Читать онлайн Идеальный любовник, автора - Лоуренс Стефани, Раздел - Глава 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Идеальный любовник - Лоуренс Стефани бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 33)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Идеальный любовник - Лоуренс Стефани - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Идеальный любовник - Лоуренс Стефани - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лоуренс Стефани

Идеальный любовник

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 13

За столом все чувствовали себя весьма нервозно, многие выглядели рассеянными или погруженными в свои мысли, так что было невозможно указать на когонибудь из присутствующих, на которого появление Порции произвело бы особое впечатление. Практически все выглядели бледными, многие — осунувшимися, словно они не спали вообще или же спали очень плохо.
— Если бы нам пришлось судить только по внешнему виду, то по крайней мере половину всех присутствующих можно отнести к подозреваемым, — пробормотал Саймон, когда он и Порция покинули столовую и с террасы спустились на газон.
— Я думаю, что тут имеет место определенное чувство вины. Если бы вместо того, чтобы игнорировать, а в иных случаях осуждать ее, они поговорили бы с Китги, попробовали бы понять ее… Кажется, у нее не было друга, человека, с кем можно посоветоваться, кто мог бы ей подсказать. Если бы такой друг был, возможно, ктото знал бы, почему она убита. А может, она и вообще не была бы убита.
Саймон поднял брови, но воздержался от комментариев. В его семье, равно как и в семье Порции, девочки с ранних лет были окружены весьма волевыми женщинами. Ему трудно было представить какието иные порядки. По молчаливому согласию они с Порцией пошли по тропе, ведущей к озеру.
— Похоже, все леди думают, что убийца явился откудато со стороны, подозреваю, они грешат на цыган. — Саймои взглянул на Порцию. — Как ты думаешь, есть ли у них основания полагать, что это мог сделать Артуро или Деннис?
Порция покачала головой:
— Нет, это просто наиболее безопасная версия. Представить себе, что убийцей является некто, кого они хорошо знают, кто провел в их компании несколько последних дней… это очень страшно.
У Саймона вертелся на языке вопрос, испугана ли она, но, взглянув на нее, он прикусил язык. Вместо того чтобы оберегать ее от подобных переживаний, он не может заставить ее отвлечься от тревожных мыслей.
Он неохотно признал, что между ними так будет всегда; если он хочет иметь дело с ней такой, какой она была, так все и останется. Возможно, она слегка приспособится к обстоятельствам, постарается немного его порадовать, но кардинально измениться придется ему. Именно ему придется изменить свой образ мышления и свое поведение, если он хочет получить шанс повести ее к алтарю.
Они приблизились к беседке. Сойдя с тропинки, Порция подошла к ступенькам, подобрала юбки и села.
Она сидела, освещенная солнцем, и Саймон мысленно задал себе вопрос, не испытывает ли она до сих пор озноба. Затем сел рядом, как можно ближе к ней, чтобы она могла при желании прислониться к нему.
Опершись локтями о колени, Порция обхватила ладонями подбородок и стала мрачно смотреть на озеро.
— Кто из мужчин мог убить Китги?
— Ты слышала Уиллоуби: за исключением Чарли, который был с леди О., и меня — любой из них. — После паузы Саймон добавил: — Насколько я понимаю, то же самое верно и в отношении большинства леди.
Порция повернула голову и в упор посмотрела на Саймона.
— Уинифред?
— Друсилла?
Порция поморщилась:
— Китти была такой невысокой, что это могла совершить любая.
— Или ктото другой. Откуда нам знать? — Саймон оперся локтем о ступеньку и откинулся назад, чтобы можно было видеть лицо Порции. — Может, Китти сделала чтонибудь такое в Лондоне во время последнего сезона, что нажила себе заклятого врага?
Порция нахмурилась, затем покачала головой:
— У меня нет ощущения, что это дело рук давнего и скрытого врага.
После минутного молчания Саймон предложил:
— Давай подумаем… Только не сестры Хэммонд — они низкорослые. И полагаю, что к этой же категории относится Люси Бакстед.
— А как насчет миссис Бакстед — она довольно крупная, и вполне возможно, что Китти строила планы, которые могли осложнить жизнь Люси, а ведь Люсиее единственный ребенок, в конце концов, и ей нравился Джеймс.
Саймон наклонил голову:
— Миссис Бакстед остается в числе подозреваемых. Не слишком вероятных, но мы не можем с уверенностью вычеркнуть ее из списка.
— И по тем же причинам мистер Бакстед также остается в этом списке.
Саймон посмотрел на Порцию.
— С моей точки зрения, подозревать можно всех, кроме меня и Чарли.
Порция замигала глазами.
— А лорд Недерфилд?
Он выдержал ее взгляд.
— Пока мы не узнаем, кто это на самом деле, все остаются в этом списке.
Она поджала губы.
— Нет! — поспешил сказать Саймон и тут же объяснил причину своей резкости: — Убийца пытался убить тебя. Учитывая, что сейчас он не спускает глаз именно с тебя, я не хочу рисковать. — Лицо его посуровело. — Ни в коем случае нельзя давать ему ни единого шанса.
Порция внимательно вгляделась в его лицо, казалось, он даже ощущает движение ее мыслей, взвешивая все за и против. Наконец она кивнула:
— Ну ладно.
Порция повернула голову в сторону озера, и он облегченно вздохнул.
— Не леди О. и не леди Хэммонд, — пробормотала Порция. Подумав, Саймон согласился:
— Принимаю. И аналогично мы можем исключить миссис Арчер.
— Но не мистера Арчера!
— Он темная лошадка. Согласен с тобой — мы не можем его игнорировать.
