Читать онлайн Фонтан тайн, автора - Литтон Джози, Раздел - Глава 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Фонтан тайн - Литтон Джози бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.67 (Голосов: 15)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Фонтан тайн - Литтон Джози - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Фонтан тайн - Литтон Джози - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Литтон Джози

Фонтан тайн

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 6

Час спустя Гейвин расхаживал по холлу, примыкавшему к его апартаментам. Он помылся, побрился и надел травянисто-зеленую тунику с золотой вышивкой на подоле. Близился вечер, и холл освещали косые лучи заходящего солнца. Издалека доносился уличный шум: люди готовились к концу дня – закрывали магазины, ставили лошадей в конюшни и звали детей домой.
В такие дни даже самые обычные места и события отзывались болью в сердце Гейвина. Он знал, что его прекрасная страна, свято чтившая свое прошлое, возможно, совсем скоро тоже отойдет в небытие.
Отогнав прочь страшные мысли, Гейвин сосредоточил свое внимание на двери, расположенной в дальнем конце холла. Спустя несколько мгновений дверь распахнулась, и его взору предстала женщина.
Персефона. Но куда подевалась отважная охотница, которая чуть не пронзила его стрелой, а потом привела его в адское огненное подземелье, которая божественно готовила, бросала на него взгляды, полные тайного вожделения, и надувалась от гордости?
Перед ним стояла прекрасная акоранка в белой тунике, мерцающей и колышущейся при ходьбе. Она шла к нему с высоко поднятой головой, прямо глядя ему в глаза, но он видел ее напряженные плечи и руки, сжатые в кулаки так сильно, что ногти, должно быть, впивались в кожу ладоней.
Ее волосы, обычно заплетенные в косы и уложенные в тугой пучок, сейчас свободно ниспадали на спину и блестели как шелк. Туника подчеркивала ее высокую полную грудь, тонкую талию и округлые бедра. Когда она приблизилась, Гейвин заметил, что ее щеки пылают.
Он быстрым шагом пошел ей навстречу.
– Ты чудесно выглядишь.
Она ничего не ответила, продолжая смотреть на него. Он взял ее руки в свои и нежно разжал скрюченные пальцы.
Она судорожно вздохнула:
– Я так глупо себя чувствую!
– Почему? – искренне удивился Гейвин.
– Я никогда не носила подобную одежду. У меня такое ощущение, что на мне ничего нет.
Гейвин сдержал улыбку.
– Все на месте, уверяю тебя. Твоя скромность надежно защищена.
– Примерно то же самое сказала и Сайда. Она что-то сделала с моими волосами. – Персефона смущенно потеребила в пальцах золотисто-каштановый локон.
– Они тоже чудесно выглядят.
– Да… спасибо. Ты, кажется, говорил про ужин? Поняв, что она хочет сменить тему, он кивнул и направился к лестнице.
– Ты хорошо знаешь дворец?
– Нет. Я бывала в здешней библиотеке, а больше никуда не ходила.
– Значит, тебе многое предстоит увидеть, начиная с крыши.
Взяв Персефону под локоть, он вывел ее из дворца и увлек за угол, к наружной лестнице. Когда они очутились на пространстве площадью в несколько акров, покрывающем дворец, Персефона удивленно огляделась.
– Я и не подозревала, что здесь так много интересного!
– Большинство посетителей тоже ничего не знают.
Гейвин указал на тропинки, проложенные между благоухающими цветочными клумбами, по обеим сторонам которых стояли скамейки. Фонтаны выплескивали воду, блестевшую в лучах заходящего солнца.
– В самом дворце трудно добраться до нужного помещения: там тысячи комнат и коридоров. Чтобы срезать путь, несколько веков назад люди начали использовать крышу, и со временем до них дошло, что здесь можно приятно отдохнуть, укрывшись от толпы.
Персефона кивнула:
– Здесь совсем другой мир.
– И в нем много сюрпризов. Вон, смотри.
Он кивнул на круглое здание из белого камня, крыша которого казалась расколотой надвое.
– Что там?
– Обсерватория. Здесь акоранские астрономы наблюдают звезды. Наш первый телескоп привезен из Англии двести лет назад. Вскоре мы научились шлифовать линзы и с тех пор сами делаем телескопы. Самый последний телескоп собрали лет десять назад и до сих пор пользуются им.
На крыше появилась группа мужчин и женщин в темно-синих одеждах, направлявшихся к обсерватории.
Надвигалась ночь. На востоке заблестели первые, еще неяркие звездочки. Солнечный свет медленно гас, уступая свои права бледному полумесяцу.
