Читать онлайн Стремительный поток, автора - Лоринг Эмили, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Стремительный поток - Лоринг Эмили бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.18 (Голосов: 138)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Стремительный поток - Лоринг Эмили - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Стремительный поток - Лоринг Эмили - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лоринг Эмили

Стремительный поток

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

Воскресный штиль. Джин почувствовала это, когда желтый родстер выскочил из ворот поместья «Хилл-Топ». Просто удивительно, какое затишье наступало здесь на седьмой день. Она оглянулась. Казалось, будто мириады глаз из белого особняка смотрят на нее с резким неодобрением. Она скорчила рожицу в ответ и посмотрела на сумку с клюшками для гольфа и теннисные ракетки, расставленные на соседнем сиденье с таким расчетом, чтобы их хорошо было видно. Затем взглянула на свое белое спортивное платье и желтый жакет, отражавшиеся в ветровом стекле. Правильно, так и надо было одеться.
Прекрасный день. Воздух позднего октября был по-зимнему свеж, к нему примешивался легкий запах дыма лесных пожаров, аромат сосновой и еловой хвои, слышались легкая музыка далеких колоколов и шелест веток, стряхивающих последние листья нежно и неторопливо, словно матери, посылающие своих детей в школу в первый раз. Над головой синело ясное небо с перистыми облачками. Сверкающая лента реки словно упала с небес, чтобы обвязать желтовато-коричневые поля; вода была так чиста, что в ней отражался небесный купол.
Джин сбросила скорость, вырулив на главную улицу. Она сделала это нарочно. Если бы кто-то осведомился о пункте ее назначения, она бы весело выдала заготовленный ответ: «Конечно, «Кантри-клуб». А почему нет? Вы только представьте, каково сидеть в душной церкви в такое прекрасное утро!» Она кивала и лучезарно улыбалась попадавшимся на пути знакомым. Каждая девушка в городке была нарядно одета и направлялась в церковь. Лицемерки! Как долго они будут оставаться в церковном фан-клубе, если Кристофера Уинна отправят в отставку? Этот момент потихоньку приближался. А может, он решил уступить и заняться выколачиванием денег у паствы? Джин слышала, как Хьюи осуждал раздоры и распри, которые породила герцогиня, а та торжествовала. Объединенная церковь распадалась на фракции.
Джин проехала мимо Калвинов. Отец семейства недовольно нахмурился, сжал тонкие губы и нехотя приподнял шляпу; старшая дочь бросила на Джин косой оценивающий взгляд. По улице спешила разодетая в зеленое и золотистое Фанчон Фаррелл, натягивая перчатки. Она театрально ахнула, крикнула:
– Опять в другом платье! – и захихикала. Окинув родстер взглядом собственницы, добавила: – Я без ума от моей машины!
Констанс Уинн, изящная, словно фотомодель, в простом платье и лисьей накидке, кивнула и улыбнулась. Салли-Мэй, шагавшая рядом, чопорно поджала губы, посмотрев на нагруженный спортивным инвентарем родстер поверх очков. «Маленькая святоша», – возмущенно подумала Джин и поехала дальше. Затишье заполняло все пространство, словно мир чего-то ждал, и вдруг со стороны высокой церкви накатила лавина мощного звука, оформившегося в аккорды, словно исполняемые множеством органов. Колокола вызванивали мелодию хорошо знакомого Джин церковного гимна, и она мысленно сопровождала ноты словами.
Торжественно прозвучала концовка, и колокола умолкли. В воображении девушки они продолжали гудеть и вибрировать, перед мысленным взором возник образ Кристофера Уинна. Тогда, в гостиной графини, он пел это самое произведение. Его лицо сияло. И зачем она, Джин, так глупо и необдуманно бахвалилась своим безразличием к церкви? Снова эта Ужасная Сестрица! Нет. Она больше не будет прятаться за этим призраком из детства.
Но Ужасная Сестрица не собиралась сдаваться, и Джин демонстративно проехала мимо церкви в надежде, что об этом услышит Кристофер Уинн. Ей хотелось причинить ему боль. Зачем? Как будто ему не все равно. Становилось все очевиднее, что он чувствует к ней только презрение, и ничего больше. Но тогда почему он сказал: «Я принимаю ваш вызов», – таким тоном, от которого у нее перехватило дыхание? Выехав из дому этим утром, она была веселой, жизнерадостной безбожницей. Волнующее пение колоколов пошатнуло ее самоуверенность и испортило настроение. Что привлекает всех этих людей, встреченных ею на пути, в церковь? Не все они были молоды, не все принадлежали к слабому полу, неравнодушному к красоте проповедника…
Гарви Брук встретил ее на поле для гольфа. Они разыграли восемнадцать очков, и все это время Джин представляла себе тускло освещенный интерьер церкви, Кристофера Уинна в черной сутане…
