Читать онлайн Лица, автора - Лорд Ширли, Раздел - 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Лица - Лорд Ширли бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.5 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Лица - Лорд Ширли - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Лица - Лорд Ширли - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лорд Ширли

Лица

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

12

События иногда принимали просто невероятный поворот. Со съемочной группой Майку пришлось побывать в Вестгейте – там проходил семинар компании «Мастермайнд». В последнее время на побережье только и говорили, что о Максе Мастерсе – мистере Мастермайнде – и его ошеломляющем успехе.
Предварительно позвонив ему по телефону, Майк к своему неподдельному удивлению услышал в списке клиентов названия многих больших корпораций, очевидно с охотой тративших тысячи долларов, стремясь «воплотить потенциал в мощь». Не последнюю роль играло здесь и интригующее карнегиевское обаяние самого мистера Мастерса.
Этот день был прожит не зря. Во-первых, из отснятого материала получился отличный пятиминутный репортаж, а во-вторых, к несказанной радости Майка, в рекламном буклете в качестве жизненного примера действенности учебной программы он наткнулся на жизнерадостную физиономию Бена Шепвелла собственной персоной.
– Я хочу как-нибудь сделать отдельную передачу, встретиться с этим парнем Шепвеллом, например, – сказал Майк Мастерсу, который прилетел в Сан-Диего из штаб-квартиры в Санта-Монике, чтобы лично провести показательный семинар для телевидения.
Мастерс несказанно обрадовался. Преданный член «Мастермайнда», Шепвелл обладал способностью вызывать энтузиазм. Пару лет он подписывался на все новые кассеты с программой «Новый взгляд и новые усилия» и выучил их так хорошо, что один раз даже заменял лектора на семинаре. Мастерс чувствовал, что бесплатно получил кусок пирога.
– Здравствуйте, можно Бена Шепвелла?
Ответил бодрый тонкий голосок:
– А кто спрашивает?
– Он меня не знает. Это Майк Стюарт… – Майк никогда не представлялся чужим именем, но здесь другого выхода не было. – Я интересуюсь учебной программой «Мастермайнд». Мне дали ваш номер. Это… миссис Шепвелл?
Девушка хихикнула и не ответила.
– Минутку, он сейчас подойдет.
Взял трубку мужчина, несомненно, уверенный в себе. Кассеты о взгляде и усилиях он проштудировал как следует.
– Рад вас слышать. Уверяю, этот звонок – самый важный в вашей профессиональной карьере. Майк, кажется?
– Да, Майк Стюарт, – невозмутимо ответил Майк. – Я много читал об этих курсах. Я еще не покупал кассет, но, может быть…
– Почему бы нам не встретиться? – прервал его Шепвелл. – Мне легче будет ответить на ваши вопросы не по телефону. Я могу приехать к вам, или посидим где-нибудь за кружкой пива.
– Хорошо. Где вам удобно?
Супербизнесмен выдержал паузу и сказал:
– Как насчет того, чтобы позавтракать вместе в субботу? В кафе «Селла» в торговом центре «Серра-монте»? В половине двенадцатого, например? Вы, наверное, знаете. Это самый большой торговый центр в округе, двести восемьдесят тысяч квадратных метров… – Не дав Майку возможности спросить, зачем Бену понадобилось встречаться с перспективным клиентом в этом безразмерном магазине, Бен поспешил объяснить: – Если вы там не были, посмотреть надо обязательно. Я заключил там немало сделок… – Он засмеялся так, чтоб сразу стало ясно, какой он непревзойденный бизнесмен, и даже не побоялся признаться: – Я был полным неудачником, пока не наткнулся на «Мастермайнд». В общем, когда увидите «Серрамонте», поймете, что в мире еще не создано ничего совершенней.
– Я не знаю точно, как туда добраться.
Выслушав, как доехать, и попрощавшись, Майк положил трубку и сказал вслух: «Ну и урод!» Шепвелл даже не спросил, откуда он звонит, и даже телефона не взял. Интересно, стал бы он подозревать неладное, если бы узнал, что «перспективный клиент» находится от него за тридевять земель? Возможно, он намотал столько же по «Серрамонте» в поиске клиентов для «Мастермайнда».
Майк прилетел в Сан-Франциско, взял такси и, несмотря на объяснения эксперта Шепвелла, немало потрудился в поисках входа в центр, выбравшись с парковки неимоверных размеров. Господи, здесь нужен радар. Направляясь в сторону гигантского зала под названием «Продуктовый двор», где раздавалось эхо, Майк окончательно потерял всяческую веру в то, что Шепвелл вложил хоть кроху в постройку «Серрамонте». Ничего подобного он еще не видел. Кафе «Селла» оказалось именно там, где объяснял Бен. Майк устал, как после утренней пробежки, когда наконец, пройдя отдел кухонных приборов, увидел нужную вывеску.
Бен, наверное, думал, что это шикарное место. Оно и вправду было неплохое. Стилизованное под сельский кабачок: корзины, вилы, снопы колосьев пшеницы – все подчеркивало идею спокойного уюта и близости к земле. В плохо освещенном кафе Бен выглядел лет на тридцать пять. Когда они нашли столик на втором этаже и он оказался напротив Майка, загорелому продавцу прибавился еще десяток лет. Бен держался с неприятной развязностью, которая вызвала отвращение Майка, даже если б он не знал, что за человек сидит перед ним.
– Как вы узнали о нас? Через «Форбс»? Они нас обожают, всегда дают трибуну…
За бокалом «Кровавой Мэри» и коктейля «Куиш Лорен» Майк позволил Бену порассуждать о любимой компании в свое удовольствие. Установка цели… преимущества телефона… японское искусство терпения… У Бена хорошо получалось. Может, в конце концов он нашел свою нишу.
Майк слушал внимательно и задавал правильные вопросы.
– Я прочел, что это совершенно изменило вашу жизнь. – Майк с чувством взмахнул рукой. – Неужели вы и вправду имеете отношение к открытию «Серрамонте»?
Бен откинулся на стуле, белый воротничок засверкал на загорелой шее.
– В определенной мере – да. Заинтересовал производителей спортивного оборудования. Потом сходим в тренажерные залы, если у вас есть время.
– Вы отлично выглядите. Занимаетесь спортом? – Сказанное подействовало на Шепвелла, как на ребенка протянутая конфета.
Бен невольно напряг мускулы, и полились потоки хвастовства.
– Приходится держать форму, надо оставаться молодым. Лозунг «Мастермайнд» – в здоровом теле здоровый дух. Я всегда в это верил.
– Ваша жена по телефону показалась мне очень юной.
Бен ухмыльнулся:
– Кто сказал, что она моя жена? Я встречаюсь со многими понемножку, приятель… Но, можно сказать, да, Салли – любимый игрок моей команды. Сами-то вы женаты?
– Пока нет, – покачал головой Майк. – Вы работаете только в «Мастермайнд»?
– Конечно нет, черт возьми. Время от времени провожу семинары для развлечения… когда занять себя нечем. Я, так сказать, разработчик – свожу нужных людей друг с другом. Всю жизнь этим занимался, но «Мастермайнд» указал мне на слабости, укрепил сильные стороны…
Майк ждал вопроса, который должен был последовать, если Шепвелл действительно хороший бизнесмен, как говорил Мастерс. Пусть поболтает еще минут десять, а потом можно будет сменить тему. Бен заказал еще по бокалу «Кровавой Мэри». Хорошо, это еще больше его размягчит. Майк отодвинул недопитый коктейль в сторону, и Бен с серьезным видом подался вперед. Майк посмотрел на начинающие слегка седеть виски, которые очень шли его смуглому лицу и темным волосам, и вспомнил, как Джо говорила о несправедливости того, что мужчины с годами только хорошеют, а женщины – наоборот.
