Читать онлайн Розы во льдах, автора - Лейкер Розалинда, Раздел - ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Розы во льдах - Лейкер Розалинда бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.65 (Голосов: 49)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Розы во льдах - Лейкер Розалинда - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Розы во льдах - Лейкер Розалинда - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лейкер Розалинда

Розы во льдах

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Весь день до самого вечера Бет, выходя из дома, каждый раз останавливалась у лестницы, ведущей на галерею, стараясь понять, что за звуки слышала утром, но так и не смогла найти им объяснения. Ей стало казаться (и раздумье перешло в уверенность), что она услышала голос из прошлого, один лишь голос, без встречи лицом к лицу – что, однако, пугало ее не меньше. При одном воспоминании мороз пробегал по коже.
Днем она пошла прогуляться, подышать свежим воздухом, набрать букет красных, желтых, багровых листьев, чтобы поставить в вазу на столе. Мысль о появлении Анны перед ее дверью не оставляла Бет. Причину случившегося угадать было нетрудно, и Бет во всем обвиняла себя. Анну огорчало невнимание к ней Пауля в течение вечера. А она, Бет, танцевала с ним так, как может танцевать только влюбленная женщина, отбросив прочь сдержанность и осторожность. Анна не могла не заметить этого.
На обратном пути Бет зашла в Нилсгаард посмотреть, как чувствует себя Анна после ночного происшествия. Ей сказали, что фрекен Анна отдыхает в своей комнате и что ее не велено беспокоить, а герра Рингстада нет дома. Бет наведалась в классную комнату, где дневные занятия подходили к концу.
– Как удачно, что вы пришли именно в это время! – воскликнула фрекен Ларсен. – Я как раз говорила Джулиане, что мы не сдержали обещания показать вам ледник. Мы собирались после урока заглянуть в Дом у Черного Залива и спросить, устроит ли вас, если мы сходим туда завтра. Герр Рингстад уверен, что день будет ясным. Откладывать нет смысла, в солнечную погоду прогулка намного приятнее.
Бет улыбнулась, видя, с каким нетерпением Джулиана ждет ответа.
– Буду очень рада. Что, если устроить пикник?
Так и решили. Джулиана прыгала от радости и даже начала изображать что-то похожее на шотландский рил. Бет присоединилась к ней, показывая па.
– Хочешь, я научу тебя танцевать рил по всем правилам? – предложила Бет.
Джулиана закивала и захлопала в ладоши. Фрекен Ларсен одобрила идею:
– Если не возражаете, фрекен Стюарт, я бы тоже была не прочь поучиться. Если мы с Джулианой окажемся не самыми бездарными ученицами, то сможем даже выступить на Рождество в семейном кругу.
– Прекрасная мысль! – Бет подошла к окну и выглянула. – Зимой здесь, должно быть, очень красиво.
– Да, очень. – Гувернантка подошла к ней. – Все бело. Озеро замерзает, хотя и не до конца, но можно кататься на коньках, поскольку оно покрывается толстым слоем льда. Можно и переправиться на другую сторону на санях. Люди чаще навещают друг друга – больше свободного времени. Самое красивое зрелище – водопады. Они замерзают и образуют причудливые узоры, особенно большой водопад на Торденгорне – он становится похож на прекрасный дворец с широкими залами внутри, где так и хочется потанцевать, но это верная гибель. Оттуда не выбраться – не успеешь оглянуться, как превратишься в льдинку.
Бет вспомнила старую сказку о Снежной Королеве.
– Когда выпадает первый снег? – спросила она.
– Обычно в октябре, но местная поговорка утверждает, что снег тает трижды, прежде чем остается на всю зиму. К ноябрю все будет белым-бело, и мы не увидим солнца до февраля. Здесь не бывает темно днем, как в более северных районах, солнечные лучи иногда освещают вершины, но само солнце прячется за горами, его не видно.
Трудно было представить изумрудное озеро, одетое в пышное убранство осенней листвы, белым и неподвижным, и мощный водопад – замерзшим до наступления весны. Здешние места не знали плавных переходов от одного времени года к другому, в Норвегии каждый сезон наступал неожиданно, словно белый, темный, зеленый и оранжевый плащи чья-то капризная рука поочередно накидывала природу. Но Бет нетерпеливо ждала перемен с их новыми красками, запахами и погодой. Ей хотелось впитать как можно больше впечатлений перед окончательным отъездом из Тордендаля.
