Читать онлайн Незабудка, автора - Лоуэлл Элизабет, Раздел - 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Незабудка - Лоуэлл Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.83 (Голосов: 35)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Незабудка - Лоуэлл Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Незабудка - Лоуэлл Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лоуэлл Элизабет

Незабудка

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

4

Было уже темно, когда Раф свернул на участок дороги, что вел к дому на ранчо «Разбитая Гора». Осенняя луна уже взошла, огромная, плоская, похожая на привидение, устроившееся на краю земли. Облака бурлили, наскакивая друг на друга, опутанные лунным светом и тайной, они обращали и луну в тайну.
Гор не было видно, но Алана чувствовала, как массивной черной стеной встают они на пути. Горы успокаивали и одновременно пугали ее. Воспоминания детства и недавний страх сплелись в единый клубок и вызвали приступ головокружения, как при качании на качелях.
Алана знала, что она была на ранчо четыре недели назад.
Знала, что они с Джеком поехали верхом в горы.
Знала, что Джек погиб.
Знала… и не знала.
Алана очнулась в госпитале; израненная, обмороженная, вся в синяках и кровоподтеках, со страшными болями. И испугалась. Любая тень, любой звук заставляли сердце учащенно биться.
Потребовалось огромное усилие, чтобы позволить доктору Джину осмотреть ее. Он пытался объяснить необъяснимое обычными словами, успокаивал Алану, что ее страх — нормальная реакция человека, никогда ранее не испытывавшего чувства физической опасности, не говоря уже о смерти. Со временем ее разум и тело приспособятся к ощущению опасности, близости смерти в повседневной жизни. Тогда она опять будет спокойна. До тех пор доктор Джин может выписать лекарства, которые помогут ей.
Алана отказалась от успокоительных средств. Ей приходилось встречать немало певцов, которые не могут жить без таблеток. Для нее же химические препараты не являлись решением вопроса.
Хотя было заманчиво, особенно на первых порах.
Близость доктора Джина лишала Алану присутствия духа, слезы, казалось, висели на кончиках ресниц. Даже Боб, ее родной брат, видел, как вздрагивала она от малейшего прикосновения, от любого жеста проявления его любви к ней. Он был одновременно очень обижен и сильно переживал за нее, его карие глаза были подернуты дымкой противоречивых чувств.
На третье утро, после того как Алана пришла в себя, она тихо выбралась из госпиталя, села в самолет и улетела в Портленд. Она не дожидалась, пока шериф Митчел спустится с гор с телом Джека. Она не перестала размышлять, обдумывать, анализировать. Она просто сбежала от черного провала в памяти.
Портленд был достаточно большим городом, чтобв Алана смогла там затеряться, но все же не настолько чтобы не напоминать ей о Лос-Анджелесе, о ее жизни с Джеком. В Портленде тоже были горы, но только вдали.
Однако страх убежал вместе с Аланой. Хотя никогда прежде не боялась она ни полетов, ни высоты, ее вдруг обуял сильный страх, как только самолет оторвался от земли.


Земля уходит из-под ног, ее тело, абсолютно невесомое, извивается, она летит вниз, падает, темнота разверзается, чтобы принять ее в свои объятия. После этого она оторвана от жизни, как листочек, осины оторван от ветки и беспомощно кружится над пустотой…


