Читать онлайн Незабудка, автора - Лоуэлл Элизабет, Раздел - 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Незабудка - Лоуэлл Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.83 (Голосов: 35)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Незабудка - Лоуэлл Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Незабудка - Лоуэлл Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лоуэлл Элизабет

Незабудка

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

18

Алана шла по тропе и мысленно благодарила деревья за то, что они укрывает ее и делают незаметной со стороны озера. В просветах между листвой она могла видеть трех человек, расположившихся на некотором расстоянии друг от друга вдоль кромки воды с северной стороны озера. Боб был не больше ее ладони. Отдельные звуки, бессмысленные обрывки фраз доносились до нее через озеро.
Подойдя к развилке, она на мгновение задумалась. Правая тропинка извилисто возвращалась к озеру и выходила к нему прямо перед водопадом, где она и услышала нечаянно спор Стэна с Рафом. Левая тропинка опоясывала огромные скалистые нагромождения, которые и породили водопад.
Алана поправила рюкзак и свернула на левое ответвление тропы. И вот, минуя развилку, тропа начала долгое восхождение к вершине Разбитой Горы.
Первая часть подъема состояла из многочисленных каменистых петель, пронизывающих лес. Она не прошла и половины пути, как пожалела, что рядом нет Сид, которая бы здесь очень пригодилась. Но взять с собой лошадь было бы слишком опасно. На протяжении первой мили Сид, наверное, перекликалась бы с лошадьми, которые стреноженными паслись на лугу недалеко от главного дома. За исключением сигнала тревоги лучше всего высоко в горах разносится ржание одинокой лошади.
Солнечный свет дрожал на осиновых листочках и пробивался сквозь ветви вечнозеленых деревьев. Свежий, бодрящий воздух, наполненный запахом смолы, был неподвижен, исключение составляли лишь редкие дуновения ветерка над озерной гладью. Отдаленное бормотание водопада, доносящееся из-за леса, напоминало Алане, что она приближается к одному из открытых скалистых участков тропы. Она должна быть предельно осторожна, чтобы ее не заметили находящиеся внизу рыбаки.
Лес становился реже, деревья попадались нечасто, затем вообще исчезли: тропа поползла по крутому обрывистому склону. Гребень горы был усеян отколовшимися камнями разных размеров. Рокот водопада отчетливо доносился из-за скал. Направо от тропы земля резко обрывалась, заканчиваясь сапфировыми глубинами озера.
Алана бросила туда взгляд и больше уже не смотрела в ту сторону. Сконцентрировав внимание на неровностях почвы у себя под ногами, Алана прокладывала путь по откосу. Первую сотню ярдов ее дыхание было неглубоким, учащенным. Затем она смогла его отрегулировать. Страх высоты медленно угасал, возвращая силу ногам.
Прежде чем исчезнуть за выступом Разбитой Горы, женщина обернулась и посмотрела вниз, на озеро. Скопления сверкающих белых облаков отбрасывали радужные тени на водную гладь, подчеркивая прозрачность и глубину озера и воздуха.
Сердце Аланы забилось сильнее, ладони стали липкими, но она заставила себя посмотреть на северный берег. Там виднелись три пятнышка — три темные точки на фоне серого гранита береговой линии.
Три рыбака.
Никто не увидел Алану и не побежал за ней, чтобы вернуть назад. Если повезет, никто до обеда и не заметит, что она ушла. А потом будет слишком поздно, чтобы бросаться вдогонку.
Никто не ездит верхом и не предпринимает пеших прогулок по высокогорным тропам в ночное время, если, конечно, на карту не поставлена жизнь.
Кроме того, даже когда Боб обнаружит, что ее нет в охотничьем домике, он не будет знать, где она. В последнюю очередь он сможет предположить, что место, где надо искать Алану, находится значительно выше на Разбитой Горе, на пути к первому, верхнему, озеру, на вершине выступа отвесной скалы, откуда вода низвергается в темноту, в той самой точке, где погиб Джек, а она потеряла память.
«Именно там я все вспомню, если это вообще где-нибудь произойдет, — твердила себе Алана. — Несомненно, там, где все наиболее точно напоминает картину, возникающую в моих видениях…»
Там всплывет она из унылого мрачного омута амнезии к яркому свету реальности. Там, если вообще где-либо на земле.
Если женщина не вспомнит все сразу, она просто останется там, будет спать на скале около озера, если это будет необходимо. Она будет делать все возможное, чтобы вспомнить. Затем поймет и примет любое из того, что вернется к ней.
По правде говоря, мало что было поставлено на карту. Вот почему она в конце концов вернулась на Разбитую Гору. Ей нечего было терять.
Алана упорно поднималась в гору. Хотя второе озеро находилось менее чем в двух милях от лагеря, Алане понадобилось три часа, чтобы совершить восхождение. Одной стороной проблемы была высота. Другой — неровность тропы.
Самой большой трудностью при восхождении был ее собственный страх. Каждый шаг на пути к первому озеру был сродни булыжнику, который подкладывали ей в рюкзак, тянувший вниз.
К тому времени как она вскарабкалась на седловину хребта, скрывавшего второе озеро, Алана обливалась потом и чувствовала головокружение. Она стояла и смотрела вниз на крошечный болотистый участок воды. Больше похожее на пруд, чем на настоящее озеро, в самые засушливые годы второе озеро существовало только на картах. В этом году, однако, зима была снежной, а лето — щедрым на грозы. Роскошным серебристым ковром сверкала вода на фоне густой луговой зелени и болотных растений.
Озеро было наполнено водой, и когда Алана была здесь в последний раз. Облака бурлили, осины гнулись под порывами ветра, грозовой ветер качал изящные нарядные деревья, его завывания разносились по горным склонам.
Дождя не было. Тогда не было. Лишь тучи и редкие крупные капли воды, которые ветер с силой швырял с высоты.
Гром гремел отдаленно, рассеянно. Остроконечная вершина, возвышающаяся рядом с Разбитой Горой, была окутана черно-синим туманом и молниями. Но не сама Разбитая Гора. Не тогда. Раскаты грома не раздавались над Разбитой Горой до следующей ночи.
Не замечая ничего, кроме прошлого, Алана невидящими глазами смотрела на ленту воды, уютно устроившуюся в зеленой ложбине между гранитными выступами.
И вспоминала.
Здесь они дали передохнуть лошадям. Она отошла к краю небольшого луга и прислонилась к дереву, прислушиваясь к далекой песне воды по ту сторону скалы.
Джек подошел к ней сзади, и ей захотелось зажать руками уши, не впускать его в чудесный мир звуков. Но тогда она не сделала этого.
Сейчас она вспоминала Джека, их спор и возвышающуюся над ними холодную строгую гору…


