Читать онлайн Только он, автора - Лоуэлл Элизабет, Раздел - 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Только он - Лоуэлл Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.92 (Голосов: 137)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Только он - Лоуэлл Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Только он - Лоуэлл Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лоуэлл Элизабет

Только он

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

13

— Как ты себя, чувствуешь? — спросил наконец Калеб, боясь открыть глаза и увидеть, сколько боли причинила Виллоу его необузданная страсть.
Стремясь продлить состояние умиротворенности, в котором она продолжала пребывать, Виллоу пробормотала что-то нечленораздельное и потерлась щекой о грудь Калеба
— Виллоу!
Она откинула голову назад, чтобы посмотреть в светло-карие глаза любимого.
— Прости меня, — виноватым тоном произнес Калеб. — Я не хотел причинять тебе боль. — Он смущенно покачал головой. — Я никогда так не терял голову
Медленная, женственная улыбка Виллоу бросила Калеба в жар.
— Если ты ждешь, чтобы я тебя отругала, тебе придется ждать слишком долго, — сказала она и поцеловала его в плечо.
Калеб приподнял подбородок Виллоу, чтобы посмотреть ей в глаза. В них он не прочитал ни боли, ни сомнений. Это были глаза женщины, которая не только испытала удовлетворение от физической близости с мужчиной. Это были глаза счастливой женщины.
— Я не причинил тебе боли?
— Ну, немножко в самом начале. Понимаешь, ведь ты… гм…
— Слишком груб, — подсказал Калеб.
Виллоу удивленно посмотрела на него.
— Я совсем не это имела в виду.
Калеб ждал.
— Знаешь, Калеб, — решительно сказала она. — Ты должен помнить, что ты крупный мужчина. У тебя большие руки, большие ступни, большие плечи, словом, все большое.
Он увидел, как покраснела Виллоу, а в ее красивых глазах заискрился смех. У Калеба сердце обливалось кровью при мысли о том, что он причинил ей боль. Он ласково поцеловал Виллоу в губы, думая, как было бы здорово, если бы она была кем угодно, даже возлюбленной многих мужчин, лишь бы не сестрой Рено.
Но Виллоу до него была девственницей и навсегда останется сестрой Рено.
«Нет смысла рыдать над разлитым молоком, — мрачно подумал Калеб. — Что сделано, то сделано, да я бы и не стал ничего переделывать, даже если бы мог. Я даже на смертном одре буду вспоминать счастливые крики и стоны Виллоу и трепет ее тела в момент нашей близости. Будучи девственной, она едва не сожгла меня заживо.
Может, мне повезет. Может, этого сукиного сына убьют индейцы или он сломает себе где-нибудь шею, гоняясь за золотом… Может, он отдаст концы раньше, чем я найду его».
Эта мысль была как бальзам на смятенную душу Калеба. Однако жизнь научила его не рассчитывать на счастливый случай
Жизнь научила его делать то, что должно быть сделано, ибо слишком многие уходят в сторону, предоставляя выполнить грязную работу другим.
Люди ценили Калеба Блэка, который понимал, что вроде бы простая формула справедливости «око за око» никогда не была простой и по-настоящему редко была справедливой. Но таково людское правосудие, а без него было бы совсем плохо.
«Если Рено не умрет до того момента, как я найду его, он умрет от моей руки. Или умру я. Или мы оба».
Калеб привлек к себе Виллоу и обнял ее — просто по-человечески обнял, ибо в этот момент он был погружен в мучительные размышления.
— Что с тобой? — спросила Виллоу. — Разве тебе не хорошо сейчас?
Калеб грустно улыбнулся и зарылся лицом в пахнущих лавандой волосах.
— Так хорошо, что еще немного — и я бы умер. Виллоу засмеялась, но тут же стала серьезной.
— Да, это действительно похоже на смерть… но не совсем… С возрождением… в обновленном виде. — Ее руки обвились вокруг Калеба. — Я никогда больше не буду прежней… Ты теперь часть меня.
— Запомни то, что ты говоришь, — сказал Калеб, крепко сжав Виллоу. Его голос казался грубым. — Вспомни это, когда однажды увидишь во мне просто мужчину, который лишил тебя невинности… Я обязан был сдержать себя… Но не сдержал… Не смог… Я никогда не был таким с другими женщинами… Мне очень жаль, Виллоу, — А мне — нет! Я люблю тебя.
Виллоу затаила дыхание, надеясь услышать ответное признание Калеба. Но она услышала лишь плеск дымящейся воды, омывающей их тела, а затем Калеб наклонил к ней голову, и поцелуй его, при всей нежности, заставил Виллоу вздрогнуть.
— В один прекрасный день ты вспомнишь это и пожалеешь, что не прикусила вовремя язык, — тихо произнес Калеб. — Тем не менее я очень рад это слышать. Я рад, что доставил тебе удовольствие.
У Виллоу горестно сжалось сердце, сияние в ее глазах померкло.
— Калеб, в чем дело? Я ничего не понимаю.
— Я знаю. — Он набрал побольше воздуха в легкие и приготовился рассказать Виллоу о погибшей сестре и о человеке, который соблазнил ее, но под взглядом Виллоу не смог заставить себя начать рассказ, как раньше не мог заставить себя оторваться от молодого девственного тела. — Как только мы найдем твоего брата, ты поймешь.
Вопросы, которые Виллоу хотела задать, были погашены поцелуем Калеба. Она не могла понять причин его мрачного настроения. Не могла понять его грусти в тот момент, когда говорила ему о своей любви, но она прекрасно понимала, что причины для этого были.
И еще Виллоу хотела вернуть Калебу доброе настроение и радость и стать солнцем, которое разгонит мрак в его жизни.