– Очнись, Джин! – возмутился Брук, когда они вернулись в помещение клуба. – У тебя игра не идет. Что там такое в твоей головушке?
– Ничего, Гарви.
– Правдивая Джин! Она осознает свою умственную ограниченность. – Брук рассмеялся, взял ее руки в свои и нежно проговорил: – Ты сыта по горло этим городом? А ну его к черту! Выходи за меня замуж, и мы будет делать все, что захотим, поедем в любое место, которое ты назовешь.
– Не могу, Гарви.
– Я подыскал для тебя изумруд. Милая, я подарю его тебе в ту же минуту, как ты скажешь «да», и ты увидишь, что он в сто раз прекраснее того камня, что носит твоя мать на мизинце.
Джин покачала головой:
– Ты не сможешь подкупить меня изумрудом. Я пообещала отцу, что останусь с ним до конца зимы.
– Жертва на алтарь дочерней любви! Ладно, пойдем поедим. Я заказал столик. Здесь по воскресеньям всегда полно народу.
– Странно, я думала, все в церкви…
Гарви озабоченно посмотрел на девушку:
– Ну и ну! Этот город плохо на тебя действует.
– Но ведь люди действительно идут в церковь.
– Да уж, идут, толпами валят. Когда-нибудь и я, возможно, туда загляну, просто из любопытства – узнать, о чем там говорит Уинн. Однажды в воскресенье я его подвозил, возвращаясь с поля для гольфа, и моя машина была набита клюшками и прочим барахлом. Ну, я извинился за то, что развлекался игрой в день воскресной проповеди, а он засмеялся и сказал: «Ну а почему нет? Седьмой день был создан для отдохновения. Я считаю, что человек, посетивший утреннюю службу, днем может делать все, что его душе угодно. Ничего страшного в этом не будет». Так он как бы пожелал, чтобы я посещал церковь.
Джин внезапно остановилась.
– Я еду домой.
– Домой? Зачем?
– Пообедаю с отцом и графиней, по воскресеньям они вместе садятся за стол и держат двери открытыми для всех. Поехали со мной, если хочешь.
– Конечно, я поеду. Думаешь, я нахожусь в этом мертвом городе по какой-то другой причине, кроме как для того, чтобы быть с тобой? Я присоединюсь к тебе в «Хилл-Топ», только приму душ.
«И зачем только я позвала Гарви Брука?» – сердито подумала Джин, выруливая на лесную дорогу. Ей не хотелось ехать через город. Как там, поживает ее бревенчатая хижина? Надо бы проверить. Гарви и обед могут подождать. Девушка оставила машину среди кустов и начала быстро подниматься по склону холма. И вдруг остановилась, ощутив странное чувство, будто была не одна. Неясная тень, скользнула от дерева к дереву? Ерунда – воображение разыгралось.
На поляне перед хижиной Джин взобралась на огромный валун – без сомнения, это был метеорит, упавший с неба миллионы лет назад. Над ней сияла сплошная таинственная синева. Внизу раскинулись поля, блестела река с островками и плывущими кое-где стволами деревьев, с высокими берегами, застроенными коттеджами, вдалеке высилась колокольня – теперь молчаливая, не поющая. На севере маячили фабричные трубы и виднелись белые пятнышки – домики рабочих.
Безграничное пространство! Оно давало ощущение покоя, отдохновения. А с какой стати ей уставать? Джин, не занятой ничем, кроме развлечений с утра до ночи, было скучно до слез. Чувствуя непонятное беспокойство, она, казалось, все время страстно желала чего-то, но не знала чего. Цели в жизни? Может, ей недостает игры на органе? Это было серьезное увлечение. В Нью-Йорке Джин занималась благотворительностью, как и все женщины ее круга, а здесь могла бы преподавать музыку в детском саду – она обожала малышей… Нет, если она предложит свою помощь, за ее спиной тут же начнутся подмигивания и перешептывания, мол: «Я же тебе говорила, она будет с нами». «Жертва фатального очарования!» – захихикает Фанчон. Да, пути к спасению отрезаны. На всю зиму она погрязнет в праздности, будет читать и терпеть ухаживания Гарви Брука.
В воздухе опять поплыл медовый звон. Небесная гармония… серебряные ноты… волшебные аккорды… гарвинстонский набат. По коридорам памяти эхом пронеслись насмешливые слова графини: «Можешь звонить в колокола, это ведь тоже искусство». А почему нет? Из церковных колоколов извлекают звук с помощью клавиатуры – тут пригодится ее органная практика. Делать хоть что-то! Хоть что-то стоящее! Звонарь-бельгиец ее обучит. Жалованье ему платит Хьюи, так что он не сможет отказать… Ну да, а Фанчон с товарками обвинят ее тогда в интересе к Кристоферу Уинну? Радостное оживление Джин быстро поутихло. Неужели она позволит им забрать у нее всю радость жизни своими подозрениями? Ни в коем случае! Даже если кабинет Уинна находится в церкви, разве ему нужно знать, чем она занимается? Нет, не нужно. Почему об этом должен знать кто-то, кроме звонаря? Завтра она с ним поговорит и потребует, чтобы он поклялся хранить тайну. Она будет трудиться как пчелка. А потом, в один прекрасный день, когда приобретет немалое мастерство, удивит семью и друзей. Вот она, цель! Что-то интересное, чем можно заниматься в этом мертвом городишке!
