Читать онлайн Разорившийся виконт, автора - Лейн Эллисон, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Разорившийся виконт - Лейн Эллисон бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.27 (Голосов: 26)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Разорившийся виконт - Лейн Эллисон - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Разорившийся виконт - Лейн Эллисон - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лейн Эллисон

Разорившийся виконт

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

Мелисса подскочила от резкого стука в дверь. Они с бабушкой намеревались пробыть дома до полудня, но ни часом позже.
– Леди Каслтон просит вас поторопиться, миледи, – доложила Виллис, быстро собирая непослушные волосы Мелиссы в тугой хвост на макушке и выбирая из него несколько прядей, которые длинными локонами падали девушке на лицо. – Лорд Расбон ждет в Золотой гостиной.
Мелиссу бросило в жар. Вот он, ее второй кошмарный сон. Его траур продлится еще несколько недель, и девушка поймала себя на мысли, что это ее беспокоит. Леди Каслтон придет в бешенство, когда узнает всю правду. Мелисса ее обманула, сказав, что приехала в замок Виндком прямо из дома. Хуже того, она просила бабушку судить ее в соответствии с ее собственными принципами. Сможет ли Расбон скрыть свое удивление, когда узнает ее? Она ведь не слишком-то изменилась.
«Как мне его приветствовать?» – гадала девушка, спускаясь вниз. Единственное, что она должна была сделать обязательно, так это пресечь всякие попытки вспомнить прошлое. Беатриса советовала ей ничего не предпринимать, а посмотреть, как он сам будет вести себя. Все же есть в нем хоть что-нибудь от джентльмена, чтобы дождаться, пока они останутся наедине, и только тогда начать возможные разговоры об их общем обмане. В конце концов, публичное разоблачение повредит ему больше, чем ей. Но Мелисса помнила, что лорд Расбон никогда не отличался сообразительностью, поэтому ее пугало то, что от неожиданности он может ляпнуть что-нибудь лишнее. В таком случае ей придется срочно сменить тему разговора и молиться, чтобы ее проницательная бабушка не придралась к оплошности Чарльза.
Интересно, изменился ли он? От воспоминаний о светлых волосах и голубых глазах этого человека сердце Мелиссы учащенно забилось. Немногие мужчины могли сравниться с ним по силе и красоте. Но девушка понимала, что зря тратит время, наслаждаясь воспоминаниями об этом человеке. Такой красавец не способен испытывать всепоглощающую страсть. Но она, по крайней мере, уже не будет той неотесанной крикливой девицей. Ее утреннее муслиновое платье в зеленую полоску выгодно подчеркивало все прелести стройной фигуры, а бледно-желтый цвет лент отражался янтарным блеском в глазах девушки и придавал ее русым волосам золотистый оттенок.
– Как же давно ты у нас не был, Чарльз, – жаловалась леди Каслтон, когда Мелисса подошла к дверям гостиной.
Это прозвучало так, будто бы они все еще обменивались приветствиями, но у Мелиссы сложилось впечатление, что Чарльз был не из тех, кто больше всего на свете дорожит семейными обязательствами.
– Я был в Суонси, миледи, – ответил он. Мелиссе показалось, что она услышала насмешку в его голосе. – Но бабушке захотелось, чтобы я был рядом с вами в этом сезоне, и вот я здесь.
– Милая Абигайль, – грустно произнесла леди Каслтон. – Как мне ее не хватает! Она была самой лучшей моей кузиной.
– Все мы скорбим о ней.
«А он не очень-то огорчен бабкиной смертью», – подумала Мелисса, уловив холодные нотки в тоне, которым были произнесены эти слова. Чтобы окончательно успокоиться, девушка глубоко вздохнула и грациозно пошла в комнату.
– А вот и Мелисса! – воскликнула леди Каслтон. – Мы говорили о моей кузине, леди Лэньярд. Это ее внук Чарльз, лорд Расбон. А это моя внучка, леди Мелисса Стэплтон.
Чарльз проклинал себя за то, что уступил просьбам своей бабушки. В глазах леди Каслтон уже появилась подозрительность. Отступать было слишком поздно, но он сделает все возможное, чтобы поскорее разделаться с бабушкиным приказанием и спокойно убраться восвояси.
