Читать онлайн Белая тигрица, автора - Ли Джейд, Раздел - ГЛАВА 16 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Белая тигрица - Ли Джейд бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.65 (Голосов: 40)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Белая тигрица - Ли Джейд - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Белая тигрица - Ли Джейд - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Ли Джейд

Белая тигрица

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 16

Когда статуя закончена, Поздно менять ей положение рук.
Лишь первозданный камень таит в себе много возможностей.
Тэнъ Минъ-Тао
Лидия заморгала. Она, должно быть, ослышалась? Эта женщина, высокомерная и злая, не могла быть женой Ру Шаня. Лидия была его женой. Она хорошо помнила, как их обвенчали в церкви. Она была законной женой Ру Шаня. Это означало, что у него не могло быть другой жены. Это невозможно! Кроме того, это совершенно незаконно.
– Прошу прощения, – сказала Лидия, ненавидя себя за то, что ее голос превратился в дрожащий шепот. Чтобы взять себя в руки, она перешла на английский язык: – Прошу прощения, любовь моя, но я, наверное, неправильно поняла. Кто такая эта женщина? Это твоя сестра?
Ру Шань повернулся, сбитый с толку переменой в ее голосе, но послушно перешел на английский язык. Ну что ж, сейчас все разъяснится и она поймет свою ошибку.
– Моя сестра и ее муж не примут сегодня участия в церемонии. – Он, казалось, сердился из-за этого, но Лидию интересовало другое. Ее внимание сосредоточилось на конкретно произнесенных словах:
– Это Тай Мэй, моя первая жена. И наш сын, Сунь Ран.
Все, что Лидия могла сделать, – это закрыть глаза. Она с отвращением чувствовала, как слезы проступают через ресницы.
– Значит, ты разведен? – прошептала она.
– Разведен? Я не понимаю, что означает это английское слово. Лидия открыла глаза и посмотрела на человека, которого полюбила, надеясь найти ответ в выражении его лица.
– Развод, – четко произнесла Лидия, – означает, что ты был когда-то на ней женат, а теперь вы не связаны друг с другом. Муж и жена живут отдельно и могут вступить в брак с кем-то еще.
Ру Шань отпрянул, словно его ударили.
– Как можно быть чьим-то мужем, а потом перестать им быть? Только варвары способны на это.
Она вся сжалась, от гнева ее плечи затряслись.
– Это случается очень редко, – отрезала Лидия, – но так бывает. Скажи, эта женщина твоя бывшая жена или нет?
– Конечно, нет, – ответил он таким же резким тоном. – Мы, китайцы, вступаем в брак на всю жизнь. Мы не бросаем женщин, словно это игрушки!
Лидия кивнула, сама не понимая, зачем она это сделала. В этот момент она была готова наброситься на Ру Шаня и выцарапать ему глаза. Но ей нельзя было полагаться на свои эмоции, потому что все могло оказаться простым недоразумением. Поэтому Лидия попыталась снова:
– Если эта женщина твоя жена, Ру Шань, тогда кто для тебя я? Он пристально смотрел на нее, его лицо постепенно светлело.
– Ты моя вторая жена, Лидия. Первая жена, которую я сам выбрал.
– Я твоя вторая жена? Ру Шань кивнул.
– Конечно.
– У нас в Англии не бывает вторых жен, Ру Шань. У нас есть только первые жены.
Он улыбнулся ей, но выражение его лица стало неуверенным.
– А, – сказал он, – теперь я понял. – Разумеется, Ру Шань ничего не понял, потому что начал говорить совершенно не то, что ожидала услышать от него Лидия: – Я принадлежу к состоятельной семье, Лидия. Наш род очень знатный. Конечно, у меня есть первая жена. Нас поженили, когда мне было восемь лет. – Он улыбнулся и потрепал сына по голове. – Раньше меня заставляли взять себе еще жену, но я сопротивлялся. Лидия, ты для меня первая жена, которую я сам выбрал.
Она не знала, что и ответить. Как можно было о чем-то спорить на глазах другой женщины? Жены своего мужа, о существовании которой Лидия и подозревать не могла?
