Читать онлайн Дьявол в Лиге избранных, автора - Ли Линда Фрэнсис, Раздел - Глава восемнадцатая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дьявол в Лиге избранных - Ли Линда Фрэнсис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.74 (Голосов: 27)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дьявол в Лиге избранных - Ли Линда Фрэнсис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дьявол в Лиге избранных - Ли Линда Фрэнсис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Ли Линда Фрэнсис

Дьявол в Лиге избранных

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава восемнадцатая

Вернувшись домой, я испытывала странное чувство – мне хотелось позаимствовать у Уиннифред Опал немного безумия. Да, я, мисс Мелодрама. Это кажется невероятным, но дела обстоят именно так. Похоже, все вокруг меня меняется с бешеной скоростью, и я ничего не могу с этим сделать. Как такое возможно? В моей жизни все пошло вкривь и вкось. До недавнего времени я и не подозревала, что так бывает, и уж тем более никогда с подобным не сталкивалась. Такое ощущение, будто меня выкинули из лодки на середине озера, не научив предварительно плавать.
Разумеется, Фреди Уайер ни в коем случае не собирается тонуть, можете быть уверены. Если кто-то и может выплыть на берег после такого кораблекрушения, так это я. Но пока что все это барахтанье очень утомляет.
Мне было и без того тошно, а тут еще позвонила мама. Я слишком устала, чтобы говорить по-французски:
– Здравствуй мама.
– Что случилось?
– Почему каждый раз, как ты звонишь, тебе кажется, что что-то случилось?
– Слышу это по твоему голосу. Хотя зачем я спрашиваю, я и так уже все знаю.
Ну и ладно. Конечно, нельзя было рассчитывать, что никто так и не узнает о моем пропавшем муже. Я даже почувствовала некоторое облегчение. Наконец-то мне больше не надо будет бороться с потоком в одиночку. Однако на самом деле я представить себе не могла, каким образом моя тайна раскрылась – ведь я такие усилия прилагала, чтобы сохранить ее.
– Сегодня утром мне звонила Люсиль Сэнджер. Она сказала, что, несмотря на мои предостережения, ты все еще пытаешься провести Никки Бишоп в Лигу.
Исполнение приговора откладывалось.
– Теперь ее зовут Никки Граут.
– Как будто я этого не знаю! Вышла замуж за этого отвратительного Говарда Граута. Это просто недопустимо, что он и ему подобные живут теперь в «Ивах».
– Послушай, мама...
– Не вздумай его защищать! Ты что, забыла, как твой собственный муж боролся, чтобы не допустить его в «Ивы»? Что с тобой происходит, Фредерика? Умоляю тебя, скажи, что Люсиль ошибается и ты на самом деле не пытаешься протащить Никки в наши ряды. Ты прекрасно знаешь, что она человек не того сорта.
– Мама, прекрати, хватит. – Я грубо оборвала ее, и это удивило нас обеих.
На другом конце провода установилось молчание, и несмотря на пять миль, разделявшие нас с матерью, ее напряжение чувствовалось так, будто она стояла рядом.
– Мама, прости. Но ты в самом деле относишься к Никки предвзято.
– Так, значит, это правда, что ты идешь на обед к Граутам во вторник вечером?
– Откуда ты знаешь о приеме?
– Альберта Бентли сказала.
– Она пойдет?
Моя мать пренебрежительно хмыкнула.
– Если Альберта идет, почему мне нельзя?
– Мы обе знаем, что муж Альберты – политик, и у него нет другого выбора, кроме как посещать подобные мероприятия ради получения новых взносов.
Взносов. Не денег.
– Что ж, я тоже иду. – Вот так просто. – Я пообещала, что буду там, мама.
Она повесила трубку.
Сколько себя помню, моей жизнью управляло стремление моей матери соответствовать стандартам Лиги избранных. Я никогда не придавала большого значения тому, что до тринадцати лет я виделась с семьей отца за обедом каждое воскресенье, а бабушку и дедушку со стороны матери видела только однажды.
Это случилось, когда мне было восемь лет. Я спустилась в холл и обнаружила там бедно одетую пару.
Женщина осталась стоять, гордо выпрямившись, а у мужчины при моем появлении на глаза набежали слезы.
– А ты, должно быть, маленькая Фредерика? – сказал он.
– Да. А вы кто?
Я не могла даже предположить, кто они, так как прислуга всегда приходила с черного хода, а гости – через парадную дверь, но эти двое были одеты не как гости.
– Я твой дедушка.
– Дедушка? – Так в семье Хилдебранд никто никого не называл.
– Это твой дед, – сказала женщина.
Я знала, что это не могло быть правдой.
– Вы не мой дед. – Дед Хилдебранд жил в городе, и каждое воскресенье перед обедом я сидела у него в кабинете, и он рассказывал мне обо всех поколениях великих Хилдебрандов, которые жили до меня.
– Я папа твоей мамы.
Вот это новость. У моей мамы был отец?
