Читать онлайн Пурпурные кружева, автора - Ли Линда Фрэнсис, Раздел - Глава 22 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Пурпурные кружева - Ли Линда Фрэнсис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.29 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Пурпурные кружева - Ли Линда Фрэнсис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Пурпурные кружева - Ли Линда Фрэнсис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Ли Линда Фрэнсис

Пурпурные кружева

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 22

Ранним утром следующего дня Морган, одолеваемый дурными предчувствиями, вышел из дома. Он направлялся к Уолтеру.
Вчера, даже улегшись спать, он никак не мог заставить себя отвлечься от мыслей о прошлом Лили и о причинах того, что с ней произошло. Она не позировала Готорну обнаженной, но никто не поверил ей. Включая и его самого.
Он считал, что вправе судить и обвинять эту женщину, не потрудившись дать ей шанс оправдаться. Он проник в Блэкмор-Хаус, находясь в плену предубеждений против Лили и даже не подозревая об этом, поскольку доводы, которые свидетельствовали против нее, казались неоспоримыми.
И как только он мог забыть о том, что в каждой истории есть скрытый подтекст? Как мог не подумать о том, что жизнь не так проста, как представляется, что она то и дело преподносит загадки и неожиданные сюрпризы? Что с людьми иногда происходит такое, во что трудно, а порой и невозможно поверить? Кто-кто, а уж он-то прекрасно знал, что жизнь очень часто безжалостно ломает банальные людские представления о ней.
Но почему-то случилось так, что, встретив Лили Блэкмор, он начисто забыл об этом.
Морган вспомнил их разговор о том, способны ли люди сами определять свою судьбу и влиять на то, что с ними происходит. Тогда он с непоколебимой уверенностью заявил, что именно так и есть. Однако теперь понял, что однозначного ответа на этот вопрос быть не может. В мире действительно господствуют не только черный и белый цвета, – в нем есть еще и множество оттенков даже самого скучного серого.
Конечно, люди способны влиять на определенные моменты своей жизни, но не всё, увы, в их власти. Сама Лили не сделала ничего, что могло безвозвратно погубить ее репутацию. За нее это сделали другие. Ей же судьба отвела роль марионетки, которая оказалась во власти чьих-то злых рук и помыслов.
Прошлой ночью, после того как они нашли картину, Морган спросил у Лили, почему Рейн Готорн так подло с ней поступил? Вместо ответа Лили провела его в свою комнату и показала предсмертную записку художника.
Март 1886 года
Моя бесценная Лили!
Меня приводит в ярость то, что общество, неспособное оценить такую женщину, как ты, по капле выжимает из тебя жизненные силы. И я завещаю тебе свое состояние, чтобы ты навсегда осталась свободной. А еще я оставляю тебе прощальный дар – как залог того, что моя воля будет исполнена.
Готорн.
Прочитав эти строки, Морган ощутил, как сердце сжалось от боли, и закрыл глаза. Просто удивительно, какой трагедией обернулись самые добрые намерения художника! Он завещал Лили все свои деньги и этот портрет, надеясь, что благодаря им она останется свободной и независимой. На деле же получилось так, что ее жизнь превратилась в существование узницы и стала намного хуже, чем была раньше.
Внезапно Морган понял, что Рейн Готорн не желал причинить Лили боль, он всего лишь пытался помочь ей остаться самой собой. А в результате она стала парией, – каждый считал своим долгом бросить в нее камень. Морган застонал: он тоже был одним из тех, кто презирал ее!
Невинность и непорочность Лили поразили его с самой первой встречи. То, что он увидел наброски Готорна, ничего не меняло, – он читал правду в глазах Лили. И все-таки продолжал сомневаться в ее чистоте.
Моргана охватило чувство стыда. Он упорно обвинял Лили в безнравственности, не желая признавать, что любит ее. А может, он вел себя так потому, что боялся этой любви? Потому, что злился на себя, понимая, что не может противиться своему влечению, а свое негодование вымещал на ней?
Морган до сих пор не понимал, что произошло с ним за то время, что он прожил в Блэкмор-Хаусе. Одно несомненно: он действительно любит Лили, и сила этого чувства столь велика, что его нельзя сравнить ни с чем, что ему когда-либо доводилось испытать в своей жизни.
Однако нельзя не признать: несмотря на все что сделал для нее, он не заслуживал ее любви.
