Читать онлайн Сколько стоит любовь?, автора - Лоуренс Стефани, Раздел - Глава 15 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сколько стоит любовь? - Лоуренс Стефани бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.17 (Голосов: 36)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сколько стоит любовь? - Лоуренс Стефани - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сколько стоит любовь? - Лоуренс Стефани - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лоуренс Стефани

Сколько стоит любовь?

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 15

В следующие несколько дней детали плана рассматривались и оттачивались до совершенства. Но, поскольку Рас жил в Кэрисбрук-Хаус, Диллон прекратил ночные визиты в летний домик: он слишком уважал дружбу между близнецами, чтобы подвергать ее риску.
Он не знал, как Рас отнесется к его связи с Прис, – пока все трое участвовали в тайном и опасном предприятии, у него просто не было времени это выяснить. Однако Диллон поклялся себе при первой же возможности объявить брату Прис о своих благородных намерениях. Всякое недоразумение в этой области может привести к самым тяжким последствиям.
Общество вполне одобряло приезды Прис и Аделаиды в Хиллгейт-Энд и не находило ничего особенного в частых ответных визитах Диллона.
Барнаби вернулся из Лондона полный энтузиазма и передал приветы от всех знакомых, включая инспектора Стоукса.
Оказалось, что все в восторге от идеи Диллона и считают, что столь замечательной возможности разрушить замыслы негодяев может больше не представиться.
Прис и Патрик упорно настаивали на том, чтобы сопровождать Раса в уединенный коттедж. Поэтому все трое выезжали туда в те часы, когда, как полагали, Харкнесс и Кром заняты тренировками на Пустоши. Как и предсказывал Деймон, Флик в мужском костюме как-то утром посетила Раса. Ее, разумеется, сопровождал Деймон. Флик немедленно перехватила бразды правления и долго тренировала Фурию, показывая Расу различные приемы, о которых тот понятия не имел.
Позже при встрече с Диллоном Деймон ворчал, что Рас только что не пресмыкался у изящных ножек его жены.
Все они были преданы телом и душой своему плану, а некоторые были готовы рискнуть репутацией. И когда Флик откровенно заявила, что в жизни не видела столь резвой двухлетки, как Фурия, присутствующие облегченно вздохнули. Невысказанный страх, что Фурия проиграет забег, значительно уменьшился, хотя Рас с самого начала непоколебимо верил в нее.
Окончательно договорившись обо всех деталях подмены, Диллон несколько часов муштровал конюхов и грумов Хиллгейт-Энд. Все согласились, что из них выйдет неплохое войско, тем более что в городе их хорошо знали. Никто не обратит внимания на их присутствие на ипподроме в утро скачек, хотя в отличие от парней Деймона там у них не было никаких обязанностей.
Кроме того, все они были неизменно верны Кэкстону.
Диллон объяснил грумам, что от них требуется, они приняли это как должное. Видно, по их мнению, хозяин ни на шаг не сошел с пути, указанного ангелами.
Он был благодарен за их безоговорочную поддержку. Их слепая вера придавала ему еще больше решимости сделать все, чтобы к полудню второго октября афера потерпела крах.
Он долго обсуждал с отцом, стоит ли рассказать обо всем трем распорядителям «Жокей-клуба». Несмотря на риск, они решили промолчать: невозможно рассчитывать на то, что кто-то из троицы не откроет рта перед скачками.
Первый день октября выдался ясным и солнечным. Сегодняшние скачки представляли поразительное зрелище. На ипподроме царила праздничная атмосфера.
Диллон, его отец, Флик и Деймон почти весь день провели на ипподроме. Ничего не поделаешь: их отсутствие было бы слишком заметным.
В этот день Прис, Расу и Патрику было строго запрещено появляться даже в окрестностях Ньюмаркета: в городе слишком много приезжих из Лондона и Ирландии. Патрику было поручено следить, чтобы неукротимая парочка не выкинула какой-нибудь глупости.
