Читать онлайн Алтарь эго, автора - Летте Кэти, Раздел - 41 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Алтарь эго - Летте Кэти бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.59 (Голосов: 32)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Алтарь эго - Летте Кэти - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Алтарь эго - Летте Кэти - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Летте Кэти

Алтарь эго

Читать онлайн


Предыдущая страница

41
Пинаколада, сковородка и ты

К началу декабря мой портрет можно было уже вставлять в рамку.
В то утро было назначено слушание по моему делу. Воздух был едким и терпким. Притащившись в магистратский суд на Боу-стрит, я почувствовала запах огромного грызуна. Роттерман занимал большую часть зала суда и был как никогда жирен. Его необъятная туша навалилась на соседнюю скамью.
– Знаешь что? – протянул он с воодушевлением.
– Ты переспал с кем-то неродным?
– Ты отправишься в тюрьму! – накладка у него с головы исчезла, ее сменили трансплантированные волосы. Выглядели они так, словно на череп наклеили лобковые волосы. – И никто уже не спасет т'ою жалкую задницу. А с судимостью у те'я ноль шансов снова быть с Заком, как только мы переберемся в Штаты. Так что я пришел позлорадствовать.
И это неудивительно. Я точно знала, что Роттерман действовал в соответствии с инструкцией «Как быть полной сволочью».
– По закону, по закону… Мои права… – Я чувствовала себя в полном дерьме.
Я знала, что вляпалась не на шутку. Стала жертвой обстоятельств, и они давили на меня, словно стенки гроба. Язык парализовало от страха. Пытаясь побороть накопившуюся тревогу, я сфокусировала взгляд на зеленом линолеуме. Теперь я уже была не так цинично настроена по отношению к юристам, уж поверьте… Хотя это не относилось к бесплатно предоставленному мне адвокату, которого, казалось, сера в собственном ухе интересовала намного больше, чем моя невиновность.
Может быть, все-таки правда победит, и я буду спасена. Да уж, конечно…
* * *
Оторвав взгляд от пола, я увидела, как в зал вошел Джулиан. Кровь в моих венах застыла, оставив на стенках тормозной след. Агент Зака был не менее моего сражен его появлением. Кадык Роттермана прыгал через золотую цепь, как через скакалку.
– Как продвигается развод? – взревел он. – Знаешь, почему тропическим циклонам так часто дают женские названия?.. Потому что они приходят мокрыми, пускают пыль в глаза, а когда уходят, забирают с собой дом! – Его смех был таким же фальшивым, как волосы.
Мозг силился привести в движение сердце, а Джулиан медленно сканировал взглядом зал суда. Внезапно он рассмеялся. Сначала я подумала, что его насмешил мой вид стюардессы «Люфтганзы» – шарфик, серьги с жемчугом и благопристойный шерстяной костюм нейтральных тонов. Думаю, это его повеселило, но потом я вспомнила о своей прическе. Кейт предположила, что для выяснения моей вины пряди волос могут отправить на анализ ДНК. Копаясь в Интернете, она обнаружила, что, если я покрашусь, в волосах не останется ни малейшего намека на косяк, раскуренный с Закери. Ясное дело, я провела всю ночь у нее дома, обесцвечивая волосы. Полумеры не в моем стиле, поэтому я сбрила и каждый волосок на теле. Утром, чтобы очистить водопровод от моих волос, Кейт пришлось вызывать мастера.
– А где твой сутенер? – прохладно спросил Джулиан, оценивая мой внешний вид. Я с облегчением заметила, что его губы уже не прикрывали лохматые усики. – А теперь прошу меня извинить, у меня есть кое-какая работа, – сказал он со зловещей улыбкой, направляясь к представителю угрозыска, который стоял у стойки с моим адвокатом, группой мужчин в серых костюмах и арестовавшим меня полицейским. Джулиан тихо посовещался с ними и указал пальцем в мою сторону. Полицейский кивнул и отошел, прервав их товарищескую беседу. При виде наручников я невольно напряглась. Угрожающе нарастая надо мной, он прочистил горло. Моноспектакль продолжался.
