Читать онлайн Сердце мое, автора - Лоуэлл Элизабет, Раздел - Глава 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сердце мое - Лоуэлл Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.12 (Голосов: 24)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сердце мое - Лоуэлл Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сердце мое - Лоуэлл Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лоуэлл Элизабет

Сердце мое

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 19

Когда Шелли наконец закончила работу, было уже за полночь. Возбужденная и в то же время уставшая, вне себя от радости и полная какого-то особого умиротворения, довольная собой и проделанной работой, Шелли еще раз прошлась по комнатам. И все, что она видела, говорило сейчас о ее отношении к Кейну, о ее любви — каждый цвет и сочетание оттенков, каждый совершенно неповторимый, уникальный предмет мебели, каждое со вкусом выбранное ею произведение искусства.
«Нет, больше добавить сюда я не могу ничего, — подумала Шелли. — Теперь дом Кейна так совершенен, как только вообще может быть… Возвращайся же домой, Кейн! Возвращайся ко мне…»
Разрываемая страхом и надеждой, чуть не плача от усталости, Шелли стояла посреди этого дома — дома, созданного ее собственными руками. И она не слышала, как отворилась входная дверь и на пороге появился Кейн. Увидев ее, он затаил дыхание.
И вот уже его сильные руки обнимают ее и крепко прижимают к груди — да так, что Шелли становится больно. Колючей, давно не бритой щекой он потерся о ее щеку, и это прикосновение показалось Щелли нежнее, чем самые нежные и тонкие шелка. Так же как запах его пота был гораздо приятнее, чем аромат распускающихся цветов, благоухающих под луной.
— Я… я тут… я сделала тебе дом, — прошептала она.
— Я знаю, — тихо ответил он. — Когда я держу тебя в руках, я дома. Это и есть настоящий дом.
Голоса обоих были неровными, дрожали от волнения и сильного напряжения. Какое-то время они просто молча держали друг друга в объятиях. Потом Кейн наконец отпустил ее, и она, подняв голову, улыбнулась, глядя ему прямо в глаза.
— Пойдем, пойдем, — позвала его Шелли. Пойдем, я так хочу показать тебе весь твой дом…
— Но я и так смотрю на него… И вижу его…
Но Кейн смотрел не на дом. Он смотрел только на Шелли.
Она вдруг почувствовала страшное разочарование.
Она так надеялась на его благодарность, так хотела разделить с этим человеком радость от того, что только что сделала для него, вручить ему этот подарок… А он…
«Господи, неужели же ему совершенно все равно, что я сделала с его домом?» — подумала она в отчаянии. Но в тот самый момент, как она открыла уже было рот, чтобы возмутиться полным отсутствием интереса со стороны Кейна, она еще раз взглянула на него, на этот раз уже повнимательнее. Взглянула — и не решилась ни в чем упрекнуть. Лицо его было грязным, как будто он давно не мылся, под запавшими глазами — темные круги от усталости и недосыпания, щеки впали, губы белые как полотно. В одно мгновение Шелли забыла обо иссх своих упреках и обидах.
— Господи, любимый мой, — произнесла она наконец. — Что же ты с собой сотворил?.. Он кисло улыбнулся в ответ:
— Приходилось работать в три смены…
— Но зачем?
— Чтобы вернуться к тебе. Вернуться домой…
— Но… вы же могли подождать, просто задержаться там па какое-то время… — возразила было она, по он прервал ее;
— Могли — да. Но не хотели. Особенно я. Единственное, о чем я сожалею, — так это о том, что у меня сейчас слишком мало сил, чтобы хоть чем-то с тобой заниматься… Всю дорогу мне приходилось быть начеку па случай, если Миллеру вдруг потребуется помощь…
Кейн нежно поцеловал ее в губы, и она почувствовала прикосновение его пальцев к лицу, плечам, шее — он словно пытался убедить себя, что это и впрямь не снится ему. Встав на цыпочки и прижавшись к нему, Шелли ответила па поцелуй.
— Ты дома, — прошептала она. — Господи, ты дома, а остальное уже просто не важно. Пойдем, пойдем со мной. Я сама вымою тебя всего, потру тебе спину и уложу спать… Пойдем.