— Все в порядке, Алана. Ты в безопасности. Все в порядке. Я приехал, чтобы отвезти тебя домой.
Смутно Алана осознавала, что Раф припарковал джип у обочины дороги. Она слышала его успокаивающий шепот, ощущала тепло его руки на своих судорожно сжатых в кулаки пальцах, ощущала нежное поглаживание по волосам. Чувствовала, как дрожь сотрясает ее тело, ощущала боль от того, что стиснутые зубы тщетно пытались удержать крик.
Раф продолжал говорить тихо, повторяя слова по нескольку раз. Они, подобно солнечному свету, согревали Алану, разгоняли темноту, державшую ее в своих объятиях.
Внезапно женщина повернула голову, прижавшись щекой к сильной ладони Рафа. Но стоило ему чуть шевельнуть рукой, как она резко отпрянула.
— Я… — Алана внезапно остановилась, глубоко вздохнула. — Извини, пожалуйста. Что-то… — Ее руки пришли в движение. — Иногда я… после Джека…
Алана закрыла глаза. Она не могла описать Рафу свое состояние, не хватало слов.
— Встретиться со смертью всегда тяжело, — спокойно произнес он. — Чем больше ты замыкаешься в себе, тем тяжелее для тебя.
Рука Рафа нежно гладила ее волосы, прикосновения были мягкими, как и слова, как само его присутствие.
Спустя несколько секунд Алана глубоко вздохнула ощутив, что щупальца страха, опутавшие ее, ослабли, кошмары исчезли. Она повернула голову и взглянула на Рафа глазами, в которых не чернел больше ужас.
— Спасибо, — сказала она просто. В ответ его рука, только что гладившая волосы женщины, прикоснулась к ее щеке.
Он опять завел свой джип и медленно поехал по узкой, посыпанной гравием дорожке, что вела к фамильному дому Бурдеттов. Земля под автомобилем неуловимо перекатывалась, будто собирая силы для внезапного скачка к горным вершинам.
Дом стоял на том участке земли, который можно описать как высокогорье. За фермерскими постройками простиралась бесконечная территория, окаймленная черными вершинами с бриллиантовыми коронами звезд.
Постепенно, по мере приближения к ферме, квадраты желтого света выползали из темноты, будто соревнуясь со звездами, и в конце концов затмили яркость их. Темные изгороди располагались параллельно дороге, обозначив загон и пастбища, где щипали траву кобылы, ожидавшие потомства, и быки-производители, передвигающиеся с тяжеловесной грацией. Вымощенная камнем дорога изгибалась петлей перед домом и сворачивала к конюшням.
Лишь только Раф затормозил недалеко от пешеходной дорожки, ведущей к дому, как тут же распахнулась парадная дверь, выплеснув во двор, как беззвучное радостное приветствие, широкий прямоугольник золотистого света. Три собаки серебристого окраса с лаем и тявканьем спрыгнули с крыльца и заплясали на покрытой росой траве, будто та сплошь состояла из острых сосулек, на которых невозможно стоять.
Раф выбрался из автомобиля и, добродушно ворча, ласково потрепал собак, пока они не успокоились, выплеснув наружу избыток приветственных чувств. Собаки замерли, уставившись на него своими ясными глазами, они осторожно касались холодными носами его рук, терпеливо дожидались, пока он хоть разок не почешет каждой из них за ухом. При лунном свете их шерсть блестела, как жидкое серебро, переливаясь и изменяясь при каждом движении мускулистых туловищ.
Алана выскользнула из джипа с легкой улыбкой на лице. В ушах все еще звенел приветственный собачий лай. Она тихо стояла, ощущая на своих волосах дыхание прохладного ветерка, и наблюдала за собаками.
