Читать онлайн Избранница, автора - Лоуренс Стефани, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Избранница - Лоуренс Стефани бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.62 (Голосов: 26)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Избранница - Лоуренс Стефани - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Избранница - Лоуренс Стефани - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лоуренс Стефани

Избранница

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

Обширная библиотека, протянувшаяся вдоль одной из стен дома номер четырнадцать по Монтроуз-плейс, выходила окнами и к парадной двери, и в сад за домом. Если бы дядюшку или брата хоть в малейшей степени интересовала жизнь за этими окнами, они могли бы увидеть, как гость шел по дорожке. Леонора стояла на пороге библиотеки и в очередной раз убеждалась, что происходящее вне этих стен ни в коей мере не волнует мужчин ее семейства.
Дядя, сэр Хамфри Карлинг, сидел в уютном кресле у очага. На коленях его покоился большой и тяжелый том, листы которого были испещрены иероглифами. Лицо сэра Хамфри выглядело несколько искаженным — в один глаз он вставил монокль с сильно «увеличивающим стеклом. Когда-то это был высокий и представительный джентльмен, но теперь годы иссушили его тело: плечи ссутулились, шевелюра поредела, а от былой физической силы не осталось и следа. Следует заметить, что на его умственных способностях возраст пока никак не сказывался. В ученых кругах, а также среди любителей древностей сэр Хамфри считался одним из крупнейших специалистов по древним языкам.
На данный момент дядюшка был погружен в — Леонора присмотрелась, — похоже, что-то связанное с Месопотамией.
За письменным столом напротив дяди сидел ее младший брат Джереми — второй крупнейший специалист современности в области древних языков. Стол был завален бумагами и бесчисленными томами самых разных размеров и степеней потрепанности. Ни одна горничная под страхом самого страшного наказания не смела ничего трогать на этом столе. Несмотря на полный хаос, Джереми всегда знал, что кто-то прикасался к бумагам, и мгновенно приходил в ярость, если хоть один листок перекладывали на другое место.
Брат на два года был младше. Джереми едва исполнилось двенадцать, когда, после смерти родителей, они переехали к дяде. Тогда сэр Хамфри жил в Кенте. Жена его давно умерла, и остальные родственники решили, что сельский дом книгочея станет тихой гаванью для сирот.
Джереми всегда любил читать, и ничего удивительного не было в том, что вскоре он заразился страстью сэра Хамфри к расшифровке письменностей давно канувших в Лету цивилизаций. В двадцать четыре года он уже занимал видное место среди специалистов в этой области. В тот год они переехали в Блумсбери, Лондон, чтобы Леонора могла появляться в свете под руководством тетушки Милдред, леди Уорсингем.
Для Леоноры этот взрослый мужчина по-прежнему был младшим братом, и она с улыбкой смотрела на его всклоченные волосы, которые, несмотря на все ее усилия, гребни и помады, торчали в разные стороны. Она подозревала, что в минуты напряженной умственной деятельности он ерошит их пальцами. Джереми клялся, что ничего подобного не делает, и Леоноре еще ни разу не удалось поймать его за этим занятием.
Генриетта решительно направилась к камину, Леонора за ней. Мужчины не заметили, что в комнате прибавилось народу, но это было неудивительно. Как-то служанка уронила серебряный поднос на каменный пол у самых дверей в библиотеку, и ни один из них даже не поднял головы.
— Дядя, Джереми, отвлекитесь на минутку. У нас гость.
Рассеянно моргая и пытаясь сфокусировать взгляд, мужчины неохотно возвращались из далекого прошлого.
— Лорд Трентем пожаловал с визитом. Он наш новый сосед — один из тех господ, что купили дом номер двенадцать. — Дядя и брат следили за ней глазами, но она все еще не была уверена, что до них доходят ее слова. — Помните, я рассказывала вам, что дом двенадцать купили какие-то джентльмены. Так вот лорд Трентем один из них. Полагаю, он приезжал посмотреть, как продвигается ремонт.
— Ах да, я вспомнил. — Сэр Хамфри кивнул, отложил монокль и книгу. — Очень мило с его стороны заглянуть к нам.
Леонора встала за креслом дяди. В следующую минуту дверь распахнулась.
— Граф Трентем! — торжественно объявил Кастор, и гость показался на пороге.
Улыбаясь с уверенностью светского льва, лорд направился к хозяину дома. Взгляд его задержался на девушке, но она молчала, вдруг ощутив неловкость. В следующее мгновение Тристан перевел взгляд на сэра Хамфри. Тот пытался подняться с кресла. Леонора встала рядом, готовая, в случае необходимости, поддержать дядюшку.
— Прошу вас, сэр Хамфри, не стоит беспокоиться, — поспешно сказал лорд Трентем поклонившись старику. — Я благодарен, что вы нашли время принять меня. Я позволил себе заглянуть без формальностей, по-соседски.
