Читать онлайн Сколько стоит любовь?, автора - Лоуренс Стефани, Раздел - Глава 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сколько стоит любовь? - Лоуренс Стефани бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.17 (Голосов: 36)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сколько стоит любовь? - Лоуренс Стефани - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сколько стоит любовь? - Лоуренс Стефани - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лоуренс Стефани

Сколько стоит любовь?

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 19

Он целовал ее, пока она не задохнулась, пока его запах, его вкус не ошеломили и соблазнили ее так, что она была вынуждена льнуть к нему, боясь упасть. Слияние их губ, сплетение языков было жадным, голодным и восхитительным. Каждая частица ее измученного существа словно впивала живительную влагу.
Она успела опомниться, только когда его губы скользнули по ее щеке. Вцепившись пальцами в жесткие мышцы его плеч, противясь желанию зарыться руками в его волосы и прижаться всем телом, она закрыла глаза и прошептала:
– Отпусти меня.
– Нет, – пробормотал он, стискивая ее еще сильнее. Каждый нерв ее тела был натянут, голова шла кругом, но…
– Почему?
Ее самый настойчивый вопрос. Она открыла глаза и увидела, что он изучает ее и одновременно ищет слова, которыми можно было бы выразить правду.
Но тут его губы отвердели.
– Потому что ты моя.
Фраза могла бы показаться мелодраматичной, но это была констатация факта. Твердое, безоговорочное решение.
Он снова завладел ее губами, она не могла ему отказать. Несмотря на все ее отказы, на недоверие, их потребности и желания совпадали и сливались в единое целое.
Одно стремление, один голод, одно ошеломляющее желание познать буйную и неукротимую, парящую, жадную, свирепую, всепоглощающую страсть, которой они могли достигнуть только вместе.
Недаром ее отец заметил, что Диллон обладает преимуществом, которого не имел ни один из поклонников Прис: он ее понимал. Не полностью и не совсем, но во многих отношениях думал и чувствовал, как она.
Хотел ее с тем же огнем и страстью, которые опаляли ее буйную неукротимую душу.
Хотя он ощущал, как растет в ней страсть, все же не мог не заметить ее смущения, неуверенности, потребности понять, что происходит. Ее стараний выстоять против неотвратимого прилива, настороженности, которая останется до тех пор, пока не станет ясно, куда он клонит, пока она не узнает, что будет означать полная капитуляция перед ним. Пока не поймет, где находится та дорога, по которой он намерен ее вести.
Он мог одним махом смести ее сопротивление, но слишком хорошо знал, что, если откроет свои цели, это лишь приведет к дальнейшим спорам и сопротивлению. Если он хочет завоевать ее, необходимо открыть правду. Высказать свои намерения в простых, честных выражениях, которые невозможно будет истолковать в ином смысле.
Но это Прис. Как и он, она не верит словам. Деяния говорили громче и откровеннее.
Они оба разгорячились. Он провел ладонями по ее спине, прикрытой тонким шелком.
И ощутил ответный трепет, когда она приникла к нему, вцепившись в лацкан фрака, словно боролась с желанием поторопить его. Старалась сохранить здравый рассудок, даже когда прильнула еще ближе, животом и бедрами.
Его пальцы нашли что искали: шнуровку лифа.
Подняв голову, прерывисто вздохнув, он повернул ее спиной, прижал к себе. И почти грубо сжал груди, слыша ее стон.
Прис, зажмурившись, пыталась побороть нервный озноб. Но ей не было холодно. Сейчас одежда только мешала.
Он продолжал мять ее груди, уверенно, неспешно, точно зная, как действуют на нее его ласки, лишают разума, ослабляют волю…
И прежде чем она собралась с духом и попробовала вырваться, одна рука оставила ее уже ноющую грудь. Отодвинувшись, он ловко расшнуровал лиф платья.
Почему он здесь? Почему делает это? Чего намеревается добиться?