Но, увидев входящую Мелиссу, он едва не задохнулся и даже толком не расслышал слова леди Каслтон. Она была копией его бабки, той, которую он видел на портрете. Высокая. Светловолосая. Соблазнительная, но в то же время невинная. Внезапно он почувствовал, как галстук душит его, не позволяя свободно дышать. Если мертвое изображение было столь прекрасно, то что говорить о настоящей, живой его копии?
Замешательство Чарльза длилось не больше секунды. Выступив вперед, он подвел девушку к стулу.
– Я и понятия не имел, что семья прячет такую красавицу.
– Вы слишком смело флиртуете, милорд, – прошептала она в ответ.
Чарльз был просто ошеломлен. Другими словами невозможно было описать его реакцию. Глаза Мелиссы были совсем близко, всего в нескольких дюймах от его собственных. Руки его дрожали от того, что он всеми силами сдерживал себя, чтобы не заключить эту девушку в объятия. Единственное, что он мог себе позволить, это лишь украдкой поцеловать ее руку. Усадив девушку, Чарльз нехотя отошел от того места, где сидела Мелисса, и, опершись на каминную решетку, попытался сосредоточиться на чем-нибудь другом. Глубоко вздохнув, он обратился к леди Каслтон с какими-то вежливыми замечаниями, тогда как на самом деле изо всех сил пытался вновь обрести самообладание.
Мелисса решила, что Чарльз сразу же узнал ее и удивился неожиданности этой встречи, но его приветствие прозвучало не более чем холодная формальность. Знакомая сеть обмана снова опутывала девушку, и она в гневе кусала губы. Это была уже не та ложь, что прежде. Поскольку оба они были соучастниками одной авантюры, теперь им лучше всего забыть об этом и навсегда оставить все воспоминания в прошлом.
Но почему леди Лэньярд попросила его их навестить? Она никак не могла знать правду. В таком случае он просто-напросто не смог бы получить ни пенни из ее завещания, а сплетни об этом распространились бы с быстротой молнии.
Внезапно до Мелиссы донесся голос Чарльза, и, отбросив свои догадки, она поняла, что говорит он уже довольно долго. Ей не следовало бы витать в облаках, привлекая тем самым внимание леди Каслтон, и давать почтенной даме повод для подозрений.
– Вашего сына здесь нет? – спрашивал Чарльз.
– Ты же знаешь, он терпеть не может Лондон, – отвечала леди Каслтон. – Он и не покажется в городе, пока не придет время вывозить в свет Элеонору. В этом сезоне ты его здесь уж точно не увидишь.
– Как я понимаю, лорд Дрэйтон – ваш брат? – заметил Чарльз, обращаясь к Мелиссе.
– Да, это так, милорд, – со вздохом произнесла девушка. – Но, к счастью, у него и в мыслях нет показаться в городе.
– Действительно, к счастью. Всем известно его пристрастие к вину и азартным играм. Это родство может сильно подпортить вам репутацию.
– Я уже все уладила, – вмешалась леди Каслтон. – Под моим покровительством Мелисса будет в безопасности. Но ваша помощь тоже приветствуется.
– Вас будет кто-нибудь сопровождать? – поинтересовался Чарльз.
– В этом сезоне – нет. Мои внуки живут где угодно, только не со мной. Эдвин все еще в Оксфорде, а Генри у себя дома, учится управлять поместьем. Будущей осенью он вступит во владение приусадебным участком Каслтонов.
– Да, непростое это дело. Большую часть прошлого года я провел, занимаясь примерно тем же.
– Вы занимаетесь управлением поместья? – спросила Мелисса.
Несмотря на его горячие заверения, Мелиссе казалось, что он неспособен на ведение дел в Суонси. Было бы намного правдоподобней, если бы он сказал, что, получив наследство, нанял хорошего управляющего, и это позволяет ему спокойно прожигать жизнь в Лондоне. Правда, Чарльз мог просто провести в поместье какое-то время, пока не закончится его траур, но он вовсе не был похож на убитого горем внука. Одет он был все так же элегантно, но не носил ничего черного. Жакет бутылочно-зеленого цвета хорошо сидел на широких плечах. Темно-желтые замшевые брюки плотно обтягивали длинные ноги Чарльза и уходили в отличные дорогие ботинки, а непослушные светлые кудри обрамляли красивое лицо. Даже его ленивая поза у камина не могла скрыть атлетического телосложения этого мужчины. Он мог бы стать примером для подражания всем светским людям, занимающимся спортом. Вспомнив о том, как она когда-то обнимала его, Мелисса неожиданно вздрогнула.