Они договорились о времени на завтра, и Бет уже спускалась по ступенькам веранды, когда Пауль подъехал к дому на сером коне.
– Как чувствуете себя? – спросил он, спрыгивая с седла.
Она улыбнулась:
– Отдохнула и отошла от испуга, спасибо. А как Анна? Мне сказали, что она в постели.
– Да, так советовал врач. – Он нахмурился. – Бывают периоды, когда ей нужен абсолютный покой, она принимает необходимое лекарство, чтобы снять возбуждение. Четыре года в клинике значительно улучшили состояние ее нервной системы, но, если не соблюдать осторожность, могут быть рецидивы.
Лошадь нетерпеливо била копытом, требуя отвести ее на конюшню.
– Нилсгаард теперь – дом Анны и всегда им будет. Я ей это обещал.
Говоря это, он пристально наблюдал за Бет. Она надеялась, что не выдала разочарования и Пауль не заметил, как у нее вдруг закружилась голова и она чуть не потеряла сознания оттого, что рушились глупые мечты, которые она еще не успела полностью осознать. Она нашла в себе силы улыбнуться:
– Что, если она выйдет замуж?
– Она никогда не выйдет ни за кого, кроме меня. А это исключено.
– Ах, да, – ответила Бет сухо, вспомнив, что закон запрещает женитьбу на сестре покойной жены. – Она же сестра вашей жены.
– Если бы это было единственным препятствием, я бы мог оформить брак за границей. Но я не думаю о браке, я еще не примирился со смертью Джины и не хочу терять свободу. Я хочу жить так, как считаю нужным. Теперь уже и Анну этот вопрос беспокоит не больше, чем меня, она примирилась со своим положением.
Бет вдруг разозлилась на него за самоуверенность и за нестерпимую боль, которую испытала по его вине:
– Боюсь, что ее это волнует больше, чем вам хотелось бы! Первое, о чем она сообщила мне при нашем знакомстве, так это о сплетнях, которые ходят о ваших отношениях. Может быть, в этом и кроется причина ее нервного расстройства. Вы уверяли, что позаботились о ней, но вы же отказываете ей в том единственном, чего она желает больше всего!
Пауль был явно недоволен:
– А чего же она хочет? От чего должно зависеть ее спокойствие?
– Замужество – вот что может вернуть ей покой. И уверенность, что не вы явились причиной смерти Джины.
Он побелел как полотно, в глазах появилось страдальческое выражение.
– Разве у нее остались сомнения? – воскликнул он хрипло, словно не веря своим ушам. – Если бы я мог, то сделал бы все, чтобы развеять их. Но у меня нет доказательств. Однако верит она или нет, ее любовь ко мне не ослабевает, ее преданность безгранична. Для меня до сих пор остается тайной, что случилось в ту ночь, когда Джина выбежала из дома. Возможно, только Джулиана знает правду, а она, слава Богу, забыла об этом. Мне было бы тяжело сознавать, что мою дочь до конца ее жизни будут преследовать страшные воспоминания.
Глаза Пауля превратились в узкие щелочки:
– Вы считаете меня способным на убийство?
Бет не колебалась.
– Нет, я так не думаю, – ответила она бесстрастно.
Пауль облегченно вздохнул.
– Слабое, но утешение, – заметил он, похлопывая коня по шее. – Еще раз повторяю: я отдал бы жизнь за то, чтобы повернуть время вспять и узнать, что заставило Джину бежать из дома ночью. Она была такая трусиха… – В его голосе звучала глубокая грусть. – Один-единственный раз за всю нашу совместную жизнь я повысил на нее голос, и результат оказался трагичным.
Бет была глубоко тронута. Ей захотелось обнять его и утешить, но между ними словно стоял невидимый барьер.
– Я бы на вашем месте тоже вышла из себя, узнав о ее планах изменить внешний вид и отделку этого прекрасного холла.
