Читать онлайн , автора - , Раздел - 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - - бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: (Голосов: )
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

- - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
- - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

14

Девушка из племени нес-перси показала на вспухшие, тусклые глаза своей годовалой дочери.
— Силу комаин. Илатама, — сказала она, переводя взгляд с Сиама на Люка. Кивком головы Люк согласился с ее словами, означающими «болезнь глаз» и «слепая».
Девушка сидела на циновке у своего вигвама. Она выглядела немного старше своих четырнадцати лет. Ее круглолицая, более светлая дочка крепко обнимала кожаную куклу.
Маленькая девочка робко улыбалась мужчинам, хотя ее тусклые глаза ничего не видели. Лицо молодой матери стало жестким, когда она взглянула на выбеленные стены форта.
— Вы хотите узнать об отце моего ребенка? Она указала, чтобы они сели. Люк бросил несколько монет на циновку, и девушка стремительно схватила их. Она быстро описала офицера, который соответствовал приметам мужчины, разыскиваемого Люком.
— Однажды я найду его, — резко сказала она на своем языке. — Я убью его. Мое имя — Кано, степная курочка. Но когда он входит в мои мысли, я становлюсь писакас — горькая. Я была симпатичной девушкой со многими ухажерами, когда мой отец привез сюда мех на продажу. Этот мужчина с ледяными глазами и белокурыми волосами знал какое-то волшебство, чтобы приворожить меня. Он не хотел меня потом… ни своего ребенка. Он сказал, что всегда делает сыновей, и, значит, я спала с другим.
Кано взяла с тарелки кусочек жареной Свинины и привязала его ремешком к запястью дочери.
— Новый зуб, — сказала она гордо. — Крепкий, красивый.
Ее черные глаза помрачнели, скользнув по верхушке трепещущих на рассветном ветру осин.
— Этот белый человек берет только девушек, которые не знали мужчин. Он переходит от одной невинной к другой, как голодный шмель, пробующий все цветы. Я застала его с девушкой на три зимы моложе, чем я.
Она пожала плечами.
— Вот. У него много индейских девушек. Пренебрегает белыми женщинами, ест за нашими столами. Потом дает виски или ружья отцам этих бедных и покупает их… на время. Мое сердце болит за женщин, которых он ищет, которыми никогда не может насытиться.
— Его имя? — спросил Люк, его рука протянулась к пухлой ручке малышки, когда девочка поползла к нему. — Его звали Блисо?
Кано оттащила от него девочку, та заплакала, сжимая куклу. Индеанка с резким акцентом прошептала имя, жгучая ненависть слышалась в тихом голосе.
— Тадеус… Нортрап.
На ладони Люка лежало тяжелое кольцо-печатка, которое Ивон сумела спрятать от своих тюремщиков. Кано бесстрастно взглянула на него, потом кивнула.
— Его. Он взял у меня, чтобы отдать другой. Ветер говорит, что он торговался и купил свою жизнь, что он отдал женщину, носившую его кольцо, ее мать и сестру бандитам. Женщина уже носила его ребенка.
Люк кивнул, поднимаясь на ноги. Мурашки бежали у него по спине, тело окоченело, несмотря на яркое солнце. Мужчина, который питал надежды Ариэль, продал жизнь его матери и сестер. Пальцы Люка сжались в кулак, кольцо врезалось в ладонь. Он надеялся, что Тадеус Нортрап знал, как умереть достойно.
— Я пришлю ту, которая вылечит глаза твоей дочери.
— Исцеляющая Женщина, со Стеклянными Глазами? — резко спросила Кано, потом кивнула. — Доброе сердце. Она говорит с людьми, узнает, как они лечат, слушает землю и ветер. Она, как огонь — борец, но у нее хорошее сердце.
— Я много раз использовала эту траву. Примочки из ее листьев сейчас же вылечат эти прекрасные глазки, — ласково сказала Лидия, прикладывая компресс к покрытым коркой векам малышки. Сиам переводил, сидя рядом с Глэнис и держа ее за руку.
Лидия покачала девочку, пока веки и ресницы ребенка не стали чистыми. Кано была проинструктирована, как прикладывать траву и уберечь девочку от дыма.
Малышка вырвалась от Лидии и приползла к Люку, сцепив ручки вокруг его ноги. Люк засмеялся, поднял девочку и подбросил ее в воздух. Она захохотала, прижалась к нему, уютно устроившись в его руках. Люк склонился и поцеловал пухлую щечку малышки, она ответила тем же, засмеялась и засунула пальчик в его рот. Он позволил маленькой руке коснуться шрамов на брови и нижней губе, забраться в ухо.
Люк поймал взгляд огромных глаз Ариэль. Глубокая связь пролегла между ними, и он захотел от нее детей. Мысль о рыжеволосых У и зеленоглазых чертенятах, жестикулирующих левой рукой, заставила его улыбнуться. Ариэль вспыхнула и отвела глаза от пристального, изучающего взгляда. Солнечный луч упал на ее волосы, сверкнул в золотисто-коричневых кудрях.
Тадеус Нортрап стоял между ними. У Люка засосало под ложечкой, когда он подумал об Ариэль в постели Нортрапа. Его мать и сестры умерли, ребенок, его племянник, никогда не вздохнет из-за слабости Тадеуса Нортрапа — Эдварда Блисса. Утренний ветерок, принесший аромат цветов и пение птиц, словно обжег холодом затылок Люка. Он снова поцеловал малышку. Она славно устроилась у него на руках, играя с медальоном на широкой груди.
— Хороший человек, — Кано вытянула руки, рассматривая их. — Он хочет тебя. Огненная Женщина. Это заметно, когда его глаза касаются тебя. Хочет много малышей, хорошую жизнь с тобой. Его зовут Разбитое Сердце, доброе сердце. Все это в его глазах. Совсем не таких, как у Тадеуса.
— Что? — под ярким солнцем Ариэль побелела.
Люк крепче обнял девочку. Веснушки еще заметнее выступили на бледной коже Ариэль. Выражение ее лица менялось как ветер, вначале взволнованное, потом — недоверчивое.
— Тадеус? А было и другое имя, Кано? Лицо девушки напряглось.
— Любитель Дев. — сказала она хрипло. — Он приказывал другим называть его капитан Нортрап. Он оставляет младенцев в животах индейских девушек, потом уходит. Одна из них убила ребенка и себя.
— О, боже, — прошептала Глэнис.
— Это не он… не Тадеус Нортрап, — пробормотала Ариэль, ее рука потянулась к горлу. Ты, должно быть, ошиблась. Он не отец твоего ребенка. Люди в форте говорят, что он проезжал, был ранен и должен был поправиться перед поездкой на запад. Но я уверена, что Тадеус не тот человек. Ты наверно ошиблась с фамилией Нортрап. Он никогда не оставил бы женщину в подобных обстоятельствах.
Кано встала, с достоинством посмотрела на Ариэль. Индеанка заговорила на родном языке, ее голос был резким, хлестким.
— Я говорю, это так. Он слабый человек, ищущий наслаждения. Он играет в игры и не признает детей-полукровок, которых сам плодит. Стало намного больше белых женщин и младенцев, презираемых людьми обеих рас. По этой причине он должен умереть.
Ариэль посмотрела на Сиама, чтобы тот перевел. Когда он покачал головой, она спросила:
— А Люк?
— Моя дорогая, — попыталась успокоить Глэнис, — пожалуйста, не надо. Я не думаю, что Сиам или Люк будут переводить, судя по тону Кано, ее чувства горьки и неистовы.
— Люк, — настаивала Ариэль, положив руку на его бедро. Мерцающие зеленые глаза умоляли. Гребень выскользнул из прически и толстая коса упала на грудь. Ариэль выглядела, как страдающий ребенок; он отказывался причинить ей еще большую боль.
— Нет. — Люк увидел, как она встала, закуталась в шаль, пустым взглядом посмотрела на него. Ариэль кивнула, отрешенно улыбнулась и побежала к речке.
Ветер дул ей навстречу, длинные юбки затрудняли движение, облепив ноги. На фоне голубого неба она казалась очень маленькой и одинокой. Она споткнулась, распрямила плечи и скрылась в роще старых самшитов. Люк передал девочку матери и пошел к Ариэль.
Он нашел ее у стремительного ручья, она неотрывно смотрела на качающиеся под ветром камыши. Ариэль покорно приняла его дружеские объятия, прижалась к нему всем телом.
— Я знаю, это не один и тот же человек. Люк. Наши семьи дружили годами. Это не так!
Он хотел забрать боль, разрывающую ее сердце, убить того, который был виновником этого крушения. Ариэль внезапно повернулась к нему, обвила руками…