— Я рад познакомиться с вами и совсем, не против дружеского визита. Слышал, вы решили кое-что переделать в доме.
— Небольшой косметический ремонт, чтобы сделать жилище более удобным.
— Позвольте мне представить вам моего племянника Джереми Карлинга. — Сэр Хамфри кивнул в сторону молодого человека.
Джереми встал, и они обменялись рукопожатиями. Разглядывая гостя, Джереми проявил неожиданный интерес:
— Вы военный, не так ли?
Леонора вздрогнула. Как же она не сообразила сразу! Конечно, он был на военной службе: отсюда выправка, загар и грубая кожа на руках.
— Бывший военный. — Джереми по-прежнему был весь внимание, и Тристан добавил. — Я служил в чине майора в гвардии.
— Вы вышли в отставку? — Глаза Джереми загорелись. Леонора вздохнула: брат страстно интересовался недавней военной кампанией.
— После Ватерлоо многие вышли в отставку.
— А ваши друзья? Они тоже служили в гвардии?
— Да. — Поколебавшись, Тристан добавил: — Собственно, поэтому мы и купили здесь дом. Видите ли, за время войны мы отвыкли от шума и суеты света и нам захотелось иметь место, где можно было бы собраться своим кругом.
— Я прекрасно вас понимаю, — закивал сэр Хамфри, который всегда терпеть не мог светские сборища. — И должен заметить, что вы выбрали замечательное место. Наш район — один из самых тихих и спокойных в Лондоне.
Тут сэр Хамфри спохватился и виновато улыбнулся Леоноре.
— Чуть не забыл о тебе, дорогая.
Он наконец представил ее Тристану:
— Моя племянница Леонора.
Девушка сделала реверанс.
Гость поклонился и произнес:
— Я имел счастье встречаться с мисс Карлинг.
Прежде чем дядя или брат смогли удивиться, девушка быстро сказала:
— Я вышла, из дома, а лорд Трентем как раз покидал свое жилище. Он был так любезен, что счел нужным представиться.
Сэр Хамфри, который к этому моменту закончил разглядывать гостя и решил, что тот ему определенно нравится, махнул рукой в сторону дивана:
— Прошу вас, садитесь..
Тристан взглянул на девушку:
— Мисс Карлинг?
Она вдруг почувствовала себя в ловушке. Диванчик маленький, ей придется сидеть рядом с ним.
— Может быть, мне стоит распорядиться насчет чая? — Девушка смотрела Трентему в глаза. Он улыбался.
— Ради меня не стоит беспокоиться.
— Я тоже не хочу чаю, дорогая, — отозвался сэр Хамфри.
Джереми только плечами передернул и откинулся на стуле. Леонора вздохнула и, держась как можно прямее и всем видом выражая равнодушие, прошла через комнату к диванчику и села поближе к камину и Генриетте. Тристан сел рядом. Плечи их соприкоснулись. Леоноре показалось, что от мужчины веет жаром. Иначе почему вдруг стало так тепло?
Меж тем Тристан продолжал светскую беседу:
— Я слышал, что кто-то проявил большую заинтересованность в покупке вашего дома.
Сэр Хамфри вопросительно посмотрел на племянницу. Леонора беззаботно улыбнулась:
— Лорд Трентем как раз направлялся к Столмору, вот я и упомянула, что мы встречались.
— Встречались! — Старик фыркнул. — Этот болван никак не желал понять, что мы не собираемся продавать дом. Леонора помучилась, пока смогла убедить его.
Насмешливая улыбка и легкость тона убедили Тристана в том, что сэр Хамфри скорее всего понятия не имеет, как далеко зашла настойчивость агента по продаже недвижимости. Он еще раз обвел взглядом библиотеку: толстый том рядом с креслом хозяина, гора книг на столе, разбросанные бумаги — все говорило об увлеченности ученых своим предметом, что зачастую ведет к отрешению от практических проблем бытия.
— Так вы участвовали в битве при Ватерлоо? — нетерпеливо спросил Джереми.
— На фланге, который не был в самой гуще… — Честно сказать, это был не просто дальний фланг, а вражеский лагерь, но кому какое дело теперь.
Джереми, сверкая глазами, требовал подробностей. Тристан для таких случаев имел заготовленную историю, какую вполне мог рассказать любой офицер, побывавший на этих самых «флангах».
— В конце концов случилось неизбежное: французы получили заслуженное поражение, а союзники — не менее заслуженную победу. Стратегия — великая вещь, — закончил он свое повествование.
«Не будем говорить о том, каких потерь стоила нам эта стратегия, черт бы ее побрал». Он бросил взгляд на девушку. Она смотрела в огонь и казалась безучастной к разговору. Должно быть, слышала не одну историю о том, как ужасны военные. Мамаши всегда пугали этим девушек. Вероятно, поэтому она держится так отстранено. Он решил вернуться с полей прошлых сражений к сегодняшним проблемам и обратился к сэру Хамфри:
— Я слышал, что недавно тут произошли неприятные события. — Мужчины смотрели на гостя, явно не понимая, о чем речь. — Я говорю о попытках ограбления, — пояснил Тристан.