– Цена отличная. Включается обучение, аудиокассеты на десять часов занятий, методические разработки, пара ужинов… но, возможно, вы имеете право на скидку. Давайте посмотрим. Спорю, вы – кандидат в вице-президенты какой-нибудь крутой компании – «Полароид», «Американ Стэндард», «Ю-Эс Стил»… заметный парень и окружен другими заметными парнями, которые нацелились перерезать вам горло, я прав? Если вы работаете на подобной фирме, полагается скидка…
Майк откашлялся. Пора переходить к делу.
– У вас, кажется, есть знаменитая дочь, – довольно льстиво начал он. – Алекса, по-моему? «Лицо Дэви»? Вы и ее обучили своим трюкам, что она так высоко забралась?
Бен открыл рот и медленно закрыл. Майк смотрел на него невинно, все еще изображая почтительное восхищение перед удачливым собеседником.
К радости Майка, Бен залпом допил вторую рюмку.
– Да, у меня есть знаменитая дочь. Как вы об этом узнали?
– Разве об этом не все знают?
– Вовсе нет, черт возьми, – хмыкнул Бен. – Жизнь, сынок, учит: никогда не доверяй женщине, даже если она твоя плоть и кровь. Алекса не вспоминает обо мне.
– В «Дэви» она, наверное, уже стала миллионершей. Она самая знаменитая модель в стране.
Бен допил остатки, и Майк заказал еще по коктейлю.
– Нет-нет, больше не надо, – замахал руками Бен, но, когда официант принес рюмки, Бен тут же снова отпил из своей. На загорелом лбу появились капельки пота. – Да, моя знаменитая дочь зарабатывает миллионы. Ну и что? Я никогда не видел из них ни цента, ни слова от нее не услышал. Что касается меня, мне все равно, есть она на свете или нет. – Он посмотрел на Майка, словно видя его впервые. – Давайте вернемся к скидкам. Так в какой вы компании работаете?
– Станция Кей-си-эй-ти.
До Бена не дошло. Он тупо уставился на Майка, а тот крепко схватил его за запястье. Шепвелл сидел как парализованный. На его лице выступил пот.
– Вы что делаете? Что это за чертова станция?
– Я из Сан-Диего. Это филиал Эн-би-си. Ваша вторая дочь, Джо, работала раньше со мной, и ей пришлось много пережить.
Бен попытался вырвать руку, но шок отнял все силы. Челюсть отвисла. Майку показалось, что сейчас с ним может случиться удар.
– Да вы… скользкий проныра… негодяй!
– Минутку, мистер Шепвелл. Это не совсем так. Я действительно встречался с Максом Мастерсом и, кстати, делал репортаж о семинаре. Он показывал мне брошюру, говорил о вас. Он вас очень ценит и хотел, чтобы я сделал отдельную передачу – все это правда. Представился счастливый случай посидеть с вами и рассказать кое-какие новости…
– Какие новости? – Как только Шепвелл услышал имя Мастерса, к нему вернулся цвет лица и даже румянец. – Как вы сказали вас зовут? Майк… не могу вспомнить… Я знаю, Джо время от времени делала что-то для одного Майка, но, кажется, у него другая фамилия…
– За это прошу прощения. Я назвал Салли чужое имя. Мне очень хотелось встретиться, и я решил, что вы можете вспомнить меня – Майка Таннера – и тогда мы ни к чему бы ни пришли. Я не собирался заманивать вас в ловушку, вспоминать неприятные вещи. Вы ведь так и не проследили, для кого был выписан чек и кто такая Магда? – Кровь опять ударила Бену в лицо, так что Майк даже убрал руку. Неожиданно стали сказываться годы пьянства, которые не могла скрыть никакая аэробика. Он опять глядел враждебно.
– Не понимаю, при чем здесь вы.
– Я хочу жениться на Джо, – прервал его Майк неожиданно для себя самого, но теперь понял, что хочет именно этого, и особенно приятно, что узнал об этом человек, который знать должен. – Почему вы забыли про нее? Не сказали им с Алексой, что переезжаете, и даже нового адреса не выслали?
– Я звонил Алексе, писал. Эта дрянь так и не ответила… потом… Мне сказали, что лучше держаться от нее подальше. Алекса поднялась высоко, и Джо тоже. Казалось, что не надо стоять у них на дороге… не портить имидж, я для них недостаточно крутой.
– Кто сказал? Кто-то настоял на том, чтобы вы не виделись? Кто?
Бен заерзал на стуле:
– Вы не так поняли.
Майк посмотрел на него с плохо скрытым презрением.
– Я разговаривал с мексиканскими полицейскими. Они оказались очень скрытными. После катастрофы… вы ведь имели дело с капитаном Гонзалесом?
Бен затравленно посмотрел на Майка и, оглянувшись по сторонам в поиске официанта, громко позвал:
– Принесите счет.
– С капитаном Гонзалесом? – настаивал Майк.
– Я не помню, приятель. Какая разница? Господи, да прошло года четыре, да нет, пять. Сколько мне нести этот крест? Если ты с ним встречался, то уж, наверное, все вынюхал, что надо. Просмотрел учетную книгу, нашел подпись Тери, и полицейский отчет, уж конечно, читал, ведь так? Мне нечего больше сказать.
– Зато мне есть что сказать вам, мистер Шепвелл. Джо с моей помощью разузнала, что ваша жена Тери Шепард потратила более двух тысяч долларов в клинике «Фонтан» на «маску молодости», которая обезобразила ее.
– Нет, нет… – застонал Бен, закрыв лицо руками.
Майк продолжал, не обращая внимания на его стенания:
– Мы узнали об этом от старшей медсестры Энн Першинг, которую потом убили в Нью-Йорке. И почти уверены, что Тери попала в «Фонтан» по совету своей подружки-модели Магды Дюпол. Тери, вероятно, не знала, что Магда сама была заинтересованным лицом и… – Теперь Майк просто зашипел на Шепвелла: – За год до этого Магда засветилась в похожей клинике. Та закрылась сразу после того, как изуродовали еще одну несчастную женщину. Все хуже, чем вы думаете, Бен. Вы, наверное, не скажете, кто вам велел держаться подальше от дочерей. Скорей всего, им и не потребовалось угрожать, но можно предположить, что это кое-кто из «Дэви», которая сейчас платит вашей дочери миллионы, а именно – Мадам Дэви. Она же Светлана Лэннинг. Это она подписала чек, который вы забрали у Джо.
– Там было другое имя, – неуверенно ответил Бен.
– Именно то. Дело в том, что Джо нашла еще один чек и уже не стала повторять ошибку и отдавать его вам. Шаг за шагом – не потребуется много времени распутать всю эту жуткую историю. Ваша жена покончила с собой из-за того, что сделала с ней эта женщина. Потом ее нанял один мультимиллионер – производить продукт, который якобы сохраняет молодость…
– Я не знаю, не понимаю… – Бен сдавал. По уже обвисшим щекам стекали слезы. – При чем здесь я? Зачем вы все это мне говорите?
Майк посмотрел на Шепвелла с отвращением.