– Господин Роттерман, я полагаю? – спросил он у глыбы, гноящейся возле меня. – У меня есть ордер на ваш арест и выдачу Соединенным Штатам для судебного разбирательства. Вам предъявлено обвинение в рэкете, шантаже и переправке наркотиков через государственную границу.
Потоки извергаемых ругательств не помогли – Роттермана вывели из зала суда и потащили в камеру при полицейском участке на Боу-стрит.
– Как тебе это удалось? – спросила я Джулиана, когда ко мне вернулся дар речи.
– Я позвонил следователю и, воспользовавшись старыми данными, когда Роттерман еще был моим клиентом, рассказал все, что мне известно о нем, его банде и их проблемах в Штатах. Они проверили эту информацию через ФБР и выяснили его настоящее имя. Он оказался в розыске, и из ФБР поступило требование о выдаче преступника. Мы предположили, что он достаточно нагл и сегодня утром объявится в суде, чтобы позлорадствовать, когда тебя признают виновной. Как выяснилось, Роттерман был осведомителем Скотланд-Ярда по наркотикам, так что именно он, скорее всего, и подкинул их тебе.
Его рука ровно покоилась на моей спине.
– Я также убедил Дэнни де Лито выступить свидетелем по этому делу. Так что сейчас он находится под охраной и отзывается только на имя Черил… – Он подтолкнул меня к свету в конце коридора, что было довольно символично, и открыл тяжелые двери. – А обвинения против тебя будут сняты, Бек.
– Но, Джулз… – Я была ошеломлена, я запуталась. – Ты не должен быть здесь. Сегодня день твоей свадьбы?
Он пожал плечами.
– Нет закона, запрещающего нам оставаться друзьями.
– Я имею в виду, что нам нечего терять. Мы уже разведены… – Мы стояли друг против друга, словно иностранные сановники на дипломатическом приеме.
– Я… я скучала по тебе, – призналась я. – Ты был моим лучшем мужем.
– Я тоже все еще скучаю по тебе, но теперь постепенно приближаюсь к цели, – усмехнулся он. Тон его был отстраненным, но доброжелательным, как у экскурсовода. – Ну, – поддразнил он меня, – ты собиралась сказать, сколько тебе лет, до того, как поклянешься на Библии?
– Вообще-то я нашла более изящный способ становиться старше… пластическая операция.
Мои слова вызвали у него улыбку.
– Чтобы оставаться молодым, нужно заводить друзей старше себя.
– Так поэтому Анушка выходит за тебя замуж? Но что скажет священник?.. Объявляю вас мужем-отцом и женой? – и прикусила язык. Я же обещала себе соблюдать такт, а это было для меня все равно, что пройтись по канату, я обещала вести себя сообразно сложившимся обстоятельствам.
– Ты против этого? – Джулиан сосредоточил все внимание на мне. – Назови мне хоть одну причину, почему мне не стоит на ней жениться? – произнес он тихо.
За долгое время мои ощущения могли извратиться, так что я решила не принимать в расчет двусмысленные нотки в его словах. Сжала губы, стараясь не выкрикнуть: «Потому что она тебя не любит!.. Потому что тебя люблю я!» Вместо этого я выдавила напряженную улыбку.
– Саймон будет твоим свидетелем? – спросила я вежливо, сделав вид, что ситуация не имеет для меня значения.
Он кивнул.
– Ты же знаешь, он теперь с Селестией.
– Да. Кажется, я помню, он обещал ей найти Переднюю Форникальную Эрогенную Зону.
– О боже. Только не это. Новая эрогенная зона. Я все еще ищу последнюю.
«Ты нашел ее», – хотела я сказать, дотронувшись до головы и сердца, как клон слабоумных героинь Барбары Картланд. Но решительно закрыла рот и ничего не сказала. Разве я недостаточно портила ему жизнь? Что Джулиан мог увидеть в такой низко падшей женщине, как я? Да меня пора внести в справочник «Кто есть Никто». С обесцвеченными волосами, без работы (я была настолько без средств, что вскоре мне пришлось бы приняться за свой «косметический фонд»). Я, как магнит, притягивала к себе всевозможные катастрофы.
– Бекки…