— Пожалуйста, останься сегодня со мной, — попросил он ее. — Останься и поспи. Я слишком устал, Шелли. К сожалению, кроме сна рядом, я ничего не могу тебе сейчас предложить.
— Я очень люблю даже просто спать с тобой, Кейн, — призналась она.
— Даже «просто спать»? — удивился он.
— Конечно, — ответила Шелли. — Просто быть с тобой — это уже хорошо…
Он обнял ее, увлекая за собой в гостиную. Развешанные на стенах картины все-таки приковали к себе его внимание — быстрые, живые и точные штрихи, изображавшие летящих птиц, птиц в брачных танцах, птиц, кормящих своих крохотных птенцов… Наконец, хищных птиц, неподвижно парящих в небе.
— Сокол, — задумчиво произнес Кейн, глядя на это последнее полотно.
Лицо Шелли расплылось в улыбке.
— Тебе нравится?
— Да, очень, — ответил он, с трудом подавляя зевоту, — только почему-то он расплывается у меня перед глазами. Это что — так и должно быть, а? Какой-нибудь спецэффект?
— Да нет, — рассмеялась Шелли, — этот спецэффект вызван всего лишь тем, что ты едва на ногах держишься и засыпаешь на ходу.
И она легонько подтолкнула его вперед. Кейн послушно пошел из гостиной, однако и в холле он обращал внимание на обстановку, изменившуюся за время его отсутствия.
— Господи, какие роскошные цвета. — Он широко зевнул. — Они напоминают мне о диких северных лесах. А это на стене случайно не индейская поделка из дерева?
— Да, — кивнула Шелли, хватая его за руку и увлекая за собой. — Пойдем же, ну пойдем, все остальное я покажу тебе завтра утром.
Когда Кейн услышал ее последние слова, уровень адреналина в его крови, по-видимому, резко подскочил. Он почувствовал, как острая серебряная молния вонзилась в его сердце — усталости как не бывало!
— Ты… ты что, все закончила? — спросил он.
— Да. Ты сможешь взглянуть на все это завтра, — не без гордости сообщила ему Шелли. — А теперь тебе самое время в ванну — и спать…
— Шелли… Любимая моя… Ты любишь меня, Шелли?
Посмотрев ему прямо в глаза, Шелли улыбнулась, увидев, как жаждет он услышать ее ответ. Но, Господи, каким же он был сейчас усталым! Он не спал уже очень много часов — и все для того, чтобы поскорее увидеть ее…
— Да не волнуйся же ты так, — успокоила она его. — Моя работа все равно не будет считаться законченной до того момента, пока ты все тут не увидишь и не оценишь. По достоинству, хотелось бы надеяться… Но все это будет завтра. Сейчас ты слишком устал, и тебе просто необходим сон.
Несколько мгновений Кейн пристально смотрел на Шелли, словно желая понять, кроется ли за ее словами что-то особенное или же она говорит с ним совершенно искренне. Но он уже был не в силах бороться с усталостью и истощением — они настойчиво давали о себе знать.
— Черт… — пробормотал он.
— Все в порядке. — Шелли нежно погладила его по руке. — Ты дома, и это сейчас самое главное. А все остальное может подождать. Поверь мне, прошу тебя…
Он снова взглянул ей в глаза, надеясь прочитать в них ответ. Но увидел только нежность, и заботу, и бесконечное желание ему помочь…
«Все в порядке… Ты дома…»
Но он действительно дома — ведь рядом с ним Шелли!
Глубоко и с облегчением вздохнув, Кейн поцеловал кончики ее пальцев, позволяя ей вести себя дальше. Она быстро прошла мимо спальни, не останавливаясь ни на мгновение и не желая давать ему ни малейшей возможности хоть бегло осмотреться по сторонам. Иначе Кейн рисковал бы застрять тут надолго. Но сейчас он все равно был бы не в состоянии оценить работу Шелли в должной мере: глаза его совершенно слипались, он и вправду еле держался на ногах. Еще чуть-чуть — и уснул бы прямо так, не доходя до кровати.
