Читать онлайн Только любовь, автора - Лоуэлл Элизабет, Раздел - 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Только любовь - Лоуэлл Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.18 (Голосов: 85)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Только любовь - Лоуэлл Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Только любовь - Лоуэлл Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лоуэлл Элизабет

Только любовь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

3

Шеннон проснулась, когда еще не занялась заря. Гроза к тому времени утихла. Небо постепенно светлело и приобретало серебристый оттенок.
Как глаза Бича…
Красавчик тихонько заскулил и ткнулся носом в щеку Шеннон.
— Б-р-р, у тебя нос холодный как лед, — поежилась Шеннон.
Все же она погладила пса. Он был единственным живым существом, который отвечал ей любовью на любовь. Шеннон не представляла, что бы она делала без Красавчика, когда Молчаливый Джон надолго исчез зимой шестьдесят пятого года.
Вряд ли можно было назвать ее двоюродного деда интересным собеседником. Он вполне заслуженно носил прозвище Молчаливый Джон. Но тем не менее Шеннон была благодарна ему. Какой бы тоскливой и трудной ни была жизнь в долине Эго, Шеннон отдавала ей предпочтение, когда сравнивала с той, оставшейся в прошлом, жизни в Виргинии.
На территории Колорадо Шеннон была свободна. В Виргинии ей жилось хуже, чем рабыне.
— Доброе утро, мой славный зверь, — потягиваясь, проговорила Шеннон. — Как ты думаешь, лето и впрямь уже пришло? Иногда мне бывает так холодно, что даже в горячем источнике не могу согреться.
Услышав слова «горячий источник», Красавчик навострил уши. Он поднял голову и заскулил, повернувшись в ту сторону комнаты, где виднелась буфетная дверца, открыв которую, можно попасть в узкий тоннель. Тоннель приводил к пещере, где находился горячий источник. Нужно сказать, что вода в нем была не сернистой, как обычно, а почти пресной.
Молчаливый Джон лечился целебной водой из источника, когда у него разыгрывался артрит. Шеннон просто доставляло удовольствие лежать в дымящейся теплой воде. Горячий источник экономил им дрова при стирке и купании. Поношенная одежда, в которой постоянно ходила Шеннон, благодаря источнику была неизменно чистой. В этом диком месте, где отсутствовали практически любые блага цивилизации, горячий источник являл собой величайшую роскошь.
В первые зимы своего одиночества, когда у Шеннон не хватало ни сил, ни умения рубить большие деревья, чтобы отапливать хижину, горячий источник буквально спасал ей жизнь. Сейчас она гораздо лучше управлялась с топором, молотком и пилой, хотя и не так хорошо, как следовало бы. Возле хижины находился запас дров, которого хватит всего лишь на несколько дней.
«Хвала Господу за горячий источник! А то я стала бы грязнулей не хуже Мэрфи или Калпепперов».
Увидев, куда смотрит хозяйка, Красавчик радостно взвизгнул. Псу очень нравилось охотиться за тенями в ручье, который вытекал из озерка вокруг горячего источника. Ручей этот был коротким и исчезал в трещине скалы.
— Не сейчас, — сказала, обращаясь к Красавчику, Шеннон. — Прежде нам надо вернуть соль, которую мы брали взаймы у Чероки. Она — тьфу! — он нуждается в ней. — Шеннон нахмурилась и снова обратилась к Красавчику:
— Хорошо, что никого поблизости нет… Я уже привыкла, что меня называют женой Молчаливого Джона, но мне потребуется время, чтобы я стала говорить о Чероки, что это «он», хотя точно знаю, что это «она».
Шеннон вспомнила скабрезные реплики Калпепперов и горестно поджала губы.
— Конечно, я не осуждаю Чероки за этот маскарад… Чем дольше будет отсутствовать Молчаливый Джон, тем больше у меня шансов узнать, почему она решила переодеться мужчиной, назвала себя шаманом и стала жить в долине Аваланш-Крик.
Решительным движением руки Шеннон отбросила теплое одеяло из медвежьей шкуры, которое спасало ее ночью от холода.
Особых дел по дому в это утро не предвиделось. Поскольку Шеннон не собиралась оставаться в хижине, не было смысла разводить огонь. Было ни к чему и зажигать фонарь и тратить драгоценное масло, тем более что до восхода солнца оставалось не так уж много времени.
