Читать онлайн Гордость и соблазн, автора - Ли Эйна, Раздел - Глава 25 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Гордость и соблазн - Ли Эйна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.33 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Гордость и соблазн - Ли Эйна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Гордость и соблазн - Ли Эйна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Ли Эйна

Гордость и соблазн

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 25

— Джош! Милосердный Боже, нет! Нет! — закричала Эмили, бросаясь к нему и наклоняясь к безжизненному телу.
Его грудь поднималась и опадала, и она поняла, что он дышит. Но лицо его было таким смертельно бледным, что Эмили испугалась, что сердце его вот-вот остановится.
Повернув Маккензи на бок, она увидела пулевую рану, из которой сочилась кровь. Наверное, он уже потерял много крови и сейчас с каждым вздохом теряет еще больше. Она должна хоть как-то остановить ее.
Растерянно оглянувшись, Эмили заметила разбросанную одежду, которую только что скинула с себя. Она схватила нижнюю юбку, скрутила из нее жгут и перетянула рану.
Мысли ее разбегались. Что она должна сделать дальше? Ножницы. Ей нужны ножницы, чтобы разрезать и снять эту окровавленную рубашку. Где ее саквояж? Она подползла на коленях в угол, куда кинула свои вещи. Руки девушки так сильно тряслись, что она с трудом смогла открыть саквояж. Порывшись внутри, Эмили нашла маленький футляр, в котором были маникюрные ножницы. Вернувшись на прежнее место, она попыталась просунуть пальцы сквозь маленькие колечки ножниц. Когда это ее пальцы успели так растолстеть? Она застонала от отчаяния. Почему ей не удается заставить их перестать трястись? Каждое промедление — это минуты его ускользающей жизни.
«Успокойся, Эмили! Так ты ничем не сможешь ему помочь!»
Закрыв глаза, она сделала несколько глубоких вдохов и сжала руки в кулаки, чтобы остановить дрожь. Почувствовав, что немного успокоилась, она снова взяла ножницы. На этот раз ей удалось просунуть пальцы в колечки, и она попыталась разрезать рубашку. Но ножницы оказались слишком миниатюрными для того, чтобы резать плотную ткань.
— Проклятие! — закричала Эмили. — Думай, думай! — Со злостью отбросив ножницы прочь, она оглянулась вокруг, в поисках какого-нибудь другого режущего инструмента. На глаза ей попался саквояж Джоша.
Она открыла его и начала вытаскивать из него одежду, разбрасывая все вокруг, пока не обнаружила то, что искала: бритвенный прибор. Схватив бритву, она поспешила обратно к раненому. Ей наконец удалось разрезать нижнюю часть рубашки, а спереди она ее разорвала.
Грудь Джоша была залита кровью, и Эмили с ужасом подумала, что, может быть, там еще одна рана. Она посмотрела в кувшин. Ни капли воды! Эта неустойчивая штуковина упала, когда поезд резко затормозил.
Она вытерла его грудь своей разорванной блузкой, и, к ее облегчению, на другом плече не оказалось никакой раны. Кровь на груди была от промокшей рубашки. Затем Эмили поняла, что раз второго отверстия от пули нет, значит, она все еще находится внутри.
Ей необходима помощь. Сдернув с полки легкое одеяло, она накрыла им Джоша и бросилась к двери. Но не успела она выбежать, как столкнулась с Джебом.
Схватив оторопевшего проводника за плечи, девушка закричала:
— Помогите мне, Джош без сознания, его ранили!
Проводник торопливо вошел в купе и опустился на колени. За несколько мгновений осмотрев Маккензи, Джеб поднялся на ноги.
— Оставайтесь с ним, мэм, а я попробую найти какую-нибудь помощь.
И он бросился прочь, оставив ее одну. Эмили опустилась на пол рядом с Джошем, положив его голову себе на колени.
— Нам сейчас помогут, мой дорогой, — говорила она, нежно убирая у него со лба спутанные волосы. — Открой глаза, Джош. Я хочу снова посмотреть в них, чтобы знать, что с тобой все в порядке. Пожалуйста, Джош, очнись!
Эмили не заметила, что плачет, пока слезы не стали капать ей на руки. Почувствовав влагу, она вытерла руку об юбку и увидела, что та вся в крови. Может быть, она поранила руку о бритву? Или это кровь Джоша?