Джулиан повернулся ко мне. На его лице было странное выражение, голубые глаза казались бездонными. В воздухе витала недосказанность. Но вдруг теплота на его лице растаяла, глаза сфокусировались где-то позади меня. Он рефлексивно поднял брови, и его лицо исказилось досадой.
Я обернулась и увидела, как, заставляя прохожих оборачиваться на свою попу, Закери важной походкой направляется в нашу сторону мимо канареечно-желтых офисов газеты «Геральд трибьюн». Он напоминал варвара, готового насиловать и грабить: разорванная футболка, украшенная коброй, медузообразные волосы и трехдневная щетина.
– Спасибо те'е, парень! – Закери протянул Джулиану руку, который автоматически пожал ее. – Те'ерь я свободен!!! – Зак с силой дернул кулаком, отведя руку назад. – Йесссс!.. Со мной говорили ФБР. Они сказали, что у меня все в порядке. Контракт Ротти никак ме'я не связывает по закону, да ведь и гангстер отправится в тюрьму, пра'льно, адвокат?
Джулиан почти незаметно кивнул. Его лицо было цвета тумана.
– Ротти мертв, как динозавр, черт… Да. Поганый зверь, пра'льно? – сказал он воодушевляясь. – Неудивительно, что эти уроды, ну, вымерли, что ли…
Я ухмыльнулась. Две грамматические ошибки, неправильное произношение и совершенно некорректное высказывание. Слава богу. Наконец-то Зак вновь стал нормальным.
– В общем, Бек, по крайней мере, я все равно выступаю в Нью-Йорке, в «Мэдисон-Сквер-Гарден». Еду домой. Се'дня вечером. И не вернусь. Так что я хотел те'я спросить… – Он взглянул на свою блестящую спортивную машину, незаконно припаркованную у края тротуара. – Я знаю, ты не захочешь, чтобы те'я видели в машине, похожей на презерватив, – он улыбнулся, – хотя вообще-то она подходит к твоей новой прическе, цыпа. Может, поедешь со мной? Можешь занять место Ротти на «Конкорде».
Я резко развернулась в сторону Джулиана… но его уже не было – он испарился, исчезнув в молочной дымке. Я неистово оглядывалась по сторонам, но ничего не могла разглядеть. Казалось, весь Ковент-Гарден был освещен лампочкой в сорок ватт.
– Ох, Зак. – Я глубоко вдохнула.
Этот мужчина до сих пор был настолько сексуальным, что я отваживалась смотреть только на отдельные части его тела. Шея. Лодыжки. Икры. Ягодицы. Что может приносить большее эстетическое наслаждение, чем аппетитная попка в обтягивающих джинсах «Левис» модели 501.
– Ты так ярок, так стремителен, так своеобразен… не говоря уже о твоем либидо, противостоять которому невозможно, но…
Закери любовно посмотрел на меня, лукаво приподняв брови.
– Ка'да я приеду домой и посмотрю эти слова в словаре, мне будет приятно, верно?
– Да, тебе будет приятно.
Я застенчиво поцеловала его в щеку. Он пахнул костром и ирисками. Но у моей туристической визы на планету Либидо истек срок годности.
Он подбросил ключи от машины и легко поймал их одной рукой.
– Ну?
– Интересно, у тебя есть песни об избалованных и разочарованных тридцатитрехлетних женщинах, которые оставляют своих мужей в погоне за мечтой… а теперь хотят к ним вернуться?
– Так, – он сконцентрировал на мне свой топазовый глаз. – У те'я ко мне больше ниче нет?
Я дернула его за волосы.
– Идеальный перетрах на одну ночь превратился в целый год значимых отношений.
– Они ведь и правда были значимыми, да?
– Да… Но я буду только стеснять тебя, Зак. Почему бы тебе не спеть мне что-нибудь вроде «Мне так жаль, это было так прекрасно, но у нас никогда ничего не получится…»?
Зак на секунду прижал меня к своему горячему телу, пробрался к машине, уселся за руль, включил мотор и исчез. Фары цвета яичного желтка колыхались в грязном свете, пока тот не поглотил его.
Я тяжело уселась на ледяной край тротуара около женщины в запятнанных трусах и сером лифчике, укутанной в одеяло от Армии спасения. Она что-то бормотала себе под нос. Одиночество взвыло бы, глядя на меня. Я чувствовала, как иссыхаю. Меня колотила дрожь. Пожилая женщина предложил глотнуть из бутылки… Но какой смысл? Все сразу выльется у меня из глаз.