– Я обязан это делать, – ответил он, неожиданно сменив беззаботное выражение лица на серьезное. – Суонси никогда не было в хорошем состоянии, а теперь требует особого внимания.
– Вы любите работать? – спросила Мелисса.
– Даже больше, чем я думал, – признался он, удивившись ее вопросу и тому впечатлению, которое производила на него эта девушка. Ее чистый бархатистый голос приятно ласкал слух. «Нет, так не пойдет», – опомнился Чарльз. Он не посмеет совратить невинную девушку, тем более свою родственницу. И естественно, он не должен за ней ухаживать, потому что единственное, что было сейчас важно, это поскорее найти Генриетту.
– У моего дяди есть одна очень интересная книга об экспериментах Кока в Холкмен-Холле. Надеюсь, вы читали ее?
– Конечно, я изучил все подробности. Мой бывший управляющий не очень-то разбирался во всяких «новых штучках», как он их называл, таким образом, мне пришлось учиться самому.
В подтверждение своих слов Чарльз произнес несколько научных терминов, чем вызвал восторженный взгляд девушки и не менее умный ответный монолог.
– Как долго ты пробудешь в городе? – спросила леди Каслтон, когда подошел час приема гостей.
– Наверное, недели две. Поскольку вас некому сопровождать, я с удовольствием предлагаю свои услуги, – неожиданно для себя выпалил Чарльз, удивив тем самым и леди Каслтон тоже. Мелисса молча смотрела на него, ее лицо не выражало ничего, кроме равнодушия. Через секунду Чарльзу пришлось горько пожалеть о своем внезапном порыве.
– Это было бы чудесно, – согласилась леди Каслтон. – Сегодня вечером мы приглашены на бал к Сэфтонам. Но не мог бы ты сначала отобедать у нас?
– С удовольствием.
К великому огорчению Мелиссы, все решилось слишком быстро. Какую игру он ведет? Ему, без сомнения, не захочется продолжать их знакомство после того, как он исполнит последнюю волю своей бабушки. Возможно, он ждет подходящего момента, чтобы объясниться и навсегда забыть о прошлом. А может быть, он просто жаждет мести и хочет разоблачить ее на глазах у всего Лондона. Но такое даже представить было трудно. Он прекрасно знал, что она в долгу не останется, а, учитывая и без того сомнительную репутацию Чарльза, эта история окончательно погубит его, если их обман будет раскрыт.
Она не могла толком ответить ни на один его вопрос до тех пор, пока не появились первые приглашенные и лакей поставил перед ней чайный прибор. Через несколько минут комната наполнилась друзьями и поклонниками Мелиссы.
Позабыв о времени, Чарльз остался у них на целый день, решив, что положение дальнего кузена позволяет ему нарушить правила хорошего тона.
– Вы сегодня просто красавец, Джордж, – сказала с улыбкой Мелисса, когда часом позже лорд Рафтон учтиво склонился над ее рукой. – У вас новый жилет?
– Да, новый, – согласился Джордж и лукаво прищурился, оглядев Мелиссу с головы до пят. – Прекрасна, как всегда, прекрасна!
– Не преувеличивайте, а то я начну задаваться, – шутливо пригрозила она.
– Молчу. Кстати, вы слышали последнюю новость? Кэмбл объявил, что уходит со сцены.
– Не может быть! Без него будет скучно.
– Его последний выход состоится на следующей неделе. Вы не хотите пойти в театр?
– Очень хочу. Только поговорите с бабушкой. Кто еще с нами пойдет?
– Я думаю, надо позвать Хартфордов и еще какую-нибудь пару. Кого бы еще пригласить?
– Может быть, моего кузена? Он только что приехал в город. Вы знакомы? – Мелисса жестом указала на Чарльза, который обменивался комплиментами с леди Дебенхэм.
– Да, но я и понятия не имел, что он ваш родственник, – сказал Джордж, нахмурившись.
– Очень дальний. Наши бабушки были кузинами. Он здесь надолго не задержится, потому что у него сейчас траур. Но какое-то время Чарльз будет нас сопровождать.