Но налитое жаром тело уже повиновалось ему.
Краем сознания она понимала, что должна сказать что-то, сделать что-то, прежде чем…
Лиф распался на половинки: крохотные рукавчики-фонарики не удерживали его в нужном положении. Диллон снова привлек ее к себе, проник под обвисший шелк, стянул вниз сборчатый верх сорочки и высвободил сначала одну грудь, потом вторую.
Прис мигом обмякла, словно силы покинули ее. И бессильно прислонилась к нему.. Вцепилась в бедра, вспоминая наслаждение, которое он ей дарил.
Диллон продолжал ласкать ее, пока набухшие груди не заныли, чувствительные к каждому обольстительному касанию.
Его пальцы обвели тугие соски, сомкнулись, сжали…
Прис охнула, когда он лизнул мочку ее уха.
– Открой глаза. Зеркало… смотри!
Она с усилием подняла веки, уставилась на противоположную стену и увидела то, что видел он. Смуглый мужчина в черном, пленивший стройную сирену в голубом шелке. Лиф платья спустился до талии, обнажив сливочно-белые холмики, которыми завладели загорелые руки, словно он имел на это право… но это не все, что чувствовала она в его прикосновении. Не все, что она увидела, когда вскинула голову и всмотрелась в свое лицо.
Мягкий свет дробился на их фигурах, золотистое пламя бросало причудливые отблески на поразительно красивую пару. В этом неярком освещении она увидела и почувствовала нечто такое, от чего перехватило дыхание.
Пусть она, сирена, в плену и беспомощна, пусть ее тело принадлежит ему, но…
Она зачарованно наблюдала, как он ласкает ее. Ласкает благоговейно, нежно, словно поклоняется ей, открыто и без стыда.
Каждое касание кончиками пальцев к тугой коже выглядело молитвой, заповедью. И эти ласки были не просто физическими, а чем-то гораздо более эфемерным, словно он высоко ценил бушующие в ней желания, ту буйную страсть, которой она стремилась дать волю…
Ее взгляд упал на его руки, скользнул по лицу… Он и вправду боготворит ее!
Безумные желания запульсировали в крови.
Ни одна женщина, кроме нее, не отвечала с таким пылом на его прикосновения. Ни один мужчина не понимал ее так, не делил с ней этот пыл столь полно, как этот человек.
Вот что она прочла в его лице.
Вот что почувствовала, когда узда, в которой она держала волю, выскользнула из рук.
Прис прерывисто вздохнула, попыталась избавиться от мягкого, но настойчивого обольщения и облизнула сухие губы.
– Я не…
– Не хочешь всего этого?
Его пальцы снова нашли ее соски и сжали; она зажмурилась и едва не замурлыкала от удовольствия.
– Не лги. Хочешь, – пробормотал он, и его голос отозвался в ушах мрачным рокотом. И само прикосновение изменилось, став откровенно властным. – Как насчет этого?
Внезапное надавливание – взорвавшееся наслаждение – тихий стон Прис.
– Знаешь, я обожаю, как ты отзываешься на прикосновения, поглаживания, ласки, – шептал он, наглядно демонстрируя каждое слово, и ее лишенные разума чувства таяли, доказывая его правоту. – Да, именно это.
Его дыхание тоже казалось лаской.
Он слегка подвинулся и, окутывая ее своей силой, опустил руку вниз.
– Но есть нечто куда более ценное…
Послышался шелест шелка. Прохладный воздух коснулся ее ног, когда он приподнял подол. Не поспешно, не сминая юбку, не сгибая Прис грубым натиском, а осторожно отводя в сторону тонкий шелк.
Открыв глаза, она зачарованно наблюдала, как он отпускает другую грудь, вешает на сгиб руки ее юбки и снова сжимает грудь. Как скользит по телу другая рука. К развилке бедер. Как гладит темный треугольник, прежде чем раздвинуть влажные складки и ласкать, ласкать…
– И это тоже…
Он вошел в ее лоно пальцами.