Морган нанял кеб, опустился на кожаное сиденье и закрыл лицо руками. Единственное, что ему оставалось, – это рассказать Лили все. Пора покончить с ложью. Необходимо признаться в том, кто он на самом деле и почему оказался в ее доме.
При мысли об этом Морган ощутил внезапную боль, как будто тела коснулось раскаленное добела тавро. Но что еще он мог сделать? Ничего. У него не было выбора. Он должен признаться Лили в обмане, хотя она вряд ли когда-нибудь сможет простить его. Если за все проведенное рядом с этой женщиной время он хоть что-то узнал о ней, так это то, что она всегда говорила правду. Лили Блэкмор оказалась безупречно честным человеком, хотя прежде он думал, что она неисправимая лгунья.
Морган стукнул кулаком по стенке экипажа, с мрачным удовлетворением ощутив боль, пронзившую руку до плеча. Как только он доберется до офиса Уолтера, тут же скажет шефу, что выходит из игры. Им придется поискать другой способ разделаться с Крэндалом. Затем он вернется в Блэкмор-Хаус и во всем признается Лили, не упустив ни малейшей детали. Она заслуживает того, чтобы узнать всю правду. Если же Лили решит посвятить в его тайну Крэндала и подручных этого мерзавца, значит, так тому и быть. Он заслужил даже это и не станет ее удерживать.
Не прошло и получаса, как Морган вошел в здание, находившееся в деловой части города. Он хотел поговорить с Уолтером как можно скорее, пока тот еще не окунулся в беспорядочную суматоху дня.
Приятный запах свежесваренного кофе окутал Моргана, как только он вошел в кабинет шефа. Уолтер сидел за столом и, поджав губы, просматривал какие-то бумаги.
– Уолтер… – еще от самой двери начал Морган.
Шеф тут же поднял голову, на лице его отразилось неподдельное удивление. В следующее мгновение он откинулся на спинку кресла и окинул Моргана изучающим взглядом:
– Доброе утро, незнакомец.
– Да, в последнее время я и сам себя порой не узнаю. Но знаешь, я был ужасно занят…
– Ну еще бы: ведь ремонт того самого дома, как я слышал, отнимал все твое время!
– Ты что, шпионил за мной, Уолтер?
– Шпионил? Нет. Я просто хотел убедиться, что лучший из моих людей не наделал глупостей, не напоролся на нож и не лежит теперь преспокойненько где-нибудь на дне Ист-Ривер. Но чего я никак не ожидал, так это того, что ты окажешься в плену кистей, красок, побелки и тому подобных вещей.
Морган рассмеялся, хотя было заметно, что шутка совсем не позабавила его:
– Только не думай, что я все делал сам. – Его улыбка исчезла. – Я просто пытался помочь.
– Ты любишь ее, не правда ли?
Морган вздохнул. Казалось, для всех, кроме него, это было совершенно очевидно уже давно. Сначала ему сказала об этом Труди Спенсер. Теперь то же повторил Уолтер. Морган пожал плечами. Получается, только он один и был слеп.
– Да ладно, можешь не отвечать. Ответ написан на твоем лице.
– Мои чувства тут ни при чем. Я собираюсь все рассказать Лили. А потом уйду.
– Откуда уйдешь?
– Из Блэкмор-Хауса. – Морган отвел взгляд, внезапно приняв решение. – Я решил уехать из Нью-Йорка. Уолтер, я хочу вернуться домой. Думаю, я просто не смогу довольствоваться случайными встречами с ней.
Уолтер с силой стукнул кулаком по столу и устремил на Моргана разъяренный взгляд:
– Какого черта ты несешь? Ты любишь ее, но собираешься уехать. И что за идиотская причина заставляет тебя так поступить?
– Она все еще думает, что я простой рабочий.
– Ну, так ты не рабочий. И что с того? Разве то, что у тебя больше денег, чем у нее, что-нибудь меняет?
– Дело не в деньгах, Уолтер. На свете едва ли найдется человек, которого деньги волновали бы меньше, чем они волнуют Лили.
– Тогда в чем дело?
– Я обманывал ее.
– О каком обмане может идти речь?! Ты просто выполнял свою работу. И только потому, что того требовало дело, ты выдавал себя за ее работника.