Он смотрел, не понимая:
– Холл? Да, я пришел в ярость, больший вандализм трудно было представить. Но не это стало причиной ссоры. Рабочие еще не успели ничего испортить, я приехал вовремя. И наверняка сумел бы убедить Джину согласиться со мной – она ведь была очень уступчивой. Нет, не из-за холла я не сдержался. И теперь должен сожалеть об этом до конца дней своих.
Бет растерялась.
– Значит, то, что мне рассказали, – неправда, – запинаясь от смущения, проговорила она.
– Это уж точно! – Пауль явно нервничал. И вдруг шагнул вперед, привлек Бет к себе, смяв букет из осенних листьев, который она держала. Несколько листочков упали на землю и кружились у их ног.
– Хорошо, я признаюсь, почему мы с Джиной поссорились, раз вас это так волнует! Когда Анна находилась на лечении, я навещал ее несколько раз, и Джина подумала то же, что и вы. Она обвинила меня в том, что я влюблен в Анну – а я этого не отрицал!
Бет в гневе оттолкнула его, и еще несколько листьев выпало из букета. На втором этаже распахнулось окно. Оба невольно взглянули наверх и увидели Анну. На ней был нарядный шелковый халат абрикосового цвета, но спутанные волосы свисали в беспорядке, лицо казалось изможденным.
– Пауль, – позвала она, с усилием выговаривая слова, – пошли за доктором. Невыносимо болит голова. – Она сделала беспомощный жест рукой. – Такое ощущение, что сейчас ее раздавит…
Пауль ответил:
– Немедленно пошлю, а потом поднимусь к тебе.
– Спасибо.
Анна отошла от окна и, судя по всему, снова легла в постель.
– Могу ли я чем-нибудь помочь? – спросисила Бет.
Пауль взял лошадь под уздцы, чтобы отвести на конюшню и послать грума за доктором. На его лице застыло выражение усталости.
– Нет, Бет, не теперь.
Он отвел лошадь.
Бет снова взглянула в окно, оно было открыто. А что, если ее кузина отчасти притворялась? Окно распахнулось как раз в нужный момент. Видимо, Анна наблюдала за ними все это время. Но состояние, переживаемое Анной, было знакомо Бет по ощущению, испытанному в стенном шкафу. И ей тогда казалось, что неведомая сила давит на нее, хотя дыхание не прерывалось. Возможно ли, что, находясь на чердаке, Анна пережила то же самое, и теперь эти воспоминания преследовали ее?
По пути к своей мрачной обители Бет размышляла о словах Пауля. Он бросил ей новый вызов, хотя, по всей видимости, не намеренно. Она подумала, что должна действовать. Если удастся убедить Зигрид признаться, что именно она писала Джине письма, то, возможно, у нее в руках окажется ключ к разгадке тайны странного поведения Джины.
В лесу Бет выбросила остатки смятых листьев, которые все еще держала в руке. Там, в доме, ничто не должно напоминать о неприятной сцене под окнами Нилсгаарда.
Прогулка на ледник началась при теплой солнечной погоде. Фрекен Ларсен правила эки-пажем, Джулиана восседала между ней и Бет, позади стояла корзина со всем необходимым для пикника. Лошадка бежала бодрой рысцой по дороге вдоль берега озера, колеса слегка подпрыгивали на каменистых участках. Гувернантка сообщила, что приезжал доктор и был удивлен, застав Анну на ногах, словно ничего не случилось.
– Не сомневаюсь, что он выразит свои отрицательные эмоции в счете, – сухо заметила женщина. – Но визит был не совсем напрасным, так как ему нужно было проведать фру Сандвиг: бедняжка еще в постели, и создается впечатление, что она не поднимется уже никогда. Еще он собирался осмотреть руку Рейкел, сегодня у нее поднялась температура. Эти новости расстроили Бет и испортили ей настроение, хотя она сделала все, чтобы не разочаровать спутниц.
Они обогнули край долины у Торденгорна, минули водоворот и водопад и по узкой тропинке стали взбираться в гору по соседству с главной вершиной. Дорога была хотя и крутая, но хорошо наезженная, и маленькая коренастая лошадка легко преодолевала крутые повороты и не давала повода для беспокойства. Иногда приходилось проезжать между деревьями: березы и клены в осеннем убранстве представляли собой великолепное зрелище. Затем дорога снова свернула к водопаду, но уже гораздо выше, там, где бешеные потоки ревели и бурлили под деревянным мостом, который был построен над водопадом, разбрасывавшим кругом мириады искрящихся брызг.