Калеб весьма неохотно прервал поцелуй.
— Если ты не сойдешь с моих колен, — сказал он, покусывая губу Виллоу, — все мои благие намерения рухнут к чертовой матери.
— Какие благие намерения?
— Я стараюсь не соблазнить тебя снова.
— Вообще? — спросила Виллоу, не имея сил скрыть разочарования.
Калеб прикрыл глаза и подумал, что лучше всего, если бы он никогда больше не находился в физической близости с Виллоу, не ощущал токов страсти, которые пробегали между ними Но мысль о том, что он больше не будет обладать ею, была для него непереносима. Он никогда не встречал женщин, подобных Виллоу. Она принесла ему столько радости, сколько не смогла принести ни одна женщина, открыв ему, насколько он был неутоленным до встречи с ней.
А ведь он лишь прикоснулся к глубинам ее страстной души.
— Я стараюсь не соблазнить тебя снова сейчас, — густым басом сказал Калеб.
— Почему?
— Слишком рано. Я не хочу причинить тебе боль.
Виллоу слегка улыбнулась.
— Ты не причиняешь мне боль.
— Но я стараюсь не двигаться. А вот если ты сейчас не встанешь, я могу не удержаться.
Калеб обвил руки вокруг талии Виллоу и стал медленно поднимать ее с колен. У него перехватило дыхание, когда он почувствовал, как твердеющая плоть выскальзывает из ее лона. Он услышал приглушенный стон Виллоу и еще крепче обнял ее за талию.
— Перестань, — сказал Калеб и, наклонившись, куснул Виллоу в плечо.
— Что я должна перестать? — пробормотала она, запуская пальцы в его шевелюру.
— Вынуждать меня оставаться в этом бассейне и брать тебя, пока я не ослабею и не утону.
— Ослабеешь? — Тонкие ладони прошлись по мощным рукам Калеба. — Ты такой же слабый, как гора.
— Разве ты не знаешь? Женщина делает мужчину слабым.
Виллоу засмеялась, откровенно пошевелила бедрами, явно поддразнивая его.
— Ну, ты скажешь.
Калеб закрыл глаза, чтобы ослабить наваждение.
— Так когда ты слабеешь? — повторила она и снова пошевелила бедрами.
Медленная улыбка Калеба заставила Виллоу в предвкушении удовольствия задрожать.
— Ты будешь первой, кто узнает об этом, — пообещал он. Стиснув зубы, он поднял ее, освободив от возбужденной плоти. При этом у него вырвался негромкий стон. — После тебя и вода кажется холодной.
Поняв смысл последних слов, Виллоу прерывисто вздохнула.
— А я чувствую себя пустой… Скажи, это естественно — хотеть, чтобы все оставалось так всегда?
Светло-карие глаза Калеба вспыхнули, тело напряглось, когда он убедился в том, что Виллоу действительно получала удовольствие от того, что он находился в ней.
— Как ты сумела так долго оставаться невинной? — спросил он.
— Я никогда не испытывала подобных чувств ни к одному мужчине. Только к тебе, — просто сказала Виллоу. — Даже к своему жениху… Когда Стивен брал мою руку или целовал в щечку, это было приятно, но сердце из груди от этого не выпрыгивало.
— Твой жених? — напряженным голосом спросил Калеб. — Ты помолвлена?
— Он погиб три года назад.
— На войне? — Голос Калеба явно смягчился.
Виллоу кивнула.
— Ты все еще любишь его?
— Нет. Теперь я понимаю, что никогда и не любила… По-настоящему… Так, как я люблю…
Быстрый, яростный поцелуй не позволил Виллоу закончить фразу.
— Марш из воды, несносная женщина! Мои благие намерения слабеют с каждой секундой.
— Слабеют? Я бы сказала наоборот, — пробормотала Виллоу.
Калеб разразился смехом, после чего повторил:
— Марш из воды!
Команду он подкрепил шлепком по круглой попке, который тут же перешел в ласку нежных округлостей и затененной ложбинки между ними.
Не дыша, Виллоу выбралась из теплой воды и подняла одеяло, которое она оставила на камнях. Она повернулась к бассейну в тот момент, когда Калеб выходил из воды. Серебряные капли скатывались с его тела, словно очерчивая и обрисовывая мужские формы.
— Теперь уже поздно прятаться, — сказал Калеб, уловив на себе взгляд Виллоу. — Мы уже примерили себя друг к другу, как рука примеряет варежку, и тебе все пришлось впору.
Виллоу проглотила комок в горле, лицо ее покрылось густой краской, она растерянно проговорила:
— Извини… Я не хотела пялить глаза на тебя…
— Ты их и сейчас пялишь.
— Ой! — она виновато зажмурилась.
Калеб шагнул вперед, наклонился и легонько поцеловал ее в щеку. — Ты можешь смотреть, куда тебе заблагорассудится. Я ведь шучу. Над тобой приятно подшутить — прямо как мед испить. — Он нагнулся, поднял бритву и свое одеяло и свободной рукой притянул ее к себе. — Пошли. Я обещал причесать и высушить тебе волосы.
— А ты всегда держишь слово?
— Всегда. Даже тогда, когда душа к этому не лежит. — Рот Калеба сурово вытянулся. — В этом случае — тем более.
«Око за око».
— Ты можешь не расчесывать мне волосы, если тебе не хочется, — после некоторого колебания предложила Виллоу. — Я знаю, как хлопотно распутывать все эти узелки.
Калеб улыбнулся и запустил пальцы в ее волосы.
— Мне нравится расчесывать твои волосы. Это как будто гладить солнце. — Он сжал ей руку. — Пойдем. На лугу теплее.
Измаил повернул к ним голову, едва лишь они вышли из-за деревьев. Некоторое время он наблюдал за людьми, прежде чем вернуться к своему прежнему занятию.
— Он очень бдителен для лошади, которая никогда не жила на воле, — сказал Калеб.
— Эта бдительность спасала мне жизнь во время войны. Он чуял приближение солдат и поднимал шум. Мы с мамой бежали в лес, если она чувствовала себя хорошо, или прятались в подвале, если она была нездорова.
Рука Калеба напряглась. Он поднес пальцы Виллоу ко рту и погладил их усами.