Пока она наполняла огромную ванну, он клевал носом, прикорнув на стульчике для одежды. Уже сквозь сон он почувствовал, как Шелли снимает с него грязное белье и тащит его в воду — теплую, приятную, пахнущую какими-то удивительными ароматами. Шелли нажала кнопку — и включилась система воздушных массажеров, в одно мгновение наполнивших ванну огромными пузырями воздуха.
— Господи, как же здорово! — пробормотал Кейн. — Я, по-моему, в раю, да?
— Смотри не засни там в своем раю, а то утонешь, — смеясь, предупредила его Шелли. — Подожди, я сейчас разденусь и вымою тебя хорошенько…
Он еле заметно улыбнулся:
— Ну, вот теперь-то уж я точно не утону…
Быстро раздевшись, Шелли вошла в теплую воду. В руке она держала шампунь. Прежде всего она намылила Кейну голову и засмеялась, когда он опустился под воду, чтобы смыть мыльную пену, и выдохнул серебристые пузыри воздуха. Потом она приступила к его телу, используя шампунь вместо мыла и натирая его не губкой, а собственными руками.
И она счастливо улыбалась, радуясь уже самой возможности просто побыть с ним наедине, нежно и ласково Прикасаясь к нему и не ожидая даже, что он прикоснется к ней в ответ.
Ее ласка согревала Кейна, словно лучи восходящего солнца. Шелли смывала с него весь этот изнурительный труд, эту многодневную усталость, а он тем временем смотрел на ее лицо. Он слегка касался ее грудей — ему было радостно прикасаться к ее прекрасному телу, любоваться ее красотой.
Шелли склонилась над ним, тихонько поцеловала кончики его пальцев, а потом снова продолжила мытье. Она получала несказанное наслаждение, чувствуя его сильное, крепкое тело под легкими прикосновениями своих словно танцующих пальцев. Закрыв глаза, Кейн улыбнулся, расслабился и отдался этим ее успокаивающим, усыпляющим и нежным прикосновениям.
— Все, хватит, вставай, сонька несчастный! — послышался вдруг ее голос.
— М-мм? — только и смог произнести Кейн в ответ.
— Пора идти спать!
Широко зевая, он с неохотой вылез из горячей воды и выругался: боль в мускулах напомнила ему о его тяжелой и долгой работе, о ночах, проведенных на твердых скалах и камнях, о падении в ледяную реку.
— Эй, с тобой все в порядке? — заволновалась Шелли.
— Да, — успокоил он ее. — Это все фигня. Я просто свалился пару раз в воду… А так все пустяки.
Шелли, быстро осмотрев все его тело и не обнаружив никаких ран, поняла, что все дело в мышечной боли, и завернула его в огромное полотенце Кейн еще раз сладко зевнул, извиняясь за это перед Шелли. Потом снова зевнул и снова извинился.
Шелли рассмеялась:
— Повернись-ка, соня.
И она провела его, поддерживая, в спальню, подвела к широкой кровати и легонько подтолкнула. Потом, завернувшись в другое полотенце, снова подошла к нему.
Сонный, он протянул руку и, обнимая ее за бедра, привлек к себе.
— Ну нет, с этим придется подождать, — решительно заявила она — В принципе ты уже можешь засыпать потихоньку, а я пока помассирую тебе спину и разотру ее бальзамом…
— Но ты ведь останешься со мной сегодня?
— Конечно, — заверила она его — Вот проснешься завтра утром и сразу меня увидишь…
Глубоко вздохнув, Кейн полностью расслабился. Хорошенько вытерев руки, Шелли скинула с себя широкое банное полотенце и, согревая в руках баночку бальзама, опустилась на колени перед кроватью. Когда она начала массировать тело Кейна, он застонал от наслаждения. Улыбнувшись, Шелли продолжила работу, массируя всего его сверху вниз — плечи, руки, спину, бедра… Она поцеловала кончики его пальцев, ладони, запястья… И улыбнулась, увидев, как сжимает он пальцы рук, точно пытаясь сохранить ощущение ее тепла в своих ладонях как можно дольше.
Шелли массировала его молча, получая огромное удовольствие уже от того, что сейчас он рядом с ней. Потом она взялась за его ноги и массировала их до тех пор, пока мышцы их снова не обрели силу и упругость.