Порыв удивил Люка, эта покорная, истомившаяся женщина крепко обняла его, мокрое лицо прижалось к сильной груди, словно в поисках укрытия.
— Люк, я знаю Тадеуса. Он не тот сумасшедший, которого описывает Кано… Тадеус никогда не смог бы вызвать… такую ненависть, — прерываясь, прошептала Ариэль. Ее пальцы с отчаянием впились в спину Люка. — Мы были друзьями с детства. Когда умерли родители, Тадеус утешал брата Джонатана и меня. О, Люк… он помог мне выжить в те годы, всегда смеющийся, поддерживающий в сражениях с тетей Луизой. Он не мог оставить бедняжку, носившую его ребенка. Ведь так?
Люк посмотрел на залитое слезами лицо, поцеловал мокрые ресницы и крепче прижал ее к себе. Он хотел сказать, что друг детства, которого она помнила, совсем не тот человек, причинивший столько горя. Он погладил вздрагивающие плечи, поцеловал в висок, почувствовав быстрый пульс.
— Ангел, пусть Лидия даст тебе своего отвара. Отдохнув, ты сможешь думать спокойно.
Люк кончиком пальца приподнял ее подбородок, поцеловал ресницы, кончик носа, милые, дрожащие губы.
— Tсc, chere. Худшее уже позади. Тсс… усни с этой мыслью… подумай об этом.
— Кано очерняет доброе имя Нортрапа, — прошептала твердо Ариэль. Потом положила голову на плечо Люка, позволила ему поддержать себя. И заплакала так тихо, что, казалось, она дрожит.
Будто какая-то часть Люка оторвалась от него и теперь безраздельно принадлежала Ариэль.
— Я не верю этому, ни на секунду. — Ее слезы стекали по шее Люка, приглушенные рыдания /пронзали сердце. Борясь с нахлынувшими чувствами. Люк закрыл глаза и опустил подбородок на рыжую головку. Он готов был защитить ее от любого несчастья, стереть выражение разбитой надежды и снова вернуть очаровательный, веселый смех.
На скале у ручья появилась встревоженная Глэнис. Люк кивнул. Она помахала рукой, тут же Сиам обнял ее за плечи и загородил своей мощной фигурой.
— Ангел, — прошептал Люк у ее волос. На счету Тадеуса Нортрапа появился еще один долг, за то, что причинил боль Ариэль. — Завтра будет лучше. Ты сделала так много, дала новую жизнь женщинам, которые любят тебя. Посмотри на Анну. Она смеется теперь, а Элиза ходит с высоко поднятой головой. Мэри становится все сильнее, ее дети тоже. Потом Бидди и Омар. Каждая женщина стала более уверенной в себе.
Он улыбнулся, вдыхая ее запах.
— Твое «Общество Вдов» дало им нечто — гордость, веру в будущее… Так много жизней изменилось к лучшему благодаря тебе.
На французском Люк сказал о своей любви, восхищений и гордости за нее. Что никто не мог бы попросить большего, чем она дала… Что мужчина, о котором она печалится, умрет и не заслуживает ни секунды ее времени. Что только женщина огромной доброты и душевной смелости могла выйти замуж на умирающего, дав ему покой. Он говорил мягко, почтительно. Ариэль нежно прижималась к его сильному телу.
— Я не знаю, что ты сейчас говоришь, и мне это все равно, — прошептала она, ее пальцы впились в него. — Но только продолжай говорить, Люсьен.
Лесной голубь заворковал в кустах, белка пробежала по ветвям деревьев. Люк рассказал ей о своих надеждах, мечтах о настоящем браке, о детях, будущем.
Она всхлипнула в последний раз, дрожа у его груди.
— Люк, что бы ты ни говорил, твое сердце бьется учащенно… Если… если ты не скажешь мне, что рассказала Кано, я найду кого-нибудь, кто сделает это.
Он улыбнулся медленно, печально.
— Ты угрожаешь, mа chere?
— Да…. Ее лицо, о, ее лицо. Люк. Оно было таким неистовым, что она сказала? — Руки Ариэль обвились вокруг его шеи, когда Люк поднял ее и отнес под тенистые ивы.
— Я не ребенок, — проворчала она, когда охотник опустился на сухой песок и посадил ее к себе на колени. Люк прислонился к дереву и погладил ее волосы, получая огромное удовольствие от нагретых солнцем кудрей, оплетающих пальцы.
— Расскажи мне, — потребовала Ариэль после того, как взяла носовой платок Люка и высморкалась. — Я всегда могу наказать тебя за неповиновение приказу, — прошептала она и снова прижалась к нему.
Люк медленно объяснил, глядя на рыбу, лениво плескавшуюся в быстром ручье, и осторожно дай пропустил имя «Блисс», которое захватило его мысли. Ариэль слушала, ее пальцы лежали в большой ладони Люка.
— Люсьен, — медленно прошептала она, поднимая их сплетенные руки. Завороженный игрой, Люк смотрел, как тонкие пальцы переплетались с более темными и длинными, гладили шрамы, легонько касались ладони. — Тадеус не тот же мужчина. Он человек высокой морали.
Люк крепче обнял ее, потом прислонился спиной к старому дереву. Время уносилось сквозь трепещущую молодую листву, солнечные лучи скользили по камышам вдоль ручья. Высоко на скале чистые серые глаза Глэнис встретились с печальным взглядом Сиама. — Ариэль всегда боготворила Тадеуса. Она t отбрасывала его мальчишеские выходки, хотя некоторые из них были достаточно жестоки. Потом, когда они стали старше, никто не посмел рассказать о его неблаговидных поступках. Родители Тадеуса всегда откупались от семей девушек. Его походы стоили семье состояния. Они посылали ему огромные суммы, когда он оставил армию, поехав на Запад и начав бизнес в Вильямете. Блисс и Тадеус один человек, не так ли, Жан-Пьер?
После короткого кивка канадца Глэнис смахнула слезу, заблестевшую на ресницах.
— Люк убьет Тадеуса, ведь так?
Движением, которое показало отсутствие практики, Сиам обнял Глэнис и привлек к себе на грудь.
Караван тронулся в путь на следующее утро, холодный резкий ветер проникал в фургоны и под одежду людей. Эмигранты преодолели одну треть своего пути в Орегон.
Ариэль дергала вожжи своей упряжки, упрашивала огромных першеронов тянуть фургон по крутому скалистому подъему. С тех пор, как две недели назад они покинули Форт Ларами, она ежеминутно лихорадочно старалась отогнать от себя обвинения индейской девушки. Усталость пронзала каждый мускул, ее ум отталкивался от опасных дум о Тадеусе. Лежа каждую ночь рядом с Глэнис, Ариэль вскидывалась на звук низкого, с акцентом голоса Люка, иногда раздававшегося на улице. Она не могла объяснить своих чувств, но тосковала по заслуживающим осуждения объятиям и мягкому, быстрому французскому языку. В первую неделю доброта Люка граничила с братской. Всегда заботливо: «Ты должна поесть. Отдохни немного». В начале второй недели он немного не сдержался, когда она отсчитала и положила ему в ладонь заработанные монеты.
Сжавшиеся челюсти и глаза цвета грозовых туч хорошо соответствовали яростно нахмуренным бровям. Когда Люк схватил ее за запястье и высыпал золотые обратно в ладонь Ариэль, его улыбка не была милой. Он производил странное впечатление человека, находящегося на грани срыва… Любопытная вещь, учитывая то, что она попыталась заплатить ему очень хорошо.
Ариэль обратила внимание на зубы Зевса, когда он заржал, таща фургон вверх. Нижняя челюсть Тадеуса немного выдавалась вперед, результат слабых лицевых мышц.
Сильный, волевой подбородок, такой как у Люка, мог показать наличие характера и властных качеств. Люк не должен был кричать на нее во время стихийного бегства буйволов у Минерал Спринте. Служащие не орут на хозяев. Кричал, что только идиот будет пытаться повернуть это стадо буйволов. Ариэль нетерпеливо дернула вожжи и забормотала про себя:
— Откуда я знала, что весь коричневый холм покрыт буйволами? Любое разумное животное должно было повернуть в сторону после нескольких выстрелов. Люк действовал возмутительно. Прискакал как какой-нибудь дикарь и схватил меня, как цыпленка. Это не придало мне чувства собственного достоинства. Я деловая женщина с ценным грузом. Как посмел он кричать на меня?
Это единичное происшествие подхлестнуло решимость Ариэль игнорировать некоторые факты!
Слабость в объятиях Люка была заметна, как яркий свет маяка в сильном тумане.
Она никогда не превратится в глупо улыбающуюся, фыркающую, беспомощную дамочку, как он ожидает. То, что в момент желания она была сжата в этих сильных, успокаивающих руках, настраивало еще решительнее. Мрачный взгляд Люка, когда она приказала отойти ему в сторону, пока сама вела упряжку по опасному склону, позволил ощутить Ариэль дрожь победы.