— Мне больно даже думать о том, что ты в опасности, что ты испугана, может быть, голодна… — Он замолчал, смутившись, и завершил несколько приземленней:
— Меня это расстраивает.
— Многие женщины знавали и более трудные времена, чем я. Мне еще везло. Единственный раз меня обнаружил солдат, но он поступил со мной благородно.
— Может быть, у него была сестра.
Это напомнило Виллоу, что у Калеба тоже есть сестра.
— Может быть… Как у тебя.
— Ребекка умерла…
Виллоу вздрогнула, услышав эти слова и увидев выражение лица Калеба.
— Прости…
— Ее соблазнил и бросил один негодяй. Я отправился на его поиски, чтобы заставить жениться на ней… Ребекка умерла от родильной горячки. Малютка-дочка умерла через несколько часов. Я об этом узнал уже через месяц.
— Боже мой, Калеб! Я потрясена!
Он посмотрел в ее ясные, полные сочувствия глаза и задал себе вопрос, что скажет она, если узнает, что умершая малютка приходится ей племянницей.
— Я поклялся убить его, — ровным голосом сказал Калеб. — И убью, как только найду.
Виллоу поймала устремленный на нее суровый взгляд и ни на мгновение не усомнилась в том, что Калеб сдержит слово. Она вспомнила первое свое впечатление о нем: опасен. И второе: неумолимый, мрачный ангел справедливости.
«Око за око, зуб за зуб, жизнь за жизнь».
Холодок пробежал по коже Виллоу. В Калебе была сила и мощь, которые способны были внушать страх.
— Ты дрожишь, — нахмурился Калеб и набросил свое одеяло на плечи Виллоу. Они прошли по лугу, и Калеб расстелил хлопчатобумажное одеяло на траве. — Ложись здесь. Внизу теплее, здесь ветер не достанет. Я принесу щетку и расческу.
Калеб ушел, и Виллоу не успела сказать, что ей не холодно. Она тут же опустилась на одеяло и легла животом вниз, отгоняя от себя мысли об умершей сестре Калеба и о том, что он поклялся убить ее соблазнителя.
Очень быстро Виллоу признала, что Калеб был прав: на траве гораздо теплее. Она отбросила в сторону шерстяное одеяло. Белье из тонкой материи под прямыми лучами солнца быстро высыхало. Она блаженно раскинулась на одеяле, радуясь солнцу и жизни.
— Ты похожа на котенка, который наткнулся на сметану, — раздался голос Калеба.
— Так оно и есть, — согласилась Виллоу.
Она открыла глаза. Рядом с ней на коленях стоял Калеб. Он так и остался нагим, и желание так и не оставило его. Когда их глаза встретились, он задумчиво улыбнулся.
— Ты очень сильно действуешь на меня.
— Я заметила.
— Тебя это больше не пугает?
Она покачала головой.
— Смущает?
— Ну… — скрыть румянец во всю щеку было трудно, если вообще возможно.
Калеб засмеялся и коснулся тыльной стороной пальцев пылающей щеки Виллоу.
— Ты привыкнешь ко мне, малышка. Так же, как я привыкну появляться перед тобой нагим.
Виллоу удивленно посмотрела ему в глаза.
— В некотором роде, — пояснил он, — для меня это так же непривычно, как и для тебя.
Виллоу прищурилась.
— Неужто?
Калеб задумался, как объяснить ей то, в чем он не был уверен сам. Как объяснить, что он впервые встретил женщину, которая с такой силой воздействовала на его чувственность.
— Я еще ни перед одной женщиной не расхаживал в чем мать родила по солнечному лугу, — сказал в конце концов Калеб. — И я сомневаюсь, чтобы хоть одна из них пожелала предстать передо мной нагишом. Никто не мог зажечь меня одним взглядом, словом или случайным прикосновением. — Он смущенно хмыкнул и в раздумье добавил:
— Это чертовски выбивает из колеи, если хочешь знать. Ты отыскала такие уголки во мне, о существовании которых я и не подозревал.
— Ты тоже…
Сказанное хриплым шепотом признание Виллоу настолько подействовало на Калеба, что ему захотелось сорвать с нее последние одежды и взять немедленно. И одновременно молиться на нее, шепча нежные признания. А пока происходила борьба двух взаимоисключающих желаний, он оставался неподвижным. Затем, издав глубокий вздох и чертыхнувшись в душе, он взял шерстяное одеяло и начал промокать волосы Виллоу, действуя быстро, аккуратно, со свойственной ему ловкостью.
Вскоре они блестящим веером легли на обнаженные плечи. Калеб водил по ним щеткой, пропускал через пальцы, наслаждаясь их шелковистой мягкостью.
— У тебя изумительные волосы, — сказал Калеб, откладывая наконец щетку, Виллоу вздохнула, пошевелилась и села на одеяле, подогнув ноги в одну сторону. Волосы после щетки потрескивали и льнули к телу. Калеб отвел прядку от ее лица. Виллоу благодарно поцеловала чуткие мужские пальцы.
— Спасибо. — Она улыбнулась, припомнив сказанные им однажды слова. — Хотя эта идея показалась бы тебе чудовищной, я думаю, что из тебя получилась бы великолепная горничная.
Из-под усов Калеба сверкнула улыбка.
— Южная леди… Боже мой, ты была удивительна, — сказал он хрипло.
— Вовсе не южная. — Она посмотрела на прозрачные кружева лифчика и панталон, которые не скрывали, а самым соблазнительным образом почеркивали полноту ее груди, тонкость талии и золотистый треугольник между бедер. — И не леди.
— Цыц! — Калеб приложил пальцы к ее губам. — То, что произошло, случилось по моей вине. Но я не стыжусь того, что было. Это было слишком хорошо, чтобы испытывать стыд или сожаления… Даже если бы я мог вернуть тебе невинность, я не стал бы этого делать. Ты мне подарила такую сладость, как никто другой… И в этом твоя заслуга.
Виллоу улыбнулась открытой и обворожительной улыбкой человеку, которого она любила и который говорил о любви к ней. Этот мрачный ангел мести и справедливости мог быть суровым и опасным. Но только не с ней. Говорил ли он о любви или нет, он относился к ней нежно и трепетно.