— Если следовать твоей логике, то теоретически любой из Глоссапов может быть виновником.
Саймон поколебался:
— Что ты думаешь об Освальде?
Порция нахмурилась, затем поморщилась:
— У меня такое ощущение, что он избегал Китти. Думаю, это изза того, что она относилась к нему как к ребенку.
— Едва ли утешительно для него как личности, но… если это исключает его из разряда тех, кто может в ярости убить, а я лично отказываю ему в такой способности, то скорее всего маловероятно, что это был он.
— Принято. А как в отношении Суонстона? Мы тоже вычеркнем его по той же причине?
Саймон нахмурился:
— Я так не думаю. Он брат Китти, и в прошлом у них могли быть разногласия, о которых мы можем не знать. И к тому же он не столь легкий в общении и не такой мягкий, как Освальд. Если Китти его больно задела, Суонстон физически мог совершить убийство. Совершил ли он…
— И это приводит нас к Уинифред. — Порция замолчала, обдумывая свою мысль. — Ты действительно считаешь, будто она могла настолько разозлиться на Китти за то, что та пыталась отбить у нее поклонников, будь то Десмонд или вот теперь… что решилась…
Саймон внимательно наблюдал за выражением лица Порции.
— Ты знаешь Уинифред лучше, чем я. Считаешь ли ты, что она могла это сделать?
Порция с минуту смотрела на темную гладь озера, затем, повернувшись к Саймону, проговорила:
— Уинифред должна остаться в нашем списке.
— И Десмонд также остается в нем, что делает мотивацию Уинифред еще убедительнее.
Лицо у Порции вытянулось, но спорить она не стала.
— Эмброз находится в списке, а это означает, что леди Келвин и Друсилла также должны в нем остаться.
Подумав, Саймон спросил:
— А почему Друсилла? Я могу понять леди Келвин — она много сделала ради будущего Эмброза и, как бы она ни скрывала, души в нем не чает. Но насколько я понимаю, между Друсиллой и Эмброзом не найти даже слабых дружеских уз, каковые существуют между братом и сестрой.
— Верно. Тем не менее у Друсиллы мотивов вдвое больше. Вопервых, она больше всех была зла на Китти. У Китги было все, чего не было у Друсиллы, и всетаки она была недовольна. Уверена, что это ее очень раздражало. Друсилла не встречала Китти, пока не приехала сюда, и это единственное объяснение, которое я могу найти для ее реакции.
— А второй мотив?
— Леди Келвин, разумеется. Не Эмброз, а боль, которую леди Келвин вынуждена будет испытать, если Эмброз окажется замешанным в какомнибудь скандале. Друсилла же беззаветно предана своей матери.
Саймон вскинул брови, но теперь, когда она это сказала…
— Это не дает нам права исключить цыган или когото из слуг.
Порция нахмурилась:
— Я могу неодобрительно относиться к тому, что Артуро все время шастает здесь по кустам, но не вижу резона, зачем ему понадобилось убивать Китги. Если тот ребенок, которого она вынашивала, от него… — Порция оборвала фразу. — Ой!
Она взглянула на Саймона.
— Как ты думаешь, это может быть мотивом? Если Китти сказала ему, что собирается избавиться от ребенка… у цыган есть какойнибудь кодекс на этот счет или чтонибудь вроде того?
Он выдержал ее взгляд.
— Большинство мужчин придерживаются кодекса чести на этот счет.
Порция покраснела.
— Да, разумеется, но ты ведь понимаешь, что я имею в виду.
— Да, понимаю, но полагаю, что ты забываешь об одной вещи.
Она вопросительно подняла брови.
— О времени. Китти могла зачать в Лондоне, а не здесь. Артуро не было в Лондоне.
— Ага! — Лицо Порции прояснилось. — Ну, конечно. Стало быть, у Артуро не было причин ее убивать.
— Во всяком случае, я таковых не вижу. Что касается Денниca, то даже если он безответно любил и знал о том, что Артуро путается с Китти, я не могу представить Денниса в этой роли. Опять же, зачем ему убивать Китти?
— Я расспрашивала горничную о том, как слуги относились к Китти. Девушка родом из этих мест и прожила в имении всю свою жизнь. Она знает всех и достаточно взрослая, чтобы учуять скандал. Не было даже намека на это. Она сказала мне, что все горничные испугались, что убийцей может оказаться ктото из джентльменов, а затем экономка убедила их, что это совершил ктото из цыган.
Саймон фыркнул:
— Цыгане! Это всегда такой удобный козел отпущения!
— В особенности если они снимаются с места и уезжают.
— Предположу, что убийца мог рассчитывать на это. Отъезд цыган среди ночи будет для него настоящим спасением.
Они оба стали смотреть на озеро, наблюдая за тем, как набегающий ветерок рябит его поверхность. Минуты прошли в молчании, затем Порция вздохнула:
— Глоссапы. Мы оставили их всех, кроме Освальда, в списке. Даже леди Глоссап. Зачем, по твоему мнению, ктото из них мог убить Китти? Они мирились с ней три года или даже более того. Зачем им убивать ее, тем более сейчас? Для этого должна быть очень весомая причина.
— Есть две причины, — ровным тоном отреагировал Саймон. — Первая — развод, это проблема, перед которой недавно предстал Генри. Вторая — ребенок, которого она носит, не его, но должен будет стать наследником. Возможно, они не стоят столь высоко по рангу, как Кинстеры или Эшфорды, но они известны здесь давно и являются уважаемым семейством.
— Но она не собиралась вынашивать ребенка, более того, она вполне определенно высказывалась на этот счет.
— Ты подслушала, как она говорила об этом матери. Кто еще знал об этом?