— Джилли, не глупи, выбрось дурь из головы. Иначе мы никогда не будем знамениты. Еще несколько лет — это все, о чем я прошу.
Ей хотелось кричать от отчаяния. Джек никогда не смирится с тем, что она не может продолжать комедию с «прекрасной провинциальной парой».
Она должна стать свободной.
— Джилли, лучше послушай меня.
— Я слушаю, — вяло откликнулась она. — Я просто не соглашаюсь.
— Тогда ты просто не понимаешь, — настойчиво произнес он. — Как только ты поймешь, ты
согласишься.
— Нет, это ты не понимаешь. На сей раз не будет по-твоему, Джек. Прежде всего, тебе не следовало ставить мне условия и требовать, чтобы я вышла за тебя замуж. А мне не надо было уступать.
Не глядя на Джека, она провела рукой по длинным черным косам, которые падали ей на грудь.
— Это было ошибкой, — наконец произнесла она. — Грубой ошибкой. Пора признаться себе в этом.
— Ты не права. Подумай об этом, Джилли. Ты ошибаешься.
— На протяжении нескольких лет я не думала ни о чем другом, и я решилась.
— Тогда ты просто будешь вынуждена изменить свое решение.
Она внезапно обернулась, уловив его злой взгляд. Он пожал плечами и очаровательно улыбнулся.
— Хватит, Алана. Давай прекратим спор и для разнообразия немного развлечемся. Вот для чего мы здесь, помнишь…


Да, Алана вспоминала. Слишком поздно. Раф ушел. Она вспоминала. И испугалась.
Женщина вздрогнула и поправила рюкзак, отголоски прошлого и воспоминания окружили ее, а она упорно продолжала подъем.
Сначала она вспомнила незначительные детали, отдельные мгновения, затем минуты неторопливо складывались в полноценные воспоминания. Чем ближе она подходила, чем выше взбиралась на Разбитую Гору, тем прозрачнее становилась завеса, затмившая память… и яростнее сопротивлялся разум тому, что она требовала от самой себя.
Алана больше не убеждала себя, что быстрое сердцебиение и затрудненное дыхание вызваны высотой и перенапряжением. Она боролась со страхом так же, как боролась с упорным отказом Джека смело взглянуть в лицо реальности ее решения оставить его.
Внезапно женщина осознала, что остановилась. Она стояла, прислонившись к скале, тело сотрясалось от дрожи, взгляд был сосредоточен на последнем, невероятно крутом участке подъема к верхнему озеру.
Разбитая Гора величественно возвышалась над озером: гранит, пронзающий небо. Она ждала ее: отвесная скала и склон, где завывал ветер, где вода падала в темноту и разбивалась далеко внизу о неподатливые камни. Гора ждала ее, и Алана была в ужасе. — Соберись с силами и иди дальше, Алана Бурдетт, — произнесла она сквозь полотно стиснутые зубы. — Как говорил всегда отец, нельзя заставлять горы ждать. Кроме того, что у тебя осталось, что ты еще не потеряла? Ничего. Абсолютно ничего.
Алана устремила взгляд на тропу прямо у себя под ногами и продолжила путь. Она не поднимала глаз, не останавливалась, не думала. Одно за другим возвращались воспоминания: беспорядочное скопление облаков над черным провалом памяти… облака и воспоминания белой густой бурлящей массой зависли над горными вершинами, над ней самой. Она стояла у края небольшой, словно висящей под угрюмым небом долины, на которой покоилось первое озеро. Слышались отдаленные раскаты грома, предвестника надвигающейся бури.
Но это происходило не сейчас. Облака не сталкивались, не закручивались одно вокруг другого, не окутывали горные вершины. Гроза начнется позже, принесет с собой темноту в самый разгар дня, черный дождь и белый лед, и гром, разрывающий горы на части.
Но не сейчас. Сейчас перед ней простиралось огромное пространство, поросшее причудливыми деревьями, что прятались в тени горы, неровные края которой смутно вырисовывались на фоне мрачного неба.
Разбитая Гора.
У подножия разрушенной серой махины лежало озеро: вода цвета ртути подступала к самому краю долины. Алана отвела взгляд от белой массы: вода переливалась через край, падала вниз, отскакивала от скалы к валуну, гремела, подобно грому.