Она упивалась этим мрачным взглядом. Ариэль изо всех сил тянула лошадей, увлекая их вверх по тропе. Поведение с Люком явилось просто вопросом балансирования между двумя обстоятельствами. Он был ее служащим и, к несчастью, законным мужем, пока она не получила развод. Почувствовав однажды сильную руку, он будет более благоразумным.
Высокая фигура Люка появилась на вершине склона, рубашка пропиталась потом и прилипла к телу. Ариэль закрыла глаза и сглотнула слюну. Она не поддастся очарованию его красоты, мужественности и изящества. Тадеус нуждается в ней. Ей нужна спокойная устойчивость мужчины, которого она знала как друга, а не буйная страсть, точнее, безумное желание, вызываемое в ней. Стабильность в стремлениях — вот цель Ариэль. Тадеус обеспечит хорошо организованную жизнь, к которой она стремилась.
Девушка ошиблась насчет Тадеуса! Камень выскользнул из-под ботинка, и она едва удержалась на ногах. В колесе сломалась спица, и фургон резко накренился. Ариэль кричала, ругалась, угрожала, и шесть тяжеловозов все-таки вытащили фургон на вершину.
— Они, черт побери, доволокут этот фургон до луны, если она попросит, — проворчал Смитсон, обращаясь к Люку. Капитан погонял свою двойную упряжку волов. — Вот такая она маленькая негодница, на которую вы положили глаз, Наварон. Эгей, вперед, резвее!
Большой валун сорвался со скалы, пролетев мимо них, и молодой бычок упал на колени.
— Вставай! Анна, подхлестни их! — крикнул Люк, налегая плечом под бок вола. Когда животное поднялось, он похлопал его по сильной спине.
— Благословенны мои бриджи, — крикнула в ответ Анна, тяжело дыша.
— Я на пути к моему будущему муженьку. Этот маленький бычок ни за что не задержит меня!
Остальные женщины, одетые в брюки, несли ящики, чтобы облегчить груз. Третий фургон, нагруженный товарами, был последним. Четыре вола тяжело переставляли огромные копыта и громко ревели. Темный худой Омар понукал их своей палкой. Люк и Сиам начали спускаться с холма вместе с другими мужчинами, и Ариэль крикнула:
— Осторожно, камни!
Шесть тяжеловозов осели на задние ноги, осторожно начав спуск. Ариэль шла позади них и крепко держала поводья. Люк повернулся, чтобы идти к ней, сердце сжалось от страха за нее, Сиам толкнул его в сторону. Оба упали на каменистый склон, но Люк быстро вскочил на ноги.
— Стой, — Сиам ухватился за него и встал.
— Пусть она сама, — тихо сказал Смитсон. — С отъезда из Ларами она с чем-то борется. — Этот хулиганский рот маленького генерала был слишком спокоен. — Она перестала шуметь. Пусть попробует сама. Она крепкая и выносливая, как раз такая, чтобы карабкаться по опасным тропам. Тем более без юбок, которые мешали ей. Эти огромные бестии повинуются ее легкому шепоту. С ней все будет в порядке.
Люк заметил какое-то необычное движение позади фургонов и услышал, как вскрикнула Лидия. Она скользнула вниз по маленькой насыпи, сжимая в руке крошечное растение. Когда Люк добрался до нее, Лидия улыбнулась ему навстречу, не обращая внимания на длинные царапины на руках и кровь, проступившую сквозь чулки.
— Посмотри. Прекрасный маленький экземпляр шафрана. Он вырос с открытой жестянкой, выброшенной каким-то незадачливым переселенцем. Неизвестный ботаник, должно быть, оплакивает потерю своих драгоценных семян. О, как он переживет это горе? — торопливо спросила Лидия, ее очки вопросительно блеснули.
Она протерла их, когда Люк помог ей подняться на ноги.
— Что это делает Ариэль? — нахмурившись, поинтересовалась Лидия, вглядываясь вдаль, на шесть лошадей у подножья холма.
— Пытается убить себя, старается сделать это со времени отъезда из Форта Ларами, — сквозь зубы сказал Люк. Он осторожно выбирал путь между камней. — С тех пор, как она открыла темные пятна на сияющем образе Тадеуса.
— Оставайся здесь.
— О, боже. Ты уверен, что я ничем не могу помочь? — озабоченно спросила Лидия. Когда он тряхнул головой, она села, спрятала свою находку и посмотрела на Ариэль.
Люк осторожно побежал по каменистому склону, его ладони вспотели от страха. Невдалеке от хозяйки довольные першероны пощипывали травку, а волы ревели еще на вершине холма.
Ариэль подняла глаза, когда Люк подошел совсем близко.
— Как вы думаете, что вы делаете, миссис Д’Арси? — спросил он, стараясь отбросить страх, преследовавший его. Он хотел обнять ее, защитить от боли, которая обрушилась на Ариэль в последнее время.
— Несу мой груз. Волы слишком устали. Они — могут тянуть фургон, но без груза. Они так ужас но напуганы сейчас, что впрячь одну пару в упряжку было бы абсолютно бесполезно, — ответила она, забралась в фургон и осторожно осмотрела содержимое ящиков. — Если ты возьмешь поводья моих лошадей, можно будет привязать к ним на спину ящики. Волы не будут упираться, когда фургон станет легче.
Она выглядела такой маленькой, такой решительной, уверенной в успехе. В ясных зеленых глазах притаилось еще что-то. Эта женщина теряла свои мечты и теперь боролась за них.
Люк взял ее лицо в свои руки.
— Ангел, поднимайся на холм и жди нас.
— Глупости. Я не дам Смитсону возможность сказать, что не могу справиться с собственным грузом. Мы взвалим ящики на лошадей, и волы поднимутся на холм.
Чисто импульсивно Люк нагнулся и поцеловал нагретые солнцем губы, почувствовав их нежный вкус. Он увидел ее противоречивые чувства: она облизнула языком губы, и прежде чем успела разобраться с поцелуем. Люк объяснил свой план подъема «груза» на вершину холма. Ариэль шикнула на Зевса, когда тот громко заржал, и массивный жеребец повиновался.
— За работу! — воскликнула хозяйка фургона позже, изучая результат предложения Люка. — Конечно, индейцы используют это на лошадях и собаках. — Отличное решение, — повторила Ариэль, глядя на длинные жерди, привязаные к огромному хомуту. Они будут тащиться по земле за лошадью, поперек нужно положить палки покороче, а сверху можно поставить деревянные ящики и бочонки.
— Люк, ты очень творческая личность.
Он остановился на полуслове и медленно повернулся. Ошеломленный восхищенной похвалой, Люк посмотрел на Ариэль. Две долгие недели он сохранял дистанцию, позволив ей разобраться в себе. Победная улыбка Ариэль застыла, когда их глаза встретились. Она быстро отвела взгляд и посмотрела на Омара, который подгонял уже послушных волов вверх по склону следующего холма.
— Я пеню твои усилия, — заявила она спокойно, когда Люк подошел к ней.
Он отвел с ее лица упавшие пряди, очарованный смущенным румянцем. Ариэль вздрогнула, потом отступила в сторону.
— Мы должны идти. Капитан Смитсон назовет меня черепахой, и мне придется ставить его на место.
Зеленые глаза вспыхнули, и она подняла голову, дерзко глядя на него. Та Ариэль, которую он знал, вернулась, ее раны затянулись. Эти две недели, которые Люк дал ей, чтобы успокоиться и подумать о Тадеусе, он горел страстным желанием побыть со своей возлюбленной наедине. Сейчас его словно оглушило невыносимое желание войти в мучительно-прекрасное тело. Он резко вздохнул. Она была его женой;
иметь ее в своей постели — это сущность брака. Люк взял тонкую руку и поцеловал кончики пальцев.
— Ты погуляешь со мной сегодня вечером, chere?
Медленный кивок заставил петь его сердце. Люк отбросил головокружительное чувство.
Он соскучился по спорам и боям с ней, по смущенному выражению, когда она пыталась контролировать свою жестикулирующую левую руку. Она, должно быть, простила его за спасение от стада буйволов.
Он следил за покачиванием бедер под пресловутыми брюками. Он никогда раньше не кричал на женщину, и воспоминание о том срыве раздражало. Сердце ушло в пятки, когда он увидел море животных, несущихся в сторону фургонов. Сиам, Вильсон и другие мужчины действовали быстро и результативно, в последнюю минуту повернув стадо.
Ариэль даже не моргнула во время его тирады, только подняла голову и плотно сжала губы.
— Должна я поблагодарить вас? Вы устраиваете собственное представление, разыграли этот спектакль. Я поступила правильно, защищая свою собственность. Выстрелы заставили стадо повернуть, не так ли? И кстати, пожалуйста делайте все ваши комментарии по-английски. Я хочу отлично понимать каждое слово. У меня редко были служащие, обращавшиеся ко мне на стольких языках.