— Ах это… — Джереми снисходительно усмехнулся. — Должно быть, какой-нибудь начинающий воришка решил попытать счастья. В первый раз его заметили слуги. Они смогли его разглядеть, но он сбежал и не позаботился представиться.
— А во второй раз, — подхватил сэр Хамфри, — шум подняла Генриетта. Хотя, может, там никого и не было, а, девочка? — Старик осторожно ткнул в собаку носком туфли. — Не знаю, был ли там вор, но она перебудила всю округу.
Генриетта меланхолично зевнула, а Тристан бросил быстрый взгляд в сторону Леоноры. Она смотрела в огонь, на лице безучастность, руки сложены на коленях. Не трудно было догадаться, что она не собирается спорить с родными на глазах у чужого человека. А возможно, она вообще оставила попытки убедить их в чем-либо — похоже, ученые господа не слишком много времени уделяют земным проблемам.
— Как бы там ни было, но все это случилось довольно давно и больше никаких» происшествий не было, — жизнерадостно подытожил Джереми. — Наша округа по ночам тиха, как самое благопристойное из кладбищ.
Тристан вздохнул: чтобы убедить этих двоих, нужно что-то более серьезное, чем подозрения и далеко идущие выводы. Он не стал ничего говорить об избиении Столмора, и вскоре визит подошел к концу. Молодой человек поднялся, вежливо попрощался с хозяевами и теперь раздумывал, как бы поговорить с девушкой наедине. Тристан посмотрел на нее в упор. Леонора молчала, и пауза начала затягиваться. Он рассчитал верно: ей не хотелось подчиняться его давлению, но она не желала привлекать внимание дяди и брата, а потому прервала молчание прежде, чем ситуация могла показаться более странной.
— Я провожу, лорда Трентема, — сказала Леонора, одарив гостя ледяным взглядом.
Сэр Хамфри и Джереми не возражали. Честно сказать, оба были рады и уже возвращались мысленно в тот далекий от сиюминутной реальности мир, где так счастливо обитали большую часть времени.
Леонора открыла дверь и пошла вперед, показывая дорогу. Ее поразило, что Генриетта осталась в библиотеке. Она лишь подняла голову, проводила их взглядом и поудобнее устроилась у огня. Это было более чем странно. Никогда прежде она не оставляла хозяйку, если в доме был чужой. «Я поразмышляю об этом позже, — сказала себе девушка. — Сейчас надо избавиться от этого лорда, который так некстати пытается командовать мной». Вот и парадная дверь. Кастор скользнул вперед, готовый распахнуть ее по знаку хозяйки.
Сохраняя вид величественно-отстраненный, дабы Тристан почувствовал, что позволил себе лишнее, она повернулась и встретила его взгляд:
— Благодарю вас за визит и желаю всего наилучшего, милорд.
Он улыбнулся и не потрудился придать лицу любезное выражение — а потом протянул руку.
Несколько секунд Леонора колебалась, но правила хорошего тона не позволили ей ускользнуть, и она вложила свои пальчики в его ладонь. Рука сжалась, и — теперь его улыбка стала почти хищной — он учтиво произнес:
— Могу я просить вас уделить мне несколько минут вашего драгоценного времени?
Ничего подобного она делать не собиралась и попыталась выдернуть ладонь из его пальцев. Рука мужчины сжалась чуть крепче, и, встретив прямой, уверенный взгляд, девушка поняла, что он не собирается отпускать ее, пока она не даст согласие.
«Как вы смеете?» Это не было сказано вслух, но ясно читалось в ее гневном взоре.
— У меня есть новости, которые — смею надеяться — покажутся вам весьма интересными.
Еще пару секунд Леонора пребывала в нерешительности, но затем любопытство пересилило нежелание подчиняться чужой воле и она повернулась к дворецкому:
— Я провожу лорда Трентема до ворот.
Кастор поклонился и распахнул двери. Они вышли за порог и остановились. Отпустив руку девушки, Тристан махнул в сторону сада и сказал:
— Ваш сад — совершенно необыкновенное место. Кто посадил его?
Леонора решила, что гость хочет отойти подальше, чтобы слуги не услышали те самые интригующие новости. Спускаясь по лестнице рядом с Трентемом, она ответила:
— Это творение Седрика Карлинга, моего дальнего родственника. Он был известным ботаником.
— А чем занимаются сэр Хамфри и ваш брат?
Они мирно шли рядом по дорожке, и Леонора рассказывала ему о древних языках. Брови собеседника насмешливо, приподнялись.
— Ваша семья, похоже, специализируется на редких, я бы даже сказал, экзотических хобби. Чем же занимаетесь вы сами?
