Читать онлайн Любовь авантюриста, автора - Линн Вирджиния, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовь авантюриста - Линн Вирджиния бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.2 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовь авантюриста - Линн Вирджиния - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовь авантюриста - Линн Вирджиния - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Линн Вирджиния

Любовь авантюриста

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Мимо, покачиваясь, проплывали паланкины, громыхали по булыжной мостовой тяжело груженные повозки с пивом; богато украшенные сверкающие кареты с одетыми в ливреи лакеями на подножках важно катили по узким грязным улицам, окружающим порт, в сторону более респектабельных районов города. Полуденное солнце низко висело в небе подернутым дымкой огненным шаром.
Джеймс бросил на Саммер оценивающий взгляд. Он уже не раз предлагал понести ее саквояж, но она неизменно отказывалась отдать его. Он гневно нахмурил брови. У нее что там, национальная казна? Пистолет? Или она все еще думает, что он украл ее проклятый кошелек?
– Знаете, это ваша служанка.
Саммер удивленно подняла глаза на своего спутника.
– Что, простите?
– Ваша служанка. Это она виновата в краже кошелька.
Саммер очень хотелось доказать этому самоуверенному индюку его неправоту.
– Почему вы так думаете?
– Потому что я видел, как она разговаривала на постоялом дворе с двумя бродягами. Все трое выглядели крайне подозрительно.
Разгневанная на Джеймса за его правоту и на себя – поскольку была так слепа, Саммер взорвалась:
– Но почему вы не сказали об этом хозяину постоялого двора?
Ее вопрос удивил Джеймса.
– Разве это что-нибудь изменило бы? Он лишь хотел получить свои деньги. И потом, ведь это ваша служанка.
Саммер некоторое время раздумывала над сказанным. Мимо проехала карета, и девушка поспешно отскочила в сторону, когда огромные колеса прокатились по глубокой луже, разбрызгав вокруг грязь.
– Она впустила их в мою комнату, не так ли?
Ее фраза прозвучала как утверждение.
– Уверен в этом, красавица.
– Но как он мог поступить так со мной?
Джеймс бросил на нее удивленный взгляд. – Он?
Саммер нетерпеливо махнула рукой.
– Вы его не знаете. Он дал мне денег на дорогу домой и нанял для меня презренную лгунью, которая их украла! – Ее маленькие руки, держащие саквояж, сжались в кулачки. – Как он мог!
Не совсем уверенный в том, кто был этот таинственный «он», но, предполагая, что это, должно быть, капитан корабля и бывший любовник Саммер, Джеймс благоразумно промолчал. Он знал, что даже отвергнутый любовник и самый отъявленный злодей на свете стал бы защищаться, если бы его любовница стала нелестно отзываться о нем.
– Держитесь рядом, милочка, – сказал Джеймс по мере того, как они продвигались в глубь города; однако его предупреждение было совершенно излишним: дрожащая от страха, Саммер сама схватила его под руку. Железные мускулы, перекатывающиеся под ее пальцами, придали ей некоторую уверенность.
Никогда еще Саммер не видела подобной нищеты. Вокруг царила невообразимая какофония звуков, наполняющая уши ужасным шумом. Камни мостовой под ее ногами были покрыты отвратительно пахнущей слизью. Старые, покосившиеся дома образовывали темные переулки не более пяти футов шириной, заполненные мусором и гниющими отходами. В этих мрачных переулках одетые в лохмотья мальчишки в надежде получить пенни или хотя бы полпенни вопили что есть мочи, и их крики сливались с царившим вокруг шумом.
– Печально, не правда ли? – произнес Джеймс, когда Саммер бросила сочувственный взгляд на девочку лет пяти с редкими спутанными волосами. – Целые шайки таких вот детей живут на улицах. Они в мгновение ока забирают у зазевавшихся прохожих одежду и деньги, нападая со всех сторон словно барракуды. Только так они могут выжить.
Глядя на стайки детей с глазами как у стариков и покрытыми струпьями лицами, Саммер ни капли не усомнилась в правдивости слов Джеймса. Ни один из этих сорванцов не был похож на ребенка, и каждым руководил лишь инстинкт самосохранения. Сердце Саммер разрывалось от жалости к ним, и она невольно передернула плечами.
Время от времени в полных опасностей темных переулках и на источающих зловоние улицах раздавались крики: «Поберегись!» – и пешеходы поспешно прижимались к стенам, иначе рисковали быть забрызганными содержимым ночных горшков, которое выплескивалось прямо из окон.