Виллоу поцеловала пальцы Калеба и про себя признала, что он был прав в своих рассуждениях. Казалось бы, она должна была испытывать смущение, вспоминая об их близости, глядя на его наготу, отдавая себе отчет в том, что сидит почти нагая перед мужчиной. Однако никакого смущения не было. Она никогда не чувствовала себя так легко и свободно, как в эту минуту.
— Я не взяла бы невинность назад, — шепотом сказала Виллоу, целуя мозолистые мужские пальцы, лежащие на ее губах. — Я никогда не найду более достойного человека, которому можно было бы ее отдать.
Складки на лице Калеба углубились, когда он услышал последние слова Виллоу и ощутил тепло губ, целующих его пальцы.
— Как ты себя чувствуешь? Тебе все еще холодно?
Виллоу покачала головой. Золотистые волосы сверкнули на солнце и накрыли ее руки.
— Нигде не болит и не ноет?
На щеках ее выступил румянец, и улыбка ее была чуть лукавой.
— Нигде не болит
— И не ноет?
— Во всяком случае, лечению это не подлежит… А у тебя где-нибудь ноет?
Пока Виллоу это говорила, рука ее двинулась под покровом волос и коснулась мужской плоти между бедер Калебэ Он вздрогнул от неожиданности. Виллоу отдернула руку.
— Прости, пожалуйста, — заволновалась она. — Я не хотела сделать тебе больно.
Калеб задержался с ответом, стараясь восстановить дыхание и успокоить бешеный стук сердца.
— А ты и не сделала мне больно.
— Ты дернулся…
— Вот если бы в тебя попала молния или по телу пробежали токи… Примерно это я и почувствовал. Но токи были приятные, и никакой боли не было… Удивительной силы токи…
Виллоу широко раскрыла глаза.
Калеб улыбнулся, несмотря на пламя, полыхавшее в его теле.
— Дерзай, душа моя. Исследуй. Теперь ты не застанешь меня врасплох.
— Я не хотела бы причинять тебе боль.
— Тогда ты тем более должна приласкать меня, потому что я горю желанием ощутить эти нежные тонкие пальчики на себе.
Оторвав глаза от лица Калеба, Виллоу перевела взгляд на его тело. Он сидел лицом к ней, упираясь коленями в разостланное одеяло. Рельефно выступали могучие мышцы бедер. И не менее рельефно — мужская плоть, чутко среагировавшая на прикосновение Виллоу.
Несмотря на недавнюю близость, тело Калеба во многих отношениях представляло для нее тайну. После некоторых колебаний Виллоу позволила своей руке опуститься на его бедро, которое так отличалось от женского. Волосы у него на ногах были густые, черные, блестящие, горячие от солнца, кожа теплая и глянцевая, мышцы не правдоподобно твердые. Кожа на ногах у Калеба была темнее, чем у нее, хотя и светлее, чем на груди.
— Ты работал раздетым до пояса? — спросила Виллоу.
— Иногда.
Бушующая в нем страсть сделала его голос хриплым и низким. Он пришел к выводу, что ловить на себе взгляды Виллеу почти так же приятно, как и ощущать ее нежные прикосновения. Видя любопытство и восхищение в ее глазах, он почувствовал себя огромным и крепким, как гора.
— Но никогда не раздевался полностью, — заметила Виллоу, коснувшись бледной кожи, которая никогда не видела солнечных лучей.
— Я ведь уже сказал, душа моя. Это так же ново для меня, как и для тебя.
Она улыбнулась.
— Мне это очень по душе. Мне приятно трогать тебя так, как раньше никто не трогал.
— Да ты не очень и трогаешь меня, — с некоторым укором произнес Калеб, — но все равно ты права. Ты совершенно неповторима. И для меня все ново.
С улыбкой глядя в глаза Калебу, Виллоу провела пальцем по его бедру. Она заметила, как сузились его глаза и напряглись мышцы ног, как участилось его дыхание, когда она приблизилась к очагу страсти. Ее пальцы потрогали густую подушечку волос вокруг мужской плоти. Вначале робко, затем все смелее она стала гладить твердую плоть. Когда Виллоу коснулась округлого окончания, она ахнула от удивления и восхищения.
— Неудивительно, что ты не причинил мне боли. Здесь все такое нежное, гладкое, атласное… И теплое.
Калеб застонал, почувствовав набежавшую волну неистового желания. Если бы он уже не стоял на коленях, после слов и ласк Виллоу он рухнул бы на траву. Калеб был бессилен сдержать свое тело, и на кончиках девичьих пальцев блеснула шелковистая капля как доказательство страсти, которую вызвала в нем Виллоу.
Рука Виллоу замерла.
— Прошу прощения, — хрипло сказал Калеб. — Я никак не хотел шокировать тебя.
— Я не шокирована, — пробормотала она.
— Зато я шокирован.
Виллоу удивленно посмотрела на него.
— Я не привык так быстро терять контроль над собой, — пояснил Калеб.
— Ах, вот оно что…
— Я к этому совсем не привык…
— А тебе… — Она запнулась. — Тебе нравится, когда я трогаю?
Калеб улыбнулся.
— А как ты сама думаешь?
Виллоу вздохнула и сказала:
— По-моему, я никогда не трогала ничего более привлекательного… Ты сделал меня бесстыдной, Калеб. Ну и пусть!
Он наклонился и нежно поцеловал ее.
— Нам нечего стыдиться. Стыд нужно оставить людям, которые обманывают, воруют и разрушают. А быть вместе, как мы, — это значит создавать. И это — благое дело.
— Да, — прошептала Виллоу. — Это здорово. Это как замок и ключ… Мужчина и женщина… Две половинки одного целого. Всю свою жизнь я подозревала это, хотя и не знала. — Виллоу улыбнулась Калебу. — Мир был бы очень скучным, если бы мужчины и женщины были одинаковы.
