Читать онлайн Фонтан тайн, автора - Литтон Джози, Раздел - Глава 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Фонтан тайн - Литтон Джози бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.67 (Голосов: 15)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Фонтан тайн - Литтон Джози - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Фонтан тайн - Литтон Джози - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Литтон Джози

Фонтан тайн

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 17

– Беги!
Не дожидаясь ответа, Гейвин схватил ее за руку и потащил из храма. Они пересекли пещеру с кристаллами, пронеслись мимо статуй и добрались до лестницы, которая вела наверх, во дворец. Не успели они преодолеть несколько ступенек, как еще один мощный толчок чуть не сбил их с ног.
Персефона вскрикнула и крепко вцепилась в Гейвина. Не медля ни секунды, он подхватил ее на руки и продолжил восхождение. Они поднялись на площадку первого этажа и, пошатываясь и кашляя, вышли во двор.
Там началось настоящее столпотворение. Люди метались из стороны в сторону, пытаясь увернуться от тяжелых каменных глыб, которые сыпались с фасада дворца. По счастью, пострадавших не наблюдалось, однако в толпе царила паника.
Персефона заметила мужчин из гарнизона, достаточно напутанных, но боевая выучка помогала им обуздывать страх. Воины направляли людей и следили за порядком, привнося спокойствие в массы.
Увидев Гейвина, они собрались вокруг него, чтобы выслушать распоряжения. Гейвин взял Персефону за руку.
– Землетрясение не закончилось, – мрачно предупредил он. – Скорее всего толчки будут усиливаться.
Проследите, чтобы люди продолжали работу. У нас еще есть немного времени.
Когда мужчины разошлись, Гейвин обернулся к Персефоне.
– Мне надо идти, – сообщил он, не отпуская ее руку.
– Я понимаю… – пробормотала она, с трудом поборов желание броситься ему на шею и умолять остаться.
– Но сначала скажи мне, где твоя лодка.
– На якоре в гавани. В доках не осталось места, и я поставила ее немного дальше. Но до лодки легко добраться.
– Сегодня вечером ты пойдешь туда и будешь спать в лодке, готовая отплыть в случае необходимости.
– Нет.
Все ее существо восставало против его идеи.
– Персефона…
– Я серьезно, Гейвин. Не знаю, сколько времени мы пробудем вместе, но без тебя я никуда не поеду.
Она удивлялась себе – независимая женщина, которая так гордилась своим одиночеством! Если бы стремительный поток событий оставил ей хоть немного времени на размышления, она поразилась бы тому, как круто изменились ее представления о счастье, причем всего за каких-то несколько дней.
– Глупо. Скоро здесь начнется хаос, и ты не узнаешь, уехал я или нет.
– Узнаю.
Он погладил ее и сомкнул пальцы на ее плечах.
– Я должен убедиться в твоей безопасности, иначе я не смогу спокойно заниматься делами.
– Тогда пообещай мне, что ты меня отыщешь. Мы выйдем в открытое море вместе.
– Не жди меня, Персефона. Когда поймешь, что пора ехать, поезжай.
– Нет.
Она знала, что спорить глупо. Он волновался о ее безопасности, и она могла успокоить его простым обещанием.
Он крепче сжал ее, и на какую-то долю секунды его лицо отразило чувство, которое она никогда не замечала в нем прежде, – страх. Отважный мужчина боялся – боялся за нее.
– Черт возьми, Персефона, ты должна меня послушать!
«Черт возьми, принц Атрейдис, призванный служить Хоукфорту! Зачем ты увез меня с Дейматоса? Зачем нарушил мое блаженное уединение? Я никогда не испытывала желания влиться в беспокойный мир людей!»
Она не произнесла этих слов вслух, потому что знала: они лживы и вызваны страхом.
– Пожалуйста, Гейвин, давай не будем спорить, тем более сейчас. – Персефона нежно коснулась его губ кончиками пальцев.
Где-то в глубине ее сознания возникла мысль: в конце концов, она акоранка, понимающая гордость и силу благородных мужчин, которые делались крайне уязвимыми благодаря своему чувству долга.
– Я не хочу причинять тебе никаких хлопот, – абсолютно искренне поведала она. – Я просто не могу уехать без тебя.
