Читать онлайн Дерзкий любовник, автора - Лоуэлл Элизабет, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дерзкий любовник - Лоуэлл Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.64 (Голосов: 36)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дерзкий любовник - Лоуэлл Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дерзкий любовник - Лоуэлл Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лоуэлл Элизабет

Дерзкий любовник

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

«Обже д'Арт» – маленький магазинчик, один из многих, располагавшихся вдоль Родео Драйв, был буквально опутан новейшей электронной сигнализацией, хотя покупатели и клиенты этого, конечно, не замечали: Риба терпеть не могла бесчисленные провода и решетки, привычные для ломбардов. Ее лавка была оборудована невидимыми оптиковолоконными приборами, проводками толщиной в волосок, скрытыми в тяжелых стеклянных дверях и косоугольных окнах. Сегодня Риба выставила несколько экземпляров из Зеленого Комплекта – образцы минералов и великолепных ограненных камней, помещенных на прозрачные пьедесталы или полускрытых складками шелка. Светильники были размещены под самыми неожиданными углами, посылая снопы света на черный матовый шелк, торговую марку Рибы.
На ней был наряд из такого же шелка – простая блузка с длинными рукавами и слаксы. Черные босоножки на высоких каблуках позволяли казаться выше. Блестящая масса волос цвета темного меда, обрамляла бледное лицо. Два идеально подобранных черных опала мрачным огнем переливались в ушах. Единственной драгоценностью, кроме них, было кольцо Джереми, которое она не снимала с прошлого дня рождения.
Но стоило взглянуть на коричнево-оранжевое сверкание бриллианта, как перед глазами возникал не Джереми, а незнакомец. И хотя прошло уже десять дней, воспоминания о том, как ее держали в объятиях, словно ребенка, а потом целовали, как единственную женщину на Земле, рождали в Рибе неведомые доселе ощущения.
– Да здесь все оттенки зеленого, – заметил Тим.
– Не совсем, – рассеянно покачала головой Риба, не глядя на помощника. – Есть еще серебристо-зеленый, который…
Она осеклась и постаралась вернуться к реальности.
Боже, да она ведь даже не знает имени мужчины, как, впрочем, и он ее. Незнакомец исчез навсегда, словно вчерашний день. Ах, если бы только он мог так же испариться и из ее воспоминаний! Но ничего не получалось. Он помог ей заполнить одну пустоту только затем, чтобы оставить вместо нее другую – острую тоску, страстное желание, безумное томление, казавшееся абсурдным, неразумным, непонятным. Как можно тосковать по тому, чего никогда не было?
– Когда у нас первый посетитель? – сухо осведомилась Риба.
Тим перелистал записную книжку:
– В одиннадцать.
– И кто он?
– Тодд Синклер.
– Что ему нужно? – поморщилась Риба.
– Зеленый Комплект.
– Он получит его в тот день, когда ад замерзнет.
Тим поднял глаза, карие, проницательные, оценивающие.
– Хочешь сказать, ты решила?
Риба усилием воли проглотила нетерпеливый ответ.
Кажется, полмира только и стремится узнать, какие два экспоната коллекции Джереми выберет для себя Риба. Коллекционеры, музеи, газеты, журналы, адвокаты и Тодд Синклер не оставляли ее в покое с того момента, когда условия завещания стали известны широкой публике. Люди, которые не знали Рибу и никогда не узнают, если это, конечно, будет зависеть от нее, спорили между собой и в печати, какова истинная природа ее отношений с Джереми Бувье Синклером. Конечно, она его протеже… но, возможно, было что-то еще? Что-то более интимное? И какую часть коллекции своего так называемого наставника решит сохранить Риба? Погонится ли за деньгами или за сентиментальными воспоминаниями?
Тим выставил вперед руки, словно защищаясь от ударов:
– Не бейте меня, босс! Я совсем, как остальные простые смертные, снедаемые любопытством.
Риба раздраженно оглядела плотно сбитого молодого человека. Тим был ее неоценимым помощником, знатоком камней, обладавшим инстинктивным чутьем на подделки. Под легкомысленной внешностью скрывались знание человеческой натуры и всех тонкостей торговли драгоценностями. И в довершение всех достоинств Тим был по уши влюблен в жену. Он обращался с Рибой, как со всеми камнями, проходившими через его руки, – с уважением, признательностью и полным отсутствием желания завладеть дорогой вещью. За два года совместной работы между ними возникли чисто родственные отношения, нечто вроде дружбы брата с сестрой, что было для Рибы столь же ценным приобретением, как и его неистощимый юмор.
– Я оставляю Зеленый Комплект себе, – объявила она.
Тим издал воинственный клич, но тут же полуиспуганно огляделся:
– Я только что выиграл тысячу баксов!
– Кто проиграл?
Тим злорадно ухмыльнулся:
– Ублюдок по имени Синклер.
