отказался взять вдову Мэри в жены? — спросил Дункан.
Краской румянца покрылись не только заросшие бородой щеки крестьянина, но и его обветренный лоб.
— Нет, с-с-эр, — заикаясь, пробормотал он. — Она х-хорошая женщина.
— Тогда мне ясно, как можно решить эту задачу со свиньей, — сказал Дункан. — Вдень, когда ты женишься на вдове Мэри, ты уже не будешь крепостным.
Этельрод был так ошеломлен, что смог лишь открыть и закрыть рот.
— В день свадьбы, — продолжал Дункан, — ты получишь в подарок от сэра Эрика достаточно древесины, чтобы построить прочный загон для свиньи.
В большом зале стало шумно: послышался смех, одобрительные и приветственные возгласы. Не прошло и двух недель после назначения, а вассалы уже полностью приняли нового сенешаля замка.
Прежде чем утих шум, Дункан встал и потянул за собой Эмбер.
— Поедем со мной верхом, — сказал он. — Оказывается, твое знание замка и его вассалов мне не только необходимо, но и доставляет удовольствие.
— Куда мы едем на этот раз?
— Туда, куда ездим каждый день с тех пор, как поженились, — ответил Дункан, кивая вассалам, расступавшимся, чтобы пропустить его.
— По южной тропе через деревушку Дикая Роза и через поля в лес. — Эмбер улыбнулась. — Это мой любимый путь. Ручей Дикой Розы журчит так, будто смеется.
Во дворе ждали седоков только две лошади. В замке Каменного Кольца оставалось так мало бойцов, что Дункан отказывался обременять их лишней работой в качестве провожатых, когда он и Эмбер выезжали прогуляться по землям замка. Разбойников не было ни видно, ни слышно на расстоянии полудня пути от замка после того, как Эрик приказал повесить одного из их братии.
Дункан подсадил Эмбер в седло ее лошади, потом сел на свою. Устроившись в седле, он, как всегда, проверил расположение меча и молота. Эти движения для Дункана были такими же естественными, как дыхание.
Копыта идущих рядом лошадей процокали по двору и прогрохотали по крепкому деревянному настилу подъемного моста. По дороге Эмбер отвечала на вопросы, касавшиеся истории различных полей, о том, кто возделывает то или иное поле и насколько хорошо, кто фригольдер, а кто крепостной, кто здоров, а кто болен.
— Похоже, ты едешь по этой дороге не для того, чтобы послушать журчание ручья, — сказала под конец Эмбер, когда они въехали в лес.
— Я еду, чтобы слушать, как ты рассказываешь о замке и его землях.
— А Ястребиный Холм, что лежит неподалеку от нашего пути, удобное место, откуда открывается хороший вид на принадлежащие замку земли.
Дункан кивнул.
— Из тебя получится прекрасный сенешаль для Эрика.
— Из меня получится еще лучший воин.
— Он не сомневается в твоей храбрости, — сказала Эмбер.
— Тогда почему он не пошлет меня в Уинтерланс? Говорят, там норвежцев, как травы в летних лучах. — Голос Дункана звучал сердито.
— Ты ему больше нужен здесь. Не далее как в прошлую субботу один из его кузенов что-то вынюхивал среди вассалов, испытывал их настроение.
Дункан прочистил горло.
— Теперь, — продолжала Эмбер, — Эриковы кузены уже знают, что в замке Каменного Кольца новый сенешаль и что вассалы его весьма уважают.
Не дождавшись ответа, Эмбер с грустью посмотрела на Дункана. Он оглядывался вокруг прищуренными глазами, словно что-то искал.
И рука его лежала на рукояти меча.
— Дункан? Что-то не так?
Он вздрогнул и обернулся к Эмбер. Ее сердце замерло, потом бешено заколотилось. Какое-то мгновение он не узнавал ее. Дункан посмотрел на свой частично вынутый из ножен меч и тут же оглянулся через плечо. Позади, расстилаясь во все стороны от того места, где дорога для повозок входила в лес, под мирным небом лежали принадлежавшие замку поля. За полями, на гребнях холмов, словно томные красавицы в гареме, ожидающие милости своего властелина, раскинулись облака. И на все это солнце изливало яркий золотой свет, подобный целительному благословению.
Повернувшись в седле, Дункан посмотрел вперед. Лес был все еще одет в сверкающие осенние цвета — желтый, красный, оранжевый. Прихваченные морозом травы хрупкими растрепанными клочьями цеплялись за камни и упавшие на землю сучья. Листья, высохшие за три ветреных, сухих дня, взвихривались вокруг мохнатых щеток над копытами лошадей, когда те бок о бок шагом шли по дороге.
Убедившись, что Дункан не собирается отвечать на ее вопрос, Эмбер привстала на стременах и склонилась в его сторону. Ее слегка дрожащие пальцы сомкнулись на запястье его правой руки.
На этот раз прикосновение не принесло Эмбер ничего, кроме ощущения яростной схватки в голове Дункана.
— Ты знаешь меня? — спросила Эмбер полным тревожного беспокойства голосом.
Глаза Дункана остановились на ней, и он удивленно засмеялся. Взял ее руку и поцеловал ладонь.
— Я знаю тебя столь же хорошо, как и свое собственное сердце, — сказал он.
— Но ты только что смотрел на меня так, будто не знаешь, кто я!
Искры веселья угасли в глазах Дункана, остались лишь тени, которые неотступно преследовали его.
— Только что, — ответил на это он, — я блуждал среди теней тьмы.
Эмбер печально вздохнула.
— Часть меня постоянно предупреждает об опасности, — серьезно добавил Дункан. — Другая часть постоянно это высмеивает. Я чувствую себя как оленья ляжка, которую грызут двое волков.
Он переплел пальцы Эмбер со своими. Какое-то время они ехали медленным шагом, бок о бок, и говорили мало, позволяя ярким краскам осени высвечивать все тени.
Дункан и Эмбер все еще держались за руки, когда из леса вылетела тяжелая сеть и обвилась вокруг Шотландского Молота.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Заколдованная - Лоуэлл Элизабет



