Читать онлайн Нефритовый остров, автора - Лоуэлл Элизабет, Раздел - Глава 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Нефритовый остров - Лоуэлл Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.45 (Голосов: 20)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Нефритовый остров - Лоуэлл Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Нефритовый остров - Лоуэлл Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лоуэлл Элизабет

Нефритовый остров

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 17

Кайл помог Лайэн, бледной и напряженной до последней степени, сесть в свою машину. Ее маленькую «тойоту» конфисковали, во всяком случае до тех пор, пока с хозяйки не будет снято обвинение в контрабанде. Если же ее признают виновной, машина перейдет в собственность федерального правительства.
– Спасибо… – начала она.
– Если ты еще раз скажешь «спасибо», я тебе заткну рот!
Он не чувствовал бы себя таким виноватым, если бы не воспоминание о том, как, увидев его, она вся вспыхнула от радости, словно рождественская елка. Обнять Кайла она не могла из-за наручников, только спрятала лицо у него на груди, как будто в поисках убежища и защиты.
Держа ее в объятиях, пытаясь успокоить и утешить, какой-то частью своего существа он сознавал, что помогает ей выйти на свободу не только ради того, чтобы помочь, но и для того, чтобы использовать в своих целях. Это сознание странным образом подействовало на Кайла: оно его ожесточило. Сколько бы он ни убеждал себя в том, что хочет выведать все, что ей известно, именно для того, чтобы помочь Лайэн, чувство вины не проходило. И гнев тоже.
Порыв ветра взъерошил ему волосы. Погода сегодня удивила всех: небо неожиданно очистилось, и хмурое весеннее утро так же неожиданно сменилось ясным золотым днем.
Кайл захлопнул дверцу и перешел к водительскому сиденью, уговаривая себя успокоиться. Злостью делу не поможешь. Он уже едва не сорвался в присутствии того ничтожного чинуши, который настаивал, что Лайэн должна оставаться в наручниках, пока не подпишут все бумаги. Оформлять бумаги этот бюрократ вовсе не торопился.
Любому цинику показалось бы, что федералы намеренно затягивают эту процедуру. Возможно, для того, чтобы успеть подготовить круглосуточную слежку. Даже для Дяди Сэма организация такого дела представляет некоторую проблему.
Однако и без этих круглосуточных невидимых цепей Лайэн не была бы полностью свободна. Одна-единственная попытка пересечь границу Соединенных Штатов – и она снова окажется в тюрьме.
Но по крайней мере наручники с нее в конце концов сняли.
Кайл едва удержался, чтобы изо всех сил не хлопнуть дверцей. Надел ремень безопасности, сунул ключ в зажигание и обернулся к Лайэн:
– Закрепи ремень.
Он почти кричал, но Лайэн как будто не замечала. Это беспокоило его больше всего. Из чувства благодарности она не могла остановить его, когда он грубо выговаривал ей за то, что тюремные процедуры, выводившие его из себя, никак не кончаются.
Лайэн потянулась за ремнем… и внезапно замерла, глядя на свои руки как на чужие. Сколько она ни пыталась их отмыть, чернила, которыми снимали отпечатки пальцев, темными полукружиями остались под ногтями. Она сжала кулаки, чтобы спрятать постыдные пятна.
– Ремень, Лайэн!
Лайэн сидела все так же неподвижно, уставившись на свои руки. Кайл перегнулся к ней и сам закрепил ремень. Теперь от нее пахло не свежестью, лилиями и дождем, а казенным учреждением, дезинфекцией и страхом. Черный брючный костюм, который она достала из своей дорожной сумки сегодня утром в его коттедже, смялся и выглядел каким-то пыльным. Спутанные волосы в беспорядке спадали на плечи. Нефритовую заколку тоже конфисковали до установления законного владельца.
Лайэн не отрываясь смотрела на свои руки, сжатые в кулаки. Они болели от наручников, как и ее челюсть, как и горло – от подавленных криков ужаса, ярости и боли. Ее дедушка, которого она так любила, для которого трудилась, не жалея сил, поверил в то, что она воровка!
– Я этого не делала, – сказала она хриплым голосом. Кайл включил мотор.
– Вот об этом нам и надо поговорить. Мерсер может некоторое время подержать федералов на расстоянии, но для того, чтобы построить сколько-нибудь надежную защиту, ей нужно получить от тебя всю информацию.