Одна из них резко подняла голову, обнюхивая Алану. Потом жалобно заскулила и встав на задние лапы, начала радостно ее царапать. Алана машинально наклонилась, чтобы поздороваться с милой псиной, потрепала уши, легонько похлопала по мускулистому туловищу, с удовольствием ощутила теплую шершавость языка на своих руках.
— Ты прелесть, — произнесла Алана, восхищаясь гибкостью и силой животного.
Собака понюхала ее руку, потом карман ее черных брюк, затем опять руку.
— Чего ты хочешь? — спросила Алана, голос ясно прозвучал в безмолвной тишине.
— Вамп просит печенье, которым ты угощала его в последний свой приезд, — объяснил Боб, выходя на крыльцо. В его голосе присутствовали смех и какая-то покорность. Алана беспомощно посмотрела на него.
— Печенье? — повторила она.
Потом взглянула на собаку. Животное наблюдало за ней, переступая с лапы на лапу, явно ожидая чего-то вкусненького.
— Да, печенье, — произнес Боб, подходя к Алане и протягивая ей одну штуку. — Я предполагал, что ты забыла… извини, я имел в виду, у тебя наверняка не будет с собой печенья, поэтому и захватил.
— Вамп? — удивилась Алана.
Она взяла печенье и посмотрела на бледный квадратик так, как будто никогда раньше не видела такого. Потом протянула его собаке.
Собака взяла лакомый кусочек очень осторожно, изящным движением хорошо натренированной для охоты на птиц гончей.
— Вампир, — произнес Боб, нежно похлопывая вьющуюся у ног Аланы собаку. — Ты знаешь, хоть у нее и острые зубы, но берет еду ласково, как щенок.
Ему было достаточно взглянуть на лицо женщины, чтобы понять, что она не знает предысторию собачьей клички. Но Боб был абсолютно уверен, что уже рассказывал ей эту историю.
— О, черт, — тихо выругался Боб. Потом он сжал Алану в объятиях и заговорил тихо, чтобы было слышно только ей.
— Извини, сестричка. Мне трудно уследить за всеми мелочами, о которых ты забыла.
Алана на секунду напряглась, когда руки брата обхватили ее. Затем она силой заставила себя расслабиться. Она знала, что должна преодолеть неосознанный страх, возникающий при малейшем прикосновении. Причина страха кроется в ее видениях, страх — порождение разума, который не может смириться с реальностью. Если она отпрянет в сторону, это очень обидит Боба, а она уже допустила подобную оплошность, находясь в госпитале.
Она нерешительно, но достаточно крепко обняла брата и быстро опустила руки.
Боб тревожно взглянул на нее, но не произнес ни слова.
Пока не увидел ее волосы.
— Боже мой, что ты сделала со своими волосами? — вскрикнул Боб.
— Я постриглась.
Алана тряхнула головой, и лунный свет запустил тонкие прозрачные пальцы в темные крупные локоны ее волос.
— Зачем? — удивился Боб.
— Мне это показалось хорошей идеей.
— Но у тебя же всегда были длинные волосы. — Его голос прозвучал удивительно жалобно для мужчины ростом выше шести с половиной футов и почти двадцати трех лет от роду.
— Все меняется, братишка, — решительно ответила она.
— Но только не ты, сестричка, — произнес Боб с уверенностью. — Ты как горы. Никогда не меняешься.
Алана стояла неподвижно, не зная, что ответить. В этот момент она впервые осознала, что практически заменила Бобу мать, именно у нее он привык искать укрытия от жизненных невзгод. Каким-то образом удалось ей передать брату любовь и заботу, которой недоставало ей самой после смерти матери. И смерти Рафа, который потом воскрес из мертвых. Но воскрес слишком поздно.
«Как сейчас. Слишком поздно, — подумала она. — Смогу ли я объяснить Бобу, что нет уже тихой гавани, кругом — только бушующий шторм?»
— Ты забываешь кое о чем, Боб — произнес Раф голосом спокойным, но с командными нотками.