Наконец они вышли на залитую солнцем широкую улицу, где Саммер смогла набрать полную грудь свежего воздуха. Здесь кипела оживленная торговля и стенания нищих тонули в криках торговцев.
– Эй! Купите апельсины! Привезли прямо из Китая!
– Жареные каштаны!
– Угри-и! Мидии-и!
– Молоко! Покупайте молоко!
Торговцы перекрикивали друг друга, стараясь привлечь внимание потенциальных покупателей.
Паланкины плыли бок о бок с изящными каретами и величаво ступающими лошадьми; рядом бежали тявкающие собаки. По улице слонялось в поисках развлечений несколько щегольски одетых молодых людей, но основная масса народа, заполонившего улицу, состояла из мелких торговцев, владельцев небольших магазинчиков и горожан среднего класса.
Эти улицы уже пытались претендовать на аристократизм, но ничто не могло скрыть их убогости. Лучи солнца падали на мостовую, проникая между остроконечными крышами, а из многочисленных труб вырывались в небо клубы дыма. Единственным светлым пятном в столь варварском месте были цветы, растущие в корзинах и выброшенных за ненадобностью глиняных горшках.
Саммер сердито посмотрела на Джеймса, когда тот принялся весело насвистывать.
– Перестаньте же!
– Вам что, не нравится мелодия?
– Мне кажется, что веселье здесь неуместно.
– Почему? Неужели вы никогда не видели цветка, растущего в нагромождении камней? Ему безразлично, что его окружает. Красоту ничто не затмит.
– Как поэтично.
Саммер переложила саквояж из одной руки в другую, не обратив внимания на предложение Джеймса помочь. То, что она оказалась у него в долгу, уже неприятно, и ей не хотелось вновь оказаться доверчивой дурочкой.
– А что, позвольте спросить, заставляет вас думать, будто это будет красиво? – поинтересовалась Саммер, когда Джеймс засвистел снова. – Что это за мелодия?
– «Песнь леди Каслрей». Это шотландская песня. Она вам нравится?
– Красивая.
– Просто красивая? Полагаю, вы предпочитаете американские песни.
Саммер почувствовала, что поступает невежливо, пытаясь уколоть Джеймса, ведь он взялся помочь ей. Но он был настолько высокомерен, дерзок и самоуверен, что девушка не могла удержаться:
– Вы знаете «Привет, Колумбия!»?
– А как насчет «Девушки из табора»?
– Но ведь это не американская песня, – хотела было возразить Саммер, но Джеймс начал петь, и она в ужасе уставилась на него. – Перестаньте! О Господи, что вы делаете!
Приложив руку к груди, Джеймс отвесил преувеличенно низкий поклон и, конечно, не избежал любопытных взглядов прохожих. Не обращая на них внимания, он продолжал громко распевать:
– ...Он уехал с цыганко-о-ой! Ла-те-до, ла-те-до-да-дей, ла-те-до-ла-те-дей. Он насвистывал и пел, пока зеленый лес не запел в ответ, и завоевал сердце девушки-и-и...
Саммер, у которой щеки пылали ярким румянцем от стыда, попыталась отойти в сторону, но Джеймс схватил ее за запястье. Девушка начала вырываться, но длинные красивые пальцы ее спутника сжались еще сильнее, а черная бровь дерзко приподнялась.
– Перестаньте, ненормальный! – прошипела Саммер, продолжая вырываться. Ей казалось, что даже ее глаза начали пылать от стыда, и она постаралась не обращать внимания на прохожих, остановившихся послушать. – Вы что, с ума сошли?
Но Джеймс, преисполненный веселого безразличия, не обращал на нее никакого внимания, что заставило Саммер внутренне содрогнуться. Как он мог выставить на посмешище себя и ее?
Кто-то начал подыгрывать Джеймсу на губной гармонике, и тот, вместо того чтобы замолчать, принялся петь еще громче.
– О, оседлайте моего черного коня, потому что гнедой не так быстр. О, оседлайте мне коня, чтобы я смог найти свою возлюбленную...
– Перестаньте! – простонала Саммер в напрасной мольбе, но Джеймс крепко держал ее запястья. В его глазах заплясали веселые искорки, по мере того как толпа зевак увеличивалась. Несколько хорошо одетых горожан были настолько любезны, что бросили монеты, и они со звоном упали на камни у их ног. Тут же свора маленьких оборванцев метнулась, чтобы подобрать деньги.
Саммер крепко прижимала саквояж к груди, все еще пытаясь вырваться. Одна монетка ударила ее по плечу, и девушка яростно дернула головой.
– Вы устроили балаган! – гневно выпалила она.