– Вы не хотите помочь? Вам ведь есть что сказать, чтобы мы могли доказать все, о чем я только что говорил. Вы знали, что Гонзалес уволился из полиции вскоре после случившегося? Пошел на досрочную пенсию. На нее и в Шиноле хибарки не купишь, а он, между прочим, поселился в шикарном доме в Манзанилье. На какие деньги? У нас не хватает доказательств.
Бен медленно встал и поплелся к двери мимо официанта, который попытался всучить ему счет. Какое-то время Майк смотрел ему вслед, заплатил по счету и откинулся назад, допивая «Кровавую Мэри». Он предчувствовал, что, раскрыв карты перед Беном, он вызовет в стане врага какое-то движение. Он почти не сомневался, что, когда он позвонит Шепвеллу снова, тот, как сестра Першинг, уже окажется далеко. «По срочному делу».


Когда зазвонил бледно-серый телефон, Блэр была одна. Неудивительно – в восемь часов вечера только уборщицы могли еще находиться в здании. Кондиционеры отключали уже в шесть, и Блэр задыхалась от жары. Звонок освежил ее. Ее всегда освежал его голос, его непомерные запросы, гипнотический взгляд…
– Я в Лондоне.
– Да… – выдохнула она, словно услышав экстравагантный комплимент.
– Двое твоих подчиненных желали встретиться со мной и взять интервью у Мадам Дэви… – резко проговорил Форга. Блэр открыла рот, чтобы начать подобострастно Извиняться, но он продолжил: – Я считаю, что Мадам Дэви сейчас самое время встретиться с прессой. Можешь сказать Браун Шнайдер, что передумала насчет статьи о Мадам Дэви…
– Почему? – Блэр так удивилась, что задала вопрос, который заведомо должен был разозлить Форгу.
– Наверное, моя спутница повлияла на меня. – По голосу Браун угадала хорошо знакомую ей язвительную улыбку. – Я взял Алексу с собой – познакомить с нашими новыми инвесторами и поучить послушанию. Завтра она уже сможет делать то, что я ей скажу…
Ревность обдала Блэр сильной волной, ее начало мутить и чуть не вырвало. Форга холодно продолжил:
– Скажи Браун Шнайдер следующее: тебе сообщили, что Мадам Дэви только что прилетела в Калифорнию. Пусть свяжется с Барри Хантером и договорится об интервью. – Блэр не нашла в себе сил ответить, и, возможно, он догадался об этом… да конечно, он знал это, потому что голос его помягчел, не слишком, но достаточно, чтобы почувствовать разницу. Как будто уже не он, а только его глаза говорили с ней. – В Лондоне уже новый день. Я один в постели. И буду один. Приедешь домой – найдешь мой подарок: поездку на Луну. Сними с себя все, когда будешь курить, о потом можешь мастурбировать с ботинком, который я тебе дал. И делай это каждую ночь, пока я не вернусь.


Этот звонок был единственным, который Джо не услышала, с тех пор как два дня назад поселилась у Браун. Она не улетела в Сан-Диего на десятичасовом самолете: как уехать, если неизвестно, что случилось с Алексой? Только здравые суждения Браун удержали ее от того, чтобы идти в полицию, когда по телефону она узнала от Кико, что Алекса поехала в Лондон по срочному делу вместе с Форгой.
Не дожидаясь вопросов, Кико дал Джо телефон Алексы в Лондоне. Джо сказала ему, что несколько дней поживет в другом месте. В Лондоне пока не отвечали.
«Спокойно», – повторила ей Браун раз десять за последние тридцать шесть часов. Майк говорил то же самое, перед тем как отправиться на встречу с отцом, который, оказывается, поселился в пригороде Сан-Франциско и теперь участвовал в семинарах по вопросам карьеры и профессионального роста. Во все это Джо верилось с трудом.
Выключив душ, Джо услышала, как Браун резко хлопнула дверью.
– Джо, ты меня слышишь? – выкрикнула Браун немного возбужденно.
– Да, что случилось? Выхожу через минуту. Алекса нашлась?
– Гораздо лучше, дорогая, – сухо ответила Браун. – По причине, которая скоро станет нам известна, я получила окончательную резолюцию от моего шефа.
Джо не стала вытираться и открыла дверь, накинув полотенце на мокрое тело.
– Да? Что? Говори скорей.
– Я получила не только согласие, а приказ – продолжать статью о Мадам Дэви.
– Что?!
Браун кивнула, губы дрожали от удовольствия.
– Дело раскручивается быстро. Великая дама все-таки приземлилась на нашей планете – а точнее, в северной Калифорнии. Мне надо позвонить Барри Хантеру, и он устроит интервью. – Браун подмигнула. – Дадим ему знать, что я приглашу с собой заинтересованную сторону, допустим, коллегу, у которой есть свои хитроумные вопросы к Мадам. – Браун театрально поднесла часы к глазам. – Хантеру рано звонить? Без четверти девять. Не думаю. Из того, что ты мне рассказывала, можно заключить, что он ранняя пташка и трудоголик. Наверное, уже ждет моего звонка.
Первый раз за последние две ночи, с тех пор как Джо выяснила, что Алекса улетела с Форгой, она вышла из состояния ступора, когда каждое движение требовало огромных усилий. А после того как Браун объявила, что они дневным рейсом вылетают в Сан-Франциско в лабораторию Мадам Дэви, Джо просто не могла усидеть на месте.
– Увы, мистера Хантера не было на месте, – протянула Браун, – но весьма компетентный ассистент знал все о моем запросе. Просто не верится: двери, которые всегда держали под замком, вдруг раскрылись чудесным образом. А человек, дающий тебе информацию, делает вид, что это совершенно естественно. «Ложь и лицемерие уродливого мира красоты» обретают реальные очертания… Пожалуй, сделаю это названием – для подзаголовка слишком хорошо.
Джо всеми возможными способами пыталась выразить Браун благодарность за ее участие, но для Браун вся история стала профессиональным вызовом, великим финалом работы во «Вью», перед возвращением к науке, к книгам.
Они собрались в аэропорт и уже стояли у двери, когда раздался звонок. И хотя Браун не хотела, чтобы Джо брала трубку, какой-то инстинкт потянул Джо к аппарату. На несколько секунд она будто окаменела, и тут же радость охватила все ее существо – звонила Алекса.
Она сразу заговорила о деле:
– Джо, у меня пара минут. Я в Лондоне. Со мной все в порядке. Мое Лицо Вечной Молодости делает чудеса… но… – было плохо слышно. Джо поняла, что Алексе приходится из осторожности говорить негромко. – Магда и Светлана – сестры. Форга – преступник. Ты была права.
Джо поперхнулась. Сестры!
– Лекс, Господи! Я так беспокоилась! Слава Богу, что ты позвонила. Мадам Дэви согласилась на интервью с Браун Шнайдер. Ясно, что с разрешения Форги. Я еду с Браун на Западное побережье. Когда ты вернешься?
Голос Алексы изменился. Значит, кто-то вошел в комнату.
– Иду, я уже готова… – легко рассмеялась она, – через пару дней… пока.
Браун действительно оказалась на редкость чутким человеком. Она знала, что в определенные моменты молчание ценится дороже всего. Она оставила Джо наедине со своими мыслями и за весь полет только пару раз потрепала Джо по плечу и не дала ей выпить вина:
– На такой высоте не рекомендуется.