Нелепо, я знаю. Но моя мама не была похожа на человека, у которого есть родственники. Мне казалось, что она вполне могла появиться на свет без помощи двух родителей из плоти и крови. Как Афина, вышедшая из головы Зевса, уже взрослая, одетая в свои доспехи из жемчуга и элегантного шелка. Этот мужчина ничем не напоминал Зевса. Дед Хилдебранд и мой собственный папочка были похожи на Зевса.
Пару минут спустя вслед за мной появилась Кика, уже тогда такая же дородная и казавшаяся мне очень старой, хотя ей вряд ли было больше лет, чем мне сейчас.
– Сеньоры Уайер нет дома, – сказала она.
– То есть как это? – удивилась я.
Кика строго посмотрела на меня (одна из немногих вещей, которые могли меня успокоить – по крайней мере тогда), а потом настойчиво повторила, что моей матери нет дома.
Казалось, женщина не была удивлена, но у мужчины, претендующего на роль моего дедушки, в глазах прибавилось слез. Он был плакса, и я чуть было не сказала, что ему повезло, что мамы нет дома, так как слез она не любит. Но даже тогда я сознавала, что так говорить не следует, хотя это ему помогло бы, если он хотел поладить с моей матерью.
Они ушли, и я никогда их больше не видела.
Лишь много лет спустя я поняла, что это действительно были родители моей матери, и она не хотела их видеть. Когда я наконец догадалась об этом, я решила, что они плохо с ней обращались, но оказалось, что все иначе. Открыла мне глаза тетя Корделия, сестра моего отца, которая славилась своей несдержанностью. Она рассказала, что моя мать стыдилась своей семьи. Когда я об этом услышала, мне впервые стало стыдно за мать.
– Понятное дело, – добавила тетя, – что как бы Блайт ни изменилась, она родилась по ту сторону железнодорожных путей, и можно понять ее желание сохранить это в тайне, но отворачиваться от своей семьи...
Она больше ни слова об этом не сказала, но было предельно ясно, что моя мать поступила в высшей степени нехорошо.
Я часто задаюсь вопросом: если моя мать так легко выкинула собственных родителей из своей жизни, как она может настаивать на том, чтобы занимать так много места в моей?
В течение нескольких следующих дней, оставшихся до приема у Граутов, я помогала Никки освоить все от приветствий (в которых она все время ошибалась) до прохода по лестнице (что я в итоге запретила ей делать, опасаясь, как бы она не сломала себе шею перед знатными жителями Уиллоу-Крика), а потом перешла к экзамену по всему, чему я попыталась ее научить.
Пользуясь схемами и таблицами, мы повторили расстановку столовых приборов и размещение гостей согласно этикету, варианты меню и темы для беседы. Если бы я была директором школы, ее бы оставили на второй год.
К несчастью, приглашения уже были разосланы, и указанная в них дата неумолимо надвигалась на нас. С одной стороны, я мечтала о том, чтобы у меня вдруг возникли неотложные дела в Далласе, а с другой – тщательно продумывала наряд. Мой переставший вдруг быть геем художник ответил на приглашение согласием.
Как мне не стыдно.
Я вполне невинно разузнала о Сойере, когда Никки рассказывала мне о будущих гостях. Мы работали над рассадкой гостей, и угадайте, с кем рядом было решено посадить художника? Со мной! Не то чтоб у меня было намерение пофлиртовать. Я не флиртую, во всяком случае с мужчинами, которые предпочитают женщин. Не будем также забывать, что я все еще замужем. Но факты таковы: мой муж неизвестно где тратит мои деньги, будто он арабский шейх и у него на заднем дворе бьет нефтяной фонтан.
День приема начался с ослепительно голубого неба. Было тепло, но не жарко – идеальная погода для вечеринки.
Я с особой тщательностью оделась – блузка из белой воздушной органзы с высоким воротником и жемчужными пуговицами поверх скромной и совершенно пристойной комбинации, заправленная в черную шелковую юбку до щиколоток. Я надела черные сатиновые лодочки с маленькими алмазными пряжками. Волосы я собрала в элегантный французский узел.
Придя за полчаса до начала во дворец Граутов, я застала его обитателей в панике. Всегда невозмутимый Говард был взвинчен, его румяное лицо просто пылало.
– Она сошла с ума, точно тебе говорю. Тронулась.
– Что случилось?
– Она раскидала одежду по всей комнате, перемерила все, что есть во всем Техасе...
– Но мы же купили ей одежду для сегодняшнего вечера.
– Вот и скажи ей это. Она кричит, что не выйдет к людям в этих старомодных тряпках.
Совмещение образов акулы юриста и ранимого мужа привело меня в замешательство. Только это могло послужить причиной того, что я, сама того не ожидая, задала вопрос, который крутился у меня в голове:
– Объясни мне, почему ты хочешь, чтобы Никки взяли в Лигу, если ты не очень-то жалуешь светских женщин и уж точно плевать хотел на пристойное поведение?
Секунду он смотрел на меня.
– Просто потому, – растерянно проворчал он.
– Так почему же? – нетерпеливо спросила я. Он взвыл:
– Будь все проклято! Да потому, что я пообещал себе, когда женился, что дам ей все, чего у нее никогда не было. Большой дом. Много одежды. Дорогие украшения.
– Ты сделал это.
– Да, я знаю. – Он замялся и с тоской поднял глаза к потолку. – Но я не смог дать ей друзей.
Да уж, это точно был не тот ответ, которого я ожидала.
– Ты думаешь, их тоже можно купить? – недоверчиво спросила я.
Ему это не понравилось, но он не сдавался:
– Я хочу, чтобы Никки вписалась в общество. Но ей всегда кажется, что она недостаточно хороша. И я схожу с ума, потому что это неправда! Она самый чудный человек, которого мне доводилось видеть. Черт возьми, она моя жена, не так ли?
Пару секунд он улыбался и кивал головой, но потом снова собрался с мыслями. К этому моменту его ранимость исчезла, и на смену ей пришла решимость.
– Я знаю, что если только ей удастся попасть в ваше дурацкое общество светских дам, они мгновенно влюбятся в нее. Они будут в очередь выстраиваться, чтобы подружиться с ней. Возможно, это ей наконец докажет, что она не хуже других. И если единственный способ заставить людей встретиться с ней – это заключить с тобой сделку, чтобы ты провела ее в Лигу, пусть так и будет.
Я отшатнулась. Одновременно я почувствовала:
а) обиду за то, что меня и моих подруг назвали «дурацким обществом светских дам»;
б) досаду оттого, что соглашение, которое я с ним заключила, выглядит так... грубо, если называть все своими именами;
в) неожиданное волнение при мысли о том, на что он готов пойти, чтобы сделать свою жену счастливой.
Не будучи в восторге ни от одного из этих чувств, я подобрала подол юбки и побежала (слишком быстро) по лестнице в спальню Никки.
Я обнаружила ее стоящей посреди моря тафты, разных леопардовых тряпок, перьев и бог знает чего еще. Среди этого яркого барахла не было ни единой «сдержанной» вещи.
– Никки, что случилось?
Она обернулась ко мне. Макияж ее поплыл.
– Они возненавидят меня, так же как Кэнди и Мисти, Оливия и все остальные!
Думаю, именно в этот момент я и поняла, что мне не все равно. Я не позволяла этой мысли просочиться сквозь мою обычную сдержанность, потому что на самом деле не хотела испытывать по отношению к ней ничего помимо чувства долга. Но это случилось. Она выглядела такой обиженной и испуганной – такой, как во время школьного ленча, когда я не стала ее защищать.
Я подошла и взяла ее за руки:
– Они полюбят тебя.
– Тебе легко говорить...
– Да, но теперь ты знаешь, что надо делать, чтобы вписаться в их компанию. Теперь ты знаешь.
– Как ты можешь так говорить? Я не усвоила ничего из того, чему ты пыталась меня научить.
– Но все это осталось здесь, – я указала на ее лоб, – в твоей голове. – Из коробки с бумажными платками, которую горничная держала наготове, я вытащила сразу три и вложила их в руку Никки. – Ты справишься. Перестань волноваться о том, что подумают или скажут люди. Думай о том, чего ты пытаешься достичь. Ты хочешь войти в Лигу избранных. Стать членом светского общества. Вписаться. Ты можешь сделать это. Ты можешь быть кем угодно – просто прекрати копаться в себе.
Она долго и сурово на меня смотрела – не было больше взбалмошной Никки и ее сияющей улыбки.
– По-твоему, я все это время копалась в себе?
Знаю, знаю, я очень прямолинейна.
– Давай скажем так: ты все усложняешь. Перестань размышлять, Никки. Все, что тебе нужно, у тебя есть. Надевай то, что мы выбрали. И помни: платье – лишь фон для леди. Главным является она сама.
Видно было, что она все еще не знает, чему верить:
– Ты можешь сделать это, Никки, если действительно хочешь. И если ты не доверяешь моим советам, если ты чувствуешь, что тебе легче будет сделать все по-своему, поступай как знаешь. Это твой выбор.
Я оставила ее одну и спустилась вниз к Говарду.
Прием был назначен на семь. В шесть пятьдесят восемь Говард запаниковал. В шесть пятьдесят девять он попытался громко позвать Никки. Когда пришли первые гости, Никки так и не появилась.
Говард один приветствовал прибывших с натянутой улыбкой. Он никого не похлопал по спине, хотя я была уверена, что в обычной ситуации он бы это сделал. Мне даже пришла в голову мысль, что отсутствие Никки благотворно на него влияет.
На обед были приглашены двадцать человек, включая меня. К семи пятнадцати пришли все, кроме Сойера Джексона... и Никки.
Я стояла в стороне и наблюдала за удивлением на лицах людей, видевших меня. Но мне было все равно. Даже я стала с нетерпением ждать появления гвоздя программы. Хотя я не знала точно, кого больше хочу увидеть, Никки или моего художника.
Мне так и не удалось это выяснить, потому что на верхней лестничной площадке появилась Никки, и все взгляды обратились к ней. У меня голова пошла кругом, как сказали бы в мелодраме.
– Боже милостивый, – было последнее, что я услышала, прежде чем Никки пошла вниз по ступеням.
Неужели эти слова произнесла я?