— Эй, ты там что, спишь? — обратилась она к нему шепотом.
Он пробормотал что-то невразумительное, уткнувшись лицом в подушку.
— Давай переворачивайся на спину, лентяй! У тебя ведь на животе тоже есть мускулы.
— И не только на животе… И не только мускулы… И он перевернулся.
Шелли остолбенела, увидев некоторые интересные детали.
— А я-то думала, у тебя и вправду совершенно нет сил…
— Нет. Вернее, почти нет… — И он обнял ее, привлекая к себе.
— Так ты, оказывается, просто дурачил меня все это время!
Смеясь, Шелли высвободилась из его объятий и продолжила массаж. Начиная со ступней, она поднималась все выше, растирая лодыжки и возвращая прежнюю силу и упругость его крепким бедрам.
Кейн тихонько застонал, когда ее пальцы нежно коснулись треугольника волос на животе. Больше всего Шелли дразнила его сейчас тем, что гладила и ласкала не так, как ему бы этого хотелось. Не так и не там…
— Ласка… — нежно позвал он ее.
— Слушай, ну ты ведь и в самом деле устал. — Она ловко отклонила его руки, снова потянувшиеся было к ней. — Давай закрывай глаза, — строго сказала она. — И сам не заметишь, как уснешь…
— Шел… — Но не успел он произнести ее имя, как она склонилась над ним, чуть касаясь обнаженными грудями его твердой, возбужденной плоти, а руками лаская бедра и живот. Потом, чуть поднимаясь, она покрыла пацелуями его сильную, мускулистую шею, наслаждаясь все усиливающимся и ускоряющимся биением собственного сердца.
— Закрой глаза, — обратилась она к нему. — И не двигайся, я все буду делать сама…
И она нежно Провела губами по темному курчавому треугольнику волос, покрывающих его грудь и живот. Он задышал быстро и глубоко.
— Позволь же мне позаботиться сейчас о тебе, — прошептала ему Шелли. — Позволь просто показать тебе, как я рада твоему возвращению.
Несколько мгновений Кейн неотрывно смотрел на нее — взгляд его выражал одновременно искренний восторг и изумление. Потом он глубоко вздохнул и, слушаясь ее, закрыл глаза, полностью отдаваясь ее рукам, ласкам, тихой нежности.. Она коснулась губами его темноватых сосков, целуя их поочередно до тех пор, пока они не затвердели, превращаясь в темно-розовые упругие пуговки…
Длинными пальцами Кейн гладил Шелли по ее мягким, шелковистым волосам — она опускалась все ниже и ниже… И вот уже она касается своими волшебными губами твердой, настороженной плоти.. И ласкает языком, и обнимает теплыми губами, наслаждаясь порывами его восторженной страсти.
Лаская руками его мускулистую грудь, она двигалась медленно, не пропуская ни одного чувствительного участочка его кожи. И, снова выгнувшись, еще раз провела по всему его телу своими нежными грудями, получая от этого несказанное удовольствие и наслаждаясь его ответными ласками.
Медленно, неторопливо она вновь опустила голову, проводя щекой по его впалому-животу, и вот уже темные шелковистые пряди ее волос струятся ласковым огнем между его ног… Она томно, неторопливо поднимает на него глаза и, видя, какое огромное удовольствие получает он от их близости, сама еще больше возбуждается. Дрожа от желания и сжигающего ее страстного огня, она снова и снова покрывает поцелуями его горячую, твердую и упругую плоть, лаская ее движениями языка, прикосновениями губ и тонких пальцев.
Кейн хрипло стонал и медленно изгибался под ласкающими прикосновениями ее губ и рук, изобличающими его вожделение. И когда он почувствовал, что не в силах больше терпеть, то негромко окликнул Шелли, вкладывая в ее имя всю силу своей любви, своего желания.