Прис задрожала, чувствуя, как прижимаются губы к ее виску.
– Раньше я не говорил тебе… но больше всего люблю те мгновения, когда ты лежишь в моих объятиях и отзываешься на любое движение.
Он продолжал ласкать ее между бедрами; пальцы сильнее сжали грудь. Голос стал хриплым, увлекая ее в чувственный омут.
– Это…
И ее тело отозвалось.
– И это…
Она затрепетала.
Открытие потрясло ее. И все это время она не отрывала глаз от зеркала, в котором видела себя его глазами. Сгорала от желания, которое чувствовала раньше, но поняла до конца только теперь. Только теперь осознала, что с ней происходит.
Он прав: она хотела его. И всегда будет хотеть.
Его руки продолжали ласкать, голос манил, но в ней уже пылала страсть, взлетевшая до необозримых высот.
Она не сумеет противиться искушению принять его еще раз и снова ощутить ту связь… Снова познать то, что так манило ее.
Если она поймет природу этой связи, поймет, что именно лает ей такую власть, значит, будет знать, что делать и как с этим справиться. Как это победить.
Именно это она так жаждала узнать.
Ее тело напряглось. В ожидании… Но она хотела ощутить его в себе. Нуждалась в их физическом единении, чтобы обнаружить нечто эфемерное.
Словно разгадав ее мысли, он стал ласкать ее еще медленнее.
Не открывая глаз, Прис остро ощутила его колебания, прежде чем он спросил голосом, дрожащим от желания:
– Ты хочешь, чтобы я вошел в тебя.
Она распахнула глаза. Встретила в зеркале его взгляд.
– Да. – И, немного помедлив, дерзко спросила: – Как?
Он показал ей. Без слов. Подхватил и понес к большому мягкому креслу с высоким сиденьем.
– Встань на колени. Прямо на сиденье. Только постарайся не измять юбку.
Она с трудом понимала смысл его слов, уже захваченная порывом страсти. И когда он отпустил ее, она подняла юбки, взобралась на сиденье и прикрыла голубым шелком колени.
– Подайся вперед и держись за спинку, – скомандовал он, обняв ее за талию. Когда ее пальцы сомкнулись на резном деревянном крае, он разжал руки и приподнял подол сзади.
Они расположились под углом к зеркалу. Повернув голову, она наблюдала, как он задрал ее юбки до пояса и принялся гладить голую попку, прежде чем порывисто потянуться к пуговицам на ширинке.
Еще секунда – и его освобожденная плоть вырвалась на волю.
Она задохнулась, широко раскрытыми глазами наблюдая, как его жезл медленно скрывается между ее бедрами… Ощутила, как он раскрывает ее скользкую, пульсирующую плоть. Почувствовала, как он наполняет ее… и одним мощным толчком врывается в ее лоно.
Девушка тихо застонала. Едва сдерживаемая страсть ревела ураганом, когда она вобрала его в себя и стиснула потаенными мышцами.
Какое-то мгновение он не двигался, прижавшись бедрами к ее голым ягодицам. Его лицо тоже было искажено страстью, безумным желанием и чем-то еще… более мощным, более первобытным.
Более важным.
Она не отрываясь смотрела на него, упиваясь зрелищем, пытаясь понять, что владеет им.
Потом он прерывисто вздохнул, вышел из нее, вернулся… задрожал… открыл глаза…
И она беззастенчиво отдалась ему.
* * *
Наутро Прис пробудилась поздно и лениво потянулась под одеялом, купаясь в блаженстве, захлестывавшем ее при воспоминании о прошлой ночи. О, как она тосковала по ощущению великолепной цельности…
Он держал ее в объятиях, любил, нежно прижимал к себе, пока она не опомнилась настолько, чтобы встать, после чего поправил лиф, разгладил ее юбки и проводил в бальный зал.