Бет видела, что фрекен Ларсен что-то говорит, но что именно, расслышать было невозможно – только догадываться, так как Джулиана достала из корзины три непромокаемых плаща. Они надели их, натянув пониже капюшоны, фрекен Ларсен щелкнула кнутом, и лошадь двинулась через мост, который вблизи казался очень хрупким по сравнению с неудержимой силой водопада, ревущего внизу. Вода потоками стекала с капюшонов, брызги разлетались фонтаном, обдавали лица и подгоняли лошадь. За несколько секунд попона ее набухла от влаги, а шум стоял такой, что путешественники стали опасаться за свой слух.
Наконец, взволнованные и возбужденные, все трое перебрались на противоположную сторону, стряхнули воду с плащей и положили их сушиться на заднее сиденье. Доехав до усыпанной листвой полянки, распрягли лошадь, оставив ее щипать траву, а сами стали подниматься по крутой извилистой тропинке. Через четверть часа они были у огромного серо-голубого озера, которое питалось водой мощного ледника, обрамлявшего вершину Торденгорна, а само изливалось в горный водопад.
При виде ледника Бет застыла в благоговейном восторге. Никогда еще ей не приходилось чувствовать себя столь ничтожной в сравнении с ледяным гигантом. Люди выглядели крошечными муравьями на фоне сверкающего великолепия голубого, серебристого и зеленоватого льда. По поверхности озера скользили отколовшиеся льдинки, вода была так прозрачна, что можно было увидеть пологое дно и даже крупные и мелкие камни, застывшие в глубине. Местность вокруг напоминала пейзаж на поверхности далекой планеты – скалы и обнаженная порода. Только самые неприхотливые и выносливые растения могли выжить в этом застывшем холоде. Однако в толще льда оставались семена редких древних цветов, которые попадали на плодородную почву, если куски льда отрывались и выпускали пленников.
Бет все же нашла два цветка для своей коллекции, после чего все трое начали спускаться к лиственной рощице. Там они устроили пикник. Развели небольшой костер, приготовили кофе. День стоял безветренный, и дым от горевших веток поднимался прямо вверх. Время от времени доносились звуки выстрелов – начался сезон охоты. В этих местах традиционно желанными трофеями считались олень, лось и белая куропатка. Но охотники были далеко и не мешали уединению отдыхающих.
Вскоре фрекен Ларсен задремала над книгой, а Бет с Джулианой отправились побродить, посмотреть горные ключи и собрать еще немного цветов для заветной оловянной коробочки. Отойдя на небольшое расстояние от поляны, они вдруг услышали выстрел, раздавшийся совсем близко. Бет схватила Джулиану за плечи, приказывая не двигаться.
– Стой! Не шевелись! Кто-то охотится совсем рядом.
Но никто не появился из-за деревьев – ни зверь, ни человек. Бет решила, что стреляли случайно, может быть, в птицу на ветке. Она уже собиралась идти дальше, как вдруг снова раздался выстрел. Судя по звуку, в чьих-то руках было старинное оружие. На этот раз Бет расслышала свист пули, которая попала в кору березы всего лишь в трех футах от места, где они стояли. «Боже праведный!» – подумала Бет в ужасе. Она поняла, что целились в них.
– Прекратите стрелять! – закричала она что было силы. – Здесь нет дичи! Вы попадете в людей!
Голос растаял вдали. Она подождала ответа или извинения, но никто не отозвался. Бет испугалась, что теперь стрелок постарается быть более точным.
– Беги! – закричала она Джулиане.
Девочка помчалась к поляне. Бет следовала за ней. Прогремел еще один выстрел, совсем рядом. Они бежали, спотыкаясь и задыхаясь, разрывая одежду о колючки, падая и снова поднимаясь. Выстрелы прекратились – густые ветви деревьев и стремительный бег спасли Бет и Джулиану. Наконец, они достигли поляны, где фрекен Ларсен затаптывала только что потухший костер. Она в недоумении уставилась на их испуганные лица и разорванную одежду. Джулиана обхватила гувернантку за ноги и разрыдалась.