Весь понедельник участников заговора снедало нетерпение. Они торопили наступление следующего дня, когда должны были состояться скачки двухлеток. Утренние скачки включали пять забегов, так что ожидались огромные ставки, тем более что в Ньюмаркет, на родину спорта королей, прибыло из Лондона немало знатных леди и джентльменов.
Наконец солнце село и на Ньюмаркет опустилась ночь, однако в ярко освещенном городе продолжались развлечения и вечеринки. Но за границами города, в полях и Пустоши воцарилась тишина.
Час перед рассветом был самым темным и холодным. В утро этого вторника лошади Кинстера покинули теплые стойла в четыре утра. Под присмотром Флик и Деймона они медленно брели во временные стойла рядом с ипподромом. Привыкшие к ранним побудкам, лошади спокойно шли в поводу у конюхов. Когда кавалькада из шести лошадей и их сопровождающих поравнялась с Хиллгейт-Энд, к ней присоединилась еще пара лошадей.
Поджав губы, Деймон кивнул на тоненькую фигурку – восседавшую на одной из кобыл Флик: кепка надвинута на глаза, шерстяной шарф закрывает шею и подбородок. Прис держала в руке поводья Фурии и, на первый взгляд неотличимая от остальных грумов, вела лошадь к ипподрому.
Ее участие в сегодняшнем предприятии едва не перессорило заговорщиков. Диллон, Рас, Патрик, Барнаби и Деймон горячо спорили, стоит ли поручать ей вести Фурию прямо в стойло и совершить подмену, уведя двойника у всех на глазах. Эта роль была главной и самой опасной.
Они рвали и метали, пока Флик не обескуражила их, ехидно заметив, что Прис – единственная, кто способен выполнить это задание. Смириться с правдой было нелегко, особенно для Раса и Диллона, но иного выхода никто не видел.
Фурия очень подружилась с Расом, безгранично ему доверяла и пошла бы за ним куда угодно. К несчастью, кобылке не понравилось, что Рас ее оставляет: стоило ему отойти в сторону, как она начинала ржать, брыкаться и делала все из обширного женского репертуара, чтобы вернуть любимого.
Но Рас не мог привести ее в стойло Фиггса, поменять местами с другой кобылкой и удалиться. Фурия подняла бы такой шум, что все во главе с Кромом примчались бы и обличили чужака. Поэтому он автоматически выбывал из игры.
Вначале никто не подозревал о надвигавшейся угрозе, но когда Рас передал Фурию одному из грумов Диллона, оказалось, что она настораживается при появлении любого незнакомого человека. Ей не хотелось оставаться в уединенной конюшне, но и увести себя кому бы то ни было она не позволяла.
Пробовали все – даже Барнаби. Но единственной, кого признала Фурия, оказалась Прис, скорее всего потому, что та умела подражать голосу брата, у них был одинаковый выговор, не говоря уже о внешнем сходстве.
Поэтому кобылка подружилась с Прис и позволяла выводить себя на прогулку. Более того, Прис без труда ставила ее в стойло и уезжала на другой лошади. С этим кобылка была готова смириться. Но когда уходил Рас, закатывала настоящий скандал.
Мужчины долго ворчали, кляня женские капризы, но поделать ничего не могли.
Прошлую ночь Прис провела на конеферме, где Деймон, Флик, Рас и Диллон учили ее вести себя в различных обстоятельствах. Деймон молился богам, чтобы не случилось чего-нибудь непредвиденного, и то и дело поглядывал на ехавшую рядом Флик. Хотя это шло против его принципов, сейчас он предпочел бы видеть жену на месте Прис. Флик, можно сказать, выросла на ньюмаркетском ипподроме и знала то, о чем Прис не имела понятия.
Они добрались до границ Пустоши. Вместо того чтобы ехать по утоптанной земле, кавалькада свернула на мягкий торф, откуда можно было добраться до ипподрома самым коротким путем. Звонкий топот копыт сменился глухим шлепаньем.