Джек срывается вниз, переворачивается в воздухе и падает, падает… белая вода и крики.


Алана выскользнула из-под рюкзака и пошла, подобно лунатику, в самый конец тропы.
«Не, здесь ли упал Джек?» — спрашивала она себя.
Она заглянула через край, почувствовала приступ головокружения, но заставила себя взглянуть еще раз.
Нет, это произошло не здесь.
«Где тогда?» — нетерпеливо задавалась вопросом Алана.
Тропа повернула направо, прижимаясь к деревьям. Слева озеро заканчивалось и начинался водопад, озеро, скала и земля падали вниз с края висящей под небом долины.
Алана ощутила тошноту и страх, настолько сильный, что он, казалось, пригвоздил ее к месту.
Озеро. Озеро плещется у самого края огромного пространства, вода вспенивается, с грохотом срывается вниз, отскакивает от скалы… темнота, крики. Она кричит.
Нет, это кричит ветер. На рассвете поднялся ветер, она сотрясалась от дрожи, пока не пришел Джек.


— Ты изменила наконец решение, Джилли? — Она закрыла глаза, ничего не ответила, не сделала ни единого движения: беспомощная, привязанная к камню.
— Все в порядке, малышка. У нас еще много времени.
— Развяжи м-меня. — Голос прозвучал издалека, незнакомый голос, резкий, неприятный, как будто скребли камнем о камень.
— Ты будешь слушать меня, если я тебя развяжу
— Д-да.
— Прекратишь рыдать по этому ублюдку Уинтеру
Молчание.
— Я все слышал Джилли. Прошлой ночью. Многими ночами. Я собираюсь выбить из тебя любовь к Уинтеру, малышка. Я собираюсь приручить тебя, и точка. Когда мы спустимся с этой горы, ты подчинишься мне и будешь ползать передо мной на коленях.
Алана молча слушала, слезы высохли.
Она слушала и понимала, что Джек сошел с ума. Она слушала и осознавала, что умрет на Разбитой Горе, если не прекратит рыдать и не начнет шевелить мозгами.
Мысли работали со сверхъестественной скоростью и ясностью, время замедлилось, она перебирала в уме различные варианты возможностей и вероятностей, анализировала несомненные факты и собственные надежды.
И, наконец, ее осенило: первая блестящая мысль — она должна заставить Джека развязать ее. Вторая — единственным слабым местом Джека была его карьера: он нуждается в ней.
— Если ты еще хоть ненадолго о-оставить меня на этой скале, я з-заболею и не смогу петь.
Джек потрогал руку Аланы. Она была ледяной, это потрясло его. Нахмурив брови, он теребил молнию на своей куртке.
— Ты собираешься слушать меня? — вопрошал он.
— Д-да.
Джек развязал Алану, тело ее онемело, она была слишком слаба, не могла и шевельнуться. Он стащил ее со скалы и поставил на ноги.
Она упала и так и осталась лежать, беспомощная, скованная болью, от которой кружилась голова и тошнило. Наконец к скованным суставам, онемевшим ногам и рукам начала возвращаться чувствительность. Она хрипло кричала, никогда прежде не испытывая такой сильнейшей боли.
Обмотав ее косы вокруг руки, Джек полутащил, полунес Алану к лагерю, грубо подталкивая ее. Небрежно бросил ее к огню. Она лежала там без движения, в голове звенело от боли. В конце концов, худшее миновало, и она была в состоянии думать.
Она скрыла, что силы вернулись к ней, опасаясь что Джек вновь свяжет ее. Когда он обращался к ней, пыталась сделать вид, что слишком ошеломилена и не может отвечать. Он сильно ударил ee и отбросил в сторону, подальше от огня. Она лежала неподвижно, окоченевшая, испуганная, испытывая жуткую боль.
— Слушай меня. Джилли. Да, я нуждаюсь в тебе, но на тебе свет клином не сошелся: есть и другие женщины, которые могут петь. С одной из них сплю. Она и в подметки тебе не годится как певица, но лезет из кожи вон, чтобы угодить мне. Предупреждаю: лучше не лезь на рожон.
Алана пожала плечами и ничего не ответила. Казалось, прошли часы, прежде чем наступил момент, которого она так ждала. Джек отправился за дровами. Единым порывом она поднялась с земли и, спотыкаясь, побежала в противоположную сторону, пытаясь найти укрытие в лесу, затем за горным склоном.
Это положило начало смертельной игре в прятки. Джек звал ее: угрозы перемежались со словами привязанности, и те, и другие в равной степени непристойные, непривычные ее уху. Она то пряталась за деревом, то перебегала в лесные заросли, то укрывалась за валуном.