В дальнем углу крыши, на значительном расстоянии от обсерватории, горели факелы. Гейвин и Персефона пошли туда через сад, обрамленный душистыми кустами восковницы, в изобилии увешанными мелкими белыми ягодами. В глубине сада росли белый жасмин и высокие белые лилии, которыми славилась Акора.
– Сад разбила одна из моих прародительниц, – сообщил Гейвин. – Она хотела, чтобы лучше всего он смотрелся при лунном свете.
– «Не в добрый час я при сиянье лунном надменную Титанию встречаю», – тихо проговорила Персефона. Слова вырвались у нее помимо воли.
В саду не наблюдалось ничего зловещего, однако обстоятельства, которые привели сюда ее и Гейвина, в самом деле вселяли ужас.
Гейвин приподнял бровь:
– Шекспир?
– Да. «Сон в летнюю ночь».
– Ты говорила, что много читаешь. Это действительно так?
– Когда моя мама решила остаться жить на Дейматосе, она привезла туда целую кипу книг. Они стали для нее утешением. Перечитав их, я начала посещать здешнюю библиотеку.
– Ты берешь книги и увозишь их на Дейматос?
– Да, но я всегда их возвращаю. – Она поднесла руку к цветку жасмина, нежно подержала его на ладони и отпустила. – Я держу книги месяцами, но я очень бережно с ними обращаюсь и никогда не беру издания, выпущенные маленьким тиражом.
– Ты знаешь, что из дворцовой библиотеки пропало свыше полумиллиона книг?
– Что? Просто ужасно!
– Нет, как раз хорошо. Я уверен, что большинство книг благополучно хранится в акоранских домах. К тому же чем больше экземпляров книги пропадает, тем больше выпускается новых.
– В самом деле? А я-то переживала!
– Из-за чего?
Она смущенно взглянула на Гейвина и тут же отвела глаза.
– Из-за того, что я слишком долго держала некоторые книги.
– Несколько месяцев?
– Дольше.
Он засмеялся, услышав ее признание.
– Интересно, какие именно книги ты сочла нужным так долго держать?
– Практические пособия – например, учебники по мореходству и плотницкому делу.
Она не сказала, что в число книг входили поэтические сборники, пьесы, романы.
Они углубились в лунный сад. Персефона увидела каменный стол, по обеим сторонам которого стояли две скамейки с мягкими сиденьями. К запаху цветов прибавились новые дразнящие ароматы.
– Мы будем ужинать здесь?
– Я подумал, что тебе понравится, – заявил Гейвин.
Он отодвинул одну скамью, дождался, пока Персефона сядет, и занял место напротив! Стол накрыли на двоих. На нем стоял целый ряд закрытых крышками блюд, некоторые подогревались на маленьких горелках.
– Как чудесно! – пробормотала Персефона, стараясь скрыть свое удивление.
Она думала, что они будут ужинать не одни, и волновалась перед встречей с другими людьми. Теперь же ее немного пугала перспектива остаться с Гейвином тет-а-тет.
– Я дал поварам кое-какие указания. – Он приподнял крышки, заглянул в тарелки и усмехнулся. – Похоже, они превзошли самих себя.
– Что здесь? – спросила Персефона, когда он поставил перед ней тарелку.
– Бифштекс с красным вином и острым соусом. Она съела кусочек, закрыла глаза и глубоко вздохнула:
– Божественно!
– Ты выращиваешь кур – я их видел – и ловишь рыбу.
Персефона кивнула.
– Во время моих редких визитов на Илиус я покупаю немного говядины. Но я никогда не готовила ее так вкусно.
Он налил рубиновый кларет в два бокала и протянул один Персефоне.
– Ты когда-нибудь думала о том, чтобы уехать с Дейматоса?
– Время от времени я уезжаю.
– Я имею в виду уехать насовсем и жить в каком-нибудь другом месте.
– Ты хочешь сказать – среди людей? Ты по-прежнему считаешь мою жизнь неестественной?
– Да, – без колебаний согласился Гейвин. – А еще я считаю ее опасной и одинокой.
– Какую опасность ты усмотрел в моей жизни? Я дожила до двадцати четырех лет, сохранив бодрость и здоровье.
– Тебе просто везет. А как насчет одиночества?
– Ты, наверное, удивишься, узнав о том, что я его почти не ощущаю.
Во всяком случае, она не ощущала его до тех пор, пока в ее жизни не появился Гейвин и не нарушил плавный ход ее дней.
Ее мирок напоминал стоячий пруд – спокойный, тихий и неподвижный в ожидании легкого ветерка… или нет, скорее, урагана.
– Ты никогда не думала о муже… о детях?
– Нет, никогда, – категорично ответила она.
И она говорила сущую правду. Глупо мечтать о том, что заведомо недоступно. Она трезво оценивала свои возможности и не тешила себя пустыми надеждами.