Джордж продолжал хмуриться, но возразить Мелиссе не посмел.
А Чарльз тем временем не переставал любезничать с леди Дебенхэм, даже когда его глаза встречались с глазами Мелиссы. Что загадочного в этой девушке? Его подкупило не только ее поразительное сходство с портретом бабки. Он был уже не в том возрасте, когда увлекаются симпатичными мордашками и интересуются ежегодным наплывом молоденьких девушек, хотя девятнадцатилетнюю Мелиссу едва ли можно было поставить в один ряд со смешливыми семнадцатилетними девицами, которые устремлялись в Лондон к началу каждого нового сезона. Чарльз скривился, вспомнив, что Генриетте, должно быть, где-то около семнадцати лет. Леди Мелисса, окруженная толпой обожателей, вела себя легко и непринужденно.
Ему потребовалось лишь одно мгновение, чтобы понять, что происходит в этом доме. Несмотря на то, что Мелисса была несомненным украшением этого приема, расточая направо и налево лучезарные улыбки, а примерно семь джентльменов смотрели на нее с обожанием, эта девушка никому не отдавала предпочтения. Ей явно не хватало женской хитрости. Она не сталкивала своих поклонников, не устраивала среди них состязаний и не пыталась никого поднять на смех. Даже лорд Эмплай, по которому сходили с ума многие девушки, невзирая на его титул и небольшое состояние, и тот принимал участие в разговоре, смеясь и поддразнивая Мелиссу вместе со всеми.
Извинившись перед леди Дебенхэм, Чарльз поспешил к только что вошедшему Мэтту Кроуфорду. Они были давними приятелями.
– Здравствуй, Мэтт, – произнес Чарльз. Поздоровавшись с хозяйкой дома, друзья удалились в спокойный уголок. – Мы не виделись целую вечность!
– С осени ты отказался от своих обычных увлечений, – напомнил ему Мэтт.
– Моя бабушка тяжело заболела, – ответил Чарльз и пожал плечами. – Я бы и сюда не приехал, если бы она не попросила меня навестить свою кузину.
– И кто же эта кузина?
– Ну конечно, леди Каслтон. Поэтому-то я и здесь. Я приехал только вчера ночью.
– Так-так. – Мэтт подозрительно посмотрел на Чарльза. – Значит, прелестная леди Мелисса – твоя кузина. Я удивляюсь, как ты еще не заморочил ей голову. Она ведь в твоем вкусе.
– Ошибаешься, – солгал Чарльз. – Вовсе не в моем вкусе совращать девственниц, и ты прекрасно это знаешь. Раньше я вообще ее не видел. А уж брат этой девушки определенно не в моем вкусе.
– И не в моем, хотя одно время мы были друзьями, – признался Мэтт. – Прошлым летом я провел в его поместье почти месяц. Там были еще несколько моих знакомых, включая одного человека, который все время плутовал в картах. Ни за что не хотел бы еще раз там побывать.
– Кого ты имеешь в виду?
Мэтт молча замотал головой.
– Ты прекрасно знаешь кого, Чарльз. Но я не могу очернить его имя, не имея достаточно веских доказательств.
«Неудивительно, что леди Мелисса переехала к бабушке», – подумал Чарльз. Что-то подобное он уже слышал, но от кого вспомнить не мог. Чарльз надеялся, что девушка покинула дом сразу же после смерти отца. Но если она провела какое-то время в компании своего брата и его дружков, то ей не стоит об этом распространяться, так как вся эта история может очень сильно ей навредить. А интересно, кто этот карточный шулер? Отказ Мэтта назвать его имя был понятен, потому что мошеннику такое серьезное обвинение может обернуться изгнанием из общества. А, обвинив человека без доказательств, Мэтт может быть вызван на дуэль, и в этом случае пострадает его собственная репутация. Но нельзя оставить все как есть. Когда-нибудь он постарается уличить мошенника и привлечь его к справедливому суду. Ему не составит особого труда выяснить имена тех, кто участвовал в этом сборище.
– Да, она, несомненно, страдала от общения с этим слабым и распущенным дураком, – согласился Мэтт, непритворно жалея девушку. – Но ни один человек, который хорошо знает Мелиссу, никогда не станет ее этим попрекать. Она прелестная юная леди, из которой получится отличная жена.