* * *
Когда через несколько часов Кейт на полной скорости влетела в свою квартиру в Блумсберри, она обнаружила меня на полу гостиной. Я сидела скорчившись и вполне сошла бы за когтеточку ее омерзительной кошки.
– Что случилось?
– Джулиан расстроил планы Роттермана. Он рассказал о нем всем – органам, ФБР и ЦРУ, – и они приехали и арестовали его. А с меня на радостях сняли все обвинения.
– Он пошел на это? Ничего себе! Ты сказала, что все еще любишь его? – требовательно спросила она.
– Нет.
– Почему, черт возьми, нет?
– Потому что он меня не любит. После всего, что я ему причинила.
– Ты дуреха, каких свет не видывал! Роттерман был его клиентом, так ведь? А Джулиан юрист. Парень нарушил свои профессиональные обязательства. Адвокат выдал сведения о своем бывшем клиенте! За такое его могут отстранить от работы! Ты понимаешь?
– Отстранить? – Я с ужасом уставилась на нее. Шок волной прокатился по всему телу, словно на мне испытывали ядерное оружие. – Но он же любит свою работу!
– Но тебя он любит сильнее. Мать твою, Бекки, да вы просто предназначены друг для друга. Ваша проблема не в вашей непримиримой непохожести… а в поразительном сходстве. Вы оба просыпаетесь, когда полдела уже сделано, господи прости… Неужели ты правда хочешь стать такой, как я? Дурой, не знающей наслаждения, боящейся каких бы то ни было обязательств? Секс, правда, лучше, чем прыжки с парашютом. Но любовь еще лучше. Ты была права. Счастье – это вовсе не умение смириться с тем, чего у тебя нет, – твердо сказала Кейт. Она театральным жестом указала мне на дверь. – Ты можешь еще успеть в церковь.
Расплывчатое ощущение отчаяния затвердело, превратившись в тревожное напряжение. Я бегом спустилась по ступенькам и прыгнула в ближайшее такси.
Последнее время так часто приходилось проглатывать свою гордость, что я уже знала ее на вкус. М-м-м. Еще гордости, пожалуйста. Требовалось секунды две, чтобы переварить ее… но в такси я поняла – мысли о том, что я буду плохой женой и плохой матерью, были неправильными. Посмотрим правде в глаза: идеальных семей не бывает. Единственное правило в хорошем браке – никогда не претендовать на хороший брак. И любить, принимая во внимание совместный опыт. Конечно, вы можете мечтать о Тарзане, который спустится на лиане и украдет вас… но будьте готовы к запаху его подмышек. Выходя из роли командира космического корабля глупости, я осознала, что мой страх потерять себя в замужестве был просто нелепым. Конечно, даже в браке можно иметь абсолютно все… только не все сразу.
Отличаясь особым умением заводить врагов, я бесстрашно ринулась через толчею на мостовой у церквушки на краю Риджентс-парка, мимо Дариуса и его южноафриканского жениха Норберта, мимо Женщины, которая в Прошлом Делала все Лучше и Успешнее, чем Любая Другая Женщина во Вселенной, а сейчас была Измученной, Слабой, Плохо Работающей и такой же Реальной, как все мы. Я пронеслась мимо Селестии, булимичной вегетарианки «свободного падения», которая флиртовала с отцом Анушки, говоря ему, что она не против, чтобы он называл ее «моя сладкая», если только тот не собирается ее съесть.
Я перепрыгнула ограду, оказавшись в маленьком садике размером с носовой платок, пробежала по аккуратно постриженному газону, напоминающему зеленое сукно бильярдного стола, и, петляя между могильными плитами, оказалась наконец на паперти, отшлифованной ступнями прихожан. В ризнице Саймон прикалывал гвоздику к серому фраку Джулиана.
– Что такое… – начал было свидетель.
До того как он успел разразиться очередной тирадой, я ударила его коленом в пах.
– Нужно испытать физическую боль, чтобы прижечь боль душевную. Помнишь индейцев из племени сиу? Это символично, – объясняла я, выталкивая Саймона на кладбище. Дубовая дверь захлопнулась, и я повернула гигантский ключ в замке по часовой стрелке.
