Читать онлайн Известность любви не помеха, автора - Лоренс Ким, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Известность любви не помеха - Лоренс Ким бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.36 (Голосов: 56)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Известность любви не помеха - Лоренс Ким - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Известность любви не помеха - Лоренс Ким - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лоренс Ким

Известность любви не помеха

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

— Ну и что это за гениальная идея? — спросила Хоуп.
Появление сестры теперь напоминало не столько родственный визит, сколько вторжение армии захватчиков. Удивительно, сколько всего требуется двум младенцам!
— Подержи-ка своего крестника, — вместо ответа отозвалась Анна, вынимая одного из сыновей из переносной колыбели. — Только придерживай ему головку!
Хоуп послушно уложила на колени теплый сверток. Племянник уставился на нее с безмятежным спокойствием новорожденного.
— Привет, малыш, — ласково обратилась она к нему, и крохотный кулачок крепко сжал ей палец. — Какой силач!
Анна улыбнулась.
— Да, он у нас молодец. И Генри тоже. — Она взглянула на спящего мальчика. — Кстати, говори, пожалуйста, потише. Он начинает капризничать, если проснется.
— Ты лучше скажи, что у тебя за идея. — Хоуп опасливо взглянула на посапывающего малыша. И откуда Анна знает, как с ними обращаться? Может, это действительно приходит как озарение?
— Я придумала, как убедить маму и отца не переносить поездку.
— Молодец!
— Объявляется благотворительный проект.
— Это еще что?
— Проект под девизом: «Спаси бедняжку Хоуп от голода и холода».
Хоуп с сомнением покачала головой.
— У тебя и без того дел хватает. Да и живете вы не на соседней улице…
— Да-да-да, — прервала ее Анна. — Но я уже нашла тебе помощников.
Хоуп нахмурилась — все как-то подозрительно.
— А именно?
— Я могу через день заскакивать к тебе на часок перед тем, как забирать Сэма и Натана из садика; в другие дни ты можешь вызывать такси и навещать нас. Не бойся, скучать тебе не придется! Адам будет заезжать к тебе каждое утро, чтобы убедиться, что ты жива, а Уилсоны работают на ферме весь день — если ты завопишь во все горло, они наверняка услышат.
— Ну, не так уж я беспомощна. Хоуп улыбнулась — энтузиазм Анны ее забавлял.
— Знаю, знаю, но надо же убедить маму! Кстати, ты можешь пообещать ей не расставаться с мобильным телефоном, а Алекс будет заглядывать к тебе каждый вечер.
— Что?
— Тише, ты разбудишь Генри, — с упреком сказала Анна. — Солнышко мое… — заворковала она над ребенком, на минуту забыв о сестре. — Так вот, Алекс был так добр, что согласился навещать тебя. Я бы попросила Адама, но беда в том, что он мне и самой сейчас очень нужен.
— Да ты спятила, если решила, что Алекс согласится стать сиделкой!
Господи, это будет настоящий кошмар! Нет, надо что-то придумать. Если Анна добьется своего… Страшно даже подумать, что из этого выйдет!
Однако сказать Анне правду нельзя — сестрица вполне способна заявиться к Алексу на работу и потребовать объяснений.
— Ну, не то чтобы сиделкой… Но надо сказать, — добавила Анна с торжествующей улыбкой, — он был в восторге. Манеры у него превосходные, что и говорить.
— Да? От меня он их старательно прячет.
— Ладно, только не говори мне, что вы успели поцапаться! — раздраженно воскликнула Анна. — С вами все ясно: милые бранятся — только тешатся.
— Что тебе ясно? Какие еще «милые»? Тебе что, Адам наболтал?
— Адам? А ему что-нибудь известно? — Анна нахмурилась, сосредоточенно размышляя. — Он мне ни словечком не обмолвился. Ну, подожди, я его расколю! Нет, я просто сама сделала кое-какие выводы. Я знаю, что вы с Алексом были неразлучны почти все время в день венчания Линды, — мне об этом говорили совершенно разные люди. Кроме того, ты получила травму именно на его фирме. Итак, если только ты не увлеклась автомобилестроением… Но ведь ты мне ничего не рассказываешь!