Калеб засмеялся, затем замер, когда тонкие руки Виллоу скользнули между его ног. Потом он заставил себя пошевелиться, позволяя ей отыскать то, что она хотела. Он был вознагражден нежнейшим исследованием, от которого едва не потерял сознание. Калеб застонал, пытаясь сдержать дрожь экстаза, но преуспел в этом лишь частично.
Удивленно охнув, Виллоу снова рассматривала шелковистую жидкость.
— И сколько же времени, по-твоему, тебе понадобится, — тихонько спросила она, — чтобы ты привык к тому, что теряешь контроль над собой?
— Не знаю, — признался Калеб, — но подозреваю, что ты хочешь это выяснить.
— Если ты не будешь возражать. — Голос Виллоу был нежным, как и руки, которые касались его тела. — Я открыла, что мне приятно трогать тебя в том месте, где ты больше всего мужчина. Мне приятно видеть, как ты щуришь глаза и напрягаешь тело, пытаясь сдержаться. Ты очень сильный, Калеб… Мне нравится твоя сила.
Кончики пальцев пробежали по атласному окончанию плоти, гладкость и пульсирующее тепло которой приводили Виллоу в восхищение. Прикосновение вызвало появление горячей капли. Это произвело такое впечатление на Виллоу, что она почувствовала, как подобным же образом откликнулось ее тело. Девичьи ладони любовно скользили вдоль плоти, баюкали, трогали, дразнили ее и восхищались этим чудом.
Волны трепета пробегали по телу Калеба. Пальцы Виллоу все быстрее скользили по его плоти — и все более частым становилось ее дыхание.
— Ты не возражаешь? — прерывающимся шепотом спросила она.
— Трогай меня так, как тебе нравится… А потом позволь мне потрогать таким же образом тебя, — сказал Калеб. — Я хочу показать тебе все, что может принести радость и наслаждение женщине…
— Хорошо, — прошептала Виллоу, слегка касаясь ноготком его напряженной плоти. — Только после того, как я дам радость тебе.
Тонкие чуткие руки ни на миг не прекращали ласку, и Калеб тихонько застонал.
— Если и дальше ты будешь продолжать в том же духе, я просто взорвусь, — грубовато сказал Калеб. — Ты этого хочешь?
Виллоу посмотрела в светло-карие глаза, чувствуя, как мощно бьется пульс жизни в плоти, которую она ласкала столь интимно, и спросила:
— А такое удовольствие… позволяется?
Калеб посмотрел в блестящие, чуть шальные глаза Виллоу и, испытывая одновременно радость и ужас, подумал, что позволит ей все. Его обезоруживала ее откровенность.
— Любопытная кошечка, — хрипло сказал Калеб. — Давай, действуй. Это даже к лучшему.
— Почему?
Его смех прозвучал отрывисто и резко.
— Действуй, душа моя. Я чертовски хочу тебя, но слишком рано снова брать тебя. Я причиню тебе боль.
Виллоу снова перевела взгляд на мужскую длоть, которую продолжала ласкать. Она была твердая, горячая, пульсирующая.
— А что касается того, что позволяется и что нет, — сказал Калеб, — я отношусь к людям, которые не очень считаются со всякими запретами и дурацкими ограничениями. Все, что тебе хочется, позволяется. Я так считаю, Виллоу.
— Даже это? — спросила она, не имея больше сил бороться с искушением.
Она нагнулась, накрыв волосами обнаженные ноги Кале-ба и плоть, которую ласкала. Губы Виллоу приоткрылись, и кончик языка коснулся атласного окончания.
— Ты здесь даже нежнее, чем я ожидала, — шепотом сказала Виллоу, отрываясь от ласки.
Калеб вновь был захвачен врасплох. Меньше всего он ожидал этого от Виллоу. Он не смог отдалить экстаз, застонал и закрыл глаза, отдаваясь его силе.
Когда Калеб пришел в себя, он поднес руки Виллоу ко рту и поцеловал их.
— Теперь ты все знаешь, — сказал он.
Улыбка Виллоу казалась еще одной разновидностью ласки.
— А теперь моя очередь познать тебя таким же образом.
Глаза Виллоу раскрылись от удивления.
— Я не понимаю.
— Сейчас поймешь.
Рука Калеба коснулась рта Виллоу, словно не давая ей задавать вопросов, затем скользнула к горлу. Учащенный пульс красноречиво свидетельствовал, что, доставляя удовольствие ему, она сама пришла в возбуждение. Под покровом волос рука Калеба двинулась ниже и легла на девичью грудь.
— Не возражаешь? — спросил он тихонько.
Виллоу покачала головой
Он отбросил лифчик в сторону и стал любоваться обнаженной девичьей грудью, испытывая особое удовлетворение оттого, что розовые соски отвердели под одним только его горячим взглядом.
— О чем ты думаешь? — спросил Калеб
Раньше она постеснялась бы ответить. Но не теперь. Калеб без сомнений шел навстречу всем ее просьбам. Она будет вести себя с ним так же прямо.
— Хочу, чтобы ты поцеловал меня, — просто сказала она.
— Здесь? — Калеб коснулся бархатистой пирамидки груди.
Дрожь удовольствия пронизала ее тело.
— Да.
— А здесь?
Он потрогал вторую пирамидку.
— И здесь тоже.
Калеб наклонился, поцеловал груди и стал не спеша щекотать их усами, чувствуя, как у Виллоу прерывается дыхание. Погладив талию, его пальцы скользнули вниз и сняли последнее, что было на Виллоу, — панталоны.
— А еще я хочу поцеловать тебя здесь, — сказал Калеб, касаясь пупка.
Неожиданная ласка вызвала взрыв острейших ощущений, которые родились у Виллоу под ложечкой. Она прямо-таки задохнулась. А рука Калеба последовала ниже, исторгая из ее груди тихие стоны. Виллоу была горячая, томная, податливая…
— И здесь.
Виллоу издала стон, в котором соединились удивление и удовольствие.
— Раскройся для меня, — шепнул Калеб, наклоняясь и касаясь языком ее пупка.
Это было изумительно, когда длинные пальцы скользнули ей между бедер. Виллоу прерывисто вздохнула и развела ноги, предоставляя Калебу свободу действий и возможность рассмотреть ее девичьи тайны. Когда Калеб насладился упоительным зрелищем, его палец раздвинул упругие лепестки и вошел во влажное, скользкое лоно, и Виллоу задохнулась.