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Дьявол в Лиге избранных - Ли Линда Фрэнсис



Можно почитать.интересно.но роман не про любовь((так что 9
Дьявол в Лиге избранных - Ли Линда ФрэнсисМила
23.11.2012, 14.34





НЕИНТЕРЕСНЫЙ УЖАСНО НУДНЫЙ РОМАН НА 1 БАЛЛ ПОТЯНЕТ
Дьявол в Лиге избранных - Ли Линда ФрэнсисОКСАНА
17.07.2013, 21.47





С удовольствием порекомендую прочитать "Дьявола..." своим 17-летней дочери и 27-летней племяннице, причем, по совершенно разным причинам. С юмором представлены полный крах и возрождение сильной,незаурядной женщины. Вот только окончание романа - так хотеть ребенка и отложить на полку до лучших времен любимого мужчину ради фата моргана NY...
Дьявол в Лиге избранных - Ли Линда ФрэнсисЮнна
14.12.2013, 1.40





Конец "нелюбовнороманный", много рассказов о кашемировых кофточках, но сюжет возмездия подлому мужу великолепен
Дьявол в Лиге избранных - Ли Линда ФрэнсисЕлена
2.01.2014, 22.54





Не понравилось, 5/10. Ооооооочень много не нужных подробностей, 20 глав из 33 можно смело выкинуть...
Дьявол в Лиге избранных - Ли Линда ФрэнсисЕлена
28.02.2015, 18.37





пыталась читать романы данного автора... так ни один и не смогла прочесть... может они и хорошие, но для меня очень и очень длинные...скучно....
Дьявол в Лиге избранных - Ли Линда Фрэнсисфлора
1.11.2016, 14.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100