Почему Блэр Бенсон дала разрешение на то, чтобы приоткрыть тайну Мадам Дэви? Браун тут же заключила, что это Форга заставил ее заговорить. Для чего? Как эта женщина сможет теперь оправдаться за свое прошлое? А теперь и будущее ее компании под большим вопросом. Существует ли какое-то объяснение, о котором они не подозревают?
После двух бессонных ночей из-за Алексы, тягостного вынужденного бездействия Джо неожиданно заснула и вздрогнула только тогда, когда стюардесса попросила всех пристегнуть ремни. Они снижались.
Как Браун и ожидала, у выдачи багажа их встречал шофер в форменной одежде и с табличкой «Шнайдер» в руках. Но обе женщины взяли только ручную кладь. «Раньше сядешь – раньше выйдешь» – этим лозунгом Браун руководствовалась во всех поездках по заданиям «Вью».
– Мы заказали вам билет на Эврику, дневной рейс. Правда, речь шла об одном билете, но достать второй – не проблема. Пойдемте, покажу терминал, – с усердием произнес шофер, на лацкане которого была вышита маленькая золотая буква «Д».
– В Эврике вас встретят и отвезут в гостиницу. Мадам Дэви просит прощения: она только что приехала, и ей трудно будет сразу вас разместить в своем особняке. Назначено вам на завтра, на одиннадцать часов. – Шофер говорил только с Браун, словно Джо вовсе не существовало. – Мадам Дэви будет приятно, если вы останетесь на обед. Обратно в Эврику вас тоже отвезут и посадят на самолет до Сан-Франциско.
Браун ответила коротким «спасибо». Джо старалась сохранять спокойствие, но на самом деле сердце дрожало как овечий хвост, пока не получила билет на Эврику.
Небольшой самолет летел вдоль побережья над темной зеленью лесов, песчаными холмами, изгибом реки, похожей на сверкающую нить. Джо засмотрелась на шоссе, то пропадавшее, то появляющееся из скал и туннелей. Не иначе как это шоссе номер 1, о котором столько рассказывала Алекса. По этой дороге они когда-то ехали с Барб, эта дорога привела ее к славе и успеху. Привела… к Кэлу Робинсону, фотографу из Сан-Франциско, редактору «Вью», а потом к Форге и «Дэви». Безумное совпадение? Фантастика в реальной жизни? Браун говорила, что это вероятно, возможно. Скоро Джо воспользуется случаем проверить это.
Джо была голодна, но на еду даже смотреть не могла.
– Не могу, Браун. Лучше выпью таблетку и постараюсь заснуть. Ты не возражаешь?
Их привезли в мотель, расположенный между Эврикой и Аркатой. Это был самый обыкновенный мотель, но с претензией на нечто большее: дорогого вида красный ковер и мебель какого-то мерзостного цвета в фойе. Бар все еще разукрашен ко Дню Независимости, а в некоторых спальнях, бросив монетку, можно отдохнуть на вибрирующих диванах.
– Я то же самое сделаю. Чует мое сердце, будет кошмарный разговор. Буду говорить почти все время я сама, хорошо?
Джо кивнула. Так даже лучше – если, конечно, она не почувствует, что Браун заходит в тупик.
К половине десятого они уже проснулись и ждали серый седан, который повез их в аэропорт Эврики. Водитель Стэн сказал, что никогда не слышал о том месте, куда они направлялись, но ему выслали карту, и найти будет нетрудно.
Странно – шофер с буквой «Д» показал им, как дойти до терминала, который нашел бы каждый, а в штаб-квартиру «Дэви» их везет местный водитель, который никогда там не был. Тем не менее, как и рассчитывал Стэн, через час они свернули с магистрали на Орегон на узкую дорогу, обсаженную тополями и кипарисами. Минут десять они ехали вверх, петляя на поворотах, пока наверху на горизонте не появилось вытянутое низкое здание из неизвестного серого камня.
– Похоже на санаторий, – пробормотала Браун. – Видишь сзади пристройки, откуда дым идет? Может, там эта алхимичка варит свои снадобья и проводит опыты?
Джо была собранна и холодна как лед. Наконец-то она увидит Светлану.
Машина въехала во двор. Приятная седоволосая женщина в форме медицинской сестры провела их во внушительного вида приемную. По комнате были расставлены большие и маленькие вазы с розами, на низких круглых столиках лежали последние номера «Архитектурного обозрения», «Дома и сада», «Вог», «Вью», «Ньюсуик» и «Тайм».
– Мадам Дэви скоро сможет вас принять. Не хотите кофе с дороги?
Пока все довольно пристойно. Записи Шопена создавали мягкий фон и подчеркивали дружественность обстановки, солнечные лучи проникали сквозь неплотно закрытые ставни высоких окон. Браун не могла найти себе места. Она проверила диктофон, подошла к окну, показала Джо живописный ручей невдалеке, села, встала, взяла в руки «Тайм» и бросила обратно на стол.
Дверь отворилась. Наконец-то Джо увидела ее. Светлана, Мадам Дэви. Такой она и должна была быть: высокой, ростом около ста восьмидесяти, с шикарными белыми волосами, подобранными и заколотыми в большой пучок. Седым волосам – единственному, что указывало в ее внешности на то, что время течет безвозвратно, – ослепительным контрастом была безукоризненно ровная, молочная белизна кожи… Эта женщина была прекрасна.
Джо вспомнила восхищение в голосе Барри, когда он рассказывал о Мадам Дэви, и она подумала о девушке-сопернице, вспомнила свою непонятную ревность.
Чувствовалась в точеных чертах ее лица безусловная порода и в то же время какая-то отрешенность, таинственная задумчивость, которые невольно притягивали взгляд. Всегда ли была она так же совершенна? Или ее «переделали»?
– Очень рада вашему приезду. – Слова были приветственные, но отнюдь не голос. Наверное, Мадам Дэви хотелось казаться умиротворенной, но с ее приходом в комнате повисла натянутость. – Пожалуйста, пройдемте в мою собственную гостиную.
Медсестра, встречавшая посетительниц у входа, прошла за ними, держа серебряный поднос с кофе и печеньем.
– Как вы знаете, я не даю интервью. Эта встреча… – Мадам Дэви положила палец на подбородок – жест неестественный, показной, но подчеркнувший белизну кожи на коже, сияющую красоту. – О ней попросил человек, которому я не могу отказать. Вы, конечно, хотите поговорить о моей работе.
Браун не стала терять времени.
– Вы многого достигли, Мадам Дэви. Ваш продукт пользуется большим спросом. Будут или нет необыкновенные результаты, докажет только время.
– Это так. Но мои исследования заняли много лет.
– Проб и ошибок?
– Да, работа с активными веществами, с неизведанным потенциалом кожи, исследования их взаимовлияния. За годы я многое открыла. Например, что время их соприкосновения может иметь первостепенное значение… что некоторые ингредиенты, смешанные в определенном порядке, могут быть менее эффективны, если их смешать в ином порядке. Любое открытие, естественно, результат проб и ошибок. – Она величаво повернулась к дальнему окну, открывавшему вид на бескрайний зеленый простор. – Задолго до других экспериментаторов, имеющих дело с кожей, я выяснила, что ночью, во время сна, энергия тела направляется полностью на регенерацию кожных клеток. Таким образом, метаболизм кожи действует оптимально. Я постоянно перепроверяю свои формулы. Непрерывно работаю над тем, чтобы улучшить их… ввожу новые растительные элементы – приняв за установку, что, если некоторые растения растут лучше вблизи других, некоторые экстракты тоже сочетаются лучше остальных: пальмовое масло, женьшень… – Она позволила себе легкую улыбку. – Например, экстракт черной смородины помогает удерживать воду в клетках кожи. Если хотите посмотреть, у меня есть интересные слайды и статистика – результаты, проверенные жизнью: мы проводили тестирование на стюардессах, обслуживающих длительные перелеты. Эти женщины согласились участвовать в эксперименте – нанести препарат только на одну сторону лица, в целях сравнения. Альпийский лишайник имеет природный эффект антибиотика… сапонария делает кожу ярче, так же, как, кстати, и волосы. Но ключ к моему рецепту поддержания молодости я нашла в синергии – сочетании этих препаратов. Другие, конечно, тоже исследовали эти ингредиенты. Но соединила их я.