Из серебряного кувшина, некогда принадлежавшего матери, Шеннон налила в чашку воды. Вода была настолько холодной, что ломило зубы, тем не менее с ней легче было прожевать вяленую оленину.
Не переставая жевать, она надела одну из самых лучших курток Молчаливого Джона и направилась к входной двери. На ходу сунула еще несколько кусочков оленины в карман.
«Это последняя оленина, — с тревогой подумала Шеннон. — Слава Богу, что олени начинают возвращаться на высокогорье».
Прежде чем отпереть дверь хижины, она сняла висевший недалеко от входа дробовик. Привычным движением она разрядила его, взяла фланелевую тряпку и стала протирать.
Шеннон едва исполнилось пятнадцать лет, когда Молчаливый Джон потребовал, чтобы она научилась пользоваться его оружием и ухаживать за ним. В этом отношении он был с ней строг. Правда, владеть должным образом ружьем пятидесятого калибра, которое предпочитал Молчаливый Джон, она так и не научилась, но с более легкими видами оружия обращалась вполне уверенно и способна была защитить себя.
Однако нужно было также обеспечивать себя едой. Денег на покупку дополнительных патронов, чтобы совершенствоваться в стрельбе, не было, поэтому Шеннон старалась подойти к добыче как можно ближе, чтобы не истратить заряд попусту. В результате животное обнаруживало ее присутствие и уходило.
— Но я стреляю все лучше, — утешала себя Шеннон. — Зимой Чероки не придется охотиться за двоих.
Быстрыми, уверенными движениями Шеннон протерла дробовик, удостоверилась, что внутрь не попала влага. Удовлетворенная осмотром, она снова зарядила дробовик и положила несколько патронов в карманы, оставив в коробке лишь три заряда.
Запасы патронов, как и вяленой оленины, были на исходе.
— Когда я снова отправлюсь в Холлер-Крик, нужно купить патронов… А ты будешь сопровождать меня, Красавчик. Я знаю, ты не любишь толпу незнакомых людей, но мне нужно, чтобы ты прикрыл меня.
Красавчик едва сдерживал нетерпение, бросая взгляды то на дверь, то на хозяйку.
— Но для того чтобы я могла что-то купить в лавке, мне нужно добыть хоть чуть-чуть золота на каком-нибудь участке Молчаливого Джона, — продолжала размышлять вслух Шеннон, что уже давно сделалось у нее привычкой. — Обручальное кольцо матери было моей последней ценностью, если не считать маленького мешочка золота. Но я берегу его на зиму, на самый крайний случай.
В душе Шеннон надеялась, что дело не дойдет до этого мешочка. Это было последнее, что отделяло ее от той степени нужды, которая толкала женщин на продажу своего тела.
— Если бы ты мог научить меня, как выслеживать зверя, — обратилась Шеннон к Красавчику. — Тогда я могла бы подойти поближе к оленю и превратить его в оленину.
Красавчик с обожанием смотрел на хозяйку темными, внимательными глазами. Охотясь вместе с ней, он, учуяв зверя, преследовал его с такой прытью, что Шеннон далеко отставала от него. Иногда удавалось подстрелить оленя, иногда менее вкусную дичь.
Молчаливый Джон учил Шеннон, как следует убивать и разделывать добычу, но она не успела обучиться тому, как заготавливать дичь впрок. Молчаливый Джон, когда охота была удачной, охотился в одиночку.
Все остальное время он занимался тем, что рыл золото в горах. Этому искусству он также не успел обучить свою внучатую племянницу, которую привез из Виргинии.
— Но я учусь, — твердо сказала Шеннон. — Прошлой осенью я убила одного оленя и нескольких куропаток и тетеревов. Если продержится хорошая погода, я буду охотиться подальше, чтобы запастись едой. А потом отправлюсь рыть золото, после этого снова стану охотиться, запасусь мясом, возьму золото и отправлюсь в город, чтобы купить продукты на зиму…
Внезапно она замолчала. Лето здесь было слишком коротким, чтобы успеть сделать так много. На высоте восемь тысяч футов оно длилось немногим дольше жизни мухи-поденки.
— А дрова! — спохватилась Шеннон. — Господи, как я забыла о них? Их надо пилить, и колоть, и складывать в штабеля, и сушить! Нужно много дров, даже несмотря на горячий источник, их нужно заготовить до того, как занесет снегом перевалы и поваленные деревья, а дичь уйдет вниз.
Шеннон шумно втянула воздух, чтобы погасить внезапно возникшее чувство тревоги, которое то и дело посещало ее после того, как Молчаливый Джон ушел и столько времени не возвращался.