– В англии у мужчины не может быть двух жен, – повторила она.
– А там это и не требуется. Англичане выбрасывают своих жен, используя этот ваш развод, а затем находят себе других.
Лидия покачала головой.
– Это не так.
– Но ты же только что сама сказала, что...
– Это бывает очень редко. – Лидия бросила на него надменный взгляд и усмехнулась. – У нас никогда, никогда не бывает так, чтобы муж имел одновременно двух жен! – Она не хотела кричать, но в ее голосе зазвучали истерические нотки. Ру Шань с изумлением наблюдал за ней. Его родственники, похоже, пребывали в таком же недоумении, как и он.
– Но, Лидия, ты теперь в Китае, – сказал Ру Шань, не предполагая, что своим спокойным тоном он лишь подлил масла в огонь. – В Китае, – продолжал он, – состоятельный человек по традиции имеет нескольких жен.
Лидия гордо выпрямилась во весь рост, стоя в своих дурацких туфлях.
– Только не мой муж, Ру Шань. Он нахмурился.
– Лидия, – сказал он угрожающим тоном, – не позорь меня перед моими родными.
– Не позорить тебя? – ее голос звучал издевательски. – А тебе не приходило в голову, что для меня будет позором знакомство с женой моего мужа?
Ру Шань беспомощно поднял руки.
– Но я же говорил тебе, что я состоятельный человек. Почему ты не догадалась, что у меня может быть еще одна жена? Ты ведь умная женщина!
– Я англичанка, – возразила она. – Как ты мог подумать, что я выйду замуж за человека, который уже женат?
Лидия дрожала от гнева. Прекрасная чаша, которую она держала в руках, упала на пол и разлетелась вдребезги у ног Ру Шаня. Затем она поднесла руки к волосам, вытащила шпильки из слоновой кости и швырнула их на пол. Ру Шань, потрясенный, смотрел на нее и не верил собственным глазам. Стоявшая позади него бабушка начала смеяться – это было холодное хихиканье, которое становилось все громче и язвительнее. Лидия, казалось, ничего вокруг себя не замечала. Она развязывала шнурки, сбрасывала с ног ненавистные туфли, вкладывая в свои действия столько ярости, сколько могла. Если бы у нее под рукой была какая-нибудь другая одежда, она разорвала бы и сбросила с себя это свадебное платье. Она удовольствовалась тем, что стерла рукавом краску с лица. Ужасно было поступать так с прекрасным шелком, но размазанная по ткани белая, черная и красная краски немного погасили ее гнев.
Бабушка Ру Шаня продолжала хихикать, теперь к ней присоединилась и первая жена Ру Шаня. Его отец тоже стал хохотать. Ру Шань покраснел как рак, и его лицо стало почти такого же цвета, как одно из пятен на ее платье.
Лишь один мальчик, казалось, ничуть не был встревожен этой сценой. Скорее всего, ребенок просто наблюдал за происходящим. В голове Лидии даже промелькнула мысль о том, понимал ли он что-либо из того, что здесь случилось. Может, понимал, и даже больше, чем она сама, подумала Лидия с истерическим смехом.
Семья Ру Шаня продолжала дружно смеяться, их смех гулко отражался от стен комнаты.
– Боже мой, какая же я дура, – горько сказала Лидия. – Любовь! Свадьба! Дети! Ведь я же знала, что ты китаец...
– Да, я китаец, – начал Ру Щань, но она не дала ему продолжить. Она высказывала все, что накипело у нее на душе, не заботясь о том, что в некоторых вещах ей не приходилось сознаваться даже себе самой.
– Я любила тебя, Ру Шань, – казалось, что она не говорила, а выплевывала эти слова прямо ему в лицо. – Да, я любила. Я. Любила. Тебя, – повторила Лидия, делая ударение на каждом слове, и выпрямилась, с презрением оглядывая окружающих. – Какая же я дура!
Ее ноги были мокрые от пролитого чая, но Лидия не замечала этого. Она направилась к двери, за которой была свобода. Она не думала о том, что делает, ей хотелось как можно дальше уйти от Ру Шаня.
