Читать онлайн Тайные сестры, автора - Максвелл Энн, Раздел - ГЛАВА 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Тайные сестры - Максвелл Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Тайные сестры - Максвелл Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Тайные сестры - Максвелл Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Максвелл Энн

Тайные сестры

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 9

Кристи пыталась придумать ответ, а Кейн с любопытством разглядывал ее, словно это было их первое свидание и он все никак не решался поцеловать ее.
Но взгляд его был скорее серьезно-оценивающим, чем игривым. Этот взгляд говорил Кристи: Кейн понимает, что она ему лжет, но не понимает почему.
Кристи закрыла глаза, но через секунду поняла, что этого делать не следовало: от смеси высоты, алкоголя и адреналина она «поплыла». Кристи почувствовала озноб.
– Ты что, все-таки собираешься упасть в обморок? – донесся до нее голос Кейна.
– Н-нет, – ответила она, пытаясь сдержать дрожь. – Я еще никогда не падала в обморок! Ни разу!
Кристи с трудом поднялась на ноги. Кейн бережно поддержал ее. Сейчас он снова был близок к ней, почти так же близок, как тогда в лесу.
– Что с тобой, крошка? – мягко спросил он.
– Я просто замерзла. Т-только и всего.
Ей действительно было холодно. Она чувствовала себя так, будто промерзла до костей.
Кейн вздохнул: все равно не добиться от нее правды!
– Хорошо, Рыженькая. Я уже понял, что моя игра ни к чему не приведет. Попробуем поиграть в твою.
– Как это?
– Если ты действительно замерзла, я знаю, как тебя согреть. Ты пойдешь сама или тебя…
– Сама, – быстро проговорила Кристи.
– А жаль! – Кейн хмыкнул. – Мне так понравилось носить тебя на руках!
Кристи было насторожилась, но улыбка этого странного человека совершенно успокоила ее: она была такой же теплой, как и огонь в камине.
– Не бойся, крошка, – сказал Кейн. – Может быть, я и убийца, и сукин сын, но я джентльмен, когда дело касается порядочных женщин.
– Ты еще забыл добавить, что ты гробокопатель, – улыбнулась Кристи.
Кейн рассмеялся:
– А тебе палец в рот не клади!
– Почему тебя прозвали гробокопателем?
– Потому что если я нахожу что-нибудь интересное в земле, то всегда беру лучшее, а другим оставляю что похуже.
– Как эти минералы? – Кристи посмотрела на переливающиеся светом кристаллы.
– Да. Впрочем, их я взял вполне законно. У меня есть разрешение копаться в старых шахтах, которых много в этих краях.
– А горшки и вазы?
– На это тоже у меня есть разрешение. Копать на частной земле с разрешения владельца вполне законно. Не веришь – спроси у Хаттона.
– Почему у него?
– Лучшие мои находки – со старого ранчо До-нован. Это потом уже Хаттон купил его, обнес забором и стал копать сам.
Кристи вспомнила сокровища Хаттона. Каково же должно быть лучшее – то, что Кейн взял себе!
Кристи и Кейн вышли из дома. Холодный ночной ветер пробирал до костей, и Кристи почувствовала, что совершенно окоченела.
– Это называется согреть?
– Подожди, Рыженькая. Доверься мне хотя бы в этом.
Кейн не настаивал, а терпеливо ждал. Можно, конечно, вернуться в дом – там по крайней мере она могла отогреться у огня – или последовать за Кейном в холодную ночь.
– Хорошо, пошли, – решительно сказала Кристи.
Кейн вздохнул. Чувствовалось, что он доволен.
– Луна светит ярко, – сказал он, – но если хочешь, я возьму фонарик.
Кристи посмотрела на луну, серебрившую горы, седые заснеженные вершины которых величаво вырисовывались на фоне иссиня-черного неба. Легкий ночной ветерок качал верхушки вековых сосен. Весь мир казался сказочным, нереальным.