Здесь, подальше от деревьев, воздух казался холоднее, а поднимавшийся от земли туман – сырым и неприятно тяжелым. Деймон поднял голову, понюхал ветерок, изучил облака. Погода будет ясной. Поднимется солнце и сожжет туман. Прекрасный день для скачек.
Он снова посмотрел на Прис и увидел, как она дрожит. На нем было толстое пальто, Флик закуталась в теплую накидку Прис надела древнюю, выношенную, нисколько не гревшую куртку, но в таком виде она вполне могла сойти за конюха. Сцепив зубы, Деймон вынудил себя отвернуться.
Сама же Прис не знала: то ли ее бьет нервный озноб, то ли она так замерзла. Ее сковало нервное напряжение. Удивительно, что ее лошадь не приплясывала от нетерпения. Фурия мирно топала рядом, довольная, что снова оказалась среди себе подобных. Она то и дело вскидывала голову и смотрела вперед, словно чуя близость ипподрома. Наблюдая, как Рас тренирует ее, Прис поняла, что некоторые лошади просто обожают быстрый бег и Фурия – одна из них. Она жаждала скакать, мчаться, лететь, побеждать…
Все надеялись, что это свойство позволит ей выиграть, но сейчас Прис волновало не это. Самое главное – поставить Фурию в стойло, вывести другую лошадь без ведома Крома, не привлекая внимания посторонних.
Всадники ехали молча. Тишина прерывалась лишь случайными замечаниями да звоном сбруи.
Наконец впереди показался первый ряд конюшен.
Она взглянула на Деймона, ехавшего по другую сторону от Фурии. Тот поймал ее взгляд.
– Подождите, пока мы не подберемся ближе. Девушка кивнула. Кавалькада свернула на тропу, которая вела вдоль конюшен к ипподрому.
– Сейчас.
По тихой команде Деймона она повернула свою кобылку и Фурию. Остальные всадники придержали коней и позволили ей отъехать от обшей группы. Все тем же неспешным шагом она направилась к всадникам, ожидавшим за конюшней. Вся операция заняла не более минуты, и Прис с Фурией в поводу скрылась за конюшней.
Ее встретили Диллон и Рас. Брат облегченно заулыбался. Она улыбнулась в ответ, но куда напряженнее. Рас повел одну из трех престарелых скаковых лошадей из конюшни Деймона и Флик. Те прекрасно маскировали Фурию, идущую в самой середине группы. Они добрались до внешнего круга конюшен, стоявших за внутренним кругом временных стойл. Все, кто мог видеть их, посчитали бы, что кто-то хочет поставить в стойла своих лошадей.
Их действительно заметили ранние зеваки и игроки, сновавшие возле конюшен, но вскоре их внимание привлекла новость о том, что команда Кинстера уже прибыла. Все ринулись туда, чтобы взглянуть на лошадей. Никто и не подумал взглянуть повнимательнее на маленькую группу, появившуюся у стойл.
Диллон, как всегда на вороном, ехал рядом с Прис. Они молчали, время от времени обмениваясь откровенными взглядами. И никаких улыбок: его лицо казалось высеченным из гранита. Он был одет как человек, приготовившийся провести день на скачках. В его роль входило наблюдать за выполнением каждого пункта плана и, если что-то пойдет наперекосяк, вмешаться и отвлечь внимание.
На последней встрече он коротко объяснил, что он будет делать, как только обмен благополучно завершится. Для них спектакль кончится, а он будет на скачках, пока не закончится забег.
Они медленно продвигались вперед. Прис с трудом втягивала воздух в легкие: ей казалось, что на грудь давит свинцовая тяжесть. Время от времени она оглядывалась, боясь увидеть Харкнесса или Кромарти, хотя знала, что прошлой ночью оба уехали на ферму Ригби и вряд ли появятся раньше чем через час.
Вчера Диллон велел конюхам следить за Харкнессом и Кромом. К счастью, Харкнесс поехал проведать Фурию ровно в полдень, прежде чем вернуться на скаковой круг. Это позволило им окольным путем привести Фурию в конюшню Кинстера и тренировать ее под присмотром Флик, а потом отвести в конюшню Хиллгейт-Энд, где она провела ночь.