К этому времени толпа плотно сомкнулась вокруг них, и в глазах Саммер промелькнул страх. Очевидно, ее страх затронул и щеголеватое самодовольство Джеймса, потому что он поймал одной рукой блестящую монету и на мгновение перестал петь.
Повернувшись к слушателям, Джеймс отвесил вежливый поклон и притянул Саммер к себе, не давая ей улизнуть.
– Огромное спасибо за признание моего таланта, – обратился он к улыбающимся людям, стоящим вокруг плотным кольцом. – Этого более чем достаточно для двух одиноких душ, затерявшихся в таком большом и величественном городе... – Джеймс согнул руку, чтобы плотнее прижать к себе Саммер, которая по-прежнему безуспешно пыталась вырваться.
– Вы напыщенный идиот! – огрызнулась она. Для нее несколько монет вовсе не стоили подобного унижения.
Губы Джеймса изогнулись в улыбке – похоже, его забавляло смущение девушки. Еще одна монета со звоном ударилась о мостовую, и он, грациозно наклонившись, поднял ее и бросил одетому в лохмотья старику, все еще играющему на губной гармонике. Осклабившись, нищий подхватил монету в грязный кулак и растворился в толпе.
– Мне продолжить, красавица? – спросил Джеймс. – Мы могли бы заработать неплохие деньги, если бы вы ко мне присоединились.
– Сумасшедший!
Джеймс протянул руку и показал Саммер тускло мерцающую горсть монет.
– Здесь по меньшей мере шесть пенсов, красавица, и если я попою еще немного, то заработаю полкроны или даже больше...
– Мне все равно!
Горло Саммер сдавило от унижения. Она видела вокруг улыбающиеся лица людей, которых явно забавляло ее замешательство. Неужели эти люди настолько соскучились по развлечениям, что могли веселиться, наблюдая за подобной сценой?
Вероятно, так оно и было. Какая-то девушка, оказавшаяся смелее остальных, подошла настолько близко, что Саммер ощутила запах ее давно не мытого тела.
– Эй, красавчик, – томно протянула девица, – бросай ты свою бабу и пойдем со мной. Уж я тебе спою! – Она рассмеялась, увидев выражение лица Саммер, и похотливо добавила: – Идем, идем, красавчик. Клянусь, со мной ты запоешь совсем другую песню.
Джеймс ухмыльнулся:
– Я, конечно, весьма польщен, дорогуша, но, боюсь, не смогу воспользоваться твоим любезным приглашением.
Он вздрогнул, почувствовав, как Саммер больно наступила ему на ногу.
– Как видишь, я уже обещал сегодняшний вечер вот этой ревнивице... ой!
Джеймс ловко увернулся от еще одного удара по голени и, обхватив Саммер за талию, слегка приподнял ее над землей.
– В следующий раз, если будешь договариваться с ней о свидании, не забудь надеть доспехи! – выкрикнул кто-то из толпы.
Когда Джеймс поволок за собой по улице яростно отбивающуюся девушку, вслед им еще долго раздавался веселый смех.
– Прекратите, милочка, – наконец проворчал он. – Иначе я весь покроюсь синяками.
– Я... я с удовольствием придушила бы вас!
– Да что такого плохого я сделал? – удивленно спросил Джеймс. Он остановился у тенистого переулка и резко поставил девушку на землю. – Мы просто немного повеселились, а вы ведете себя так, словно я совершил преступление.
Саммер на мгновение лишилась дара речи. Повеселились? Как он мог веселиться, когда у них не было ни денег, ни ночлега в этом прожорливом городе? Веселье никак не соответствовало ее настроению. В жизни Саммер давно уже не было места веселью, и она даже не помнила, как это – радоваться. Ее жизнь была наполнена ожиданиями. Сначала она ждала, пока пройдет время, а потом чего-то – или кого-то, – что избавит ее от скучного существования. Но никогда, даже в самых ужасных снах, она не представляла, что пение на улицах Лондона можно считать развлечением.
. Ей не пришлось долго объясняться. Выражение ее лица красноречиво сказало Джеймсу, что она совершенно не понимает, о чем он говорит. На мгновение он ощутил сочувствие к этой очаровательной девушке. Какова же была ее жизнь, если она не представляла, что такое веселье?
– Ну, милочка, – сказал он с вздохом, – извините, если обидел вас. – Он дотронулся пальцем до ее подбородка и слегка приподнял его. Столь теплое прикосновение призвано было ее утешить.
Красиво очерченные губы Джеймса изогнулись в улыбке:
– Наверное, кто-то должен научить вас смеяться.