Уголки губ Рибы приподнялись в невольной улыбке:
– На твоем месте я не рассчитывала бы на это, пока Тодд не выпишет чек.
– Не волнуйся, он заплатит, – заверил Тим, – даже если придется выбивать из него каждый доллар! Синклер был так уверен, что ты оставишь себе Туз Бубен. Или это так и есть?
– Он прекрасен, – покачала головой Риба, – но это всего лишь огромный бриллиант.
– Всего лишь… босс, да ведь этот бриллиант в последний раз оценили в миллион восемьсот пятьдесят штук зелеными, а это было два года назад! Ты могла бы продать его, выгодно вложить денежки и провести остаток дней в стрижке купонов!
– Предпочитаю зарабатывать деньги старомодным способом.
Тим пристально взглянул на Рибу.
– Не хочешь, чтобы говорили, будто ты подлизывалась к старику Джереми ради его денежек?
– Оставь это, Тим, – бесстрастно произнесла Риба. – А если люди будут спрашивать, объяснишь, что, по моему мнению, Туз слишком аляповат.
Тим быстро дотронулся до ее руки.
– Извини, Риба. Я знаю, что значил для тебя Джереми. Просто он был таким сукиным… – Тим неловко кашлянул. – Он был настоящим исчадием ада со всеми, кроме тебя.
– Я говорила по-французски, – вздохнула Риба, вспомнив, как гордился Джереми ее прекрасным знанием его родного языка.
– Я тоже, – проворчал Тим.
– С невыносимым акцентом, – вставила Риба.
– Это все мелочи, – объявил Тим и, захлопнув записную книжку, положил ее в карман желтовато-коричневого шерстяного пиджака.
– А что ты еще выбрала?
– Что мне в тебе нравится, – ехидно заметила Риба, так это неизменный такт. Попробуй угадать.
– Ни за что. Признавайся.
– Еще пари?
Тим улыбнулся.
– Тигриный Бог, – сдалась Риба.
– Что?
– Статуэтка из тигрового глаза.
– О-о…
Тим тихо выругался.
– Откуда она знала?
– Кто?
– Джина. Побилась об заклад, что ты выберешь именно эту вещь.
– И сколько ты проиграл на этот раз? – весело поинтересовалась Риба. Джина была секретарем, бухгалтером и делопроизводителем в магазине. Кроме того, она была еще и женой Тима.
– О, это не совсем такое пари, когда кто-то по-настоящему проигрывает, – сообщил он, хищно ухмыляясь.
Риба улыбнулась в ответ, надеясь, что Тим не заметит в ней эту ледяную пустоту. Много бы она отдала, чтобы почувствовать такую же близость к кому-то, близость, в которой нет ни проигравших, ни победивших, что бы там ни случилось. Каково это, очутиться в объятиях любовника, умирать «малой смертью» и вновь рождаться каждое утро? Каково это, чувствовать и знать, что кто-то готов отдать все на свете ради тебя? По сравнению с этим редчайшие драгоценные камни казались чем-то вроде пригоршни песчинок, скользящих по склону дюны.
– Риба, с тобой все в порядке?
– Лучше не бывает, – тупо пробормотала она, – просто голова немного болит.
И еще воспоминания, неустанно, безжалостно преследующие ее, воспоминания о песчаных дюнах, лунном свете и жарком теле человека, чьего имени она не знала.
– Пойду разложу снимки коллекции Джереми. Когда явится красавчик, проводи его ко мне в кабинет.
– Красавчик?
– Синклер, – пояснила Риба, досадуя на собственный болтливый язык. Только один человек называл Тодда Синклера «красавчиком».
Тодд окинул ее задумчивым взглядом.
– Синклер здорово допекал тебя в Долине Смерти?
– За то и получил по заслугам! – сухо объявила Риба.
– Жаль, меня там не было, – ухмыльнулся Тим. – По-моему, он так и напрашивается на хорошую трепку.
– Боюсь, до сих пор никто на это не отважился, – покачала головой Риба.
Но могло быть, сделай Тодд еще хотя бы шаг. Воспоминание о кошачьей ленивой грации хищника одновременно пугало и успокаивало Рибу. Какое облегчение сознавать, что мужчина готов был помочь ей, а не просто воспользоваться ее физической слабостью, как пытался сделать Тодд. Даже когда Риба совсем обессилела от тоски, незнакомец всего-навсего держал ее в объятиях, пока она исходила слезами.
– Думаю, мне стоит сегодня пойти обедать попозже, – небрежно бросил Тим, хотя обычно он брал перерыв с одиннадцати до двенадцати. Тодд намеревался прийти в одиннадцать.
– Это совсем не обязательно, – запротестовала Риба.
– Я поздно завтракал, – соврал Тим и, прежде чем Риба успела возразить, быстро добавил: – Хочешь, чтобы Джина сделала пресс-релиз насчет твоего выбора?