— Что? О, да. Черт! Я говорил тебе, Уинтер, я не…
— Сестры такие же женщины, — резко оборвал его Раф. — Некоторые сестры даже красивые женщины.
Янтарные глаза Рафа ярко сверкнули, когда он бросил взгляд на Алану. Его улыбка озарилась светом, льющимся из окон дома.
Боб поднял голову и посмотрел на Алану, как на незнакомку.
— Дело вкуса, думаю, — произнес он невозмутимо. — Она похожа на щепку. Неужели в Портленде недостаточна еды?
Раф незаметно переводил взгляд с изящного изгиба ее шеи на выступающие бугорки груди, на узкую талию, на четкую линию бедер, на длинные стройные ноги.
— Бурдетт, — произнес Раф, — ты как слепой котенок.
Алана вспыхнула под откровенно одобрительным взглядом Рафа. Но она улыбалась. Она привыкла, когда ей говорили, что у нее удивительный голос. Во всем остальном она не чувствовала себя особенно привлекательной. Кроме случаев, когда была с Рафом и он, улыбаясь, рассматривал ее так же, как сейчас.
— Надеюсь, Раф все объяснил тебе, маленький братец, — произнесла Алана, радуясь, что слова льются легко, поддразнивающе. Затем улыбнулась Рафу. — Держу пари, ты скачешь на белой лошади и тоже избавляешь девушек от страданий.
Выражение лица Рафа изменилось, напряглось, он смотрел на Алану, словно желая, чтобы она сделала… что-нибудь.
Взгляд был настолько мимолетным, что Алана решила, что ей почудилось.
— Ошибаешься, сестричка, — торжествующе сказал Боб, вытаскивая ее чемодан из багажника джипа. — Лошадь, на которой ездит Раф, пятниста, как и его прошлое.
Она переводила взгляд с одного на другого, не понимая, что брат имеет в виду.
Чем же занимался Раф и до, и после того, как его объявили погибшим в Центральной Америке?
— Боб, тебе не мешает немного укоротить язык, — спокойно заметил Раф со сдержанной улыбкой.
Боб поморщился.
— Опять проговорился. Прости. Мне трудно забыть, или, — он бросил извиняющийся взгляд на Алану, — помнить обо всем.
Она вздохнула.
— Ты не мог хранить секреты даже в рождественские праздники, не правда ли?
— Это точно, — весело согласился Боб. — Ни одного. Не успею услышать, как тут же спешу обо всем рассказать.
Раф издал звук, напоминающий нечто среднее между отвращением и умилением.
— Иногда я не могу поверить, что ты брат Сэма, — сухо произнес он.
Алана поспешно взглянула на Рафа. Что-то в его голосе подсказывало, что он видел Сэма совсем недавно, а не в те далекие времена, когда ее брат издали идеализировал старшего по возрасту Рафа.
— Ты видел Сэма? Я имею в виду, недавно? — задала вопрос Алана.
Чтобы Боб опять не проговорился, Раф бросил на него уничтожающий взгляд.
— Мы встречались в Центральной Америке, — прозвучал ответ. — Когда Сэм бурил скважины. В последнее время я его не видел,
Губы Аланы дрогнули.
— Я тоже его давно не видела, — вздохнула ода. — Несколько лет. В последний раз, когда он приезжал в Штаты, я выступала с концертами во Флориде.
— Мой брат как привидение, — пошутил Боб. — То ты видишь его, то нет.
— Что? — переспросила Алана.
— Так, ерунда, — был ответ.
Слова Рафа были удачно заглушены голосом Мери, которая выкрикивала угрозы мужу, позволившему ей проспать приезд Аланы домой.
— Милая моя, — всполошился Боб, бросил чемодан Аланы и устремился к крыльцу. — Будь осторожна.
Собаки с веселым лаем помчались за Бобом. Алана не могла удержаться от смеха, увидев, как Боб подхватил жену на руки и зашагал с ней по траве, ежесекундно покрикивая на собак. Мери хохотала, уткнувшись лицом в шею Боба, визжала и старалась увернуться от прыгающих собак с высунутыми языками.