Слова, которые шептал Кейн, были столь же нежными, страстными и интимными, как и движения кончика языка Шелли по его обнаженным бедрам, твердой, упругой плоти между ними. Эти слова, казалось Шелли, нежно ласкают шелковистый цветок, вновь раскрывающий лепестки в ее теле, и она застонала, до безумия желая Кейна. Медленно, неторопливо, как во сне, Шелли села на него верхом, желая навсегда запомнить каждый миг, каждую минуту их ласки и нежности. Улыбаясь, закрыв глаза, она впустила его в свое тело, даря им обоим неземное наслаждение, известное только обитателям рая…
И снова Шелли склонилась к нему, нежно целуя в губы, вкладывая в этот поцелуй всю страсть их тел, движущихся сейчас в унисон. И, не в силах более сдерживать себя, вся отдалась чарующему любовному ритму, покачиваниям и скольжениям… Эти медленные, чувств венные ласки наполняли все его тело невыразимой сладостью. Кейн стонал, окликая Шелли по имени. И вот уже она снова склоняется над ним — и движется, движется, изгибается, словно исполняет неведомый танец, отзывающийся искрами страстного, дикого огня во всем теле Кейна.
Нарастающее сладостное напряжение заставляло Кейна изгибаться и вторить ускоряющимся движениям Шелли. И вот, оказавшись уже не в силах контролировать себя, Кейн откинулся назад и замер в ожидании.
Шелли, заметив это его движение, все поняла. Замерев на какое-то мгновение, она устремилась к нему, словно стараясь вобрать его всего в свое тело — так, как только могла, нежно и страстно, слиться с Кейном в едином сладостном порыве.
— Я люблю тебя, Кейн!..
Услышав эти слова, он потерял всякий контроль над собой и, хрипло застонав, отдал ей всего себя.
И Шелли почувствовала его экстаз и дрожь, прошедшую по всему его телу…
Наслаждаясь его стонами, она вздохнула и ощутила, что огонь ее разгорается все сильнее и сильнее и противиться ему она больше не в силах. Постанывая, Шелли на секунду замерла и полностью отдалась своему экстазу…
Через какое-то время Кейн понял, что Шелли лежит без движения, прижавшись к его груди, а он держит ее в объятиях. Не разжимая объятий, он натянул теплое стеганое одеяло на них обоих. Ему безумно хотелось спать, но он все еще пытался как-то бороться со сном.
— Скажи, скажи же мне снова… — попросил он.
— Я люблю тебя. Я люблю тебя, Кейн… Он глубоко с облегчением вздохнул:
— Господи, спасибо тебе… А я боялся, что ты… не… И он заснул.
Улыбнувшись, Шелли поцеловала его подбородок и отдалась теплу, исходящему от его тела. Вскоре уже она спала так же крепко и глубоко, как и Кейн.
Шелли открыла глаза, почувствовав, как руки Кейна нежно ласкают ее тело, а губы его касаются груди, окончательно вырывая ее из сонного, дремотного состояния и сразу же наполняя желанием. Сладко вздохнув, она потянулась к Кейну. Уснувший цветок снова пробудился в ней, раскрывая лепесток за лепестком. И она почувствовала, что ее тело снова готово принять Кейна, насытить, одарить невыразимой сладостью…
Сильными пальцами Кейн провел по ее бедрам и, почувствовав зарождающееся в ней желание, устроился между ее ног. Лаская ладонями ее лицо, он медленно, ритмично двигался, чуть сдавливая ее тело, что было невыразимо приятно Шелли. Снова закрыв глаза, Шелли отдалась этим дивным ощущениям, позволяя и Кейну получать удовольствие от ее стонов.
— Скажи же, скажи мне, что все это не сон, — прошептал Кейн.
Он осторожно прижался губами к ее темно-розовым соскам, и Шелли изогнулась, мурлыча от наслаждения. Ее реакция восхищала Кейна, но еще больше он хотел от нее признаний в любви, нежности, доверия…
— Ну пожалуйста, прошу тебя, скажи мне, что это все не сон…
Не в силах говорить, Шелли лишь смогла выкрикнуть его имя. Она чувствовала, как движется он внутри ее тела. Вдруг Кейн замер на какое-то мгновение.
— Ты любишь меня? — спросил он.
Она широко раскрыла глаза — темные, жаждущие.