– Бедная Джина. Все на нее валится.
– Она просто обожает это. Честно. Собственно говоря, если ищешь кого-нибудь, чтобы сделать подписи к снимкам в каталоге коллекции Джереми, можешь попросить ее, – заявил Тим, пристально глядя на Рибу карими глазами и даже не пытаясь скрыть, как заинтересован в ее ответе.
Склонив голову набок, Риба рассеянно заправила выбившуюся прядку волос в узел на затылке.
– Мне это нравится, – решительно сказала она наконец. – Да. Правда, придется нанять нового бухгалтера. В ее положении нельзя переутомляться.
Тим испуганно вскинулся:
– Она сказала тебе, что беременна? Я сам узнал только на прошлой неделе.
– Но я же не слепая, Тим. У меня есть глаза.
Глаза, и то, как нежно ласкал Тим чуть располневшую талию Джины, когда думал, что его никто не видит.
– Не волнуйся, я никому не скажу, хотя, откровенно говоря, не понимаю, почему ты стремишься держать это в тайне. Будь я на месте Джины, напечатала бы объявления на всю страницу в лос-анджелесской «Тайме».
– Тебе следовало бы выйти замуж, – полушутливо сообщил Тим, хотя на самом деле был вполне серьезен.
– Я была замужем.
Тим ошеломленно уставился на Рибу.
– Это было давным-давно, – равнодушно бросила она.
– И что случилось?
– Я стала взрослой. А ему это не понравилось.
– Прости, – неловко пробормотал Тим.
– Да нет, я ни о чем не жалею. Он был паршивым мужем, но чертовски хорошим учителем французского. Не будь его, я никогда бы не познакомилась с Джереми.
Зазвонил телефон. Тим поднял трубку, послушал и, закрыв ладонью микрофон, прошептал:
– Синклер. Он хочет увидеться с тобой сейчас.
– Хорошо, – пожала плечами Риба. – По крайней мере ты сможешь пообедать в обычное время.
Том убрал руку:
– Можем втиснуть вас между двумя клиентами, если приедете через десять минут.
И нажал на рычаг, прежде чем Тодд успел ответить.
– Это было чрезвычайно грубо с твоей стороны, – заметила Риба, стараясь не улыбаться.
– Благодарю. Надеюсь, по пути сюда его оштрафуют за превышение скорости.
– И не мечтай! Бог хранит дураков и пьяниц.
– И под какую категорию подпадает Синклер?
– Под обе.
Риба открыла дверь, и первое, что увидела, войдя в свой кабинет, – восемнадцатидюймовый осколок крокидолита <Тигровый глаз, минерал золотисто-желто-коричневого цвета с переливами.>, найденный в шахте Капской провинции в Южной Африке. Немецкий резчик взял редкостный образчик тигрового глаза и преобразил его в статуэтку – изображение мужчины.
Тигриный Бог стоял в расслабленной позе, совершенно обнаженный, с длинным луком из чистого золота за плечами. В руке он держал золотую стрелу; треугольный наконечник резко контрастировал с изгибом мускулистого бедра. Глаза, тоже из золота, были сужены и слегка скошены. Статуэтку вырезали так, что цветные, перетекающие друг в друга полосы минерала шли по диагонали, придавая мужчине неотразимый, ошеломляющий вид зверя, захваченного в неуловимое мгновение между покоем и готовностью немедленно броситься в атаку. Свет переливался на поверхности могучего тела Тигриного Бога тысячью незаметных переходов от ярко-золотого до густо-коричневого.
Риба выбрала эту статуэтку не только за исключительную красоту и излучаемую силу. Нет… если признаться, великолепная физическая мощь, уверенность в себе Тигриного Бога напоминала о незнакомце, той темной ночи и поцелуе, открывшем ей, что в объятиях настоящего мужчины и она может стать истинной женщиной.
Риба услышала зуммер, звучавший каждый раз, когда дверь «Обже д'Арт» открывалась. В дверь ее кабинета был вставлен светофильтр, позволяющий видеть все, что делается в магазине, оставаясь при этом незамеченной.
Выглянув, она заметила высокую фигуру Тодда, направлявшегося к кабинету и, пробормотав проклятие, поставила статуэтку на письменный стол, села и нажала кнопку электронного замка. Дверь автоматически приоткрылась на несколько дюймов. Придется так и оставить ее на все время, пока красавчик пробудет в кабинете.
– Осточертела мне эта хренотень, Фаррел! – грубо заявил Тодд, без приглашения бросившись в кресло напротив письменного стола. – Начинай продавать проклятую коллекцию! Остаток имущества старого козла после продажи не покроет даже гонораров адвокатам! Мне нужны деньги, и как можно скорее!
Риба сложила руки и откинулась на спинку кресла, холодно оглядывая Тодда из-под длинных пушистых ресниц. Она продолжала молча изучать его, пока он не заерзал, грязно выругавшись при этом. Запах алкоголя и немытого тела ударил в ноздри.
