Читать онлайн Госпожа Хризантема, автора - Лоти Пьер, Раздел - XXVI в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Госпожа Хризантема - Лоти Пьер бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.8 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Госпожа Хризантема - Лоти Пьер - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Госпожа Хризантема - Лоти Пьер - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лоти Пьер

Госпожа Хризантема

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

XXVI



Звук раздвигания и запирания бесчисленного множества деревянных панелей, каждый вечер доносящийся из всех японских домов, будет одним из впечатлений об этой стране, которое навсегда останется в моей памяти. От соседей, через зеленые сады, эти звуки долетают до нас по очереди, сериями, одни явственнее, другие приглушеннее, одни ближе, другие дальше.
Прямо под нами, у госпожи Сливы, панели ездят плохо, скрипят, громыхают в своих изношенных пазах.
Наши тоже производят много шума, так как в старом доме хорошая акустика, а их надо передвинуть, по крайней мере, штук двадцать по длинным пазам, чтобы полностью огородить то подобие открытого рыночного павильона, в котором мы живем. Обычно эту домашнюю обязанность берет на себя Хризантема — и ей приходится очень трудно, она часто прищемляет пальцы и действует крайне неловко своими слишком маленькими ручками, в жизни не знавшими никакой работы.
Затем следует ее вечерний туалет. Не без некоторого изящества сбрасывает она с себя дневное платье, чтобы переодеться в другое, попроще, из синей материи, с такими же расширяющимися книзу рукавами, так же скроенное, но без шлейфа, и подпоясаться муслиновым поясом в тон.
Высокая прическа, разумеется, остается неприкосновенной, если не считать шпилек, которые вынимаются и спят рядом с нами в лаковой коробочке.
Затем имеется еще серебряная трубочка, которую надо выкурить перед сном — это один из моментов, выводящих меня из терпения, но совершенно неминуемых.
Хризантема, как цыганка, склоняется над некоей квадратной коробочкой красного дерева, содержащей маленькую табакерку, маленькую фарфоровую жаровню с постоянно тлеющими углями и, наконец, бамбуковую вазочку, чтобы высыпать пепел и сплевывать слюну. (Внизу, у госпожи Сливы, как и в других местах, у всех японцев и у всех японок, точно такие же курительные коробочки, содержащие те же самые и так же расположенные предметы, — и везде, и в богатых, и в бедных жилищах, они валяются на полу.)
Слово «трубка» слишком тривиально, а главное, слишком грубо для этой тоненькой прямой серебряной трубочки, завершающейся крошечной чашечкой, куда кладется всего одна щепотка светлого табака, нарезанного тоньше шелковых нитей.
Две затяжки, от силы три; это длится всего несколько секунд, и трубка кончается. А потом тук-тук-тук-тук — трубкой сильно стучат о бортик курительной коробки, чтобы выбить пепел, который всегда застревает; и этот стук, раздающийся повсюду, в каждом доме, в любое время дня и ночи, странный и быстрый, как обезьянье царапанье, в Японии относится к характерным звукам человеческой жизни…
— Аната, номимасэ! (Покури
l:href="#n_43" type="note">[43]
ты тоже!) — предлагает Хризантема.
И вновь набив невыносимую трубочку, она с поклоном подносит к моим губам серебряный мундштук — а я из вежливости не решаюсь отказаться; но вкус едкий, отвратительный…
А теперь, прежде чем лечь под темно-синюю сетку, я иду и открываю две панели — одну со стороны заброшенной тропинки и другую, выходящую на расположенные террасой сады, — чтобы открыть доступ ночному воздуху, рискуя при этом впустить новых запоздалых жуков и новых легкомысленных бабочек.
Наш дом, сделанный из старых тонких досок, резонирует по ночам, как большая сухая скрипка; самый легкий шорох здесь разрастается, искажается и начинает звучать тревожно. А на веранде висят две небольшие эоловы арфы,
l:href="#n_44" type="note">[44]
и при малейшем дуновении стеклянные пластинки позвякивают друг о друга, напоминая мелодичное журчание ручейка; на улице из самых дальних далей доносится великая и вечная музыка цикад, а прямо над нами, на черной крыше, словно топот ведьм, гремит смертельная схватка кошек, крыс и сов…
Позднее, перед самым рассветом, Хризантема пойдет и потихоньку прикроет открытые мною панели — ведь рано-рано утром до нас дойдет свежий ветерок с моря, из глубокой бухты.
До этого она еще встанет по меньшей мере раза три, чтобы покурить: зевнув, как кошечка, потянувшись, покрутив во все стороны своими янтарными руками и крошечными изящными кистями, она решительно выпрямляется, весьма трогательно постанывает, словно просыпающееся дитя, затем вылезает из-под газового полога, набивает свою трубочку и два-три раза затягивается едким, неприятным дымом.
А потом тук-тук-тук-тук о коробку, чтобы вытрясти пепел. При ночной слышимости стук получается ужасно громкий — и, как и следовало ожидать, будит госпожу Сливу. И вот уже госпожа Слива, явно поддавшись внушению, тоже ощущает желание покурить; и тогда стуку наверху отвечает точно такое же тук-тук-тук-тук снизу, изводящее и неминуемое, словно эхо.






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Госпожа Хризантема - Лоти Пьер



Лоти "Госпожа Хризантема" (1887) --- великосветское французское быдло (Лоти) уязвленное японцами в самое слабое его место (мозги) лезет из кожи вон, чтобы облить Японию и ее культуру грязью и свалить со своей больной головы на японскую, здоровую. rnЯпония слишком сложна для его мозгов, и слишком тонка для его деревянной души. Поэтому в своем жгучем и едва скрываемом желании самоутвердиться и растоптать "этих непонятных обезьянок..." "парад уродцев"... "куколок, чьи даже самые величественные религиозные обряды не вызывают у меня ничего, кроме хохота, итд итп," - автор постоянно срывается до истерического визга. rnТо ли дело "великий Стамбул", который автор вспоминает как недосягаемую "культуру" для "этих кривляющихся обезьянок". rnrnВ чем же заключается таинственная запредельность культуры Турции для бескультурной и "обреченной, в будущем, на бутафорское загнивание" Японии? (это его пророчество ничего, кроме смеха, у читателя не вызывает)rnrnА ответ прост: в Стамбуле, дешевая турецкая проститутка валялась у "белого паши" в ногах и пылко лизала ноги, что автор с упоением описал (конечно, назвав это все любовной историей) в своем предыдущем романе. В Японии же, - о ужас! - самые дешевые японские шлюхи не выказывают ему никакого пылкого почтения, во всяком случае не больше, чем положено по этикету, и педантично ждут, когда же наш герой уедет, и проверяют деньги, которыми он расплатился. Пару раз, автора настигает прозрение, - о ужас!- что они, японки, его презирают, и считают себя выше, чем он. А ему так хотелось описать их как еще одних восточных одалисочек. rnrnЛитературный стиль романа так же достоин плевка: что вижу, то пою. Нудятина невероятная, практически поток сознания. rnrnКороче, этот опус Лоти интересен исключительно с точки зрения истории литературы, как яркий образчик ментального и эмоционального французского маразма конца 19 века.
Госпожа Хризантема - Лоти ПьерГорния
10.11.2013, 16.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100