Голос гипнотизировал, но Джо все время напряженно ждала, когда Браун начнет подбираться к правде.
Только когда Мадам Дэви проговорила минут двадцать, Джо поняла стратегию журналистки – рассеять все возможные подозрения, разрешив Мадам Дэви говорить о том единственном, что, очевидно, занимало ее, – работе.
Атака была предпринята неожиданно, как молния, оборвав нить разговора.
– Мадам Дэви, мы знаем, что вы работали долго и напряженно. Нам также известно, что вы применяли свои оригинальные рецепты и делали маски в клиниках по омоложению в Неваде и Калифорнии. Например, в «Фонтане», в долине Сан-Фернандо.
Мадам Дэви не пропустила удара. В ее твердом, звучном голосе Джо впервые услышала слабый намек на иностранный акцент.
– Да, одно время я практиковала в «Фонтане». Эта клиника была удостоена множества похвал за отлично проводившееся лечение.
Джо поперхнулась. Было ли слышно за столом?
Она не знала. Не важно. Мадам Дэви продолжала без тени шока, неприязни и даже удивления.
– К сожалению, из-за особых климатических условий местности пришлось закрыть клинику. Теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что зря считала закрытие катастрофой. Больше того. Именно оно стало поворотным моментом моего успеха.
Вернулась пожилая медсестра:
– Обед готов, Мадам Дэви.
Они последовали за прислугой в большую круглую комнату, окна которой выходили в глубокий овраг, где со скал сбегали бурные потоки воды, наполнявшие бассейн далеко внизу. Если обед подгадали именно к этому моменту, это у них не сработает.
Даже держа на вилке мясистую креветку и глядя прямо в бесстрастное лицо Мадам Дэви, Браун продолжала дознание:
– Вы сказали, что закрытие «Фонтана» было как нельзя кстати? Что именно вы имеете в виду?
В бокалы каждой была разлита золотисто-каштановая жидкость. Перед тем, как ответить на вопрос, Мадам Дэви ясно улыбнулась Джо:
– Еще один наш эксперимент. В экстракт черной смородины, о котором я говорила, добавляют женьшень. Получается отличный тонизирующий напиток, полезный для пищеварения и избавляющий кожу от токсинов. – Она повернулась к Браун и сказала сдержанно: – Судьба свела меня с одним весьма просвещенным человеком. Его вера в меня и денежные инвестиции в исследования помогли мне за годы расширить их спектр. Как вам известно, сейчас, слава Богу, тысячи и тысячи женщин – не горстка, как раньше – могут воспользоваться результатами моего труда. Я верю, что в создании продукта «Дэви» поучаствовало Божественное Провидение…
С Браун было достаточно.
– Я думаю, надо сказать вам, Мадам Дэви, что это моя спутница – Джо Шепвелл – рассказала мне о вашей связи с «Фонтаном». Ее мать обращалась в клинику.
– Шепвелл? – Она явно не могла вспомнить имени.
Вмешалась Джо:
– Вам она назвала профессиональный псевдоним, Тери Шепард. Она работала моделью, попала в «Фонтан» где-то в конце мая семьдесят седьмого. Она погибла… – Джо откашлялась, чтобы говорить четче, – в автокатастрофе, по дороге из клиники врезалась в скалу в горах Сьерра-Мадрес.
В комнате воцарилась тишина. Все напряженно молчали минуты две, пока Мадам Дэви снова не заговорила тем же звучным голосом, но уже с оттенком подобающей грусти:
– Дорогая, извините меня. Столько всего произошло, сначала не могла припомнить вашу маму… Но, конечно, сейчас я вспоминаю ее. Такая замечательная молодая женщина. Я так горевала, когда услышала о катастрофе. Она так радовалась после операции. Готовилась к новому этапу карьеры – уверенная в себе и своей ангельской коже. – Мадам Дэви вглядывалась в лицо Джо, и той едва удалось сохранить самообладание. – Так получается, вы сестра нашей звезды – Алексы… – Она протянула к Джо длинную красивую руку, дотронулась до ее запястья. – Не представляете, как приятно было давать согласие на то, чтобы Алекса иллюстрировала мою работу…. как Лицо Вечной Молодости. После трагедии с вашей матерью я решила, что этот выбор – справедливое вознаграждение, которое – кто знает – могло достаться и Тери, будь она сейчас жива.
Шок и внезапный приступ головной боли сковали Джо. Мадам Дэви, Светлана, все это время знала, что Алекса Уэллс была дочерью Тери Шепард? Смысл того, что она только что услышала, не укладывался в голове Джо. Но только не Браун. Та всерьез нацелилась разрушить совершённый образ этой необычайной женщины, которая рассуждала о темных фактах из истории «Фонтана» без малейших колебаний.
Принесли десерт – тончайшие блинчики, через которые проглядывали такие же прозрачные фарфоровые тарелки.
– Мы благодарны за ваш рассказ о лечении Тери Шепард, но боюсь, что Джо узнала абсолютно противоположные вещи от старшей сестры Энн Першинг, которая присутствовала на операции. Она рассказала, что внешность Тери была серьезно повреждена операцией, фактически изуродована. Думаю, вы вспомните, что вскоре после своего заявления Першинг была убита в Нью-Йорке при весьма загадочных обстоятельствах.
Джо и Браун затаили дыхание в ожидании того, что непроницаемая оболочка вот-вот даст трещину, появится хоть тень смятения, изменение в лице – хоть что-нибудь, но Мадам Дэви не повела и бровью. Вместо этого, испустив вздох, она заговорила мягче и доверительней, чем обычно:
– Бедная Энн. Я слишком поздно узнала о том, что она психически неуравновешенный человек, еще одна трагедия. У нее завелись нежелательные, так скажем, друзья. Она жила в мутном мире наркотиков. Слишком поздно я выяснила это… но мы старались, мы очень старались вытащить ее… – Мадам Дэви остановилась и отпила эликсира. – Она никого не слушала. Вместо этого набросилась на нас, своих коллег, своих друзей. Она никогда не осознавала серьезности нашей работы, никогда не понимала, к чему мы стремимся – тогда это происходило в гораздо более трудных условиях – повсюду приносить женщинам красоту и счастье. Увы, пришлось ее уволить.
По словам Мадам Дэви Энн была так благородна, и, как ни пыталась Браун резким, обвиняющим голосом задавать вопрос за вопросом и нарушить холодное спокойствие, Светлана находила искренние и убедительные ответы на каждый из них.