— Милая, страстная кошечка, — сказал Калеб, нежно куснув ей живот. — Я вижу, ты пережила приятные мгновения, когда испытывала мою стойкость.
Калеб мягко опрокинул Виллоу на спину.
— Скажи мне, если будет больно, — прошептал он, лаская подушечку волос. — Ведь ты такая маленькая.
Виллоу вздрогнула.
— Больно? — спросил он.
— Нет.
— Но ты вздрогнула…
— Я просто вспомнила…
— Что?
— Тебя. Когда ты был во мне.
Калеб улыбнулся и укусил Виллоу посильнее, отчего она вскрикнула. Большой палец вошел в нее, воспламенив и вызвав острый сладостный удар. Она почувствовала, как теплая шелковистая жидкость выделяется из нее, и в смятении напряглась.
— Калеб, я не хотела…
— Все в порядке, — перебил он, счастливо улыбаясь и трогая влажную плоть — свидетельство пережитого Виллоу наслаждения. — То же самое произошло и в бассейне, только там ты не могла этого почувствовать. А я почувствовал… Тогда это подвело меня к последней черте.
Он прикоснулся щекой к золотистой подушечке волос, которая скрывала милую пухлую раздвоенность.
— Раскройся посильнее, — шепнул Калеб.
Виллоу с готовностью развела бедра еще сильнее, и Калеб встал между ними на колени. Покрытые легким пушком упругие лепестки разошлись, открыв жадному взору Калеба живой, дрожащий узелок. Большим пальцем Калеб стал описывать круги возле узелка. Волны наслаждения одна за другой накатили на Виллоу, исторгая стоны из ее груди. Когда он убрал палец, Виллоу протестующе застонала. Он улыбнулся и возобновил ласку. Реакция Виллоу была бурной и благодарной.
— Вот так, милая кошечка, — Калеб нагнулся к бедрам Виллоу. — Ты можешь сказать, что мои руки тебе нравятся так же, как твои мне.
Кончиком языка он стал описывать круги вокруг атласного узелка. Эта ласка возбудила ее до предела, и она не в силах была сдержать обильный горячий дождь.
— Сладкая женщина, — сказал Калеб.
— Калеб, — прошептала Виллоу, — я…
Новая волна сладострастия лишила ее голоса. Калеб удовлетворенно заворчал, продолжая ласки, все ближе подводя Виллоу к финалу. Его зубы легонько сомкнулись вокруг пульсирующего узелка, даря ей наслаждение, которое она не могла себе даже представить.
Внезапно Виллоу поняла, что испытывают люди при ударе молнии. Она не смогла сдержать крика, перешедшего в стон. Мир унесся куда-то прочь, она снова и слова в экстазе повторяла имя Калеба.
Выждав некоторое время, Калеб неохотно оторвался от Виллоу. Она открыла еще затуманенные глаза и посмотрела на Калеба.
— Какие красивые глаза, — сказал Калеб. — Красивый рот, красивая грудь, красивый живот, красивая… рощица.
Виллоу увидела восхищение в глазах Калеба и снова испытала возбуждение. Она обняла его, приглашая лечь рядом, чтобы всем своим телом почувствовать его тело. Полностью понимая ее, ибо такую потребность испытывал и сам, Калеб, опираясь на локти, прижался к девичьему телу.
Виллоу обнимала Калеба, стараясь прижаться к нему еще теснее. Это было несказанно хорошо — ощущать на себе тяжесть мужского тела. Она терлась о него, наслаждаясь его теплом и силой. Калеб позволял ее рукам блуждать, где им хотелось. Когда она почувствовала твердость его плоти, у нее прервалось дыхание.
— Ты действуешь на меня со страшной силой, — признался Калеб. — Поэтому перестань крутиться и тискать меня, пока я не успокоюсь.
— Ты всегда так мучаешься?
— Раньше у меня не было проблем.
— Не было?
— Нет, — подтвердил Калеб, легонько куснув Виллоу за ухо. — Только с тобой.
Виллоу еще крепче обняла Калеба. Он попытался заглушить стон, но это удалось ему лишь отчасти.
— Калеб, — окликнула его Виллоу.
— Лежи спокойно, душа моя.
— У меня есть идея получше.
Виллоу раздвинула ноги, и мужская плоть уперлась в нее. Она медленно подвигала бедрами, стремясь к близости иного рода. По прерывистому дыханию Калеба было ясно, что он вполне определенно отреагировал на прикосновение к жаркой девичьей плоти.
— Перестань, Виллоу. Я не хочу причинить тебе боль.
— Разве ключ делает больно замку? — шепотом спросила она.
— Не делает, если они подходят друг другу. А разве ты для меня сделана, киска?
— Да, — хрипло сказала Виллоу. — Только для тебя. Возьми то, что тебе предназначено.
Некоторое время он смотрел в карие глаза Виллоу, покоренный ее откровенностью. В нем крепла уверенность, что ему никуда от нее не уйти, как реке не уйти от моря.
Наклонившись, чтобы поцеловать ее, он прошептал ее имя. Из груди Виллоу вырвался вздох, в котором прозвучало его имя. Он хотел было спросить, не делает ли ей больно, но ее тело ответило сладостной дрожью. Он не стал более сдерживать себя. Слияние тел было глубоким и полным.
Это было божественно. Виллоу открыла глаза, испытывая блаженство и восторг. Она прошептала его имя, пытаясь рассказать ему о наслаждении, которое он подарил ей, но у нее не нашлось слов, чтобы передать то, что с ней происходит. Поцелуй Калеба сказал ей, что он понимает ее и без слов. Она слышала, как он произносил ее имя, и ощущала трепет его тела, который передавался ей.
Сознание его блаженства вызвало новый прилив страсти у Виллоу, и эта страсть сплавила их тела в одно целое. Никто не мог сказать, где кончалось одно «я» и начиналось другое, потому что они стали половинками одного золотого шара.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Только он - Лоуэлл Элизабет

