Читать онлайн Вспомни лето, автора - Лоуэлл Элизабет, Раздел - Глава 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Вспомни лето - Лоуэлл Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.04 (Голосов: 49)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Вспомни лето - Лоуэлл Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Вспомни лето - Лоуэлл Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лоуэлл Элизабет

Вспомни лето

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 1

Ранчо Санта-Фе


Ранчо раскинулось на желтовато-бурых пологих холмах Санта-Фе, которые, казалось, откатились от широкого песчаного берега Тихого океана. Вершины многих из них были увенчаны роскошными строениями, залитыми золотом предзакатного солнца. Прохладный ветерок, пронизанный запахом морской соли, смешивался с ароматами дикой травы.
Русло реки, которое редко заполнялось водой, извивалась среди сухих холмов и ущелий, огибало высокие эвкалипты и гранитные выступы. Клочок земли, принадлежащий сельскому клубу «Фэрбенкс;» – изумрудное поле для гольфа, – потрясающе контрастировал с бурыми склонами.
Искусственное препятствие из бревен, камней и воды перекрывало русло и взбиралось на холмы.
Именно это препятствие, а не покой и не красота земли привлекло внимание Рейн Чандлер-Смит.
Вчера она промаршировала по лос-анджелесскому стадиону вместе с одетыми в разноцветную форму атлетами со всего мира, прибывшими на Летние Олимпийские игры.
Вчера она была одной из тысяч под трепещущими флагами стран-участниц во время красочной церемонии в голливудском духе. Вчера она пребывала в полном восторге, потрясенная и возбужденная тем, что является участницей традиции, столь же старой, как западная цивилизация.
Сегодня Рейн была одна.
Сегодня она измеряла препятствия, созданные с единственной целью – проверить навык, выносливость и доверие между наездником и его лошадью. Конное троеборье для наездников было тем же, что и пятиборье для обычных атлетов, – жестким испытанием.
Она смотрела на опасную дистанцию, думая только о ней, но, сама того не замечая, дышала полной грудью, наслаждаясь незнакомыми ароматами земли, раскинувшейся вокруг нее. Рейн, росшую в Виргинии и в Европе, засушливое лето южной Калифорнии приводило в недоумение.
Казалось, эти запахи были всегда, как холмы, море и солнечный свет.
Она снова огляделась, потом потянулась и поправила рюкзак на спине. Вода в бутылке забулькала. Она пошла дальше, длиннофокусная камера и бинокль легонько стукались друг о друга, болтаясь под грудью. Сделав еще несколько шагов, девушка вздрогнула и решила, что пора вытряхнуть гальку из туристских ботинок.
Она встала на одну ногу, сняла ботинок с другой и застыла очень грациозно, словно бежевый фламинго. Но ей и в голову не пришло бы подумать, а уж тем более сказать, что она грациозная.
Когда Рейн исполнилось одиннадцать лет и она только начала осознавать, что родилась женщиной, в ней было пять футов и семь дюймов роста. Она приходила в отчаяние оттого, что не чувствовала себя на земле так же непринужденно, как на спине лошади. Как ей хотелось походить на старших сестер, настоящих красавиц, но сколько бы она ни смотрелась в зеркало и что бы ни делала, она видела одно и то же. Дурнушку Рейн. Поэтому она перестала вертеться у зеркала и со всем пылом предалась делу, которое ей и впрямь хорошо удавалось.
Рейн занялась скачками.
В двадцать семь лет Рейн была гибкой девушкой с красивой фигурой. Она стала сильным, умелым наездником, регулярно принимала участие и побеждала в чемпионатах мира. Но она все еще считала себя неуклюжей дурнушкой. Рыжеватые волосы, коричневатые глаза и слегка загорелое тело – чем же тут гордиться?
Вообще-то Рейн очень редко думала о своей внешности. В юности она потратила слишком много сил, пытаясь стать такой же красивой, как ее сестры, и такой же умной, как ее родные братья. Но ничего не получилось.