Лайэн молча кивнула.
Кайл собирался было задать вопрос, но, взглянув на нее, передумал. Она вся дрожала, как только что пойманный дикий зверь. Возможно, она себя и ощущала загнанным зверем. Он чувствовал то же самое в Калининграде, когда неожиданно встал вопрос о паспорте, когда его схватили без всякого предупреждения и бросили в тюрьму, прежде чем Джейк успел вмешаться и уладить дело. Для человека, воспитанного в полной уверенности в том, что свобода законопослушного гражданина так же непреложна, как кислород в воздухе, которым он дышит, вдруг оказаться схваченным на улице, закованным в наручники, запертым в камере, где с ним обращаются как с кучей дерьма… все это может вызвать шок, не меньший, чем изнасилование.
Усилием воли Кайл попытался расслабить плечевые мышцы, сведенные словно для драки. Выезжая со стоянки, он машинально глянул в зеркало заднего обзора.
Бежево-коричневый «форд-таурус» влился в поток машин сразу за ними. Маневр столь же неприкрытый, как если бы преследователи включили сирену и зажгли красный свет. По-видимому, пятидесяти тысяч долларов и заверенной гарантии по поводу оставшейся части залога этим ребятам показалось недостаточно. Они намерены следить за мисс Блэкли и хотят, чтобы она об этом знала.
– Ну все, – сквозь зубы произнес Кайл. – Пора поговорить, дорогая. Что, к черту, происходит?
Лайэн повернулась и потерянно взглянула на него:
– Я же тебе сказала: Вэнь Чжитан считает меня воровкой.
– Мне этого недостаточно. – Кайл нажал на акселератор и проскочил под загорающимся желтым светом светофора. Пусть этот «хвост» поработает за свою зарплату, премии и раннюю пенсию. – Тебя обвиняют в краже нефрита на… сколько? На миллион долларов?
Лайэн зажмурилась. Господи, как ей сейчас нужна горячая ванна, чашка кофе… и чтобы стрелки часов повернули вспять, в то время, когда Вэнь доверял ей, а сама она еще надеялась, что наступит день, когда семья Тан признает ее полноправным членом!
– Да, – наконец выговорила Лайэн. – На миллион долларов.
– Даже если бы ты продала весь нефрит по настоящей цене хотя краденый товар обычно идет с большой скидкой, – залог, который за тебя потребовали, не укладывается ни в какие рамки.
– Что ты имеешь в виду?
– Размер залога, как правило, отражает тяжесть преступления и возможность того, что преступник скроется. В данном случае речь идет о сумме хоть и крупной, но не катастрофической. И сбежать ты не сможешь, по той простой причине, что деваться тебе некуда. Любая страна выдаст тебя американским властям. Вопреки распространенному мнению за миллион долларов в третьем мире свободу не купишь. Может быть, за десять миллионов. И цена растет с каждым месяцем.
Лайэн открыла глаза, взглянула на яркое послеполуденное небо. Наконец-то наступил ясный сине-золотой весенний день, о котором все так давно мечтали.
– Они оставили у себя мой паспорт, – проговорила она наконец.
– И приставили к тебе «хвост».
В первый момент она не поняла. Потом взглянула в боковое стекло. Американский автомобиль следовал вплотную за машиной Кайла, как прицеп.
– Не очень искусная слежка.
– Точно. И это наводит законопослушного налогоплательщика на мысль: что им на самом деле от тебя нужно?
Выражение лица Лайэн показало, что она его не поняла.
– Послушай, – раздраженно заговорил Кайл, – я знаю убийц, растлителей малолетних, насильников и торговцев наркотиками, которых не считают достаточно важными или опасными преступниками, чтобы приставлять к ним круглосуточную слежку. Поэтому я еще раз тебя спрашиваю: какая ставка в этой игре?
– Нефрита на миллион долларов недостаточно?!
– Нет.
– Тогда… что же?
– Черт побери! Лайэн, я не смогу помочь тебе, если ты мне не доверишься. Что, черт возьми, происходит?
– Но я не знаю. – Она судорожно вздохнула. Тряхнула головой, как бы для того, чтобы прояснились мозги. – Сегодня утром я проснулась с улыбкой. Ты занимался со мной любовью так, как будто я богиня. Через час я оказалась в наручниках, и со мной обращались как с преступницей. Какой счастливый день рождения! Мне сегодня исполнилось тридцать.