— Да! Да, да, да…
Он все еще не двигался. Глаза его были сейчас удивительного серого цвета, очень теплого, нежного оттенка. Ласковые, точно летний дождь… Он почувствовал, как Шелли выгибается под ним, раздвигая ноги еще шире, снова и снова прося продолжения…
— Ну скажи мне, скажи еще раз, — настойчиво попросил он голосом, хриплым и напряженным от возбуждения. — Я должен слышать это. Я просто должен знать, что все это не сон…
— Я люблю тебя, Кейн…
Лицо Кейна совершенно преобразилось. Шелли почувствовала, как по всему его телу прошла горячая волна. Он снова вошел в нее — единым, сильным, страстным движением, слыша, как шепчет она его имя и слова любви… И снова — слова, и движения, и ласки, и страстные объятия, и признания… И вот уже никаких слов не остается, их сменяют лишь громкие стоны, завершающие их экстаз.
Когда оба они снова обрели возможность спокойно вздохнуть и открыть глаза, Кейн провел губами по ее лицу, волосам, нежной жилке, пульсировавшей на шее.
— Я люблю тебя, Шелли. — произнес он тихим шепотом. — Знаешь, ведь ты — та, которую я ждал всю свою жизнь…
Она улыбнулась, коснулась его губ своими и в который раз насладилась красотой этого удивительно прекрасного рта.
Прошу тебя, выходи за меня замуж как можно скорее, хорошо? — Он тихонько целовал ее губы, подбородок, нежную мочку уха. — Сколько по калифорнийским законом требуется ждать? Три дня?
И прежде чем она успела что-либо ему ответить, он страстно поцеловал ее в губы. Поцелуй этот длился долго, и Шелли почувствовала, как у нее снова начинает кружиться голова.
— Что ты скажешь насчет медового месяца в Чили, а? — наконец спросил Кейн, с видимой неохотой отрываясь от ее губ.
Она поймала ртом его нижнюю губу и осторожно прикусила ее.
— Сантьяго? — уточнила Шелли.
— Да. На несколько дней. А потом — Атакама.
— Там сейчас как раз мои родители, — засмеялась Шелли. — Ты что же, хочешь с ними лично познакомиться?
— Почему бы и нет? Пустыня, конечно, там огромная, но, думаю, мы их все же найдем.
— Ну это, конечно, было бы здорово, но… — И она осеклась.
— Но что?
— Но необязательно, — объяснила ему Шелли. — Мы ведь вполне можем и подождать несколько недель. Они собираются приехать в Лос-Анджелес на праздники в конце ноября.
— Можем, но не будем, — решительно ответил Кейн. — Я же сказал тебе, что Атакама — очень большая пустыня, и поэтому потребуется много времени, чтобы разведать там всю ситуацию с полезными ископаемыми..
Шелли как будто окатили холодной водой. Она поежилась, явно предчувствуя недоброе.
— О чем это ты? — спросила она его осторожно.
— Моя компания выиграла специальный конкурс и получила лицензию, дающую ей эксклюзивное право на разведку и добычу полезных ископаемых в Атакаме, — объяснил Кейн.
— Ox…-только и могла сказать Шелли. Он прикоснулся губами к ее тонкой темной брови, а потом провел по ней горячим кончиком языка.
— Это ведь одно из немногих диких мест в мире, — продолжал Кейн, — которое я еще не успел по-настоящему изучить, разведать… Раньше я думал, что пошлю туда кого-то другого вместо себя. Но теперь все переменилось! Ты любишь меня, и ты любишь пустыню, Шелли Уайлд… Там вдвоем мы будем долго, бесконечно долго вслушиваться в ее тишину, и пить вино на закате, и заниматься любовью в прохладные часы, пока еще не встало солнце, и звезды на небе будут такими большими и близкими… Звезды над нами с тобой, Шелли…
Шелли вся напряглась. У нее не было сил ни говорить, ни даже просто односложно ему отвечать. В этот момент она чувствовала лишь страшную душевную боль.
«Не успела я обустроить дом этому человеку — дом, в который я вложила всю свою душу и любовь, — как он уже открыто говорит мне, что собирается из него уехать…» — с горечью подумала она.
— Что с тобой, Шелли? — спросил он, удивленный столь долгим молчанием. — Скажи, разве что-нибудь не так?