Застенчивая рыжеватая клуша просто не могла соперничать с парой золотистых лебедей, какими были ее сестры. Одна из них – совладелица огромной юридической фирмы и жена сенатора. Другая сестра – знаменитость на Бродвее. Два старших брата тоже преуспели: один дипломат, а другой нейрохирург.
Когда Рейн было пять, она просила, умоляла, настаивала, пока родители не разрешили ей брать уроки верховой езды. После этого вся семья с облегчением вздохнула. Верховая езда явилась элегантным решением проблемы: что делать с Малышкой Лоррейн. Или Рейн, как просила называть себя девочка, едва поняв, что данное ей имя оказалось «подержанным».
Лошади позволили ей стать первой.
Возникала какая-то неуловимая связь между Рейн и этими большими животными. Лошади были ее работой и ее любовью. Сидя верхом, девочка забывала о том, что она неуклюжая. Она поддавалась ритму лошади, сливалась с ней в единое целое во время прыжков. Небывалое волнение охватывало Рейн, когда она брала барьеры и препятствия, паря на спине огромного гнедого жеребца.
Только в эти мгновения она чувствовала себя совершенно свободной, живой и была по-настоящему самой собой.
– Довольно грезить бог знает о чем, – – сказала она себе, завязывая шнурки, – иначе вместо полета и парения я буду лежать в настоящей грязи. Эта дистанция для кросса посерьезнее, чем любая другая, уже известная Деву.
Снова подняв бинокль, Рейн принялась изучать высохшее русло реки, извивавшейся у подножия холма. Через несколько минут она вынула блокнот и, сев на землю, стала делать наброски – линия реки, холмы.
Она нагнулась и выдернула пучок травы. Корни ее были совершенно сухие, невероятно жесткие, за них уцепились комочки глины и мелкие камешки. Рейн отряхнула камешки, положила в левую руку, поиграла с ними, словно пытаясь прочувствовать структуру почвы, а не только увидеть ее и ощутить запах.
Сухая, очень сухая земля. Нахмурившись, она сделала пометки на эскизе. Поверхность почвы изменилась бы неузнаваемо, если бы пошел дождь. Здесь глина, а это значит, что, намокнув, она станет смертельно опасной. Но прогноз погоды не обещал никаких ливней и бурь на время Олимпийских игр. Осмотрев землю, Рейн не сомневалась, что она останется такой же и в дни соревнований. Сухой, Еще раз медленно окинув взглядом русло реки, девушка положила блокнот обратно в рюкзак. Рассеянно играя галькой, которую все еще держала в руке, она поднялась на гребень холма, размышляя об Олимпийских играх. «Интересно, – думала она, – какими будут эти холмы, когда венчающие их строения заполнят тысячи людей?»
Время от времени она бросала камешки, наконец в руке не осталось ни одного. Ладонь была сухой от горячих, измученных жаждой камней. Она вытерла руку о штанину, очень надеясь, что в дни, отведенные для троеборья, не будет слишком жарко. Лошадь больше устает от жары, чем от наездника. Еще бы – , ведь лошадь одета в настоящую шубу.
– Ну по крайней мере не сыро, – пробормотала Рейн. – Сырая земля – просто убийство. А сейчас… сейчас все нормально. Да, почва мне нравится.
Она произнесла это и удивилась. Высохшая калифорнийская земля должна быть ей совершенно чужой, но здесь, на ней, она почему-то чувствовала себя так, будто вернулась в свой дом, который забыла, а может, которого никогда и не знала.
Улыбаясь, Рейн отряхнула пальцы, подняла камеру и начала работать. Осторожно приспособив самый длинный телефотообъектив, она сделала серию снимков. Потом из этих слайдов получится прекрасная панорама участка земли, отданного Летним играм.
Настроение Рейн нельзя было назвать радостным, и она, нахмурившись, опустила камеру. Фотографии, конечно, лучше, чем ничего, но не то. Ей нужно пройти всю дистанцию самой. А это возбранялось. В соответствии с регламентом соревнований участники знакомятся с дистанцией все вместе, за день до выезда.