– И как, ты думаешь, я должен объяснить ей это? «Между прочим, я совсем не Морган Элиот и никогда не был рабочим»? Это было бы просто превосходно! Так и представляю, как она умоляет меня остаться: «Конечно, ты лжец, но это пустяки, ведь у тебя столько денег!..»
Уолтер пробормотал проклятие и негодующе затряс головой:
– Черт побери, Морган! Если любишь женщину, борись за нее! Ты собрался рассказать ей все – хорошо, я не против. Но только когда сообщишь ей, кто ты, не забудь упомянуть и о том, почему взялся за эту работу.
– Уолтер…
– Дьявол, не перебивай меня! Ты человек, достойный восхищения, один из лучших людей, кого мне довелось когда-либо встретить. Ты посвятил свою жизнь борьбе за справедливость. И тебе нечего стыдиться. Иди к ней, Морган, и расскажи ей все. И независимо от того, что она тебе ответит, не покидай ее. – Внезапно лицо Уолтера выразило тревогу. Поколебавшись, он добавил: – Возможно, твоя помощь нужна ей прямо сейчас.
– О чем ты?
– Посмотри, – Уолтер протянул Моргану бумагу, которую читал до его прихода.
Морган взял листок и прочел его один раз, потом другой. Затем медленно поднял взгляд на Уолтера.
– Да, – подтвердил Уолтер. – Судья готовит постановление против твоей мисс Блэкмор.
– Откуда ты получил эти сведения?
– Ты сам знаешь, я не могу раскрыть тебе, как добываю информацию. Но разве она когда-либо оказывалась неверной?
Морган попытался осмыслить прочитанное. Судья собирался выступить против Лили. После визита Хартуэла в глубине души Морган понимал, что так и будет. Но он все еще продолжал надеяться на лучшее и молил Бога, чтобы интуиция на этот раз подвела его.
Внезапно Морган ощутил бессильную ярость. Что еще можно предпринять? Как помочь Лили?
Его мозг лихорадочно заработал.
А что, если попытаться найти людей, которые могли бы выступить в суде на стороне Лили? Но с чего начать? Все, с кем ему довелось беседовать о ней, говорили только о ее экстравагантных выходках и безумной жажде жизни. А это никак не доказывало способности Лили стать хорошей матерью.
– Она не заслужила всего того, что ей приходится переносить! – громко сказал Морган. – Только бы Лили смогла убедить судью и всех своих недоброжелателей в том, что любит детей и уже стала им настоящей матерью! – Морган покачал головой и улыбнулся: – Представь себе – она действительно научилась вести домашнее хозяйство.
Уолтер откашлялся:
– Мы оба понимаем, что ее умение готовить и убирать не будет играть на суде решающей роли.
– А что же, по-твоему, важнее?
– Мой информатор сообщил, что судебная машина закрутилась едва ли не сразу после того, как в газете появилась статья о Пурпурной Лили.
Морган смущенно посмотрел на Уолтера:
– О какой статье ты говоришь?
– О той самой, – последовал незамедлительный ответ. – «Пурпурная Лили заставляет город покраснеть». Люди были предельно возмущены ею. И теперь, как ты догадываешься, ни один судья, если, конечно, он находится в здравом рассудке, не оставит детей под опекой женщины, о которой говорилось в этой статье.
Морган тихо произнес проклятие.
– Да, совершенно очевидно, что ни один судья не примет сторону женщины, претендующей на то, чтобы стать матерью, если она была героиней скандальной статьи на первой полосе ведущей городской газеты.
– Дьявол! – Морган отвернулся. Если все дело было именно в этом, то как он мог помочь ей?
– Возможно, я могу быть чем-нибудь тебе полезен? Вопрос Уолтера остался без ответа. Оба знали, что он, как, впрочем, и любой другой человек, ничего не может сделать, чтобы спасти Лили.
– Спасибо, – бросил Морган и, сунув руки в карманы, вышел из кабинета.
Покинув здание, он полностью погрузился в свои мысли. Мозг лихорадочно работал, и он перестал замечать проносившиеся мимо экипажи и конки, которые грозили раздавить его в любую минуту. Что же делать?
Так и не решив, что предпринять, Морган добрался до Пятьдесят девятой улицы. Его больше не беспокоило, что кто-то может увидеть, как он входит в Блэкмор-Хаус. Теперь это не важно, ведь сейчас он сам обо всем расскажет Лили. А потом сообщит о планах судьи и о том, как думает ей помочь.