В тот момент он был слишком взвинчен, чтобы спорить. Собрав в кулак всю свою волю, заставил себя повернуться и уйти.
Сейчас, глядя на Ариэль, поднимающуюся на гору. Люк нахмурился. Он не доверял ее взгляду, напоминавшему о сдержанном поведении, после истории с буйволами. Она была похожа на греющийся на плите чайник, из которого вот-вот выплеснется кипяток.
Люк решил нарвать цветов для их сегодняшней ночи. Может быть, Бонжоме, семья французов. которые планируют завести на Западе винные погреба, будут не против расстаться с бутылочкой лучшего припрятанного вина.
Они разбили лагерь на берегу Свитвотер Ривер в последний день июня. Животные паслись между рекой и огромной гранитной скалой, которая выделялась на фоне ночного неба. Переселенцы писали свои имена на каменных глыбах, забирались на самый верх и оглядывали поля зелено-голубой полыни. После ужина Смитсон преградил дорогу Люку, шедшему на реку купаться.
— Хорошая ночка, э, Д'Арси? Люк медленно поднял на него глаза.
— Как давно вы об этом узнали? Смитсон затянулся своей трубкой, потом вдохнул и посмотрел на Люка сквозь дым.
— Форт Ларами. Я осторожный человек, один из тех, кто любит задавать вопросы. Кажется, ты использовал нашу остановку не для отдыха, а чтобы выследить семейных слуг, для которых пришли плохие времена. Я немного поболтал со старым индейцем из Латинской Америки в нескольких милях к югу от форта… Спокойный человек, посвятивший себя присмотру за известной могилой севернее форта Св. Врейна. Кажется, вы заплатили кузнецу за выкованную на железной ограде букву «Д».
— Трижды, — медленно произнес Люк, глядя на серебристый поток, петляющий между ивами и камышами. Он сжал в руке длинное полотенце. Один человек стал причиной несчастий и смерти в его семье. Нортрап заплатит.
— След привел к вам, мистер Люсьен Наварон Д'Арси, — сказал Смитсон и постучал трубкой по руке. — Я знаю о вас из моих поездок на Запад. Теперь вы расскажете мне об обмане с ухаживанием за Ариэль, когда вы в действительности женаты на ней. Я все больше восхищаюсь и люблю эту маленькую хулиганку и ее выводок неудачниц. Самому забавно быть рыцарем бедных вдов, везти их к лучшим временам. Итак?
Огромная сова с уханьем пролетела над ними, и Люк твердо встретил взгляд Смитсона.
— Я умирал. Она вышла за меня, чтобы дать мне покой. Теперь я хочу настоящего брака. Она — нет.
— Так она думала, что вы умерли, пока не появились в Инденпенденсе. Вот почему она вдруг сбилась на моем собеседовании.
Люк отбросил воспоминание о менее чем радостном приеме и ее сердитом отказе от их брака. Он подумал о ясных зеленых глазах, вспыхнувших, когда она смотрела на него. Раньше она не отказывалась от предложений прогуляться, не сопротивлялась поцелуям. Ариэль была умной женщиной. Их брак мог бы когда-нибудь стать настоящим, если она сможет увидеть в нем мужа, а не служащего. Вид ее решительного лица, при виде золотых монет, положенных в его руку, уязвил гордость Люка.
Она оставила позади мечты о безупречном Тадеусе, и скоро Люк будет целовать этот сладкий маленький рот, прижимая к себе теплое мягкое тело…
— Да. Она думала, что я мертв. Смитсон задумчиво потер подбородок.
— Так… значит, она была вдовой и не обманула меня. И когда вы вызвались защищать ее, она до ужаса удивилась, правда? И вы использовали другое имя, чтобы не выдать Ариэль. Я должен был узнать фамилию Д'Арси… Ты приобрел известность, парень, хорошую, да. Мужчины уважают тебя, а для каждой матери с незамужней дочкой ты просто шип в сердце. Я считаю, что сделано, то сделано, и лучше представить тебе и миссис Д'Арси.
Он ухмыльнулся и похлопал Люка по спине.
— Она упрямая маленькая воительница. Хороший мыслитель для женщины, отлично заботящийся о своей пастве. Держит их бедные горюющие головы постоянно занятыми работой: то вышивка, то вязание. И так заставляет думать несчастных вдовушек и о их новых домах. Это хорошо. Я уже положил глаз на одну милочку, и добился успехов в ухаживании за ней. Приходи ко мне, если потребуется совет, как заставить миссис Д'Арси признать в тебе мужа. Попробуй сказать что-нибудь о ее женской красоте…
Смитсон заколебался и нахмурился.
— Ну, обдумай это дело. Если ты поднатужишься, наверняка найдешь что-то такое в ней. Приукрась какую-нибудь черту, которую она могла бы иметь.
Люк натянуто кивнул. Уловки Смитсона раздражали. В юности Люк мог при необходимости пустить в ход обаяние. Но уже с давних пор он не хотел никого завлекать. А теперь женщина была его женой и, в глазах других, хозяйкой. Смитсон лечил взрослого мужчину своими советами, словно он был пустоголовым мальчишкой.
— Спасибо, — сказал Люк. — Я сделаю все, что в моих силах.
— Ну, приукрашивай. Давай. Я жду рассказа о моей женственности, — жесткий приказ Ариэль заставил Люка замереть, из сложенных ковшиком рук полилась вода. Он стоял по колено в воде и неторопливо мыл свое тело, когда на залитом лунным светом берегу появилась Ариэль. Маленькие руки сжались в кулаки, но сдержались, едва не бросившись в реку, чтобы отколотить его.
Она схватила одежду Люка, комкая вещи в руках. Он стоил ей немалой доли гордости, это будет маленькой местью. Подойти и заговорить с купающимся мужчиной, конечно, неслыханно. Но это станет новым опытом. Она подождала, пока Смитсон не скрылся из виду, тем временем Люк разделся и вошел в воду. Ариэль, будучи деловой женщиной, не могла позволить себе упустить удобный случай. Пока все в лагере были заняты ужином, надо было обсудить вопрос об их взаимоотношениях.
В лунном свете обнаженное тело Люка мерцало от серебристых капелек воды. Он тряхнул головой, во все стороны полетели брызги.
— Сколько времени ты стоишь там? — спросил он, продолжая смывать мыло с груди.
Она не могла говорить, захваченная мужской красотой. Свет луны падал на широкие плечи и мощные мускулы, струился по узким бедрам, сильным ногам. Ариэль обхватила себя руками, вдохнула и вытянулась во весь рост, как привыкла делать, обращаясь к своенравному служащему. Она не позволит из-за вида обнаженного тела сорваться собственной миссии. Сладкая месть должна состояться, мечта взять верх над мужчиной, который унизил ее честь, превыше всего. Никто никогда не кричал на нее. Если Люка не взять под контроль и побыстрее, он наломает много дров.
Она во что бы то ни стало возьмет его в узду, будет контролировать стремление Люка к первенству так же, как вольнолюбивый характер Зевса. А конь знает ее силы.
Люк немного повернулся, выливая на грудь воду из сложенных рук, мокрая спина осветилась в темноте. В профиль он был великолепен. Грудная клетка переходила в плоский живот, потом мощные бедра. Она избегала тени, прижавшейся внизу его живота, когда Люк направился к ней.
Ариэль сделала несколько шагов назад, в горле вдруг пересохло. Потом Люк навис над ней, рот изогнулся в усмешке. Взяв одежду из ее сжатых пальцев, швырнул в кусты.
— Я… я… — начала Ариэль, ломая руки. Где был гнев, копившийся весь день? Люк заслужил нагоняй, и сейчас представился отличный шанс.
— Для меня честь, что ты захотела увидеть меня без одежды, chere, — тихо проговорил Люк, когда она снова шагнула назад. Иго руки потянулись к ней, подняли ее рот для медленного, соблазнительного поцелуя.
— Тебе нужно искупаться.
— Мм? — опьяненная нежным прикосновением рта, Ариэль с трудом подняла веки.
— Позволь мне помыть тебя. Ангел, — прерывисто прошептал он, горячий рот почти не отрывался от ее губ. — Ты пахнешь, как лошадка.
Она отпрянула от поцелуя.
— Я что?
— Пахнешь. — Люк нагнулся и снял ее ботинки, Ариэль держалась за мокрую спину, ощущая под ладонью упругие мышцы.
— Разденься.
Рука Ариэль дернулась к горлу, закрыв высокий, застегнутый воротник.
— И не подумаю.
— Я уже все видел. Ангел, — предупредил Люк, взяв с камня кусочек мыла. — Я хочу, чтобы ты у меня в постели была женой, а не работодателем, который воняет, как лошадь.