«Мне страшно, Красавчик. Честное слово, мне страшно».
Но такие слова Шеннон никогда не произносила вслух. Она с тринадцати лет усвоила, что страх лишь усугубляет ситуацию. Люди догадаются, что она созрела для того, чтобы перестать противиться судьбе.
— Надо жить сегодняшними заботами, — строго выговорила себе Шеннон. — У меня достаточно времени, чтобы успеть все, если я буду заниматься делом, а не заламывать в панике руки!
Быстрым легким шагом она подошла к ларю с крышкой, прикрепленной коваными панелями, в котором хранились продукты. Кроме муки и соли, купленных вчера, там ничего больше не было. Накануне вечером она разделила соль на две неравные части. Меньшая была ее, большую она должна отдать Чероки, которая одалживала ей соль на Рождество.
— Надо было сказать Бичу, чтобы он оставил продукты, за которые я уплатила, — пробормотала Шеннон.
Вспомнив о Калпепперах, она передернула плечами от страха и отвращения.
Зато при воспоминании о высокорослом мужчине, который ехал к ней невзирая на грозу, она вдруг испытала непривычное волнение.
— Пошли, Красавчик. Нам пора навестить Чероки. Она наверняка подскажет мне что-нибудь дельное.
Красавчик бросился к двери, опережая Шеннон. Она внимательно наблюдала за ним, понимая, что, если кто-то бродит вокруг хижины, Красавчик обнаружит злоумышленника гораздо раньше ее.
Красавчик поднял морду, держа нос по ветру и принюхиваясь к долетающим запахам. Затем он двинулся вперед, дав понять хозяйке, что никакой опасности нет.
Тем не менее Шеннон, в свою очередь, проявила осторожность. Она выглянула из дверей и осмотрелась. Никаких подозрительных следов на примороженной траве не было видно. Она с облегчением вздохнула, но для верности еще раз посмотрела по сторонам.
Пальцы Шеннон покоились рядом со спусковым крючком дробовика. Ветер рванул ее шляпу, но она надежно прикрепила ее вылинялым шелковым шарфом — одним из немногих предметов роскоши, оставшихся со времени ее детства, когда она жила в Виргинии.
Закрыв за собой дверь, Шеннон направилась в сторону хижины Чероки. Можно было, конечно, оседлать Разорбека, но он еще не успел отдохнуть после поездки в Холлер-Крик. Старый мул остался на привязи пощипывать молодую траву.
До жилья Чероки было менее двух миль. Занимающаяся заря уже выкрасила все вокруг в розовые, золотистые и перламутровые тона. Красота раннего утра приободрила Шеннон. Наслаждаясь утренней свежестью, красками неба и гор и мурлыкая себе поднос песенку без слов, Шеннон легкой походкой двинулась по знакомой тропе через лес.
Дойдя до поляны, на которой стояла хижина Чероки, Шеннон остановилась на опушке и крикнула. С появлением Калпепперов в долине Эго люди стали относиться к незваным гостям более настороженно. Если о визите не договаривались заранее, гость мог нарваться и на выстрел. Даже репутация шамана, которую имела Чероки, вряд ли могла остановить таких, как Калпепперы.
Шеннон подождала, пока из приоткрытой двери хижины не донесся голос Чероки:
— Проходи, девочка! А то, стоя на месте, и замерзнуть можно!
— Вперед, Красавчик! — скомандовала Шеннон.
Пес подался вперед. Когда он подбежал к хижине, дверь распахнулась настежь, и в проеме появилась высокая, поджарая фигура.
Едва бросив взгляд на Чероки, Шеннон поняла, что у старухи что-то неладно с правой ногой.
— Здравствуй, девочка, — приветствовала ее Чероки. — Замечательный день, а?
— Верно, замечательный, — согласилась Шеннон. — Красавчик, дай пройти! Если ты голоден, раздобудь себе что-нибудь на завтрак.
Дверь хижины закрылась. Красавчик остался снаружи. Если в крохотной комнатке еще как-то могли поместиться двое людей, то уж для огромного пса там решительно не было места.
— Я слышала, что ты ходила в Холлер-Крик за продуктами, — сказала Чероки.
— Откуда тебе известно?
— Рассказали… Племянник Раненого Медведя менял в лавке золото на виски. Там он слышал, как Калпепперы получили наконец по заслугам.
— Разве?
— Клянусь в этом твоей радостной улыбкой! Где ты была, когда вся пыль осела? Ведь сцепились как-никак из-за тебя.
— Когда я услышала щелканье кнута, то схватила муку и соль и вылетела оттуда как ужаленная, — созналась Шеннон.