— Да тут и рассказывать-то нечего!
— Ну да, простое стечение обстоятельств. Теперь, раз Алекс согласился приглядывать за тобой, мама непременно уступит. Между прочим, я напомнила Алексу, что это он во всем виноват.
— Анна, что ты наделала! — застонала Хоуп.
— Послушай, разве не в его дыру ты провалилась? — Невинная улыбка сестры не провела бы и младенца. — Я, правда, не подозревала, что ты так заартачишься и не захочешь, чтобы он укрывал тебя на ночь теплым одеяльцем, — заметила она лукаво и добавила:
— Если честно, так ты куда лучше той куколки, что он приводил к нам в гости месяц назад.
Мысли Хоуп немедленно приняли новое направление.
— И кого же он приводил? — Ей почти удалось изобразить отсутствие интереса.
— Кажется, она из финансовых кругов или что-то вроде. Хотя я ни разу не видела таких финансисток.
— Значит, она очень хорошенькая? — «И зачем тебе это знать, мазохистка ты этакая?» Анна фыркнула.
— Слишком тощая, — она презрительно наморщила нос. — И была издергана до последней степени — подскакивала всякий раз, как с ней заговаривали. Но все это было так давно…
— Ради Бога, Анна, никому не рассказывай, что Алекс и я… что мы…
— Образовали дружеский альянс?
— Как раз наоборот, — решительно ответила Хоуп. — Он считает меня продажной потаскухой. — Она так ненавидела его, что решила сказать сестре правду.
— Тебя? — расхохоталась Анна. — Не смеши!
Но Хоуп было не до смеха, она уже готова была, заплакать.
— Я серьезно. Анна нахмурилась.
— Вот идиот! — с возмущением воскликнула она. — Ну, он у меня дождется!
— Нет! — твердо заявила Хоуп. — Нет, Анна, будь добра, не вмешивайся.
Темные глаза Анны всмотрелись в лицо сестры.
— Он тебя обидел? Тогда решено — план отменяется.
— Готово!
Адам Дикон ворвался в комнату с видом победителя. Сестры вопросительно уставились на него.
— Что готово? — подозрительно поинтересовалась его жена.
— Я убедил Бет, что она может с чистой совестью ехать в круиз. Мне удалось рассеять все ее страхи и опасения, — скромно и гордо заметил он. — По правде говоря, решающим аргументом оказалось согласие Алекса превращаться по вечерам в сторожевого пса. Вообще-то ее беспокойство вполне понятно — ферма стоит на отшибе. Но Алекс-то живет всего в двух минутах езды от вас! Вы бы видели, как она обрадовалась!
— Ох, Адам, что ты наделал! — вздохнула Анна.
— Что значит «наделал»? — обиженно переспросил он. — Ничего я не наделал! Не ты ли говорила, что я лучше всех умею убеждать?
— Да, но ситуация изменилась, — сварливо отозвалась Анна.
— Что изменилось?
— Ладно, не заводитесь, — устало перебила их Хоуп. — Ничего уже не изменишь. — Ей очень хотелось, чтобы родители отправились в свой долгожданный круиз. — Я как-нибудь договорюсь с Алексом. Он наверняка поймет, что незачем лично появляться тут каждый вечер. Я ему позвоню. — «Да, — с удовлетворением подумала она, — звонок по телефону — это то, что нужно».
— Мне кажется, ты недооцениваешь таланты своей сестрицы, — заметил Адам. — По-моему, теперь Алекс уже сам верит, что собственноручно столкнул тебя в эту яму, — во всяком случае, Анна представила это дело именно так. А кстати, что плохого в том, если он будет заскакивать к тебе на пару минут по вечерам?
— Он считает Хоуп шлюхой. Мне кажется, ты должен…
— Стоп. — Адам поднял руку, отметив про себя решительное выражение на лице жены. — Я уже говорил тебе, Анна, что не годится вмешиваться в личную жизнь сестер.
— Но ведь Алекс — твой друг!