Похоже, никто их не хватился. Она понятия не имела, сколько времени прошло, но ни одна светская львица не проводила их нарочито удивленным взглядом. Она не совсем понимала, что это означает. Ей уже исполнилось двадцать четыре года, а к этому возрасту, по мнению общества, уже давно пора было стать женой и матерью.
А в свете подобные интимные встречи были частью ритуала, зачастую ведущего к алтарю.
Прис, нахмурившись, провела пальцем по одеялу. Это нужно иметь в виду: избегать Диллона ей не удастся.
Они расстались в холле дома леди Трентон, и Прис нашла в себе силы не проронить ни слова предупреждения или упрека, и то и другое было бы одинаково лицемерным.
Однако он ни разу не упомянул о свадьбе.
Что же он теперь задумал?
И он пообещал увидеться с ней сегодня.
Прис, презрительно фыркнув, откинула одеяло, поднялась, наскоро умылась, оделась и взглянула на часы. Одиннадцать.
Она тихо ахнула. И снова уставилась на часы. Неужели?!
Прис посмотрела в окно, прислушалась к посторонним звукам.
Черт возьми! Она проспала!
А ей еще многое нужно сделать. Пока она не поймет, что у него на уме, лучше держаться от него подальше или по крайней мере избегать ситуаций, при которых они могут остаться наедине. Несмотря на силы, объединившиеся против нее, она человек самостоятельный и намерена сама управлять собственной жизнью. Она вовсе не собирается выходить замуж за человека, который ее не любит. Несмотря на все правила, обществу просто придется смириться.
Настроившись на битву, она спустилась вниз. Тишина в доме удивила ее. Заглянув в столовую, она увидела сидевшего за столом Диллона и застыла на месте. Что теперь делать? Она не ожидала никаких оказий до завтрака.
Перед Диллоном стояла чашка с кофе. Опустив газету, которую до этой минуты изучал, он улыбнулся.
– Доброе утро, – приветствовал он, оглядывая утреннее платье цвета свежей мяты. – Надеюсь, ты хорошо спала?
Его улыбка стала еще шире.
Она терпеливо выждала, пока он не взглянет ей в лицо, после чего спокойно заметила:
– Очень, благодарю тебя. Что ты здесь делаешь?
– Жду тебя, – пожал плечами Диллон и показал на буфет. И хотя она с трудом отвела глаза, все же пришлось шагнуть в указанном направлении.
– Где остальные?
– Четверть часа назад уехали в экипаже Флик. У меня здесь коляска: мы встретимся с ними в парке, – объяснил он, снова поднимая газету.
Ветчина чудесно пахла: она положила себе два кусочка, вернулась к столу и села напротив Диллона. Появился дворецкий с чайником и теплыми тостами. Прис поблагодарила его и принялась за еду.
Она по опыту знала, что мужчины редко болтают за завтраком. Вполне довольная молчанием Диллона, она энергично жевала. И как только поднесла к губам салфетку, он сложил газету и бросил на стол.
– Пойду посмотрю лошадей. Когда будешь готова, выходи.
Она наклонила голову в знак согласия и поднялась. Как странно идти с ним рядом, зная, что время прощаться еще не наступило…
Добравшись до спальни, она поняла, что тут «странного». Они уже вели себя как муж и жена.
Покачав головой, она принялась надевать шляпку и накидку.
И все еще хмурилась, когда спустилась по лестнице, готовая в штыки встретить любой непрошеный, чересчур собственнический жест с его стороны. Но жестоко ошиблась. Пока коляска катила по улицам Мейфэра, Диллон вел себя крайне сдержанно, и ни один ревнитель этикета не смог бы упрекнуть его в развязности. Сейчас он обращался с ней, как подобает джентльмену в обществе незамужней леди его класса.
Она все еще гадала, что у него на уме и какие беспардонные действия он предпримет, чтобы сломить ее, когда вороные свернули к воротам в парк. Экипаж проехал по обсаженной деревьями аллее, впереди показалась улица, усеянная экипажами, Диллон натянул поводья.