Чероки хрипло рассмеялась. Седые волосы ее были на индейский манер заплетены в две косы, хотя она была полукровка, которая предпочла жить в полном одиночестве, чтобы не слышать оскорбительных реплик с той и другой стороны по поводу того, что она не белая и не индианка. Амулет в виде мешочка, висевший на шее Чероки, намекал на мудрость его обладательницы, которую, кстати, можно было прочитать в спокойном взгляде ее черных глаз.
Если кто-то, кроме Шеннон, и знал о том, что Чероки — старая женщина, а не старый мужчина, то не поднимал из-за этого шум. Она знала лечебные свойства всех трав и умела исцелять раны. Как индейцы, так и белые почитали ее за шамана.
— Садись, — предложила Чероки.
Шеннон опустилась на стул, который стоял впритык к старинной деревянной плитке. Чероки присела на койку. Хижина была настолько маленькой, что Шеннон и Чероки едва не касались друг друга коленями.
— Что у тебя с ногой? — спросила Шеннон.
Чероки отвернулась и стала набивать в каменную трубку табак, смешанный с травой, после чего чиркнула спичкой и затянулась.
— Очень трудная зима была, — проговорила она, — но в племени Раненого Медведя умерла только одна женщина, да один ребенок родился мертвым. Остальные все бодрые и здоровые, как твоя собака.
Шеннон очень хотелось выяснить, что все-таки случилось с ногой Чероки, но она не стала возвращаться к этой теме. Чероки всегда говорила о том, что интересовало ее, все остальное попросту игнорировала.
— Если с ними что-то и случится, твои снадобья поставят их на ноги, — проговорила, морщась от запаха, Шеннон.
Вкус приготавливаемых Чероки снадобий и смесей был, как правило, ужасным, но старая женщина утверждала, что именно в этом их сила.
Шеннон украдкой оглядела комнатку. Обычно возле плиты стояло ведро с водой, на полу был изрядный запас дров, а на плите что-то жарилось или варилось. Нередко можно было увидеть свежеиспеченные лепешки.
Сегодня ведро было пусто, дров едва ли хватит даже на растопку, а съестным даже не пахло.
— Пока я шла сюда, мне захотелось пить, — сказала Шеннон, потянувшись к ведру. — Не возражаешь, если я принесу воды?
Поколебавшись, Чероки пожала плечами.
— Ручей страшно холодный, у меня ломит зубы, если я пью такую ледяную воду, — пробормотала старая женщина.
— Тогда я сейчас принесу воды, и ее можно будет немного подогреть.
Опять поколебавшись, Чероки вздохнула:
— Я очень благодарна тебе, Шеннон. Я сегодня неважно себя чувствую.
Шеннон сбегала за водой и принесла в комнату дров. Укладывая их между койкой и плитой, она искоса посмотрела на Чероки и с огорчением отметила, что та выглядит бледной и изможденной.
— Пока я здесь, — бодрым голосом проговорила Шеннон, я вычищу этот горшок и приготовлю суп. Ничто не подкрепляет лучше супа.
На сей раз Чероки даже не пыталась возражать. Она просто откинулась на кровати и тихонько ругнулась.
— Я поскользнулась, когда несла воду. Это было дней шесть назад, — призналась Чероки. — Подвернула лодыжку. После припарок стало получше, но пока еще проклятая нога побаливает.
— Побереги ее, — посоветовала Шеннон, отскабливая горшок. — Со временем заживет.
Чероки еле заметно улыбнулась:
— Я точно такой же совет давала Молчаливому Джону, когда Разорбек наступил ему на ногу.
— Надеюсь, что ты не в пример ему последуешь хорошему совету.
— А самого Молчаливого Джона нет…
Это было не похоже на вопрос. Это скорее прозвучало как утверждение. Однако Шеннон сделала вид, что Чероки спрашивает, а ей следует отвечать.
— Да, пока никаких вестей…
— Ты должна смотреть правде в глаза… Ты стала вдовой.
Шеннон ничего не ответила.
— Даже до Калпепперов это дошло, — продолжала Чероки, — а ведь их не заподозришь в большом уме.
— Я оденусь в одежду Молчаливого Джона и снова проеду на Разорбеке через перевал.
Чероки хмыкнула:
— Не рассчитывай, что тебе и на этот раз удастся их одурачить.
Шеннон пожала плечами:
— А что же делать?
— Что ты можешь сказать о мужчине по прозвищу Бич? — спросила Чероки. — Маленький Медведь сказал, что он ехал по твоим следам от самой лавки.
— Маленький Медведь такой же сплетник, как и его дядя — Раненый Медведь.
Однако Чероки ждала, когда Шеннон расскажет ей о Биче.
Вместо этого Шеннон сосредоточила все свое внимание на приготовлении супа, словно для нее это был вопрос жизни и смерти.
* * *