– Ты должна уехать, – настаивал он. – Как бы трудно тебе ни было, ты обязана.
Она не ответила, и он привлек ее в свои объятия.
– Персефона, – произнес он, ласково поглаживая ее по волосам, – возможно, ты носишь под сердцем нашего ребенка. Если ты не думаешь о собственной безопасности, подумай хотя бы о нем.
В первый момент она хотела поспорить, но слова отрицания так и остались невысказанными. Потрясение сменилось приливом восторга. Живя в одиночестве, она не позволяла себе думать о ребенке. Но сейчас…
Ее охватило всепоглощающее желание защитить еще не рожденного малыша. Она уперлась ладонями в широкую грудь Гейвина и посмотрела ему в глаза.
– Ребенку нужны оба родителя, Гейвин Атрейдис. Не забывай!
Его взгляд смягчился.
– Я не забуду, – пообещал он, – и сделаю все, что в моих силах.
– Я тоже. – Она глубоко вздохнула. – А теперь иди. Нам нельзя терять время.
Прежде чем уйти, он прижал ее к себе и надолго приник губами к ее губам. В поцелуе она почувствовала всю его страсть и обещания на будущее.
Их захватила дневная суета. Лихорадочная деятельность набирала обороты, прерываясь лишь на короткое время, когда землю сотрясали очередные толчки. Лошади и мулы, тянувшие фургоны, впадали в панику, но возницы их быстро успокаивали. Некоторые люди теряли равновесие и падали, а потом вставали и продолжали работу.
Уже под вечер Персефона одолжила маленькую шлюпку и отправилась на свою лодку, чтобы пополнить запасы воды и продуктов. Солнце клонилось к западу, когда она вернулась в док и увидела на пристани Нестора. Бледный и усталый библиотекарь приосанился, заметив свою добрую знакомую.
– А вот и вы! Я искал вас повсюду. Вы видели принца Гейвина?
– Да, но несколько часов назад. Давайте присядем. Она осторожно подвела старика к каменной скамье возле пустого магазина. Остальные торговые точки, расположенные здесь, уже закрылись и опустели. Покидая свои дома и места работы, люди, несмотря на спешку, позаботились о том, чтобы после них остался идеальный порядок. Они полили напоследок цветы в подвесных корзинах и в садах, чисто вымели лесенки при входах в здания, сняли с веревок белье и убрали мусор. Все вокруг свидетельствовало об их нежном и рачительном отношении к родному городу.
На ближайшей стене дома красовалась одна из многочисленных фресок, разбросанных по всему Илиусу. Она изображала обедавшую в саду семью – вполне возможно, ту самую, которая жила здесь. В нижней части фрески виднелись аккуратно выписанные краской слова: «Мы вернемся».
Нестор, поморщившись, опустился на скамью и виновато улыбнулся:
– Мои колени наказывают меня за то, что я не думал о них в молодости.
Судя по тому, как он держался, его мучила сильная боль. Старый библиотекарь явно преуменьшал свои страдания, и Персефона догадывалась, что ему не понравится ее сочувствие. Ласково посмотрев на него, она заботливо осведомилась:
– Вы что-нибудь ели?
– Конечно… то есть наверное. – Он вздохнул и покачал головой. – По правде говоря, я не помню, когда ел в последний раз. У меня столько дел, а время поджимает.
– И все же вы должны поесть. Подождите-ка.
Не дав ему возразить, Персефона поспешно удалилась. Женщины, кормившие рабочих, уже сворачивались, но у них еще оставались хлеб, сыр и сладкий яблочный сидр. Взяв всего понемногу, Персефона вернулась к Нестору. Он обрадовался простой еде, точно изысканным яствам, но съел совсем немного.
Отламывая кусочек сыра, он поделился с ней новостями:
– Я наконец нашел записки выживших в катаклизме. Их содержание по большей части не представляет интереса для наших современников, однако я подобрал кое-какую полезную информацию. Все без исключения свидетели описывают подземные толчки, подобные тем, которые мы сейчас переживаем. Землетрясение началось за несколько дней до извержения и постепенно набирало силу. Но самое главное, что накануне катастрофы люди с ужасом увидели огромный столб пара, поднимавшийся из кратера вулкана в небо. Они еще гадали, что бы он мог значить, когда, меньше суток спустя, вулкан начал извергаться.