Он вышел вперед, преграждая ей путь, как уже было однажды.
– Не глупи, Лидия. Куда ты пойдешь?
Но мягкий голос Ру Шаня, каким он старался говорить с ней, лишь подстегнул ее, и Лидия проследовала дальше, грубо оттолкнув от себя его руки, когда он пытался ее остановить.
– Лидия! – крикнул он, снова хватая ее за руку. – Мы были обвенчаны в английской церкви. По нашим законам ты моя жена.
На этот раз она не смогла сдержаться – откуда-то из глубины вырвался мучительный стон. Похожий на рыдание, смешанное с болезненным криком, он жег ее грудь огнем. Она не могла выразить его словами. Вместе с этим стоном из нее вырывались боль и гнев, обида и отчаяние. Лидия вырвала у него свою руку и побежала к двери.
На этот раз ее никто не удерживал, и она выскочила из этого дома. Задыхаясь от душивших ее рыданий, Лидия бежала, путаясь в длинном платье, которое то и дело попадало ей под ноги. В ее воспаленном сознании мелькнул вопрос о том, куда же ей идти теперь. Именно об этом спрашивал ее Ру Шань, но она не обратила никакого внимания на его слова.
Ей хотелось как можно дальше уйти от этого дома. Ей хотелось тишины. И она продолжала бежать. Так быстро, как только могла. Ее внимание было всецело поглощено тем, чтобы не наступать на разбросанный повсюду мусор. Она не позволяла себе думать ни о чем другом. Просто следила за тем, чтобы не наступить ногами на мусор.
Наконец она выбилась из сил и не могла больше сделать ни шагу. Ее ноги болели от ударов о твердую мостовую, а порез сбоку правой ступни болел как от ножа. Лидия остановилась, понимая, что, так или иначе, ей придется принимать решение о своих дальнейших действиях. Она стояла посреди китайского квартала Шанхая, одетая в свадебное платье, босиком. Одна...
Ей не хотелось мириться с тем, что произошло, однако она понимала, что другого выхода нет. Лидия чувствовала себя разбитой и опустошенной. Ее ноги подкашивались от усталости, и она медленно осела на землю.
Лидия не заметила, как вокруг нее собралась толпа. Отовсюду раздавалась китайская речь. Но она больше не хотела иметь дела ни с кем из китайцев. Нет! Она закрыла глаза рукой, чтобы не видеть их.
Внезапно до ее ушей донесся чей-то голос, говоривший на ломаном английском языке. Лидия прислушалась и поискала глазами человека, который, похоже, обращался к ней.
ФуДе.
Лидия снова хотела закрыть глаза, но не стала этого делать, | поскольку это было бы слишком по-детски. Она увидела, что находится на незнакомой улице в окружении китайцев. Она была странно одета, совершенно обессилена и не могла найти нужных слов, чтобы разобраться со всем, что произошло.
Ей нужна была помощь. Сейчас ей мог помочь только Фу Де.
Она с трудом поднялась. Десятки маленьких рук протянулись к Лидии, чтобы помочь ей встать, и эта неожиданная помощь удивила ее.
– Фу Де, – прошептала она, проглотив комок в горле. – Фу Де, – повторила она с облегчением.
– Госпожа Лидия! – кричал юноша, пробираясь сквозь толпу .Она поморщилась от его слов. Она была не госпожой, а женщиной, попавшей в ловушку к иноземному демону.
– Подождите, пожалуйста, госпожа Лидия!
Молодой человек подошел к ней, его длинная коса растрепалась, лоб взмок от пота.
– Госпожа Лидия, прошу вас...
– Отдышись сначала, Фу Де, – сказала она с таким спокойствием, на которое только была способна. – Я больше никуда не бегу. – Лидия не знала, зачем говорит это, но была уверена, что говорит правду. Она постепенно приходила в себя: вытерла лицо испачканным рукавом и стала осматривать место, в котором очутилась. – Отойдите, пожалуйста, – сказала она по-шанхайски.
Люди испуганно посмотрели на нее и отошли.
– Госпожа Лидия, – начал Фу Де, – вам нельзя бегать по Шанхаю в таком виде. Это неприлично.