– Не надо фонарика. Я давно мечтала оказаться вот так, лунной ночью, наедине с природой.
– Устала от городских огней?
– Пожалуй.
Вдруг в кустах послышался шорох.
– Ты не боишься собак? – спросил Кейн.
– Ничуть.
Но уже через минуту Кристи решила, что поспешила с ответом. Большой, косматый зверь, появившийся из леса, был скорее похож на волка, чем на «друга человека».
– Привет, Моки! – сказал Кейн. – Надеюсь, ты сам позаботился об ужине.
Кейн потрепал собаку по холке, и Моки дружелюбно завилял лохматым хвостом, не сводя, впрочем, глаз с Кристи.
– Не бойся, он тебя не тронет, если только ты сама его об этом не попросишь, – улыбнулся Кейн. – Да и то вряд ли. Когда я валялся в больнице, бедняга был совсем один.
– Ты специально отпустил его?
– Лучше быть голодным, но свободным, чем сидеть на цепи. Если Моки посадить на цепь, то он не протянет и месяца.
Голос Кейна сказал больше, чем слова. Он на собственной шкуре познал, что такое несвобода, и как никто научился ее ненавидеть.
Кристи присела на корточки и протянула руку.
– Привет, Моки! – мягко начала она. – Я понимаю: ты настороженно относишься к незнакомцам, но я тебе, кажется, понравилась. Не бойся, я не посажу тебя на цепь. Я бы даже тебя покормила, но у меня ничего с собой нет.
Моки подошел к Кристи, обнюхал ее руки и ткнулся влажным носом в ладонь, словно приглашая его погладить.
Кристи потрепала Моки по спине.
– Ты ведь хорошая собачка, а не злой серый волк?
Моки по-собачьи улыбнулся, обнажив два ряда белых зубов.
Кристи трепала собаку за ухом, гладила лохматую грудь. Ей нравилось прикасаться к мягкому теплому меху, согревающему замерзшие пальцы.
– Пошли, Рыженькая, – напомнил о себе Кейн. – А то, пожалуй, ты окончательно замерзнешь.
– Моки теплый.
– Я тоже теплый. Не хочешь меня погладить?
Кристи улыбнулась и последовала за Кейном. Она шла по тропинке между Моки и Кейном и чувствовала себя в полной безопасности. С такими спутниками она не боялась темноты.
Впереди послышался звук журчащей воды. Они вышли на поляну, где бежал небольшой ручей, переливаясь под лунным светом и тихо напевая свою таинственную песенку. Вода скатывалась с небольшого каменистого откоса и текла дальше по ровной местности.
Кейн подвел Кристи к небольшому пруду среди камней футов двадцать в ширину, находившемуся слева от потока. Казалось, пруд с ручьем составляют одно целое, но, подойдя поближе, Кристи обнаружила, что между ними прорыта небольшая канавка. Вода в пруду была совершенно прозрачной и казалась продолжением лунного света. Со дна поднимались пузырьки.
– Горячий источник? – Кристи не верила в такую удачу.
– Здесь вулканическая порода, поэтому много горячих источников.
Кейн опустился на колени и с видимым удовольствием погладил водную гладь.
– Как я мечтал вернуться сюда, когда валялся в этой чертовой больнице! Здешняя вода способна выгнать все болячки в сто раз лучше любого лекарства.
Он подошел к канавке и положил несколько камней. Поверхность пруда стала совсем гладкой, лишь в центре иногда появлялись ленивые пузырьки.
– В ручье холодная вода, – пояснил Кейн. – Она течет со снежных вершин с высоты в двадцать тысяч футов. А в пруду горячий источник, поэтому, если перекрыть доступ воды из ручья, пруд скоро нагреется.
Кейн начал раздеваться. Он стоял далеко от Кристи, и она видела лишь лунные блики на его коже.
– Кейн… – смутилась Кристи.
– Если стесняешься раздеваться, – догадался он, – то вот тебе вместо купальника. – Он бросил ей свою рубашку.