— Да, и мне бы хотелось сохранить его дружбу.
— Может быть, вы соизволите вспомнить обо мне? Видит Бог, я уже не маленькая.
— Вот-вот, — согласился Адам. Анна с сомнением покачала головой, но Хоуп была рада, что сестра не стала возражать. Пожалуй, остается надеяться, что Адам сумеет убедить свою жену.
Через неделю Хоуп сидела в гостиной, гипнотизируя взглядом часы на каминной полке. Она уже приготовила речь и решила, что будет держаться вежливо, но твердо.
«Алекс, вам совершенно незачем снова приезжать». Да, вот так — уверенно, но без всякой агрессии.
Часы показывали половину девятого, и за окном валил снег. Фред Уилсон, согласившись присматривать за фермой на время отсутствия Бет и Чарли, принес целую охапку дров для камина. На журнальном столике стоял бокал красного вина, из кухни доносился аппетитный запах тушеного мяса, которое мама приготовила на прощание, а на коленях у Хоуп лежала старая добрая книжка. Хорошо бы расслабиться; а она вместо этого вздрагивает от малейшего шороха.
Порепетировав, Хоуп удостоверилась, что может доковылять до двери всего за полминуты — необходимо убедить Алекса, что она отлично без него обойдется.
«И чего я беспокоюсь? Он же наверняка обрадуется, узнав, что мне ничего от него не нужно». Не нужно? Ох, если бы! Хоуп порывисто вздохнула — это она сейчас такая храбрая; а замаячит на горизонте мистер Мэтьюсон, и ау, где вы, высокоморальные принципы? Рассыплются как карточный домик!
Хоуп нахмурилась и с отвращением подумала, что такая слабость достойна всяческого презрения. А если он решит, что она все это подстроила, прибегнув к помощи Анны?
Она вздрогнула от этой мысли. Как ей раньше не приходило в голову? А вдруг он сочтет, что потрескивающее пламя камина, приглушенный свет и тихая музыка — лишь декорация для хитроумного обольщения?
Хоуп поспешно встала и зажала костыли под мышками. Музыка, может быть, и неплоха, но ей нужен свет — и поярче, пожалуйста!
От ее визга, казалось, задрожали стены. А кто бы не завизжал, наткнувшись на что-то мускулистое и живое в доме, где никого не должно быть?
— Черт побери, еще немного — и у меня случился бы разрыв сердца! — Алекс схватил ее за плечи, словно она была буйнопомешанной.
— У вас?! — с возмущением фыркнула Хоуп. — А как насчет метр. С чего это вам вздумалось забираться в дом тайком? И кстати, как вы сюда попали? — Было обидно, что не удалось встретить его хладнокровно и собранно.
— Как? Через дверь, конечно же! Ваша мать дала мне ключ. Господи, вы до сих пор дрожите! Анна говорила мне, что вы боитесь оставаться одна; но я решил, что она несколько сгустила краски.
— Я не знала, что у вас есть ключ. — С такой семейкой никаких грабителей не надо! — И вовсе я не боюсь. Вы меня напугали, вот и все.
— Я понятия не имел, что вы так издерганы. — В его голосе послышалось легкое осуждение.
— Ничего я не издергана; и вообще я очень хладнокровный человек. Просто не ожидала наткнуться на… — она окинула взглядом его широкие плечи, — на монумент посреди гостиной. Вы могли бы постучать.
— Я и стучал, и даже несколько раз, но вы, вероятно, увлеклись музыкой. — Вокруг его глаз лучиками разбежались морщинки, и презрительные складки вокруг рта стали глубже. — Неужели это вам нравится? — Из магнитофона доносились томные напевы какой-то баллады.
«Отлично! Будем считать, что сцена обольщения не состоялась!» — весело подумала Хоуп.
— Собственно говоря, да. А что вам больше по душе, Алекс? Только не говорите, что вы из стареющих панков или рокеров.
— Если честно, я предпочитаю классику; а в романтическом настроении меня всегда выручает Пуччини. Но не думаю, что нам доведется слушать его вместе, — ведь наши отношения несколько иные, верно?