Девушка остановилась и, встретив его взгляд, требовательно сказала:
— Мне кажется, вы желали сообщить мне какие-то новости.
Он смотрел на нее с улыбкой, и Леонора вдруг почувствовала себя так, словно знает этого человека давно и очень близко. Было трудно удержать на лице маску отстраненной холодности, но она все же преуспела в этом. Став серьезным, Тристан сказал:
— Я встречался со Столмором. Кто-то весьма сильно потрепал его, причем совсем недавно. Мне не много удалось вытянуть из него, и все же я почти уверен — это дело рук тех самых клиентов, для которых он безуспешно пытался купить дом вашего дяди.
Новость поразила девушку, хоть она и постаралась скрыть это.
— Намекнул ли он вам, кто это был?
— Нет. — Губы Тристана сжались, а глаза, ставшие очень серьезными, впились в лицо собеседницы. — Я хотел предупредить вас.
— О чем?
— В отличие от вашего дяди и брата я не верю, что тот незадачливый взломщик оставит свои попытки.
«Я сделал все, что мог, — говорил себе Тристан на следующее утро. — Даже больше, чем следовало. И вообще неприлично лезть в дела малознакомых людей. Леонора имела все основания сказать мне об этом».
Он сидел за завтраком, просматривая газету и краем уха слушая болтовню родственниц. Сегодня три из шести дам решили составить ему компанию за столом. Все они ждали, когда же он попросит помощи, хотя бы намеком. Они будут счастливы принять участие в его судьбе. Ибо в настоящее время он должен заниматься поисками подходящей жены. Тристан вздохнул. Как он ни уговаривал себя, все никак не удавалось перевести изыскания в практическую фазу.
Кстати, тетушки удивили его своей ненавязчивостью. Они ждали и надеялись — это было очевидно, но ни одна не проявила инициативу открыто. Хотелось верить, что они и дальше поведут себя столь же сдержанно. — Ты не передашь мне мармелад, Милли?.. Вы слышали, что леди Уоррингтон заказала копию своего рубинового ожерелья?
— Что ты говоришь? Копию? Откуда ты знаешь?
— Мне рассказала Синтия Коррингтон. И она клялась, что это истинная правда.
Тетушки принялись с жаром обсуждать очередную скандальную новость, но Тристан, погруженный в собственные мысли, почти не слышал высоких голосов. Покинув вчера Столмора, он вовсе не собирался возвращаться к Леоноре. Он просто задумался, а когда очнулся, оказалось, что стоит перед домом номер четырнадцать на Монтроуз-плейс. И тогда он не стал противиться самому себе и нанес визит. Тристан ничуть не жалел об этом. Личико Леоноры с огромными, потемневшими до синевы глазами до сих пор стояло перед его мысленным взором.
Размышляя о вчерашнем дне, Тристан вдруг подумал, что есть еще одна странность в его собственном поведении. Каким-то загадочным образом обстоятельства, угрожающие благополучию Леоноры Карлинг, стали казаться ему жизненно важными — настолько, что он готов был давить на полумертвого Столмора ради получения информации и собирался предпринять дальнейшие шаги, пока не очень понятно, какие именно, но тем не менее. Это было странно, ибо раньше до такой степени его заботила только безопасность родины и короля. Тристан повыше поднял газету, отгораживаясь от шелухи сплетен, долетавшей до его слуха; «Заметила ли ты, дорогая, как беззастенчиво миссис Ливакомб строила глазки лорду Мотту?»
Возможно, в нем просто еще сильны инстинкты и привычки прошлого. В конце концов, он именно этим занимался все предыдущие годы: добывал информацию, которая позволяла защитить самое дорогое. Но теперь все по-другому. Теперь он частное лицо, законопослушный гражданин, и все, что было возможно в данной ситуации, уже сделано. Девушка предупреждена. И может статься, это именно он раздувает из мухи слона, а ее брат прав: бесталанный взломщик отказался от своих попыток проникнуть в дом номер четырнадцать…
— Милорд, вам записка от старшего мастера, что трудится на Монтроуз-плейс. Он прислал ее с мальчишкой.
Разговоры за столом мгновенно смолкли, и любопытные взгляды устремились на дворецкого, почтительно замершего рядом с хозяином. Вздохнув, Тристан равнодушным голосом спросил:
— Что там, Хаверс?
— Старший мастер считает, что в доме произошли кое-какие неполадки… Ничего существенного. — Значительный взгляд дворецкого опроверг эту характеристику, данную исключительно для спокойствия присутствующих дам. — Но желательно, чтобы вы взглянули лично, прежде чем он все исправит. Мальчик ждет в прихожей на случай, если вы захотите ответить.
Полный дурных предчувствий, Тристан встал, бросил на стол салфетку и, склонив голову, улыбнулся Милисент, Флоре и Этелреде:
— Прошу прощения, дамы. Мне придется заняться делами.