– Я очень занята, вы обе знаете. Вот только что вернулась из Азии – научная поездка. Тем не менее буду рада организовать вам экскурсию в лаборатории с кем-нибудь из наших лучших работников. Посмотрите, какая у нас компьютерная связь с лабораториями в других странах…
Джо не ответила. Голова кружилась от услышанного, теперь она еще больше запуталась. Существует только один человек, который знает правду – в случае если Энн Першинг солгала из злопамятства. Магда. И Алекса только что сообщила ей сногсшибательную новость: она – сестра Светланы… Магда, которая первой подтолкнула маму пойти в «Фонтан». Теперь не было времени выяснять, откуда Алекса откопала сей потрясающий факт, но по тону голоса сестры Джо поняла, что та абсолютно уверена в этом.
Возвращаясь в приемную, Джо выкрикнула:
– Где мне найти вашу сестру Магду, Магду Дюпол? Это она уговорила маму обратиться в «Фонтан»… и работала в другой клинике… – Джо запнулась: доказательств, что Светлана имела отношение к клинике «Весна» и именно она – тот самый доктор Лэйн, о котором говорила Адель Петерсон, не было.
Вот тут-то наконец и произошло то, чего они ждали. Светлана не знала, что они выяснили их родство. Джо увидела, как кровь бросилась в лицо Мадам Дэви. У нее перехватило дыхание. Она в первый раз дала выход ярости и ответила резко, будто дала пощечину:
– Магда не может рассказать тебе ничего о матери. Она почти не знала ее. Магда никакого отношения к ее смерти не имеет.
Она не стала отрицать, что они с Магдой сестры. Решимость снова вернулась к Джо.
– Вы должны помочь мне найти Магду, – настаивала она. – Пожалуйста, скажите, где она? Они с мамой договорились встретиться после лечения. Я поеду куда угодно…
Упорство Джо разъярило Мадам Дэви еще больше.
– Хватит! Я же говорю, Магда сказать ничего не сможет. Больше нечего рассказывать… Смерть Тери Шепард – несчастный случай… маска наложена успешно. – Она резко повернулась к Джо с искаженным от гнева лицом. – Как ты смеешь упоминать мою сестру? Она не имеет ничего общего с моей работой, с исследованиями…
– Но… – запротестовала Джо, и тут из соседней комнаты появилась пожилая медсестра. Теперь она смотрела сурово, как грозный страж.
– Прощайте, – отрывисто произнесла Мадам Дэви. Она повернулась и быстро пошла назад в ту сторону, откуда выходила. Входная дверь была открыта. Им не оставалось ничего другого, как уйти.
Выйдя во двор, они услышали, как сверху им закричали. Они подняли головы, откуда враждебно смотрела Мадам Дэви.
– Пожалуйста, больше не приезжайте. И не посылайте своих коллег. Я серьезный ученый и не могу позволить себе отвлекаться. Я ответила на ваши вопросы все, что могла. Больше мне добавить нечего.
Усевшись в машину, Джо постаралась сдержать подкатившие к горлу слезы. Шофер Стэн почувствовал: произошло что-то неладное, и поехал очень медленно. Это обернулось для них удачей, потому что как только машина подъехала к первому повороту, ей пришлось резко свернуть с дороги, чтобы не врезаться во встречный автомобиль. Джо вскрикнула, но не от страха, а от того, что, когда лихач притормозил, она ясно увидела за рулем отца. Их глаза встретились, и Джо повернулась, чтобы открыть дверь, но не успела она вылезти наружу, как Бен резко нажал на газ и с шумом пронесся мимо.
– Это… это мой отец, – ахнула Джо.
– Поворачивай и следуй за этой машиной, – скомандовала Браун. Пока Стэн разворачивался и выезжал на дорогу, машина Бена исчезла. Они опять вернулись к воротам длинного серого здания. Пусто. Покружили еще вокруг – нигде ни следа. Он знал, как сбить их с пути.


Марк. Все это время она снова и снова против воли думала о нем. Она любит его, но будет бороться с чувством изо всех сил, как привыкла бороться… и все же боль тоски по нему не утихала. Тоски, смешанной со страхом, что он тоже виновен, что повязан с остальными. Алекса не могла уйти от этих мыслей. Как же это? В нем чувствовалась такая открытость, честность, такая преданность работе… и все же разве мог он остаться в стороне, он – сын Светланы, изобретательницы маски, даже несмотря на очевидную нелюбовь к Форге – их станку, печатающему деньги. Слава Богу, она успела поймать Джо, пока та не уехала на побережье. Ирония судьбы – они поменялись местами. Теперь Алекса страшно переживала за старшую сестру, которая положила столько сил, чтобы отыскать правду. Скоро все должно закончиться. Должно…
Алекса посмотрела на себя с отвращением. Выглядела она потрясающе: легкий слой румян и бледно-коралловая помада подчеркивали натуральный золотистый оттенок кожи и необычный цвет глаз. Волосы в то утро ей укладывал сам Майкл Майклджон – стилист отпрысков королевской семьи, и простой, на первый взгляд, пучок как нельзя лучше вписывался в образ.
Босс сам выбрал ей наряд – серое строгое платье безупречного покроя от Ива Сен-Лорана. Оно висело на двери. К нему прилагалась замшевая серая сумочка и туфли, которые еще лежали на столе в коробке с надписью «Королевское качество».
Форга наблюдал за ней с самого момента их приезда, но накануне вечером ему позвонили, и, всегда флегматичный, Форга неожиданно жестко сообщил:
– В десять утра у меня деловая встреча. Будь готова к двенадцати, я за тобой заеду.
Алекса заперлась в своей спальне. Дом, где они остановились, был одновременно и пышным, и уютным, с большими английскими диванами, обитыми ситцем, глубокими креслами и картинами Констебля. Везде обилие цветов в изящных глиняных горшочках. Алекса совершенно не ожидала, что у Форги может быть такой дом – слишком уютный, слишком радостный. Он сказал, что он его владелец, но, может, вовсе и не он… в любом случае она не сомневалась, что они остановились именно здесь, чтобы окончательно развеять ее страхи, подчеркнуть нормальность всего происходящего. Ничего напоминающего другие места, где она встречалась с Форгой. Все вокруг светлое и яркое. За прошедшие сутки Алекса старалась сосредоточиться на том, чтобы тоже казаться такой, и решила, что это ей удалось.
Суперважный обед был отложен из-за того, что они прилетели с опозданием. Теперь до него осталось только пара часов.
В четверть одиннадцатого она спустилась вниз в джинсах и свитере будто бы за кофе, а на самом деле проверить, действительно ли Форга уехал. На кухне трудилась розовощекая Бетти, подпевая «Радио 1», – славная, симпатичная девушка. Если б Бетти знала… но ведь, может быть, и знает. Может, она знает, как превратиться в тюремщика, когда потребуется.
– Мистер Форга уехал?
– Да, мисс. Он просил напомнить, чтоб вы были готовы ровно в двенадцать.
– Хорошо. – И, бросив краткое «увидимся», она вернулась в спальню – теперь успеть обзвонить всех, кого надо.
Но телефон молчал. Алекса несколько раз нажимала на рычаг, решив, что это какое-то особое английское устройство. Вчера днем он отлично работал, когда она улучила минутку и позвонила Джо, пока Форга разговаривал с кем-то в кабинете. Внезапно ею овладела паника. Неужели это заключение? Заперта ли входная дверь, как тогда в гостинице «Фермонт»? Она бросилась обратно в кухни.
– Что-то с телефоном в моей спальне.
– Да что вы? – Удивление Бетти выглядело очень естественным. Она подняла трубку телефона в кухне и сразу услышала гудок. После этого протянула трубку Алексе.
– Наверху он не работает. Может, я что-то делала не так. – Она быстро взбежала наверх. Нет, в ее комнате телефон не работал, и в кабинете тоже.