Саммер оттолкнула его руку и кивнула, потому что комок в горле не давал ей говорить. Ее гнев понемногу улетучился, а вот сердце, казалось, совсем остановилось от его прикосновения. Этот мужчина был опасен – гораздо опаснее бандита с большой дороги или грабителя. Джеймс мог украсть не только собственность, но кое-что большее, и Саммер знала это.
Джеймс опустил руку и оглядел улицу. Солнце быстро опускалось за горизонт, окрашивая в розовый цвет закопченные коньки крыш.
– Уже совсем стемнело. Я думаю, нам нужно найти место для ночлега, – сказал он и улыбнулся, когда девушка пожала плечами. – Теперь вы соглашаетесь со мной? Если бы вы были такой сговорчивой раньше, мы бы заработали достаточно денег, чтобы остановиться в отеле «Ибетсон», а может, даже в «Кларендоне».
– Подозреваю, вы высоко цените свои вокальные данные, хотя они совсем того не стоят, – буркнула Саммер.
Джеймс ухмыльнулся:
– Похоже, к вам вернулось благодушие. Ну да ладно. У нас достаточно денег, чтобы снять комнату на ночь.
– Две комнаты, вы хотели сказать. – Саммер, прищурив глаза, посмотрела на него. – Я предпочитаю спать отдельно.
– В самом деле? – Джеймс снова улыбнулся. – Если речь идет о сне, то я разделяю ваши предпочтения. Но мы ведь говорим не о сне?
Саммер заколебалась в нерешительности.
– Не о сне?
– Ну, может, и о нем, – ответил Джеймс. Его черные глаза озорно заблестели. – Если только удача не улыбнется вам.
– Обычно со мной такого не происходит. – Саммер переложила саквояж в другую руку. – Давайте поспешим, – добавила она. – Мне совсем не хочется оставаться на улице, после того как стемнеет.
– А вот я не прочь сначала поесть, – заметил на это Джеймс. – У нас еще имеется немного времени, пока не стемнеет окончательно. Хотите есть?
– Умираю с голоду.
– Почему-то я знал, что вы именно так ответите. – Взяв девушку под руку, Джеймс повел ее вниз по улице, обходя заполненные нечистотами канавы.
По мере того как темнота сгущалась, магазины закрывались, и только уличные торговцы продолжали расхваливать свой товар.
Джеймс остановился и купил у одного из них горячий пирог с бараниной, несколько имбирных пряников и вино, приправленное специями.
– Не спускайте глаз с саквояжа, красавица, – предупредил он, когда Саммер поставила саквояж на землю, чтобы взять пряник. Девушка мгновенно подхватила свою ношу. Она видела какие-то тени, снующие в темноте переулков.
– Надеюсь, здесь мы в безопасности? – встревожено спросила она.
– В безопасности, пока моя шпага со мной, – усмехнулся Джеймс. – Не переживайте, милочка, думаю, я смогу справиться с этими бандитами.
Он отвернулся, чтобы расплатиться с торговцем.
Саммер оглядела толпящихся на улице людей. Здесь были ростовщики, предлагающие купить краденые вещи, трубочисты, ведущие за собой несчастных помощников-мальчишек, и многочисленные моряки, торгующиеся с уличными проститутками. Никогда она еще не сталкивалась так близко с подобной жизнью. Дрожь пробежала у Саммер по спине. Если бы она находилась в Новом Орлеане, то знала бы, куда можно идти, а куда нельзя. Но здесь! Даже, несмотря на присутствие, рядом Джеймса, этот город казался зловещим, погрязшим в грехе и пороках.
Обернувшись, Джеймс по выражению лица девушки без труда понял, что творится у нее в душе. Он посмотрел на ужасающий беспорядок, царивший вокруг.
– Я не оставлю вас. По крайней мере до тех пор, пока вы не отыщете завтра вашего друга.
– Думаете, я найду его? – Саммер подошла ближе и слегка нахмурила брови. – Не знаю, что я буду делать, если он уже уплыл.
Джеймсу вдруг ужасно захотелось защитить эту девушку. Подобная мысль не только удивила его, но и заставила забеспокоиться. Он не чувствовал ничего подобного ни к одной из женщин – за исключением собственной матери и сестер – с тех самых пор, как еще зеленым юнцом испытал муки первой любви. Джеймс очень хорошо помнил, каким дураком он себя тогда выставил.
– Найдете вы своего красавца и будете в полной безопасности, – ответил он не слишком вежливо.