Почтенные дамы, приходившиеся ему родственницами бог знает в каком колене, но считавшие его своим покровителем, проводили «милого мальчика» молчанием, которое, как прекрасно знал Тристан, сменится оживленным обсуждением происшедшего, едва за ним закроется дверь. Но Тристан уже забыл о них. Внутри нарастало привычное напряжение, и он с энтузиазмом бросился навстречу необходимости что-то делать, навстречу возможной опасности. Мальчишка ждал его в холле, жадно разглядывая роскошную обстановку. Тристан натянул пальто, взял перчатки. Лакей распахнул двери. В следующий момент лорд Трентем двинулся по улице в направлении Монтроуз-плейс. Мальчишка спешил следом вприпрыжку не поспевая за его широкими шагами.
— Видите, что я имел в виду?
Тристан кивнул головой. Биллингс привел его на задний двор и указал на окно. На раме видны были небольшие царапины: окно открывали снаружи.
— Ваши люди на удивление наблюдательны, — заметил Тристан.
— А то как же! И внутри кто-то побывал. Мы всегда кладем инструменты определенным образом — так удобнее, вот, они сдвинуты в сторону.
— Покажите!
Мужчины вошли в дом, и Биллингс провел хозяина в кухню, а затем в небольшой коридорчик, который заканчивался дверью на улицу.
— Мы оставляем инструменты здесь, сэр, просто чтобы никто не наступил и не сломал. Мало ли что.
Тристан задумчиво оглядывался. Часть инструментов исчезла: в доме кипела работа и слышались стук молотков и звуки рубанков и напильников. Кое-какие вещи все еще лежали на местах, а по следам на пыльном полу нетрудно было догадаться где находились остальные. И еще он заметил у самой стены след ноги. Присмотрелся. Рабочие ходили в грубых башмаках с квадратными мысами, но этот след явно оставила нога, обутая в изящный ботинок на кожаной подошве, какие носят джентльмены.
Тристан точно знал, что он был единственным, кто приходил сюда проверять работу. Кроме того, след отпечатался не просто в пыли, а в легчайших опилках, которые появились тут недавно — когда начались отделочные работы. Сам он к этой двери не подходил прежде, да и размер обуви явно меньше его собственного. Он поднял глаза на дверь, выходившую в переулок между домами. Тяжелый ключ торчал в замке. Тристан вынул его и вернулся в кухню. Здесь было заметно светлее благодаря широким окнам. Внимательно осмотрев ключ, он заметил на бороздках следы воска.
Биллингс, который заглядывал через плечо хозяина, нахмурился и мрачно пробормотал:
— Он сделал слепок.
— Похоже, что так и есть.
— Я прикажу поменять замки. — Мастер был сердит и растерян. — Никогда прежде не случалось ничего подобного.
— Сделаем так. — Тристан задумчиво вертел ключ в руках. — Закажите замки, но не ставьте их, пока я не скажу.
Биллингс понимающе кивнул:
— Хорошо, милорд. Раз уж вы здесь, может, глянете на третий этаж? Мы уже закончили.
Тристан вернулся к двери, вставил ключ именно так, как его оставил неизвестный: чтобы не помешал открыть дверь снаружи вторым ключом. Вслед за Биллингсом он поднялся на второй этаж. Здесь работы продолжались: отделывали столовую и гостиную. Кроме того, на этаже располагалась еще одна небольшая гостиная, которую члены клуба предполагали отвести для встреч с дамами, если возникнет необходимость. В глубине была небольшая комната для сторожа. И более просторная — для мажордома.
Они пошли дальше. На втором этаже уже трудились маляры, отделывая библиотеку и зал для собраний. На третьем этаже располагались спальни. Мужчины не спеша прошли по всем комнатам, и Биллингс указывал на те или иные новшества и улучшения, сделанные в ходе ремонта. В комнатах стоял свежий запах дерева. Помещения выглядели очень уютными, и хоть на улице было ветрено и холодно, здесь не чувствовалось ни малейшего сквозняка или сырости.
Они задержались в самой большой спальне, которая располагалась прямо над библиотекой, и Тристан искренне сказал мастеру:
— Превосходно! Вы и ваши люди прекрасно потрудились.
Биллингсу было приятно услышать, что столь изысканный джентльмен оценил его старания. Он был мастер своего дела и не без основания гордился этим.
Тристан подошел к окну. Отсюда, как и из окон библиотеки, открывался прекрасный вид на сад Леоноры.
— Скажите, как скоро комнаты для слуг будут пригодны для жилья? После того, что мы увидели сегодня, после непрошеного визита ночного гостя, я хотел бы, чтобы в доме жили мои люди.
Некоторое время Биллингс прикидывал про себя что-то, потом сказал:
— Спальни наверху мы можем закончить уже сегодня вечером. Но отделка кухни и остальных полуподвальных помещений потребует еще день-два.