Грозовые тучи прорвало: на землю хлынули потоки ледяной воды вперемежку со снегом. Ее разум, ослабевший от холода, то угасал, то вновь набирал силу, соприкасаясь с действительностью: Алана знала, что запас времени и ее возможностей истощается.
Единственный шанс — бежать с горы вниз. Она пыталась добиться этого с самого начала, заставив Джека идти в обход озера, и вот, наконец, путь к отступлению свободен. Теперь от тропы, ведущей вниз с Разбитой Горы, ее отделяет лишь кромка озера, озера, в котором вода плещется о валуны, затем падает вниз на огромные скалы. И негде укрыться. Негде спрятаться от Джека.
Молнии и гром раскалывают мир на части, черные, белые. Дождь, снег, лед обрушиваются на нее, она коченеет от холода.
Вдруг раздается какой-то шум у нее за спиной. Джек приближается, вот-вот настигнет ее.
Вода низвергается вниз, где поджидают очерченные скалами холод и темнота: лед и темень наваливаются на нее, тучи бурлят над головой, молнии пронзают небо, гремит оглушительный гром, которого она не слышит.
Ее обуял страх.
Слишком холодно, вокруг ни единого источника тепла, только сковывающий движения страх, страх, уносящий последние силы.
Она пытается бежать, но к ногам как будто привязаны гири, они глубоко вязнут в земле. Каждый шаг длится вечность. Пытайся еще раз, двигайся живее, иначе тебя поймают.
Она должна убежать!
Но не может.
Кто-то хватает ее за косы, с нечеловеческой силой тащит вниз.
Джек навис над ней: лицо искажено от ярости, на руку намотаны косы. Джек изрыгает проклятия, набрасывается на нее, наносит удары, а вокруг неистовствует ураган, под сильными порывами ветра деревья склоняются до эемли, ломаются, будто спички.
Она похожа на эти деревья. Она недостаточно сильная. Ничего не стоит сломать и ее, и ветер разметает обломки: по равнодушным и неприветливым скалам.
Вдруг Джек поскользнулся: от мокрого снега и ветра скала обледенела. Чтобы удержаться на ногах и не упасть, ему пришлось выпустить из рук ее косы.
Она убегает. Затем ползет.
Дыхание острой болью отдается в боку.
В горле саднит от криков, буря преследует ее, настигает, опрокидывает навзничь, скалы, подобно гигантским кулакам, наносят ей удары один за другим. Она раздавлена, истекает кровью, крики ужаса пронзают ночь, она вновь убегает.
Джек опять схватил ее. Косы вновь зажаты у него в кулаке, ноги скользят по льду, ветер набрасывается на нее, Джек высоко поднимает ее, она пронзительно кричит, он поднимает ее выше: стоит ему разжать руки, и она полетит вниз, как падает вниз с кромки долины вода, белой пеной взрывающаяся на скалах далеко внизу.
Она царапается, сопротивляется. Но она согнута в дугу, высоко поднята, беспомощная, без опоры под ногами, земля покачивается перед глазами, тело ее, абсолютно невесомое, извивается, она падает, падает, темнота устремляется ей навстречу, еще мгновение, и она будет оторвана от жизни, как осиновый листок от ветки, и беспомощно будет кружить над пустотой.
И тогда она зовет Рафа.
Зная, что умирает, она выкрикивает имя Рафа, наперекор распахнувшей свои объятия бездне кричит о вечной любви к нему.
И Раф откликается.
Он появляется из грозы и мглы, подобно ангелу мести, вырывает ее из смертельных объятий Джека.
В последний момент Рафу удается увернуться от удара и избежать падения. В двух шагах от смерти, на самом краю бездны, с беспомощно распростертой у ног Аланой, Раф вдруг взвивается ввысь и энергичным броском отбрасывает Джека назад.
Двое мужчин сцепились в смертельной схватке, под ногами месиво из снега и глины, с каждой секундой они все ближе и ближе подкатываются к краю бездны.
Ударом ноги Раф отброшен в сторону, в яростном порыве стремительным, сильным рывком поднимается на ноги. Джек, пошатываясь, стоит напротив, волосы тускло поблескивают при каждой вспышке молнии, лицо искажено ненавистью. Не помня себя от ярости, он набрасывается на Рафа.
Промахнулся. Раф ловким отработанным движением увернулся от удара: Джек остается один на один с черной бездной.
В какое-то мгновение выражение удивления мелькнуло на его лице, затем из груди вырвался вопль ярости, отчаяния и неверия, затем он падает, медленно переворачивается в воздухе, отчаянно орет и падает, падает в темную бездну.
Наступила тишина, прерываемая только рыданиями Аланы.
— Все в порядке, мой цветочек. Я пришел, чтобы отвезти тебя домой.
Алана вздрагивает, вручая свой разум и тело холоду и мгле.