И еще до того, как она успела ему что-либо ответить, он повернулся на бок, увлекая за собой и ее.
— Господи, Шелли, прости ты меня! Я в очередной раз тебя чуть не раздавил… — И он нежно поцеловал ее в губы. — Ты ведь становишься такой дикой, такой неуправляемой, когда мы занимаемся любовью, если бы ты только могла себе это представить… Я все время забываю о твоей хрупкости — мне кажется, ты такая же сильная, как и я сам…
Шелли, в каком-то странном оцепенении, пыталась понять, что же именно она сделала не так, если этот человек снова собрался от нее уйти.
Он притянул ее голову к себе, укладывая на сильное плечо.
— Ну а к тому времени, как мы устанем от Атакамы, — продолжал он, — для нас снова распахнет свои гостеприимные двери Юкон… Это совершенно особое место, уж можешь мне поверить… местами, конечно, совершенно дикое бездорожье… И леса — словно зеленый океан, непроходимые, густые и бескрайние… И реки, и озера, у которых до сих пор так и нет названия, потому что, кажется, ни один человек не жил в тех краях достаточно долго, чтобы…
— Все это, конечно, замечательно, — холодно прервала его Шелли. — Но только как же дом?
Кейн удивленно поднял голову, чтобы увидеть ее лицо. И оно показалось ему очень напряженным, строгим и непроницаемым.
— Дом? — переспросил он. — Вот сейчас, когда ты в моих руках, это и есть настоящий мой дом…
— А что же тогда будет с моим домом? — зловещим шепотом поинтересовалась она.
— Но мы ведь будем много времени проводить и в Лос-Анджелесе, — удивился Кейн. — Здесь тоже полно работы… Если хочешь, давай я продам эту квартиру, и тогда мы будем жить у тебя…
— Продашь квартиру? — Шелли не могла поверить своим ушам. — Ты продашь эту квартиру?.. Она быстро села, высвобождаясь из его рук.
— Это не просто квартира, — резко сказала она. — Это твой дом. Дом, который я обустроила для тебя, как ты меня и просил. Однако тебе, по-видимому, нет до этого абсолютно никакого дела, а? Ты даже не потрудился встать, чтобы посмотреть на мою работу!
В ее словах послышалась нескрываемая ярость — такая же сильная и неистовая, какой была ее любовная страсть…
И Кейн понял это. И испугался, подумав вдруг, что причиной всего этого может быть…
— Ласка, послушай… — начал было он, но Шелли не дала ему окончить фразу.
— Господи, ну какой же глупой может быть женщина! — воскликнула она, обращаясь больше к самой себе, чем к нему. — Я обустроила дом для этого бродяги… Меня угораздило влюбиться в человека, которого волнует только одно — то, что еще не разведано, не раскрыто… То, что находится за линией горизонта…
— Успокойся, Шелли! Я люблю тебя, ты же видишь… Я люблю и хочу тебя…
В ответ Шелли только молча покачала головой.
— Я-то тебя люблю. — В голосе Кейна послышалась горечь. — А вот ты меня — нет. Не любишь ты меня. Господи, почему ты меня не любишь?
— Но это неправда? — воскликнула Шелли. — Это просто чушь! Я люблю…
— Нет, — жестким взглядом остановил он ее. — Ты любишь не меня, а какой-то дурацкий абстрактный образ идеального дома, который выдумала на свою голову. Меня ты не любишь, сейчас я понял это окончательно.
Шелли широко раскрытыми глазами смотрела на него. Они были сейчас сухими, но злыми. В них угадывалась страшная ярость, которую она тщетно пыталась в себе подавить.
Но и Кейн был разозлен ничуть не меньше. А может, даже больше, чем она сама.
— Неужели же ты все еще не поняла, что мы с тобой созданы друг для друга, Шелли Уайлд? — упавшим голосом повторил Кейн слова, когда-то уже сказанные им. — Или же я обречен любить тебя безответно…
И он закрыл глаза. Внезапно ей показалось, что он выглядит значительно старше своих лет — такой же суровый, как и земли, где ему доводилось жить. Когда он снова открыл глаза, они были холоднее самой зимы.