– У тебя сегодня день рождения?
– Да. Испеки мне пирог с начинкой из судебного досье. – Лайэн попыталась рассмеяться и тут же поняла, что не сможет остановиться. Сильно вздрогнула. Если бы мать со своим любовником была сейчас поближе! – Господи! – Она вздрогнула. – Когда тебя неожиданно арестовывают, начинаешь думать о таких вещах…
– Например?
– Насколько я одинока. Никогда не думала, что доживу до тридцати лет и никому не будет дела, если я окажусь в тюрьме… Ни мужа, ни детей, ни настоящих друзей, ни любовника, ни…
– У тебя есть я, – вырвалось у Кайла прежде, чем он успел подумать.
– Одна ночь. – Она попыталась улыбнуться, но губы задрожали. – И какая ночь! Но кроме ночи, существуют дни, правда? Много дней. Мне казалось, вполне достаточно быть независимой, никому ничем не обязанной, создать свое собственное дело и чтобы ни один мужчина не смог выкинуть меня на улицу, когда я ему надоем.
Не будучи ясновидящим, Кайл тем не менее догадался, что она имеет в виду.
– Но твоя мать и Джонни Тан остаются вместе дольше, чем многие законные супруги.
– Я уверена, что это сознание очень греет ее, когда Джонни встречает китайский Новый год со своей семьей, появляется на всех их крещениях и днях рождения, забывая про наши, делает своей жене детей, когда ему заблагорассудится…
Она содрогнулась всем телом. Только это и выдавало, каких усилий ей стоит держать себя в руках.
– Как они меня ненавидят… – едва слышно прошептала она.
– Ты говоришь о матери?
– Нет, о семье отца. Они бы с улыбкой отправили меня в ад.
– А твой отец?
– А что мой отец? Он давал деньги на мое воспитание, еду, одежду, образование. Это больше, чем делают многие отцы для своих законных детей. Во всем остальном я виновата сама.
– В чем же?
– В том, что я себя от всех изолировала. Создание своего дела заняло все мое время и энергию. Пока я этим занималась, то ни о чем не жалела. Я была одна, но не чувствовала себя одинокой. И потом, я все время думала: вот добьюсь положения в бизнесе, и у меня появится время на личную жизнь. Когда-нибудь. И вот теперь… – Она откашлялась. – Теперь у меня будет достаточно времени. Более чем достаточно. Потеря репутации погубит мой бизнес.
– Ну, это – если допустить, что ты на самом деле виновна.
– Все с легкостью это допустят. Как Вэнь, как младший сын Джонни. Как ты.
– Я этого не говорил.
– Говорить не обязательно. – Лайэн отвернулась от яркого солнца. – Вполне достаточно того, что ты следишь за мной холодным оценивающим взглядом и спрашиваешь, что происходит на самом деле.
– Но это…
– Нет, – Лайэн набычилась, будто приготовившись отразить вражескую атаку, – я не жалуюсь. Ты меня едва знаешь и тем не менее освободил от наручников. Это намного больше того, что можно требовать от однодневного романа.
– Значит, ты так к этому относишься?
– Нет, это ты так к этому относишься.
– В данный момент я вне себя – вот все, что я могу сказать.
Некоторое время напряженная тишина нарушалась лишь беспорядочными звуками дороги. Кайл вел машину почти автоматически, что давало ему возможность для размышлений. Он вспомнил Калининград и то, как едва не погиб там. Вспомнил, как вся семья Донован сомкнула ряды, чтобы его вытащить. Кайл не просил их о помощи, наоборот, он решил выбраться самостоятельно и тем не менее знал, что они готовы прийти на помощь.
Повторил про себя слова Лайэн: «Ты меня едва знаешь и тем не менее освободил от наручников. Это намного больше того, что можно требовать от однодневного романа».
Кайл со свистом выдохнул.
– Я чувствую, что ты не виновата. Но не могу отделаться от множества вопросов.
Лайэн опустила стекло. Лицо и шею омыло прохладным воздухом. Это, конечно, не ванна, но ничего лучшего в данный момент не придумать. Она откинула волосы со лба.
– Спрашивай что хочешь. Может быть, тебе повезет. Вдруг окажется, что я что-то знаю. Хотя… сомневаюсь. Тех, кто допрашивал меня сегодня, мои ответы совсем не удовлетворили.