Раф улыбался, подбоченясь и слегка наклонив голову. Он повернулся к Алане и протянул ей руку.
— Добро пожаловать на шикарное ранчо «Разбитая Гора», — произнес он. — Вас ожидают тишина и покой. По крайней мере, именно так напечатано в рекламной брошюре.
— Придется тебе обеспечить такие условия, — пробормотала Алана.
Улыбаясь, она на мгновение задержала свою руку в руке Рафа, ощутив тепло и мягкость его ладони при легком пожатии. Прикосновение было приятно им обоим, но одновременно внушало ей страх.
Не дожидаясь, пока Алана отдернет руку, Раф сам выпустил ее и поднял багаж. Женщина быстро прошла вперед, приподняла висевшую на двери сетку от насекомых, впуская в дом Рафа и Боба, который все еще держал на руках хихикающую Мери.
Собаки остановились у порога и умоляюще смотрели янтарными, полными надежд глазами.
Алана взглянула на Боба.
— Нет, — твердо сказал тот, — никаких животных в доме.
— Даже Вампу нельзя? — упрашивала Алана.
— Сестричка, — ответил Боб раздраженным тоном, — я говорил тебе в прошлый раз, что не хочу испытывать судьбу, вдруг Мери споткнется…
Боб резко остановился, слишком поздно осознав, что Алана ничего не помнит о своем последнем пребывании на ранчо.
— Извини, — сухо произнесла Алана, закрывая дверь. — Я забыла.
— И я тоже. Опять. О, черт. — Боб провел рукой по черным густым волосам: этот жест брат и сестра унаследовали от отца.
— Алана, — мягко сказала Мери, ее милое личико напряглось, стоило ей взглянуть на свою невестку — Боб не хотел обидеть тебя.
— Я знаю. — Алана закрыла глаза и разжала пальцы.
— Куда отнести твой чемодан? — раздался в тишине вопрос Рафа.
Голос его звучал обыденно, как будто он не замечал, какие невидимые страсти разгораются вокруг Аланы. Но она знала, что это не так. С каждой минутой рядом с Рафом она все больше убеждалась, что ему о ней известно многое.
— Алана спит в спальне на втором этаже в правом крыле дома, — проговорила Мери, извиваясь в руках Боба. — Поставь же меня на пол, медведь. С моими ногами все в порядке.
— Не беспокойся, — ответил Раф. — Я знаю, где находится комната. Тебе не надо лишний раз подниматься по лестнице.
— Тебе тоже. — Мери закатила голубые глаза и с насмешливым отчаянием рвала на себе длинные белокурые волосы. — Боже милостивый, почему это выпало на мою долю? Почему не могу отделаться от человека, который думает, что беременность — это экзотический вид перелома ноги?
Раф криво улыбнулся, наблюдая, как маленькая изящная женщина вяло пытается выбраться из огромных рук Боба.
— Лови момент, Мери — усмехнулся Раф. — Настанет такое время, когда надо будет стирать пеленки, и Боб откроет экзотический вид перелома руки.
— Клевета, — пробормотал Боб, прижавшись лицом к щеке Мери. — Не верь ни единому слову.
— Верь, верь, — поддержала Рафа Алана. — Каждый раз, когда предстояла грязная домашняя работа, Боб куда-то исчезал.
— Эй, это нечестно, — обиделся Боб.
— Нечестно или неверно? — переспросила Алана.
— Просто я был совсем маленьким, когда эта плотоядная курица наполовину съела мои руки.
— Ветрянка, — констатировал Раф с верхней ступени лестницы, готовый исчезнуть в коридоре на втором этаже. — Помнишь?
Боб тяжело вздохнул.
— Он хуже Сэма, когда надо отследить маленькие биографические неточности. Память у него, как стальной капкан. Совсем невесело.
Алана подумала про себя, что неплохо бы иметь память, которая ничего не забывает, все прочно удерживает в голове. Если бы она знала, что произошло в эти шесть дней, кошмары бы исчезли. Или, наоборот, ожили и отнимали бы у нее день эа днем.