Саммер кивнула, и Джеймс повел ее за собой по неосвещенным улицам. Он знал одну гостиницу неподалеку, довольно бедную, но вполне пристойную. По некоторым причинам он начал испытывать нетерпение. Ему хотелось, чтобы ночь наконец настала и он смог ощутить эту девушку под собой и забыть о романтических порывах защитить ее. Разве он благородный рыцарь, черт бы его побрал? Нет, он был обычным мужчиной с обычными мужскими потребностями, а не каким-то там сказочным героем, странствующим по Англии и спасающим дам, попавших в беду. Джеймс надеялся, что эта девушка, обладающая удивительными кошачьими глазами и красотой, которую трудно вообразить, думает также, как он. Они заключили сделку, и не более того. Он привез ее сюда и ничего ей не должен.
– Не унывайте, красавица, – проворчал он гораздо более грубо, чем хотел. – Мы почти пришли.
Неровные отблески масляных ламп, наполненных китовым жиром, с трудом рассеивали тьму, и Саммер испытала немалое облегчение, когда Джеймс открыл перед ней дверь гостиницы. Саквояж бился о ее колени, и, несмотря на то что он был совсем легким, она уже устала нести его.
Тем временем Джеймс о чем-то разговаривал с хозяином гостиницы, который внимательно рассматривал их обоих, с подозрением двигая бровями.
– Должен вас предупредить, что у нас приличное заведение, а не дом свиданий.
Саммер вздернула подбородок, и в ее глазах мелькнуло замешательство. Но когда она открыла рот, чтобы в недвусмысленных выражениях объяснить ему, что она думает по поводу его замечания, Джеймс схватил ее за руку так сильно, что Саммер охнула.
– Конечно, сэр, – вежливо ответил Джеймс. – Просто нам с женой нужно где-то скоротать ночь. – Его пальцы еще плотнее сомкнулись вокруг запястья Саммер, когда та попыталась вырваться. – Я могу заплатить вперед, сэр.
– Вот как? – Взгляд хозяина гостиницы заметно смягчился. – Вперед, говорите? У меня как раз есть одна комната для вас и вашей жены.
Саммер пришлось подавить свой гнев, но лишь до тех пор, пока хозяин гостиницы не ушел, оставив их наедине в комнате с одной-единственной кроватью. После этого девушка высвободила руку и гневно посмотрела на Джеймса.
– Нужно было сказать, что я ваша сестра! – Голос Саммер дрожал от гнева. – А теперь мы получили комнату с одной-единственной кроватью!
– Если не хотите спать на лоскутном одеяле в пивной, где никто не станет спрашивать, замужем ли вы за мужчиной, с которым спите, или нет, – Джеймс холодно посмотрел на Саммер, – вы оцените по достоинству тот факт, что я избавил вас от лишнего унижения и неудобств. Даже в таких захудалых гостиницах, как эта, есть свои правила.
Саммер проглотила едва не сорвавшиеся с губ необдуманные слова и теперь старалась не показать своего волнения.
– Вы правы. Я... кажется, поняла.
Пока Джеймс раздумывал над словами Саммер, в комнате повисла гнетущая тишина. Наконец он пожал плечами.
– Понимаете? – Он медленно поднял глаза. – А вот я, кажется, понимаю с трудом. Вы переменчивы, словно флюгер. Сначала поворачиваетесь в одну сторону, потом в другую, а затем начинаете ходить кругами.
Джеймс отстегнул ремень с прикрепленной к нему шпагой, и положил все это на шаткий стол, стоящий рядом с дверью. Саммер старалась не смотреть на широкую кровать в углу комнаты, которая казалась ей угрожающей. Сжавшись, она стояла в центре комнаты и нерешительно смотрела на Джеймса.
Если он и заметил ее скованность, то никак не показал этого. Достав из-за голенища сапога короткий угрожающего вида кинжал, он положил его рядом со шпагой, затем стянул с плеч куртку и небрежно бросил ее на высокую спинку единственного видавшего виды стула, сделанного из тростника. Руки его принялись неторопливо расстегивать жилет.
Саммер судорожно сглотнула.
– Что вы делаете?
– Стараюсь устроиться поудобнее. А почему вы спрашиваете?
– Просто поинтересовалась.
Саммер снова нервно сглотнула, а ее колени начали дрожать. Ну, зачем он поставил ногу на стул? Ей ужасно хотелось сесть, а она не решалась подойти к кровати, зловеще возвышавшейся в углу. Ее вывел из задумчивости стук упавших на пол сапог. Теперь Джеймс стоял на полу в одних чулках.