— А кто еще знал, что она беременна? — парировала Порция.
— Только те, кому она сказала сама, и те, кому сказала ты.
Порция наморщила нос.
— Я сказала леди О.
— Верно. А еще существуют слуги, которые подслушивают гораздо чаще, чем мы думаем.
— И вся прислуга могла знать, что Китти и Генри живут врозь.
— А это, в свою очередь, означает, что всем ясно: ребенок, которого вынашивает Китти, не принадлежит…
Порция поморщилась.
— Если ребенок не является отпрыском Глоссапов, что вероятнее всего, то это было бы плохо, но что, если бы он всетаки был Глоссапом?
— Еще хуже, если бы он не был им, но Китти заявила бы, что он — Глоссап.
— Но ты забываешь, что она не хотела вынашивать ребенка.
— Я не забываю, — ледяным тоном возразил Саймон. — Если она хотела убедить отца или когото, кто мог быть отцом, или даже человека, который не мог быть отцом, помочь ей избавиться — разумно… — Он встретился со взглядом Порции. — Разве это не лучший способ убедить Джеймса, или Гарольда, или даже лорда Недерфилда помочь ей, заявив, что ребенок не от Генри?
У Порции глаза округлились от ужаса.
— Ты имеешь в виду… она говорила Джеймсу, что это ребенок Гарольда, а Гарольду — что это ребенок Джеймса, или лорду Недерфилду… — Она положила руку ему на грудь и сглотнула. — Боже милосердный!
— Именно так. И что, если Генри это обнаружил?
Встретившись с его взглядом. Порция отвела глаза. После паузы Саймон продолжил:
— И дело даже не в вероятном разводе. Для Гарольда и Кэтрин, а также для лорда Недерфилда сама концепция выглядит шокирующей гораздо в большей степени, чем для нас. Для их поколения это немыслимый скандал, пятно на всю семью.
— Мы знаем, что собой представляла Китти, какое удовольствие ей доставляла возможность досаждать людям. Мы знаем, что она пришла в библиотеку, чтобы с кемто встретиться, но не знаем, с кем и для чего. Мы не знаем, о чем они говорили, какая тема заставила убийцу пойти на этот шаг.
Порция ничего не сказала, но мысленно была с этим согласна. Она вложила пальцы в его руку и прислонилась к его плечу. Освободившись от ее пальцев, Саймйн поднял руку и прижал ее к себе. Порция вздохнула:
— Китти играла с огнем, и неудивительно, что она сгорела.


Во время завтрака настроение у людей было подавленное. Лорд Уиллоуби проинформировал их, что им надлежит остаться до того момента, пока не прибудет следователь с Боустрит. Поскольку его прибытие ожидалось после полудня, многие занялись тайными сборами, надеясь уехать вечером.
Большинство людей считали, что Глоссапам надо предоставить самим разбираться с их потерей, без привлечения к этому гостей, любой другой вариант был просто шокирующим и немыслимым.
Следователь прибыл вовремя и сразу же проинформировал всех, что они снова должны хорошо все обдумать.
Крупный, крепкого телосложения мужчина, весьма решительный и энергичный, инспектор Стоукс побеседовал сначала с лордом Глоссапом и лордом Недерфилдом в кабинете и лишь затем был представлен в гостиной основной массе гостей.
Он вежливо наклонил голову. Порция обратила внимание на его глаза — аспидносерые, перебегающие с лица на лицо по мере того, как назывались имена. Когда настала ее очередь, она величественно наклонила голову, видя, что Стоукс не оставил без внимания Саймона, сидевшего на подлокотнике ее кресла, держа при этом руку у нее на спине. Затем Стоукс поднял взгляд к лицу Саймона, кивнул, когда было названо его имя, и перевел взор на следующего гостя.
Но наибольший интерес Порции вызывал не Стоуксчеловек, а Стоуксследователь. Каким образом он намерен найти убийцу?
— Я так понимаю, мистер Стоукс, что теперь, когда вы познакомились с нами, вы не станете возражать против нашего отъезда? — спросила леди Келвин, и по ее тону, казалось, можно было догадаться, что говорит дочь графа. Стоукс даже глазом не моргнул.
— Сожалею, мэм, но до тех пор, пока не будет найден убийца или пока я в меру своих сил не завершу расследование, — он обвел взглядом присутствующих, — всем надлежит оставаться в ГлоссапХолле.
Лицо леди Келвин сделалось пунцовым.
— Но это нелепо!
— В самом деле, сэр. — Леди Хэммонд взбила шаль. — Я уверена, что вы хотите как лучше, но это исключено…
— К сожалению, мэм, таков закон. — Стоукс наклонил голову, что должно было изобразить поклон. — Мне очень жаль, но это крайне важно.
Голос подал лорд Глоссап:
— Штатные процедуры и все такое, я понимаю. Нет нужды уклоняться. К тому же почему бы не продлить прием гостей?.. Для этого нет причин… ну, за исключением этой.
Порция сидела напротив Арчеров. Похоже, миссис Арчер была в настоящем шоке. Мистер Арчер был бледен, но настроен решительно. Он сидел рядом с женой, положив ладонь на ее руку. После слов Стоукса его лицо исказилось гримасой боли. Затем, откашлявшись, он сказал:
— Я готов отнестись к этому благожелательно, если мы сумеем помочь мистеру Стоуксу в меру своих сил и возможностей. Чем быстрее он отыщет убийцу Китти, тем лучше для всех нас.
В его голосе нельзя было услышать ничего, кроме отцовской печали, пусть сдерживаемой, но, без сомнения, искренней. Естественно, в ответ все согласились помочь.