Небо стало светлеть. Они миновали еще одну конюшню, медленно приближаясь к конюшне Фиггса, где стояли лошади Кромарти. Им повезло еще раз. Сняв дешевую конюшню, подальше от Пустоши, Кромарти не мог прогуливать коней в день скачек. Ему пришлось привести их сюда днем раньше и разместить в одной из конюшен, служивших временным приютом для таких случаев. Если бы Кромарти не пожадничал,] них почти не осталось бы времени совершить подмену.
У Прис перехватило дыхание, когда впереди замаячила конюшня Фиггса. Она мысленно попросила Господа дать ей достаточно времени, чтобы завести Фурию в конюшню и вывести другую кобылку без ведома приспешников Кромарти.
Диллон погнал Соломона вперед. Рас взглянул в его сторону и придержал коня. Они остановились у соседней конюшни. Все спешились и отдали поводья конюхам Диллона. Они остались с лошадьми, держа их так, чтобы они загораживали Фурию. Рас, Прис и Диллон тем временем зашли за угол здания. Близнецы прислонились к стене, изображая убивающих время конюхов. Диллон стоял лицом к ним и что-то весело говорил. Распахнутое, свисающее с плеч пальто обеспечивало Прис и Расу подобие прикрытия. С этого места им был виден фасад конюшни Фиггса, находившейся под углом к той, у которой они стояли. На беду, двери были в тени. Можно было разглядеть только двор, а они не рисковали подобраться ближе, боясь, что окажутся на виду.
Кроме главных дверей, выходивших на ипподром, в конюшне Фиггса, как и во многих других, был еще один вход в боковой стене, в пятнадцати ярдах от того места, где они стояли. Двери никогда не закрывались: слишком реальна была угроза пожара и слишком большую ценность представляла скаковые лошади, – и поэтому многие владельцы конюшен нанимали ночных сторожей, а хозяева лошадей приказывали служащим спать в стойлах, как это обычно делал Кром.
Оглядевшись, Диллон заметил, что двое из его конюхов подступили ближе, готовые при необходимости вмешаться Барнаби, переодетый завсегдатаем скачек, должен был стоять на страже у ближайшей конюшни. Его задачей было сделать все, чтобы удержать Крома и ночного сторожа подальше от конюшни Фиггса, пока Прис будет менять местами лошадей.
Все были готовы действовать. Оставалось дождаться, пока Кром и ночной сторож проснутся и выйдут из конюшни.
Диллон сгорал от нетерпения, остро ошущая растущее в спутниках напряжение. Это был один из тех моментов, когда верх должна взять осторожность.
Небо все больше светлело, и серый предутренний свет сменился розовыми и серебристыми полосами, расчертившими облака. Солнце еще не взошло, но света было достаточно, чтобы отчетливо разглядеть все творившееся вокруг. Тени рассеялись. А они все ждали.
– Наконец-то! – выдохнула Прис, заглядывая через плечо Диллона. – Ночной сторож убрался.
Диллон оглянулся. Действительно, ночной сторож, бывший жокей, слишком старый, чтобы участвовать в скачках, шаркая ногами, почесываясь и зевая, вышел из конюшни. Остановился во дворе, огляделся и удалился в направлении ближайшего туалета.
Диллон взглянул на одного из зевак: почти все, сгрудившиеся у конюшни Фиггса, были членами их «армии». Тот немедленно отошел от стойла и направился за ночным сторожем. Если старичок захочет вернуться на свой пост, прежде чем все будет сделано, конюх отвлечет его. Если же и этого будет недостаточно, у туалетов ошивается пара конюхов, готовых при необходимости вмешаться.
Итак, о стороже позаботятся.
Диллон повернулся к близнецам:
– Остается Кром.
Было рано, очень рано, даже для дня скачек. Только самые ретивые примчались к конюшням, да и те в основном глазели на лошадей Кинстера. Все остальные слишком устали и не спешили начать работу.