— Прекрасно, — отозвался Тристан, не отрывая взгляда от сада. Леонора шла по дорожке, а за ней следовала верная Генриетта. — Тогда завтра вечером я пришлю мажордома. Его зовут Гасторп.
— Мистер Биллингс!
Мастера звал кто-то из рабочих со второго этажа. Тот нетерпеливо взглянул на хозяина.
— Если я вам не нужен, милорд, то пойду посмотрю, что там у них.
— Идите, — кивнул Тристан. — Я сам найду выход. Еще раз хочу сказать, что очень доволен вашей работой.
Отвесив короткий поклон, мастер ушел. Минуты текли, а Тристан все стоял у окна и смотрел на Леонору. И пытался понять, почему он все это делает. Объяснить все с разумной и рациональной точки зрения было несложно. Но самому себе пришлось признаться, что не все в том объяснении будет правдой.
Генриетта подошла к хозяйке, прижалась к ее ногам и подняла голову, глядя на Леонору с обожанием. Девушка положила руку на голову овчарки, и Тристан вздрогнул, потом фыркнул, удивляясь собственной глупости, и пошел прочь от окна.
— Доброе утро. — Тристан улыбался старому дворецкому, словно тот был его лучшим другом. — Я хочу поговорить с мисс Карлинг. Она сейчас в саду, что позади дома, и мы вполне могли бы побеседовать на свежем воздухе.
Уверенность в себе, наличие прекрасно скроенного костюма и громкого титула были на его стороне. После едва заметного колебания дворецкий распахнул дверь и учтиво сказал:
— Следуйте за мной, милорд.
Они прошли холл, потом уютную гостиную: огонь потрескивал в камине, пяльцы с едва начатой вышивкой лежали на маленьком столике. Французские окна, выходившие в сад, были открыты.
— Прошу вас, милорд.
Тристан кивнул, перешагнул порог и оказался на маленькой мощеной террасе, за которой начиналась лужайка. Он спустился по ступеням и, следуя за изгибами дорожки, обогнул угол дома. Леонора склонилась над одной из клумб и не могла видеть лорда. Зато Генриетта сразу же повернула голову, но стояла спокойно, ожидая, когда пришедший обнаружит свои намерения.
До девушки оставалось всего несколько ярдов, когда Тристан заговорил:
— Доброе утро, мисс Карлинг.
Она резко обернулась и с изумлением уставилась на него. Потом бросила взгляд в сторону дома.
— Меня впустил дворецкий, — заверил ее Тристан.
— Правда? И чем обязана?
Приветствие было, мягко говоря, прохладным, если не сказать резким. Тристан не торопился отвечать. Он протянул руку к собаке та обнюхала его пальцы и, решив что-то для себя, ткнулась в его ладонь, напрашиваясь на ласку. Он принялся чесать ей за ушами и лишь тогда обратился ко второй, гораздо менее приветливой даме.
— Насколько я понял, ваш дядя и брат решили, что опасность миновала, коли попытки взлома не увенчались успехом?
Леонора, хмурясь, медлила с ответом. Она не подала руки, и он не настаивал, не желая услышать в ответ резкость. Тристан сунул руки в карманы пальто и ждал. Потом, видя, что девушка пребывает в нерешительности сказал.
— Вы не желаете, чтобы я плохо подумал о ваших мужчинах, и это, несомненно, делает вам честь. Но в данных обстоятельствах такое поведение не слишком разумно. Видите ли, я считаю, что эти попытки ограбления — лишь эпизоды некоего действа, которое разворачивается в настоящий момент. То есть его нельзя считать делом прошлого.
Глаза девушки вспыхнули, морщинка на лбу разгладилась. Теперь она слушала внимательно, даже жадно.
— Кое-что произошло уже после тех попыток проникнуть в ваш дом, и, я уверен, что-то обязательно произойдет в будущем.
Тристан ни на секунду не забывал, что она рассказала ему не все. Он умел давить на собеседника и даже запугивать но эта девушка принадлежала к той породе, с которой ни тот ни другой способ не сработал бы. Кроме того, он надеялся все же получить нечто большее, чем просто информацию, — ее доверие и готовность помочь. Именно это будет необходимо, чтобы отвести от нее угрозу. Он еще не знал, в чем именно заключается эта опасность, но опыт говорил Тристану, что она уже здесь и дальше события начнут разворачиваться быстрее. И тот, кто хочет выжить и выйти победителем, должен иметь информацию и союзников.
Леонора взглянула в глаза; стоящего перед ней мужчины и напомнила себе, что доверять военным нельзя ни в коем случае. Даже бывшим военным. Их слова и; обещания ничего не стоят. Но тогда что же здесь делает этот человек? Что заставило его вернуться и так близко к сердцу принять ее историю?
— За последнее время ровным счетом ничего не произошло, — сказала она. — Возможно, то большее, частью чего явились попытки взлома, сосредоточено теперь где-то в другом месте.