– Вы думаете, мы можем получить такое же предупреждение?
– Вполне вероятно, – допустил Нестор. – Но мы не должны рисковать нашими жизнями, дожидаясь особых знаков. Очень скоро нам придется выйти в море.
Персефона согласилась. Она уже хотела попрощаться с библиотекарем и попытаться найти Гейвина, чтобы рассказать ему об открытиях Нестора, но тут в дальнем конце улицы показался Полонус. Советник услышал ее окрик, быстро подошел и поздоровался с ними обоими.
Нахмурившись, он посоветовал Нестору:
– Мой милый друг, вам пора в постель.
– В постель? – взвился старик. – Вы шутите? Видимо, вы не представляете себе, сколько бесценных книг и свитков еще осталось в библиотеке. Я должен сам решить, что необходимо оттуда вывезти. Если я переложу такую задачу на других, мы можем лишиться незаменимых документов. Голоса наших предков будут потеряны навсегда.
Заметно раздосадованный, Нестор начал, кряхтя, подниматься со скамьи. Персефона взяла старика под руку и помогла ему встать.
– Вы напрасно так расстраиваетесь, – ласково убеждала она его. – Советник Полонус не хотел вас обидеть. Просто мы оба беспокоимся за вас.
– Конечно, – подтвердил Полонус. – Вы должны понимать, что люди тоже наше сокровище. Вы, Нестор, очень важны для нас. Мы хотим, чтобы вы еще много лет наставляли нас и делились с нами своей мудростью.
Старика явно удивило такое признание. Придя в себя, он криво усмехнулся:
– Дорогой советник, я весьма польщен вашей заботой. Я и сам с радостью воспользуюсь тем временем, которое мне отмерено, но я не могу поставить свою жизнь выше духовного наследия наших соотечественников. Я должен вернуться в библиотеку.
– Я с вами, – вызвалась Персефона.
Она решила помочь Нестору. Он попытался ее отговорить, но не слишком убедительно и вскоре сдался. Они вкратце рассказали Полонусу о том, что узнал Нестор из старинных летописей, и, заручившись обещанием советника довести полученные сведения до Гейвина, отбыли из дока на попутном фургоне. Как только они добрались до дворца, Нестор, не теряя времени даром, повел Персефону в библиотеку.
Она резко остановилась на пороге просторной комнаты, уставленной письменными столами. Вдоль стен тянулись нескончаемые ряды пустых книжных полок. На лестнице стояла цепочка из библиотекарей, клерков, солдат и простых горожан, которые непрерывно передавали из рук в руки книги и свитки.
Нестор начал протискиваться сквозь толпу, Персефона шла следом. Они спустились на нижний этаж библиотеки, где хранились самые древние и ценные материалы. Здесь работа отличалась особенной напряженностью.
– Говорю тебе, – предостерегал лысый мужчина, – книги слишком ветхие. Любое неосторожное движение, и они рассыплются.
Слушавший его солдат терпеливо кивнул.
– Значит, мы будем обращаться с ними очень осторожно. Но их обязательно надо вывезти.
– Что-то не так, Эфраим? – поинтересовался Нестор.
При виде Нестора на лице лысого появилось облегчение.
– Нет, сэр, все в порядке, – отозвался он. – Просто я боюсь, что некоторые свитки не перенесут транспортировку.
– А если оставить их здесь и начнется извержение вулкана, тогда они точно погибнут.
– Вы правы, сэр… Нестор обратился к солдату:
– Я бы посоветовал вам найти крепкие деревянные ящики, уложить в них свитки и с должной аккуратностью погрузить их в фургоны.
Попрощавшись с Эфраимом, Нестор зашагал дальше, бормоча на ходу:
– Спорят о таких вещах… теряют драгоценное время… ну что за люди, а?
Персефона сомневалась, что он ждет ответа, но все равно заметила:
– Они не желают до конца осознавать происходящее. Даже перед лицом страшной опасности они предпочитают делать вид, что все идет своим чередом.
– Эфраим – человек далеко не глупый. Он прекрасно знает, что к чему.
– Да, безусловно, но я уверена, что сейчас он растерян… впрочем, как и все мы.