– Что может быть более неприличным, чем выйти замуж за женатого мужчину? – возразила она. Фу Де заморгал. Он пребывал в явном замешательстве. Лидия махнула рукой, чтобы он не обращал внимания на ее слова, но слуга опередил ее.
Он поклонился ей и заговорил с подчеркнутой вежливостью:
– Я не совсем понимаю, что произошло, но вижу, что мой хозяин Чэнь нанес вам тяжкое оскорбление. – Она открыла рот, чтобы остановить его, но Фу Де продолжал: – Я здесь не для того, чтобы примирить вас с вашим мужем. Я предлагаю вам безопасное место, где вы сможете находиться все время, пока не разберетесь со своими делами.
Лидия с благодарностью кивнула.
– Спасибо, Фу Де. Где это?
– Это рядом с... – Он помедлил. – Рядом с местом, где вы провели вчерашний вечер. Пожалуйста, госпожа... – Фу Де указал на стоявшего неподалеку рикшу. – Вы поедете туда со мной?
Она закусила губу, инстинктивно опасаясь ехать куда-то с незнакомым мужчиной. Но Фу Де не был для нее незнакомцем. И она не была так наивна, как тогда. Лидия улыбнулась и снова кивнула ему.
– Спасибо, Фу Де. Ты очень добр.
Сидя в повозке, она вспомнила, как вчера вот так же ехала с другим мужчиной, как из невесты Макса превратилась в счастливую новобрачную Ру Шаня, а теперь стала наложницей-беглянкой. И все это в течение суток!
В ее голове пронеслась еще одна мысль, настолько забавная, что Лидия, судорожно сжавшись, истерично рассмеялась. Из ее глаз полились слезы. Она все еще оставалась девственницей.
После всего что с ней произошло, ей удалось сохранить девственность! По понятиям ее матери, это означало, что Лидия оставалась чистой, слоено свежевыпавший снег.


Ру Шань смотрел на сломанные шпильки из слоновой кости, лежавшие у него на ладони. На них была искусная резьба: на одной шпильке была изображена тигрица, на другой – дракон. В представлении Ру Шаня эти изображения символизировали его самого и Лидию, неразрывно связанных навсегда. Резные украшения, поддерживающие прекрасные волнистые волосы его жены, были призваны стать знаком надежной опоры для всей семьи Чэней. Ру Шань потратил много времени, чтобы выбрать для нее подарок, и, когда увидел эти шпильки в золотых волосах Лидии, его сердце наполнилось радостью.
А сейчас они лежали у него в руке: тигрица была наполовину сломана, а дракон испачкан в грязи.
Ру Шань не мог думать ни о чем другом. Рядом с ним были его родственники, которые продолжали потешаться, но он не обращал на них внимания. Он не мог успокоиться, вспоминая глаза Лидии, ее измазанное краской лицо и испачканное свадебное платье.
Слова, произнесенные ею, эхом отдавались в его голове:
– Я. Любила. Тебя. – В них было вложено столько горечи и боли, что они обожгли его, как каленым железом. – Я. Любила. Тебя. – Ру Шань снова и снова вспоминал эти слова и не знал, что ему теперь делать.
Сначала он хотел побежать вслед за ней, но Фу Де остановил его. Тихо, так, чтобы семья Чэней не слышала, слуга пообещал вернуть ее. Он сказал, что все объяснит Лидии и отвезет ее в такое место, где Ру Шань сможет увидеться с ней наедине, чтобы избежать презрительного непонимания его недалекой семьи.
Ру Шань не хотел оставаться дома. Он испытывал отчаянное желание прижать Лидию к себе и сбежать от своей семьи. Ему хотелось покинуть их и забыть о тяжком бремени ответственности за семью, возложенном на его плечи.
Лишь по одной причине он еще оставался здесь. Из-за своего сына Сунь Рана. Когда Фу Де помчался за Лидией, мальчик подбежал к нему и нервно схватил его за руку. Они стояли вместе у распахнутой настежь двери и смотрели на опустевшую улицу. Когда Ру Шань перевел взгляд на сына, он заметил, как тот исподлобья мрачно поглядывает на него.