— Я твой работодатель… и я некрасивая. Те прекрасные слова могли бы вскружить голову другой женщины, но не мою. У меня мелкие черты лица, кроме волевого подбородка и порядочного носа. И веснушки, потому что солнце сейчас обжигает.
— Ты моя жена и очень красива для меня, хотя и не знаю почему, — с этим Люк поднял ее, занес в реку и опустил.
Ледяная вода захватила дыхание, когда Ариэль вынырнула над поверхностью. Она барахталась, пытаясь сохранить равновесие, потом поднялась на ноги и пихнула Люка. Волосы налипли на лицо, под тяжестью воды косы расплелись. Пока Ариэль восстанавливала дыхание, разбираясь с мокрыми прядями, большие руки Люка намыливали ее блузку, быстрыми, властными движениями сжимали заострившиеся груди.
Она махнула рукой. Люк болезненно замычал; удар пришелся ему между ног.
— Почему я думаю о тебе каждую минуту, не знаю, — сказал он после короткого, резкого ругательства. — Есть более доступные женщины.
Ариэль вздрогнула, отступая на несколько шагов и потирая левую руку, ту, которая так интимно коснулась его тела.
— Ты безумный. Только человек без мозгов закричал бы на меня после того нашествия буйволов.
Люк приблизился к ней, вода стекала по широким плечам. Он натянуто улыбнулся.
— Может быть, я беспокоился за твою жизнь, солнышко.
— Не стоило. Я заботилась о себе и других всю мою жизнь. Я достаточно разумна перед лицом опасности.
— Сейчас вы в опасности, мадам, — проворковал Люк, просунул пальцы под ее ремень и притянул к себе. Он распустил кожаный пояс, стягивая с нее мокрые брюки и панталоны. Нагнувшись, быстрым рывком схватил под водой ее щиколотки и рванул их вверх. Ариэль упала, чтобы в ту же секунду быть поднятой. Пока она отдувалась, шлепая его по рукам. Люк быстро расстегнул и сорвал с нее блузку. Сорочка скользнула над головой, и Ариэль подняла руки, прикрывая грудь.
Она дрожала, стряхивая с лица мокрые локоны, вода ручьем лилась с носа.
— Животное. Грубиян. Сухопутный… Ариэль начала отплевываться от мыльной пены, которую Люк намазал ей на губы.
— Зачем, ты…
— Я никогда не встречал… — Люк решительна»? намылил ей волосы, густая пена не давала вздохнуть. Он говорил словно сам с собой, вставляв быстрые замечания на французском, испанском и других языках.
— Я никогда не встречал такой красивой, !? упрямой женщины. Язвительный, раздражительный, дьявольский нрав.
— Я некрасивая.
Он опустил ее голову в струящийся поток, потом выдернул из воды и сжал в объятиях. Поцелуй Люка был горячий, жадный, слегка ранящий. Затем сцепив руки под ее ягодицами приподнял их, чтобы возбужденный член лег между ее ног.
— Ты красива. Желанна. И приводишь меня в непрерывное состояние нетрудоспособности.
— Ах… Люк… возможно, мы могли бы поговорить об этом, когда оба успокоимся, — предложила она, неуверенная, как сдержать совершенно обезумевшего мужчину, который с нелогичной очевидностью хотел ее. Она попыталась урезонивать. — Мы устали. Может, утром за кофе.
Теплое лицо Люка потерлось о шею любимой, тело его дрожало.
— Трусиха.
Ариэль замерла. Она резко вдохнула, потоввв медленно выдохнула, поняв, что грудь вдавилась в него. Жёсткие волосы сделали чувствительными соски. Несмотря на ледяную воду, глубоко внутри себя она ощутила разрастающееся тепло. Мужской орган Люка выпрямился у ее живота, настойчиво упираясь в него с каждой волной стремительной реки.
Любопытная и испуганная, Ариэль пыталась остановить свою блуждающую левую руку. Боролась с собой, когда гладила Люка, сжимая чудо его силы. Люк застонал, глаза закрылись.
— Возьми меня в себя, chere.
Ариэль сглотнула слюну, не в силах разомкнуть пальцы, потереть эту шелковистую твердую плоть.
— Я… — Потом медленно, безвозвратно рука ввела его в горячее лоно.
Люк заметил, как его руки на талии Ариэль напряглись. Когда член полностью вошел в нее, то Люк закрыл глаза и нежно обнял свою женщину. Они срослись в одно целое. Наклонив голову, он поцеловал Ариэль, она безоговорочно доверилась теплоте его губ.
Ночной воздух наполнился запахом шалфея, вдоль берега скользнула тень какого-то зверя. В отдалении заплакал ребенок.
Нежные, сладкие поцелуи Люка спускались по шее, руки ласкали чувствительную грудь, прижимали все теснее.
— Мне не хватало тебя, — прерывисто прошептал он ей на ухо.
Ариэль обвила шею Люка, желая быть еще ближе, наполненная его пульсирующей плотью и нежностью, которая вдруг словно спустилась на них. Сейчас было достаточно стоять, обнявшись с ним, согретой им. Она никогда не хотела, чтобы .ее целовали, лелеяли, но Люк изменил все. Ариэль уткнулась в его плечо, экспериментируя с поцелуями в упругие, выпуклые мускулы. Он задрожал, прижал ее ближе.
Невдалеке послышался зов Анны, песок заскрипел под большими ботинками. Люк заскрежетал зубами.
— Анна. Ты помешала мне купаться.
Она откровенно засмеялась шаги остановились.
— Ужасно жаль. Люк, ты не видел Ариэль? Она потерялась.
Люк отвел в сторону мокрую прядь со щеки Ариэль, целуя мягкие губы. Его пальцы властно сжались на ее бедрах, толкнули к нему. Еще один быстрый толчок, он вздрогнул, потом медленно отодвинулся, оставляя ее пустой и неудовлетворенной. Рука Люка нежно массировала мягкую плоть.
— Она здесь.
Анна снова засмеялась.
— Я так и думала. Здесь чистая одежда для нее.
Через несколько минут Ариэль позволила Люку застегнуть блузку, противясь желанию обниматься, слышать ласковые, страстные слова, чувствовать в себе теплую, твердую плоть Люка. Внутри все заболело, когда она вспомнила лихорадочный жар прошлых приключений и снова захотела того же. Потом взглянула вверх и увидела, что он жадно смотрит на ее грудь.
Люк провел по щеке Ариэль, скользнул пальцем вниз и зацепился за край выреза.
— Перестань дрожать. Вода не такая уж и холодная.
— Я убита. Просто убита. Что подумают мои леди? — пробормотала она из-под концов полотенца, которое Люк завернул вокруг головы наподобие тюрбана.
— Они скажут, что один раз ты была благоразумна. У меня имелись другие планы на сегодняшний вечер. Есть в тебе нечто такое, Ангел, что ломает мои хорошие намерения, — хмуро сказал он, переводя взгляд на огромный валун, чернеющий на фоне неба.
Ариэль с тревогой оглянулась на костры.
— Какие планы?
Они направились к лагерю, и Люк похлопал ее ниже спины. Ариэль остановилась на полушаге.
— Что ты делаешь?
— Не то, что хотел бы. Я буду счастливчиком, если выживу, mа chere, — мрачно сказал он, исчезая в тени, чтобы войти в лагерь с другой стороны.
— Проклятье, миссис Д’Арси! Вокруг притаились дикари. Когда вы решите покинуть лагерь, будете брать с собой Люка, — резко приказал Смитсон, когда она подошла к фургонам. Капитан хмурился, толстые брови сошлись на переносице. — Я разберусь с вами позже.
В ночном воздухе раздавался протестующий вопль Салли. Послышался яростный женский крик, и Ариэль кинулась к маленькой толпе, пробиваясь сквозь собравшихся людей к центру круга. Салли прижимала к груди новорожденного младенца, стоя лицом к лицу к испуганной, плачущей женщине.
— Она моя. Она не умерла. Ты взяла ее! — выкрикнула Салли, взглянув на Люка, который только что положил руку ей на плечо. — Люк, скажи ей, что это моя малышка. Она не должна была красть мою маленькую девочку.
— Салли, — начала Ариэль, приближаясь к девушке, — это ее ребенок. У тебя будет много малышей, после, когда выйдешь замуж, когда мы придем в Вильямет, — мягко произнесла она.
— Люк, скажи им. Они поверят тебе! — кричала Салли, прижавшись к нему. — Это моя девочка.
— Отдай ребенка матери, Салли, — ласково увещевал он.
— Отдай моего ребенка! — крикнула женщина, вцепившись в Салли, муж тащил ее от девушки. — Эта сумасшедшая взяла моего ребенка!
Люк заговорил мягко, решительно.
— Салли, мы говорили о том, как твоя дочка ушла на небеса, что у тебя будут другие малыши…
— он посмотрел на Ариэль, во взгляде был приказ.
Она поняла. Полотенце развязалось, и Ариэль сорвала его с головы, не попытавшись даже пригладить дикую массу кудрей.
— Мистер Смитсон. Это дело лучше уладить без толпы. Салли вернет ребенка. — Она дотронулась до руки матери. — Вы должны понять, она была так расстроена.
Женщина обернулась к Ариэль, ее лицо пылало от гнева.