Через десять дней. Всего десять дней до события, которое должно стать и кульминацией, и окончанием очередного этапа жизни.
Рейн не знала, что станет делать после Олимпиады.
Но не сомневалась в одном: она готова сойти со сверкающей карусели большого спорта и заняться чем-то совершенно иным. В последние три года ее все чаще посещала мысль о воспитании и обучении спортивных лошадей. Ватерлоо Девлина – это жеребец, который принесет ей счастливый билет в будущее. Олимпийская медаль позволила бы осуществить мечту.
По траве прошелся ветер, прошелестел, словно дождь, которого не было несколько месяцев. Она закрыла глаза, пытаясь вобрать в себя суть странной, незнакомой и прекрасной земли. Никогда в жизни она не ездила по такой сухой почве. Удастся ли ей инстинктивно чувствовать ландшафт, как на восточном побережье, в Англии или во Франции?
Но помощи ждать неоткуда. Только пробег на выносливость накануне соревнований позволит узнать, как пройдет она эту дистанцию.
Ее губы тронула ироническая улыбка. Почему-то сложилось так, что годами она наблюдала за миром словно со стороны. В общем-то ей нравился такой способ бытия.
Конечно, до нее доносился нежный смех влюбленных, она видела, как они нежно прикасаются другу к другу, точно к величайшей драгоценности, улыбаются…
Рейн резко подняла бинокль. Она не питала иллюзий найти себе мужа. Многие мужчины бросали ей злобные обвинения, да и она сама не обольщалась насчет своих партнеров. После нескольких неудачных попыток Рейн наконец уступила одиночеству и почти поставила на себе крест как на женщине.
«Забудь, – сказала она себе спокойно. – Единственное, в чем ты преуспела, – это езда на лошади».
Долгим пристальным взглядом Рейн обследовала поверхность земли под гребнем холма. Она отчетливо увидела густой медовый отблеск солнечного света на траве, танец голубовато-черных теней под ветром. Ее внимание привлекла эвкалиптовая роща. Деревья казались ей похожими на лошадей, такие же огромные, но грациозные, могучие, но изящные.
«Интересно, – подумала она, – наверное, сухие листья и опавшая кора у подножия деревьев скользкие, если земля под ними влажная». Отсюда она не могла ответить на свой вопрос, но и не могла подобраться ближе, не нарушив олимпийских правил.
Проклятие!
Рейн посмотрела через очки на серо-зеленые листья, мерцающие в свете угасающего дня. Так близко и все еще так далеко…
Это моя жизнь.
Она сняла очки и отвернулась.
* * *
В глубине эвкалиптовой рощи, скрывшись в густой тени и замерев, Корд Эллиот наблюдал за женщиной, которая оглядывала рощу.
Ее взгляд скользил над ним.
Даже когда она исчезла за гребнем холма, он не пошевелился. Он затаился в ароматной тени и стал считать до шестидесяти.
Когда никто больше не появился на вершине холма, он легко и быстро поднялся. Даже встав во весь рост, он все еще скрывался за деревьями. Он слушал так сосредоточенно, словно его жизнь зависела от остроты чувств. Но до него доносились только тягучий шелест травы, легкий ветерок и шорох листьев.
Корд выскользнул из рощи словно тень. Его песочного цвета куртка и джинсы слились с желтовато-коричневой травой. Даже бинокль его был серовато-коричневым. Он взбирался на холм по неглубокому ущелью, чтобы подойти к своей цели с тыла.
Пытаясь оставаться незаметным. Корд стремительно поднимался на гребень холма. Он старался не высовываться из травы и пригибался пониже, чтобы порыв ветра не обнажил голову, потому что черные волосы на золотом склоне хорошо заметны.
Взгляд бледно-голубых глаз прошелся по склону холма, отыскивая женщину, проявившую чрезмерное любопытство к участку олимпийской дистанции. Никого. Еще секунду он смотрел пристальнее, но тоже ничего не обнаружил.
«Ладно, милочка. И куда же ты подалась? – мрачно думал он. – За те валуны, что ли? Нет, не хватило бы времени. Не иначе как в соседнюю рощу?»
Он сощурился и увидел, что девушка стоит на коленях в траве.