Она не могла оторваться от его темно-серых глаз. Он смотрел чуть вызывающе.
— Вы «правы. Но я и не подозревала, что у вас может быть романтическое настроение, — вы ведь из тех, кто любит приводить все к общему знаменателю.
«Зубы себе заговариваешь, девушка? Увлечься боишься? Ну-ну!» — усмехнулась она про себя.
— Вас это оскорбляет?
— Мне это безразлично, — снисходительно отозвалась Хоуп. — Кстати, если вы ничего не имеете против, я отлично могу стоять и без вашей поддержки, — она со значением посмотрела на его руки. Все было как обычно — от его прикосновения сразу пришла блаженная истома, но теперь Хоуп была настороже, а потому даже не дрогнула. — Между прочим, от вас идет пар, — прозаически заметила она. Да она скорее умрет, чем обнаружит перед ним свою слабость!
— Действительно. — Он отпустил ее и снял длинный плащ, от которого в натопленной комнате начал идти пар. Затем провел рукой по волосам, стряхивая капли. Некоторые из них упали ей на руки — холодные, колючие. — Снег так и валит.
— Тем более глупо было приезжать, — заметила Хоуп. Ферма располагалась высоко на холмах, и погода тут всегда была хуже, чем в городе.
— Я же сказал, что приеду, — упрямо ответил он, и эта интонация взбесила Хоуп.
— Даже если в этом нет никакой необходимости?
Алекс невозмутимо взглянул на нее.
— Можно я повешу плащ в холле?
— Зачем вы спрашиваете? — крикнула она ему в спину. — Вы, кажется, и без того чувствуете себя здесь как дома.
Через минуту Алекс вернулся.
— Не надо, Хоуп, не ищите во всем скрытый смысл, — спокойно отозвался он. — Вы очень хорошо объяснили мне, что у вас на уме, а у меня сегодня нет ни желания, ни сил соблазнять вас. И не смотрите на меня так, словно я вот-вот на вас накинусь, — сухо закончил он.
— И на том спасибо, — беззаботно откликнулась Хоуп, пытаясь скрыть разочарование. Значит, ей предстоит бороться лишь с собственными страстями. Хорошенькая перспектива! — У вас усталый вид. — (У него под глазами и вправду темнели круги, а лицо было бледным и осунувшимся.) — Присядьте. — «Что это я?» — в ужасе подумала она. Надо указать ему на дверь, а не создавать атмосферу долгожданного возвращения героя-скитальца.
Алекса, видно, тоже удивили ее слова.
— Утром у меня были переговоры в Бирмингеме, а по пути назад пришлось сделать объезд. Все как всегда: одна-две снежинки — и на дорогах не проехать. Да еще и колесо пришлось менять. Так что день выдался на редкость тяжелый. — Он ловко поймал готовый было опрокинуться бокал вина.
Может, он, конечно, и устал, размышляла Хоуп, но в быстроте реакции ему не откажешь. До чего же противно ощущать себя обузой! Надо думать, ему не терпится поскорее оказаться дома. «Он слишком много работает, вот что», — решила она.
— Я занял ваше место… — Он пошевелился, словно желая подняться.
— Нет, все в порядке. Я устроюсь здесь, — она шагнула к дивану. — Хотите вина? — Она снова прокляла себя за поспешность. Вечная история: стоит в мужской броне обнаружиться крохотной щелочке, и в женщине пробуждается неистребимый инстинкт. Она принимается утешать и заботиться, не спрашивая, нужно это или нет. Из всех мужчин на земле Алекс последний, кто нуждается в утешениях.
Он вскинул темные брови.
— Чтобы отпраздновать наше перемирие? Что ж, я за.
— Не обольщайтесь, Мэтьюсон, — проворчала Хоуп и поняла, что голос ее звучит совсем не убедительно.
— Позвольте, я помогу, — предложил Алекс, когда Хоуп заковыляла к серванту за бокалом.
— И думать не смейте! Мне до смерти надоело повторять, что я — не беспомощный цыпленок.