— Вы вдовы. Вы схоронили своих мужей и теперь пришли за нашими… пришли прямо за нашими детьми. Мужчины не могут ни о чем думать, следят за вами в этих отвратительных брюках. Думаете, вы можете уводить наших мужей, а потом и наших детей? — сильная пощечина отбросила назад голову Ариэль.
Ариэль не стала обращать внимания на обжигающий удар. Она заметила округлившиеся глаза Салли, мрачную ярость Анны, проталкивающейся сквозь толпу.
Люк поймал руку женщины, когда она снова захотела ударить.
— Нет.
Голос Салли исказился, стал нервным и хриплым.
— Вот ваш ребенок, мэм. Извините, что взяла его. Пожалуйста, не причиняйте боль мисс Ариэль, — попросила она, прежде чем отдать ребенка матери. Пальцы Салли с неохотой оторвались от малышки, обхватили руками грудь. Ужас наполнил глаза, когда молоко просочилось сквозь ткань платья, еще одно напоминание об умершем младенце.
Ариэль распрямила плечи, стоя между Салли и женщиной. Она словно не замечала упавшие на лицо пряди и со спокойным достоинством проговорила:
— Пожалуйста, примите наши извинения. Я прослежу, чтобы сегодня вечером в ваш фургон доставили свидетельства нашего сожаления.
Женщина холодно посмотрела на нее.
— Смотрите, чтобы не забыть.
Толпа рассеялась, и Люк приподнял ее подбородок. Он осмотрел красноватое пятно на щеке и поцеловал его. Ариэль отскочила назад, оглядываясь по сторонам, и не желая, чтобы кто-то увидел нежное движение Люка. Поблизости стоял Смитсон, сложив руки на могучей груди и широко ухмылялся. Она отдернула свою непослушную левую руку от ремня Люка.
Его пальцы гладили влажные волосы, потом вернулись к ее щеке. Соблазнительная, нежная ласка повергла Ариэль в необъяснимое состояние. Теплота в глазах Люка притягивала ее ближе, тело застыло в неподвижности, дыхание задержалось в легких…
Потом она будет гадать, сколько времени не могла оторвать взгляд от темных глаз, от нежности и сильного желания в них. Рядом потрескивал костер, искры улетали в ночное небо, и Ариэль почувствовала, как часть его души вливается в сердце. Когда пальцы их сплелись, она уже не сопротивлялась нежному посягательству.
Смитсон счастливо посвистывал, проходя мимо под руку с Мэри.
— Мошоны, — сказал Сиам, когда мужчины вскочили на своих лошадей.
— Твоя женщина встретилась с военным отрядом мошонов. Не бойся. Они отдадут ее.
Люк скрежетал зубами, подгоняя лошадь по песчаной, заросшей полынью местности. Рано утром Вильсону потребовалась помощь в похоронах, Сиам и Люк помогли закопать мертвых и сжечь павших волов. Они разговаривали с уставшими бывалыми калифорнийцами, которые путешествовали на Восток, и вдруг заметили индейцев эдарапайо. Когда Люк и Сиам вернулись к фургонам — с тушей только что убитой антилопы, Ариэль уже не было. Караван направлялся к Южному Перевалу, а следы тяжелых копыт Зевса вели назад, к Сплит Рок.
Люк и Сиам быстро скакали, оглядывая песок и сломанные стебли полыни, не теряли следов мальчика и собаки, пересекаемых глубокими отпечатками подков. Сиам взглянул на Люка.
— Если ты винишь себя за то, что расспрашивал калифорнийцев о Блиссе, который слишком долго охотился за антилопой, то не нужно делать этого. Она сильная женщина.
Люк сжал кулаки, скользя взглядом по следам ботинок Ариэль. Видимо, она сошла с лошади и пошла рядом с мальчиком. Песок затруднял их .движение, следы мальчика стали глубже, наверное, он взял собаку на руки. Капли крови засохли в пыли, по-видимому, собака была ранена, и маленький хозяин спас ее.
Военный отряд сопровождал их путь к каньону Свитвотер. В скалистом ущелье шумел водопад, запах дыма смешивался с ароматом цветов. Индейцы разбили лагерь на маленькой площадке над обрывом.
В полдень Люк и Сиам увидели Ариэль, сидящую с воинами вокруг большого одеяла. Раскрашенные лица были бесстрастны, а Ариэль словно вела деловое совещание. Джино присматривал за огнем, на котором жарились куски большой змеи. Люк и Сиам медленно въехали в лагерь. Данте улежал на руках огромного индейца, воин ласково поглаживал собаку.
Люк показал рукой знаки «мир» и «друг», и вождь, Каменный Лось, ответил тем же. Он указал на жареное мясо и предложил, чтобы они присели поесть.
— О, привет. Люк. Мы мило проводим время. Эти джентльмены слушают, а это всегда хороший знак. Пожалуйста, садись, — сказала Ариэль, словно приглашая на бизнес-конференцию.
— Женщина Большой Лошади много говорит, — мрачно сказал воин на языке мошонов. — Это больно ушам.
Она кивнула, по-доброму улыбаясь.
— Уверена, он сказал тебе, что все идет отлично.
Люк показал, что Ариэль его женщина, а мальчик — сын. Вождь угрожающе посмотрел и кивнул.
— Возьми ее. С ней много неприятностей. Ариэль прошла мимо, сунув в руку Люка деревянную миску с кусками жареной змеи, и бросила осторожный взгляд на вождя, который кивнул и дал знак есть.
— Я все держала под наблюдением. Люк, — сияя, сказала она. — Не говори ничего. Мы без всяких трудностей уйдем от этих добрых людей в подходящий момент, — прошептала она и встала на ноги.
Воин гневно заговорил на языке мошонов, и Ариэль свирепо посмотрела на него.
— Сядь сзади меня, — Люк дернул ее вниз. Вопрос вождя об умении Люка заставить свою жену повиноваться, не был пустяком. Если мужчина не мог заставить жену повиноваться, он терял статус. Джино сел рядом с высоким воином, явно обожествляя индейца.
— Я уже сторговалась с ними, — самодовольно заявила Ариэль.
— Тебе нравится эта женщина? — Каменный Лось задал вопрос Люку, который боролся с поднимающимся раздражением. Ариэль распрямила спину и положила руки на колени. Ее самоуверенная улыбка бесила Люка. Он знал, что их совсем немного отделяет от беды.
Люк кивнул. Этим утром он сорвал плохое настроение на Сиаме, который только широко ухмылялся. Прошлой ночью, после происшествия с Салли, Ариэль заснула над своим путевым журналом. Люк остался с безумным, неудовлетворенным желанием.
— Разбитое Сердце и Медведь. Ваша отвага известна всем. Люди говорят, ты не берешь больше жену. И ты еще хочешь эту злонравную? Эту Женщину Большой Лошади? — вопрошал Каменный Лось.
— Она не очень спокойная, но она моя женщина. Мать моего сына, — ответил Люк.
— Что он сказал? — спросила Ариэль тихим голосом, дотрагиваясь до его руки. — Скажи, что он будет награжден, когда мы вернемся в лагерь. Теперь, когда ты переводишь, можно поговорить о продаже мехов. Спроси, что они хотят больше всего.
— Они хотят спокойствия. Они боятся потока белых людей.
— Женщина и твой сын могут идти. Большая лошадь останется.
Люк перевел, потом добавил:
— Ты позволишь мне договориться об этом. Зеленые глаза расширились.
— Я позволю? Когда все это предприятие под моим руководством? А мои расходы? Этот человек осмеливается предложить, чтобы я рассталась с моим бедным любимцем? Когда каждая вдова в этой поездке под моей опекой? — Она одернула блузку и подняла подбородок. Длинная толстая коса упала на грудь. Люк накрутил ее на руку и дернул Ариэль ближе к себе, выдавив натянутую улыбку.
— Вы не в том положении, чтобы торговаться, миссис Д’Арси. Ты будешь послушной. Если нет, поставишь под угрозу жизни всех нас, и, может быть, других переселенцев.
— Ты забываешь, у меня есть рапира, — ответила Ариэль, потянув косу. Она вскинула подбородок, солнце зажгло огненные блики в волосах.
— Я уже не хочу обедать. Боюсь, жареная змея не является моим любимым блюдом.
Люк притянул ее ближе и в вспышке гнева подумал, почему он позволяет этой маленькой красотке сердить себя. Белую женщину индейцы могли взять в жены или изнасиловать и убить. Ариэль не имела и малейшего представления о методах, которыми они пользуются, чтобы заставить повиноваться. Страх пронзил Люка. Эта маленькая своенравная ведьмочка выводила из терпения.
— Может быть, Джино захочет увидеть свою мать снова. Ему могут причинить боль, пока ты будешь защищать нас.
— О, конечно. Очень хорошо, продолжай. Торгуйся.
Воин быстро заговорил, спрашивая, сколько сыновей у Люка от этой женщины.
Ариэль покраснела, когда он перевел и внимательно посмотрела на лошадей, привязанных у сосен.