Замечательная трилогия! Ода любви и чести. Приятно изложено, легко и задушевно. Спасибо автору и данному сайту за приятно проведенное время)
Заколдованная - Лоуэлл ЭлизабетВита
6.02.2012, 1.24





бред.. одни знахари, оборотни и прочяя чушь.
Заколдованная - Лоуэлл Элизабетольга
23.02.2012, 23.51





Отличная книга.....ну как и все книги Элизабет Лоуэлл
Заколдованная - Лоуэлл ЭлизабетКесси
3.08.2012, 23.03





мой первый и самый любимый роман Элизабет Лоуэлл
Заколдованная - Лоуэлл Элизабетаня
6.09.2012, 17.11





Роман понравился, есть одно "но". Я на месте автора помучила бы Дункана с особым цинизмом еще глав пять-десять за подлость. И вообще, не думаю, что он -то цветов рябины заслужил. Не увидела я в его поступках такой любви. Гаденький мужичонка. Далеко не Саймон. Эмбер хороша! И Эрик.
Заколдованная - Лоуэлл ЭлизабетТатьяна
24.04.2013, 14.35





kak je on mena nerviroval etot Dunkan so svoyey klatvoy!
Заколдованная - Лоуэлл ЭлизабетAfa
11.05.2013, 20.06





Несколько необычно, в целом понравился, особенно яркий, выразительный язык повествования.
Заколдованная - Лоуэлл ЭлизабетAlina
1.10.2013, 20.45





Интересный роман, немного необычный. Восхитительное сочетание колдовства и магии с трогательной реальностью. Главный герой совершенно не впечатлил, какой - то недостойный. Читала все романы из данной серии и больше всех понравился и заинтриговал лорд Эрик, жаль что для него не нашлось достойной и необыкновенной во всех проявлениях женщины. (Правда остаётся место для фантазии о нём для себя. Кажется, чуть - чуть влюблена...)
Заколдованная - Лоуэлл ЭлизабетЛюпин
1.10.2013, 20.50