– Ну, вы-то держитесь весьма неплохо, – улыбнулся Нестор.
Персефона удивилась такому комплименту.
– Я – дело другое. Я привыкла преодолевать трудности и сохранять спокойствие в критических ситуациях.
– Вы научились этому, живя на Дейматосе?
Она кивнула. Нестор пошел вдоль полок, выбирая свитки и протягивая их Персефоне. Когда у нее в руках образовалась приличная стопка, он заметил:
– Вы никогда не рассказывали о себе.
– Я боялась, что, если вы узнаете обо мне все, то не разрешите мне брать книги.
Он изумленно взглянул на нее:
– Вы в самом деле так думали? Я никогда не запретил бы вам пользоваться библиотекой.
– Я поступала глупо, простите, – с улыбкой созналась Персефона.
– Признаюсь, я слегка тревожился за вас. Вы ни словом не обмолвились о своей семье и всегда приходили сюда одна.
– У меня нет семьи. Нестор покачал головой:
– Только не говорите, что вы вылупились из яйца. Она невольно рассмеялась:
– Конечно же, нет. Разумеется, я, как все, имела родителей.
– Ваша мама умерла, когда вы были ребенком?
По спине Персефоны пробежал холодок.
– Откуда вы знаете?
– Со мной случилось то же самое. Я долго страдал от тоски и одиночества и никак не мог найти свое место в жизни. Моя мама считалась удивительной женщиной. Я горячо любил ее и люблю до сих пор, несмотря на преклонный возраст. Я последний из живых, кто ее помнит. – Положив на вершину стопки еще один свиток, он добавил: – Вы помогли мне оживить давние воспоминания.
– Моя мама тоже была хорошей женщиной, – тихо произнесла Персефона. – Мне ее очень не хватает.
– Я вас прекрасно понимаю. Она умерла на Дейматосе?
– Нет… – Здесь, в тиши книгохранилища, наедине со старым библиотекарем, Персефона решилась сказать то, о чем никогда и никому не говорила. – Она заболела, но несколько недель скрывала от меня свое состояние. В конце концов я уговорила ее обратиться за помощью. Она уехала на Илиус, велев мне остаться.
Персефона долго упрашивала маму, чтобы она взяла ее с собой, но та оставалась непреклонной. Теперь, оглядываясь назад, Персефона догадывалась о причине ее упрямства: мама не знала, как ее примут на Илиусе, и не хотела подвергать опасности свою дочь. Во всяком случае, Персефона надеялась, что правильно истолковала ее поведение. Ей не хотелось даже думать о других вариантах.
– Вы послушались свою маму, – отозвался Нестор. – И тут нет ничего постыдного.
– Через три дня после ее отъезда волны прибили к берегу пустую лодку. Я не нашла в ней никаких следов моей мамы.
Увидев пустую лодку, Персефона несколько недель бродила по берегам Дейматоса и выкликала мамино имя, но все без толку.
– Вы говорите, она заболела?
– Да, серьезно заболела. Однако она уверяла меня, что справится с лодкой.
– Она переоценила свои силы, – тихо проговорил Нестор.
– Наверное.
А может, она решила покончить со своей одинокой безрадостной жизнью и сознательно бросила единственного ребенка. Персефона отказывалась верить в такие предположения, однако неизвестность судьбы ее матери до сих пор не давала ей покоя.
– Давайте отнесем книги наверх, – предложил Нестор.
Подойдя к лестнице, Персефона заметила знакомое лицо. Лайам Кемпбелл тоже увидел ее и усмехнулся:
– Что у вас там, милочка?
– Бесценные сокровища, – ответила она, протягивая ему стопку книг.
Он передал ее по цепочке.
Персефона одарила его улыбкой и поспешно вернулась к Нестору. Они продолжали сортировать печатные материалы, на ходу решая, что спасти, а что оставить. Зачастую их решения давались нелегко. Персефона отнесла на лестницу еще несколько стопок и обменялась быстрыми репликами с Лайамом.
Они провели в библиотеке около часа, работая молча, в усталой и мрачной сосредоточенности. Земля снова задрожала.
Волнообразные толчки возникали в глубоких недрах и сопровождались стремительно нарастающей звуковой волной. Казалось, весь мир сотрясается в конвульсиях.