Рассудок подсказывал Кайлу два возможных объяснения. Первое – она действительно ничего не знает и поэтому не может помочь. Второе, более правдоподобное, – она знает то, что от нее хотят услышать, но не намерена делиться информацией с кем бы то ни было.
О федералах многое можно сказать, но назвать пустоголовыми тупицами их никак нельзя. Если конечно, дело не касается политики. Тогда коэффициент умственного развития у всех резко снижается. А проблема сокровищ гробницы «Нефритового императора» представляет собой сейчас сгусток отвратительно грязной политики.
– Ты получила список вещей, пропавших из коллекции Вэня?
– Мисс Мерсер запросила его.
– И что же?
– Тани сейчас проводят полную инвентаризацию в хранилище. – Лайэн горько улыбнулась. – Это будет нелегко.
– Почему?
– Кроме меня, один только Вэнь знает каждую вещь. Вернее, знал. Сейчас он не может отличить подлинник от второсортной подмены.
– Подмены?! Ты хочешь сказать, что нефрит на самом деле не пропал и обвинения просто сфабрикованы?
– Не знаю. Знаю только, что по крайней мере две вещи исчезли из хранилища, а на их месте появились очень похожие, но менее ценные.
Три, подумала Лайэн, включая нефритовый костюм, если там тоже была произведена подмена. Но этого она не знала. Единственным способом это выяснить было побывать в хранилище и посмотреть. Задача не из легких, если учесть, что Таны перестали ей доверять, а федералы снова арестовали бы ее при попытке пересечь канадскую границу.
– Ты уверена в том, что нефрит подменили?
– Да. Сверни налево за следующим светофором. Моя квартира в том же здании, что и фирма Танов «Джейд трэйдер».
– Значит, подменили две вещи?
– Может быть, не только их. Не знаю. О том, что эти две заменены, я узнала только вчера. Поэтому и опоздала к тебе на встречу. Все ждала, что Дэниел уйдет и я смогу быстренько просмотреть хотя бы несколько ящиков в хранилище. Но он так и не ушел.
– Дэниел?
– Младший сын Джонни. Вэнь передает ему свои знания. Я думаю, именно по настоянию Дэниела Вэнь возбудил дело против меня.
Кайл подумал, что этот факт заслуживает особого внимания. Он обогнал велосипедиста, объехал остановившийся автобус, хотел было проехать перекресток на красный свет, но передумал.
Коричневый «форд» держался вплотную к его машине, несмотря на все эти маневры.
– Значит, Дэниел считает, что ты обокрала Вэня? Лайэн вспомнила глаза сводного брата, полные ненависти и презрения.
– Да.
– Почему ты так думаешь?
– Он знал о клинке периода неолита.
Кайл оторвал взгляд от зеркала заднего обзора. «Форд» продолжал висеть на бампере его «БМВ».
– О том, который выставили на аукцион?
Лайэн кивнула.
– Который я купил?
– Да. Поэтому я так хотела его купить. Я почти не сомневалась, что это клинок Вэня. Теперь я в этом уверена. Я видела ящик в хранилище, где раньше лежал клинок. Теперь там лежит другой.
– Худшего качества.
Это прозвучало как утверждение, а не как вопрос. Любой другой клинок был бы хуже по качеству, чем тот, который он приобрел. Впрочем, этот клинок ему не принадлежит. По закону краденые вещи возвращаются владельцу сразу по их обнаружении. Покупатель, даже не знавший о том, что товар краденый, остается ни с чем.
– Интересно, окажется ли этот клинок в списке пропавших вещей? – пробормотал он сквозь зубы.
– А разве может быть иначе?
Кайл увеличил скорость, успел проскочить светофор. «Форд» нагнал его через полквартала.
– А еще что подменили? Ты упомянула две вещи.
– Лежащий верблюд, фигурка времен правления династии Тан. У того, которым его заменили, нет одной маленькой детали – едва заметных уплотнений на подошве, изображающих пальцы. Но зрение и руки Вэня настолько ослабли, что он не заметил подмены.
– И сколько могут стоить эти вещи?
– Это зависит от коллекционера. Думаю, от одной трети до половины цены оригиналов.
– То есть стоимость каждого оригинала примерно на тысячу выше? Или еще больше?