Джулиан откинул гладкие волосы с широкого лба.
– Ребекка!.. А как насчет неприкосновенности развода?
Я зажала ему рот ладонью.
– Не говори ничего, пока ты не будешь готов меня выслушать!.. – с полным отсутствием логики произнесла я. – Я пришла сказать тебе, что поняла… Каждый брак – это смешанный брак. Брак двух разных культур. В каждой паре кто-то копается в смеси из орешков и выедает все кешью… Один водит машину слишком быстро, другой слишком медленно… Одному нравится, когда окна открыты, другому – когда закрыты. Видишь! – Я говорила голосом восторженного проповедника. – Каждая пара в каком-то смысле несовместима!
– Прости. – Он отвел мои пальцы от губ. – Но, по-моему, ты ни с кем несовместима, Ребекка.
– И это еще одна отличная причина, по которой нам надо завести детей, – сказала я, отважившись на улыбку. – Родители так заняты детьми, что у них нет времени ссориться друг с другом.
– Детей? – Джулиан отшатнулся. – А что ты здесь делаешь?
Я подступила к нему чуть ближе. Он отодвинулся на пару сантиметров назад. Я подошла. Он отодвинулся снова. Мы кружили по комнате друг за другом, выбивая клубы пыли из восточного ковра.
– Я здесь, чтобы сказать тебе, что свадебные клятвы неправильно сформулированы. Браки разрушают не болезни, неверность или недостаток денег, а целлюлит, ковыряние ногтей в постели… И еще, когда ты рассказываешь анекдот, а тебя перебивают. Или хуже! Исправляют. Священникам стоит произносить: «Объявляю вас мужем и женой, и пусть не помешают вам храпы, фырканья и другие раздражающие звуки и толстеющие бедра».
На губах Джулиана появилась ухмылка.
– Да не разлучит нас гастроэнтерит.
– И встречи с родственниками.
– Это точно. Особенно с твоими родственниками.
– В брачных контрактах должны быть еще пункты о храпе и еще о забывании дней рождений.
– И пунктик «Я не буду обсуждать размеры гениталий моего мужа со своими подругами»…
– Мы не просто обсуждаем анатомию мужей… Мы говорим о ваших эмоциональных дефектах, страхе облысения, ночной работе кишечника, отвратных привычках в вопросах личной гигиены, ваших прозвищах для пениса, о том, как пахнут ваши кроссовки после спортзала, что вы читаете, сидя на унитазе, и о вкусе вашей эякуляционной жидкости.
– О да, это утешает, – с сарказмом сказал Джулиан, закатывая глаза к потолку.
– Но, Джулз… я исцелилась. Мое ПМН – предмоногамное напряжение – понимаешь, оно прошло. Навсегда.
Он перестал ходить кругами.
– Слишком поздно, Бекки. Понимаешь, ведь есть еще Энни…
– Ты не любишь ее! Она женщина для утешения – вот и все! И Энни ты не нужен. Ты же живешь настоящей жизнью, Джулиан. А Анушка об этом ничего не знает. Для Анушки настоящая жизнь – это что-то, чем можно заняться между походами за покупками. Ее отцу вот-вот предъявят обвинение, а Дариус потратил все ее деньги. Так что не мешай Анушке искать то, чего она хотела всегда, – мужчину, на которого можно делать ставки.
– Ох, это в твоем стиле! – Джулиан раздраженно поправил темно-желтый жилет. – Почему надо было дотягивать до этого момента? Ты действительно самая эгоистичная, самонадеянная, незрелая, страдающая манией величия, безответственная, иррациональная…
– Так тебе все-таки не все равно!
– Ребекка. – Он положил руки мне на талию, готовясь к чтению нотаций. Прикосновение было уверенным и чувственным.
Я посмотрела на его тонкие бледные пальцы, вжавшиеся в мое тело.
– Согласись, что ты флиртуешь.
– Я не флиртую. – Джулиан резко убрал руки в карманы. – Это ты флиртуешь.
– Но ты дотронулся до меня вот так… – Я повторила его движение, проведя руками по теплой малинового цвета подкладке его пиджака.
– Я не так сделал. Я сделал вот так, – продемонстрировал он, притягивая меня к себе. – И это точно не похоже на флирт. Вот если бы я сделал так, еще можно было говорить. – Он провел губами по моей шее. На меня накатила волна сексуального возбуждения.