Стоукс сумел скрыть испытанное им облегчение. Он дождался, когда шепотки стихли, и сказал:
— Как я понимаю, мисс Эшфорд, мистер Кинстер и мистер Хастингс первыми увидели тело. — Он устремил взгляд на Порцию и Саймона, Порция слегка кивнула. — Могу я поговорить с вами тремя в первую очередь?
Вопрос был риторический. Они поднялись и направились к двери вслед за Стоуксом и лордом Глоссапом, который предложил:
— Вы можете занять кабинет, я приказал прислуге там прибраться.
Стоукс остановился у двери:
— Я хотел бы воспользоваться библиотекой. Ведь именно там было обнаружено тело?
Лорд Глоссап нахмурился, но кивнул:
— Да.
— Тогда маловероятно, что ваши гости будут рваться проводить там свой досуг. Допросу моему может помочь то, что он будет происходить на месте происшествия.
Лорд Глоссап вынужден был согласиться. Порция вышла из двери, которую Стоукс придержал открытой, и направилась к библиотеке. Она обменялась взглядом с Саймоном, когда тот открывал дверь туда.
Без сомнения, было странно вновь входить в ту комнату, где Порция накануне обнаружила тело Китти. Неужели это произошло всего лишь сутки назад? Казалось, годы миновали.
Войдя в библиотеку, они остановились у входа. Стоукс закрыл дверь, затем жестом показал на кресла перед камином, в противоположном от письменного стола конце комнаты.
Порция расположилась в кресле, Саймон сел рядом с ней. Чарли устроился с другой стороны. Стоукс посмотрел на них и сел в свободное кресло к ним лицом. Он извлек из кармана пальто блокнот и обратился к Порции:
— Мисс Эшфорд, пожалуйста, опишите все в подробностях, начиная с того момента, как вы вошли в холл вчера после полудня. Вы были с мистером Кинстером, как я понимаю?
Порция наклонила голову:
— Мы перед этим прогуливались в сосновом питомнике.
Стоукс посмотрел на блокнот, развернул его и положил себе на колено.
— Вы оба выходили на прогулку через парадную дверь?
— Нет. Мы вышли с террасы после завтрака, обошли вокруг озера и дошли до соснового питомника.
Стоукс проследил за маршрутом по схеме.
— Понятно. Значит, вы вошли в холл с переднего двора. Что произошло затем?
Шаг за шагом он подводил Порцию к важному моменту, заставляя предельно точно описывать все ее действия.
— Почему вы стали прохаживаться по комнате? Вы искали книгу?
— Нет. — Поколебавшись и бросив беглый взгляд на Саймона, она объяснила: — После разговора с мистером Кинстером я была несколько расстроена. Я вошла сюда, чтобы поразмыслить и успокоиться.
Стоукс перевел взгляд на Саймона, в его взоре сквозило легкое замешательство. И в то же время не было оснований говорить о том, что между ними возникла какаялибо напряженность. Скорее даже наоборот.
Порция пожалела Стоукса и добавила:
— Мистер Кинстер и я знакомы с детства, и мы довольно часто спорим, расстраивая друг друга.
Стоукс перевел взгляд на нее.
— Ага!.. — Он посмотрел ей в лицо, и она прочитала в его глазах уважение. Он понял, что она внимательно следит за ходом его мыслей и потому ответила на вопрос, который он еще не успел задать. Он снова заглянул в свой блокнот. — Очень хорошо. Итак, вы начали обходить комнату…
Порция продолжила рассказ. Когда она подошла к тому моменту, как в комнату ворвался Саймон, Стоукс остановил ее и передал слово Саймону.
Искусство Стоукса было легче оценивать, когда оно не было направлено на нее. Порция слушала и фиксировала для себя, каким образом он заставил Саймона дать подробнейшийотчет о своих действиях, после чего перешел к Чарли. Стоукс поистине был великолепен. Все трое готовы были рассказать ему все, однако оставалась некоторая сдержанность, определенный барьер, который они не могли преодолеть, — Стоукс не принадлежал к их классу.
Они все вошли в эту комнату с определенным предубеждением. Однако сейчас, обменявшись взглядом с Саймоном, Порция мысленно отметила, что Чарли сидит в более расслабленной позе. Они оба были готовы пересмотреть свое мнение о «джентльмене с Боустрит». Ему придется вести неимоверно трудный бой, если они не преодолеют тот барьер и не помогут ему понять, что в действительности здесь происходит, какие заботы мучают различных участников этого собрания, какую сеть интриг плела Китги до того, как пришла к своему печальному концу.
Стоукс был достаточно умен, чтобы это понимать. Он подвел их к тому моменту, когда в библиотеку ворвались другие и о смерти Китти узнали многие. Отложив в сторону карту, он поднял голову и, глядя на всех по очереди, медленно спросил:
— Есть чтонибудь такое, что вы хотите мне сообщить: какойнибудь факт, возможную, на ваш взгляд, причину, по которой ктолибо из гостей, либо из слуг, либо из цыган мог убить миссис Глоссап?
Когда никто сразу не отреагировал, он выпрямился в кресле.
— Вы когонибудь подозреваете?
Порция глянула на Саймона, то же самое сделал Чарли. Саймон прочитал в ее взгляде решимость, перевел взор на Чарли, который едва заметно кивнул, и снова посмотрел на Стоукса.
— У вас есть список гостей?


На исходе часа Стоукс провел пальцами по волосам и, уставившись в записи в блокноте, сделанные возле имени Китти, проговорил:
— Эта несчастная женщина, кажется, сама способствовала тому, чтобы ее задушили!