«Почему же ты встала на колени? И что ты там делаешь?»
Корд проверил, где находится солнце. Нет, оно сейчас не помощник, а враг. Стоит ему поднять бинокль, и солнечный свет выдаст его, отразившись от окуляров. Пока придется довольствоваться собственным зрением – правда, прекрасным.
Ямки. Она рыла ямки.
«Зачем? Какого черта она роет? И почему там?»
Корд, как опытный тактик, хорошо знал, что лучше всего закладывать бомбу на том участке дистанции, где лошади уже утомлены и где сердце готово выскочить из груди, но остановить их уже невозможно. Да и у самих наездников силы на исходе.
«Чего же ты хочешь? Собираешься убить более сильного соперника? Или тебе доставит удовольствие показать зрителям адскую мясорубку смерти?»
Ответ напрашивался сам собой.
И этот ответ не успокоил Корда.
Затаившись под гребнем холма, лежа на земле, он наблюдал. И ждал. Но как только женщина обернется, он спустится к ней и задаст кое-какие вопросы.
Ей придется ответить на каждый из них.
* * *
Рейн неторопливо встала. Она растерла между пальцами сухие листья эвкалипта и позволила порыву ветра унести с собой ароматное крошево. Затем рассеянно отряхнула слаксы цвета хаки и заправленную в них блузку.
Острый аромат эвкалипта, казалось, въелся в ноздри, смешавшись с запахом нагретой солнцем травы.
«Неплохо, – сказала она себе, глядя на пыльную землю, – почва не превратится в грязное месиво под деревьями, не важно, сколько лошадей промчится галопом между ними. Земля совершенно сухая, как камень». Она с уважением окинула взглядом высокую крону ближайшего эвкалипта.
– Вы ведь долго можете оставаться без воды, не так ли? – спросила она чересчур торжественным тоном. – Пожалуй, у вас могли бы поучиться верблюды. Но не я.
Не отрывая глаз от дерева, Рейн потянулась к рюкзаку за бутылкой с водой.
В эту минуту что-то ударило ее по спине и сбило с ног.
Ошеломленная, застигнутая врасплох, девушка подчинилась рефлексу наездника и, упав, откатилась, не сопротивляясь. Но несмотря на этот прием, у нее перехватило дыхание.
Она лежала лицом вниз, уткнувшись в листья и пыль, придавленная тяжестью. Ее бинокль, камера и рюкзак отлетели далеко.
Рейн попробовала встать, но ее усилия были тщетны.
– Не двигайся. – Мужской голос звучал холодно и ровно.
Она инстинктивно повиновалась.
Сильные руки бесцеремонно шарили по ее телу. Еще ни один мужчина не позволял себе ничего подобного. Рейн напрягалась, но почти сразу поняла, что эти мужские прикосновения не имеют ничего общего с плотским желанием, страстью: она не интересовала его как женщина.
Когда незнакомец перевернул Рейн и снова придавил своей тяжестью, все ее существо возмутилось и восстало.
Девушка чувствовала стальные мускулы, ноги, прижавшие ее к земле, ощущала железную хватку на горле.
Лежа на спине и борясь с паникой, Рейн смотрела в лицо напавшего на нее человека. Свободной рукой он стремительно пробежался по плечам девушки, проверил под мышками, прошелся по грудям и животу, между бедрами.
Она хрипло протестующе застонала.
Холодные голубые глаза впились в лицо Рейн, а рука, продвигаясь вниз по телу, уже добралась до лодыжки и сдернула с нее ботинок. То же самое этот тип проделал и с другой ногой. Он подальше отбросил туристские ботинки, чтобы девушка не могла до них дотянуться. Они попали на рюкзак, бинокль и камеру, которые он тоже оттолкнул подальше.
– Имя?
– Рейн, – немного погодя сказала она.
– Фамилия?
– Смит. – Она поймала ртом воздух, стараясь избавиться от саднящей сухости во рту.
– Что ты здесь делаешь?
Девушка закрыла глаза, пытаясь взять себя в руки.
Рейн знала, как управлять адреналиновой атакой. Самое первое, чему должен научиться любой участник соревнований, – справляться со стрессом.
А второе – быстро соображать в экстремальной ситуации. Голова работала четко, и Рейн поняла: если бы мужчина собирался совершить с ней что-то ужасное, он не утруждал бы себя вопросами.