Кристи автоматически поймала ее. Рубашка еще хранила тепло его тела. Кристи вдруг почувствовала необъяснимое волнение.
– А ты?
– Я стесняюсь не больше, чем стеснялся бы тебя Моки.
– Моки покрыт шерстью.
– Я тоже покрыт шерстью.
Сверкнула белозубая улыбка, и Кейн отвернулся.
– Окликни меня, когда войдешь в воду, – сказал он. – Но поторапливайся. С гор дует холодный ветер.
Кристи посмотрела на спокойную, серебрившуюся под луной гладь, затем на Кейна и вспомнила его слова:
«…Если бы я хотел тебя изнасиловать, я сделал бы это сразу…
…Я джентльмен, когда дело касается порядочных женщин…»
– Кейн!
– Да?
– Ты сказал, что ты джентльмен, когда дело касается порядочных женщин. А ты уверен, что я порядочная женщина?
– Да.
– Но ты же ничего не знаешь обо мне.
– Все равно.
Она глубоко вздохнула:
– Ладно, хорошо. Окликну тебя, когда войду в пруд.
– Осторожно, здесь сразу же становится глубоко. Слева под водой я поставил несколько деревянных скамеек.
Кристи быстро разделась. На минуту она задумалась, снимать ли бюстгальтер и трусики, – и решительно скинула белье. Прозрачная пена черных кружев ничего не скрывает и дразнит еще более, чем нагота.
Кристи накинула рубашку Кейна. Она была ей велика, ниже колен. Застегивая последнюю кнопку, она вдруг обнаружила, что в спешке застегнула кнопки неправильно, но махнула на это рукой и вошла в пруд.
Дно пруда покрывала речная галька, гладкая и приятная для босых ног. Вода была очень теплой, даже, пожалуй, горячей, но уже через минуту Кристи привыкла к этому, и по всему ее телу разлилась приятная истома.
Кристи заметила скамейки, о которых говорил Кейн. Их силуэты, черневшие из-под воды, казались изломанными из-за волн, поднятых Кристи. Она села на ближайшую скамейку и оказалась по шею в воде.
Рубашка Кейна надулась вокруг нее, как плащ-палатка. От теплых волн, ласкавших тело, Кристи почувствовала себя невесомой.
– М-м-м! – блаженно простонала она. – Фантастика!
– Это ты меня окликаешь, Рыженькая? – донесся из темноты голос Кейна.
– Это я от удовольствия.
– Лучше б ты меня окликнула.
– Ке-е-ейн!
Смех его эхом отозвался в ночной тишине.
– Не снимай свою рубашку, Рыженькая. Я иду.
– Это твоя рубашка, забыл?
Все еще улыбаясь, Кейн сел на камень и начал расшнуровывать ботинки. Кристи разглядывала его с любопытством, к которому примешивалось легкое волнение. Мускулистые плечи, блестевшие под луной, говорили о силе и ловкости. Он действительно был «покрыт шерстью» – по крайней мере на груди. Кейн встал и стал расстегивать джинсы – так же спокойно, как только что расшнуровывал ботинки. Кристи не отвела взгляда. Он заметил это, но, похоже, нисколько не смутился. Быстрым движением он стянул с себя джинсы вместе с трусами.
Кристи отвернулась.
– Ты что, работал стриптизером? – хмыкнула она.
– Можно сказать, что да. Я ведь семь недель провалялся в больнице.
По металлическому звуку – пряжка звякнула о камень – Кристи поняла, что он швырнул джинсы на берег.
– Катетеры, судна и все такое, – продолжал он. – Меня сотни раз обмывали разные сестры. В конце концов все приличия – всего лишь условности.
Кристи, опустив глаза, смотрела на воду. Послышался всплеск – Кейн, должно быть, вошел в пруд. Возгласы удовольствия, и снова всплеск. Наконец Кейн уселся на соседнюю с ней скамейку.
– Ну все, Рыженькая, можешь смотреть. Я сижу к тебе спиной.