– Моя дорогая! Что случилось? Повстречали медведя? – она обняла Джулиану.
Бет в изнеможении опустилась на землю:
– В нас стреляли. Не знаю, кто. Чудом удалось спастись…
– О, небо! Какая неосторожность! Здесь много горе-охотников, которые сначала стреляют, а потом смотрят, в кого попали. Виновато правительство – за каждого волка дают вознаграждение, многие бедняки так кормятся. Едем сейчас же в Нилсгаард и сообщим отцу Джулианы!
Они снова запрягли лошадь и забрались на сиденья. Гувернантка продолжала ворчать по поводу опасности, которой подверглись Бет и Джулиана, но Бет почти не слушала. Она зорко следила за дорогой и всматривалась в ближайшие деревья. Ее беспокоил мост: там они будут на открытом месте и поэтому особенно уязвимы. Она прижала к себе Джулиану, выхватила кнут у фрекен Ларсен и погнала лошадь во весь опор.
– Зачем вы это сделали? – удивленно спросила гувернантка, когда они перебрались на другую сторону.
– Чтобы у кого-нибудь не возникло соблазна выстрелить в нас по ошибке, – мрачно ответила Бет, стряхивая струйки воды с плаща Джулианы.
– Это не могло случиться на мосту, ведь там нас было хорошо видно, охотник бы не ошибся. Неужели вы считаете, что в вас стреляли намеренно?
Бет промолчала. К чему было спорить? Она не сомневалась, что целились именно в них.
Вспомнила и эпизод в горах, когда Гарольд Дженсен сбросил ее с выступа скалы. Веселое настроение улетучилось, гувернантка дулась на Бет за ее поведение на мосту, а утомленная переживанием Джулиана уснула на руках Бет. Обратный путь они проделали в молчании.
– Я не буду заходить, – сказала Бет, когда экипаж подъехал к Нилсгаарду. – Вы сами расскажите герру Рингстаду о случившемся. Жаль, что нам испортили день, и все же его лучшие часы я буду всегда вспоминать с большим удовольствием.
Гувернантка вяло улыбнулась. Ей было неудобно за то, что она высказала неудовольствие поведением Бет на мосту, но от бешеной скачки у нее душа ушла в пятки.
– Я сообщу герру Рингстаду. Уверена, что он выяснит, кто стрелял так неосторожно.
Пауль все выяснил. Поздно вечером он пришел к Бет, взволнованный и серьезный, и сообщил, что объехал все фермы в долине и узнал, кто охотился в этот день. Всего на охоту выходило двадцать человек, но только двое искали удачи в той части гор. Оба из Холстейнгаарда.
– Ваша кузина Зигрид и один из ее арендаторов. Оба отрицают, что стреляли наугад, оба утверждают, что ясно видели цель, прежде чем сделать выстрел. В амбаре у них лежат три убитых оленя, которых представили как доказательство. – Он сел в большое резное кресло. – Ну? Как вы считаете, они говорили правду или лгали?
Бет беспомощно развела руками:
– А вы верите им?
– Фермера я знаю давно, он хороший человек, не то что Гарольд Дженсен, если я угадал ваши мысли.
Видно было, что он искренне обеспокоен инцидентом.
– А Зигрид?
– Зигрид отмалчивалась. Я дал понять, что мне известно о ее сговоре с Гарольдом Дженсеном, но она не произнесла ни слова. В конце концов удалось добиться от нее только одной фразы – что она стреляла в оленя. Откровенно говоря, я видел, что она не очень обеспокоена тем, поверю я ей или нет. Она сама себе закон, Узнать, о чем думает Зигрид или что у нее на уме, невозможно. Холстейнгаард заменяет ей все и всех – ребенка, мужа, любовника и отца. Так было всегда.
– Так вы уверены, что стреляла не она?
– Не уверен. Она не скрывает неприязни к вам, так как из-за всех этих предрассудков убеждена, что в доме у залива никто не должен жить. Поэтому все, что она говорит, нельзя принимать на веру.
– Иногда я задаюсь вопросом, – заметила Бет, – почему Зигрид не поручила Гарольду сжечь этот дом: я не сомневаюсь, что коттедж спалил он. Все проблемы сразу бы исчезли.