– Это не флирт. – Я прижалась ртом к его губам и пощекотала ему гланды. – Вот что я называю флиртом, – объявила я, когда мы всплыли за глотком воздуха несколько минут спустя.
У боковой двери раздался вопль.
– Джулиан! Джулиан! – без всякого сомнения, это были округлые гласные его матери. От одного ее голоса череп покрывался мурашками. – Ребекка Стил! Я знаю, ты там. Немедленно покинь церковь. Да кем ты себя возомнила?
Мы с Джулианом переглянулись и залились смехом – непрекращающимся смехом, переходящим в раскаты грубого гогота. Мы чуть не задохнулись.
– Может, пойдем выпьем кофе? – спросила я, когда мы справились со смехом.
Все больше людей стучали и били кулаками по двери ризницы. Этот синкопированный ритм странным образом смешивался с органной музыкой, наполнявшей церкви. Невеста, без сомнения, тоже была неподалеку и маниакально нарезала круги в лимузине своего отца.
– Кофе?
– Да, его готовят из бобов, выращенных в Бразилии… Нам нужно куда-то пойти и поговорить, – убеждала его я. – Никаких обязательств… только супружество и детки.
Он постучал пальцами по шелковому цилиндру.
– Боже мой, Ребекка! Да если священник спросит: «Известно ли кому-нибудь причина, по которой этот брак не может быть заключен?», – поднимут руки все, кого мы знаем!
– Но дело в том, что я люблю тебя. Для меня больше никого никогда и не существовало. Просто мне потребовалось время, чтобы понять это. – Я настежь открыла скрипучее окно. В комнату проник свет. Перекинула ноги через подоконник. Внизу был канал, обрамленный унылыми цветочными клумбами. – Подумай об этом, Джулз. Любовь, брак… Суррогатная мать, вынашивающая нашего ребенка…
– Но для меня наша история окончена, – протестовал Джулиан, приближаясь к окну. – Я больше не в твоей юрисдикции…
Я протянула к нему руки.
– Я не против, чтобы ты спасал этот мир. Просто пообещай мне, что на наш медовый месяц мы отправимся куда-нибудь, где нет смертных казней и диссидентов… В какое-нибудь местечко, где я могла бы подсесть на пинаколаду.
– Я адвокат! – покрытые капельками пота брови Джулиана срослись в одну. – Я не могу сбежать из окна в день собственной свадьбы. Это недостойно.
– Джулиан. Если ты не выпрыгнешь из окна, я уйду от тебя.
– Эй, – парировал он, – теперь моя очередь от тебя уходить… Помнишь ты это? Жаль, что у тебя больше нет подруг, ради которых я мог бы тебя оставить!
– А потом, когда мы вернемся, ну… я обещаю отменить все пробы и расстаться с мечтами стать фотомоделью.
Джулиан прищурился.
– Ты начнешь работать по-настоящему? Я кивнула.
– Может быть, даже закончу колледж искусств.
– Ребекка Стил, мне кажется, вы наконец-то становитесь взрослой.
Я затаила дыхание, когда он, подчинившись головокружительному порыву, перекинул ноги через подоконник.
– А мне кажется, ты наконец-то становишься моложе.
Хаос внутри церкви нарастал.
Мы зажмурились от слепящего дневного света. Кажется, церемония началась без нас. Несмотря на декабрь, небо было ровного голубого цвета, словно после бури. Я просунула палец в петлю на его пиджаке.
– Я не заслуживаю тебя, я знаю. Но, черт возьми, цистита я тоже не заслуживаю. Тем не менее он у меня есть. – Я поцеловала его шикарные губы. – Джулз, до того как мы прыгнем, нужно поклясться друг другу. Поклясться, что больше никогда не будем возводить друг друга на пьедестал. Обещаешь?
– Конечно. – Он просунул руку под мою блузку. – Ведь на пьедестале так неудобно заниматься любовью…
И под звуки «Чего же мы ждем?» – о боже, опять этот органист-юморист! – мы взялись за руки. И прыгнули.


Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Алтарь эго - Летте Кэти

Разделы:
123456789101112131415161718

Часть вторая

192021222324252627282930

Часть третья

3132333435363738394041

Ваши комментарии
к роману Алтарь эго - Летте Кэти


Комментарии к роману "Алтарь эго - Летте Кэти" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100