— Наша кровь смешалась, Джош. Ты чувствуешь это, любовь моя? Возьми от меня силу, из моего тела, ты ведь часто делился со мной своей силой.
В таком положении ее и застали Джеб и какой-то другой господин, появившийся в дверях купе: голова Джоша у Эмили на коленях, а ее рука прижимает повязку к его окровавленному плечу.
Быстро оценив ситуацию, мужчина произнес:
— Миссис Маккензи, я кондуктор Беллоуз. Ваш муж ранен, мадам.
— Я знаю, что он ранен, кондуктор Беллоуз, и должна заметить, что пуля все еще находится внутри. Так почему же мы сидим тут и рассуждаем об этом, вместо того чтобы что-то делать? Он может истечь кровью!
Беллоуз отступил назад.
— Ранение еще ничего не означает, миссис Маккензи.
— Я не… — Она запнулась. Возможно, Джош не стал никому говорить, что она его пленница. Лучше оставить их в неведении относительно того, что она не его жена. Не то кондуктор решит посадить ее под замок или даже хуже — заставит ее покинуть Джоша. Она не может себе позволить отойти от него в эту минуту.
— Если вы немного отойдете, миссис Маккензи, мы с проводником сможем положить его на полку.
Эмили повернула голову, и первой же вещью, которая бросилась ей в глаза, были наручники, свисающие с верхней полки. Заметил ли их Беллоуз или еще нет? Если нет, тогда наверняка потребует объяснений, как только их увидит.
— Может быть, будет легче вынуть пулю прямо здесь, на полу? — спросила она.
— Сейчас мы не сможем ничего сделать. В наших силах только оказать первую помощь, — ответил кондуктор, кивнув головой на небольшой белый ящичек в руках Джеба. — Через несколько минут мы тронемся в путь. До Лас-Вегаса всего сорок миль. Там есть доктор. Лучше, если пулю будет извлекать он, тем более что у нас нет никаких инструментов и даже бинтов.
Эмили встала.
— Хорошо. Одну минуту, я наведу здесь порядок.
— Я сам это сделаю, мэм, — сказал Джеб.
— Нет, помогите мистеру Беллоузу, Джеб. Я сама все застелю. Стараясь встать так, чтобы загородить от них наручники, Эмили засунула болтающиеся наручники под матрац верхней полки, потом наклонилась и разгладила простыни на нижней. А где же ключ? Она не нащупала его в постели. Эмили огляделась и увидела, что ключ лежит на полу.
— Все готово, — произнесла она и отступила назад, наступив ногой на ключ.
Двое мужчин еле-еле смогли поднять отяжелевшее тело Джоша на нижнюю полку, и Эмили порадовалась, что они не заглянули на верхнюю полку и не задели наручники.
— Я не буду развязывать повязку на ране, мадам, надо остановить кровотечение, — сказал Беллоуз. — Через некоторое время я пошлю телеграмму в Лас-Вегас предупредить, чтобы доктор был наготове, когда мы туда прибудем.
— Благодарю вас, кондуктор Беллоуз, и вас, Джеб, — сказала Эмили, чуть ли не выталкивая их за дверь. Если от них все равно нельзя дождаться никакой помощи для Джоша, она хочет, чтобы они вышли из тесного купе.
— Вам что-нибудь еще нужно, мэм? — спросил Джеб.
— Если бы вы могли принести мне немного теплой воды, Джеб, я бы тогда смогла смыть с него кровь.
— Хорошо, мэм, — ответил он, взяв кувшин, — в служебном вагоне есть котел с горячим кофе, миссис Маккензи. Не хотите ли вы, чтобы я принес вам чашку кофе?
— Нет, Джеб, только теплой воды.
— Может быть, кофе немного взбодрит вас, мэм? Она покачала головой:
— Нет, только воды, чистую губку и полотенце, если у вас есть.
— Сию минуту, мэм, — ответил тот.
Эмили закрыла за проводником дверь и вернулась к неподвижно лежавшему Джошу. Положив руку ему на лоб, она вздохнула. По крайней мере у него нет жара, но почему тогда он все еще без сознания?
Прижав ухо к его груди, она услышала мерное биение сердца — обнадеживающий признак. Оставлять его просто так лежать было невыносимо, но скорее всего Беллоуз прав. Пулю должен вынуть квалифицированный врач.