Воин Каменного Лося подбросил в огонь поленья, дрова затрещали, разбрасывая искры.
Вождь с достоинством начал говорить. Джино сел на колени Сиама, его веки слипались. Люк переводил рассказ вождя, легенду племен мошонов и арапайо.
— Сильный, злой дух принял обличье огромного зверя с клыками. Он опустошил эту долину, и люди не могли охотиться и жить в деревнях. Великий Дух, через пророка, сказал людям убить чудовище. Они напали на него из ущелья. Он ударил клыками, пробил гору и исчез. С тех пор его не было.
— Чудесное народное поверье, — прошептала Ариэль, поглаживая голову Данте, который устроился у нее на коленях. — Но думаю, мы должны идти. Пожалуйста, вырази нашу благодарность за их гостеприимство.
Каменный Лось медленно закурил свою длинную трубку. Он задумался, потом передал ее Люку.
Ариэль толкнула спину Люка кончиком ботинка.
— Сейчас не время заниматься пустяками, Люк. Караван движется.
Он продолжал неторопливо курить, традиция дружбы. Она резко вдохнула, нетерпеливый звук предназначался ему. В следующее мгновение она встала и свистнула.
Мужчины вскочили на ноги. Зевс заржал, мотнул головой и направился к ней, таща за собой привязанных одной веревкой лошадей.
Воины закричали, их лошади становились на дыбы, брыкались, ржали. Зевс продолжал медленно идти к Ариэль. Животное остановилось и терпеливо ждало, пока хозяйка достанет из кармана сладости. Ариэль бросила на Люка мимолетный взгляд.
— Что они говорят? Господи, да они вышли из себя.
Рука Сиама легла на нож, и Люк стал перед Ариэль.
— Они думают, что ты крадешь их лошадей. Для женщины подобное оскорбление может стать последней выходкой. Миссис Д’Арси, вы, возможно, должны пожалеть о несъеденном обеде из гремучей змеи.
Она коснулась его напрягшейся руки.
— Люк, ты не будешь драться, так ведь? Я приказываю тебе не делать этого.
Бешеный Бык, самый сильный воин, направился к ним, подняв свой топорик. Люк отскочил в сторону, зашел сзади и ударил высоко по руке индейца. Бешеный Бык выронил оружие, развернулся к Люку. Его боевой клич разнесся в воздухе, Люк опередил воина коротким ударом в солнечное сплетение.
— Сиам, держи ее в стороне.
Когда короткий бой закончился. Люк поднялся на ноги, сплюнул кровь и повернулся к Каменному Лосю. На земле между ними корчился и тихо стонал Бешеный Бык. Каменный Лось улыбнулся и сказал:
— Женщина твое наказание. Разбитое Сердце, за то что не взял быстро другую жену. Ты хорошо заплатишь. Мне нравится она, но, наверное, не как жена.
— Я приказала тебе не драться. — проворчала Ариэль, когда они уже скакали на лошадях.
Она сжала руки, прикоснувшись щекой к его спине. Люк получил маленькое удовольствие от ее выбора ехать позади него, а не на Зевсе с Джино.
— Ты мог быть ранен… Пусть Сиам и Джино едут вперед. Я не хочу, чтобы Анна увидела, что у тебя идет кровь. Еще обвинит меня. По отношению к тебе она хуже, чем наседка.
— Вот так, — тихо сказала Ариэль, прикладывая влажный платок к нижней губе Люка. Он закрыл глаза, наслаждаясь ярким летним солнцем и пением птиц в зарослях. Его голова лежала на коленях Ариэль, это была компенсация за томительную ночь. Она погладила его лоб и позволила, чтобы Люк притянул ее пальцы к своей груди. Он любил эти беспокойные пальцы и любопытную левую руку, перебирающую вьющиеся волосы.
Ариэль Д'Арси, его жена, уносила прочь боль и заменяла ее чем-то, что Люк не хотел давать ей. Через немного времени от будет ходить следом за ней как один из огромных тяжеловозов.
В молодости и после смерти жены Люку нравилось очаровывать женские сердца. Одна только мысль, что он будет приручен маленькой ручкой Ариэль, шокировала.
Он попытался не обращать внимания на нежное прикосновение ее груди к своему лицу. Сейчас она могла бы лежать под Каменным Лосем… или быть уже мертвой.
Люк сжал ее руку, глядя, как она решительно нахмурилась.
— Тебя могли убить. После этого ты не будешь покидать караван без моего разрешения.
Он узнал золотые искорки в зеленых глазах Ариэль, дерзкий подъем головы. Предательская левая рука пригладила волосы.
— Ты отдаешь мне приказ? — мило спросила она.
— Да, я.
Ариэль вырвала волосок из его груди и вскочила на ноги.
— Я сидела здесь, сочувствуя твоей боли, и что же получила? Приказы. Ты забыл свое положение, Люк. Я твоя хозяйка.
Медленно поднимаясь. Люк отряхнул о ногу запылившуюся шляпу. Он старался сдержаться и не потер ушибленные ребра. Талант Ариэль приводить его из мечтательного настроения в состояние закипающего гнева был не очень ценным качеством. Люк никогда не терял самообладания ни с животными… ни с людьми… ни с женщинами.
— Ты хоть понимаешь. Люк, как отнимаешь доверие, которое мои подопечные питают ко мне? Я прекрасно справляюсь, потому что гарантирую всем полную безопасность.
— Ты прекрасно справляешься с кое-чем другим, еще немного и тебя затащили бы в кусты, — Люк опустил шляпу ей на голову. — Надень это, ты сгоришь или превратишься в одну большую веснушку.
Ариэль кинулась на него с кулаками. Шляпа соскользнула на нос, но быстро была возвращена на место.
— Как ты смеешь насмехаться надо мной! Я испробовала все, чтобы вывести их, включая притирания из крови зайца и быка, крем из навоза и настойку из грецкого ореха.
Люк старался сдержать хохот, но не смог.
— Я обожаю каждую твою веснушку. С волосами, заправленными под шляпу, ты похожа на мальчишку-подростка. Они прекрасны, — кончиком пальца он коснулся мягких округлостей под ее блузкой, после чего засунул большие пальцы под свой ремень и широко расставил ноги. Поддразнивать Ариэль было удовольствием. Люк словно сбрасывал с себя годы и становился шестнадцатилетним, влюбленным в свою первую девушку.
Раньше он спокойно принимал, что предлагали женщины, но от этой маленькой решительной дамы Люк хотел большего. Ариэль очаровывала, восхищала и развлекала его как никакая другая за всю жизнь.
Она не имела представления о страстном желании, о соблазнительной идее стянуть вниз ее смешные брюки. Люк мгновенно возбудился, как только подумал об этих шелковистых ногах, о горячем, влажном лоне.
Целую минуту Ариэль сдерживала гнев, сжимая кулаки.
— Я отказываюсь отвечать тем же самым на твои насмешки…
Люк не мог больше сопротивляться и сорвал быстрый поцелуй с ее приоткрытых губ. Ему доставило удовольствие, что Ариэль замолчала, глядя на него.
— Ты очень красивая, chere. Любой из людей Каменного Лося мог бы изнасиловать тебя… а может быть, все.
— Глупости. Я давно перешагнула свои юные годы. И я старая дева.
— Ты моя жена и больше не девственница. Мы могли уже сделать ребенка, — напомнил он нежно, поднеся к губам ее руку и поцеловав кольцо Д'Арси. — Сегодня вечером мы закончим то, что начали прошлой ночью, oui
type="note" l:href="#FbAutId_11">[11]
?
Она посмотрела на него и подмигнула.
— Почему ты настаиваешь на… этой процедуре?
— Процедура? Ах! Занятие любовью с моей женой. — Он поднял бровь, очарованный ее румянцем. — Я хочу свою жену. Она… ты желанная, любимая женщина. Скажи: «Oui, Люсьен».
— Oui? — повторила Ариэль. Люк снова поцеловал ее. Удивленная Ариэль шагнула назад и упала в заросли высокой полыни. Потом, выбравшись из-под серо-голубых ветвей, одернула блузку и отряхнула брюки.
Он захохотал, в восторге от выражения ее лица. Ариэль повернулась к нему, зеленые глаза гневно сверкали.
— Я понимаю мотивы твоего… преследования меня. Люк. Знаю, зачем ты настаиваешь на этой подделке брака. Если ты хочешь денег, я хорошо заплачу. К сожалению, моя тетушка контролирует финансы семьи, и как мой… муж… ты получал бы жалкие гроши. Не трать свое время, правда.
Люк внимательнее посмотрел на нее, веселость исчезла. Его губы все еще хранили сладкий привкус от поцелуя. Мгновение назад он наслаждался нежной, успокаивающей заботой. Она смешила, заставляла снова верить в жизнь, думать о детях.
— Мадам Д'Арси, разве невозможно, что я хочу это теплое, мягкое тело, что я хочу обнимать вас и заботиться как о жене, потому что вы нравитесь мне? — спросил Люк, проклиная себя за то, что последние слова уже кричал.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - -

Разделы:
Пролог1234567891011121314161718192021Эпилог

Ваши комментарии
к роману -



Отлично
- Кэтти
30.09.2009, 17.51





отличная книга
- оксана
8.01.2010, 19.50





Очень интересная и жизненная книга. Очень понравилось.
- Natali
30.01.2010, 8.55





Цікаво,яку ви книжку читали, якщо її немає???
- Іра
28.08.2010, 18.37





класно
- Анастасия
30.09.2010, 22.13





мне очень нравится книги Тани Хайтман я люблю их перечитывать снова и снова и эта книга не исключение
- Дашка
5.11.2010, 19.42





Замечательная книга
- Галина
3.07.2011, 21.23





эти книги самые замечательные, стефани майер самый классный писатель. Суперрр читала на одном дыхании...это шедевр.
- олеся галиуллина
5.07.2011, 20.23





зачитываюсь романами Бертрис Смолл..
- Оксана
25.09.2011, 17.55





what?
- Jastin Biber
20.06.2012, 20.15





Люблю Вильмонт, очень легкие книги, для души
- Зинулик
31.07.2012, 18.11





Прочла на одном дыхании, несколько раз даже прослезилась
- Ольга
24.08.2012, 12.30





Мне было очень плохо, так как у меня на глазах рушилось все, что мы с таким трудом собирали с моим любимым. Он меня разлюбил, а я нет, поэтому я начала спрашивать совета в интернете: как его вернуть, даже форум возглавила. Советы были разные, но ему я воспользовалась только одним, какая-то девушка писала о Фатиме Евглевской и дала ссылку на ее сайт: http://ais-kurs.narod.ru. Я написала Фатиме письмо, попросив о помощи, и она не отказалась. Всего через месяц мы с любимым уже восстановили наши отношения, а первый результат я увидела уже на второй недели, он мне позвонил, и сказал, что скучает. У меня появился стимул, захотелось что-то делать, здорово! Потом мы с ним встретились, поговорили, он сказал, что был не прав, тогда я сразу же пошла и положила деньги на счёт Фатимы. Сейчас мы с ним не расстаемся.
- рая4
24.09.2012, 17.14





мне очень нравится екатерина вильмон очень интересные романы пишет а этот мне нравится больше всего
- карина
6.10.2012, 18.41





I LIKED WHEN WIFE FUCKED WITH ANOTHER MAN
- briii
10.10.2012, 20.08





очень понравилась книга,особенно финал))Екатерина Вильмонт замечательная писательница)Её романы просто завораживают))
- Олька
9.11.2012, 12.35





Мне очень понравился расказ , но очень не понравилось то что Лиля с Ортемам так друг друга любили , а потом бац и всё.
- Катя
10.11.2012, 19.38





очень интересная книга
- ольга
13.01.2013, 18.40





очень понравилось- жду продолжения
- Зоя
31.01.2013, 22.49





класс!!!
- ната
27.05.2013, 11.41





гарний твир
- діана
17.10.2013, 15.30





Отличная книга! Хорошие впечатления! Прочитала на одном дыхании за пару часов.
- Александра
19.04.2014, 1.59





с книгой что-то не то, какие тообрезки не связанные, перепутанные вдобавок, исправьте
- Лека
1.05.2014, 16.38





Мне все произведения Екатерины Вильмонт Очень нравятся,стараюсь не пропускать ни одной новой книги!!!
- Елена
7.06.2014, 18.43





Очень понравился. Короткий, захватывающий, совсем нет "воды", а любовь - это ведь всегда прекрасно, да еще, если она взаимна.Понравилась Лиля, особенно Ринат, и даже ее верная подружка Милка. С удовольствием читаю Вильмонт, самый любимый роман "Курица в полете"!!!
- ЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
18.10.2014, 21.54





Очень понравился,как и все другие романы Екатерины Вильмонт. 18.05.15.
- Нина Мурманск
17.05.2015, 15.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100