На смену опасению пришла ярость. Возмутившись, она широко открыла глаза.
– Кто ты такой, черт побери?
Мужчина слегка подвинул сильную руку и сдавил ей горло. Почти секунду Рейн не могла дышать. Бледные глаза следили за лицом девушки, желая понять, ясен ли ей намек.
Куда уж яснее. Ей надо ответить на его вопрос.
– Я осматриваю местность, – процедила она сквозь зубы.
– Зачем?
– Я наездница, участница Олимпийских игр.
В глазах мужчины что-то промелькнуло.
– Докажи.
Голос незнакомца все еще звучал бесстрастно, но поза его едва заметно изменилась, стала.., менее хищной.
– Я оставила Дева в Санта-Аните, – коротко бросила Рейн.
– Дева? – Впервые в тоне мужчины послышались человеческие нотки.
– Ватерлоо Девлина. Лошадь.
– Опиши ее.
– Жеребец высотой семнадцать с половиной хэндов <Один хэнд – примерно 4 дюйма, или 10 см. – Здесь к далее примеч. пер.>, гнедой, без единого белого пятнышка, на три четверти чистокровный…
– Хорошо, хватит, Рейн Смит, – прервал ее мужчина, делая ударение на фамилии.
Он смотрел на Рейн в упор, уже не так сильно придавливая ее, и теперь она отчетливо почувствовала в нем мужчину. Он убрал руку и с ее горла.
Но относился к ней все еще настороженно. А в светлых глазах по-прежнему сквозила напряженность.
– Ты можешь называть меня Корд Эллиот, – сказал он, криво усмехаясь.
Ему хотелось добавить, что она безобразно получилась на фотографии для олимпийского удостоверения личности. Фотографа стоило бы просто убить. Или повесить.
Фотография не передает ее ума, уязвимого взгляда потрясающих карих глаз, а также соблазнительных губ и волевого подбородка.
Словом, это дочь Чандлер-Смита, никакого сомнения.
В мире Корда ошибка на одну сотую процента означает смерть.
– Если не по душе имя Корд, я с удовольствием выслушаю любые предложения, – добавил он шутливым тоном.
Рейн уставилась на него, совершенно очарованная внезапно потеплевшим взглядом голубых глаз. Как будто в самой глубине их растаял лед. Вдохнув наконец полной грудью, она ощутила запах нагретой солнцем травы и тепло, исходящее от сильного мужчины.
Ее ошеломила близость Корда.
– Тебе бы не понравились мои предложения, – с трудом проговорила она. – Ты услышишь много разных имен, если окажешься возле конюшен. Особенно во время соревнований.
– Наездница? Гм… – низким голосом произнес Корд, глядя на гибкое тело девушки. Он был почти уверен, что знает, кто она такая, но разница между «почти» и «уверен» отправили на тот свет немало парней.
– Да, – сказала Рейн холодно. – Моя специализация – конное троеборье.
– Вот почему ты умеешь расслабляться и контролировать себя. Даже не зная, как безоружной противостоять нападению. Ты – продукт слишком цивилизованного обучения, у тебя нет опыта, который дается в кубинском или ливанском лагере боевиков.
– Лагере боевиков? – изумленно спросила она. Опьянение, возникшее от успокоенности, пропало, словно его никогда и не было. Неожиданно Рейн испугалась, что оказалась в руках сумасшедшего.
– Не прикидывайся, будто никогда о таком не слышала. Он существует.
– Ты о чем?
– О терроризме.
Корд отвечал почти машинально. Его внимание привлекли волнующие выпуклости грудей Рейн. Она резко вздохнула, и ему понравилось то, что он увидел.
– Терроризм? Это смешно! Я похожа на террористку? – сердито осведомилась она.
– Клыков у тебя, конечно, нет. – Он улыбнулся собственной мрачной шутке. – Милочка, последний террорист, с которым я имел дело, был одет в желтое шелковое бальное платье и источал ненависть и запах кордита. – Заметив замешательство Рейн, Корд услужливо добавил:
– Кордит – это взрывчатый порошок.
– Бальное платье? – повторила Рейн потрясение. – Террористкой была женщина?
– У мужчин вообще-то нет специального органа насилия.
– Но…
Корд продолжал говорить, будто она его не прерывала:
– От тебя не пахнет, как от террористки. – Он оглядел ее, и взгляд этот был более чувственным, чем его прикосновение, когда он обыскивал ее с ног до головы, пытаясь найти оружие. Он наклонился к шее Рейн и медленно вдохнул. – От тебя пахнет солнечным светом, высохшей травой и эвкалиптом, – проговорил он гортанным голосом.
А еще она источала будоражащий запах женщины, но вряд ли стоит говорить ей об этом прямо сейчас.
От Рейн не укрылось, как сладострастно раздувались его ноздри, когда он вдыхал ее запах. Она задержала дыхание, как любитель-наездник, приблизившийся к высокому барьеру. Она чувствовала себя беззащитной, рассерженной и до крайности растревоженной.
Поэтому опрометчиво бросила вызов Корду – уж лучше разозлить его, чем пасть жертвой его чувственности.
– Даже если среди террористов есть женщины, какой от меня здесь может быть вред? От меня одной?
– Ты можешь заложить взрывное устройство.
– Это смешно.
– Что ты разбрасывала вокруг?
Вопрос прозвучал так, словно ее ответ Корда совершенно не заботил. Но его глаза стали ледяными и безжалостными. Разницу между «почти уверен» и «абсолютно уверен» он никогда не сбрасывал со счетов. Поскольку цена ошибки – смерть.
Рейн ощущала тяжесть тела Корда. Он был похож на Дева, готового к прыжку вслепую, стоило лишь получить сигнал наездника.
– Камешки, – быстро сказала она. – Я кидала гальку. Это привычка. Я обычно подбираю их и кидаю, когда о чем-то думаю. – Потом горячо добавила:
– Бессмысленно заниматься мной! У меня в рюкзаке бомба не поместится!
Даже при том, что Чандлер-Смит обладал фантастическим умением оградить семейство от своей работы, Корд и подумать не мог, что его дочь окажется столь наивной.
– Проводам и взрывателю не надо много места, – проговорил он нетерпеливо. – Никому не нужен даже фосфор. В твой рюкзак войдет шашка, а то и добротный старомодный динамит, от которых ночью может прогреметь взрыв. – Его голос стал отрывистым и настойчивым:
– Зачем ты здесь копала?
– Посмотреть, какая почва.
Корд молчал, давая тем самым понять, что ждет дальнейших объяснений. Такое молчание обычно хорошо срабатывало на допросах. Он пользовался этим отличным приемом достаточно часто и не сомневался в его эффективности. Если Рейн столь же невинна, какой кажется, она поторопится объяснить, для чего ей это понадобилось.
– Я хотела узнать, насколько твердая земля на глубине, – пояснила девушка, – сухая она или влажная и будет ли надежно держать Дева на скоростном спуске, когда его копыта станут глубоко уходить в землю. Вот зачем.
– И ты не собиралась заложить немного взрывчатки?
– С какой стати…
– Чтобы лошади, спустившись с холма, увидели ад на земле, – холодно прервал он Рейн.
Рейн ошарашенно уставилась на него.
– Уродовать лошадей? Да на это никто не пойдет!
Корд долго изучающе глядел на нее. Если ужас в глазах и невинное выражение лица – фальшь, он мертвец.
Если нет, то Блю стоило бы устроить хорошую взбучку за то, что он до такой степени отгородил свою младшую дочь от мерзостей жизни.
Когда Корд наконец заговорил, его голос звучал очень цинично и устало.
– Если ты веришь в это, малышка, то тебе нельзя выходить одной на улицу, как стемнеет. Помнишь Олимпийские игры в Мюнхене? А что скажешь насчет того, как ИРА <Ирландская республиканская армия.> бомбила охрану Королевского дворца? Окровавленные куски человеческого мяса валялись повсюду!
– Прекрати! – прошептала Рейн сдавленным от испуга голосом.
– Я пытаюсь.
– Приставая к незнакомым женщинам?
– Не важно к кому, – заявил он.
Рейн посмотрела в холодные внимательные глаза и поняла, как ей повезло, что Корд умеет так хорошо владеть собой. По крайней мере она надеялась на это. Казалось бы, недоразумение разрешилось, но она до сих пор, словно бабочка, пришпилена к твердой земле.
А мужчина с холодными глазами не торопился отпустить ее.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Вспомни лето - Лоуэлл Элизабет