Персефона застыла, взглянула на Нестора и, преодолевая страх, крикнула:
– Держитесь!
Она увидела, что старый библиотекарь ухватился за одну из полок, и попыталась сделать то же самое, но огромные нагромождения стеллажей, тянувшихся от пола до потолка; начали медленно сдвигаться из-за тряски, и ее рука не смогла зацепиться за ближайшую доску. Персефона потеряла равновесие и упала, ударившись головой о тяжелую деревянную полку. Острая боль погрузила ее в темноту, отключив сознание.
Придя в себя, Персефона поняла, что лежит на полу в кромешной тьме и слышит зов Нестора:
– Персефона! Где вы?
Она обрадовалась: судя по голосу, библиотекарь цел и невредим. Однако следующим ее чувством стала тревога за себя. Она попыталась встать, но сумела подняться лишь на несколько дюймов и наткнулась на неподвижное препятствие. Что-то очень тяжелое держало ее в западне.
– Я здесь! – крикнула Персефона. – У меня все в порядке… – Однако она явно преувеличивала: ее голова раскалывалась от боли. – Но я не могу вылезти. Надо мной висит какой-то предмет.
В следующую секунду ее ноздри уловили запах гари.
– Нестор, пожар!
– Пожара-то я и боялся. Наверное, упал фонарь. Вряд ли в библиотеке зажигали фонари, зная, что слишком опасно. Впрочем, даже одного горящего светильника хватило бы, чтобы причинить непоправимый урон.
– Уходите! – громко велела она. – Позовите подмогу, пусть потушат пожар!
– Вы…
– Я подожду. Ступайте!
Он ушел, сообразив, что сейчас самое главное – побыстрее привести сюда людей, которые сумеют справиться с огнем. Тем временем Персефона опять попыталась выбраться из своего заточения. Запах горящего дерева и паленой бумаги усиливался. Она закашлялась и прикрыла рот и нос подолом туники.
Несмотря на все старания, ей так и не удалось сдвинуть нависший над ней предмет. Если бы он упал на пол, ее бы раздавило или она получила бы серьезные травмы. Ей повезло: ее просто зажало в помещении, охваченном огнем.
Она уже слышала, как потрескивают языки пламени. Треск напоминал шелест сухих листьев под ногами. Умереть такой ужасной смертью!..
Страх придал ей сил. Она снова принялась толкать препятствие, потом встала на четвереньки и попыталась поднять его спиной. Бесполезно.
Из ее горла вырвался стон отчаяния. Она судорожно вдохнула, опять закашлялась и крикнула:
– Нестор… кто-нибудь… помогите!
Ответом ей стал все усиливающийся треск огня.
Что, если старик упал или просто не смог выбраться из подвала? И никто не узнает о ее местонахождении? Сколько еще времени она сможет здесь продержаться?
Дым стал таким густым, что она почувствовала его вкус во рту. Грудь сдавило, каждый вдох давался с трудом. Сердце гулко колотилось. Кашель уже не прекращался.
Она читала, что в Европе в жуткие годы инквизиции бедняги, осужденные на сожжение, часто погибали от удушья раньше, чем их пожирало пламя. Неужели ее ждет такая же участь?
Из глаз Персефоны брызнули слезы. Нет, не может быть! Ведь она только начала жить по-настоящему… Она больше никогда не увидит Гейвина, не сможет рассказать ему о своих чувствах…
– Персефона!
Надежда, уже покидавшая ее сердце, вновь возникла в ней.
– Я здесь! Здесь!
– Держись!
Она будет держаться, она должна держаться… Дым окутывал ее плотным туманом. Грудь распирало от нехватки воздуха. Едва вдохнув, она тут же начинала кашлять.
Но Гейвин уже здесь. Он не даст ей умереть. Она может на него положиться.
– Черт возьми, я не могу сдвинуть полки!
Он находился прямо над ней. Она слышала его голос и голоса других мужчин, боровшихся с огнем. Если они успеют… Но она не могла дышать. В ее легких не осталось ничего, кроме острой боли. Она погружалась во мрак, разрезанный пляшущими огоньками, но все-таки отчаянно цеплялась за ускользающее сознание.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Фонтан тайн - Литтон Джози


Комментарии к роману "Фонтан тайн - Литтон Джози" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100