— Это кажется мне маловероятным, — ответил он и принялся разглядывать дом.
Перед Тристаном возвышалось солидное здание. Это был самый старый и самый большой дом на Монтроуз-плейс. Справа и слева, к нему примыкали здания более поздней постройки.
— Ваш дом имеет общие стены с другими строениями. А возможно, и общий фундамент, — заметил он.
— Да. — Леонора теперь тоже смотрела на дом.
Их взгляды встретились, и молчание стало напряженным. Не то чтобы это была битва или состязание — скорее просто осознание того, что каждый из них наделен силой и решимостью.
— Что вы узнали? — Девушка была уверена, что у ее нового знакомого есть новости, иначе зачем бы он пришел. Как странно, подумала она мельком, у него такое выразительное лицо, но при этом совершенно невозможно угадать мысли или чувства, которые владеют этим человеком.
Тристан между тем не спешил с ответом. Он вынул из кармана руку и протянул ладонь. Пальцы сомкнулись вокруг ее запястья.
Леоноре вдруг стало нечем дышать. Что-то внутри сжалось от его прикосновения. Рука мужчины, казалось, излучала жар. Сделав над собой усилие, она проигнорировала собственные ощущения и, высокомерно приподняв брови, взглянула в лицо гостя. Его губы дрогнули, но это не было улыбкой.
— Пойдемте со мной, и я все расскажу.
Их взгляды встретились. Тристан положил ладонь девушки на сгиб локтя и, по-прежнему удерживая ее руку, слегка потянул за собой. Она пошла рядом, незаметно пытаясь восстановить дыхание. Они шли через лужайку к дому, и Леонора вновь погрузилась в водоворот странных чувств. Каждой клеточкой своего тела ощущала она силу идущего рядод человека. Причем дело было не только в физической силе. Он излучал властность, уверенность и что-то еще… чему Леонора не могла подобрать названия. Разве что-то очень книжное — «мужское начало». Должно быть, именно это начало воспринималось ее телом как жар, исходящий от него. Кисть руки, которой касались его спокойные пальцы, просто пылала. Боясь почувствовать большее, Леонора усилием воли вернулась к делам насущным.
— Так что же вы обнаружили? — холодно (что стоило немалого труда) поинтересовалась она.
— В моем доме произошел очень странный, но в свете последних событий очень примечательный случай, — довольно мрачно отозвался Тристан. — Кто-то проник в жилище, причем приложил все усилия, чтобы сделать это осторожно и не оставить следов. Ничего не пропало. — Он помедлил, но все же решил договорить до конца. — С ключа от боковой двери был снят слепок.
— Но это значит… они собираются вернуться!
— Да. — Тристан взглянул на свой дом, и губы его превратилась в тонкую линию. — Я буду ждать.
— Сегодня? — Леонора остановилась.
— Сегодня или завтра. Не думаю, что они будут откладывать, Дом почти готов, и за чем бы они ни охотились…
— О да, они постараются вернуться до того, как слуги прибудут на место. — Леонора повернулась к нему лицом, постаравшись незаметно отнять руку. Но Тристан лишь крепче прижал ее ладонь. — Вы будете держать меня… нас в курсе событий?
— Непременно. Кто знает, возможно, теперь нам представится случай выяснить, в чем причина этих загадочных событий… всех событий. — Теперь его голос звучал как-то по-другому. Более низкий, он словно проходил через тело девушки, и что-то внутри отзывалось, пугая ее и мешая собраться с мыслями.
— О да! Это было бы настоящим чудом.
Во взгляде Тристана появилось нечто… веселые искорки. Или это просто отблеск солнца? Леонора почувствовала, как пальцы его скользнули выше и принялись поглаживать нежную кожу запястья. Она не могла поверить, что столь простое и в общем-то невинное движение может вызвать такую реакцию: она с трудом переводила дыхание, голова кружилась. Девушка опустила взгляд, рассматривая его преступную руку. Сглотнула, пытаясь прочистить горло и сделать тон более холодным. Но с первых же слов услышала предательское напряжение, почти панику:
— Я понимаю, что вы не так давно вернулись к светской жизни и, возможно, это извиняет ваши манеры, но должна заметить, что подобное не принято в обществе.
— Я знаю.
Опять этот низкий тон. Она подняла глаза и, пребывая в шоке, встретила уверенный взгляд. Мужчина поднял ее руку и прижал к своим губам. Теплые губы скользнули по костяшкам пальцев, потом он повернул и поцеловал ладонь. Заглянул в глаза девушки. Леонора заметила, что ноздри его дрогнули, словно он старался почувствовать ее запах. Поцеловал запястье в том месте, где бешено бился пульс. Девушке почудилось, что Тристан вдохнул огонь в ее вены и теперь кровь разносит это пламя по телу. На секунду ей показалось, что она упадет в обморок, но Леонора справилась с собой. А может, это его взгляд не дал потерять сознание — он ни на секунду не отпускал ее, — очень прямой, очень глубокий… пугающий и манящий.