Алекса собралась с силами и сказала:
– Пойду подышу свежим воздухом, Бетти.
Бетти улыбнулась:
– И правильно сделаете…
– Так, значит, сопротивления не будет. Алекса с трудом поверила в удачу. Она свободна делать все, что захочет.
На лондонских улицах царило оживление. Если б она шла сейчас под руку с Марком по Парк-лэйн к Гайд-парку и видела все то, о чем только читала… Если бы… если бы жизнь текла в нормальном русле, а этого не произойдет, пока она не начнет действовать.
Она спросила, как дойти до ближайшей авиакомпании. «Пан Америкен»? ТВА? «Бритиш Эйруэйс»… Два или три раза ей указали неправильное направление, но наконец она увидела вывеску «Бритиш Эйруэйс». Слава богу, кредитная карта с собой. Она никогда не выходила без нее. Она заказала билет до Нью-Йорка на шесть часов того же дня.
– Не разменяете? – попросила она приветливую девушку за окошком.
Девушка улыбнулась, когда Алекса протянула ей купюру в двадцать фунтов.
– Как разменять?
– Ну, чтобы позвонить в гостиницу в Лондоне, в «Дорчестер» или другое подобное место.
– Это десять пенсов, – рассмеялась девушка. – Двадцать фунтов мне не разменять…
На лице Алексы читалось отчаяние.
– Тогда дайте, пожалуйста, десять пенсов, а сдачу оставьте себе.
Девушка снова улыбнулась.
– Можно сделать лучше. Позвоните с того телефона в углу. Вы пассажир первого класса. Думаю, у вас есть право на бесплатный звонок.
Боже, англичане – отличные люди. Девушка даже нашла номера телефонов – «Дорчестера», «Савоя» и – Алексе пришла на ум лучшая идея – гостиницы «Скайвейс» в лондонском аэропорту. Самое хорошее место. Приходилось принимать все возможные меры предосторожности.
– Сделать на вас заказ?
Алекса встряхнула головой. Врать оказалось трудно даже по телефону. Она не могла быстро придумать, зачем понадобилось заказывать номер на другое имя.
– Я хотела бы забронировать номер с сегодняшнего вечера… – она помолчала, уставившись на рекламный плакат, предлагающий путешествие в Рим. – На одного человека. Тереза Рим, – четко проговорила она. – Да, я понимаю. Приеду около четырех. Хорошо, держите номер до половины седьмого, но я буду раньше.
Алекса со всех сил понеслась обратно в дом, испугавшись, что Форга может вернуться рано. Но там все было по-прежнему: играло радио, шумел в холле пылесос. Она заставляла себя подавить внутренний страх из-за того, что собиралась сделать.
Сейчас только одиннадцать. Она начала писать письмо Марку, как решила еще в офисе «Бритиш Эйруэйс». Неожиданно ей пришло в голову, что какова бы ни была правда о нем, он должен знать правду о ней. «Я думаю о тебе больше, чем о ком-либо в моей жизни, но…» Словами изложить ужасную историю было трудно. Она написала все на одном дыхании. Но получилось так мелодраматично, что Алекса тут же разорвала письмо и спустила обрывки в унитаз. Одиннадцать тридцать. С письмом придется подождать. Да и лучше написать его потом, когда свершится задуманное.
Одевалась она с трезвой и ясной головой. Открыла дверь в спальню, чтобы услышать, когда приедет Форга. Хотелось принять успокоительное, но хватило решимости не делать этого – сейчас надо целиком контролировать себя.
Сунув билет на самолет во внутренний карман серой сумочки, Алекса весело выпорхнула вниз навстречу Форге – полностью готовая для важной встречи.
Переговоры проходили в небольшом зале отеля «Коннот». С церемонностью Старого Света Форга представил Алексе троих мужчин – директоров гигантской медицинской компании «Першалл». Двое англичан и один, высокий и совершенно лысый, вероятно, немец или голландец. Алекса, без сомнения, произвела эффект, и поначалу директора даже не знали, как с ней себя вести. Взгляды украдкой, высокопарные комплименты, несвязный разговор. Она очень старалась, чтобы произвести впечатление человека с ясной головой. Директора начали понемногу расслабляться и по просьбе Алексы дали ей свои визитные карточки, выпив уже по два бокала хереса, в то время как и Форга и Алекса ограничились «Перье».
Когда с первым блюдом – копченым осетром – было покончено и выпито «Монтраше», компания приступила к обычным для них деловым вопросам. Они заговорили о текущем положении дел в фирме, о цифрах, попросили Форгу дать более подробное описание планов мировой экспансии – в Европу, Дальний Восток, Южную Америку.
Трио наслаждалось собой – все, включая и Форгу, хотя улыбался он редко и отвечал на вопросы по-деловому кратко. Алексу особо ни о чем не спрашивали. Но на заданные ей вопросы она тоже ответила сжато и профессионально: как прошло турне по Штатам, как популярно теперь повсюду ее лицо.
Форга откинулся на спинку дивана и время от времени обменивался фразами по-немецки с длинным лысым соседом. Очень скоро Алекса поняла, что трио встретилось с ними фактически отпраздновать сделку – главная часть работы была уже позади. Наверное, они выразили желание посмотреть на нее, удовлетворить любопытство и убедиться, на самом ли деле она обладала тем магнетизмом, которым хвастался Форга. Впервые Алекса поняла, что сама стала для компании своего рода бесценным товаром.
Два пятнадцать. Пришло время показать им другую сторону своего магнетизма.
– Господа! – Ее тон потребовал внимания. Встав, Алекса ослепительно улыбнулась. Даже Форга все еще оставался в расслабленном состоянии и посмотрел на нее благодушно, хотя, несомненно, ровный ход встречи был прерван.
Алекса гордилась собой. Значит, Форга еще не узнал о взломе на Одиннадцатой улице и удалось обманывать его целых тридцать шесть часов. Она репетировала выступление всю ночь, но слова в неожиданно наступившей тишине стали шоком для нее самой.
– Мадам Дэви – не только шарлатан. Она опасный человек. С ее продуктом все в порядке, но прошлое этой женщины ужасно. Почти так же, как ужасна и она сама. Мне известно, что она имела две так называемые косметологические клиники, занимавшиеся операциями на лице, закрытые впоследствии американским правительством, и, может быть, не только две. Она уродовала людей. Она изуродовала мою мать, которая сразу совершила самоубийство.
Я долго молчала, потому что не имела доказательств. Теперь они есть. – Никто не шевельнулся. На лицах троих бизнесменов застыло почти театральное выражение шока и ступора. Она не осмелилась взглянуть на Форгу и помахала перед ними их визитками. – Я обязательно вышлю их вам позднее. Как вы сами понимаете, после этого мой контракт с «Дэви» не будет продлен. И сильно сомневаюсь, чтобы вскоре вообще можно было продлевать его с кем бы то ни было.
Она торопливо вышла из комнаты, выскочила из гостиницы, молясь, чтобы хватило времени перебежать через улицу, прежде чем Форга нагонит ее. Она бежала вперед, не зная куда. На пути попался небольшой сад, в глубине которого виднелся проход с колоннадой. Он вел в церковь. Надо было спрятаться, пересидеть какое-то время, пока можно будет въехать в «Скайвейс».
Это была католическая церковь, очень старая, с роскошными витражами на окнах. Алекса сидела там почти час, сгорбившись в последнем ряду.