Замечательный роман.Для тех кто любит рассказы про рыцарей,прекрасных дам,колдуний,волшебников.И конечно любовь!Читайте,наслаждайтесь.10б
Заколдованная - Лоуэлл ЭлизабетЛеля
14.11.2013, 0.54





Да,хочу подсказать,что первая книга называется"Неукрощенная",вторая-"Заколдованная",третья-"Очарованная".Почемуто последовательность никогда неуказывается.Чудесная трилогия.
Заколдованная - Лоуэлл ЭлизабетЛеля
14.11.2013, 1.04





Чудесная книга.Читается быстро и очень захватывающаяся!Получила огромное удовольствие.10 баллов.
Заколдованная - Лоуэлл ЭлизабетНаталья 66
18.02.2014, 6.35





Потрясающий роман! Такую любовь и нежность передала писательница. Г.героиня совершенна. И зрявв комментариях хают Дункана, это было другое время, он воин и честь для него превыше всего, но он уступил любви. Я в восторге от книги.
Заколдованная - Лоуэлл Элизабетмария
22.02.2014, 0.46





Вот эта трилогия имеет свое лицо, отличается и слогом, и особым стилем. Поэтичное описание очень и чувственное. Красивая сказка. Правда, ближе к концу слегка меня эти колдовские штучки и видения утомили. Восемь - маловато, десять - лишку. Восемь с половиной?
Заколдованная - Лоуэлл ЭлизабетАлина
15.03.2014, 14.39





Вот читаю коммент Марии и охреневаю! О какой чести речь? В чем честь-то? Обвенчаться с прелестной, великодушной женщиной, развестись и предложить ей роль наложницы? Прыгать из койки в койку (ведь наследник-то нужен!)? Обречь ее детей на пожизненное клеймо бастардов, прислужников при законных детях? Главный герой вообще не имеет понятия о чести, имел бы совесть ее отпустить по-нормальному, и на то воли не хватило. Реально Эмбер жаль, односторонняя любовь с ее стороны, жадность и эгоцентризм с его. Нее, подленький мужичонка!
Заколдованная - Лоуэлл ЭлизабетТатьяна
9.10.2014, 6.38





мой самый любимый и трогательный роман, несколько раз читала и по прежнему в некоторые моменты плачу( когда Эрик требует кровного поединка за свою сестру), хотя из меня трудно выбить слезу. Жаль нет продолжения об Эрике, получилось бы вполне достойно!
Заколдованная - Лоуэлл Элизабетberegusebya
26.11.2014, 11.23





Полная чушь, гг тряпка, таскали его весь роман, а когда встал его черед сделать выбор ,опять все решили за него, отвели даже к Эмбер лишь бы он по пути не передумал. А Эмбер великомученица. Так до старости и будет мучиться. Роман перенасыщен фантастикой, каждый второй там Великий знахатерь, все видят, все знают, но до конца тупят. Не понравился.
Заколдованная - Лоуэлл ЭлизабетАлександра
5.12.2014, 8.22





Потрясающе красивый роман! Впечатляет!!!!!
Заколдованная - Лоуэлл ЭлизабетАля
10.09.2015, 1.50





Несколько раз читала, и несколько раз плакала в конце. Сказка-легенда, но очень понравилась!!!где бы ещё найти нечто подобное про кельтов и саксов!!!у Лоуэлл перечитала всю серию.....
Заколдованная - Лоуэлл ЭлизабетЕлена
11.03.2016, 11.09





Роман не плохой. На 8-9 баллов. За чувственность наверное и 11 мало. Сила прикосновения, моменты близости шикарно описаны. Эмбер тоже 10, а вот Дункан неоднозначный герой. Даже когда я включаю все понимание ситуации, на какое я способом, и умножаю на тупость мужиков, больше 6 ему я не могу поставить. Очень долго плакала, когда ушла Эмбер. Но на то она и сказка, чтобы в конце все жили долго и счастливо.Советую прочитать всю серию.
Заколдованная - Лоуэлл ЭлизабетРозовый слон
18.05.2016, 12.36








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100