– Это время нелегко пережить, сынок, – нежно сказал Ру Шань.
Ребенок кивнул, но не потому, что понимал отца, а потому, что решил выразить согласие со старшим.
Ру Шань подождал еще немного, вглядываясь в дорогу за воротами, и побрел к дому. Хотя Ру Шань в душе молился, чтобы его белокожая жена после трезвых рассуждений с радостью вернулась к нему, он понимал, что эта надежда тщетна. Лидия не вернется, и он вынужден будет искать ее. А пока ему придется оправдываться перед своей семьей и терпеть язвительные насмешки.
Сохраняя внешнее спокойствие и уверенность, Ру Шань выпрямился и, не глядя на бабушку, отца и жену, обратился к мальчику. Ровным доверительным тоном он произнес:
– Они все считают, что я сошел с ума. Они думают, что я не догадываюсь об этом, но мне все известно. Я думаю, ты слышал их мнение?
Мальчик с тревогой взглянул на мать, затем снова на Ру Шаня.
– Да, отец, – сказал он.
– Их глупость и невежество раньше меня не волновали. Я знал, что я делаю и зачем. Но сейчас это приводит меня в ярость, потому что они разрушают твое будущее.
От испуга сынишка широко раскрыл глаза и открыл рот. Мальчик еще никогда не слышал таких непочтительных слов в адрес кого бы то ни было из близких людей. Ни один добропорядочный китаец не позволял себе плохо отзываться о своих родственниках, особенно старших. Даже в семейном кругу, без посторонних.
Ру Шань видел реакцию мальчика, но не собирался останавливаться.
– Да, сынок. Лишь ты один вел себя в этот важный день так, как подобает, и твое доверие наполняет меня гордостью за тебя., Все остальные выказали лишь свое невежество. – Ру Шань окинул взглядом семью. Пораженные его словами, все притихли, не решаясь возразить ему. Старик был вне себя от ярости, но Ру, Шань спокойно ждал, когда он наконец разразится тирадой, с удивлением замечая, с каким непонятным удовольствием он готовится ответить на излияние отцовского гнева. Он давно мечтал получить возможность, чтобы оскорбить этого человека.
– Ты мерзкая шавка! – выпалил отец. – Ты приводишь в наш дом белую обезьяну и смеешь называть нас дураками? – Шэнь Фу, ковыляя, вышел вперед, в его движениях еще ощущалась сила, несмотря на то что он опирался на трость. – У меня есть уши, которые слышат, и глаза, которые видят. Я знаю, что ты смешал с землей наше доброе имя, когда завел себе белокожую женщину. Я знаю, что из-за нее полки нашей лавки пусты. А теперь ты посмел привести ее сюда! Ты сделал ее своей женой! – Он схватил Сунь Рана за руку и оттащил его от Ру Шаня. – Ты позор всей нашей семьи!
Ру Шань и бровью не повел. Его отцу нравилось выводить из терпения близких, но ему уже давненько не удавалось взбесить Ру Шаня.
–Отпусти моего сына, – спокойно сказал Ру Шань.
– Ты не годишься, чтобы...
– Мальчик достаточно большой, чтобы решать за себя. Отпусти его, – твердо повторил Ру Шань. – Иначе тебе придется объявить, что ты его отец.
Шэнь Фу вздрогнул, как от пощечины. Первая жена Ру Шаня тоже. Мальчик тихо стоял посреди водоворота взрослых страстей и ненависти.
– К-конечно, ты отец Сунь Рана, – заикаясь, пробормотал старик, отпуская руку мальчика. – Только такой безнравственный человек, как ты, мог предположить, что...
Ру Шань ничего не ответил. Лицемерие китайцев часто превосходило всякие границы, и его отец никогда не отличался прямодушием. Все, за исключением ребенка, знали правду о том, что Сунь Ран был полукровным братом Ру Шаня. Но это никак не снимало с Ру Шаня ответственности за мальчика. Он посмотрел на ребенка и протянул ему руку.
– Пойдем, сынок, – позвал он Сунь Рана, – я объясню тебе то, чего не понимают они.