Пока не вернулся Джеб, Эмили открыла ключиком наручники и сунула их к себе в саквояж, с глаз долой.
Скоро прибежал Джеб с кувшином теплой воды и полотенцем, которое она просила. Девушка сняла с Джоша тяжелый ремень от кобуры и стала протирать ему грудь. Потом, стараясь не дергать раненого слишком сильно, она ухитрилась перевернуть его на живот и стянуть с него остатки окровавленной рубашки.
В сумке первой помощи были бинты и жгут, и, протерев спину и руки Джоша, Эмили сложила новый тампон и привязала его к ране на спине.
Она как раз закончила свою работу, когда поезд тронулся. Наконец-то они двинулись в путь!
Она сняла с Маккензи ботинки и накрыла его покрывалом. Больше ей делать было нечего, она ничем не могла помочь ему. В нетерпении девушка стала ходить взад и вперед по маленькому купе. Если бы только Джош пришел в сознание, тогда бы все было по-другому. Но он не подавал признаков жизни, даже не шевелился. Это беспокоило ее, потому что ей казалось, что сейчас потеря крови прекратилась.
Сорок миль до Лас-Вегаса показались ей бесконечными. Ужасное приключение с бандитами теперь казалось ей произошедшим давным-давно, потому что тревога за Джоша вытеснила все остальное из головы.
Что, если он потерял слишком много крови? Что, если доктор не сможет вытащить пулю? Что, если он никогда не придет в сознание?
Эмили хотелось громко закричать, потому что эти «если», которые наступали на нее со всех сторон, сводили ее с ума. Что, если бы она осталась в поезде, как он и приказывал ей? Тогда бы его не ранили!
Это она во всем виновата. Он лежит здесь, и кровь медленно вытекает из его тела, и жизнь покидает его. Если случится худшее, как Эмили сможет жить с этим дальше — как она сможет жить без него?!
Став на колени перед Джошем, она сжала его руку.
Потом, приникнув щекой к его неподвижному телу, она громко зарыдала, не в силах терпеть мучительную боль в сердце.
Когда паровоз с пыхтением въехал на станцию Лас-Вегаса, Эмили сразу узнала среди стоящих на платформе людей доктора. Он довольно часто обедал в ресторане Гарви. Это объясняло и то, что рядом на платформе стояла Роза.
Для Эмили было большим утешением увидеть подругу, и, когда она сошла с поезда, девушки молча обнялись. В это время доктор следил, как Джоша перекладывают на носилки. Роза крепко взяла Эмили под руку, и они пошли следом.
Ожидание в приемной доктора было напряженным: операция происходила за закрытыми дверями. Розе удалось вытянуть из Эмили несколько слов, и она не стала больше вынуждать се говорить. Девушка чувствовала, что присутствие рядом верной подруги подбадривает ее, и она надеялась, что Джош тоже как-нибудь почувствует, может быть, шестым чувством, что она рядом и переживает за него, и это поможет ему справиться с опасностью.
Когда доктор показался в дверях, она вскочила на ноги. Роза успокаивающе взяла ее за руку. С мрачным лицом доктор сказал:
— Ну что ж, я успешно извлек пулю, и хотя он все еще не пришел в сознание, могу заверить вас, что его организм позволяет делать самые благоприятные прогнозы.
— Благодарю Тебя, Господи! — воскликнула Эмили, обнимая Розу и снова поворачиваясь к доктору. — Спасибо вам, доктор!
— Эмили, пока еще опасность не миновала. Этот молодой мужчина потерял довольно много крови, поэтому сейчас я не могу что-либо прогнозировать. У вас есть где остановиться? Я рекомендую ему покой и тишину.
— Я собиралась снять комнату в гостинице, — ответила Эмили.
— Прекрасно. Я прослежу, чтобы его переправили туда, и приду сегодня позднее, чтобы проверить его состояние. Сейчас для него постельный режим — самое лучшее лекарство. Когда к нему вернется сознание, я уверен, он попытается встать. Я бы советовал воздержаться от этого еще пару дней.
— Я уже была уверена, что он никогда не поднимется, доктор…
Доктор посмотрел на нее и крепко пожал ей руку.
— Дорогая, не беспокойтесь. Как я уже говорил, он молодой здоровый мужчина. Я уверен, что через пару дней он будет уже сидеть и требовать большой кусок сочного жареного мяса. — Он лукаво подмигнул. — Или чего-нибудь еще.