Войдя в дом через парадный вход, Морган сразу понял: что-то случилось! Дети сгрудились в холле, по щекам у них текли слезы.
– Что произошло? – спросил Морган.
– Приходил посыльный. Судья принял решение и вызвал Лили в зал суда. – Роберт схватился за голову. – Она не позволила нам пойти с ней. Я уверен, она подумала о худшем. Я знаю, что это так. Иначе почему она не взяла нас с собой?
Морган застыл. Время вышло. У него больше нет возможности размышлять и строить планы, думать о дальнейшей борьбе. Судья об этом позаботился.
В какое-то мгновение Морган вспомнил о найденной папке с набросками. Он бросился наверх и быстро отыскал их. Вот оно – доказательство чистоты и непорочности Лили! Но Лили была непреклонна: она не желала делать их находку достоянием гласности. Как он мог пойти против ее воли?
Внезапно Моргана осенило: есть и другой путь!
Через несколько секунд он вернулся в холл без заветной папки.
– Дети, собирайтесь! Мы идем в суд.
Они добрались до здания суда за рекордно короткое время. Морган будто летел по улице; дети, быстро семеня следом, не отставали от него ни на шаг. На лице Моргана застыла мрачная решимость. Как только он принял решение, его перестали мучить сомнения. Он поступит так, и только так! Даже если из-за этого его собственная жизнь окажется под угрозой.
Самое важное для него сейчас – помочь Лили.
Когда Морган и дети вошли в зал суда, их никто не заметил, поскольку внимание присутствующих захватило выступление судьи. Судья в своем высоком кресле, с очками на носу выглядел очень внушительно. Перед ним, внизу, напряженная, как натянутая струна, стояла Лили. Молодая женщина молча слушала его речь.
Морган прислонился к стене и тоже обратился в слух.
– …несмотря на указанный пункт завещания и несмотря на ваши заявления о том, что вы любите своих племянниц и племянника, мисс Блэкмор, – произносил нараспев судья, – суд считает, что в целях наилучшего обеспечения интересов детей следует передать их под опеку мистера и миссис Вестфорд.
После оглашения решения суда по залу пронесся гул, зрители закивали в знак согласия. Моргана охватила ярость, когда он увидел довольные лица зевак и поникшие от горя плечи Лили. Значит, все-таки поражение. Грудь Моргана сжалась от боли. Решающий момент наступил.
– Вы совершаете ошибку! – Громкий возглас Моргана заглушил шум людских голосов.
На какое-то мгновение зрители, пораженные услышанным, замолчали. Затем зал снова загудел, как растревоженный улей, и все, кто в нем находился, с удивлением повернулись к Моргану. Он увидел Эдит Мэйхью и Уинифред Хедли. Морган готов был поклясться, что обе эти женщины имели самое непосредственное отношение к решению, которое только что огласил судья.
Морган спокойно выдержал обвиняющие взгляды толпы и прошел вперед.
– Что вы сказали? – потребовал объяснений судья, и его темные глаза сузились от гнева.
– Я сказал, что вы ошиблись насчет Лили Блэкмор. И при вынесении решения по ее делу вы допустили несправедливость. – За спиной Моргана раздались возмущенные крики, но он продолжил: – Поводом к этому судебному разбирательству послужила статья – газетная статья, в которой нет ни слова правды.
– Но почему вы считаете, что имеете право заявлять подобное? – с раздражением спросил судья.
Морган отвел взгляд от судьи и посмотрел на Лили. Как мучительно больно было отвечать на этот вопрос! Ведь ответом он должен разрушить свое будущее, в то время как больше всего ему хотелось бы уничтожить прошлое и начать жизнь сначала. Но Морган никогда не уходил от ответственности за свои поступки. Не собирался делать этого и сейчас.
– Потому что я сам написал ее.
Взглянув на Лили, Морган подумал, что до самой смерти не забудет, какие чувства вызвало у нее его признание. Сначала на ее лице появилось недоумение, словно она подумала, что ослышалась. Потом в ее глазах отразилось нечто похожее на озарение, будто наконец частички головоломки, над которой она долго и безуспешно билась, чудесным образом обрели свои места. Затем появилась боль. Мучительная, безысходная боль! И глаза ее медленно погасли.
Внезапно Морган вспомнил, как она сказала, что все рано или поздно предают ее. Тогда он возразил ей, желая убедить, что уж он-то совсем другой. И вот теперь подтвердил ее правоту.