– Черт! – внезапно прошипел Рас. – Харкнесс! Какого дьявола он тут делает?!
Диллон резко обернулся. Рас уставился куда-то в пространство рядом с конюшней Фиггса и одновременно закрыл собой Прис.
Харкнесс, черноволосый мускулистый громила, шея от отгороженных веревками столбов, у которых завсегдатаи скачек оставляли своих коней.
Диллон схватил Прис за руку и толкнул ее вместе с Расом за угол, где стояли их лошади.
– Ждите здесь, – не допускающим возражений тоном приказал он. – Я что-нибудь придумаю. Вы действуете по плану.
Не дожидаясь ответа, он быстро пошел обратно, приблизился к конюшне Фиггса и замедлил шаг. Миновал широко распахнутые двери, заодно оценив обстановку внутри: похоже, Кром только просыпался. Добравшись до прохода между конюшнями, он заметил прислонившегося к стенке стойла Барнаби и обменялся с ним взглядами. Приостановился и всмотрелся в скаковой круг, словно озирая свои владения и проверяя, все ли в порядке.
Харкнесс как раз появился в проходе между конюшнями. Диллон замер в том месте, где Харкнесс должен был непременно пройти мимо него. Когда тяжелые шаги зазвучали совсем близко, Диллон обернулся, вежливо наклонил голову – жест, который Харкнесс настороженно повторил, – и пошел дальше. Но, не пройдя двух шагов, остановился и оглянулся:
– Кажется, вас зовут Харкнесс? Харкнесс застыл от неожиданности. Диллон учтиво улыбнулся:
– Вы тренер Кромарти, верно?
– Д-да, – протянул Харкнесс.
Диллон вернулся назад и, слегка нахмурясь, осведомился:
– Я давно хотел спросить, как его милость и вы находите нынешние скачки?
Лицо Харкнесса окаменело. В маленьких черных глазках плескалось подозрение. Но Диллон продолжал упорно смотреть на него. Наконец Харкнесс пожал плечами:
– Все более-менее, как в прошлом сезоне.
– Вот как? И никаких проблем с работниками?
На этот раз в глазах Харкнесса заметался страх; он определенно узнал Диллона в тот день, когда принял Прис за ее брата, и видел, что они уехали вместе.
Диллон терпеливо выжидал. Харкнесс неловко переступил с ноги на ногу.
– Да нет. Ничего особенного.
– Вот как, – кивнул Диллон, словно удовлетворившись ответом. – Видите ли… ко мне пришел молодой ирландец с какой-то весьма странной историей. Насколько я понял, ваш бывший помощник, он слишком много пил, во всяком случае, его рассказ произвел на меня удручающее впечатление. Все мы знаем, сколько неприятностей может доставить один скандалист. А судя по его бессвязному лепету, он пришел с глупой кляузой. Можете передать лорду Кромарти, что я ни на секунду ему не поверил.
Несмотря на общую неподвижность лица, облегчение Харкнесса было очевидным. Даже губы расплылись в подобие улыбки.
– Спасибо, сэр, – пробормотал он, усердно кивая. – С такими людьми никак не сладишь. Я обязательно передам его милости.
За его спиной появился сморщенный карлик. Кром. Он огляделся и, заметив Харкнесса, говорившего с Диллоном, поколебался и отбыл в направлении туалетов. Ни у него, ни у Харкнесса не было причин считать, будто лошадям что-то грозит. К тому же вокруг царила обычная для дня скачек суматоха. Мимо то и дело шныряли конюхи и их подручные.
Кром миновал проход, за углом которого ждали Прис и Рас. Они наверняка увидят его: еще секунда, и Прис вместе с кобылкой окажутся в конюшне.
Широко и искренне улыбаясь, Диллон кивнул в сторону особенно шумного общества, собравшегося у временных стойл. И, словно только сейчас поняв, что это означает, пробормотал:
– Я слышал, что лошади Кинстера прибыли совсем рано. Сам я их еще не видел, но вам, должно быть, интересно взглянуть на соперников. Похоже, половина тренеров не утерпели и побежали туда.