Эмили покраснела от этого намека, но была слишком обрадована известиями, чтобы обижаться. Роза хихикнула:
— Что, доктор Хагис, вы вправду так думаете?
— Спасибо, доктор, — быстро перебила ее Эмили, прежде чем они углубились в эту тему.
— И еще доктор настаивает, чтобы вы тоже немного отдохнули, деточка. У вас такой бледный и усталый вид, совсем как у нашего больного. Вам понадобится вся ваша сила, когда к нему вернется сознание, поэтому пользуйтесь случаем и немного поспите сейчас.
— Я прослежу, чтобы она выполнила ваши предписания, доктор, — добавила Роза.
— Вот и прекрасно. А теперь позвольте проверить, какие у нас приготовлены апартаменты, чтобы мы могли положить мистера Маккензи в постель.
Некоторое время спустя Джош был со всей возможной осторожностью переправлен в ту же самую комнату гостиницы, которую он занимал раньше и из окна которой совсем недавно наблюдал дымящиеся развалины «Гарви-Хауса».
Роза вернулась в ресторан, чтобы обслуживать вечерних пассажиров. Вещи Эмили и Джоша также были доставлены в гостиницу.
Доктор настоял, чтобы Эмили сняла для себя соседнюю комнату, но она не имела никакого желания оставлять Джоша одного в комнате — и даже спать в другой кровати. Ее место — рядом с ним. Если доктор настаивает, чтобы она отдохнула, она никуда не пойдет, а ляжет рядом с Джошем.
Девушка скинула туфли и легла рядом с ним на покрывало. Закинув руку, она прикрыла ладонью глаза и почувствовала, как напряжение последних дней отпускает ее. До сих пор за всеми тревогами она как-то не замечала, насколько устала.
Неожиданно ее глаза распахнулись, и она резко села на кровати: она явственно ощутила пожатие его руки. Она наклонилась к Джошу и встретила взгляд самых прекрасных на всем белом свете сапфирово-голубых глаз.
— Эми, что случилось? Где мы?
— Мы в гостинице, в Лас-Вегасе. Доктор только что вынул из твоего плеча пулю, и ты потерял много крови, поэтому еще очень слаб.
— Да… чувствую… что очень слаб… — И он снова потерял сознание.
Эмили легла на бок и подставила руку под голову. Опершись на локоть, она стала смотреть в его лицо. Темная щетина покрыла щеки Джоша, и она любовно провела пальцем по небритому подбородку.
— Детектив Маккензи, я думаю, что попробую побрить вас завтра утром.
Наклонившись к его уху, она прошептала:
— Я люблю тебя, Джош.
Потом девушка легонько поцеловала его в губы, легла на спину и закрыла глаза.
Перед тем как заснуть, она взяла его руку в свою.
Эмили проснулась оттого, что кто-то стучал в дверь, и уже давно. Взглянув на часы, она поняла, что прошло почти четыре часа с тех пор, как она легла.
Она поднялась и открыла дверь. На пороге стоял доктор Хагис.
— Простите меня, что я пришел так поздно, — сказал он, поспешно входя. — Сегодня у меня был очень насыщенный день. С тех пор как я в последний раз был у вас, с моей помощью появился на свет младенец.
— Младенец — это прекрасно!
Эмили зажгла лампу.
— А как себя чувствует наш пациент?
— Он пришел в сознание на несколько секунд, доктор. Спросил, что случилось и где он находится. А потом заснул.
— Это хорошие новости. Сейчас я осмотрю его и сменю повязку на ране.
Он выжидательно посмотрел на нее, и до нее дошло, что он ждет, чтобы она вышла из комнаты. Извинившись, она вышла, закрыв за собой дверь, соединяющую обе комнаты.
Покинув комнату, она сразу решила воспользоваться возможностью пойти в ванную и освежиться. К тому времени как доктор тихонько постучал в смежную дверь, Эмили уже переоделась в ночную рубашку, надела сверху халат и тщательно подпоясалась.
— Как он, доктор Хагис?