Алана пошевелилась, постепенно освобождаясь от воспоминаний. Удивилась, осознав, что сейчас день, а не вечер, погода ясная, нет и намека на приближение бури, удивилась, увидев, что стоит, охваченная смятением, на коленях, а не покоится без сознания на руках у Рафа.
Она покачала головой, едва веря, что вырвалась из плена воспоминаний. Слова Рафа прозвучали слишком отчетливо, слишком близко.
Она открыла глаза и увидела, что стоит у предательски опасной границы скалы, воды и утеса. Содрогнувшись, она отворачивается… и видит мужской силуэт, освещенный солнцем. Ноги становятся ватными, страх сжимает сердце.
Лицо Рафа исказилось от боли, едва он увидел ее страх.
Она все вспомнила, и он потерял ее.
— Стэн был прав, — произнес он хриплым голосом. — Ты сбежала от меня. Ты не хочешь поверить, что мужчина, которого ты любишь, может быть убийцей.
— Нет!
Голос дрожит, единственное слово отчаянным криком вырвалось из груди.
— Да, — решительно заявил Раф. — Я убил Джека Ривза. И ты вспомнила это.
— Все было не так, — поспешно откликнулась Алана. — Стэн не прав. Когда ты очутился на горе, у тебя и в мыслях не было убивать Джека, а потом соблазнить меня и…
— Но Джек мертв, — перебил Раф, — я убил его.
— Ты спасал мне жизнь! — воскликнула Алана, не понимая, почему у Рафа такое отрешенное, безжизненное лицо.
Раф пожал плечами.
— Итак, это непреднамеренное убийство, а не просто убийство, — отрезал он. — В любом случае Джек мертв.
— Это же несчастный случай! — отчаянно закричала она. — Я видела это, Раф! Я знаю!
— Технически, да, это несчастный случай, — сдержанно согласился Раф, голос такой же отрешенный, как и выражение лица. — Когда я увернулся от удара, я и не предполагал, что Джек слетит с утеса.
Алана сдавленно вздохнула.
— Но в нашей борьбе было нечто, чего ты, Алана, так и не заметила. — Раф говорил медленно, четко, не оставляя ни малейшей лазейки ни для отговорок, ни для недопонимания. — Когда я увидел, что Джек пытается убить тебя… судьба его была предопределена: я бы не дал ему живым уйти с горы.
Алана закрыла глаза, но не ужас услышанного поразил ее. А боль в его голосе, в выражении его лица.
— И ты это знала, — продолжал Раф. — Ты просто не могла вынести осознания того, что человек, которого любишь, стал убийцей. Поэтому ты забыла. Но забыла не все. Где-то в глубине души ты знаешь правду. Поэтому и не доверяешь мне, отказываешься выйти за меня замуж.
— Неправда! — отчаянно крикнула Алана. — Ты спас мне жизнь! Ты…
— Все в порядке, цветочек, — прервал Раф настойчивый крик Аланы. — Ты мне ничем не обязана. Той ночью ты полностью рассчиталась со мной.
— Но…
— Когда ты была на волосок от смерти, ты кричала не ради пощады или мести. Ты взывала ко мне, кричала мне о своей любви. Ведь ты даже и не знала, что я был рядом. В эти несколько секунд ты смыла с моей души горечь, что поедом ела меня с того самого момента, когда я узнал о твоем замужестве.
— Рафаэль, — прошептала она.
— Ты ничем не обязана мне. Ничем, и тем более доверием.
Алана раздраженно взглянула на Рафа. — Но я полностью доверяю тебе! — крикнула она. Губы Рафа искривились в жалком подобии улыбки.
— Я не верю тебе, цветочек.
Прежде чем Алана успела произнести хоть слово, Раф повернулся и пошел к тропе, где терпеливо стоял крупный пятнистый жеребец.
— Нам пора трогаться в путь, — сказал Раф. — Скорее всего Боб уже обнаружил твою записку, да и мою тоже. Он вне себя от волнения!
Раф направился к лошади. Сделав несколько шагов, понял, что Алана не идет следом за ним. Он обернулся и увидел, что она по-прежнему сидит, на скале у самого края утеса.
— Алана?
Она сидела неподвижно, пристально рассматривая Рафа, глаза черные как ночь.
— Мне нужна твоя помощь, — отчетливо произнесла она.
Несколькими огромными шагами Раф быстро приблизился к Алане. Он опустился перед ней на колени и стал поспешно ощупывать ее ногу от колена до ступни.
— Ты что, опять вывихнула лодыжку? — обеспокоенно спросил он. — Где болит?
— Везде, — спокойно отозвалась Алана. — Тебе придется нести меня.
Раф резко поднял голову.