— Если бы вы знали ее, вы бы это поняли. — Переглянувшись с Порцией, Саймон продолжил: — Она, похоже, была не способна понять, что ее выходки задевают других, она вообще не думала о реакции окружающих.
— Дело выглядит нелегким. — Стоукс вздохнул, помахал блокнотом. — Обычно я ищу мотив, ну а здесь мотивов предостаточно. Любой из гостей или слуг мог это совершить, и очень мало фактов, говорящих о том, кто это сделал.
Он снова изучающе посмотрел на их лица.
— И вы уверены, что никто не подал ни малейшего знака с того момента…
Дверь библиотеки распахнулась. Стоукс резко обернулся и нахмурился, но когда увидел, кто появился на пороге, выражение его лица сделалось бесстрастным, и он поднялся на ноги.
То же самое сделали и другие, увидев леди Озбалдестон и лорда Недерфидда, которые, словно пара заговорщиков, неслышно прикрыли за собой дверь, а затем осторожно, насколько это возможно для немолодых и грузных людей с тростями, двинулись через комнату, чтобы присоединиться к присутствующим.
Стоукс попытался взять официальный тон.
— Милорд, мэм, если вы не возражаете, я на самом деле должен вначале…
— Вздор! — заявила леди О. — Они не станут играть в молчанку оттого, что мы здесь!
— Да, но…
— Мы пришли, чтобы удостовериться в том, что они рассказали вам все. — Опираясь на трость, леди О. уставилась на Стоукса взглядом василиска. — Они говорили вам о змее?
— Змее? — Стоукс посмотрел на Саймона и Порцию, явно надеясь, что они его выручат.
Когда он увидел, что те не спешат ему на выручку, он прищурился и перевел взгляд на леди О.
— О какой змее речь?
Саймон вздохнул:
— Мы пока не дошли до нее.
Естественно, что отделаться от леди О. после этого было невозможно. Все снова сели. Саймон уступил свое кресло леди О., потом они с лордом Недерфилдом встали возле камина.
Они рассказали Стоуксу историю с гадюкой, обнаруженной в кровати Порции, которая, по счастливой случайности, не легла в постель, а заснула в кресле. Стоукс выслушал объяснение не моргнув глазом, и Порция с облегчением переглянулась с Саймоном.
— Боже милосердный! Мерзавец! — Чарли впервые услышал о гадюке. Он посмотрел на Порцию. — Удивительно, что вы не впали в состояние нервной депрессии.
— Да, — поддержал его лорд Недерфилд, — именно этого негодяй и добивается.
— Верно. — Глаза у Стоукса блеснули. — Это означает, что существует нечто такое, что может убийцу выдать. — Он перевел взгляд на Порцию. — Нечто такое, что, по его мнению, вы знаете.
Порция покачала головой:
— Я думала и думала, но нет ничего такого, что я могла забыть, клянусь вам.
В глубине дома прозвучал обеденный гонг. Это был уже второй сигнал, по которому они должны были идти одеваться к столу, первый они проигнорировали. Сегодня им было не до церемоний. Снабдить Стоукса информацией казалось им важнее, чем надевать шелковые наряды и галстуки.
Стоукс закрыл свой блокнот.
— Очевидно, негодяй этого не осознает.
— Вероятно, не осознавал, но сейчас, когда я все рассказала вам и вы все еще не можете его опознать, возможно, сделает выводы. — Порция развела руками, — Я рассказала вам все, что знаю.
Все поднялись.
— Возможно. — Стоукс обменялся многозначительным взглядом с Саймоном, когда они шли к двери. — Но этот негодяй может считать, что вы вспомните некие важные моменты позже. Если для него было весьма важно однажды попытаться вас убить, нельзя исключить, что он может предпринять новую попытку.
— Послушайте! — Чарли уставился на Стоукса, затем перевел взгляд на Порцию. — Мы должны охранять вас.
Порция остановилась.
— Это едва ли необ…
— Днем и ночью. — Стоукс энергично кивнул, видно было, что он предельно искренен.
Леди О. стукнула тростью по полу.
— Она может спать в моей комнате. — Повернувшись к Порции, она добавила: — Смею заметить, что даже вы подумаете дважды, прежде чем забраться между простынями в том месте, где вы однажды уже видели змею.
Порции стоило немалых усилий, чтобы не содрогнуться. Она бросила выразительный взгляд на Саймона; если она будет спать в комнате пожилой леди…
Он встретил ее взгляд, лицо у него стало строгим.
— Днем и ночью. — Он повернулся к Чарли. — Ты и я должны взять на себя дневное время.
Испытывая не столько раздражение, сколько изумление оттого, что ее собираются передавать от одного к другому словно какуюто вещь, Порция открыла было рот, чтобы выразить свой протест, но по выражению суровых и решительных лиц поняла, что победы в этом споре ей ждать не приходится.
— Ну ладно, будь повашему! — Она вскинула вверх руки и шагнула к выходу.
Лорд Недерфилд открыл дверь и предложил ей руку. Она приняла ее и услышала, как он хмыкнул.
— Очень мудро с вашей стороны, моя дорогая. У вас не было никакой надежды выиграть эту баталию.
Порция едва не фыркнула, но вовремя сдержалась. Высоко подняв голову, она зашагала по коридору в направлении столовой.
За ней медленно следовал Саймон, на руку которого опиралась леди О. У двери столовой Стоукс расстался с ними, попросив Саймона передать гостям, что он возобновит дознание утром, до того как отправится в помещение для слуг.