– Тебе не хотелось, чтобы кто-нибудь воспользовался плодами твоего труда?
– Несколько лачужек, шалаш на дереве и лодка – вот и все плоды моего труда.
– И тебе достаточно?
Бифштекс уже не казался Персефоне таким вкусным. Она отодвинула тарелку в сторону и хлебнула вина.
– Что значит достаточно с точки зрения человеческой жизни? – Она смотрела на Гейвина и видела за его спиной черное, точно бархатное, небо и целую россыпь звезд. Картина мироздания придала ей смелости. – Что значит достаточно для тебя, принц Атрейдис? Что наполняет смыслом твое существование?
– Долг, – не задумываясь ответил Гейвин. – Я обязан выполнять свой долг – ни больше, ни меньше.
– Долг по отношению к твоей стране? – Он кивнул, и она нанесла точно рассчитанный удар: – К какой именно стране? Ты наследник Хоукфорта, щита Англии, как ты сам сказал. Однако сейчас ты здесь, на Акоре.
– Потому что здесь сложилась необычная ситуация, которая требует исследования.
– Но ты хочешь жить в этой стране. Он не стал отрицать, а объяснил:
– Мы не можем всегда получать то, что хотим.
Они принялись смаковать крупную малину, посыпанную кусочками засахаренной апельсиновой цедры. Где-то там, вдали, астрономы разглядывали небеса. Высокая луна отбрасывала на море полоску серебристого света.
– Течение жизни должно продолжаться вечно, – еле слышно произнесла Персефона.
– Я тоже так думал, но наши желания – ничто в сравнении с теми силами, которые здесь присутствуют.
Резко похолодало.
– Ты серьезно? – удивленно спросила Персефона.
– Конечно. Или ты думаешь, что я верю в некий дух Акоры, который нас защищает?
Его откровенный скептицизм шокировал Персефо-ну. Если бы он заявил, что на небе нет звезд или что солнце ненастоящее, она не так бы поразилась. Подумать только: то, что составляло сущность ее бытия, подвергается сомнению со стороны принца Атрейдиса, чей род, как полагали люди, связан с тем самым духом, в существование которого он не верил.
– Но он есть.
– Я знаю лишь то, что видят мои глаза, и то, что поддается научному объяснению.
– А как же вера?
– Да, я верю. Но я не думаю, что Бог, создавший Вселенную, делает все в точности так, как нам бы хотелось. Пути Господни неисповедимы.
– Мы не можем до конца понять его творение. Доказательство тому находится здесь, на Акоре.
– Я тоже люблю Акору, Персефона, но…
– Я говорю о вещах более сложных, чем любовь к родине. Неужели ты их не чувствуешь?
Он потянулся через стол и взял Персефону за руку, прежде чем она успела ее отдернуть.
– Я чувствую тепло твоей кожи. – Он провел большим пальцем по внутренней стороне ее запястья. – Чувствую пульсацию жизни, которая движется по твоему телу, то есть то, что реально. А что касается остального…
– Ты боишься, – покачала она головой, потрясенная собственным открытием.
Однако оно имело разумное обоснование. В конце концов, Гейвин достаточно рассказан ей о себе, и она понимала, что с ним происходит.
Он резко отпустил ее руку.
– Твое счастье, что ты женщина. – Он откинулся на спинку скамьи, глаза его сверкали мрачным огнем. – Я бы не потерпел подобного оскорбления от мужчины.
Гейвин старательно сдерживал свои чувства, но Персефона видела, что он сильно разгневан. Однако она не испугалась.
– Я отвечаю за свои слова и поступки, так же как и любой мужчина. В правде нет оскорбления, принц Атрейдис.
– Ты сказала, что я боюсь. Фактически назвала меня трусом. Вот твоя правда?
– Бояться еще не значит быть трусом. Страх может преследовать даже самого храброго из храбрецов. Ты мечешься между двух огней и никак не можешь определиться со своим будущим.
– Ты поняла мое состояние после столь короткого знакомства со мной? Твои предположения ошибочны. Мое будущее принадлежит Англии, что бы ни случилось здесь, на Акоре.
Она подцепила последнюю малинку на серебряную ложку и поднесла ко рту. Ягода имела вкус солнца и лета, к ее насыщенному сладкому запаху примешивались ароматы земли, на которой она выросла.
– Ты испытываешь сильное искушение и считаешь его неподобающим для себя.
Он нехотя улыбнулся:
– Ты права, я действительно испытываю искушение.
Он прошелся медленным взглядом по ее губам, шее, округлостям груди… Персефону накрыло жаркой волной.
Она вдруг поняла, какого рода искушение испытывает он.
Боже, он, наверное, считает ее невероятно наивной! Пока она разглагольствовала о вере и страхе, он думал о куда более земных вещах.