Счастливая, тихо напевая, Джин приблизилась к хижине и попробовала открыть дверь. На ней был висячий замок. Девушка всмотрелась в окно между решетками. Хижина казалась обитаемой. Внутри стояли стулья, стол со старомодной клетчатой скатертью, у камина лежали приготовленные дрова, а на каминной полке стояли пять старомодных светильников – отполированных, сияющих, до краев наполненных чистым маслом, на каждом красовались золотые буквы. Джин прижала лицо к решетке, чтобы разобрать надписи: «ЧЕСТЬ», «ХРАБРОСТЬ», «БЛАГОДАРНОСТЬ», «ВЕРА», «ОТВЕТСТВЕННОСТЬ». Не иначе, светильники принадлежали «Мудрым девам». Получается, отец отдал хижину им? В дальнем конце комнаты лежала ее лодка. А вот и подушки, которые она брала в лодку, когда каталась по реке с гувернанткой. Отец хранил подушки все эти годы! Он действительно любит ее!
Ветка хрустнула… Здесь кто-то есть? Джин обернулась. Сердце замерло. Между валуном и бревенчатой хижиной стоял мужчина, глядя на нее зелеными глазами из-под щеголевато заломленной шляпы. Один из тех двоих, кого Кристофер Уинн привлек к суду. Она помнила эти тонкие усики, которые не скрывали насмешливо изогнутую линию рта. Джин храбро спросила:
– Что вам нужно?
Он сунул руку в карман и успокаивающим тоном сказал:
– Вам нечего бояться, мисс. Я ищу пастора. Он бывает в этой хижине, так ведь? Всякий раз, когда я прихожу сюда, здесь сидит какая-нибудь юбка и ждет. Я хочу поболтать с ним о… о моем спасении. Наверно, он назвал бы это так.
И в голосе, и в глазах его ясно угадывалась насмешка. Что на самом деле этому человеку нужно от Кристофера Уинна?
– А почему бы вам не прийти в его кабинет в церкви? – насторожилась Джин.
Мужчина обнажил белоснежные зубы в улыбке сатира:
– А что, это идея! Но в церкви нам наверняка будут мешать. Я хочу увидеться с ним наедине. Он прищучил меня за небольшое нарушение закона, и это повредило моему бизнесу. – Он недобро прищурился, но тут же вновь расплылся в слащавой улыбке. – Я подумал, что он мог бы посоветовать мне, как быть честным и не умереть с голоду теперь, когда у меня отняли работу.
«Он лжет, – сказала себе Джин. – Слишком много подобострастия в голосе, слишком ярко блестят глаза. Что ему нужно на самом деле? Отмщения? Почему он решил, что священник приходит на этот холм?»
– Вам действительно лучше пойти в его кабинет. Эта хижина – моя и… и поскольку мы с мистером Уинном дружбы не водим, он вряд ли сюда придет.
– А! Вспомнил. Вы – та самая девушка, которую он поймал на превышении скорости в тот самый день, когда засек мою машину. Скажите-ка… – Мужчина умолк и прислушался к топоту ног, бегущих по тропе, к звонким голосам и бряцанию ключей. С кошачьим проворством он метнулся за одно дерево, скрылся за другим, затем за следующим и исчез, словно призрак, когда Салли-Мэй Уинн и полненькая Флора Калвин, пыхтя и отдуваясь, выскочили на поляну.
Увидев девушку, они в один голос укоризненно спросили:
– Почему вы не были в церкви?
Джин потеряла дар речи от возмущения. Этих детей надо поставить на место!
– Это преподобный Кристофер послал вас за заблудшей овцой?
Ошеломленная, Салли-Мэй пару секунд помолчала, после чего выпалила:
– Послал за вами? Как же! Ему до вас дела нет, потому что я рассказала ему, как вы ненавидите мужчин, которые, «прикрываясь саном священника, охмуряют глупых, сентиментальных женщин»!
Джин была из тех, у кого глаза на мокром месте, и могла бы заплакать от унижения и злости. Но вместо этого она схватила Салли-Мэй за плечо, слегка встряхнула ее и строго спросила:
– Как ты посмела сказать ему такое? Откуда ты знаешь, что я это говорила?
Толстушка Флора вытянула изо рта жевательную резинку, вернула ее обратно и начала:
– Фанчон Фаррелл и…
Но подружка ее перебила:
– Наверное, вы не знаете, что Фло и я – из клуба «МД», да? Здесь наша штаб-квартира. – Салли-Мэй показала подбородком на хижину. Она многозначительно посмотрела на Флору и объяснила Джин подробнее: – Ваш отец разрешает нам устраивать здесь собрания. Но вытащить лодку из хижины не позволил – говорит, его девочке это не понравится. Это он вас имел в виду? Может, вы хотели бы посмотреть, как мы внутри все устроили?
Устыдившись встряски, которую она устроила Салли-Мэй, – все-таки это ребенок, – Джин благодарно улыбнулась:
– Да, хотела бы. Это был мой дом для игр в те времена, когда я была еще младше, чем вы сейчас.