– Этого она не могла сделать. Каждый считает, что тогда проклятие падет на него лично. Инстинкт самосохранения в людях очень силен.
Он снова заговорил о выстрелах:
– Конечно, всегда есть шанс, что правда о злонамеренном охотнике выйдет наружу рано или поздно…
– Надеюсь, что все действительно объясняется чьей-то неосторожностью, но я все еще переживаю случившееся и пока не могу заставить себя поверить в эту версию. Уверена, что целились именно в меня!
– Мне от этого не легче…
– Понимаю и ценю все, что вы для меня делаете. Хотите, чтобы я меньше общалась с Джулианой… учитывая обстоятельства?
– Разумеется, нет. Прежде всего я думаю, что кем бы ни был тот стрелок, он просто хотел вас попугать: еще одна уловка, чтобы заставить уехать из Тордендаля. Видите ли, зимой часто устраиваются соревнования в стрельбе на меткость. Но местные жители держат оружие не для состязаний, а для того чтобы кормить семью. Их сила в твердой руке и зорком глазе. И никто, даже Зигрид, не промахнулся бы на таком незначительном расстоянии.
– Ружье издавало громкий звук. Обычно такой бывает при сильной отдаче. Это может помочь в поисках владельца?
– Боюсь, что нет. У жителей долины много старинного оружия, годного разве что для музея. Но бедным людям не приходится выбирать, они стараются извлечь максимум выгоды из того, что имеют. В этом смысле точный прицел – их верный кормилец. В Холстейнгаарде ни одна мелочь не пропадает зря. Зигрид унаследовала от деда не только дом, но и его скупость.
– К Гарольду Дженсену она проявляла щедрость…
– Если это можно так назвать. Земля, которую она ему выделила, возвращалась к ней после его смерти. Это было выгодное помещение капитала.
– Возможно, вы правы. – Бет устала от бесконечных загадок и интриг. Жизнь в старом доме превратилась в постоянную напряженную борьбу. Ежедневно от нее требовались незаурядная храбрость и самообладание. Временами казалось, что она не справится с этой ношей одна.
– Фрекен Ларсен сказала, что головная боль у Анны прошла?
– Да, но она очень подавлена. Хорошо, если бы вы смогли навещать ее время от времени. Через несколько дней мне снова предстоит поездка в Кристианию на одну-две недели.
– Почему бы вам не взять ее с собой? – предложила Бет, испытывающе глядя ему в глаза. – Перемена мест может пойти ей на пользу.
Ей показалось, что он недоволен вопросом:
– Неужели вы до сих пор не поняли, что она никогда не уедет из Нилсгаарда? Она помешана на нем, как Зигрид на Холстейнгаарде. Джина путешествовала со мной в первые годы нашей семейной жизни, но в Нилсгаарде всегда чувствовала себя лучше. А после рождения Джулианы она вообще отказывалась выезжать из дома.
– Но вы же сами сказали, что Анне нужны только вы, нужны как жизнь!
Ответ прозвучал сухо:
– Не совсем так, хотя по сути вы правы. Смысл моих слов сводился именно к этому. Она действительно связывает свое благополучие только со мной, но, как бы ей ни хотелось съездить в Кристианию, она этого не сделает. Непонятно почему, но она убеждена, что, раз покинув Тордендаль, уже больше сюда не вернется. Она боится поездок. Вот так-то…
– Но она не перестает говорить о Швейцарии! Там ей нравится, она была там счастлива…
– Сказки. Вымысел, почерпнутый из книг. – Он поднялся с кресла, прошелся по комнате, выглянул в окно, приподняв занавеску. – Она никогда не была в Швейцарии, но ей хочется, чтобы окружающие думали, что она там была. Просто ей не дает покоя уязвленное самолюбие, и меня это крайне удручает. В шестнадцать лет она вдруг заболела – полное расстройство, умственное и физическое. Дед отослал ее в лечебницу для душевнобольных на юге Норвегии, недалеко от моих верфей. Я считал своим долгом навещать Анну после того, как ей удалось тайком переправить мне письмо с указанием адреса. Больше никто к ней не приезжал. Для старика Холстейна дочь просто перестала существовать. Мне всегда казалось преступлением держать ее там после окончания курса лечения. Ее использовали в клинике как сиделку для других больных. Старик не хотел ее забирать. Пришлось употребить все свое влияние, чтобы вызволить Анну оттуда.