— Так что же? — Чероки отнюдь не собиралась отступать.
— Ты о чем?
— О Биче, как ты сама понимаешь. Он нашел тебя?
— Да.
— Несносная девочка! Ты слишком долго общалась с Молчаливым Джоном!.. Что произошло между вами?
— Я заставила его уехать.
— Каким образом?
— С помощью Красавчика и дробовика.
— Гм! — хмыкнула Чероки. — Если этот парень уехал, то сделал только потому, что так сам решил, а не потому, что ты его запугала… А что он хотел?
— Того же, чего хотят и Калпепперы, — заносчиво сказала Шеннон.
— Сомневаюсь. Он не из числа тех, кто бегает за каждой юбкой.
Шеннон подняла голову, удивившись тому, что Чероки, оказывается, способна сказать доброе слово о ком-либо из мужчин.
— Ты знаешь Бича? — спросила Шеннон.
— Не напрямую. Раненый Медведь и Вулф Лоунтри поддерживают отношения друг с другом, а Лоунтри на короткой ноге с Рено — братом Бича.
— Рено? Этакий громила с ружьем? — удивилась Шеннон.
— Да, но он пускает его в ход лишь тогда, когда его вынуждают. Вообще-то он заядлый охотник за золотом. Можно подумать, что он общается с духами, когда узнаешь, как ему со своей женой Евой удается найти золото. Об этом Вулф Лоунтри рассказал Раненому Медведю, а…
— А Маленький Медведь рассказал тебе, — закончила фразу Шеннон. — До тебя новости доходят с быстротой молнии.
Чероки хмыкнула:
— Что еще остается делать в моем возрасте? Вообще мужчины любят посплетничать даже больше, чем женщины, это уж точно. За исключением Молчаливого Джона, конечно. Разговаривать с ним — все равно что с могильной плитой. Уж не знаю, как ты это переносишь. Я из-за него чуть было не начала пить.
— Я и не знала, что ты так давно знаешь Молчаливого Джона.
Чероки наклонилась и стала ощупывать вывихнутую лодыжку. В комнате повисла тишина.
— Ну вот, я тоже замолчала, — пробормотала Чероки через некоторое время.
— Я не против тишины. Джон сам любил читать и приучил меня. Только я Платону предпочитаю стихи.
Чероки фыркнула:
— Я видела, что твои чемоданы забиты книгами. Пустая трата времени, если, конечно, там не пишут о травах.
— Зимой много свободного времени.
— Это неестественно — не разговаривать с людьми!
— Почему же, я разговариваю с собой и с Красавчиком.
— Очень трогательно! И наверное, одна твоя половина дает умные ответы другой половине. Вот только неизвестно, которая из них.
Улыбнувшись, Шеннон проверила воду, которую поставила подогревать на плиту.
— Как насчет чая с ивовой корой? — предложила Шеннон.
Чероки скривилась.
— Отвратительное пойло! Хуже помоев!
— Твоей лодыжке станет лучше.
— Пойло!
Не обращая внимания на возражения Чероки, Шеннон подошла к обшарпанному деревянному сундучку и подняла крышку. В нос ударили запахи трав. Ивовую кору найти оказалось нетрудно, а поскольку в отличие от других она была мягкой, то и раскрошить ее было делом одной минуты.
Когда Шеннон заварила чай, Чероки залезла под кровать и достала холщовый мешочек. Из него она извлекла замотанный в папиросную бумагу пакет. Не говоря ни слова, она снова уселась на койке, поглаживая пакет шишковатыми в царапинах пальцами, словно он содержал нечто очень дорогое.
Когда Шеннон поднесла Чероки лекарственный чай в металлической кружке, старая женщина словно бы не заметила этого и посмотрела в глаза Шеннон.
— Нам нужно поговорить, — без обиняков начала она. — Ты должна отдать себе отчет в том, что ты вдова.
— Ты не можешь быть уверена в этом.
— Как бы не так!.. Я молилась на его могиле…
Глаза Шеннон стали круглыми.
— Что?!
— Была осень… Ночное небо, словно Господь Бог, наблюдало за мной… Бедный старый мул был весь в крови и совсем выбился из сил… Он прошел длинный путь…
Шеннон оцепенела. Чероки никогда не рассказывала ей, как и где она отыскала в тот день Разорбека. Она просто привела мула к хижине Молчаливого Джона и сказала Шеннон что-то вроде того, что Молчаливый Джон в этом году вернется со своего участка нескоро и что ей нужно самой позаботиться о заготовке запасов на зиму.
После этого Чероки сказала, что ее подлинное имя — Тереза и что Шеннон не следует стесняться обращаться к ней за помощью, если возникнет такая необходимость.
— Ты раньше не говорила мне об этом, — прошептала Шеннон.
— Я кое-как залатала раны мула и на заре отправилась по его следам к тому месту, откуда он пришел. Дорогу мне преградил огромный оползень. Думаю, это и была могила Молчаливого Джона.