Салли-Мэй вставила в замок ключ и распахнула дверь. Две девочки отошли в сторону, давая Джин пройти. Она забыла про них, едва переступив порог. Внутри стояла скамья с кривыми ножками, которую она сама смастерила, и девушка снова почувствовала боль в большом пальце, по которому пять раз попала молотком, забивая гвозди. У стены стояла кровать, над ней висела полка с книгами. При виде лодки у Джин защемило сердце. Если бы только она раньше понимала, какие глубокие чувства таились за внешней сдержанностью отца. Все-таки у нее было счастливое детство, хоть и одинокое. Компанию ей составляла только Ужасная Сестрица. А есть ли такой близнец у Салли-Мэй? Что-то она затихла… Джин обернулась. Четыре руки энергично втолкнули ее в комнату. Дверь захлопнулась с громким стуком. Клацнул замок.
Девушка бросилась к окну, замолотила по стеклу и крикнула:
– Выпустите меня!
В ответ на нее уставилась Салли-Мэй – худенькое личико в очках, за стеклами которых глаза казались противоестественно серьезными, совиными. Рядом с ней, с такой улыбкой, которая посрамила бы честь самого Чеширского Кота, стояла толстушка Флора.
– Обещаете, что будете ходить в церковь каждое воскресенье? – в один голос спросили девчонки.
У Джин потемнело в глазах от гнева. Вот паршивки!
– Я не пообещаю вам ходить в церковь, даже если вы продержите меня здесь вечно. – Она попробовала открыть окно. Салли-Мэй ухмыльнулась: – Вы не сможете вылезти, даже если его откроете. Один раз сюда пришли бродяги и разбили стекло, тогда мистер Рэндолф сделал решетки. Дайте обещание, и мы вас выпустим.
– Дайте обещание, и мы вас выпустим, – словно эхо, повторила Флора. Ее карие глаза с черными крапинками сверкали от ликования.
Вместо ответа, Джин пододвинула стул к камину и поискала на полке со светильниками спички. Краем глаза она видела, как две головы приблизились друг к другу, – девчонки советовались. Затем обе удовлетворенно кивнули и стали удаляться.
Джин подбежала к окну. Маленькие негодницы уходили вверх по тропе. Позвать их и устроить переговоры? Сказать, что она подумает над тем, ходить ли в церковь? Нет, даже если она останется в плену навсегда! Джин взглянула на наручные часы: тринадцать ноль ноль. Она вдруг почувствовала голод. Зверский голод. Отец и графиня скоро сядут обедать… Хватятся ли они ее? К счастью, в хижине оказалась коробка крекеров, древних, но съедобных. Еще кусочек сыра – такой твердый, что ни один уважающий себя рот не попытался бы откусить и кусочка. Джем в банке. С плесенью на поверхности, но все-таки джем. Внезапно Джин ощутила жажду. Оставаться здесь нельзя. Она открыла одно из окон. Потрясла решетку – железные прутья были намертво приварены друг к другу. Можно закричать, но кто ее услышит? Никто, кроме… Лицо человека, ждавшего Кристофера Уинна, всплыло в памяти – искривленный в усмешке рот, наглые зеленые глаза… Нет, ни за что на свете! Она на цыпочках прошла к книжной полке и остановилась, чтобы прочесть красиво оформленный текст, висевший на стене в рамке:
«Тогда подобно будет Царство Небесное десяти девам, которые, взявши светильники свои, вышли на встречу жениху.
Из них пять было мудрых и пять неразумных; Неразумные, взявши светильники свои, не взяли с собою масла;
Мудрые же, вместе со светильниками своими, взяли масла в сосудах своих».
Несносные девчонки! Кипя от возмущения, Джин схватила с полки первую попавшуюся книгу, плюхнулась в лодку, обложилась подушками, начала читать и не заметила, как задремала. Проснулась девушка внезапно и сразу посмотрела на часы. Сколько времени она здесь взаперти? Половина четвертого. В хижине становилось жутковато. Лиловый сумрак сгустился в углах, на бревенчатых стенах дрожат тени от ветвей на фоне краснеющего неба… Любопытно, что ее никто не хватился. Где эти малолетки? То ли они про нее забыли, то ли не осмелились никому рассказать о том, что сделали. Если она не хочет провести ночь в хижине, надо звать на помощь. Джин страшно не хотелось, чтобы кто-нибудь узнал о том, как ее одурачили. Весть об этом распространится, как огонь по ручейку бензина. Фанчон будет смеяться, Сью Калвин задерет нос еще выше…
Джин подбежала к окну и распахнула его с такой яростью, что стекла зазвенели. Она прижалась лбом к холодным решеткам. Открыла рот, собираясь закричать. И закрыла его, да так, что прикусила губу: прямо на нее смотрело лицо с зелеными глазами и тоненькими усиками над искривленным ртом.
– Что… в-вы здесь делаете?
Мужчина коварно усмехнулся, заломил мягкую шляпу под еще более щегольским углом и ответил:
– По-прежнему жду, когда мне пообещают спасение.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Стремительный поток - Лоринг Эмили