Саммер сильнее сжала костяную ручку своего саквояжа, и ей в голову пришла дикая мысль, что она так и простоит посреди комнаты всю ночь. Такой исход был вполне вероятен. Господи, что же он делает?
Закрыв глаза, девушка ощутила, как ее мышцы сжались от напряжения. Джеймс расстегивал пуговицы на рубашке и выглядел так, словно собрался раздеться догола.
– Пожалуйста, – сдавленно попросила она, – хотя бы видимость благопристойности!
– Думаю, вашей хватит на двоих.
– Пожалуйста!
Раздались приглушенные ругательства, после чего он все же прорычал:
– Ладно, почему бы и нет?
Саммер немного приоткрыла глаза и, к своему облегчению, убедилась, что Джеймс перестал расстегивать рубашку. Он направился к столу, и Саммер заметила крепкие мускулы, перекатывающиеся под смуглой кожей, и полоску темных волос, спускающихся к поясу штанов. Горло девушки тревожно сжалось, и она инстинктивно отпрянула. Этот человек был слишком мужественен, слишком опасен, и ей вдруг подумалось, что, возможно, ночлег на улице был бы куда более надежен.
– Мистер Камерон, – хрипло пробормотала она, когда он двинулся в ее сторону, – мне кажется, здесь какая-то ошибка.
– Мистер Камерон? – Джеймс покачал головой. – Да, милочка. Мне в голову пришла та же мысль.
Он осторожно забрал саквояж из рук Саммер, поставил его на пол и нахмурился.
– Почему вы до сих пор в плаще?
Саммер бросила взгляд в сторону камина.
– Мне холодно.
– Холодно? Побойтесь Бога, на дворе май!
– Холодно, – упрямо повторила девушка и как бы в подтверждение своих слов плотнее закуталась в плащ. Она попыталась взглянуть на Джеймса, но вид его обнаженной груди приводил ее в смятение. И притягивал словно магнит. Смуглая и гладкая кожа этой груди была гораздо темнее, чем у Гарта. Наверное, ему тоже приходилось много бывать на солнце. Увы, она абсолютно ничего о нем не знала, за исключением имени и того обстоятельства, что он был наглым и самоуверенным.
И еще – что он хотел ее.
Саммер посмотрела в глаза своего спутника – в них снова плясали веселые искорки. Однако вместо того чтобы приободрить ее, веселость Джеймса лишь разозлила девушку, и теперь она прикрывалась своей злостью, как щитом, несмотря на то, что этот смуглый таинственный мужчина пробуждал в ней ответное желание.
– Мне кажется, – резко бросила она, – что если у нас хватило денег на вино, то на несколько кусков угля и подавно хватит!
Джеймс проследил за ее взглядом, устремленным на закупоренную бутылку вина, которую он поставил на стол. Бутылка была покрыта пылью и стоила совсем недорого. Исходя из собственного опыта, Джеймс знал, какими капризными могут быть женщины с новым любовником, поэтому обуздал свое раздражение.
– Да, вы правы. Но если мы выпьем немного вина, уголь нам не понадобится. – С этими словами он выразительно посмотрел на кровать. – Кроме того, я вижу одеяла, которые помогут нам согреться.
Саммер сделала шаг назад, и Джеймс с трудом подавил вздох. Девушка выглядела такой напуганной, словно он собирался изнасиловать ее, а потом выставить в окно на потеху толпы. За кого она его принимает? Разве он не заботился о ней, как мог, на протяжении последних двенадцати часов? Она не могла быть настолько глупой, чтобы не понимать, что произойдет дальше. Женщина, которая провела несколько недель на корабле своего любовника, наверняка знает, как доставить удовольствие мужчине.
Остановившись в нерешительности и не понимая молчания и вздохов Джеймса, Саммер не смогла удержаться, чтобы не бросить взгляд в сторону кровати. Кровать была накрыта выцветшим стеганым покрывалом, а в ее изголовье лежало несколько мягких подушек.
Саммер боком попятилась от Джеймса и резко повернулась.
– На кровати буду спать я, – решительно провозгласила она.
Ее спутник выпрямился и в упор посмотрел на нее. У него были невероятно длинные ресницы, каких Саммер никогда не видела у мужчин. Девушка инстинктивно сделала шаг назад и пятилась до тех пор, пока не оказалась на другом конце комнаты рядом с кроватью. Если бы она опустила руку, то смогла бы нащупать потертую поверхность сшитого из лоскутов покрывала.
Джеймс скользнул по кровати взглядом из-под полуопущенных ресниц, и его губы изогнулись в улыбке. Он вновь посмотрел на Саммер, и та покраснела до корней волос под его насмешливым взглядом.