В коляску была запряжена та же прекрасная пара вороных, которыми она восхищалась в Ньюмаркете. Диллон придержал их, пустив медленной рысцой, и они стали пробираться между каретами и колясками, теснившимися на главной аллее парка.
– Карета Флик темно-синяя. Попробуй ее отыскать.
Прис огляделась, то и дело отвечая на кивки и улыбки знакомых. Похоже, они привлекали немало внимания, причем не только она или он, но и их лошади.
Она оглядела его пальто с ярусами пелерин, накинутое на черный сюртук из тонкого сукна, под которым виднелись жилет в черную и золотую полоску, тесные лосины, вправленные в высокие сапоги. Нужно признать, вместе они представляют собой весьма живописное зрелище.
– Что тебя так забавляет?
Его вопрос вернул ее к действительности. Она осознала, что улыбается.
– Просто…
Он порывисто вскинул голову: она встретилась с ним взглядом, мысленно пожала плечами.
– Просто представила, как мы выглядим со стороны. – И, кивком показав на леди в экипажах, добавила: – Мы производим настоящий фурор.
Диллон молча наклонил голову, хотя его так и подмывало засмеяться. Но пока он не собирался ничего ей объяснять.
А может, и вообще. Если он действительно хочет достичь цели, лучше, чтобы некоторые вещи навсегда оказались скрытыми от нее.
Диллон заметил, как впереди мелькнуло что-то синее.
– Они вон там, слева.
Рядом с экипажем Флик оказалось достаточно места, чтобы уместилась его коляска. Он позаимствовал одного из лондонских конюхов Деймона и произвел его в ливрейные грумы. Поручив ему вороных, он обошел коляску и поставил Прис на землю.
Юджиния и Флик сидели в карете. Рас помогал Аделаиде спуститься.
Едва Прис поздоровалась с Юджинией и Фликом, Аделаида, кипевшая радостным возбуждением, объявила:
– Мы собирались прогуляться по газонам. Прис невольно улыбнулась:
– Да, разумеется. Мы можем к вам присоединиться?
Оглянувшись на карету, она заметила одобрительный кивок Юджинии, обернулась и увидела протянутую руку Диллона. Слегка поколебавшись, она смирилась. В конце концов, это всего лишь прогулка в парке.
Прогулка, которой она откровенно наслаждалась. На душе было спокойно. Рядом брат с Аделаидой: нет необходимости постоянно держаться настороже из опасения сделать ложный шаг. Им постоянно встречались другие пары, они обменивались замечаниями о погоде, о предстоящих развлечениях, после чего прощались и расходились.
Следуя за Расом и Аделаидой по усыпанной гравием тропинке, ведущей к берегам Серпентайна, она уже хотела упомянуть, что вчера вечером ей всячески приходилось отбиваться от джентльменов как достаточно приемлемых, так и нету но осторожность и подозрительность сковали уста.
Она украдкой посмотрела на Диллона. Несмотря на то что под налетом цивилизованности скрывались темные силы, внешне он ничем не проявлял своих претензий на нее. Никаких признаков того, что он, возможно, отпугнул всех ее поклонников, словно был ее хозяином.
Диллон почувствовал ее взгляд, повернул голову и вскинул черную бровь.
Она посмотрела туда, где под ветерком рябила серая вода озера.
– Я просто подумала, как приятно погулять на свежем воздухе. Я давно не бывала в парках. Вчера вокруг было столько народа, что я едва успела отойти на десять ярдов от экипажа.
Диллон спокойно усмехнулся:
– Иногда стоит появиться на балу, и происходит нечто необычное. Как только люди узнают, кто ты…
Прис склонила голову набок, словно обдумывая его слова.
Он всмотрелся в нее, после чего молча отвернулся. Нет никакого смысла объяснять, как светские леди и любопытные джентльмены истолкуют их поездку в парк и последующую прогулку по газонам. Лучше он промолчит, тем более что в ее взгляде по-прежнему таится подозрительность.