Чарли прошел вперед, чтобы найти свое место. Саймон провел леди О. через дверь. Остановившись на пороге, чтобы поправить шаль, она пробормотала:
— Не будьте таким мрачным. Я ведь не замечаю, что происходит в другом конце комнаты, откуда мне знать, там она или нет? — Якобы пытаясь снова взять его за руку, она ткнула его под ребра локтем. — И еще, я очень крепко сплю…
Саймон едва не разинул рот, он давно знал, что леди О. всегда была удивительно ловкой свахой, но ему никогда не приходило в голову, что она станет помогать ему в его ухаживании за Порцией.
Она позволила ему усадить ее на место, после чего мановением руки отпустила. Идя к свободному месту рядом с Порцией, затем выдвигая стул и садясь за стол, Саймон подумал, что иметь союзником леди О. весьма недурно.
В особенности сейчас. Помимо всего прочего, леди О. была до мелочей прагматична. На нее можно положиться, она настоит на том, чтобы Порция вела себя разумно. И была в безопасности.
Разворачивая салфетку, Саймон бегло взглянул на чуть высокомерное выражение лица Порции и позволил лакею обслужить его. Он, точнее, они, возможно, еще не выбрались из дебрей, но сейчас он определенно чувствовал себя увереннее, чем когдалибо еще после того, как Порция узнала о его истинной цели.


По общему согласию тон участников раута сознательно и определенно изменился. Потягивая чай в гостиной, Порция поймала себя на мысли, что Китти это не одобрила бы. Атмосфера была сродни той, когда собирается большая семья, но без свойственной этому событию веселости. Все присутствующие чувствовали себя непринужденно друг с другом и, казалось, сбросили маски, как бы решив, что в силу сложившихся обстоятельств они освобождены от того, чтобы соблюдать обычные светские условности.
Дамы удалились в гостиную первыми. Никто не ждал, что джентльмены к ним присоединятся. Компания разбилась на группы по всему залу, все тихонько разговаривали, не было ни смеха, ни драмы, просто велись спокойные беседы.
Беседы имели своей целью приглушить, снять ужас, порожденный убийством Китти и вытекающей из этого необходимостью расследования дела.
Сестры Хэммонд оставались бледными, но постепенно стали приходить в себя. Люси Бакстед тоже немного оправились. Уинифред, одетая в темносинее платье, которое ей явно не шло, выглядела страшно бледной и измученной. Миссис Арчер на обед не явилась.
Как только чай был выпит, присутствующие поднялись и разошлись. Кажется, все чувствовали, что нужно хорошо отдохнуть в преддверии вопросов, которые перед ними может поставить Стоукс. Лишь Друсилла решилась спросить Порцию, что она думает о Стоуксе и находит ли его компетентным. Порция ответила, что в компетентности его не сомневается, однако улик настолько мало, что дело может остаться нераскрытым.
Друсилла кивнула и удалилась.
Помогая леди О. добраться до ее комнаты, Порция увидела раскладную кровать, установленную возле пустого очага в дальнем от большой кровати конце комнаты. Пришла горничная леди О., чтобы помочь госпоже раздеться. Порция села на стул возле окна и тут заметила, что ее одежда уже принесена из ее комнаты. Ее платья висели на веревке, протянутой в углу, белье и чулки были аккуратно сложены в ее чемодане, который стоял открытым в углу. Подняв голову, она увидела свои щетки и шпильки для волос, флакон духов и расчески на каминной полке.
Выглянув в потемневший сад, Порция стала придумывать причину для того, чтобы выйти прогуляться, которую леди О. могла бы принять.
Ничего подходящего ей в голову не пришло к тому моменту, когда к ней подошла горничная и спросила, не нужно ли ей помочь снять платье. Порция покачала головой, пожелала девушке спокойной ночи, поднялась и направилась к кровати.
Свеча на ночном столике уже была погашена, леди О. лежала с закрытыми глазами, обложенная подушками.
Порция наклонилась и поцеловала ее в бледную щеку.
— Хорошего сна вам.
Леди О. хмыкнула:
— О, я буду спать крепко. Не знаю, как устроитесь вы, но вам лучше определиться. — Не открывая глаз, она подняла руку и показала в сторону двери. — Давайте идите.
Порция недоуменно посмотрела на леди О., затем решилась спросить:
— Куда мне идти?
Открылся один старческий глаз и уставился на нее.
— А как вы думаете?
Пока Порция стояла и пыталась лихорадочно понять смысл сказанного, леди О. фыркнула и снова закрыла глаз. — Мне уже, слава Богу, больше семидесяти лет. Мне уже больше семидесяти семи! Я способна понять, что происходит у меня под носом.
— Вы… понимаете?
— Конечно. Имейте в виду, я не уверена, что вы поступаете правильно, но все может быть. — Она поглубже угнездилась в подушках. — А теперь — марш! Нет смысла терять время. Вам двадцать четыре, а ему сколько? Тридцать? Вы оба потеряли уже достаточно времени.
Порция не нашлась с ответом и в конце концов решила, что умнее всего не отвечать вообще.
— В таком случае — спокойной ночи. — Повернувшись, она направилась к двери.
— Погодите минутку!
Услышав раздраженную команду, Порция обернулась.
— Куда вы идете?
Она показала на дверь.
— Вы только что сказали…
— О Господи, девочка, неужели я вас должна всему учить? Вам нужно сменить платье.
Порция посмотрела на свое твилловое пурпурное платье. Она сильно сомневалась, что Саймону важно, в каком платье она будет, ей не придется долго в нем находиться. Открыв рот, она собралась спросить, какое это может иметь значение.