– Я, пожалуй, пойду спать, – пробормотала она и встала, не дожидаясь, пока у нее ослабеют ноги.
Гейвин вызвался ее проводить. Они молча пересекли крышу и прошествовали в семейное крыло. Остановившись перед ее дверью, он сказал:
– Ты видишь больше, чем мне бы хотелось, Персефона с Дейматоса, но это не значит, что у тебя слишком острое зрение.
Она удивилась, услышав такое признание из уст человека, которого она только что оскорбила.
– Я редко общаюсь с людьми и не умею вести разговоры.
– Да нет, у тебя неплохо получается.
Дверь находилась у нее за спиной. Она чувствовала, как резное дерево вдавливается в ее кожу. Где же ручка? Надо открыть дверь, сказать «спокойной ночи», войти в спальню и захлопнуть дверь.
Он стоял совсем близко. Персефону охватила тревога, но она почему-то не могла сдвинуться с места. Ее ноги словно приросли к полу. Когда он успел обнять ее? От него пахло сандаловым деревом и вином, которое они пили за ужином. Она ощущала тепло его нагретого солнцем тела…
– Персефона…
– Что?
Ее губы раскрылись и тут же попали в плен его губ. Ошеломленная и напуганная таким напором, она схватила Гейвина за плечи, словно собираясь его оттолкнуть. Но ее решимость оказалась ненамного крепче тонкой корочки льда, которую можно увидеть в ведре с водой редким морозным утром.
Откуда-то из глубин ее существа, словно из-под треснувшего льда, поднимались горячие волны страсти.
Их тела слились воедино. Ее соски уперлись в его твердокаменную грудь. Она ощущала силу его бедер и рук. Однако он обнимал ее так нежно и благоговейно, что она не чувствовала никакого насилия с его стороны. Напротив, ей стало хорошо и спокойно в его надежных объятиях.
И все же она больше не могла выносить сладкую пытку. Тихо всхлипнув, Персефона прервала поцелуй и вывернулась из его рук, получив свободу только потому, что он ее отпустил. Ее вовсе не устраивала такая зависимость. Она уже очень давно жила одна и привыкла сама о себе заботиться. С юного возраста, с тех самых пор как умерла ее мама, она никому не разрешала собой повелевать.
– Ты слишком много себе позволяешь, принц Атрейдис, – выговорила она и демонстративно вытерла губы тыльной стороной ладони.
Гейвин долго смотрел на нее, и она уже подумала, что перегнула палку. И тут он засмеялся.
– Колючая Персефона, ты ничего не знаешь о мужчинах, верно?
Она опустила руку, расправила плечи и сердито сверкнула глазами.
– Я знаю, как выпотрошить мужчину, если мне когда-нибудь он понадобится.
Ее слова не возымели того действия, на которое она рассчитывала. Он улыбнулся еще шире и стал похож не на гордого принца, а на озорного мальчишку.
– Если бы ты получила подобающее акоранское образование, ты бы знала гораздо больше.
Он протянул руку и нежно провел по ее щеке длинным сильным пальцем.
– Ты умеешь водить лодку, строить дома, потрошить рыбу… – его взгляд задержался на ее губах, – и мужчин, но ты совершенно бесхитростна. Я впервые встречаю такую женщину.
Она сохраняла неподвижность, несмотря на блаженную дрожь, которую вызывали в ней его прикосновения.
– Значит, акоранских женщин учат манипулировать мужчинами? – спросила она с нескрываемым презрением.
– Их учат нам угождать. Они умеют доставлять мужчинам удовольствие.
Предательская мысль о том, чтобы доставить удовольствие принцу Атрейдису, приятно взволновала Персефону.
– Потому что женщины прислуживают, а мужчины управляют? – резко спросила она, пытаясь избавиться от неуместных желаний.
Гейвин нагнулся ближе, и она напряглась, решив, что он опять хочет ее поцеловать. Но он произнес:
– Потому что женщины знают то, чему тебе еще предстоит научиться. Когда люди дарят друг другу удовольствие, они становятся равными. В спальне нет начальников и подчиненных, Персефона, и то, что там происходит, определяет отношения мужчин и женщин в целом.
Он еще несколько мгновений постоял рядом с ней, овевая своим дыханием ее щеку и согревая ее теплом своего тела. Она инстинктивно подалась в его сторону.
Наконец он размашистым шагом пересек холл и удалился в свои апартаменты.
Стоит ли говорить, что Персефона плохо спала ночь – ее первую ночь в старинном замке на холме, возвышающемся над Внутренним морем?




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Фонтан тайн - Литтон Джози


Комментарии к роману "Фонтан тайн - Литтон Джози" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100