Смех в голосе Кейна задел ее.
– Я не ханжа, – сказала она.
– Кто сказал, что ты ханжа?
– Ты.
– Я этого не говорил. Просто приятно увидеть женщину, которая еще не разучилась стесняться.
– Ты выбирал не тех женщин.
– Скорее наоборот, не те женщины выбирали меня. С тех пор как здесь объявился Хаттон, его шлюхи стали прохода не давать здешним мужикам. Особенно Джо-Джо. Она обожает клеиться к ковбоям, индейцам и таким опасным субъектам, как я.
В голосе Кейна снова послышалось презрение, и горячий пруд на минуту показался Кристи ледяным. Она повернулась к нему, готовая сказать какую-нибудь резкость, но словно споткнулась: на его спине между позвоночником и правой лопаткой виднелся еще свежий шрам.
Кейн пересел на соседнюю скамью. Она была пониже, и шрам скрылся под водой.
Он вдруг застонал, словно от боли.
– Что с тобой? – испуганно спросила Кристи.
– Ничего. Я чувствую себя отлично, даже лучше, чем можно было ожидать.
– Ты чувствуешь себя так, как должен себя чувствовать.
– Да ты не только журналистка, ты еще и философ!
Он нырнул под воду и оставался там так долго, что Кристи уже начала было беспокоиться. Наконец он показался, яростно отфыркиваясь, словно морж.
Кейн выгнул спину, словно желая размять мускулы, не совсем еше окрепшие после болезни.
– Ты не должен был нести меня на руках.
Кейн повернулся к ней:
– Ты весишь гораздо легче, чем та железяка, что я таскал на себе, чтобы исправить правый бок. К тому же тебя носить гораздо приятнее, чем ее.
Голос звучал ласково-насмешливо, а в его белозубой улыбке было что-то агрессивно-привлекательное.
Кристи закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на приятной теплоте пруда.
Кейн снова нырнул и снова появился, весело фыркая.
– Кейн, – позвала она.
Он издал нечленораздельный звук, означавший, что он ее слушает.
– Шериф Деннер сказал, что ты не должен снова появляться в горах. Почему?
Кейн ничего не ответил. Кристи понимала, что настаивать не следует, но любопытство все-таки взяло верх. И это не было праздным журналистским любопытством.
– Кейн?
– Тот, кто стрелял в меня, привык к охоте на оленей, – произнес он спокойно.
– Не понимаю.
– Он использовал пулю со специальным наконечником. Я потерял часть правого легкого. Оно было разрушено.
Кристи пожалела, что спросила.
– Врач сказал, есть опасность, что процесс не остановился. Он убеждал меня посидеть дома годик-другой.
– Почему же ты вернулся?
– Я хотел посмотреть на эти места прежде, чем выпадет снег.
– Но…
– По крайней мере, – перебил ее Кейн, – до сих пор у меня не было проблем.
– Когда мы бежали от охраны Хаттона, ты тяжело дышал.
– Ты тоже.
– Мне не приходилось бывать на такой высоте с тех пор, как я уехала из родного города.
– Значит, ты девушка с запада?
– Почему ты так решил?
– На востоке не бывает таких высоких гор.
Кристи призналась:
– Да, я родилась в гористой местности.
– В Вайоминге?
– Да.
– Значит, ты все-таки не городская барышня. Слава Богу.
Удовлетворение, с которым он это сказал, не понравилось Кристи.
– Я родилась в Вайоминге, но выбрала Манхэттен. Так что я, можно сказать, на все сто процентов городская.
– Ерунда.
– Нет, не ерунда.
Кейн рассмеялся.
– Тебя, наверно, в Нью-Йорке ждет твой парень? – неожиданно спросил он через минуту.
Кристи замялась, и Кейн решил, что это утвердительный ответ.
– Городской? – продолжал расспрашивать он.
– Даже, пожалуй, слишком. Банкир международного класса. Манхэттен, Лондон, Токио, Лос-Анджелес, Бонн…
– Похоже, он большие времени проводит в самолетах, чем с тобой.