Так оно и было, Диллон мысленно поблагодарил прозорливость Деймона, сумевшего ловко отвлечь зевак. Встретив мрачный взгляд Харкнесса, он как ни в чем не бывало предложил:
– Я просто должен взглянуть… не составите мне компанию?
Каким бы негодяем ни казался Харкнесс, прежде всего он был тренером и, следовательно, не мог отказаться от соблазна вполне законным образом проследить за конкурентами. Оставаясь в блаженном неведении относительно того, что происходит за его спиной, он последовал за Диллоном к стойлам Кинстера.
Дождавшись, пока они отойдут на почтительное расстояние, Рас повернулся, встретился глазами с Прис, поколебался, явно терзаемый страхом за сестру, но все же кивнул:
– Иди!
Она немедленно выступила вперед, низко наклонив голову и держа поводья Фурии. Рядом вышагивал Стен, конюх Диллона. Едва они приблизились к боковой стене конюшни Фиггса, Стен рванулся вперед, открыл дверь, быстро заглянул внутрь и отступил, пропуская девушку.
Фурия спокойно шла за Прис, словно век жила в этой конюшне.
Стен притворил дверь, оставив крохотную щелку для наблюдения за тем, что происходит снаружи.
Прис на мгновение приостановилась, давая глазам привыкнуть к темноте, и, наскоро произнеся короткую молитву, пошла вдоль стойл. Хоть бы Черная Роза оказалась поближе к выходу! Хоть бы – худший из кошмаров! – не оказалась в одном из стойл, выходивших на главные двери!
Судьба и на этот раз улыбнулась ей: черная кобылка отыскалась где-то в середине ряда. Поблагодарив Бога, Прис быстро подвела Фурию поближе и набросила поводья на столб. Она принесла запасную узду для Черной Розы. Потратив драгоценные мгновения на то, чтобы поворковать с кобылкой и погладить ее нос, Прис скользнула в стойло и вынула узду.
Черная Роза оказалась куда более смирной лошадкой, чем Фурия. Прис сразу это поняла и задалась вопросом, уж не является ли горячий нрав необходимым качеством для чемпиона. Она была так взвинчена, что мозг, казалось, лихорадочно пульсирует в такт ударам сердца.
Настороженно прислушиваясь к малейшему шороху, она быстро вывела Черную Розу из стойла, привязала ее в проходе, чуть подальше, и повернулась к Фурии: самый напряженный момент во всем их плане.
Когда Прис стала отвязывать поводья, кобылка высокомерно взглянула на нее большими умными глазами.
– Молодец, девочка. А теперь давай заведем тебя в стойло, и даю слово, сегодня ты будешь бежать.
Фурия дважды подняла и опустила голову. Сердце Прис упало. Неужели Фурия заупрямится? Или, не дай Бог, встанет на дыбы?
Вместо этого кобылка шагнула вперед. Прис закусила губу и быстро повела ее в стойло. Развернула и сняла узду и поводья с блестящей черной головки.
Фурия фыркнула и снова кивнула.
Прис погладила Фурию в последний раз, выскользнула из стойла и заперла дверцу.
Убрав сбрую, она вернулась к Черной Розе, сняла поводья со столба и с колотящимся сердцем побрела к боковой двери. Но тут же замерла, услышав повелительный голос Барнаби:
– Эй, вы! Я к вам обращаюсь!
Прис посмотрела в сторону главного входа, но там никого не было.
Фурия вопросительно уставилась на нее поверх дверцы стойла.
– Я хотел узнать…
Барнаби понизил голос, и она уже не смогла разобрать слов. Он говорил с кем-то у главного входа! Кром или ночной сторож?
Прис опустила глаза. Утоптанная земля прохода была усыпана соломой. Выхода все равно не было: измученно вздохнув, она быстро повела Черную Розу к двери. Проход казался куда длиннее, чем раньше. Она шла все быстрее, быстрее… впереди уже сиял дневной свет. Наконец она вывела Черную Розу на улицу. Стен поспешно закрыл за ними дверь, и Прис повела кобылку не к той конюшне, где они ждали, а прямо к лошадям, которых держали Рас и конюхи. Еще секунда – и Черная Роза оказалась в самой середине небольшой группы.