– Неудачные лошади и плохие карты? – равнодушно осведомилась она.
Тодд покраснел, подтвердив тем самым точность ее наблюдений.
– Заткнись, – хрипло пробормотал он.
Глаза Рибы сверкнули ледяным блеском, совсем как бриллиант в ее кольце. Она по опыту знала, что Тодду фатально не везет в карты, а пить он совершенно не умеет. Джереми раз и навсегда приказал, чтобы телохранители не впускали его внука, когда тот бывал пьян. Год назад Тодд в припадке пьяной ярости набросился на деда. Но все эти раздумья нисколько не смягчили гнев, превративший обычно нежные, женственные губы Рибы в тонкую брезгливую линию.
– Нечего рассиживаться здесь с таким гордым неприступным видом, миссис Задавала, – прорычал Тодд. – Ты всего-навсего дешевая шлюха, которую старый ублюдок вытащил из уличной канавы!
Зуммер снова зажужжал: по-видимому, пришел новый посетитель. Но не было никакой возможности взглянуть, кто это. Широкие плечи Тодда загораживали обзор. Возможно, это Джина вернулась с делового совещания.
– Скажи хоть что-нибудь, черт тебя возьми!
– Сначала реши, что же тебе все-таки хочется, – спокойно бросила Риба. – То заткнись, то говори. Выбирай, что тебе нужно. Я не могу одновременно делать и то, и другое.
– Ах ты, наглая сучонка! – взвился Тодд, вскакивая на ноги и пытаясь дотянуться до Рибы. Но она увернулась, словно призрак, с неуловимой грацией, еще больше обозлившей Тодда. Он резко толкнул стол, пригвоздив Рибу к стене. Тигриный Бог пошатнулся. Риба схватила статуэтку и, даже поняв, что ее можно использовать как оружие, все-таки не в силах была представить, что эта сверкающая красота придет в соприкосновение с головой такого гнусного слизняка, как Тодд Синклер.
Но тут в комнату ворвался Тим с дубинкой в правой руке:
– Если дотронешься до нее хотя бы пальцем, я сломаю твою толстую шею!
– Для этого тебе придется стать в очередь! – раздался холодный спокойный голос из-за его спины.
И Тим, и пьяный Тодд замерли, словно пригвожденные к месту. Рибе хотелось плакать и смеяться одновременно, а еще громко позвать на помощь человека, имени которого по-прежнему не знала. Незнакомец вошел в комнату бесшумной походкой хищника, схватил Тодда, одним движением развернул и влепил в стену. Тодд выругался и, мгновенно отрезвев, потряс головой, не на шутку испугавшись.
– Я сломаю тебе шею не сразу, – мертвенно-тихим голосом продолжал незнакомец, словно клещами сдавив шею Тодда. – Сначала перебью тебе пальцы. Потом ноги. Потом каждую косточку в теле, до самых плеч. Не спеша, по одной. К тому времени, как доберусь до глотки, будешь молить меня поскорее тебя прикончить. Слышишь, красавчик?
Тодд издал задушенный звук, долженствующий, вероятно, означать согласие.
Незнакомец повернул голову и взглянул на Рибу. Суровое выражение лица смягчилось.
– Он прикоснулся к тебе хотя бы пальцем, chaton?
Риба ошеломленно покачала головой, не в силах выговорить ни слова от переполнявших ее чувств, пробужденных опасным незнакомцем и нежным французским словом, означавшим одновременно «котенок» и «камень в оправе».
Незнакомец снова обратился к Тодду:
– Еще раз попробуешь пальцем ее коснуться, красавчик, и с тобой все будет кончено. Пошел отсюда!
Пальцы с безжалостной сноровкой впились в кожу. Незнакомец снова развернулся и неожиданно отпустил Тодда, толкнув его при этом с такой силой, что тот, спотыкаясь, вылетел в открытую дверь кабинета. Мужчина, молча поглядев, как Тодд ковыляет через магазин и выбирается наружу, заявил, все еще стоя спиной к Тиму:
– Если не собираешься пустить в ход эту дубинку, лучше спрячь ее.
Тим взглянул на Рибу.
– Все в порядке, Тим, – поспешно заверила она, не отводя взгляд от незнакомца, словно боялась, что тот исчезнет так же неожиданно, как появился.
Незнакомец встал лицом к Тиму, по всей видимости, ожидая, что предпримет молодой человек. Тим смерил мужчину долгим, оценивающим взглядом и легким, почти небрежным движением, предполагавшим, что оружие может так же быстро появиться, сунул складную дубинку в карман.
Стоило дубинке исчезнуть, как в позе незнакомца произошли едва заметные изменения: тело чуть расслабилось, словно он позволил жесткому самоконтролю на несколько мгновений исчезнуть.