Лили отошла от барьера и ухватилась за спинку стула. Однако она не стала садиться, а так и осталась стоять – непреклонная и решительная. Морган был уверен, что сейчас она говорит себе, что способна выдержать и это. Что не может позволить себе быть слабой. Что ей и дальше предстоит жить, полагаясь только на себя.
Как бы ему хотелось броситься к ней, заключить в объятия и умолять о прощении! Но он понимал, что не может рассчитывать на снисхождение Лили и даже не вправе просить ее об этом.
Потому что он не заслуживал прощения.
– Я к вам обращаюсь, сэр. – Голос судьи заставил Моргана отвлечься от мрачных мыслей. – Я хочу знать, о чем вы, черт возьми, говорите?
– Я репортер из «Нью-Йорк таймс», сэр, и занимаюсь журналистскими расследованиями. Под видом ремонтного рабочего я проник в дом мисс Блэкмор для того, чтобы… узнать правду о некоторых ее знакомых… о тех, кого она считает своими друзьями.
– «Нью-Йорк таймс», вы сказали? – переспросил судья.
– Да, сэр.
– Так, значит, вы тот самый человек, который выдвинул обвинение против Боути Скотти?
Лицо Моргана выразило удивление:
– Да, сэр.
– Ну, тогда ты – чертовски хороший журналист, сынок.
– Спасибо, но…
– Никаких «но»! Всем известна ваша честность и неподкупность. Вы всегда говорите правду. А теперь получается: вы пришли сюда, чтобы заявить мне о моей ошибке? – гневно спросил Хартуэл.
– Да, сэр, так и есть. Но ошиблись не только вы. Я сам переступил порог Блэкмор-Хауса с готовыми обвинениями. И долгое время пренебрегал всем, что шло вразрез с моими первоначальными представлениями о Лили Блэкмор.
– О Боже, в это просто невозможно поверить! Более странного заявления мне не приходилось слышать за всю мою жизнь. Почему вы решили сделать его?
– Потому что я люблю эту женщину. Я полюбил ее с того самого мгновения, как впервые увидел. Но я был слишком горд, чтобы признать это сразу. Я был в курсе всего, что о ней говорили. И как же я – известный всем поборник справедливости и нравственности, – в голосе Моргана отчетливо прозвучали насмешка и ирония, – мог полюбить женщину с погубленной репутацией? – Он с отчаянием покачал головой. – Я думал, что Лили Блэкмор ведет беспутную, легкомысленную жизнь, что норм морали и нравственности для нее не существует. – Морган закрыл глаза, и черты его будто высеченного из мрамора лица исказила боль. – Но теперь я понимаю, что ошибался. Лили Блэкмор оказалась совершенно другим человеком, она не могла вести такую жизнь, поскольку эти самые нормы и правила, как путы, связывали ее по рукам и ногам и она не представляла, как от них освободиться. – Он обвел взглядом толпу. – Эдит Мэйхью, Уинифред Хедли и их многочисленные друзья и подруги постарались настроить судью против Лили Блэкмор, даже не потрудившись как следует узнать ее.
Эдит и Уинифред открыли рты от возмущения, а их лица залились краской, когда все присутствовавшие в зале удивленно повернулись к ним. Однако стоило Моргану продолжить, как всеобщее внимание опять переключилось на него.
– Теперь я отдаю себе отчет в том, что долго не хотел признавать правду. Я был так же слеп, как и общество, которое не желало видеть то, что лежало на поверхности. Но, встречаясь с Лили Блэкмор каждый день, постоянно наблюдая за тем, как она общается с детьми, я был вынужден признать очевидное: она добра и высоконравственна. Она заботлива и честна. – Морган посмотрел на судью: – Общество раскрасило Лили Блэкмор пурпурной краской, в то время как ее настоящий цвет – это белоснежный цвет непорочной лилии. Неожиданно вперед выступил Роберт:
– Мистер Элиот прав, сэр. Наша тетя Лили – совсем не плохая женщина. Она ведет себя достойно и порядочно. Лучше, чем все, кто ее окружает.
– И она любит нас, – добавила Пенелопа, – а мы любим ее.
– Мы не хотим другой мамы, – смущенно произнесла Кэсси, но при этом слегка притопнула ножкой. – Нам нужна только тетя Лили!