Рас, который держал под уздцы лошадей, свою и Прис, подсадил сестру в седло, сам вскочил на серого. Припав к холкам коней, они отправились в путь.
– Где Харкнесс? – спросила Прис, когда смогла отдышаться и унять бешеный стук сердца.
– Не знаю, – буркнул Рас, оглядывая окрестности из-под козырька низко надвинутой кепки. – Наша задача – довериться Диллону и следовать плану, по крайней мере пока не возникнет ничего непредвиденного.
Прис кивнула. Еще десять шагов – и они миновали проход между конюшнями. При этом все дружно смотрели на открытый участок перед конюшней Фиггса, но, к счастью, знакомых лиц не увидели.
Потребовалось немало воли и самообладания, чтобы не убыстрять шаг. Они даже не смели пустить лошадей рысцой: это сразу привлекло бы внимание. Наконец они добрались до соседней конюшни, оставив позади самый опасный участок. В последний момент Прис оглянулась и увидела, как Барнаби отступил от дверей, пропуская кого-то в конюшню.
Девушка отвернулась и перевела дыхание. И велела себе не расслабляться, оставаться начеку, пока они не достигнут Пустоши и леса, в котором должны были скрыться.
Спустя тридцать невыносимых минут она, Рас, Стен и Майк, еще один конюх Диллона, оказались в небольшой роще к востоку от Ньюмаркета, за границами города и окружающих полей. Прис натянула поводья и вздохнула свободно, впервые за все утро.
– Мы это сделали! – торжествующе крикнула она, расплываясь в улыбке, и с воплем подкинула в воздух свою кепку. Рас с ухмылкой последовал ее примеру. Стен и Майк тоже не отстали.
Но впереди ждали дела. Стену и Майку предстояло вернуть лошадей Кинстера в конюшню, а потом присоединиться к толпе на ипподроме. Прис и Рас должны были ехать на север, уводя с собой Черную Розу. Они поставят двойника в ту конюшню, откуда взяли Фурию.
– А потом, – объявил Рас, разворачивая лошадь, – мы вернемся домой, переоденемся и пойдем смотреть, как побеждает Фурия.
– Уверен, что все вы знаете о слухах, касающихся результатов фальсифицированных скачек весеннего сезона и тех, что состоялись несколько недель назад здесь, в Ньюмаркете.
Диллон вглядывался в лица, наблюдавшие за ним со страхом и настороженностью. Он собрал всех жокеев, участвующих в сегодняшних скачках, в комнате для взвешивания.
– В ответ на эту угрозу комитет постановил, чтобы распорядители скачек проводили более частые и внимательные осмотры.
Предложение принадлежало ему, но члены комитета охотно согласились. Все, что угодно, лишь бы не дать хода дальнейшим слухам и последующим предположениям и сплетням.
Диллон подождал, пока стихнут стоны и жалобы.
– Ничего страшного, но за каждой скачкой будет наблюдать больше распорядителей. Их цель – убедиться, что вы добросовестно выполняете свои обязанности.
Он снова обвел глазами комнату. Никаких признаков того, что своей речью он нарушил чьи-то планы. Он ожидал такой реакции, но хотел убедиться, что жокей, скачущий на Фурии, опытный и умелый парень по имени Фаннинг, сделает все возможное, чтобы привести кобылку к победе.
– Желаю удачи, – кивнув, заключил он. – Удачи и успеха.
Утро тянулось медленно. Барнаби присоединился к Диллону после того, как проводил Харкнесса до конюшни Фиггса и проследил, как тот войдет в дверь. Барнаби доложил, что, несмотря на несвоевременное появление Крома, по его мнению, подмена была успешно завершена. Он сам видел, как группа лошадей медленно двигалась в направлении, противоположном от конюшен. И поскольку никакого скандала и шума не последовало, можно было предположить, что Барнаби прав.