– Почему бы тебе не представить меня, Тим? – предложил он, показав на Рибу. Странная улыбка кривила губы, отчего-то больше не казавшиеся тонкими и жесткими.
Тим, испуганно вскинув голову, уставился на мужчину:
– Эй, ты сказал, что знаком с ней!
– Совершенно верно, – тихо засмеялся незнакомец. – Только вот она не успела узнать, как меня зовут.
Тим недоверчиво взглянул на Рибу.
– Боюсь, он прав, – призналась она. – Это долгая история…
Голос ее постепенно стих.
Тим раздраженно фыркнул.
– Риба Фаррел, познакомься, это Чанс Уокер. Чанс, это Риба. Ну а теперь, не будет ли кто-нибудь из вас так добр объяснить, что здесь происходит?
Чанс, не обращая внимания на Тима, улыбнулся.
– Привет, Риба Фаррел, – сказал он глубоким голосом с интригующим акцентом и, несильным толчком вернув письменный стол на прежнее место, осторожно вынул у нее из пальцев Тигриного Бога и повернул статуэтку из стороны в сторону, восхищаясь игрой красок.
– Ну нет, просто стыд и позор пытаться проломить истинным произведением искусства толстый череп красавчика.
Риба ошеломленно засмеялась:
– Представляете, я подумала то же самое, когда схватила ее.
Чанс взглянул на женщину, отметив мерцание волос цвета темного меда и чувственные изгибы, обтянутые черным шелком.
– Ты словно ночь, – тихо выговорил он, – и создана, чтобы носить черное. Прекрасный chaton.
Риба ощутила, как нежные слова пронизывают ее насквозь, разливаясь по телу теплом. Она никогда не считала себя хорошенькой, а тем более прекрасной, но под взглядом Чанса чувствовала, как преображается в самую ослепительную женщину на свете. Тигриный Бог улыбался ей, обдавая чувственным пламенем глаз. Тим тихо кашлянул, и Риба, поняв, что совершенно неприлично глазеет на Чанса, нерешительно объявила:
– Чанс… то есть, мистер Уокер…
– Чанс, – решительно поправил Тигриный Бог.
– Чанс, – пробормотала она, наслаждаясь звуками необычного имени <Шанс, счастливый случай, возможность (англ.).>.
Тим снова кашлянул.
– Чанс уже однажды имел дело с Тоддом в Долине Смерти, – поспешно пояснила она. – А после позволил мне…
Риба беспомощно взглянула на Тима, не зная, как объяснить, что выплакала скорбь по Джереми в объятиях совершенно незнакомого человека.
– Я тосковала по Джереми. Чанс… все понял. О, черт! – внезапно взорвалась она. – Я рыдала у него на плече, как ребенок! Он был очень терпелив и нежен, гораздо более чем я заслужила.
Тим с сомнением взглянул на человека, без всякого труда, жестко и хладнокровно, превратившего огромного буйного пьяницу в трезвую смирную груду заготовок для гамбургеров.
– Нежный, говоришь? Терпеливый? Ну да, еще бы. Рад, что не встретил никого такого же мягкого и терпеливого, как Чанс, пока зарабатывал на обучение, вкалывая барменом.
– Именно там ты и выучился орудовать дубинкой? – осведомился Чанс.
– Ага.
– Некоторые бармены предпочитают револьверы.
– Бывают случаи, когда дубинка куда более эффективна, – сухо пояснил Тим.
Чанс одобрительно кивнул молодому человеку и посмотрел в сторону Рибы:
– Он принадлежит тебе, chaton?
Вопрос был тихим и столь неожиданным, что Рибе потребовалось несколько мгновений, чтобы понять его истинное значение.
– Тим? Мой? Господи Боже, конечно, нет! У него чудесная жена!
Чанс, повернувшись, протянул Тиму руку.
– Рад познакомиться, Тим. И чертовски счастлив, что ты женат.
Тим отрывисто рассмеялся.
– И я тоже. Ни за что не хотел бы встать между тобой и той, кого ты добиваешься.
– Тим! – охнула Риба, шокированная столь недвусмысленным определением характера Чанса.
– Все верно, – кивнул тот. – Мне нравятся люди, достаточно сообразительные, чтобы не лезть в грозу под высокое дерево.
Тим, ухмыльнувшись, потряс руку Чанса.
– Рад познакомиться, Чанс. Ты первый человек, который может заставить моего упрямого босса попотеть за собственные денежки. Bonne chance, – пожелал он, почти до неузнаваемости искажая французские слова, но, видя, как болезненно поморщилась Риба, постарался перевести: – Желаю удачи. – И, поколебавшись, добавил: – Кажется, я сейчас скаламбурил?
– Нет. Это моего брата звали Лак <Удача (англ.).>, – чуть сузив серебристо-зеленые глаза, с самым серьезным видом сообщил Чанс, очевидно, отгоняя неприятные воспоминания.