Для короткого романа хорошо, но не совсем поняла - такой честный и закоренелый одиночник и священник резко стал Дон-жуаном! Очень уж быстро и сладко 5+
Стремительный поток - Лоринг ЭмилиДжули
19.09.2011, 16.28





Неплохой роман, но сильно много религии помоему:-)
Стремительный поток - Лоринг Эмилиоксана
11.01.2012, 23.23





Понравился роман. Только не хватало страсти между героями - наверное задумка автора , все таки он священник.
Стремительный поток - Лоринг Эмилилена
17.07.2012, 20.47





Боже, ну и чушь! Где это видано, чтобы священник(!), да ещё и христианин, так себя вёл? Глупость одним словом, не дочитала.
Стремительный поток - Лоринг ЭмилиЕвгения
15.01.2013, 16.03





Великолепный роман, читала с удовольствием. Наверное, это лучший роман из тех, что я прочла.
Стремительный поток - Лоринг ЭмилиВера
17.02.2013, 2.15





Хороший роман. Жизненный сюжет.Ведь в нашем мире все может случиться.
Стремительный поток - Лоринг ЭмилиНаталка.
24.10.2013, 9.21





Отдохнула душой!!! Здорово!!!
Стремительный поток - Лоринг ЭмилиВАЛЕНТИНА
16.12.2013, 13.01





Не плохой роман, но особо не впечатлил к сожаению(
Стремительный поток - Лоринг ЭмилиКатерина
20.01.2014, 2.31





Что это было?
Стремительный поток - Лоринг Эмилиren
12.08.2014, 12.59





Не понравилось.
Стремительный поток - Лоринг ЭмилиНа-та-лья
4.09.2015, 19.01








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100