— Почему же ты мне не сказала об этом тогда?
— Какой смысл? Если я ошиблась, Молчаливый Джон должен будет вернуться осенью. Если я права и об этом расползутся слухи, мужики из всей долины станут околачиваться возле твоей хижины, и добра от этого не жди. Мужику, у которого зуд промеж ног, доверять можно не больше, чем взбесившемуся скунсу.
Шеннон попыталась что-то сказать, но почувствовала, что у нее пропал голос.
— И что толку было говорить тебе, если перевалы уже закрылись и уехать ты никуда не могла, — продолжала Чероки. — Провизия у тебя была, и здесь ты в большей безопасности, чем где-нибудь еще, поскольку никто не знал о гибели Молчаливого Джона. Поэтому я решила закрыть свой рот и не открывать его до поры до времени.
Из груди Шеннон вырвался сдавленный стон. Обветренные щеки Чероки внезапно порозовели.
— Надо было сказать тебе чуть пораньше, — пробормотала старая женщина, — но мне было бы… одиноко. Конечно, если бы у тебя была семья, которая могла тебя принять… А город сурово обращается с хорошенькими девчонками вроде тебя… Я боялась, что если ты узнаешь о смерти Молчаливого Джона, то поднимешься и уедешь.
— Мой дом здесь… Я не уеду отсюда…
— Я не должна удерживать тебя здесь, — продолжала Чероки, пропуская мимо ушей слова Шеннон. — Очень плохо с моей стороны. Меня мучит совесть, когда я думаю об этом… Я собиралась сказать тебе и дать денег…
— Нет, — перебила ее Шеннон.
Чероки что-то пробормотала себе под нос, затем распрямила плечи:
— Сейчас положение изменилось. Тебе надо уезжать.
— Почему? Лишь потому, что я узнала наверное то, о чем давно подозревала?
— Тебе нужно уезжать из долины Эго. А что касается Бича…
— Почему я должна уезжать? Это мой единственный дом! — снова перебила Шеннон старую женщину.
— Потому что ты не выживешь в своей хижине.
— Но пока что я жила.
Чероки хмыкнула:
— Молчаливый Джон мог прокормить троих, да при этом еще немало оставалось. Ты питалась остатками запасов вторую зиму да кое-что прикупала, но этого недостаточно. Посмотри на себя — кожа, кости да волосы.
— Я похудела за зиму, а летом поправлюсь, как и все божьи твари.
— А если не поправишься?
— Обязательно поправлюсь!
— До чего же ты упрямая девчонка!
— Вот поэтому я и выживу, — отреагировала Шеннон. — Из упрямства… А ты пей свой чай.
Чероки отвела рукой протянутую ей чашку:
— Я помогала тебе две последние зимы, но…
— Я знаю, — поспешила сказать Шеннон, — и благодарна тебе. Я принесла тебе соль, а как только подвернется олень, я возмещу тебе…
— Да не в этом дело! — рассердилась Чероки. — Ты послушай меня, девочка!
Было очень непривычно видеть Чероки в таком гневе. Шеннон замолчала и приготовилась слушать.
— Некоторые мужчины лучше остальных, — продолжила Чероки. — Гораздо лучше… Во всяком случае, так говорят Бетси и Клементина, когда приходят ко мне за снадобьем, чтобы у них не было детей…
Шеннон закрыла глаза. Она знала, что эти проститутки иногда приходят к «шаману-полукровке» за лекарствами, но до настоящего времени она не догадывалась, для какой цели нужны были им эти снадобья.
— Я понимаю, — слабым голосом произнесла Шеннон.
— Очень сомневаюсь! — отрезала Чероки. — Но дело не в этом. Нам сейчас надо найти достойного мужчину. На эту роль вполне подходит Бич.
Шеннон открыла было рот, чтобы возразить.
— Помолчи, девочка, — упредила ее Чероки и протянула пакет. — Вот эту безделку подарил моей матери один дурачок. Она передала это мне, а я тебе…
Прежде чем Шеннон успела что-то сказать, Чероки стала осторожно, даже с каким-то благоговением разворачивать пакет. В некоторых местах тонкая папиросная бумага истончилась от времени и порвалась.
Но то, что открылось взгляду Шеннон, показалось еще более тонким и нежным, чем эта бумага. Шеннон ахнула от удивления и восторга, увидев белоснежную шелковую ночную рубашку, отделанную тончайшими кружевами.
Чероки мягко улыбнулась.
— Красиво, правда? — спросила она. — Когда я увидела тебя в первый раз, я сразу подумала об этой рубашке.
— Я не могу ее взять!
— А ты ее не берешь. Я даю ее тебе.
— Но…
— Да пойми ты, она мне не подходит! — нетерпеливо перебила собеседницу Чероки. — И никогда не подходила! Я слишком крупная… И моей матери не подходила… Ее никто никогда не носил.