Он внимательно посмотрел ей в глаза, бросил изучающий взгляд на лицо, он боялся дышать, боялся надеяться. Даже в минуты физической близости в залитой лунным светом хижине он не осмелился поднять се на руки, оторвать от земли.
А сейчас они сидели на краю того самого утеса, где Джек схватил ее, поднял высоко над головой, намереваясь сбросить в темноту навстречу смерти.
Алана молча протянула Рафу руки.
Он стоял и с высоты своего роста долго и внимательно рассматривал Алану. Затем наклонился и подхватил ее под мышки.
Он медленно приподнял Алану, поставил ее на ноги, ожидая почувствовать в напряженном теле первые признаки страха. Он приподнял ее достаточно высоко, приблизительно на уровень своего роста, земли она не касалась. Она улыбнулась и положила руки ему на плечи.
— Выше, Рафаэль. Подними меня выше. Подними над головой.
— Алана…
— Подними меня, — шептала она ему в лицо. — Я знаю, что ты не позволишь мне упасть. С тобой я в безопасности, Рафаэль. Ты не такой, как Джек. Ты не лишишь меня жизни. Подними меня.
Раф поднял Алану как можно выше, крепко держал ее, видел улыбку на устах, ощущал доверие в полной расслабленности подхваченного сильными руками тела.
Затем она медленно скользила вдоль его тела, пока губы не встретились наконец в поцелуе: дрожь охватила обоих, они крепко прильнули друг к другу.
С горы они спускались по той же тропе, нежно, прижавшись друг к другу, нашептывая слова любви и желания. Раф управлял лошадью, руки его обхватили Алану, сидевшую впереди, ее руки спокойно лежали поверх его. Крупный жеребец размеренно двигался по тропе.
Раф первым заметил самолет, спокойно покачивающийся на воде в районе третьего озера.
— Шериф Митчел, — догадался он. — Боб, должно быть, воспользовался кнопкой сигнала тревоги.
Алана сразу как-то обмякла и затихла. Остаток пути она ехала молча, по-прежнему ухватившись за его запястья, мысли теснились в голове: она пыталась просчитать все возможные варианты, чтобы защитить человека, которого любит.
Неважно, что говорит Раф, он невиновен в смерти Джека, думала Алана. Джек сам добился этого. Раф не заслуживает наказания за эгоизм Джека, за его убийственную ярость.
И все же Алана испытывала чувство страха, опасаясь, что может произойти так, как он и предполагает.
Шериф Митчел сидел на крыльце охотничьего дома, закинув ноги на перила. Услышав цокот лошадиных копыт, он поднял голову.
— Я видел, как ты искал ее, — заметил он, в голосе сквозило удовлетворение. — Я и Бобу сказал, что ты обязательно отправишься на поиски.
Алана заговорила прежде, чем успел ответить Раф.
— Память вернулась ко мне. Гибель Джека — несчастный случай. Все произошло так, как говорит Раф. Было скользко, и Джек упал со скалы. А я чуть не умерла от холода и потрясения.
Митч странно взпдянул на Алану. Его добродушное лицо нахмурилось.
— Это совсем не похоже на то, что рассказал мне Раф, — проворчал он. — Он сказал, что Джек пытался убить тебя, они дрались, затем Джек сорвался с утеса и погиб. Ты вспомнила, так все произошло?
Алана беспомощно всхлипнула, и через плечо посмотрела на Рафа. Он поцеловал ее в губы.
— Я рассказал Митчу все, как было, когда мы возвращались за телом Джека, — успокоил Раф. — А когда добрались до долины, ты уже сбежала.
— Но… но ведь в газетах совсем по-иному описыватся гибель Джека, — растерялась Алана. Митч пожал плечами,
— Я не считаю, — сказал шериф, — что справедливость восторжествует, если мы устроим скандальную шумиху вокруг этой истории: сначала привлечем Рафа к суду, а затем полностью оправдаем, поскольку имеем дело с явным случаем убийства при смягчающих вину обстоятельствах.
У Аланы перехватило дыхание. Она обернулась и посмотрела на шерифа полными надежды глазами.
— А то понабежали бы репортеры, вытрясали бы из тебя кровавые подробности трагедии, — протянул шериф, — ахая и охая, как только могло произойти такое со столь знаменитым сукиным сыном, и так далее, в том же духе. Тебе это не нужно. Ты достаточно настрадалась и без того.
Алана облегченно вздохнула.