Мальчик послушно пошел, но не подал руки. Прабабушка, сухо кашляя, нервно хихикнула, но Ру Шань, не обратив на это никакого внимания, улыбнулся ребенку и сказал:
– Твоя бабушка Мэй Лан гордилась бы тобой, сынок. Умный человек всегда сначала слушает, а потом принимает решение.
Неожиданно для всех Ру Шань присел на одно колено, чтобы смотреть в глаза мальчику. Удивительно, но он повторил движение своего двоюродного брата, доу, того самого несостоявшегося ученого, которого все любили. Это был необыкновенный жест, он казался неуместным, потому что для китайцев было странно видеть отца, стоящего на коленях перед собственным сыном.
– В нашей семье любят белых варваров. Твой дедушка любит их деньги, твоя прабабушка – их порошок. Даже твоя мать презирает нефрит и предпочитает носить их бриллианты и изумруды. Но сейчас, когда твоя бабушка умерла, золото нам достается очень нелегко. Варвары высоко ценили ее искусство владения кистью и красками, ее прекрасные вышивки. Именно благодаря ее таланту наша семья процветала.
Он остановился и посмотрел на своего отца.
– Семью Чэней поддерживала именно твоя бабушка, сынок. Мы были всего лишь москитами, впившимися в ее спину, – грустно произнес Ру Шань. Он выпрямился, взглянул на кипевшего от ярости отца и продолжал подливать масла в огонь, решив идти до конца и произнести вслух правду. – А теперь, когда Мэй Лан нет, кто сможет поддержать семью Чэней? Мертвая женщина уже не приносит дохода, а эта жена, – он с презрением показал на женщину, которая легла с ним в одну постель, когда Ру Шаню было восемь лет, – ничего не смыслит в этом искусстве. – Он повернулся к своему отцу. – Так на кого может опереться семья Чэней?
– Это твоя: ответственность, мой сын, – хотя слова прозвучали вежливо, его отец плюнул в ноги Ру Шаню, чтобы показать свое отвращение. – Я сейчас калека. Теперь сын должен взять на себя задачу блюсти честь семьи и согреть своего отца в старости.
Ру Шань кивнул, сознавая бремя своей ответственности.
– Я так и сделал. Я нашел женщину, одаренную талантом, который сможет привлечь к нам иностранные деньги, так любимые нашей семьей. Ты не знаешь, отец, кто создал модели, которые вызвали такой интерес к нашей лавке? Разве ты не видел лица моей жены? Неужели ты не заметил, сколько в ней золота?
– Эти иностранные демоны не приносят с собой ничего, кроме страданий, – прорычал старик. – Я не позволю, чтобы ою появлялись в моем доме.
– Тогда тебе не следовало убивать женщину, от которой мы все так зависели.
Эти страшные слова впервые прозвучали в доме Чэней. Ру Шань произнес их с такой холодной уверенностью, что Шэнь Фу не смог отрицать их.
Первая жена Ру Шаня, заметив, что тучи сгущаются, быстро удалилась, прихватив с собой и бабушку. Ру Шань остался наедине со своим отцом. Маленький Сунь Ран наблюдал за ними, спрятавшись за столом, накрытым свадебными угощениями.
Гнев Шэня Фу длился не дольше пятнадцати минут. Он сильно постарел и не мог долго подогревать в себе переполнявшие его чувства. Он рычал и носился по комнате, словно дикий кабан. К счастью, проворный Сунь Ран легко уворачивался от трости своего дедушки, а Ру Шань был крепкий и без усилий отражал нападение отца. В конце концов, как и ожидал Ру Шань, его обессиленный отец, изрыгая проклятья, остановился.
Он проклинал характер, тело и разум Ру Шаня. Но все же Шэнь Фу не до конца утратил рассудок. Он не стал отказываться от Ру Шаня. Он не разбил деревянную табличку на семейном алтаре, на которой было написано имя Ру Шаня. Старик просто плюнул на нее. Сначала он схватил ее и поднял высоко над головой, будто собирался разбить на мелкие кусочки, но потом, одумавшись, положил на место. Шэнь Фу прекрасно понимал, что, если Ру Шань уйдет, семья Чэней погибнет от голода.