Все еще мучаясь сомнениями, Шеннон дотронулась до рубашки. Можно было подумать, что она дотронулась до облака — настолько нежной показалась ткань. Да и кружева, которыми была отделана рубашка, были мягкими и шелковистыми на ощупь.
— А теперь забирай, — сказала Чероки.
— Я не могу…
— Уверена, что можешь.
Чероки опять завернула рубашку в папиросную бумагу и протянула ее Шеннон.
— Положи ее в глубокий передний карман куртки Молчаливого Джона, — посоветовала Чероки.
— Но…
— Девочка, я не выпью ни капли этого чая, если ты не возьмешь подарок!
Шеннон неуверенно протянула руку и взяла пакет.
— Ну вот и хорошо, — одобрила Чероки и взялась за кружку с чаем. — Убери пакет.
Чероки подождала, пока Шеннон засунула рубашку в карман куртки, и сделала первый глоток чая.
— Я даже не знаю, чем могу отблагодарить тебя, — смущенно проговорила Шеннон.
— В этом нет необходимости. Я рада, что она будет у тебя. Ей давно надо было найти применение.
Лицо Шеннон залилось румянцем.
— Конечно, не как украшение проститутки, — засмеялась Чероки. — А как шелковый силок для мужчины… Например, для Бича. Это стоящий мужчина…
— Нет!
— Стоящий, — не отступала Чероки. — Он лишь увидит тебя в этом шелке и кружевах — и забудет о том, что куда-то должен ехать. И ты выйдешь замуж раньше, чем успеешь сказать «да»…
— Нет! — упрямо повторила Шеннон.
— Чероки вздохнула:
— Девочка, ты не должна…
— Нет! — гнула свое Шеннон, не желая больше слушать Чероки. — Теперь твоя очередь выслушать меня… Мою маму и меня приютил мой дядя. Когда мне было тринадцать лет, от воспаления легких мать умерла, а вскоре умер и дядя. И его жена стала обращаться со мной как с рабыней.
Чероки кивнула, не выказав особого удивления.
— Меня определили к портному, — продолжала рассказ Шеннон. — Я не имела права покидать мастерскую. Я там работала, питалась и спала. Когда портной напивался, а это случалось два раза в неделю, он начинал приставать ко мне. Я отбивалась ножницами, которые держала под подушкой.
Чероки снова кивнула, как и прежде не выказав удивления.
— Однажды в город приехал мамин дядя, — ровным голосом рассказывала Шеннон. — Он получил наконец письмо, которое я написала ему, когда мама умирала. Он приехал забрать меня. Он взял у тети мамин шарф, а ее золотое обручальное кольцо надел мне на палец. После этого я стала миссис Смит.
— Я так примерно и думала, — спокойно заметила Чероки. — Такая девочка, как ты, не выбрала бы такого человека, как Молчаливый Джон.
Шеннон грустно улыбнулась:
— По сравнению с тем местом, откуда я приехала, Молчаливый Джон и долина Эго показались мне раем.
— Я и сама испытывала такое же чувство. Правда, я пришла сюда, когда была постарше, пришла одна и под видом мужчины. Мой отец был мексиканец, а мать — костлявая шлюха из Теннесси, выносливая и глупая, как мул. С десяти лет меня брали выполнять мужскую работу, платили как девчонке, а обращались как со скотиной. Когда мать умерла, я уехала оттуда и возвращаться не пожелала.
— Вот и я не желаю выходить замуж, — вставила Шеннон.
Чероки пожала плечами:
— Я уже сказала, что мне страшно надоело быть рабом мужчины.
— А меня ты хочешь отдать мужчине.
— Это совсем другое дело.
— Ну да, — кисло произнесла Шеннон, — это будет мое рабство, а не твое.
Чероки чертыхнулась и одновременно улыбнулась.
— Ты это зря… Помни, я старею. Эта проклятая лодыжка все не заживает. Уж не знаю, смогу ли я охотиться этим летом, чтобы прокормить хотя бы себя.
— Так я буду охотиться за двоих.
— Девочка, у тебя мужества хватит на трех мужчин, но охотник из тебя не ахти какой.
— Я научусь к концу лета.
Некоторое время черные глаза Чероки изучали выражение лица Шеннон. Наконец Чероки вздохнула и прекратила разговор о мужчинах, женщинах, замужестве и выживании. Она лишь покачала головой. Слишком мало времени было для того, чтобы Шеннон превратилась в хорошего охотника, способного прокормить двоих.
Но девушке придется убедиться в этом самой, раз она не желала внимать советам пожилой женщины.
Чероки остается лишь молиться, чтобы прозрение Шеннон наступило не слишком поздно, когда перевалы занесет снегом. Тогда все живое в долине Эго окажется отрезанным от остального мира до открытия перевала или же умрет от голода. Неизвестно только, что произойдет раньше.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Только любовь - Лоуэлл Элизабет