— Я боюсь, что у него началась лихорадка, Эмили. Увидев ее обеспокоенный взгляд, он добавил:
— Это обычное дело в его состоянии. Его организм подвергся сильной встряске. Я рассчитываю, что к завтрашнему дню лихорадка достигнет своего пика, а затем пойдет на убыль. После этого периоды сознания будут длиться гораздо дольше, а может быть, он окончательно придет в себя. Но сейчас я оставлю на столе пузырек с таблетками. Я хочу, чтобы вы заставляли его принимать по таблетке каждые два часа. И давайте ему как можно больше пить. Нельзя допустить обезвоживания организма.
— А вы уверены, что с ним будет все в порядке, доктор Хагис?
— Я всего лишь врач, Эмили, а не пророк. Если говорить медицинским языком, все разрешится в течение следующих двадцати четырех часов. Но по всем признакам его организм крепок, рана не воспалена, инфекция исключена, и, как я уже говорил, лихорадка это обычная реакция организма на сильное травматическое вмешательство. — С этими словами он закрыл сумку с инструментами. — Точно следуйте моим инструкциям, дорогая. Вам предстоит долгая бессонная ночь, но, если лекарство окажет свое действие, к утру лихорадка должна прекратиться. Если он вспотеет среди ночи, протрите его осторожненько и помните, что надо давать ему как можно больше воды — сколько он в состоянии будет выпить. Я навещу вас завтра утром.
— А как насчет еды?
— Я не думаю, что ему захочется. Воды будет достаточно. Если он придет в себя и попросит есть, я советую вам начать с бульона. Может быть, Роза принесет вам немного горячего бульона из «Гарви-Хауса».
Роза! Она совсем забыла о ней. Ее смена закончилась уже несколько часов назад. Может быть, она приходила раньше, когда Эмили спала?
Ей надо было так много сказать своей дорогой подруге. Сколько всего произошло с тех пор, как они в последний раз делились друг с другом самым сокровенным. Она хотела рассказать Розе, как сильно полюбила Джоша Маккензи.
Чувства Эмили к Джошу изменились, но она боялась, что он, как и прежде, намерен избавиться от нее. Как только детектив придет в себя, он поймет, что она чуть не стала причиной его смерти. Тогда все вернется на свои места, и Эмили в наручниках поедет в Лонг-Айленд.
Доктор ушел, и девушка принялась нервно ходить по комнате, каждые несколько минут останавливаясь у постели Джоша и проверяя его лоб.
Вспомнив, как мать лечила ее, когда она в детстве болела, Эмили намочила полотенце и положила на лоб Маккензи влажный компресс. Это всегда помогало ей, когда она была маленькая.
Ее дежурство продолжалось несколько часов. Она заставляла Джоша глотать лекарство, вливала в его рот воду, меняла мокрое полотенце у него на лбу. Иногда он покорно слушался ее, другой раз вырывался и что-то бормотал в бреду.
Когда миновала полночь, послышался легкий стук в дверь, и девушка услышала, как ее кто-то зовет:
— Эмили!
Узнав голос Розы, она поспешила отпереть дверь.
— Я увидела, что у тебя горит свет, и решила, что ты все равно не спишь. Как дела у Джоша?
— Не очень хорошо. У него началась лихорадка. Доктор оставил какие-то таблетки, чтобы он принимал их каждые два часа.
Роза взяла ее за плечи и посмотрела прямо в глаза.
— Золотце мое, когда ты спала последний раз?
— Недавно. Я проспала четыре часа, и в это время у Джоша начался жар.
— И теперь ты чувствуешь себя виноватой из-за этого, не так ли? Ты совсем вымоталась. Иди в соседнюю комнату и немного отдохни. Я подежурю около него.
— Я не могу спать, зная, что он… — Она остановилась и сделала глубокий вдох. — Роза, я люблю его.
— Золотце мое, ты могла бы этого мне и не говорить. Все это написано у тебя на лице.
— А теперь… все безнадежно.
— Ты ничего об этом не можешь знать. Да, его ранили, а теперь у него лихорадка. Но это совсем не значит, что он собирается умирать, Эмили. Если бы ты не была так измотана, тебе в голову не пришли бы такие глупости.
— Ты ничего не понимаешь. Если бы не я, его бы никогда не ранили.
— Что ты имеешь в виду? Ты же не виновата, что поезд остановили грабители.