Возможно, доктор Джин прав. Она наверняка не была готова пережить случившееся, по крайней мере отдельные, страшные по своей сути детали. Высота, и лед, и падение…
— Сестричка, ты выглядишь усталой, — заметил Боб.
С величайшей осторожностью он поставил Мери на пол, с любовью и обожанием посмотрев, как она зевнула, пожелала всем спокойной ночи и вернулась в спальню на первом этаже. Затем повернулся к Алане. — Хочешь пойти отдохнуть? — спросил он. Боб подождал немного, ответа не последовало.
— Сестричка?
Вздрогнув, Алана очнулась от собственных мыслей. Рукой она сжимала шею, как будто сдерживала готовый вырваться наружу крик.
— Сестричка? Что с тобой? Ты вспоминаешь?
Алана усилием воли заставила себя не вздрогнуть, когда тяжелая рука Боба легли ей на плечо.
— Нет, — ответила она, ощутив резкость в голосе, но будучи не в состоянии смягчить его. — Я пытаюсь, но ничего не получается.
— Где остановилась твоя память? — нерешительно спросил Боб.
— Калифорния. Я собираю вещи перед поездкой сюда.
— С какого момента память восстанавливается?
— Когда я очнулась в госпитале.
— Шесть дней.
— Хорошо считаешь, братец, — язвительно заметила Алана. — Извини. Мне… нелегко. Я не знаю, почему я все забыла, и я… боюсь.
Боб неуклюже похлопал Алану по плечу, не зная, как успокоить старшую сестру, которая сама всегда успокаивала его.
— Я люблю тебя, сестричка.
Слезы блеснули у Аланы на глазах. Она посмотрела на столь знакомое лицо. Знакомое и одновременно чужое. Сейчас перед ней стоял мужчина, а в ее воспоминаниях Боб все еще оставался мальчишкой.
— Спасибо, — прошептала Алана. — Я тоже тебя люблю.
Боб застенчиво улыбнулся и слегка сжал ее плечо. Лицо его нахмурилось, когда он почувствовал хрупкость ее тела под своей тяжелой рукой.
— Ты почти такая же маленькая, как и Мери, — удивленно констатировал Боб.
Алана чуть не рассмеялась. — Я на три дюйма выше.
Боб пропустил мимо ушей напоминание о дюймах. — Я не то имел в виду, — заметил он. — Я привык думать о тебе, как о… большой. Понимаешь? Физически.
— А я всегда думаю о тебе, как о маленьком. Видишь, нам обоим нужно, изменить свое мнение.
— Да, думаю, ты права. — Боб запустил свои толстые пальцы в волосы. — Я стал о многом задумываться с тех пор, как забеременела Мери. Звучит удивительно. — Боб усмехнулся. —Скорее фантастически.
Алана улыбнулась, несмотря на трясущиеся губы.
— Ты станешь хорошим отцом. Боб. Так же, как стал хорошим фермером.
Темно-карие бездонные глаза Боба от удивления слегка расширились.
— Ты действительно так думаешь, сестричка? Насчет хорошего фермера?
— Ты прекрасно обращаешься с землей. Это сразу видно. Раф того же мнения, — добавила Алана. Боб улыбнулся от наслаждения.
— Вы оба столь высокого мнения? Это очень много для меня значит. Я знаю, как ты любишь ранчо. А Раф вообще рожден для фермерской жизни. Он просто творит чудеса со своей Западной Ленивицей. Там практически все разваливалось с тех пор, как его отца хватил последний удар.
— Как долго Раф живет на ранчо «Западная Ленивица»?
Боб почувствовал себя неуютно, по-видимому вспомнив то время, когда Алана приехала погостить на ранчо и он поведал ей, что Рафаэль Уинтер жив.
— Боб? — настаивала Алана.
— Пару лет, — произнес он.
— Все это время? — прошептала Алана. В былые времена, когда она познакомилась с Рафом, полюбила его и затем обручилась, он часто отправлялся по работе в длительные поездки в самые неожиданные места.