– Да, милочка, мне кажется, кровать придется вам по душе. Вернее, я даже в этом не сомневаюсь.
Джеймс направился к Саммер, мягко ступая по полу ногами в носках и напоминая при этом подкрадывающегося к добыче кота.
Охваченная ужасом, Саммер замерла на месте. Она не могла двинуться вперед из страха столкнуться с приближающимся Джеймсом, но и отступить не могла, иначе неминуемо упала бы на кровать. А дальше случилось бы то, чего она так отчаянно пыталась избежать.
Джеймс слегка нахмурился, заметив застывший на ее лице ужас, и подумал, что, возможно, он ошибся в своих расчетах. Она нервничала слишком сильно, и это вряд ли можно было объяснить простым смущением. Неужели она действительно считала его грубым негодяем?
– Посмотрим, как помочь вам согреться, – произнес он, протягивая руку к завязанным тесемкам плаща девушки.
Саммер попала в ловушку – перед ней стоял дьявол, а позади находилось его логово. Она попыталась развернуться и тут же попала в его объятия. Руки мужчины легко сомкнулись вокруг нее, и она ощутила себя хорьком, попавшим в силок.
Но тут удача улыбнулась ей, и девушка, ловко развернувшись, выскользнула из объятий Джеймса, оставив в его руках свой плащ. Джеймс бросил его на стул, но промахнулся, и плащ, словно темное синее облако, соскользнул на пол.
Теперь Саммер стояла у окна, дрожа от обуревавших ее эмоций и опустив глаза.
– Что происходит? – Джеймс нетерпеливо провел рукой по волосам и устремил на нее тяжелый взгляд черных глаз. – Я не в том настроении, чтобы играть в догонялки. Так вы идете со мной в постель или нет?
Саммер непроизвольно съежилась.
– Нет.
Глаза ее спутника потемнели, и он прищурился.
– Нет? Вот так просто, без объяснений?
– Мне кажется, все и так предельно ясно.
К Саммер наконец вернулось самообладание. Ей было гораздо проще разговаривать с этим мужчиной, когда он находился от нее на почтительном расстоянии.
– Стало быть, вы не собираетесь выполнять условия сделки?
Его голос был тихим и обволакивающим, но Саммер он не обманул. Она уловила угрожающие нотки и заметила побелевшие от напряжения скулы и складки в уголках рта.
– Вы говорите о сделке? – Саммер тряхнула головой, и белокурые локоны упали на ее лицо. – Речь шла всего лишь о поцелуе.
– Нет, милочка, – произнес Джеймс, не отрывая тяжелого взгляда от ее глаз. – Наша сделка подразумевала нечто большее, и вы это знаете.
Не в силах избежать испепеляющего взгляда и осуждения, сквозившего в его голосе, Саммер беспомощно подняла руки ладонями вверх.
– Я не знала, клянусь. Ведь вы же сами сказали...
– Я всего лишь сказал, что окажу вам услугу в обмен на вашу благосклонность, и вы согласились. Но не беспокойтесь – я никогда не умолял женщину и не собираюсь делать этого сейчас.
Резко развернувшись, Джеймс начал застегивать рубашку, а потом подошел к стулу, возле которого лежали его сапоги. Со все возрастающим беспокойством Саммер наблюдала, как ее благодетель, сев на стул, принялся обуваться.
Она не могла потерять его. Только не теперь. Никто не поможет ей, если Джеймс бросит ее. Она останется совсем одна в этом безжалостном, полном опасностей городе и непременно погибнет.
– Мистер Камерон, – с трудом проговорила девушка. – Я вовсе не хотела вас обидеть.
Она ощутила, как в ее горле возник комок, который ей с трудом удалось проглотить. Саммер понимала, что ей придется принести самую унизительную жертву в своей жизни. А что еще ей оставалось? Стремление выжить не оставляло места принципам, а лишь неистовому, старому как мир инстинкту самосохранения.
Джеймс остановился, а в углах его губ возникла циничная улыбка.
– Не хотели обидеть? А чего вы хотели? Разрываться между двумя мужчинами до тех пор, пока Хогменей
type="note" l:href="#n_3">[3]
не наступит?
– Что? – Она непонимающе посмотрела на Джеймса, когда тот нетерпеливо замотал головой и встал, чтобы надеть сапоги.
– Ничего особенного. Можете забирать эту чертову кровать себе и комнату в придачу. И даже эту чертову бутылку. Надо же быть таким дураком!