— Возделывайте ваш сад; — негромко сказал Тристан, и голос его прозвучал почти нежно, — а грабителей оставьте мне.
Веки опустились, скрывая золотистые огоньки в его глазах. Он отпустил ее руку, коротко поклонился и пошел прочь — по лужайке к дому.
«Возделывайте ваш сад».
Сад здесь был абсолютно ни при чем. Расхожая фраза о том, что каждый должен возделывать свое поле, частенько употреблялась, если женщине хотели напомнить, что сфера ее интересов должна ограничиваться семьей: муж, дети, хозяйство. Леонора не имела мужа и детей, а потому намек показался ей обидным вдвойне. А уж то, что он себе позволил, это прикосновение… И ее реакция — даже не понять, что сердило ее больше. Она подумала еще немного и решила, что больше всего ее раздражает причина, по которой он позволил себе такую вольность. Она была уверена в своем предположении, и это выводило Леонору из равновесия. Остаток дня девушка рьяно занималась хозяйственными хлопотами, не давая себе времени на раздумья и переживания. Она не позволит чувствам взять вверх над разумом. Самоконтроль — вот основа удачи. Опыт у нее имелся: когда капитан Марк Уортон пришел — и оказалось, что он не собирается назначить день свадьбы, как она думала, а желает разорвать помолвку, — Леонора не потеряла самообладания. Она не позволит ни одному мужчине, даже такому, как этот лорд Трентем, спутать ее планы и заставить играть по чужим правилам.
После ленча с дядей и Джереми Леонора отправилась наносить визиты. Первым делом девушка навестила тетушек, которые были искренне рады ее видеть, хоть гостья и приехала намеренно рано, дабы избежать встреч с завсегдатаями светских раутов, которые непременно появятся в гостиной тети Милдред часом или двумя позже.
Девушка вернулась домой к пяти часам и лично проследила за тем, чтобы обед был должным образом подан и съеден двумя рассеянными гениями. Ученые отобедали и удалились обратно в библиотеку. А Леонора отправилась в зимний сад. Она сидела на своем любимом стуле, уперев локти в стол и положив голову на переплетенные пальцы рук, и, нарушая добрый совет — или суровый запрет? — думала о грабителях и взломщиках.
Лорд Трентем имеет графский титул. И что из этого следует? А то, что хоть на дворе февраль и светская жизнь не слишком оживленная в это время года, все же он наверняка получит приглашение на какой-нибудь раут, куда просто нельзя не пойти. Или пойдет, в клуб, дабы за игрой и разговором провести время в обществе себе подобных. А если не в клуб? Ну, кругом полно женщин, и она не столь наивна, чтобы не чувствовать его притягательность; наверняка так или иначе лорд Трентем будет занят сегодня вечером. И кто же позаботится о взломщиках? Она фыркнула довольно презрительно. Восемь часов вечера, а за окном темнее, чем в полночь. Дом номер двенадцать возвышается совсем рядом. Окна его темны, и любому прохожему очевидно, что он необитаем.
Леонора вздохнула. Раньше там жил мистер Морриси; неисправимый грубиян, он все же искренне радовался ее визитам. Они были не только добрыми соседями — скорее друзьями, и девушка искренне горевала, когда старик умер. Дом перешел по наследству к лорду Марчу, но тот имел шикарный особняк в районе Мейфэр, и дом в Белгрейвии оказался не нужен. Лорд решил его продать. Возможно, Трентем или кто-то из его друзей знакомы с лордом Марчем. И вполне вероятно, что сегодня они собираются вместе провести веселый вечерок.
Откинувшись на стуле, Леонора вытянула ящичек, который неприметно крепился под столешницей. Среди старых счетов и прочего хлама здесь лежал большой ключ. Несколько секунд она колебалась, разглядывая его, потом решительно вынула и положила перед собой на стол.
Интересно, распорядился ли лорд Трентем сменить замки?




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Избранница - Лоуренс Стефани



очень красивый романЮ где евть все !
Избранница - Лоуренс Стефаниkarla-olivia
14.10.2011, 19.35





Меня немного утомили размышления-разсуждения главной героини---"быть или не быть" ей замужем, когда видно не вооруженным глазом,что претендент на ее руку очень положителен,да ей и самой его хотелось.Немного раздражала этим.А так -прочитала,не жалею.
Избранница - Лоуренс СтефаниТальяна
26.07.2013, 19.23





не понравилось.еле дочитала
Избранница - Лоуренс Стефаничитатель)
23.09.2013, 20.11





Жаль, что вам не понравился роман, а вот я получила кучу положительных эмоций, интересный и увлекательный роман
Избранница - Лоуренс Стефанилюбовь
17.10.2013, 16.04








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100