— Нет, но вы еще не вполне самостоятельны. Сколько раз ваши родители оказывались отрезаны от мира прошлой зимой?
— Не знаю — меня тут не было.
— Но вы не станете отрицать, что это случалось?
Хоуп неохотно кивнула.
— Это происходит каждую зиму.
— Тогда я отлично понимаю, почему ваша мать так тревожилась. Ничего не надо доводить до абсурда, в том числе и стремление к независимости.
— Уж не меня ли вы имеете в виду?
— Не будем переходить на личности. — Он исподлобья взглянул на нее и Хоуп усомнилась в его миролюбивых намерениях. — Я бы сказал, что вы упрямы как ослица, — спокойно продолжил он, не обращая внимания на раздраженное фырканье Хоуп. — Я ваш ближайший сосед, и мне ничего не стоит заехать к вам на полчасика, чтобы убедиться, что все в порядке.
— Уилсоны, между прочим, живут ближе, — капризно возразила Хоуп.
— Да, по прямой; но им придется идти через четыре поля, если дороги будут перекрыты. Они, кажется, согласились приглядывать за скотиной, верно? Но вы же не собираетесь злоупотреблять их помощью?
— Я все же думаю, что в этом нет никакой необходимости. — Хоуп понимала, что проиграла. Какой ужас! Выходит, ближайшие три недели они будет видеться каждый день! Каждый день она будет сходить с ума от нетерпения, ожидая, когда он появится. Да это же пытка! И ради чего?
— К счастью, — пробормотал Алекс, устало прикрыв глаза, — мне нет дела до «ваших возражений. — Его крупное тело безжизненно обмякло в кресле.
Когда-то у Хоуп был щенок, который проделывал то же самое — засыпал прямо на ходу, внезапно, без предупреждения, часто в самом неподходящем месте.
— Эй, не спите! — От волнения голос у нее прозвучал слишком резко.
— Что? Господи, конечно же, нет. — Он с силой потер лицо и потряс головой. — Прошу прощения. Должно быть, меня разморило от тепла.
— Какая разница? — ворчливо отозвалась она. Удивительно, но, в сонном лице Алекса появилось что-то мальчишеское — черты лица разгладились, утратив привычную жесткость. «Нет, девушка, это тебе не щенок». — Я уверена, у вас еще масса дел. — Включая не правдоподобно обольстительных финансисток, добавила она про себя.
— Только одно дело — выспаться. — Алекс давно приучил себя спать шесть-семь часов; однако в последнее время он отказывал себе даже в этой малости.
— Сначала вам надо поесть, — решительно заявила Хоуп. — Я как раз собиралась… — Она прикусила язык. До чего же трудно быть неприветливой и сдержанной, подавляя в себе радушие и гостеприимство!
Алекс, откровенно забавляясь, наблюдал за ней.
— Что же вы собирались сделать?
— Поесть. — Она беспомощно вздохнула. — Можете присоединиться, если хотите, — еды хватит на целый полк. — Это еще мягко сказано. Забивая холодильник провизией, Бет явно переоценила способности Хоуп. — Все равно я отдам остатки собакам.
Алекс с изумлением понял, что последнее замечание ничуть не оскорбило его.
— Благодарю вас за гостеприимство, — серьезно ответил он. — По правде говоря, я бы с удовольствием поужинал.
— Только не ждите, что я буду кормить вас каждый вечер.
— Учту — и постараюсь обуздать аппетит.
— Так я вам и поверила! — Хоуп поспешно отвернулась, чтобы скрыть краску на щеках — ну прямо девочка-подросток.
— Очень вкусно.
Хоуп кивнула, радуясь, что ему нравится мамина стряпня. Отложив вилку, она в упоении наблюдала за ним.
Алекс поднял голову и перехватил ее взгляд.
— На переговорах нам подали изысканный ленч, но каждому досталось по крошке на ложке.
— А вам надо несколько больше.
— Пожалуй.
— А сами вы когда-нибудь готовите?
— Только если бывает для кого. В одиночку дома не очень весело есть.