Позже Диллон добрался до временных стойл, где распорядители скачек проводили осмотр. Все внешние особенности лошади должны были совпасть с данными реестра. В стойле Фурии стояла вороная кобылка. Диллон внимательно ее оглядел. Ему показалось, что подмена действительно произошла, но сказать наверняка было нельзя.
После обращения к жокеям он отошел на свое обычное место, перед трибунами, где отвечал на вопросы владельцев лошадей и членов «Жокей-клуба», которые спешили пообщаться с хранителем до начала скачек.
Прозвучал сигнал горна. Диллон извинился и вернулся на скаковой круг, присоединившись к распорядителям скачек у стартового столба.
По мере того как к столбу подводили лошадей, проводилась вторая проверка. Наконец все лошади были готовы и выстроились в ряд. Под оглушающий рев окружающих скачки начались.
Следующий час прошел в новых строжайших проверках лошадей участников, включавших справку от ветеринара о состоянии зубов, подтверждающую возраст. Когда процедура взвешивания была закончена, объявили и провели победителей перед трибунами под аплодисменты публики. Последовало награждение, довольный владелец раскланивался во все стороны. Наконец наступило время второго забега.
Приз взял один из коней Деймона. Пока его проводили перед трибунами, Диллон оглядел верхний ряд и увидел Прис. На ней была вуаль, но он сразу ее узнал. Рядом с ней Рас в низко надвинутой шляпе. Близнецы сидели между Патриком и Барнаби. Их изгнали с нижних рядов и велели не показываться, пока не закончится третий забег, не будет объявлен победитель и не вынесут приз. Барнаби и Патрику были даны строгие инструкции не выпускать близнецов из виду. Правда, шансы на то, что Кромарти или Харкнесс увидят Раса, были крайне невелики, но все посчитали, что рисковать нет смысла. Не хватало еще, чтобы злодеи заподозрили, кто именно сорвал великие планы мистера Икс.
Никто из участников заговора не забыл о нем. Вот и сейчас, осматривая толпу, Диллон гадал, не здесь ли этот паук. Может, именно сейчас он наблюдает за скачками?
– Пора возвращаться, сэр.
Диллон оглянулся и увидел главного распорядителя скачек, готового направиться к стартовой линии. Диллон хищно усмехнулся:
– Вы правы, Смайт. Идем.
Стартовый столб для двухлеток находился ближе. Они стояли в ожидании, когда приведут первую лошадь. Диллон едва сдерживал нетерпение. Он в жизни не был таким сосредоточенным и напряженным. Сегодня он поставил на Фурию куда больше, чем на любую другую лошадь.
Завидев рвущуюся в бой вороную кобылку, он всеми силами старался сохранить равнодушный вид. Сунув руки в карманы, он сжал кулаки и молча наблюдал, пока Смайт и еще один распорядитель проверяют Фурию, почти не глядя на остальную семерку лошадей, которые выстроились рядом.
Зато поднял глаза наверх, к тому месту, где сидела Прис. Интересно, что она чувствует? Как дышит? Бьется ли ее сердце чаще обычного? Такие же у нее влажные ладони, как у него?
Распорядитель взмахнул белым платком и разжал пальцы. Платок медленно опускался вниз; едва он коснулся земли, лошади ринулись вперед.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сколько стоит любовь? - Лоуренс Стефани



Это 13-я книга с 15-ти из серии "Кинстеры".И, к счастью, все пронизаны и полны переживаемыми чувствами,ощущениями, тревогами.Но главное одно - взаимная любовь и поддержка семейного клана.Всегда!А это замечательно!И книги эти для душевного отдыха.Читайте!
Сколько стоит любовь? - Лоуренс СтефаниТальяна
14.07.2013, 19.24





книга понравилась, прочитала с удовольствием. 10 балов.
Сколько стоит любовь? - Лоуренс Стефанитату
30.03.2016, 9.14








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100