Разделы:
123456789101112131415161718Эпилог

Ваши комментарии
к роману Только он - Лоуэлл Элизабет



Понравился, как и вся серия, про друзей Калеба.
Только он - Лоуэлл ЭлизабетНаталья
25.05.2011, 22.53





КНИГА ХОРОШАЯ .
Только он - Лоуэлл ЭлизабетЛИЛИЯ
3.02.2012, 17.17





Интересный роман, мне очень понравился.Столько страсти и любви, легко читается и на душе приятно.
Только он - Лоуэлл ЭлизабетНаташа
6.05.2012, 21.31





довольно неплох
Только он - Лоуэлл Элизабетарина
22.05.2012, 7.28





роман хороший....но есть романы после прчтения которых хочется горы свернуть..этот не такой но почитать стоит 8 из 10 может его испортил внешний вид героя (усы) ну не люблю я усатых
Только он - Лоуэлл Элизабетещё наталья
12.12.2012, 6.04





Блин, "ещё наталья" - у меня та же петрушка :)! Как только вижу слова в книге, какие у героя чудесные кустистые усы, сразу хочется начать читать другой роман! Иногда так и делаю :))
Только он - Лоуэлл ЭлизабетИрина
5.02.2013, 15.45





mne ponravilsa roman, budem chitT Dlshe etu seriyu :)
Только он - Лоуэлл ЭлизабетAfa
14.04.2013, 20.50





Очень понравился роман , главные герои вообще супер - мужественны , стойкие ...сюжет романа увлекателен, интересен ...а за усы ( как девочки пишут ) , для меня это не минус :) , я просто выкидываю эту черту описания героя из романа сразу ...и всё ... читайте , очень хорош . 10 баллов
Только он - Лоуэлл ЭлизабетВикушка
21.05.2013, 12.39





Отличный роман!!!!! Как и вся серия!!!!
Только он - Лоуэлл ЭлизабетЕкатерина
7.06.2013, 15.28





А мне было скучно, дочитала, но больше к этой книге не вернусь. Слишком однообразно описано путешествие... Весь роман - одна дорога. Но любовь Калеба и Виллоу все же хороша. Преданность и долг у главных героев на самой верхней точке человеческих взаимоотношений. Прочитать "Только он" стОит хотя для того, чтобы лучше понять всю серию о героях. Кстати роман "Только моя" понравился намного больше.
Только он - Лоуэлл ЭлизабетАдриана
21.06.2013, 10.22





Роман хороший,твердо 8баллов.Та же проблема с усами,но темнемение главный герой понравился-его характер,отношение к любимой и взгляды на жизнь.Ставлю 8 потому что трудно и скучновато было читать о дороге,по которой шли герои.Но понравилось описание любви Калеба и Виллоу.
Только он - Лоуэлл ЭлизабетО`леся
30.06.2013, 0.42





Серия Коллорадо высший класс. есть о чем попреживать, клаааааас
Только он - Лоуэлл ЭлизабетЭлла
16.07.2013, 14.17





Хорошая книга,просто захватывает.И все из этой серии...Про Бича и Шеннон ,Рено и Еву,Вульфа и Джеси.
Только он - Лоуэлл ЭлизабетКристина
22.07.2013, 15.41





Красивая любовь, хотя многовато приключений.
Только он - Лоуэлл ЭлизабетКэт
12.08.2013, 10.46





Неплохо.
Только он - Лоуэлл ЭлизабетЮлия
28.08.2013, 19.52





Хороший роман про Дикий Запад.Очень понравилась Виллоу-храбрая девушка,да и Калеб не подкачал.9 баллов,потому что средневековая трилогия этого автора шикарнее.
Только он - Лоуэлл ЭлизабетЛАУРА
29.11.2013, 12.54