Хоуп кивнула, соглашаясь. Однако неплохо было бы узнать, часто ли ему приходится для кого-нибудь готовить.
— Вы давно живете на Мельнице? — Мельничная гора была всего в полумиле от фермы, но Хоуп никогда там не бывала, хотя знала всех соседей — и ближних, и дальних.
Алекс отодвинул тарелку и откинулся на спинку стула.
— Отец купил землю вместе со старым складом. Ему и в голову не приходило переезжать туда, пока совет директоров не прокатил его на выборах председателя.
Несмотря на его бесстрастный тон, Хоуп поняла, что ему неприятны эти воспоминания.
— До тех пор мы, можно сказать, обитали на его рабочем месте, в квартирке при заводе. Разумеется, у отца и Эвы было гнездышко в городе, однако детям туда доступа не было.
— А почему они не переизбрали его?
— Я смотрю, сегодня вас разбирает любопытство. — Он взглянул на нее почти враждебно; тем не менее, к ее удивлению, все же ответил:
— Со дня основания завод работал хорошо. Мы исправно выплачивали проценты по ссудам. Однако отец их все равно не устраивал — он им портил «чистоту рядов»: не умел играть в теннис, не окончил престижной школы… Про него нельзя было сказать «один из нас». Да и в бизнесе он частенько наступал другим на мозоли; а это, знаете, никому не нравится. Наконец им удалось прицепиться к каким-то административным разногласиям и свалить вину на него. Заговор — неприятное слово, но, боюсь, здесь оно точно отражает ситуацию. Отец не ожидал удара в спину. — Алекс мрачно усмехнулся. — Наверное, это было для него самым тяжелым.
— Но ведь теперь завод принадлежит вам, верно? — не утерпела Хоуп и невольно вздрогнула, заметив у него на лице жесткое, почти беспощадное выражение.
— В тот день, когда отец вернулся домой сломленным, преданным людьми, которым доверял, я решил, что рано или поздно верну завод. Может, я поступил и не слишком деликатно, но, поверьте, пережил истинное наслаждение, когда люди, унизившие моего отца, на своей шкуре испытали, что это значит.
Никогда еще за все время их знакомства Алекс не казался ей таким жестоким. Да, этого человека лучше не иметь своим врагом. И все равно она готова была принять его таким, какой он есть!
— Простите, я вовсе не хотела совать нос в чужую жизнь, — тихо начала она. — Просто вы сами как-то заметили, что мы — ближайшие соседи, и мне подумалось, что я почти ничего о вас не знаю. Вы не из тех, кто запросто заглядывает на чашечку чая, чтобы поболтать ни о чем.
— Вы правы — соседи так никогда и не признали отца. Боюсь, это перешло и на меня. — Алекс помолчал. — Отец сколотил приличное состояние, но для большинства здешних уроженцев так и остался выскочкой из потомственных шахтеров, да еще со странным акцентом.
— Какая чушь! Нельзя так думать о людях, Алекс, — возразила она.
— Ошибаетесь, Хоуп, большинство людей именно таковы, — резко отозвался он.
— А мне кажется, — парировала она, — что все дело в самом человеке. Мои родители, например, никогда не судят о человеке, если не знают его.
Алекс примирительно качнул головой.
— Отчасти старик, конечно, сам был виноват. В бизнесе его выручал талант; но потом, женившись на Эве, он отчаянно пытался понравиться людям ее круга. У него, естественно, ничего не вышло. Хотя одевался он с иголочки, купил себе дорогой автомобиль, выбрал престижную школу для сына и, наконец, женился на «девушке из хорошей семьи».
— А вам все это было не по душе. Алекс взглянул на нее с изумлением и даже, как ей показалось, с благодарностью.
— Думаю, да, — с горечью сознался он. Еще подростком он дал себе слово, что никогда не поддастся тщеславию. Людям придется принимать его таким, каков он есть, или не принимать вовсе.
— Теперь понятно, почему вы никогда не идете навстречу первым: тот, кто хочет с вами подружиться, должен сделать первый шаг. Теперь вы можете устанавливать в бизнесе собственные правила игры.