– Ты говоришь, как влюбленный. Неужели ты имеешь на нее какие-то виды?
– Нет. Мы друг другу не подходим, но я считаю ее своей подругой.
Взгляд Чарльза вновь упал на леди Мелиссу. Лорд Рафтон собирался уходить, и в его глазах Чарльз увидел трогательную заботу о Мелиссе. В ее взгляде тоже была теплота. Рафтон слыл превосходным кавалером, который к тому же собирался унаследовать графство и внушительное состояние. Чарльз окинул взглядом остальных поклонников Мелиссы. Эмплай явно недостоин ее красоты. Торнхилла надо было отбросить сразу же: он не из тех, кто с годами способен остепениться. Паркингтон не мог серьезно за ней ухаживать: как младший сын барона, он был много ниже Мелиссы по положению.
Но когда в дверях появился лорд Граффингтон, Чарльз забеспокоился по-настоящему. Этот человек был еще одним страстным поклонником Мелиссы, но его ухаживания явно не нравились девушке. Прошлое графа Граффингтона пестрило грязными историями, и в числе неблаговидных поступков был не только необузданный разврат. Он вел себя очень грубо, и именно по этой причине его несколько раз выгоняли из публичных домов, хотя это и не было никем доказано. Чарльз знал об этом, поскольку однажды видел собственными глазами, как Граффингтона вытолкали взашей от мадам Филлет за то, что он избил одну из ее девиц.
Чарльз снова обратился к Мэтту.
– Ты пришел к такому выводу за то время, что она провела в городе? – спросил он.
– Конечно же, нет. Я знаю эту девушку много лет. Как я уже говорил, мы с ее братом раньше были друзьями.
«Как отбить ее у Граффингтона?» – мучился Чарльз, обсуждая вслух лошадей и скачки, которые состоялись в прошлом месяце недалеко от Давера. Неважно, серьезные намерения у этого человека или нет. Что он вертится вокруг нее? Даже одним своим присутствием этот мужчина может погубить ее незапятнанную репутацию. Но в голове у Чарльза ни разу не промелькнула мысль о том, почему его так беспокоит судьба этой девушки. Еще никогда он так не переживал за своих родственников.
Мэтт ушел, договорившись с Мелиссой покататься в парке на лошадях. А Чарльз не на шутку рассердился, заметив, как только что приехавший лорд Инглвуд отчаянно с ней флиртует. Этот был также недостоин такой девушки, как Мелисса: слишком прост и надоедлив. К тому же лорд Инглвуд обладал поразительной способностью портить настроение каждому, кто находился рядом с ним.
К вечеру Чарльз уже решил остаться в Лондоне до конца сезона. Он срочно распродал остатки картин из Суонси, съехал из дешевого отеля и потихоньку снял себе комнатушку в полуразвалившемся доме, единственное достоинство которого состояло в том, что он располагался недалеко от Мэйфэйра.
Во второй половине дня Мелисса могла наконец-то спокойно развлекаться, так как убедилась, что Чарльз вовсе не собирается раскрыть их тайну. Она нарочно не смотрела в его сторону, пытаясь сосредоточить все внимание на своих кавалерах. За две недели почти ничего не изменилось. Никто по-прежнему не вызывал в девушке ответного чувства, которое впоследствии могло бы перерасти в любовь.
Длинный список ее ухажеров возглавлял Джордж; ему доставалось чуть больше ее внимания и улыбок, но чувство, которое возникло между ней и этим молодым человеком, можно было назвать разве что чересчур близкой дружбой, но никак не любовью. Он держался подчеркнуто вежливо и ничем не давал Мелиссе понять, что она его интересует больше, чем просто друг. У него были ярко-голубые глаза, но Мелисса не могла влюбиться в этого коренастого рыжеволосого коротышку, особенно когда рядом был высокий блондин Расбон.
«Хватит!» – приказала она себе. Нельзя же уподобляться поверхностным дурочкам и судить человека только по тому, как он выглядит. Тем не менее, Мелисса вынуждена была признать, что Джордж ее ни капельки не волнует. Что касается Чарльза, то он, несомненно, затрагивал в ее душе какие-то струны, но она упорно отказывалась это признавать.