— Его ранили не во время нападения на поезд. Его подстрелили, потому что я не послушалась его, хотя он предупредил меня оставаться в поезде и никуда не выходить. У нас было отдельное купе, и когда он пошел помогать отбивать нападение, он велел мне сидеть тихо и держать дверь запертой. Но я вышла из поезда. — Эмили передернуло, когда она припомнила подробности. — Бандиты, которые напали на поезд, заметили меня и захватили в плен. Их было трое. Джош выследил их и освободил меня как раз в тот момент, когда их главарь собирался… — Она остановилась и отбросила от себя тягостное воспоминание. — Они попали ему в спину, когда мы уже спасались бегством. И теперь он… он…
— О дорогая! — произнесла Роза, обняв подругу за плечи. — Что говорит мистер Хагис?
— Он настроен оптимистично.
— Значит, все будет в порядке. Ты говорила Джошу о своих чувствах?
— Нет. Я уверена, он просто посмеется надо мной — или подумает, что я снова хочу его перехитрить, чтобы он не отвозил меня домой.
— Не думаю, что ты права, если я хоть что-то смыслю в мужчинах. И поверь мне, золотце мое, что уж в этом-то я разбираюсь.
— Джош столько раз повторял, что он думает о таких женщинах, как я. А теперь, когда я виновата в том, что он ранен… — Она безнадежно махнула рукой. — Какая во всем этом польза?
Подойдя к постели Джоша, девушка сняла влажное полотенце с его лба и намочила его холодной водой.
— Я должна связаться с его семьей. Он всегда так тепло говорил о них, они очень близки.
— Эмили, сядь, пожалуйста, дорогая, — озабоченно сказала Роза.
— Он боготворит своих родителей. — Эмили взглянула на Розу. — Ты знаешь, его родная мать погибла от рук бандитов во время Гражданской войны.
— Я не знала, — ответила Роза.
— И его бабушка тоже. Ужасно, правда? Его отец и дядья тоже пошли на войну. Они сражались за Конфедерацию.
— Можно догадаться, если они из Техаса.
Эмили знала, что Роза слушает ее просто из жалости, но она не могла остановиться. Иначе она разрыдается.
— На их ранчо напала банда разбойников, они изнасиловали и убили мать и бабушку. — Она смотрела на Розу, не обращая внимания на слезы, текущие по ее щекам. — Все мужчины были на войне, а женщины в одиночку не могли дать отпор бандитам. Я, конечно, слышала рассказы о войне, как она происходила на Севере, у меня даже был кузен, которого убили при Геттисберге. Но я никогда не представляла, что что-то подобное могло произойти с бедными женщинами, которые жили на Юге. Они остались одни, защищая самих себя, сопротивляясь солдатам разных армий, которые проходили через их ранчо. И почти все мужское население было убито или ранено — их отцы, мужья, сыновья, возлюбленные.
— Я знаю, — печально ответила Роза. — Моя мать была в Новом Орлеане, когда его занял Батлер. Все жители называли его Зверем, потому что он объявил своим людям, что они могут взять любую женщину в городе, как будто это ненужный хлам.
— Неужели он действительно так говорил? — в ужасе спросила Эмили.
Роза пожала плечами:
— Не знаю, может быть, не точно такими словами. Но если женщина наносила оскорбление солдату-янки — а ты ведь понимаешь, что они не собирались бросаться на шею солдатам врага, занявшего их родной город, — тогда любой солдат имел право арестовать ее как возмутительницу спокойствия.
Слезы текли по щекам Эмили, но она, так же как и Роза, знала, что это слезы, которые она старалась сдержать весь предыдущий день. Печальная история была просто поводом, чтобы «открыть шлюзы».
Роза не пыталась успокоить ее. Слезы были необходимы для Эмили, как лекарство — для Джоша. И к тому времени как Роза собралась уходить, Эмили уже справилась со слабостью и почувствовала себя лучше.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Гордость и соблазн - Ли Эйна



Неплохо,8/10
Гордость и соблазн - Ли ЭйнаВика
3.12.2012, 17.21





Классный роман, если не читать сны ГГ-ни, белиберда полнейшая, а в целом неплохо 9/10
Гордость и соблазн - Ли ЭйнаМаруся
28.03.2013, 13.03





Прочесть можно ...но , не так захватывающе, как история его отца Люка Маккензи .
Гордость и соблазн - Ли ЭйнаВикушка
9.11.2014, 23.54








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100