— Он привык много путешествовать, — добавила она.
— Да. Около четырех лет назад… с ним произошел несчастный случаи в каком-то захолустном местечке. А затем умер его отец. С тех пор Раф живет у себя на ранчо. Клянусь, это только на пользу. Так будет продолжаться, пока что-нибудь не стрясется за границей, или с Сэмом опять не случится беда, и ему не понадобится Раф, чтобы вытащить его из истории.
— Сэм? Беда? Какая? И чем ему помог Раф?
Боб неловко засмеялся.
— Сестричка, Раф будет…
— Принеси Сэму зубную щетку, — раздался с лестницы голос Рафа.
Алана посмотрела наверх. Раф стоял, прислонившись к стене, руки в карманах, рубашка плотно обтягивала мускулистые плечи. При всей естественности его позы Алана почувствовала, что Раф на что-то очень сердится.
Боб выдохнул ругательство и тут же извинился.
— Я предупреждал тебя, Раф, — сказал он. — У меня, черт возьми, не получается…
— Бурдетт, — голос Рафа звучал властно. — Замолчи. Не можешь сдержаться, говори о погоде.
На секунду повисла напряженная тишина. Алана переводила взгляд с Боба на Рафа и обратно. Хотя ее брат был на пять дюймов выше и на пятьдесят фунтов тяжелее Рафа, тот отнюдь не выглядел испуганным перспективой шумной ссоры.
— Надвигается гроза, — наконец произнес Боб. — Если к полуночи гром прогремит в высокогорье, у нас дождь начнется где-то на рассвете. Хотя к восходу солнца должно проясниться. Дыхание холодного фронта, что движется через скалы. Если тебя интересует мое мнение, я считаю, нам надо разбудить спящих наверху пижонов и отправиться к твоему охотничьему домику на рассвете или как только прекратится дождь.
— Не очень-то умная мысль, — отчетливо произнес Раф. — Или ты думаешь, что сможешь удержаться в седле на протяжении всего пути к охотничьему домику в районе Пяти Озер?
— Разве ты не знаешь, что я первоклассный наездник? — произнес Боб, широко и снисходительно улыбаясь.
— Который переболел ветрянкой, — подколол его Раф, тоже улыбнувшись.
— Твоя взяла, — одобрил Боб. — Смотри удержи эту мысль до утра. А я постараюсь прикусить свой чертов язык. Но ненадолго.
— Могу тебе в этом помочь.
— Спасибо, не стоит, Уинтер. Не забудь. Я чертовски в этом уверен. Спокойной ночи.
Помимо юмора, в голосе Боба проскальзывали нотки тревоги.
Алана слышала их, и ей было интересно, почувствовал ли это Раф.
И еще она удивилась, почему ее брат, обычно такой тактичный в отношениях с людьми, сейчас злился на Рафаэля Уинтера.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Незабудка - Лоуэлл Элизабет

Разделы:
1245678910111213141516171819

Ваши комментарии
к роману Незабудка - Лоуэлл Элизабет



Роман очень нежный.Жаль что в жизни такой любви не бывает.
Незабудка - Лоуэлл ЭлизабетВалепия
24.03.2012, 9.06





Очень понравилось! Гг - просто мечта: терпеливый, нежный, заботливый. Любителям романтики - читать! :-)
Незабудка - Лоуэлл ЭлизабетХомка
6.11.2013, 18.04





Великолепный роман.Полон любви и нежности.Всем советую этого автора.
Незабудка - Лоуэлл ЭлизабетНаталья 66
16.02.2014, 18.29





Соглашусь с предыдущими комментариями: роман, действительно, очень нежный, трогательный и трепетный. Правда практически с нулевой динамикой сюжета и абсолютно предсказуемый. Глубины чувств в книге много не бывает, а вот для меня, наверное, здесь был их переизбыток. Ждала завершения книги. Как бы не было грустно, но не перечитаю.9/10
Незабудка - Лоуэлл ЭлизабетНаталия
29.10.2016, 20.23








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100