В глазах у Алекса появилась усмешка.
— Это квалифицируется как «нечестная игра».
— Ну, это смотря с кем играешь, — вырвалось у Хоуп, и она замерла — сейчас он ее окончательно запрезирает как типичную представительницу той глубоко развращенной среды, в которой, по его мнению, она чувствовала себя как рыба в воде. Улыбка сползла у нее с лица. — Только, пожалуйста, не ищите в моих словах скрытого смысла, — отрывисто проговорила она. Что ни говори, а презрение Алекса все же не та оглобля, через которую она легко переступит.
— Боитесь, что я уличу вас в нечестной игре? — Он пренебрежительно скривил губы.
Боже, как несправедливо! Собственно говоря, вся жизнь — сплошная несправедливость! Еще не хватает начать жалеть себя!
— Уж не пытаетесь ли вы сказать, что в замечательном мире большого бизнеса научились обходиться без грязной игры и нечестных сделок?
— Вы сомневаетесь в моей порядочности? — натянуто спросил он.
Удивительно, как он умудрился выжить с такой прямолинейностью!
— Нет, Алекс, я никогда этого не делаю, если только не располагаю достаточно убедительными доказательствами, — с молниеносной быстротой парировала Хоуп. — И вам не советую. Слушайте, почему бы вам не спросить меня напрямик, часто ли я сплю с женатыми мужчинами?
— Хоуп, мы все совершаем поступки, в которых потом горько раскаиваемся.
— Нет, Алекс, вы ничего обо мне не знаете… — с жаром начала она.
Он порывисто встал и подошел к ней.
— Я знаю только одно… Я так хочу тебя, что еще немного — и мне конец. — Рывком подняв ее и обхватив за талию, он с силой привлек ее к себе.
Хоуп с блаженным вздохом прильнула к нему. Алекс погрузил пальцы в копну ее золотистых волос, и она зажмурилась, когда он принялся перебирать пушистые пряди, — именно этого ей и хотелось… Жар его тела проникал сквозь тонкую шерстяную водолазку, и даже сквозь бюстгальтер она ощущала твердые, как сталь, пластины мускулов у него на груди. Хоуп замерла, упиваясь этим блаженством.
— Ангел… — хрипло пробормотал ей в ухо, и от его дыхания по коже Хоуп разбежались мурашки. Алекс начал покусывать мочку, а затем поймал нежный розовый лепесток зубами и легко потянул. Наконец его язык закружил возле ее губ, и она, не выдержав, застонала. — Господи, Хоуп, неужели ты хочешь меня так же, как я тебя? Ты ведь чувствуешь, как я тебя хочу, да?
Она инстинктивно качнула бедрами и, ощутив его восставшую плоть, едва устояла на ногах — словно электрический ток пронзил ее от этого прикосновения.
— Мне больно, — прошептала она. Он слегка отстранился и заглянул ей в глаза. — Я так хочу тебя, Алекс, что мне просто физически больно!
Он, не таясь, удовлетворенно прикрыл глаза.
— Я знаю.
Сердце у нее в груди гулко забилось.
— Послушай, Ллойд и я… — Нельзя, чтобы между ними оставались недоразумения. Сейчас самый подходящий момент.
Он чертыхнулся сквозь зубы.
— Нет, Алекс, ты не понимаешь. Все было совсем не так, как ты думаешь! — горячо заговорила она и несмело провела рукой по его щеке. Кожа была чуть влажной. — Я ничуть не стыжусь того, что сделала, потому…
— Не желаю ничего слушать.
— Но, Алекс, ты должен меня выслушать!
— Может быть, ты, конечно, возбуждаешься, припоминая прежних дружков… У меня, знаешь, другая реакция.
Хоуп отпрянула, увидев презрение в устремленном на нее взгляде. «Так тебе и надо, дура!» Она почувствовала почти безысходное отчаяние: ничего не изменилось, ровным счетом ничего. Он по-прежнему презирает ее.
— Что ты делаешь? — Еще никому не удавалось подхватить ее на руки так легко.
— Где твоя комната?