В полном отчаянии Саммер сделала несколько шагов вперед.
– Но вы ведь не бросите меня!
– А почему нет? Вы можете вернуться в порт завтра утром и найти своего драгоценного любовника, который о вас и позаботится.
Джеймс зло топнул ногой, и она, наконец, проскользнула в сапог.
– В любом случае это оказалась неудачная затея. Гораздо проще найти более сговорчивую девицу, которая не станет вести себя так, будто я ее недостоин.
Саммер вздрогнула, словно ужаленная.
– Это неправда! Я хочу сказать, я вовсе не считаю вас недостойным. – Девушка залилась краской и сбивчиво пояснила: – Ну, во всяком случае, не теперь. Сначала я действительно так думала, но тогда я совсем вас не знала.
– Вы и сейчас меня не знаете.
Джеймс надел жилет и, не застегивая его, накинул сверху куртку.
Саммер приближалась к нему неверными, робкими шажками, что заставило Джеймса еле слышно выругаться, и положила руку на его рукав.
– Ради всего святого, Джеймс Камерон, не бросайте меня на милость этого города, – прерывисто прошептала она.
На этот раз Джеймс выругался громче, хотя знал, что стоит ему посмотреть в ее кошачье лицо, и он останется. Маленькая настырная дрянь. Ну почему она разговаривает с ним таким тоном?
Ударив кулаком по ладони, Джеймс посмотрел на девушку и тяжело вздохнул.
– Может, вы все-таки скажете мне свое настоящее имя? Кажется, мои хлопоты того стоят.
Видя нерешительность Саммер, он тихо засмеялся:
– Неужели даже этого я не заслужил? Следовательно, я должен остаться и защищать вас, а потом вы найдете покинувшего вас любовника. Очевидно, вы ожидаете, что я протяну руку за наградой? – Его голос стал жестче. – Но, скорее всего он продырявит меня своей шпагой за все мои страдания. И вы полагаете, что мужчина, отправивший вас в путь по чужой стране без должного сопровождения, будет рад вашему возвращению? Даже не надейтесь!
Услышав эти слова, Саммер вздрогнула и убрала руку с его рукава.
– Вы правы, – упавшим голосом ответила она. – Глупо было с моей стороны на что-то рассчитывать.
Джеймс фыркнул.
– В последнее время глупость кажется мне заразительной.
Голос Джеймса слегка смягчился, и в душе Саммер зародилась надежда на то, что он передумает и останется. Внезапно ей ужасно захотелось увидеть в черных глазах Джеймса озорные искорки и услышать его глубокий голос, поддразнивающий ее.
Саммер заставила себя посмотреть на него из-под опущенных пушистых ресниц, и внезапно ей в голову пришла мысль, которая ее поразила: этот мужчина подходил на роль благородного рыцаря в сверкающих доспехах гораздо больше, чем Гарт Киннисон.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Любовь авантюриста - Линн Вирджиния



Я перечитывала этот роман много раз. Из всех прочитаных мною ранее с ним может сравнится только Ангел во плоти - Дж. Линдсей.rnИстория захватывает с первой строчки. А в главного героя просто влюбляешся за пылкость чувств и упрямый характер. Роман стал эталоном для подражания. Можно читать несколько раз и вновь переживать вместе с героями.
Любовь авантюриста - Линн ВирджинияТатьяна
8.09.2012, 15.23





Почитать можно, сюжет интересный,недостаток романа то что в любви друг другу главные герои признаются только в самом конце романа и главная героиня постоянно лжет гл герою даже на свадьбе не сказала своего настоящего имени.
Любовь авантюриста - Линн ВирджинияНаташа
16.05.2013, 20.52





Начало романа интересен, но как только ГГ-ня переспала с ГГ-м начинается хренотень. Она начинает жеманничать, постоянно врет, он с ней носится как курица с яйцом. Она как-то ломается, хотя когда бросилась в объятья ГГероя е нее не было ни гордости, ни достоинства. Перед глазами у нее постоянно мелькало замужество за жирного престарелого развратника, а тут подвернулся такой "самец", живи не хочу, а она нет... в общем уже с середины романа интерес к книге пропал, но дочитала.
Любовь авантюриста - Линн Вирджиниявесенний цветок
9.09.2013, 13.34





Главный герой бесподобен, а главная героиня - законченная упертая дура, что чаще всего и встречается в жизни. К тому же патологическая лгунья.
Любовь авантюриста - Линн ВирджинияВ.З.,65л.
25.09.2013, 14.34








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100