Казалось, судья был поражен не менее, чем все, кто находился в зале суда. Через мгновение, однако, растерявшийся было Атикус Вестфорд бросился в атаку:
– Это какой-то абсурд! Вы не можете принять во внимание заявление этого… этого… представителя желтой прессы, – воскликнул он язвительно, – или слова неразумных детей! Разве сами они знают, что для них лучше?!
Судья устремил грозный взгляд на Атикуса:
– Я полагаю, мистер Вестфорд, что дети в гораздо большей степени осознают, что для них предпочтительнее, чем вы себе представляете. Как будущему отцу вам следовало бы это знать! – С этими словами судья с шумом опустил молоток. – В судебном заседании объявляется перерыв. Мне необходимо проанализировать новые важные факты, которые только что стали известны. Мистер Элиот, пожалуйста, пройдите в мой кабинет.
– Прошу всех встать! – прозвучали слова судебного клерка, как только судья поднялся со своего места и направился к выходу из зала.
Морган не собирался идти за Хартуэлом, во всяком случае прямо сейчас. Он хотел подойти к Лили, чтобы попытаться поговорить с ней. Молодая женщина по-прежнему стояла не шевелясь. Ее рука все так же судорожно сжимала спинку стула. Взглянув на Лили, Морган почувствовал, что его сердце разрывается от безысходной боли. Он устремился к ней.
– Мистер Элиот!
Морган повернулся – рядом с ним стоял клерк.
– Следуйте за мной, пожалуйста.
Морган заколебался. Внезапно нечто довольно странное привлекло его внимание: краем глаза он увидел мужчину, который, надвинув черную шляпу на самые глаза, быстро выскользнул из зала через служебный вход. Моргану показалось, что он уже где-то видел этого человека.
– Мистер Элиот, – повторил клерк, – судья ждет вас!
Проговорив с судьей более часа, Морган направился к выходу через опустевший зал суда. Дети останутся с Лили.
Узнав об этом, Морган испытал удивительное облегчение. Однако оно быстро сменилось в его душе чувством безнадежного отчаяния.
Выйдя из здания суда, во второй раз за этот день он прошел по Пятьдесят девятой улице к главному входу в Блэкмор-Хаус. Миновав ворота, он не стал заходить в дом, а, обойдя его, сразу направился к своему флигелю. Ему незачем было появляться в доме. Он уже рассказал Лили правду, теперь ей было известно о его величайшей ошибке. И он видел выражение ее глаз – в них была опустошенность.
Значит, ему оставалось только одно – собрать свои вещи.
В любой другой день, еще находясь на крыльце своего жилища, Морган непременно заметил бы присутствие посторонних. Но как раз этот день не был «другим». Сегодня Морган был полностью погружен в раздумья о Лили и поэтому, войдя во флигель, оказался абсолютно не подготовленным к страшному удару по голове, который сразу же обрушился на него.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Пурпурные кружева - Ли Линда Фрэнсис



Очень интересный и трогательный роман!
Пурпурные кружева - Ли Линда ФрэнсисАнна
16.11.2012, 10.33





Неплохой роман, один раз прочитать можно, но лучше прочтите"Голубой вальс" и "Во власти любви". Все романы этого автора хороши и интересны, но эти два романа выше всяческих похвал. На мой взгляд это лучшие книги этого автора(из исторических) просто БЕСПОДОБНО!
Пурпурные кружева - Ли Линда ФрэнсисЛюдмила Кл.
26.11.2012, 12.16





Для меня этот роман на 8)
Пурпурные кружева - Ли Линда ФрэнсисАлла
27.12.2012, 23.18





из всех исторических романов этого автора этот самый худший еле дочитала .гг-не иногда очень хотелось стукнуть чем нибудь тяжелым.5 с натяжкой
Пурпурные кружева - Ли Линда Фрэнсисnadya110587
4.11.2013, 21.33





Скучный роман, но есть смешные фразы типа : ".... Каким огромным было копье его страсти.... "
Пурпурные кружева - Ли Линда ФрэнсисLutik
20.10.2014, 11.51





Скучновато.
Пурпурные кружева - Ли Линда ФрэнсисКэт
22.10.2014, 19.18





трудновато читался роман. Сюжет не впечатлил.ставлю 5 баллов
Пурпурные кружева - Ли Линда ФрэнсисЛилия
30.03.2015, 14.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100