— Вот почему я сообщил репортерам правду, которую счел в данном случае нужной, — подытожил шериф. — По-моему, гибель Джека юридически расценивается как несчастный случай. — Митч сделал паузу и посмотрел на Алану своими серыми глазами. — Или ты вспомнила какие-то иные подробности трагедии и хочешь изменить показания?
— Нет, — поспешно отреагировала Алана. — Конечно же, нет. Я просто не хочу, чтобы Раф понес наказание за то, что спас мне жизнь.
Митч удовлетворенно кивнул.
— Я так и предполагал.
Он вытащил трубку из кармана куртки, чиркнул спичкой, поднес трубку ко рту. Несколько раз глубоко затянулся, затем взглянул на озеро.
— Итак, — произнес Митч, решительно меняя тему разговора, — как рыбалка?
Раф склонил голову и нежно поцеловал Алану в шею.
— Ты опоздал, Митч. Я только что поймал самую лучшую форель в этих местах.
Сквозь облачко едкого дыма было видно, как ухмыльнулся Митч.
— И подходящего размера? — безразличным тоном спросил он.
Раф рассмеялся и соскочил с жеребца. Стоя на земле, он протянул руки Алане. Она улыбнулась и разрешила ему вынуть ее из седла. Несколько мгновений он держал ее в руках, наслаждаясь ощущением крепко прижатого к нему тела.
— Определенно подходящего размера, — улыбнулся Раф.
Митч расхохотался.
— Или, — тихонько прошептал Раф, чтобы его не расслышал Митч, — форель не нуждается в рыбаке?
Алана нежно поцеловала Рафа, слегка коснувшись его губ своими, пальцы забрались в самую гущу его волос, шляпа «стетсон» упала на землю.
С шумом распахнулась входная дверь дома.
— Митч, какого черта тю… Алана! С тобой все в порядке?
Митч рассмеялся.
— Боб, ты что, слепой? — Ей никогда не было лучше. Раф неохотно выпустил Алану, чтобы она могла успокоить брата.
— Я вспомнила, — произнесла она, обернувшись к Бобу. — И со мной все в порядке. Извини, что заставила тебя беспокоиться.
— Черт возьми, сестричка, овчинка стоила выделки! — Боб обернулся и завопил через плечо: — Стэн! Джанис! К Алане вернулась память!
Ликующие возгласы донеслись из-за двери. Джанис и Стэн выскочили на крыльцо. Стэн взглянул на Алану, которую бережно обнимал Раф: она была абсолютно спокойна, радостно улыбалась, на лице ни малейших следов страха.
Стэн обернулся и крепко, страстно поцеловал Джанис.
— Боб изумился.
Раф просто улыбнулся.
— Думаю, пора полностью представить вам моих друзей, —произнес Раф. — Боб, познакомься, мистер и миссис Уилсон.
Когда Стэн наконец отпустил Джанис, она улыбнулась.
— Думаю, уже можно смыть светлую краску и избавиться от голубых контактных линз, — обратилась она к Стэну. — Стоит мне открыть глаза, как возникает ощущение, что я целуюсь с незнакомцем.
Алана, онемев, смотрела, как Стэн вынимает темно-лолубые линзы, глаза у него были светло-зеленого цвета.
— Светлая краска? — слабым голосом прошептала Алана.
— Да, — улыбнулась Джанис, потянув Стэна за врядь светлых волос. — Я привыкла к мужу, у которого каштановые волосы с редкими прядями золотистого цвета, а не к калифорнийскому блондину.
— Ничего не понимаю, — растерялась Алана.
— Боюсь, ты была вовлечена в тайный заговор, — ласково улыбнулась Джанис. — Но заговор во имя любви. Когда Раф рассказал мне, что с тобой произошло, я решила, что тебе понадобится всего несколько недель, чтобы самостоятельно все вспомнить. Но он позвонил опять и сказал, что ты не спишь, не ешь, что тебя преследуют кошмары…
— Как ты узнал об этом? — повернулась Алана к Рафу.
— Я уже говорил тебе, цветочек. Ты во многом похожа на меня.
— Одним словом, — подвела итог Джанис, — ты разрывалась на части. Раф полагал, что если ты вернешься сюда, увидишь его, поймешь, что ты в безопасности, что все в порядке, то сможешь вспомнить, что произошло. Я согласилась, но с одной оговоркой — если ты приедешь охотно. Если ты вернешься, значит, ты хочешь вспомнить. Хочешь вновь обрести себя, вновь стать единым целым.
— Агент по организации путешествий, — задумчиво произнесла Алана. И вдруг воскликнула: — О! Ведь ты практикующий психиатр, не так ли?
— Один из лучших, — откликнулся Раф, сильнее сжимая Алану в объятиях. — Представляешь, практически каждое слово, прежде чем было произнесено перед тобой, сначала прослушивалось и обдумывалось Джанис.