Пока Ру Шань смотрел на разъярившегося отца, его посетила неожиданная мысль. Ненависть, звучавшая в словах старика, вся черная энергия, исходившая от тела и души Шэня Фу, была направлена на человека, обвинявшего его в том, что он убил свою жену.
На Ру Шаня.
Это означало, что Ру Шань был единственным, кто мог бы помочь отцу обрести душевный покой. Пока он не простит отца за содеянное им преступление, Шэнь Фу останется злым. Пока отец не освободится от тяжкого бремени своей вины, от него будет исходить ненависть.
Ру Шань должен простить его.
Эта мысль еще витала в воздухе, а Шэнь Фу вдруг упал, рыдая, к семейному алтарю. Его волосы растрепались, он вспотел и выглядел неопрятно, но взгляд был ясным и незамутненным. Он повернулся к Ру Шаню и вопросительно посмотрел на сына. Немой вопрос Шэня Фу был ясен.
Сможет ли Ру Шань простить своего отца?
Боль в глазах Шэня Фу взывала к Ру Шаню, подобно тому как умирающий человек взывает ко всем, кто находится рядом с ним. Кроме того, традиции, в которых вырос Ру Шань, заставляли его подойти к своему отцу. Прости своего отца, прости его и поддерживай его в старости. Так поступают хорошие сыновья.
Ру Шань сделал шаг вперед и упал на колени. Незримая сила пригнула его голову к полу, на котором была разлита маслянистая жидкость.
Он распростерся перед духом своей матери. Перед мечом, который, как ему показалось, она сжимала в руке. В этот момент он молился, прося о смерти.
Его звали Ру Шань – «непоколебимый, как гора». Но он предал свою мать и покинул отца. Он не мог простить человека, от чьего семени родился. Он не сумел отпустить дух своей матери в загробный мир. Он даже не удержал белокожую жену, которая была призвана спасти семью Чэней.
Он не мог сделать ничего этого, потому что не выполнил одно задание. Он знал, в чем оно состоит. Ши По, которую посетил вещий сон, забыла сказать ему об этом. Поведав своему ученику о необыкновенном сне, Ши По настояла на том, чтобы он купил белокожую женщину и получал от нее энергию инь, остужая свой огонь ян.
Он выполнил ее задание, рискуя состоянием семьи Чэней. И все же теперь он понимал, что ничего не достиг. Ничего, поскольку Ши По не рассказала ему всего, что видела в том вещем сне. Это был пустяк, без сомнения, тигрица не обратила на него внимания, так как он естественно вытекал из той работы, которую им пришлось совместно проделать. Кто смог бы провести долгие часы вместе с женщиной, пусть даже и белокожей, и не почувствовать любви к своей зверушке?
Это было так просто, что наставница забыла сказать ему об этом. Но теперь он все понял. Он ясно увидел это в маслянистой жидкости, разлитой перед ним, в словах отца и в больших печальных глазах сына.
Ру Шань должен был купить себе белокожую зверушку и получать от нее энергию инь. За время общения с ней он должен был полюбить ее.
Но это последнее задание он не выполнил.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Белая тигрица - Ли Джейд



Я В ВОСТОРГЕ ОТ РОМАНА!!!!!
Белая тигрица - Ли Джейдvika
10.12.2011, 9.21





Странный роман...
Белая тигрица - Ли ДжейдНатали
12.07.2013, 12.22





Необычно. Необычная манера написания, необычная манера любви, всё в этом очень необычно...
Белая тигрица - Ли ДжейдКсения
1.04.2014, 16.11





Мне понравилось, всё что естественно, то небезобразно)
Белая тигрица - Ли ДжейдЛюдмила
2.04.2014, 17.38





Как-то не слишком понравилась сцена, где ГГ-я пачкает своими испражнениями простыни...Не смогла дочитать и до середины... Странный роман...
Белая тигрица - Ли ДжейдОльга)
4.05.2014, 22.29








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100