Разделы:
123456789101112131415161718192021Эпилог

Ваши комментарии
к роману Только любовь - Лоуэлл Элизабет



просто замечательная вещь!Не пожалеете однозначно!
Только любовь - Лоуэлл Элизабеттатьяна
12.02.2012, 19.42





Обязательно читать!!!!
Только любовь - Лоуэлл ЭлизабетК
15.11.2012, 19.47





ЭТО СЕРИЙНАЯ КНИГА, НО И КАК ОТДЕЛЬНОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ ТОЖЕ ЧИТАТЬ. ВПРИНЦИПЕ ВСЕ КНИГИ ПРО ОДНО И ТО ЖЕ..ОН ЕЕ ХОЧЕТ ОНА НЕ ПРОТИВ, НО ЕГО МУЧАЕТ СОВЕСТЬ, ЛИБО ОБЯЗАТЕЛЬСТВО ПЕРЕД ЧЕМ ТО И ОН ОБЛАБЫЗАВ ЕЕ ВСЮ ВДОЛЬ И ПОПЕРЕК НЕ ТРОЕГАЕТ ЕЕ НЕВИННОСТЬ И ЭТО МЕСЯЦАМИ!11 ПОТОМ ПОНИМАЕТ ЧТО ОНА СМЫСЛ ЕГО ЖИЗНИ..И УРА РОМАН ЗАКОНЧИН, НУ ПРИМЕРНО ВОТ ТАК ВО ВСЕХ КНИГАХ..НУ ЕСЛИ ЧЕСТНО РОМАНЫ БЕЗ ГЛУБОКОГО СМЫСЛА НО Я ЛЮБЛЮ ПРО ДИКИЙ ЗАПАД ПРО КАВБОЕВ И ПОСЕМУ 9 ИЗ 10
Только любовь - Лоуэлл ЭлизабетЕЩЁ НАТАЛЬЯ
22.12.2012, 11.35





Это четвертый роман из этой серии,на мой взгляд слишком затянут,но прочитать можно.Мне больше понравился первый про Виллоу и Калеба "Только он" и второй роман про Джесси и Вульфа "Только моя".
Только любовь - Лоуэлл ЭлизабетНаташа
22.04.2013, 19.07





ooooooohhhhh! Prekrasnaya istoriya!s kajdim razom ubejdayus v tom chto chelovek ne mojet bit po nastoyashemu schastliv i nayti svoyu lubov, yesli on ne perejil nastoyasheye qore((((( nu chto mne delat chto ya nikoqda ne stradala?!(((((( no ved jit bez toqo yedinstvennoqo toje nevinosimo bolno...
Только любовь - Лоуэлл ЭлизабетAfa
23.04.2013, 8.21





Хороший роман , но действительно немножко затянут , как для меня . Первые больше понравились - " Только он " и " Только моя " 8 баллов
Только любовь - Лоуэлл ЭлизабетВикушка
25.05.2013, 21.39





Отличная книга.Отличная серия!!!! Обязательно читать!!!!
Только любовь - Лоуэлл ЭлизабетЕкатерина
10.06.2013, 14.07





Все, прочитала всю серию))) Вердикт: роман про Вулфа и Джесси понравился больше всего. "Только любовь" немного затянут, так что пропускала абзацы при чтении и нисколечки не жалею. Очень занудные диалоги... Но читается все равно легко и интересно. Советую всю серию, тогда романы воспринимаются по-другому, как одна кннига жизни с одними героями. 8 из 10.
Только любовь - Лоуэлл ЭлизабетАдриана
25.06.2013, 10.37





Просто мега супер пупер серия!Всем читать.
Только любовь - Лоуэлл ЭлизабетДина
14.07.2013, 12.28





Все...не могу больше. Гл.герой тупоголовый осел. Весь роман твердит про "восходы, которые он еще не видел",а любовь Шеннон ему не нужна.Так и хочется взять его же кнут и вбить ума ему в башку.Достал... хочется кричать и топать ногами.И еще не понравилось,что в других романах серии героя звали Рейф,а в этом - Бич.Читаешь как-будто про другого человека. Блин...одно раздражение.
Только любовь - Лоуэлл ЭлизабетЛАУРА
4.12.2013, 13.02





Прекрасный роман.Читайте - не пожалеете.
Только любовь - Лоуэлл ЭлизабетНаталья 66
15.02.2014, 16.12





Все романы автора просто супер!!!
Только любовь - Лоуэлл ЭлизабетАнна
19.05.2014, 23.50





Согласна с ЛАУРОЙ, гг-й туповат, как валенок, просто бесил тем , что только увидел, так сходу прям таки ,,воспылал нукротимой страстью,, , звал её постоянно ,,сладкая девочка,,... , да и ляпов хватает, вот например то,,что в бурю, спрятавшись С ГОЛОВОЙ от града под брезент, она ВИДЕЛА ЕГО руку у себя между ног!! КАК? Она , что, кошка?? А как боровшися псом, с руками в крови, полез к ней, ей не было противно? или только об этом и мечтала? Чушь полнейшая... 9 глава предел моего терпения. 4 балла
Только любовь - Лоуэлл ЭлизабетМаша
12.11.2014, 22.25





Лаура с Машей тупят...Роман замечательный. Советую почитать. 10+
Только любовь - Лоуэлл ЭлизабетЕва
14.11.2014, 23.38





Очень чувственный и нежный...про настоящего мужчину и настоящую женщину.А то ,что тараканы в головах...Так с ними интересней)))
Только любовь - Лоуэлл ЭлизабетЮлия
17.04.2016, 21.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100