После стандартного получаса, принятого для прогулок, он окликнул Раса с Аделаидой, и все четверо направились к экипажу. Флик приветливо улыбнулась, радуясь его мудрому поведению. Оставалось лишь молиться, чтобы она не направила внезапно возникшие подозрения Прис во вполне определенное русло.
– К Селии?
Он делал все возможное, чтобы отвлечь Флик, пока Рас подсаживал Аделаиду в карету. При этом он не отпускал руку Прис.
– Совершенно верно, – кивнула Флик, глядя на Юджинию, лучезарно улыбавшуюся племяннице. – Леди Селия настаивала! И очень просила привести тебя.
Диллон охотно поверил такой настойчивости.
– Поезжайте. Мы с Прис последуем за вами в моей коляске.
– Лучше наоборот, – возразила Флик. – Твои вороные не потерпят, когда придется тащиться за нами.
– Леди Присцилла, может, вы предпочитаете пересесть в карету?
Она смерила его оценивающим взглядом, после чего повернулась и осмотрела вороных.
– Лошади Флик неплохие, но если у меня есть выбор, предпочитаю ваших.
Они отошли от остальных. Он повел ее к коляске и помог сесть. Она вдруг спросила:
– Можно, я буду править?
Диллон схватил поводья.
– Только через мой труп.
– Откуда тебе знать? Я прекрасно справлюсь.
– В самом деле?
Пока колеса грохотали по лондонским улицам, Прис безуспешно пыталась убедить Диллона передать ей поводья вороных. И когда он остановил экипаж перед домом Селии Кинстер, настроение у нее было, мягко говоря, неважным. Правда, она тут же отвлеклась при виде избранного общества. Диллон встревожился, опасаясь, что какая-нибудь дама из клана Кинстеров или из их ближайших подружек не выдержит и проговорится Прис о его стратегии. Но хотя леди быстро разгадали, в чем дело, и немилосердно издевались над ним, а Хелена, Горация и Онория были опасно близки к тому, чтобы сделать весьма прозрачный намек в присутствии Прис, все пощадили его – до поры до времени.
Такое великодушие было вполне объяснимо. Они ожидали от него решительных действий. И полного успеха.
– Честно говоря, – проворчал он в ответ на расспросы Флик о том, как подвигаются дела, – лучше бы я отчитывался перед комитетом «Жокей-клуба» о расследовании очередной аферы с подменой, о существовании которой не подозревал, чем стоять перед лицом инквизиции.
– Но ведь ты не потерпишь неудачи, верно? – усмехнулась Флик.
– Нет. Просто не стоит давить на меня с таким энтузиазмом.
Флик ободряюще погладила его по руке.
– Джентльмены вроде тебя лучше реагируют на искусное давление, – бросила она и уплыла прочь, прежде чем ошеломленный Диллон нашелся что ответить.
– Искусное? – проворчал он неожиданно появившемуся Вейну, деверю Флик. – Они так же искусны, как Эдуард I, Бич Шотландии.
– Нам всем пришлось выносить то же самое, – ухмыльнулся Вейн. – Как видишь, все живы. Ты тоже справишься.
– Очень на это надеюсь, – пробормотал Диллон и представил Вейну подошедшую Прис. Вейн поклонился, бросил на Диллона понимающий взгляд, словно осознав причину неуверенности друга. Никто из тех, кто ранее поднимал перчатку, брошенную будущей леди Кинстер, не имел дело с женщиной, подобной Прис.
– Я хотел поздравить вас… – Вейн обвел взглядом Диллона, Прис и Раса, – с успешным завершением дела о мошенничестве. Понимаю, что риск был огромным, по крайней мере Деймон так считает, но, судя по всему, результаты просто экстраординарны.