— Отпусти меня, Алекс! Я не хочу, чтобы ты укрывал меня на ночь теплым одеяльцем… — Ее убогая попытка пошутить осталась незамеченной. Двигаясь по коридору, Алекс ловко приоткрывал все двери подряд. Кабинет отца, где на время устроилась Хоуп (чтобы не карабкаться по лестнице), располагался в глубине дома.
Алекс, пятясь, зашел в комнату, опасаясь задеть что-нибудь ее сломанной ногой. Переносная вешалка и яркий узор лоскутного одеяла весьма оригинально контрастировали с рядами книжных полок вдоль стен. Аромат духов, которыми пользовалась Хоуп, еще не успел вытравить застоявшийся запах трубочного табака, однако это едва ощутимое благоухание ударило Алексу в голову. Хоуп Лейси — ни о чем другом он просто не мог сейчас думать.
Откинув уголок одеяла, он опустил свою ношу. Хоуп даже не заметила, как короткая юбка поднялась, приоткрывая кружева на шелковых панталончиках. Алекс, не отрываясь, смотрел на них, и его голодное, жадное желание и возбуждало ее, и вызывало отвращение. Он сбросил пиджак, стянул галстук через голову и принялся расстегивать сорочку.
Хоуп чувствовала, как с каждым его резким, почти неконтролируемым движением силы оставляют ее. Под белой сорочкой угадывались мышцы на груди и плечах. Сила и мощь без единой унции жирка или лишнего веса — Алекс Мэтьюсон был человеком железной воли и не капитулировал даже перед искушением излишествами.
«Капитуляция» — это слово тут же вызвало у нее образ закованного в броню всадника. Хоуп облизнула губы, не в силах отвести глаз от стоящего перед ней мужчины. Широкие плечи и мощная грудь переходили в тонкую талию и узкие бедра, а темные волоски, завитками покрывавшие грудь, постепенно превращались в узкую дорожку, которая скрывалась, сбегая вниз. Алекс взялся за пряжку ремня.
— Алекс…
— Что? — Он замер, и мускулы у него на шее заметно напряглись. — Разве тебе самой хочется не этого? — Она молчала, и у него на лице обозначились резкие складки — то ли от решительности, то ли от плохо скрываемого раздражения. — Мне нет дела до твоего прошлого, до твоих любовников — ты это хотела услышать?
Да, это! Только сказанное другим тоном, тоскливо подумала Хоуп. Не могут, не должны прочные — вернее, какие угодно — отношения начинаться вот так. Слишком серьезно разделяющее их недоразумение.
— Послушай, Хоуп, есть минуты, которые не повторяются. Если ты прогонишь меня сейчас, то никогда не простишь себе этого. — Его голос превратился в ласкающий шепот. — Забудь о прошлом, забудь о будущем. Здесь ты и я — здесь и сейчас.
Ей было ясно, сколь небесспорны его доводы. Она знала, до какой степени настоящее, уходя в прошлое, имеет скверную привычку не давать покоя в будущем. Хотя, с другой стороны… Может быть, это и правда единственный раз, когда им суждено быть вместе… Кто знает…




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Известность любви не помеха - Лоренс Ким

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9

Ваши комментарии
к роману Известность любви не помеха - Лоренс Ким



увлекательно
Известность любви не помеха - Лоренс Кимтата
7.07.2011, 19.33





средне
Известность любви не помеха - Лоренс КимМарго
3.03.2012, 20.33





Скучновато! Начало интересное, но дальше... еле дочитала.
Известность любви не помеха - Лоренс КимТатьяна
28.04.2013, 17.43





6
Известность любви не помеха - Лоренс Кимтася
28.09.2013, 23.19





Хорошие герои. Хороший роман. 9/10
Известность любви не помеха - Лоренс КимВикки
2.05.2015, 12.50





Как-то не очень впечатлил этот роман. "Женщина для Адама" понравился больше из трех книг.
Известность любви не помеха - Лоренс КимЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
10.02.2016, 14.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100