— Итак, ты не веришь мне, — спокойно сказал он. — Ты так и не поверила мне, когда я убеждал тебя, что тебе и самой необходимы путешествия и перемены в жизни. Почему? Почему, Шелли? Разве я когда-нибудь тебя обманывал? Почему же тогда ты мне не веришь?
— Ты не понимаешь меня… — отозвалась она. Кейн помолчал, пытаясь сообразить, что же он сделал не так, в чем состояла его ошибка.
— Нет, ты никогда не понимал меня… — яростным шепотом произнесла Шелли.
Это было все, что она могла ему сказать. Сейчас она знала только это и ничего больше.
— Да нет, вот как раз сейчас-то я тебя прекрасно понимаю, — возразил Ремингтон.
С трудом сдерживая злость, он быстро встал и начал одеваться, не переставая при этом говорить. Слова его ранили Шелли, как острые ножи.
— Я ведь, по-моему, как-то говорил тебе, что у меня отлично развито то, что люди называют шестым чувством, интуицией… Так вот, сейчас я понял: ты не настолько любишь меня, чтобы оставить хотя бы на время свой драгоценный дом, отправиться в путешествие со мной. Значит, ты меня ни капельки не любишь.
Боль, горечь, обида, прозвучавшие в словах Кейна, отозвались в Шелли — она так и замерла, не в силах пошевелиться. Ей было так же больно, как и ему, вдобавок Шелли чувствовала себя оскорбленной.
— Но я люблю тебя… — начала было она, но Кейн не дал ей сказать и нескольких слов.
— Черта с два ты меня любишь! — бросил он. — Единственное, что ты любишь на этой земле, — так это идею дома. Ты так навсегда и осталась в своем детстве. И до сих пор не поняла разницу между мечтами и реальной жизнью!
Одевшись, Кейн стоял теперь посреди спальни и в первый раз видел ее такой, какой сделала ее Шелли: сундуки-табакерки с удивительной инкрустацией и мягкие коврики, фотография пустыни — земля, испещренная полосками света и тени, причудливой игрой цвета на песчаных барханах… Старинный медный телескоп и изумительная, затягивающая картина звездного неба…
— Замечательно, — просто и искренне сказал он. — Это просто замечательно… К сожалению, когда я отсюда уйду, этот дом останется таким же пустым, какими были и твои слова о любви ко мне все это время…
Шелли замерла, затаив дыхание и будучи не в силах вымолвить ни единого слова.
— Только одного ты не знаешь, — продолжал Кейн. — Не знаешь, что там, за окном, расстилается огромный удивительный мир — мир, полный неизведанных чудес и удивительнейших возможностей. Но, я вижу, он совершенно тебе не нужен… Что ж, прячься в своих четырех стенах, ограждайся от всего остального мира и играй сама с собой, притворяясь, что у тебя есть настоящий дом. Может, когда-нибудь и повзрослеешь…
Уже на пороге спальни он повернулся и, глядя на нее глазами, такими же жестокими, как и его слова, добавил:
— Пришли счет на адрес моей компании, домоседка. Бродяге пора в путь.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сердце мое - Лоуэлл Элизабет



Касивый и остроумный роман) Немного старомодный)
Сердце мое - Лоуэлл ЭлизабетТаня
30.05.2012, 2.55





Такие красивые и нежные отношения,хрупкость любви и преодоление страхов в этой паре - кажется что это где-то не в нашем мире - такая красота и любовь!!! Очень понравилось!!!
Сердце мое - Лоуэлл Элизабетстарушенция
6.08.2012, 23.24





Прекрасный роман.Полон любви и нежности.Читать этот роман-сплошное удовольствие!
Сердце мое - Лоуэлл ЭлизабетНаталья 66
18.03.2014, 20.44





Бред. Редко пишу коментарий. Но тут я в шоке. Ему 35 ей 27. Оба в разводе. Любовная сцена. Он в презервативе и скатывается в сторону. Тема: она слишком узкая для него. Или я что-то не понимаю либо бред полный. И куча подобной галиматьи
Сердце мое - Лоуэлл Элизабеттаня
15.08.2014, 18.02








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100