— К сожалению, не каждое, — решительно возразила Джанис, искоса поглядывая на Стэна. — Я чуть не задушила собственного мужа, когда узнала об их драке около озера.
Стэн слегка улыбнулся.
— Да, так оно и было. Просто я не выношу приказов, которые не стоят и выеденного яйца. Мы очень много спорили о Рафе, — продолжал Стэн, озарив Алану взглядом своих лучистых светло-зеленых глаз. — Мне казалось, она слишком много возится с ним после возвращения из Центральной Америки. И, поскольку ей все никак не удавалось вернуть его к прежней жизни, собрать воедино, мне потребовалось два года, чтобы уговорить ее выйти за меня замуж.
Джанис удивленно воскликнула:
— Два года! Да ты сделал мне предложение за два месяца до того, как мы поженились!
— Да. Долго же ты меня не замечала. Я потратил впустую двадцать два месяца, обхаживая тебя, не понимая, почему ты не обращаешь на меня внимания, страстно желая, чтобы раненым оказался я, а не Раф. Ведь если бы не я, Раф смог бы выбраться из джунглей на вертолете вместе с остальными.
Раф порывался что-то сказать, но Стэн перебил его.
— Погоди, дружище. Я еще не закончил. Я полагал, что ты слишком мягок с Аланой, что так ты не добьешься никаких результатов. Черт возьми, я и не подозревал, сколько в тебе нежности! И до сих пор не верю, что ты и есть тот самый человек, с которым мне выпало работать в Центральной Америке.
Стэн покачал головой.
— Во всяком случае, мне хотелось расшевелить Алану, заставить ее думать. Я не верил, что ты уморил доброго приятеля Джека лишь с одной целью — завладеть Аланой. Если бы тебе захотелось это сделать, ты бы не ждал почти четыре года, и уж наверняка тебя не застали бы на месте преступления. Ты же проворный малый.
— Спасибо… Пожалуй, так, — холодно поблагодарил Раф.
Алана переводила взгляд со Стэна на Джанис, затем на Рафа. И, наконец, долго внимательно рассматривала Боба. Он слегка покраснел.
— Ты не сошла с ума, сестричка?
— Сошла с ума? — Алана покачала головой. — Я… ошеломлена. Я не могу поверить, что ты знал об этом заговоре и держал язык за зубами. Ты, который разбалтывает любой секрет, едва услышав о нем. Боб, милый, я поражена.
— Это было нелегко. Несколько раз я думал, что проболтаюсь, — вздохнул Боб.
— А мы ему все и не рассказывали, — спокойно заметил Раф. — Он лишь знал, что предпринятая охотничья экспедиция ненастоящая, этого было для него достаточно. Он не знал, что я прежде работал со Стэном и Джанис. Не знал, что Стэн загримирован, как ни одна из изготовленных мною приманок. И, конечно же, он не знал, что Джанис — практикующий психиатр.
— Итак, — обратился к присутствующим Митч, — думаю, мне лучше спуститься в долину, пока не стемнело.
— Ты можешь прилететь завтра? — спросил Раф.
— Конечно. Нужно что-то особенное?
— Шампанское. Справедливость восторжествовала.
Митч улыбнулся.
— Кто-то женится?
Раф взглянул на Алану, вопрос застыл в янтарных глазах.
— Ты абсолютно прав, — произнесла она, сильнее обхватывая руками Рафа. — На сей раз форель выходит на берег к рыбаку.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Незабудка - Лоуэлл Элизабет

Разделы:
1245678910111213141516171819

Ваши комментарии
к роману Незабудка - Лоуэлл Элизабет



Роман очень нежный.Жаль что в жизни такой любви не бывает.
Незабудка - Лоуэлл ЭлизабетВалепия
24.03.2012, 9.06





Очень понравилось! Гг - просто мечта: терпеливый, нежный, заботливый. Любителям романтики - читать! :-)
Незабудка - Лоуэлл ЭлизабетХомка
6.11.2013, 18.04





Великолепный роман.Полон любви и нежности.Всем советую этого автора.
Незабудка - Лоуэлл ЭлизабетНаталья 66
16.02.2014, 18.29





Соглашусь с предыдущими комментариями: роман, действительно, очень нежный, трогательный и трепетный. Правда практически с нулевой динамикой сюжета и абсолютно предсказуемый. Глубины чувств в книге много не бывает, а вот для меня, наверное, здесь был их переизбыток. Ждала завершения книги. Как бы не было грустно, но не перечитаю.9/10
Незабудка - Лоуэлл ЭлизабетНаталия
29.10.2016, 20.23








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100