Леди О. вздохнула:
— Переоденьтесь в дневное платье, в котором вы намерены появиться завтра. В этом случае, если ктонибудь увидит вас, когда вы будете возвращаться, он решит, что вы встали рано и вышли на прогулку. Если вас увидят в коридоре сегодня, то решат, что вы приготовились ко сну, затем вспомнили, что нужно чтото сделать или что я вас за чемто послала. — Она фыркнула и откинулась на подушки. — Вас, молодых, я могла бы научить коечему, — она закрыла глаза и лукаво скривила губы, — но это только полдела.
Порция улыбнулась, что еще ей оставалось делать? Она послушно сняла пурпурное твилловое платье и натянула дневное голубое из поплина. Застегивая крошечные пуговицы на лифе, Порция подумала о Саймоне, которому скоро придется снова их мучительно расстегивать. Однако же то, что предложила леди О., было вполне разумно…
Внезапно ей в голову пришла мысль, закралось подозрение…
Застегнув последнюю пуговицу, она направилась не к двери, а к кровати. Остановившись в ярде, она попробовала понять, не спит ли уже леди О.
— Вы все еще здесь?
— Сейчас ухожу, но я подумала… вы знали, что Саймон будет здесь, на этом рауте?
Последовала пауза, после чего леди О. сказала:
— Я знала, что он и Джеймс — близкие друзья со времен учебы в Итоне. Было вполне вероятно, что он приедет.
Порция вспомнила о жарких спорах в КэлвертонЧейзе с Люком, Амелией и ее матерью о том, как она настаивала, чтобы леди О. взяла когонибудь с собой в это путешествие, как, леди О. сопротивлялась к наконец уступила, нехотя согласившись взять ее с собой.
Прищурив глаза, она смотрела на пожилую леди, которая притворялась спящей, и думала, в какой степени нынешняя ситуация, в которой они оказались с Саймоном, сложилась благодаря таким малозаметным манипуляциям этой самой опасной сводни высшего света.
И решила, что это не важно. Леди О. была права — они потратили достаточно много времени впустую. Выпрямившись, Порция повернулась к двери.
— Спокойной ночи. Увидимся утром.
И это будет именно утром. Одним из самых замечательш моментов плана леди О. было то, что Порция теперь была в утреннем платье и ей не придется уходить от Саймона до зари.


Саймон был в своей комнате, ожидая и размышляя о том, найдет ли Порция способ прийти к нему, или же она ухватится за возможность остаться в стороне, чтобы, заново обдумать и взвесить все аргументы против брака с ним и возвести от него новые барьеры. Стоя у окна, испытывая состояние внутренней напряженности, он потягивал бренди из бокала, который не выпускал из рук последние полчаса, и всматривался в густеющую тьму снаружи.
Он не хотел, чтобы Порция слишком много размышляла о том, каким он будет мужем. В то же время Саймон знал, что, попытавшись даже самым деликатным образом отвлечь ее от этих размышлений, он выкопает еще более глубокую яму для себя, ибо она решит, что он не заслуживает ее доверия.
Он был похож на птицу с подрезанными крыльями. Но сделать ничего — ну просто ничего! — не мог.
Он пойдет своей дорогой, невзирая ни на что. Порция была слишком проницательна, слишком прямолинейна, чтобы не смотреть фактам в лицо и закрывать глаза на трудности в его и в ее характерах. Единственным утешением было то, что когда она наконец примет решение в его пользу, он будет определенно знать, что она сделала это с открытыми глазами и открытой душой.
Поколебавшись, он допил бокал.
Скрипнула входная дверь. Обернувшись, Саймон увидел, как Порция входила — стройная, элегантная, в свежем платье. Она приближалась к нему с мягкой, но уверенной улыбкой на лице. Он поставил бокал на подоконник, освобождая руки для объятий. Порция приблизилась и вошла в кольцо его рук.
Саймон наклонил голову, их губы встретились. Тлеющие угольки, которые в течение последних дней теплились под прохладной поверхностью, тут же вспыхнули, превратились в язычки пламени, лизнули и охватили их обоих одновременно. Чувствуя застежку на платье спереди, Саймон освободил руки и попытался расстегнуть пуговицы. Но пуговицы были совсем крошечными и надежно сидели в петлях. Он вынужден был прервать поцелуй и заняться ими всерьез.
— Зачем ты переоделась? — Другое платье он снял бы с нее в одну минуту.
— Леди О.
Саймон вскинул голову, Порция улыбнулась.
— Она подсказала, что в дневном платье я не вызову подозрений, возвращаясь утром.
Пальцы Саймона замерли.
— Она знает, что ты здесь? — Одно дело — сочувствовать а другое… Он не ожидал такой откровенной поддержки.?
— Она фактически вытолкала меня за дверь я сказала, чтобы мы не теряли времени даром.
Глядя на пуговицы, он уловил смешливые нотки в голосе Порции. Подняв голову, Саймон мысленно обругал тени, которые не позволяли разглядеть ее глаза.
— Что?
Он знал, что у нее были свои секреты. Его догадку подтвердило то, как она разглядывала его лицо, после чего снова улыбнулась и покачала головой:
— Просто леди О. — потрясающая женщина. Мне хотелось бы стать такой, как она.
Саймон насмешливо хмыкнул. Последняя пуговица оказалась наконец расстегнутой.
Порция приблизила губы к его рту.
— Если ты уже покончил с пуговицами, я думаю, мы должны последовать ее рекомендациям.
Они не теряли времени, однако же он не позволил ей действовать очертя голову. На сей раз — это было впервые — они были в равных условиях. Оба знали, к чему стремятся и почему, оба со знанием дела постепенно, шаг за шагом и рука об руку двигались вперед — туда, где их поджидало бушующее пламя.
Этот момент они должны хорошо прочувствовать. И запомнить. Каждое нежное прикосновение, каждое проявление страсти.