Продолжения не последовало, и Тим не осмелился переспросить. В Чансе Уокере было нечто такое, что отбивало всякое любопытство.
Снова зазвенел зуммер. Приглядевшись, Тим заметил маленькую рыжеволосую женщину, терпеливо выжидающую у парадной двери, и поспешил открыть, улыбаясь во весь рот, как довольный малыш.
– Его жена? – понимающе спросил Чанс.
– Да. Джина – настоящая драгоценность. – Риба кивнула и сухо добавила: – У нее лишь один недостаток. Всякая женщина рядом с ней выглядит трехногой жирафой.
Два скользящих прыжка, и Чанс оказался так близко, что Риба почувствовала исходящий от него жар.
– Не каждая, – заверил он, усмехнувшись.
Риба подняла на него глаза и тут же вспомнила мгновения, когда лежала в его объятиях, а обжигающее тепло этого мужского тела заставляло ее плавиться как драгоценный металл в тигле ювелира. Это воспоминание посещало ее в самые неожиданные моменты, заставляя ее трепетать и вибрировать, словно по нервам шел электрический ток.
Никогда еще Риба не испытывала в мужских объятиях ничего подобного. Она вышла замуж за человека, питавшего пристрастие к девственницам, и уже после нескольких недель брака он потерял к ней всякий интерес. Ласки его становились с каждым днем все менее пылкими, все более безразличными.
После развода она встречалась со многими мужчинами, но не нашла никого, кому бы доверяла настолько, чтобы откликнуться. Она уже начала тревожиться, боясь, что с ней что-то неладно… до тех пор, пока единственный поцелуй незнакомца не научил ее гораздо большему, чем просто быть женщиной. Все годы после унылого брака без любви она не жила, а существовала.
Риба не могла понять, почему так отзывается на каждое прикосновение Чанса Уокера. Она встречалась с мужчинами куда красивее, богаче, выше по положению в обществе, но только поцелуй этого дерзкого незнакомца сумел проникнуть через ее холодную внешность к самой сердцевине женской сущности, выпустить на волю огонь, таившийся под ледяной поверхностью.
– О чем вы думаете? – спросил Чанс.
Легонько коснувшись ее волос, он начал медленно гладить жесткими ладонями нежные щеки, наблюдая за мгновенной сменой выражений на лице Рибы. Странные ощущения вновь рождались в ней, заставляя задыхаться. Риба хотела избежать прямого ответа, отделаться уклончивыми отговорками или просто молчанием, но тут же поняла, что Чанс вряд ли будет шокирован, что бы она ни сказала и ни сделала. Он, очевидно, тот мужчина, который многое повидал в жизни. Тот, кого ничем не удивить.
– Не могу понять, чем вы так привлекаете меня, – честно сказала она.
Губы под густыми усами раздвинулись в улыбке, и в неярком свете блеснула полоска белоснежных зубов.
– А ты меня, chaton.
Риба утонула в бездонных глубинах его глаз, но тут черные ресницы веерами опустились на щеки. Он завладел ее губами с потрясающей, невероятной смесью голода и нежности. Она почувствовала, как гребень, скреплявший узел волос на затылке, скользит вниз под пальцами, ласкающими шелковистые, раскинувшиеся по плечам пряди. Кончик языка обвел ее рот, поддразнивая, изводя, пока Риба, вздохнув, не приоткрыла губы.
Руки Чанса, нежные, но такие сильные, зарылись в густые волосы, не давая Рибе повернуть голову. Полусопротивляясь, она положила ладони на его плечи, мощные и твердые, как камень, без слов говорившие о силе и самообладании человека, обнимавшего ее. Он мог бы без усилий подчинить ее, вынудить ответить на поцелуй, которого так нетерпеливо добивался.
Но Чанс не сделал этого. Он держал ее, словно нечто бесконечно хрупкое, скорее уговаривая, чем требуя, чтобы она разделила наслаждение от близости. Никогда она не чувствовала себя в такой безопасности, такой защищенной.
Риба ощутила бархатистую шершавость его языка на своем, и ее ладони застыли на его плечах. Она откликнулась на ласку, сначала нерешительно, потом с большей уверенностью, ощущая тепло губ, гладкость зубов, все восхитительные оттенки поцелуя. Риба почувствовала, как его тело напряглось, когда одна рука сжала густые локоны, а другая скользнула по спине под тяжелый шелк волос, притягивая ее к широкой мужской груди.
Наконец Чанс с видимой неохотой поднял голову. Руки его дрогнули, нежно прижимая, убаюкивая, а не захватывая в плен.
– Я слишком голоден, чтобы довольствоваться крошками, – хрипло пробормотал он.
– Но я не… – с трудом выдохнула она.
– Знаю. Дело во мне. Я думал, что поцелую тебя лишь один раз, чтобы посмотреть, так ли это хорошо, как мне запомнилось… – Его глаза словно обвели контуры мягко очерченных губ. – Оказалось, все гораздо лучше. Настолько лучше, что я хочу еще и еще.