– А что вы слышали? – полюбопытствовала Прис. Вейн улыбнулся. Наблюдая за ними, Диллон отметил, что легендарное обаяние Кинстеров не произвело на Прис видимого эффекта: она просто ждала ответа. Вейн мельком взглянул на Диллона, так мимолетно, что Прис вряд ли заметила легкий кивок.
Выбирая слова с особой тщательностью, он пояснил:
– В клубах царит атмосфера всеобщего восторга. В более скромных местах, тех, что ниже рангом, старшее поколение мудро кивает, обменивается комментариями и советует младшим держаться подальше от тех, кто способен втянуть их в подобные аферы. Те же, кто пребывает в самом низу, скоры на язык и уничтожающие реплики. Там прежде всего ищут виноватого.
– Но пока так и не нашли? – осведомился Диллон.
– Об этом мне ничего не известно, хотя на розыски негодяя отправлено целое войско. Но есть человек, который может пролить свет на эту тайну.
Вейн кивком показал на другой конец комнаты.
Обернувшись, Прис увидела еще одного высокого, элегантного и явно опасного джентльмена. Должно быть, все Кинстеры делались по одной отливке. С первого взгляда становилось понятно, что Диллон – неотъемлемая часть их круга. Та же самая элегантность, вальяжность в состоянии покоя, как у сытого кота… и все это способно молниеносно измениться, превратившись в безжалостную ярость хищника, которую не скроет маска светского джентльмена. Та же самая сила, не физическая, хотя присутствовало и это, а сила духа, сила воли и стальная решимость.
Оглянувшись на вновь прибывшего, она увидела в нем те же качества. Когда он отошел от матери и направился к ним, в мозгу всплыл образ, знакомый по историческим романам. Рыцарь в латах с поднятым мечом. Не агрессор, но защитник.
– Леди Присцилла? – Гость склонился над ее рукой. – Габриэль Кинстер. – Кивнув Диллону и Вейну, он поспешно заметил: – У меня новости: не совсем то, на что я надеялся, но все же.
– Я как раз рассказывал леди Присцилле и Диллону, что преступный мир вне себя от злости.
Габриэль перевел взгляд сначала на Вейна, потом на Диллона.
– Понятно, – чуть поколебавшись, пробормотал он. – Мой отчет вполне совпадает с твоим.
Прис слушала Габриэля, который описывал, как его приятели в мире финансов подтвердили, что многие короли преступного мира понесли огромные потери из-за провала аферы на скачках.
– Босуэлл ушел на дно и вряд ли покажется в ближайшее время, трое остальных готовы последовать его примеру. И хотя открыто никто не ликует, многие, включая новые силы полиции, безмерно довольны вашим успехом.
Но при этом ни Габриэль, ни Вейн, ни Диллон вовсе не пребывали на седьмом небе. Наоборот, выглядели чересчур мрачными.
– Те, кто стоял за мошенничеством, увлекли на дно многих лондонских преступников. Кто-то выживет, многие погибнут. Но все жаждут мести, – констатировал Габриэль. – От Адэра есть вести?
– Пока нет. Он уехал из Лондона и разыскивает следы мистера Гилберта Мартина предположительно из Коннот-Плейс.
– Будем надеяться, что он и полиция доберутся до мистера Мартина первыми. Ради него же самого, – усмехнулся Вейн.
Все это время Прис молчала, посчитав за лучшее не пробуждать их защитные инстинкты. Она ожидала, что они будут таиться от нее, но успела заметить, как Диллон сделал Вейну знак, что при ней можно говорить свободно.
Она по достоинству оценила то обстоятельство, что он не обращается с ней как с ребенком, которого необходимо оберегать, лелеять, гладить по головке и отсылать играть с куклами. Она вполне понимала, что в афере участвовали люди опасные, но если бы не объяснения Габриэля, не осознала бы в полной мере, насколько они опасны.