– Возможно, намного больше. Не могу точно сказать. Я не оценивала их для продажи.
– Федералы ничего не говорили о подменах?
– Они на что-то намекали, но я не обратила внимания.
– Итак, похищено нефрита примерно на миллион и подменено на сумму от трети до полумиллиона долларов?
Хотя Кайл старался говорить нейтральным тоном, Лайэн уловила скептические нотки в его голосе. Действительно, с какой стати вору лишние хлопоты: зачем тратить деньги на то, чтобы оставить более-менее приличную подмену?
– Я ничего не знаю о прочих похищенных вещах, только об этих двух.
– Верблюд и клинок?
– Да.
– Думаю, нам надо как можно скорее выяснить насчет остальных.
Это небрежно оброненное «нам» подействовало на Лайэн как глоток виски. Голова закружилась от счастья. До этого момента она даже себе самой не решалась признаться в том, как боится остаться наедине с запутанным клубком семейных интриг, лжи, нефрита, грозящей тюрьмы.
– Почему? – прошептала она.
– Потому что, не выяснив этого, мы не сможем понять, что происходит с коллекцией Танов.
– Нет, я не об этом. Почему ты хочешь мне помочь, хотя и не доверяешь?
– Хороший вопрос. Я скажу тебе, когда буду знать ответ. Это было меньше того, на что она надеялась, и в то же время больше, чем то, на что имела право рассчитывать. Гораздо больше того, что можно принять от человека, с которым у нее нет ничего общего, кроме интереса к нефриту и неповторимого секса. Человека, который ей очень нравится, которого она глубоко уважает и, кажется, готова полюбить.
Как это глупо с ее стороны и как несправедливо по отношению к нему! Если Кайл Донован действительно небезразличен ей, надо держаться от него как можно дальше. Она не должна впутывать его в свои проблемы.
Лайэн медленно выдохнула, преодолевая искушение опереться на Кайла в этот трудный момент.
– Вот на этом углу, – тихо проговорила она.
Кайл повернул. Подождал, пока пройдет автобус. Теперь он смотрел на окрестности новым взглядом, и то, что видел, ему совсем не нравилось.
Несмотря на яркое солнце и ворковавших на тротуаре голубей, это было совсем неподходящее место для одинокой привлекательной женщины. Да и для мужчины, если уж на то пошло. Площадь Пионеров, наверное, могла бы считаться достопримечательностью для туристов, но расположена она была в самом центре территории, которую никак нельзя назвать безопасной. Попрошайки, бездомные, отщепенцы, с их верой в то, что горсть монет может изменить жизнь человека, – в этом квартале подобной публики было полным-полно.
– Надеюсь, у тебя хорошие замки.
– Квартирная плата низкая, помещение просторное… и замки у меня очень хорошие.
– К тому же у тебя есть баллончик с перцем, не забудь.
– Да, но я его оставила дома. В Канаде это запрещено законом.
– Ах да, их лозунг: «Побольше надежного правительства». К удивлению Кайла и к своему собственному, Лайэн улыбнулась.
– Сверни на аллею. Там, за первым зданием, есть небольшая стоянка, скорее всего переполненная, как всегда.
Кайл свернул и втиснулся в единственный свободный проем, не обратив внимания на знаки, призывающие остерегаться грузовиков. «Форд» следовал за ними неотрывно, как номерной знак. Но припарковаться все-таки не смог, поэтому дал задний ход и остановился на противоположной стороне улицы, откуда агент мог наблюдать за машиной Кайла.
Лайэн взялась за ручку двери.
– А зачем ты брала паспорт с собой в Канаду?
В столь завуалированной форме Кайл пытался выяснить, не намеревалась ли мисс Блэкли прямо из Ванкувера направиться с нефритом за океан, на лучший в мире рынок нефрита – в Гонконг.
Лайэн открыла дверцу.
– Даже с многоразовой визой на обратном пути меня иногда останавливали чиновники иммиграционной службы Соединенных Штатов.
Кайл вышел из машины вслед за ней.
– Но почему? За тобой в прошлом числятся какие-нибудь нарушения?
Она открыла изрезанную, замызганную дверь дома, которая вела в темный мрачный холл со стертым, покоробленным, грязным линолеумом. Лайэн так к этому привыкла, что не обращала внимания на то, как непривлекательно ее жилище. Но Кайлу это бросилось в глаза.