Чанс быстро нагнулся, завладев губами Рибы в бешеном, обжигающем поцелуе, заставившим ее прильнуть к нему, чтобы не упасть.
– И теперь пожелаю гораздо большего. Сорвать с тебя одежду и разорвать на клочки, такие мелкие, чтобы они никогда не смогли вновь прикрыть твое тело. Целовать тебя и чувствовать, как ты раскрываешься под моими губами, пока не начнешь задыхаться от безумной потребности в моих ласках. И только потом, когда твои волосы станут под моими пальцами шелковистой рекой, взять тебя.
Риба закрыла глаза, и задрожала от странной слабости, охватившей тело, от слов, зажегших в сердце буйное пламя. Она подняла на Чанса ошеломленные золотисто-карие глаза, неуверенная в себе и почти боясь его.
– Чанс…
Он снова нежно поцеловал ее, словно стараясь успокоить.
– Для тебя и Тима, пожалуй, на сегодня достаточно потрясений, – объявил он, кривовато улыбаясь.
Реальность мгновенно вернулась к Рибе. Господи, что это с ней? Стоит посреди кабинета и, не обращая внимания на распахнутую дверь, страстно целуется с человеком, которого едва знает. На скулах появились алые пятна.
– Дверь, – пробормотала Риба, пытаясь отступить от Чанса.
– Тим закрыл ее, – шепнул Чанс, снова сжимая ее в объятиях. – Удивительно тактичный молодой человек, этот твой Тим.
– Не мой, Джины.
– И это прекрасно, – кивнул Чанс, прикусывая ее нижнюю губу, так чувственно, что Риба, мгновенно ослабев, вновь пошатнулась. – Не хотел бы я тащить такого милого юношу в пустыню и там оставлять на съедение стервятникам.
Говоря это, Чанс улыбался, но глаза его отливали холодным блеском.
– Тим мне вроде брата, которого у меня никогда не было, – пояснила Риба, вцепившись в плечо Чанса, и страстно желая, чтобы он понял. – Только и всего.
И, слыша собственные слова, осеклась, терзаемая одновременно раздражением и смущением. Почему она обязана объяснять Чансу свои отношения с кем бы то ни было? Независимо от того, какие бы сильные чувства ни пробуждал он в ней, они почти не знакомы.
– Правда, – бесстрастно добавила она, – мне кажется, вряд ли вам есть дело до моих чувств к Тиму.
– Ты сама этому не веришь, правда ведь? – спокойно осведомился Чанс.
Риба долго смотрела на него, прежде чем покачать головой, отчего темно-золотые пряди вновь упали на лоб и щеки.
– Нет, не верю. Но будь я проклята, если понимаю, почему. Мы едва знаем друг друга, Чанс Уокер, но когда я с вами, то совершенно перестаю разбираться даже в собственных мыслях.
– Стоит мне лишь подумать, как ты уже высказалась, – протянул он. – Ну что ж, как по-твоему, не стоит ли нам получше узнать друг друга, играя в вопросы и ответы за ланчем? Что-то вроде детской игры в «Двадцать вопросов»?
Риба не могла не улыбнуться при мысли о возможности сыграть в детскую игру с таким человеком, как Чанс Уокер.
– Хорошо. Чур, я первая! – согласилась она, ловко собирая волосы в узел.
– Почему? – весело осведомился он.
– Вы гораздо выше и сильнее меня, поэтому пусть хоть в этом у меня будут преимущества.
Погладив ее щеку, Чанс испытующе взглянул в карие глаза с золотистыми искорками:
– Не бойся меня, chaton.
Чувствуя странную уязвимость за этими спокойными словами, Риба чуть повернула голову и поцеловала его жесткую ладонь.
– Я не боюсь твоей силы. Просто мне не по себе от твоих вопросов. – И, улыбнувшись в его ошеломленное лицо, добавила: – Неужели у тебя нет тайн, о которых ты предпочел бы не говорить?
Глаза вновь посветлели, рука опустилась, а взгляд стал непроницаемым. Он опять превратился в незнакомца, жестокого, уверенного в себе, неуязвимого.
– Ты имела в виду какие-то вполне определенные вопросы? – невозмутимо поинтересовался он. Темные усы не могли скрыть резких черт лица и проницательно-немигающего взгляда, которым он молча оценивал ее. Вызывающий, непобедимый, опасный Тигриный Бог, вырезанный из твердого неподдающегося камня.
– Нет, – пробормотала Риба.
В комнате несколько долгих минут царила мертвая тишина, пока наконец напряжение не покинуло Чанса. Его сжатое, словно стальная пружина, тело медленно расслабилось, и он снова коснулся ее щеки.
– Да, существуют вещи, о которых я предпочел бы умолчать.
– Именно те, которые и имеют хоть какое-то значение, не правда ли?