Опять Главный герой ведет главную героиню на Запад, только с 5-ю кобылами и жеребцом. Путь затянут, а приключений маловато. Главный герой боготворит свою дурочку сестру, которая оболгала брата героини. Чрезмерная порнография-вся 13-я глава полностью. Чувствуется нудноватость и высасывание из пальца. Да!8-ми баллов достаточно.
Только он - Лоуэлл ЭлизабетВ.З.,65л.
6.12.2013, 10.46





Всегда интересно читать как развиваются отношения между мужчиной и женщиной. Вот об этом роман! Кому интересно - читайте! Калеб конечно хорош, как всегда в романах. Не пойму Виллоу, почему убежала от брата и Калеба? Глупость. Прочитать один раз можно.
Только он - Лоуэлл ЭлизабетЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
5.07.2014, 0.16





ПРЕКРАСНО! ВОСХИТИТЕЛЬНО!благОРОДНО!
Только он - Лоуэлл ЭлизабетВЕРОНИКА
28.08.2014, 19.16





Добротный ЛР, приятные герои, чувственные любовные сцены, есть приключения и сюжет, но не шедевр: 8/10.
Только он - Лоуэлл Элизабетязвочка
28.08.2014, 23.05





Нравится это роман, но там столько моментов которые вызывают у меня недоумение. Ну во-первых перевод местами корявый и это иногда искажает смысл, что подбешивает. Во-вторых, поведение главной героини. Она по идее девушка из благородной семьи, а соответственно строгого воспитания и высоких моральных правил. А так как это середина XIX в., то тогда нормы нравственности и морали действительно были строги. Но она полкниги ходит просто полуголая перед мужчиной в каких-то там одеялах и это ее ни капельки не смущает. Ну вот вообще. Даже ни капли стыда и мысли о том, что это как-то неприлично, ну не говоря про моменты про развешенное нижнее белье. Да, я понимаю что автор хотела показать сверхнаивность героини и экстремальные условия пути, но все-таки мне кажется это какое-то уж осовременивание книги. Я вообще не буду говорить про момент, когда он расчесывал ей волосы, опять же полуголой. Это было ну просто уже сверх всего. В то время представления об отношениях полов были строгие. Девушка без одежды могла являться только своему мужу, да и то не всегда, и все-таки желательно в нижнем белье. Я уже не говорю о том, чтобы позволить кому-то к себе прикасаться. Даже лишний взгляд на незамужнюю девушку мог считаться большим оскорблением. И опять же героиня вдет себя так, как будто все в норме. Просто ну вот не соответствует ее поведение тем представлениям, которые существовали в то время. Я уже не говорю, что она отдалась человеку, которого знала всего несколько дней. Ну максимум неделю. В третьих, подбешивает главный герой. Он полкниги ведет себя как грубый пустоголовый осел и неотесанный мужлан, постоянно оскорбляя главную героиню. (И за что это она в него влюбилась то и непонятно). Как будто не было видно насколько она наивна и нельзя было дотумкать что на девственница. Ну вот просто раскинуть мозгами - ну вот видит он что она краснеет когда говорит о муже, то бишь врет. А если в этом врет, то суть ее вранья не в том, что она любовница, а не жена, а в том, что она вообще не жена, ничья. И еще смутил момент вначале с Джонни Слейтером. То есть главный герой защищал своих друзей которые не могли постоять за себя сами, но по сути эта вдовушка была его бывшая любовница (в английском оригинале об этом ясно написано, в переводе это момент как-то сглажен и об этом можно только догадываться). То есть весь сыр-бор из-за его бывшей любовницы и это опять же никого не смущает и об этом потом как-то все забывают. Там ближе к концу тоже есть момент странный. Ну вот он узнает что Виллоу сестра Рено. Его мучают долгие терзания. И он напрочь забывает про медальон. Он же показывал главной героине вначале и она сказала что не знает этих людей. А так как они с Рено брат и сестра, то ему должно было прийти в голову, что значит тут что-то не так. Но нет, он долго горевал и вспомнил о медальоне только при встрече с Рено. Можно было решить все проблемы за 5 минут. Особенно если автор описывает главного героя как умного, сверхсообразительного и наблюдательного человека. Видимо соображалка совсем закончилась в порывы бурных страстей. И еще жалко, что так мало известно о главном герое. Ну вот например Рено, понятно он золотоискатель. Вульф Лоунтри - охотник на мустангов. А вот что делал главный герой после войны (ну во время войны то о понятно воевал, видимо единственный из всех героев) вообще непонятно, как и до войны собственно тоже. Где он жил, что делал, когда произошла история с его сестрой и где собственно тоже непонятно. Как он получил свое прозвище? Может я конечно плохо читала, или опять же дело в переводе, но получается главный герой в этом плане самый малопонятный и загадочный персонаж. И еще очень жаль что нет какого-то продолжения или историй про остальных братьев Виллоу. Просто действительно хотелось бы узнать кто они, где они, хотя бы как их зовут, потому что кроме Метю и Рафаэля об остальных написано в паре строчек даже без имен. Просто такая классная семейка, хочется узнать побольше. А то герои (я про все 4 романа) обжились на территории Колорадо и им как будто дела нет до остальных. И еще: ну вот началась война и им что всем действительно было наплевать что дома происходит? Что с родителями? Что с сестрой? Ну ладно там, где-то упоминается что Рейф был в Австралии, но например тот же Мэт, был на территории США, неужели его вообще не волновало, что происходит. Можно уж за 4 года войны наведаться домой. Тем более что там дороги не больше чем на месяц судя по описанию в начале книги пути, который Виллоу проделал до Дэнвера. Такое ощущение что все ее просто бросили.
Только он - Лоуэлл ЭлизабетЭнн
3.02.2016, 1.30








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100