Лайэн обернулась к нему:
– Множество азиатов переехали в Канаду с британскими паспортами, когда в Гонконге сменилась власть. Свободное перемещение граждан между колониальными странами – главный предмет гордости бывшей Британской империи. Нередки случаи, когда азиаты, приехавшие в Канаду, решают поселиться в Соединенных Штатах, но не хотят проходить все эти утомительные иммиграционные формальности.
– То есть просто едут на юг и там остаются?
– Да.
– А иммиграционные чиновники, которые не в состоянии отличить американского азиата от китайца, вьетнамца или корейца, проверяли тебя?
– Да, особенно вначале. Теперь большинство из них знают меня в лицо, но иногда появляется новичок, и тогда мне предоставляется возможность поболтать, чтобы они проверили мой акцент.
– И твой взгляд тоже.
– Взгляд?
– Ну да. Агенты обычно хорошо подготовлены и сразу замечают признаки нервозности. Первый признак – это когда человек не смотрит агенту в глаза.
– А… наверное, поэтому один из них попросил меня снять солнечные очки.
– Возможно.
– А ты не хочешь снять очки?
– Сейчас?! Лайэн кивнула.
Он снял очки, удивленно глядя на нее.
– А в чем дело?
– Теперь ты выглядишь не таким отстраненным. – Лайэн как-то странно улыбнулась, приподнялась на цыпочки, коснулась губами его подбородка и быстро отступила. – Спасибо за то, что до конца оставался моим рыцарем, Кайл Донован. Я дам мисс Мерсер знать, если что-нибудь полезное придет в голову.
Кайл понял: сейчас она скроется в этом угрюмом холле и уйдет из его жизни.
– Подожди! – Он схватил ее за руку. – Я с тобой еще не закончил.
Лайэн вскинула на него глаза, показавшиеся очень темными в тусклом свете холла.
– Не могу сказать, что мне нравится, как это прозвучало. Кайл что-то процедил сквозь зубы, усилием воли надел на лицо свою самую привлекательную улыбку.
– Я бы хотел пригласить тебя на обед. Мы можем вместе поломать головы и найти выход из этого… из этой путаницы.
– Очень любезно с твоей стороны. Но для тебя выход предельно прост. Прощай.
– Оставить тебя одну?
– Я к этому привыкла.
– Но…
– Нет, Кайл, ты сделал для меня более чем достаточно. А теперь подумай о себе, пока твоя репутация не загублена, как моя.
– К черту мою…
– Прощай, Кайл. – Она старалась перекричать вой сирены, приближавшийся к площади Пионеров. – Еще раз спасибо тебе. Кроме тебя, никто и пальцем не пошевелил.
Изношенная дверь со стуком захлопнулась за ней. Щелкнул автоматический замок.
Кайл боролся с искушением грохнуть по ней ногой так, чтобы дверь слетела с петель. И тут он услышал крик Лайэн.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Нефритовый остров - Лоуэлл Элизабет



Если в предыдущем романе этой серии автор самозабвенно опускала Россию, то в этом вспомнила про Китай. Очень напрягают многочисленные субъективные размышления о международной политике, восславляющие Америку, совсем не остается души, так сказать, повествования.
Нефритовый остров - Лоуэлл ЭлизабетВита
6.04.2012, 3.08





прекрасный роман, из серии "Донованы", на мой взгляд, самый лучший!!! Остроумные диалоги, с чувством юмора у автора тоже все в порядке. Очень интересно описывается нефрит и не только, невольно начинаешь заражаться лихорадкой по драгоценным камням :) читайте, не пожалеете!
Нефритовый остров - Лоуэлл ЭлизабетЖанна
17.09.2012, 14.02





Это история про Кайла, пожалуй именно про него мне больше всего хотелось почитать. И понравилось. Понравилось, его отношение к героине. Что он не поддался прошлым обидам за предательство и повел себя как настоящий мужчину. Встал на защиту женщины, которую предали и буквально продали все, включая семью. Помог ей в отчаянной ситуации. Семейка Танов бесила, дед, папаша и особенно Дэниел, даже извиниться перед сестрой не удосужился. Донованы как всегда на высоте. История с нефритовым императором потрясающая.
Нефритовый остров - Лоуэлл Элизабетната
5.11.2012, 13.07








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100