С лордом Граффингтоном она познакомилась недавно, но этот человек уже сумел ее заинтересовать. Он обладал прекрасным чувством юмора и не раз помогал Мелиссе перенести какое-нибудь скучное сборище, вроде того глупого мюзикла, который два дня назад устроила леди Остерли. Кроме того, на него было приятно посмотреть: высокий и светловолосый, с ласковыми карими глазами. Даже слишком ласковыми. И этот человек, и Хефлин, и Чарльз – все они немного пугали Мелиссу своей силой и мужественностью.
Остальные были в основном друзьями девушки, и она с радостью поддерживала эти отношения. Мелисса не стремилась выйти за них замуж, так же как и они не ставили себе целью жениться на ней, и мистер Кроуфорд как раз принадлежал к их числу. Хотя он не так уж часто навещал девушку, ей казалось, что он смотрит на нее, как на свою младшую сестру.
Чарльз ушел последним, пообещав вернуться к обеду. Что бы ни было на уме у этого человека, ей лучше держаться от него подальше. И хотя Мелисса относилась к нему вовсе не благосклонно, она не могла не признать, что испытывает к Чарльзу непреодолимое влечение. И еще она боялась, что эта игра зайдет слишком далеко.
– Не могу поверить, что вы позволили лорду Расбону нас сопровождать, – заявила она, когда ушел последний гость. – Всему Лондону известно, какой он развратник. Да одно его присутствие поднимет вокруг меня скандал!
– Ерунда! – усмехнулась леди Каслтон. – В молодости он действительно был несколько несдержан, но сейчас ему как-никак двадцать семь лет. Самое время остепениться и завести семью. Моя кузина оставила ему внушительное состояние. Кстати, я не вижу для тебя более подходящей партии.
– Ни в коем случае! – решительно заявила Мелисса, возмущенная ходом бабушкиных мыслей. – Я ни за что не выйду замуж за такого развратника, каким бы ни было его состояние! И не поощряйте его. Я не хочу потом разводиться.
Леди Каслтон согласно кивнула, но с такой загадочной улыбкой, что Мелиссе показалось, что бабушка хитрит. Что ж, теперь у нее будет одной заботой больше.
Сэфтонский бал, устроенный для того, чтобы молодые люди могли найти себе спутника жизни в доме одной из Олмакских патронесс, являл собой довольно жалкое зрелище. В этой унылой толкотне только один человек чувствовал себя превосходно. Им была сама леди Сэфтон. Чарльз выглядел менее счастливым, так как никогда не был поклонником таких свадебных аукционов и все еще думал о том, как бы понравиться своей кузине. Она, конечно, привлекательна, и мысли о ней неотступно преследовали Чарльза. А ему, как назло, надо гоняться за Генриеттой, а потом – и это будет самое сложное – ему предстоит как-то уговорить ее выйти за него замуж. Но что поделаешь, если его так тянет к этой девушке! Он часто замечал, что женщины, которые ему нравятся, почему-то напоминают ему молодую бабушку на портрете, а ее загадочная полуулыбка просто сводила Чарльза с ума. Это чувство завладело им с новой силой, как только он впервые увидел свою кузину.
– Надеюсь, первый танец – мой, – уверенно произнес Чарльз, поднимаясь с Мелиссой в бальную залу.
– Очень жаль, милорд, – извинилась улыбающаяся Мелисса. – Первый танец я уже обещала Джорджу.
Нахмурившись, он вырвал из рук Мелиссы бальную книжечку и очень удивился, не найдя почти ни одного свободного танца. Затем он торопливо нацарапал свое имя в двух клеточках, которые еще оставались незанятыми.
– Вы поразительно самонадеянны, – шутливо проворчала девушка, отчеканивая каждое слово.
Рафтон приближался, и Чарльзу ничего не оставалось, кроме как откланяться и со словами «увидимся позже» скрыться в толпе. Он чувствовал себя, как побитая собака. Это чувство было ему знакомо, только он никак не мог понять почему. Со стаканом пунша в руке он присоединился к группке своих приятелей, которые строили из себя утомленных и скучающих джентльменов, тогда как на самом деле развлекались, обсуждая каждую пару и отпуская вслед танцующим свои едкие шуточки.