– В общем-то да.
– Современная связь, – подытожил Кейн.
– Пожалуй.
Кристи зевнула. Тепло действовало на нее усыпляюще.
Кейн снова нырнул. Потом они с Кристи еще какое-то время посидели молча, наслаждаясь горячей водой.
Кристи чувствовала, что из нее действительно выходят все «болячки», даже те, о которых она не подозревала. Горячий источник был лучше любой сауны: отсутствовал запах хлорки – в саунах воду обычно хлорируют для дезинфекции.
Кристи легла на скамейку, прислушиваясь к мирному журчанию ручья и редким ночным звукам. Высоко над ней темное, словно из черного дерева, небо было сплошь усыпано огромными бриллиантами звезд. Шелестели, словно делясь с ветром какими-то древними тайнами, верхушки вековых елей.
Никогда она еще не чувствовала себя так хорошо. Никогда. Джо-Джо, Питер Хаттон, весь мир с его проблемами и суетой казался далеким, за тысячу миль от нее…
А Кейн был рядом, очень близко. И как ни странно, это вовсе не беспокоило Кристи. Его воинственность, как у Моки, была лишь маской.
Вряд ли человек, одержимый столь страстной любовью к искусству, может быть по-настоящему агрессивен. Кристи вспомнила, как он говорил о «Разбойниках прерий». Чувствовалось неподдельное восхищение прекрасным. Как странно, но в ту минуту он напомнил ей Ховарда Кесслера, ее учителя, понимавшего лучше кого бы то ни было связь между внутренним миром человека и вещами, которые его окружают.
Вот и Кейн до удивления тонко чувствовал эту связь. Произведение искусства – это выражение сокровенных движений души его создателя. В этом и есть главная ценность искусства, и ее нельзя измерить в долларах.
«Все очень просто, Кристи. Произведения искусства – не что иное, как резервуары человеческих эмоций и памяти. В конце концов, что такое стоимость картины или книги, выраженная в деньгах? Она способна поразить лишь человека, у которого полностью отсутствует воображение. Людям с деньгами и без воображения ничего не остается, как следовать моде. Люди же без денег, но с воображением – сами себе законодатели моды».
Слова Ховарда звучали в ушах Кристи так отчетливо, словно он был рядом. Да, они были похожи, Кейн и Ховард, такие разные на первый взгляд. Взять хотя бы Джо-Джо. И того, и другого красота Джо оставила равнодушными.
По крайней мере Кейн так говорил.
Высоко в ночном небе двигался огонек. «Самолет», – лениво подумала Кристи и вдруг вспомнила о Нике. Вся его жизнь проходит в самолете. Ведь что такое Ник? Типичный деловой человек, деловой до мозга костей. Никогда не выказывает ни страсти, ни радости, ни огорчения, ни боли, ни страха – ничего. Главное в его жизни – лист доходов и расходов в конце каждого месяца.
Лишь теперь, среди бескрайних просторов Запада, в стране своего детства, Кристи поняла, как на самом деле чужд ей Ник. Ее связь с Ником лишь случайная встреча со случайным мужчиной. Просто ошибка.
От тепла, разлившегося по телу, от созерцания звездного неба мысли Кристи начали путаться, и постепенно не осталось ни одной – только чувство полного расслабления.
– Расслабляешься? – лениво спросил ее Кейн.
– Ага, – зевнула она. – Уже расслабилась. Полностью.
Снова молчание.
– Так что же ты все-таки делала в доме Хаттона?
Голос Кейна был таким будничным, что в первый момент Кристи даже не поняла вопроса. Затем она почувствовала неприятный укол, как будто он ее обманул.
– Значит, вот зачем ты меня расслаблял? Чтобы пытать по второму кругу?!
– Послушай, Рыженькая…
– Меня зовут Кристи, – перебила она его жестко, – И какого черта тебе нужно знать, что я там делала?