Вейн еле слышно предупредил:
– Вот что, Диллон, охотясь за информацией, я слишком часто слышал твое имя. Пока не многие знают, что именно благодаря тебе мошенники потерпели крах, все, охотно или неохотно, невзирая на занимаемое в обществе положение, признают, что твой план был поистине блестящим. Именно та реакция, какой злодеи меньше всего ожидают от властей.
– Как только управляющим открыли правду, – поморщился Диллон, – оказалось невозможным вновь закрыть кастрюлю крышкой.
– Как бы там ни было, – заметил Габриэль, – советую держаться начеку.
– Знаю, – кивнул Диллон.
Прис не совсем поняла смысл этого разговора, но Вейн тоже кивнул и с очаровательной улыбкой отошел к другой группе гостей.
– Наверное, стоит перекинуться словом с молодым Деллоуэем, – пробормотал Габриэль, – хотя, насколько мне известно, его участие прошло незамеченным.
– И тем не менее, – возразил Диллон, – пойдем. Я тебя представлю.
Он подхватил Прис под руку, и все трое направились к Расу. Еще несколько минут, и они оставили Раса и Габриэля обсуждать лошадей и его будущее в качестве помощника тренера Деймона Кинстера.
Не успели они сделать несколько шагов, как их перехватили любопытствующие дамы. Пришлось пробиваться вперед хитростью, рассыпая чарующие улыбки. Когда они наконец вырвались на свободу, Прис предложила пройтись перед длинным рядом окон, выходящих в сад.
Очень немногие дамы в этой комнате интересовались сельским хозяйством.
Прис остановилась и залюбовалась ухоженным газоном.
– Мистер Кинстер намекал, что существует определенная угроза…
– Ничего определенного, – запротестовал Диллон. – Скорее, потенциальная. Теперь, когда стало известно, что именно я устроил крушение всех замыслов Мартина, вполне вероятно, преступники, понесшие самые значительные потери, захотят отомстить. А в отсутствие Мартина или даже после расправы с ним всегда есть шанс, что они попытаются нанести удар.
– Тебе? – ахнула она, чувствуя, как мертвенный холод сковывает сердце. – Но это чудовищно! Они ужасно рисковали, и проигрыш – это их беда. Им следовало бы…
Диллон с сожалением улыбнулся:
– Быть настолько благородными, чтобы смириться с неудачей?
Когда-то и он был настолько наивен, что считал точно так же.
Но ему были приятны ее опасения. Значит, он ей небезразличен.
– К несчастью, это не так, – вздохнул он, целуя ее руку, – но не стоит волноваться.
Он снова припал поцелуем к ее пальцам и, выпрямившись, заметил, как пристально она уставилась на его губы.
– У тебя и без того много забот.
Она вздрогнула, подняла голову, прищурилась, но он невозмутимо улыбнулся и повел ее в глубь комнаты. И стал развлекать веселой беседой, пока она не забыла о предупреждении Габриэля.
Он не нуждался ни в каких предупреждениях, поскольку понимал, что ему грозит. В ближайшем будущем он намеревался проводить как можно больше времени, а лучше всего дни и ночи, рядом с Прис, чтобы отвести любой удар, направленный на нее. А именно это и имел в виду Габриэль.
Угрозы своему существованию он бесшабашно отметал, но вот вероятность того, что ему попытаются отомстить, причинив зло Прис, была вполне реальной.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сколько стоит любовь? - Лоуренс Стефани



Это 13-я книга с 15-ти из серии "Кинстеры".И, к счастью, все пронизаны и полны переживаемыми чувствами,ощущениями, тревогами.Но главное одно - взаимная любовь и поддержка семейного клана.Всегда!А это замечательно!И книги эти для душевного отдыха.Читайте!
Сколько стоит любовь? - Лоуренс СтефаниТальяна
14.07.2013, 19.24





книга понравилась, прочитала с удовольствием. 10 балов.
Сколько стоит любовь? - Лоуренс Стефанитату
30.03.2016, 9.14








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100