Саймон не знал, чего Порция хотела от этой ночи, чего еще она ждет от него, что он способен ей дать. Он мог лишь отдать ей самого себя и надеялся, что этого будет достаточно.
Они не отошли от окна, они просто снимали с себя одежды там, где стояли. Каждое новое открытие, каждая впадина каждый изгиб тела вызывали восхищение и восторг.
Наконец они остались нагими и обнялись.
Языки пламени лизнули и охватили их ноющие, вожделеющие тела. Их рты сплавились в одно целое. Их языки искали и находили друг друга, дразнили и проникали в глубину. Наступило пиршество для их рук и пальцев, которые блуждали по полыхающим телам, исследовали, ласкали, мяли и тискали. Вожделение нарастало, захватывало обоих.
Он поднял ее. Она обняла его за шею и жадно поцеловала. Обвив ногами его талию, Порция вздохнула, когда он вошел в нее, и любовно сжала бедра, когда он стал ее опускать.
Она запустила пальцы в волосы у него на затылке, вцепилась в них, впилась губами в его рот. Его ствол заполнил ее до отказа, затем стал медленно выходить, а потом с новой силой погрузился в нее.
Она отдавала ему всю себя, ничего не оставляя про запас и не требуя никаких уверений. И он брал ее, брал ее тело и, ненасытный, продолжал хотеть ее.
Порция понимала это, чувствовала по сжатым мускулам, удерживавшим ее, и знала, что ей еще многое нужно узнать и что он еще многое способен ей дать.
Если она пожелает.
Если осмелится.
Если она в достаточной степени поверит ему…
Кожа ее горела, тело полыхало, однако Саймон заполнял ее… всетаки недостаточно. Она хотела почувствовать его еще глубже, хотела, чтобы он входил в нее еще энергичнее.
Оторвав губы от его рта, она лихорадочно прошептала:
— Отнеси меня на постель.
Саймон повиновался. Когда он нагнулся, чтобы опустить ее на кровать, она потянула его на себя. Он чертыхнулся, подумав, что причинил ей боль. Она обняла его за ягодицы и притянула к себе еще ближе.
— Сильней!
Она впилась ногтями в его кожу, и он сделал то, чего она хотела. Его ствол вошел в нее еще глубже. Саймон посмотрел на нее и задержал дыхание. Он сделал попытку сдержать мощный прилив желания, который угрожал его уничтожить. Так же, как и ее. Похоже, почувствовав это, Порция подняла руки и провела пальцами по его щекам и плечам, по груди, затем прижала ладони к его бокам и заставила его нагнуться.
Он нагнул голову и поцеловал ее, но она хотела — и требовала — большего. Он сдался и стал медленно опускаться, придавив ее тяжестью своего тела. Он мог ожидать, что она запаникует, станет извиваться в попытке освободиться, однако она лишь подняла ноги еще чуть повыше и обвила ими его талию.
И еще сильнее развела бедра, полностью открыв себя для проникновения.
Она прикусила зубами его нижнюю губу. Затем отпустила.
— А теперь покажи мне, — пробормотала она, обжигая его своим горячим дыханием.
Он встретился с ее полным истомы взглядом и подчинился ее просьбе.
Не отрывая от нее взора, он ускорил толчки. Он хотела видеть цвет ее глаз, наблюдать, как меняется в них интенсивность оттенков, как они делаются черными в момент высочайшего наслаждения.
Саймон поклялся, что займется с ней любовью при дневном свете, чтобы видеть ее глаза, ее кожу. Такую гладкую и нежную, похожую на чистейший жемчуг. Сейчас, в полумгле, это все было едва различимо.
Он хотел видеть ее крупные бархатистые соски, ее чуть покусанные губы, влажные набухшие складки на фоне черных вьющихся завитков между округлых белоснежных бедер.
Он чувствовал, как все ее тело движется вместе с ним, как они превращаются в единое целое, сливаются друг с другом.
И вот наконец они достигли желанного пика, ощутили могучий сладострастный взрыв, после чего их обоих бросило в пучину ошеломляющего блаженства.
А главное, он испытал чувственное удовлетворение с ней. Саймон скатился с нее, лег рядом и подтянул ее к себе поближе, к своему сердцу.
Туда, где она должна быть.
Невыразимый покой снизошел на него, и он словно провалился в сладостную бездну.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Идеальный любовник - Лоуренс Стефани



Весьма интересный роман с элементами детектива. Жена лорда - настоящая нимфоманка. Становится жалко бедного Эмброуза, Загнанного в тупой угол из-за этой шлюхи. Можно почитать на досуге.
Идеальный любовник - Лоуренс СтефаниВ.З.,64г.
27.11.2012, 13.20





Очень интересно, ничего другого я не ожидала от этого автора
Идеальный любовник - Лоуренс Стефанилюбовь
9.09.2013, 12.04





Супер Как и вся серия про семью Кинстеров
Идеальный любовник - Лоуренс СтефаниАнна
27.05.2014, 20.16





Нормальный роман про любовь. А жалеть Эмброуза нечего, нчего пихать свой в каждую дырку, надо тоже думать подходит или нет и вообще это говорит какой он эгоист и правильно онём сказала его сестра, так что к чему он стремился того и добился. Ну а ГГ молодцы, бывает такое иногда знаешь человека всю жизнь, а потом ещё больше - идёшь по жизни с ним дальше. Читайте
Идеальный любовник - Лоуренс СтефаниАнна.Г
8.03.2015, 19.29





Можно почитать.
Идеальный любовник - Лоуренс СтефаниКэт
20.08.2015, 10.32








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100