Потрясающая книга ! СПАСИБО !
Вспомни лето - Лоуэлл ЭлизабетКристина
19.08.2011, 22.36





Замечательно написано держит и держит в напряжении до конца и главное - никаких кровавых сцен для жути, просто рассуждение о том что в мире есть красота и чудовищные вещи и со всем этим человек живет каждый день. От всей души наслаждалась!!! СПАСИБО!!
Вспомни лето - Лоуэлл Элизабетстарушенция
5.08.2012, 21.38





Хороший роман.
Вспомни лето - Лоуэлл ЭлизабетАнна
6.08.2012, 12.03





действительно, очень не плохо. попробую почетать что-нибудь еще у нее,тогда будет понятно.
Вспомни лето - Лоуэлл Элизабетбабулька
25.08.2012, 17.58





Очень понравился роман. Чувства и переживания героев, эмоционально держат читателя в напряжении, не отпуская, что требует чтения до конца.
Вспомни лето - Лоуэлл ЭлизабетАннушка
3.11.2012, 10.14





Очень понравилось!
Вспомни лето - Лоуэлл ЭлизабетKati
26.02.2013, 0.21





Очень понравилось!
Вспомни лето - Лоуэлл ЭлизабетKati
26.02.2013, 0.21





Очень понравилось!
Вспомни лето - Лоуэлл ЭлизабетKati
26.02.2013, 0.21





Роман супер, мне очень понравилось!!!
Вспомни лето - Лоуэлл ЭлизабетАлёна
3.06.2013, 19.51





Прекрасный роман.Читала не отрываясь ни на минутку.Получила огромное,огромное удовольствие!
Вспомни лето - Лоуэлл ЭлизабетНаталья 66
19.02.2014, 17.24





Очень понравилось! Люблю такие истории, когда у героя холод, пустота в душе, а любовь все исцеляет...Отличная книга! ""Он хотел, чтобы Рейн испытала оргазм каждой клеточкой, а он бы погрелся у ее огня, чтобы никогда больше не замерзнуть""...мммм)10/10
Вспомни лето - Лоуэлл ЭлизабетNeytiri
20.02.2014, 12.06





Ложка дегтя в бочку меда положительных комментариев. Ну не понравилось мне, вкусы у всех разные. Не захватило.
Вспомни лето - Лоуэлл ЭлизабетКристина
22.07.2014, 11.30





У Лоуэл все романы замечательные, на мой взгляд, самый лучший "До края земли", но там достает мазохизм героини. Потеряла ребенка,но не попросила никого о помощи.Нужно было заставить эгоистку-мать помочь.Или агента-миллионера.Гордость в этом случае неуместна. А у Рейн замечательный отец,помог ей и ее любимому, спас их любовь.
Вспомни лето - Лоуэлл ЭлизабетТесса
4.02.2015, 16.17





Не плохо, но перечитывать не буду. 8/10
Вспомни лето - Лоуэлл ЭлизабетВикки
23.02.2016, 21.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100