Мелиссе не нравилось, что Чарльз мог быть таким властным, ведь он должен был помнить, что она ненавидит эту черту его характера. Именно она была причиной их частых стычек. Тем не менее, девушка постаралась унять свой гнев, не желая становиться объектом насмешек. К тому времени как Джордж подошёл к ней, она была совершенно спокойна.
Помня о правилах приличия, Мелисса могла позволить себе лишь вежливо улыбаться своим кавалерам. Почему общество решило, что скука – обязательное проявление хороших манер? Просто смешно устраивать какие-то увеселительные мероприятия, когда гости должны выглядеть так, будто им все это до смерти надоело. Иногда Мелисса просто не могла сдержать смех. Вот и сейчас, когда Джордж рассказывал ей забавную историю, она еле удерживалась, чтобы не расхохотаться.
– Она едва пришла в себя, – тихонько продолжал он. – Когда появилась белка – честно говоря, я их там ни разу не видел, – ближайшее дерево было в тридцати ярдах. Собака тут же рванулась за ней, совершенно не подумав о мисс Эйплтон, которая обмотала по глупости поводок вокруг запястья. Бедняжка и трех шагов не сделала, как вдруг споткнулась и шлепнулась прямо в клумбу, где с ней и случилась истерика. Представляете, из ее шляпы торчали анютины глазки, а на ухе висел плющ. Верный пес пытался успокоить хозяйку, щедро покрывая ее лицо слюнявыми поцелуями, но единственное, что ему хорошо удалось, так это окончательно опутать ее поводком. Чтобы освободить несчастную, пришлось позвать на помощь трех джентльменов.
Мелисса выскочила из комнаты и только тогда смогла расхохотаться.
– Вы хотите, чтобы я опозорилась, Джордж? – набросилась на него Мелисса, давясь от смеха. – Ну почему вы не рассказываете истории вроде этой, когда нас никто не видит?
– Простите, дорогая, – виновато произнес Джордж.
В ответ Мелисса лишь слегка стукнула его веером.
Двумя танцами позже она не смогла удержаться от улыбки, наблюдая за тем, как лорд Эмплай выделывал замысловатые па, танцуя кадриль. Несмотря на грузность, этот человек был удивительно грациозен, но в танцах явно не силен. Она уже отпустила комплимент в адрес его нового искусно расшитого жилета, на что он возразил, что будет выглядеть куда лучше, если наденет галстук более сдержанных тонов и несколько укоротит свой жакет. Впрочем, богатством гардероба лорд Эмплай похвастаться не мог, но он был умным и интересным собеседником. Сейчас он услаждал ее слух описанием телескопа из Гринвичской Королевской обсерватории. Его объяснения были очень просты и доступны. Из лорда Эмплая получился бы неплохой учитель. А когда он обсуждал что-то, что ему очень нравилось, его робость бесследно исчезала.
Когда Чарльз напомнил ей о своем первом танце, гнев Мелиссы, вызванный его нахальным поведением, вновь дал о себе знать. Он ангажировал ее на два вальса, танца, который девушка обычно старалась избежать, потому что он требовал слишком близко прижиматься к партнеру. В вихре вальса в ее душе поднималась волна странных ощущений, которые спокойно дремали в ней все оставшееся время. Она не умела скрывать свои чувства, поэтому не хотела зря поощрять никого из своих поклонников, пока окончательно не решит, на ком остановить свой выбор. До сих пор она танцевала вальс только один раз с Джорджем.
– Вы превосходно танцуете, – произнес улыбающийся Чарльз, кружась с ней по комнате.
– А почему это вас так шокирует? – резко возразила она. – И мне не нравится, что сегодня вы так бесцеремонно навязываете мне свое общество. Я вообще редко вальсирую, и эту привилегию еще надо заслужить.
Его брови медленно поползли вверх от удивления.
– Да вы как будто пуританка?
– Не совсем. Но вальс подразумевает собой некоторую близость, которую я не хочу поощрять, особенно с вами.
Внезапно его глаза вспыхнули каким-то странным огнем, в то время как на губах все еще играла натянутая улыбка.
– Но чем я вызвал такую ярость?
Он определенно не узнает ее. Какое счастье!