Постепенно присутствие духа возвращалось. Это было совсем не просто. Она заставила себя осмотреться вокруг. Когда часы показали половину четвертого, Алекса с усилием поднялась со скамьи: страх почти парализовал ее. Перед тем как покинуть церковь, она решила отменить заказ на самолет и полететь другим рейсом, так безопаснее. Хоть в «Бритиш Эйруэйс» уверяли, что никогда не объявляют имена пассажиров заранее, зная влиятельность Форги, она не могла быть уверена, что что-то может остаться от него в тайне и в последний момент он не окажется на соседнем сиденье.
Она останется в «Скайвейс» и напишет длинное письмо Марку, объяснит, почему сделала все, что могла, чтобы уничтожить компанию его матери. И почему, из-за чувств к нему, не будет искать другого возмездия для его Мадам Дэви и, конечно, Форги за смерть Энн Першинг. Она отправит письмо, как только приземлится в Нью-Йорке. Если с ней что-то случится, по крайней мере, он будет знать, в чем дело и кто виноват.


Легко было составить план, но осуществить оказалось гораздо трудней. К тому времени, как Алекса поселилась в гостинице и закончила писать, она была совершенно разбита, не в силах даже шевельнуться – не то что лететь в Нью-Йорк следующим самолетом.
Джо… надо как-то связаться с Джо, рассказать ей, что она сделала. Никогда еще Алекса не чувствовала себя такой одинокой. Из-за планов, от которых распухла голова, она забыла даже о самых необходимых вещах.
Спустившись в вестибюль, она спросила:
– Где можно купить зубную щетку?
– Все закрыто. Завтра утром. Здесь в восемь утра… – Зевающий клерк указал на киоск, справа.
Хорошенькая стюардесса, въезжавшая в гостиницу, заметила Алексу. Она не могла не обратить внимание на ее непонятно трагический вид, вызванный всего лишь отсутствием щетки.
– Если хотите, у меня есть дорожный набор «Пан Америкен», – предложила стюардесса.
Алекса попробовала было возражать, а потом от всего сердца поблагодарила девушку и вернулась в свой стерильный номер, вцепившись в пакет, как в талисман. Кто может знать, где Джо… где Мадам Дэви давала долгожданную аудиенцию? Конечно, Майк Таннер. Английская телефонная система ни к черту не годилась. Алекса долго не могла пробиться в справочное бюро Сан-Диего. Наконец она дозвонилась в Нью-Йорк и узнала телефон их филиала в Сан-Диего. Майка она не застала – тот уехал «по заданию» и никто не мог сказать, когда он собирался обратно.
Алекса уставилась в пол, соображая, что делать. Теперь оставался только один человек, к которому можно обратиться за помощью, кому она доверяла, кто еще мог подставить ей плечо, в котором она так нуждалась. Кэл Робинсон. Но согласится ли он разыскивать Джо? Она так и не перезвонила, когда он великодушно позвонил ей первым, так ни разу и не поблагодарила его. Придется рискнуть. Больше все равно никого нет.
Когда в трубке раздался голос Твинни, на глазах у Алексы появились слезы. Твинни всегда отвечал, когда Кэл находился в Сан-Франциско. Он так обрадовался, когда понял, кто звонит, что ей даже не пришлось спрашивать, занят ли сейчас босс. Прошли минуты, и Алексе было все хуже и хуже, когда Кэл наконец взял трубку. Он был немногословным, но в голосе его не чувствовалось холодка и равнодушия.
– Неужели сама звезда позвонила? Не могу поверить. Чем обязан честью?
– Кэл, я… я в Лондоне.
– Передай мой нижайший поклон королеве. Жаль, я собирался в Нью-Йорк через неделю-другую. – Он помолчал и добавил довольно сварливо: – С новой девушкой, ты, наверное, слышала… Пэтси Брук?
– Нет-нет, я не слышала… Я рада. – Алекса торопливо продолжала: – Кэл, я в беде. Мне нужна помощь. Знаю, что не заслуживаю, но… но… больше не к кому…
– Во что ты еще влезла? – Теперь пришла его очередь изображать полное безразличие. Чего ради за нее переживать? – И деньги не могут вытащить? Ты же богата, Алекса, богата и знаменита. Так пишет «Тайм».
Кэл был спокоен, и Алекса попыталась пробиться сквозь его цинизм. Ее подгонял страх:
– Ты не можешь выяснить, где сейчас моя сестра Джо? Я покончила с «Дэви». Не из каприза, а совершенно сознательно… Сейчас долго объяснять… – Алекса заколебалась. Если Кэл и решил, что она истеричка, по-другому не расскажешь. – Моей жизни угрожает опасность – и Джо тоже. Мы висим на волоске. Я думала, что вернусь в Нью-Йорк, но раз Джо в северной Калифорнии, и мне надо там быть… – Она постаралась говорить увереннее. – Двое – всегда лучше, чем один.
Кэл присвистнул и какое-то время молчал, прежде чем спросить:
– Так, говоришь, где ты сейчас?
– Отель «Скайвейс» в лондонском аэропорту.
– Ты можешь пока оставаться там? – Он снова помолчал, а потом рассмеялся. – Да что тебе там мучиться, хулиганка. Есть одно отличное место, недалеко от аэропорта. Называется «Бэлл», это в районе Харли. Я знаком с владельцем. Там просто здорово, тихо так. Тебе, конечно, надо хорошенько отдохнуть, прежде чем снова нырять в бурное море. Если нужно спрятаться, то только там. Сейчас им позвоню, а еще сутки понадобятся на поиски твоей сестры. Не спрашивай, почему я согласился. Может быть, ты все еще сидишь у меня в подкорке. В конце концов, это же я дал тебе старт…
Алекса положила трубку с ощущением, что ее крепко обняли и потрепали по голове. В шесть утра она отчаялась заснуть и вышла на улицу отправить письмо Марку. Мысль о том, что оно уже будет в пути, поможет ей. В лифте она снова столкнулась с хорошенькой стюардессой. Та посмотрела вопросительно:
– Чем еще вам помочь?
– Вы возвращаетесь в Нью-Йорк? – спросила Алекса.
– Да, – кивнула стюардесса, – такая была тяжелая неделя. Но есть еще пара часов отдохнуть… – девушка помолчала и робко спросила: – А вы не Лицо «Дэви»? Я поспорила с экипажем…
Алекса чуть не поперхнулась, но ответила:
– Да. Но, пожалуйста, не говорите никому. Никто не должен знать, что я здесь.
Когда они вошли в вестибюль, стюардесса радостно сказала:
– Хорошо, а можно автограф?
Алекса достала визитку и написала свое имя на обороте.
– Ой, большое спасибо. Вы уверены, что ничего не попросите меня сделать для вас в Нью-Йорке?
Конечно, было о чем попросить девушку из «Пан Америкен». Кто знает, как долго будет идти письмо из Англии? Алекса снова открыла сумочку и достала письмо Марку.
– Можете опустить это в ящик сразу по приезде? Это очень-очень важно.
– Конечно. – Девушка взяла письмо, как драгоценность. – Буду очень рада. Можно я потом позвоню насчет… вашего продукта? Хочется попробовать, что это такое.
– Дайте мне адрес, я вышлю вам запас на целый год…




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Лица - Лорд Ширли

Разделы:
12345678910111213

Ваши комментарии
к роману Лица - Лорд Ширли


Комментарии к роману "Лица - Лорд Ширли" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100