– У тебя есть жакет? – осведомился он вместо ответа. – На улице холодный ветер.
Риба уже хотела повторить вопрос, но вовремя вспомнила, что он сказал Тодду: «Еще раз попробуешь сделать такое, красавчик, и с тобой будет покончено!»
Нет, она не станет давить на него. С человеком, подобным Чансу, это не только опасно, но и ни к чему не приведет. С таким же успехом можно пытаться столкнуть с места гору.
Если он когда-нибудь будет доверять ей, сам все расскажет.
Да, если Чанс Уокер вообще способен кому-то доверять. Но ему придется это сделать, ведь без доверия ничего невозможно достичь, ни наслаждения, ни дружбы, ни, конечно, любви.
С чувством, близким к страху, Риба поняла, что жаждет изведать все это с Чансом, все и больше – то, для чего у нее не было названия, только осознание голода такого же безумного, как его поцелуи в тени, отбрасываемой дюной. Мысль об этом желании потрясла Рибу, шокировала и испугала.
– Кажется, я потеряла гребень, – небрежно бросила она, но рука, придерживающая узел волос, еле заметно дрожала.
Чанс улыбнулся и, сунув руку в карман тесно облегающих шерстяных слаксов, вытащил что-то и протянул ей. На ладони оказался простой гагатовый гребень, которым она сегодня сколола волосы.
– Этот? Или…
Он порылся в кармане жемчужно-серой замшевой рубашки.
– Этот?
В левой руке он держал еще один гребень из полированной слоновой кости, оставленный Рибой в Долине Смерти. Она взглянула на него, вспоминая ночь и дюны, где она почувствовала себя в достаточной безопасности, чтобы смять все, возведенные самой же барьеры, которыми думала отгородиться от мира, и плакать в его объятиях, пока не ослабела до того, что не могла стоять. Потом его поцелуй… и все окружающее исчезло, когда они прижимались друг к другу и открывали заоблачные высоты страсти, которых, как считали, вообще не существовало на свете.
– Гагат, я думаю, – решил Чанс, видя, что Риба молчит, и, вставив гребень в блестящую массу волос, свернутых узлом, легко провел ладонью по ее голове.
– Просто позор скрывать такую красоту. Правда, есть и преимущества.
Зубы чуть прикусили мочку маленького уха.
Риба закрыла глаза, дрожа от властно заполонивших ее ощущений; горло сдавило, в груди с каждой минутой все сильнее разгоралось пламя. Когда язык пробрался в раковину уха, Риба издала невнятный звук и ухватилась за его плечи, пытаясь сохранить равновесие в этом бешено вращающемся мире. Она ощутила дрожь, пронизавшую Чанса, жар и напряженность тела, прижимавшегося к ней.
Чанс, тихо выругавшись, отстранился.
– Ланч, – хрипло пробормотал он.
– Если, конечно, в меню нет тебя… Почему я испытываю такое странное чувство, будто меня преследует тигр? – спросила Риба со смехом, хотя вовсе не намеревалась шутить.
Чанс хмыкнул и, чуть наклонившись, коснулся губами ее виска.
– Здесь нет поблизости ресторанов, в которых подают свежих мэнских омаров?
– Ну и ловок же ты менять темы, верно?
Чанс весело улыбнулся.
– Если ты не любишь омаров…
– Обожаю мэнских омаров, – прервала его она.
– Я тоже, только вот уже семь лет их не пробовал. – И увидев каким любопытством загорелись глаза Рибы, расхохотался. – Из тебя вышла бы превосходная кошка, – отсмеявшись, пробормотал он, – такая рыжевато-коричневая, гибкая, грациозная и на редкость любопытная.
– Когда-нибудь лесть тебе дорого обойдется.
– И что же я получу?
Риба улыбнулась совсем по-кошачьи и, не отвечая, вышла из кабинета.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Дерзкий любовник - Лоуэлл Элизабет

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11

Ваши комментарии
к роману Дерзкий любовник - Лоуэлл Элизабет



сильные люди и красивые отношения романтика и нежность и любовь - все просто идеально! Отлично !!!!
Дерзкий любовник - Лоуэлл Элизабетстарушенция
5.08.2012, 23.42





Роман хороший. И сюжет и герои интересные, и накол страстей имеется и не затянуто .....но мне было скучновато, видимо, это просто не мой автор.
Дерзкий любовник - Лоуэлл ЭлизабетНастя
8.03.2014, 18.19





Средненько, половину романа выбирались из шахты, потом решили пожениться, дальше ссора из-за непонятной причины помирились и конец. Никакой интриги и никакого накала страстей, короче никак. Из всего чтотя читала у этого автора понравилось только Вспомни лето
Дерзкий любовник - Лоуэлл ЭлизабетЕ
26.05.2015, 18.36








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100