– Я вас не знаю, – сдержанно ответила Мелисса, гадая, как бы исправить свою оплошность. Ей не следует продолжать эту словесную перепалку, а то он, чего доброго, еще возьмет да и вспомнит Генриетту Шарп. Ее голос смягчился, теперь она поддразнивала этого мужчину: – И не уверена, что хочу узнать. Ваша репутация не позволяет мне считать вас моим другом.
– А я думал, все юные леди без ума от повес, – произнес Чарльз с улыбкой.
– Я не отношу себя к этим «всем юным леди». Что если вы такой же дебошир и развратник, как, например, лорд Торнхилл? Представьте, на балу вас застают в неглиже, развлекающимся с двумя дамами полусвета…
– Откуда вы об этом узнали? – спросил изумленный Чарльз.
– Боюсь, в городе не осталось ни одного человека, который об этом не знает. Многие джентльмены с завистью обсуждают подробности этого забавного случая.
– Да, теперь я вижу, что вы не жеманница, – вздохнул Чарльз. – Надеюсь, у вас хватит благоразумия не распространяться об этом.
Она прокляла себя за то, что забыла о правилах хорошего тона. Но рядом с Чарльзом она непроизвольно становилась прежней вульгарной Генриеттой Шарп.
– Конечно, милорд, но у вас тоже не хватило ума не вырывать у меня из рук бальную книжечку.
Он согласно кивнул.
– Но ведь не так уж и плохо танцевать со мной вальс?
– Напротив. – «Ты даже не представляешь, как это приятно», – подумала Мелисса. Но именно по этой причине ничего подобного больше не повторится. – Я чувствую себя неловко в вашей компании. Вы так неприлично на меня смотрите!
– Прошу прощения, леди Мелисса, – поспешно вставил он. – Впредь я буду себя сдерживать. Но вы так похожи на изображение моей бабушки в молодости, что я не знаю, как мне быть. Это кажется нереальным.
Так вот почему он смотрел на нее как завороженный. Это еще один довод в пользу того, что ей надо держаться от него как можно дальше. Узнав ее получше, он может догадаться, какую роль она сыграла в его жизни.
– Я понимаю ваше удивление, милорд. Но, бросая на меня такие взгляды, вы скоро станете предметом насмешек. Я не хочу, чтобы мое имя ставили в один ряд с вашим. Тем более что я совершенно равнодушна к бездельникам.
– Это было частью моей юности, – возразил Чарльз. – Последние девять месяцев я провел в своем поместье, работал, не покладая рук.
– Требования траура в расчет не принимаются, милорд. А по вам видно, что вы его совсем не чтите, раз танцуете сейчас здесь.
– Моя бабушка сама приказала прекратить траур через три месяца, – твердо заявил он. – Я ее очень любил и буду скорбеть о ней намного дольше, чем предписывает формальный траур. Но такова была ее последняя воля, и я ее исполняю.
– Прекрасно, милорд, я это ценю. Но хочу заметить вам на будущее, уважайте и меня. Не надо больше так своевольничать, а не то я не выдержу и сделаю вам выговор, пусть даже при свидетелях. И еще: я не буду с вами танцевать, если вы не прекратите ухаживать только за мной. Я не хочу выделяться, тем более с вашей помощью.
И действительно, за весь вечер Чарльз не танцевал ни с одной девушкой, кроме Мелиссы.
– Как скажете, леди Мелисса, – со вздохом произнес он.
Весь вечер Мелисса вспоминала об их разговоре, взвешивала и обдумывала каждое слово.
Внезапно девушка заметила на себе пристальный взгляд Чарльза. С тех пор как Мелисса покинула Лэньярдское поместье, она даже не вспоминала об этом портрете и никак не могла предположить, что похожа на леди Лэньярд. У него, должно быть, какое-то нездоровое влечение к этой картине. Мелисса вспомнила странное выражение его лица в тот момент, когда он как завороженный смотрел на портрет. Множество женщин, с которыми у лорда Расбона были какие-то отношения, обладали теми же внешними данными, что и леди Лэньярд– высокие, хорошо сложенные, светловолосые…
Неужели ее постигнет та же участь?



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Разорившийся виконт - Лейн Эллисон



неплохая история но для меня немного затянуто я люблю более живое искрометное все быструю смену действий
Разорившийся виконт - Лейн Эллисоннаталия
26.05.2012, 17.51








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100