– А вдруг ты знаешь что-нибудь, что поможет мне выяснить связь между Тайными Сестрами, Джонни Десять Шляп и той сукой, что пыталась меня убить.
Кристи не поверила своим ушам.
– Что? – резко переспросила она.
– Что слышала.
– Ты имеешь в виду Джо?
– Ее, родную.
– Нет! Никогда! Она не могла!
– Да? Ты так хорошо ее знаешь?
Ей нечего было ответить ему. Она просто смотрела на этого сильного и очень умного хищника, которому удалось так легко сбить ее с толку. Глаза Кейна были холодны, и от его взгляда Кристи стало не по себе.
– Шериф Деннер считает, что это несчастный случай, – произнесла она, словно оправдываясь.
– Твой шериф Деннер – дерьмо.
– А остальные жители города? – продолжала настаивать Кристи. – Что думают они?
– Они тоже думают, что я попал под пулю случайно.
– Ты считаешь, что тут замешана Джо?
– Да.
– Почему?! Зачем ей это нужно?! Это невозможно! – возмутилась она.
Кейн молча посмотрел на нее.
– Об этом я хотел спросить у Джонни, – ответил он, помолчав.
– Джонни? А он-то здесь при чем?
– Я уверен, что это он нажимал на курок.
– А ему-то Зачем понадобилось убивать тебя?
– Именно этот вопрос я собираюсь задать ему, как только он попадется мне в руки.
– Тогда спроси у самой Джо, если ты так уверен, что она здесь замешана.
– У этой суки? Да если б она тонула, я не стал бы ее спасать. И она это знает. Поэтому она так перетрусила, когда узнала, что я вернулся сюда.
Кристи чувствовала, что она должна что-то ответить человеку, который так патологически ненавидит ее сестру, но не могла найти слов. Ей стало страшно.
«Неудивительно, что Джо-Джо боится Кейна, – думала она. – И неудивительно, что она где-то прячется. Он обвиняет ее в убийстве».
Кристи ни на секунду не поверила, что ее сестра могла быть замешана в убийстве. Джо-Джо всегда была эгоистичной и взбалмошной, но на убийство она все-таки не способна.
«Мне обязательно нужно доказать Кейну, что он не прав. Но как? Пожалуй, придется рассказать ему все как есть.
Кроме того, что я – сестра Джо-Джо.
Стоит мне сказать об этом Кейну, и он уже никогда не поверит ни единому моему слову.
С другой стороны, если Хаммонд меня узнал, когда я прыгала с балкона, то теперь мне нужен человек, который не выдаст меня даже под ударами пистолетом по лицу.
Такой, как Кейн.
Черт побери, ну и запутанный же получился клубок!»
– Кокопелли, – неожиданно сказала Кристи.
– Что?
– В композициях Хаттона часто используется мотив Кокопелли.
Кейн молча слушал.
– Джонни сказал охранникам, что хочет поговорить с Отри о сестрах Кокопелли.
Кейн сидел так тихо, что казалось, перестал даже дышать. Затем он издал звук, похожий одновременно на смех и на ругательство.
– Сукин сын. Я был прав.
– Насчет чего? – Кристи вдруг испугалась, что может повредить Джо-Джо.
Ответа не было.
– В чем ты был прав? – настойчиво повторила она.
В ответ Кейн лишь рассмеялся.
– Понимаю, – срывающимся голосом сказала Кристи. – Ты, как я поняла, против новомодных отношений между мужчиной и женщиной. Значит, ты за старомодные – когда мужчина берет от женщины все и не считает себя обязанным в свою очередь тоже ей что-то дать.
Она решительно вышла из пруда.
– Послушай, Рыженькая… – начал было Кейн.
– Спасибо за урок, – резко оборвала его Кристи. – Ты напомнил мне, что западные мужчины – главная причина, почему все западные женщины мечтают уехать отсюда.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Тайные сестры - Максвелл Энн


Комментарии к роману "Тайные сестры - Максвелл Энн" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100