Он снова сел.
– Я никогда не был влюблен в Анну, но по неизвестной мне причине Джина была убеждена, что между нами есть какие-то отношения, и неоднократно упрекала меня в неверности…
Его лицо вдруг исказилось гримасой боли:
– В этот вечер я не узнал Джину. Никогда раньше мне не приходилось слышать столь чудовищных обвинений. Я не сдержался, нервы были и так напряжены из-за ее дурацкой идеи переделывать потолки. Она уже до моего приезда решила устроить сцену, и стало ясно: чтобы я ни сказал или ни сделал, я не смогу переубедить ее. Я почувствовал бессилие впервые за нашу совместную жизнь и накричал на нее… Когда Джина убежала, я подумал, что она укрылась в своей комнате. В исступлении я крушил деревянные леса для потолочных работ и, доломав, пошел искать Джину. Но в доме ее не оказалось.
Бет понимала переживания Джины и его тоже:
– Если бы не случилось несчастья, Джина пожалела бы о своих словах, я уверена!
– Сомневаюсь… Ее словно подменили, околдовали злыми чарами. Она дышала ненавистью ко мне и даже пыталась поцарапать мне лицо. Об этом я никому не рассказывал. Вы единственная, кто теперь знает подробности случившегося между нами той ночью.
– Ценю ваше доверие, – сказала Бет.
– Я думал, что Джина должна быть довольна возвращением сестры, и написал письмо, надеясь ее обрадовать.
– Могу полюбопытствовать, сколько писем вы написали? – спросила Бет, вспомнив о таинственной переписке, которая доставляла столько переживаний Джине.
– Только одно – сообщил дату выписки Анны из клиники. Не хотел рисковать и доставлять Джине разочарование. Разочарование!.. – Он горько усмехнулся от сознания того, что обстоятельства оказались сильнее его воли. – Анну выписали, взяв с меня обязательство, что мы с Джиной примем на себя всю ответственность за нее. Поэтому Анна живет в Нилсгаарде. Лишь поэтому, других причин нет! – Пауль хотел поймать взгляд Бет, но она опустила глаза.
Бет не могла заставить себя посмотреть на него, но была уверена, что правильно понимает его слова. Означало ли сказанное, что в его жизни не было другой женщины после смерти Джины?
Он подошел к ней, протягивая руки. Она вложила свои ладони в его и поднялась с кресла, подчиняясь его воле. Он заключил ее в объятия; поцелуй поразил ее нежностью и страстью.
Бет стояла у открытой двери, освещая путь лампой, пока Пауль не скрылся за деревьями. Потом вошла в дом и заперла дверь на засов. Не успев сделать и двух шагов, она остановилась.
Сверху послышался легкий стук. Бет подняла глаза. Какая-то вещь упала на чердаке? Или там творилось что-то страшное и необъяснимое? Ее начинали злить таинственные шорохи. Она решила выяснить, что происходит, чтобы покончить с этим раз и навсегда. Откладывать больше нельзя, нужно было идти на чердак тотчас же.
Взяв лампу и ключ, Бет вышла из дома. Было совсем темно. Она подошла к лестнице, ведущей на галерею, подбадривая себя ни готовясь к худшему. Она не испугается, не проявит малодушия. Сознание того, что ее чувство к Паулю, возможно, не безответно, придавало ей силы и смелости. Бет начала подниматься по лестнице.
На галерее Бет приложила ухо к чердачной двери и прислушалась; внутри стояла тишина. Она решительно повернула ключ в замке и хотела отворить дверь, но та неожиданно открылась сама, словно ее потянули изнутри: ни одна половица не задержала плавного движения. Бет вспомнила, как трудно поддавалась эта дверь раньше.
– Кто здесь? – требовательно спросила она.
Но кругом стояла мертвая тишина. Пульс учащенно забился. Бет высоко подняла лампу, выкрутив фитиль до основания. Теней стало меньше, но за горой рухляди затаилась вечная темнота.
– Выходи, кто там стоит за дверью!
Голос эхом отразился от стен. Держа лампу над головой, Бет осторожно заглянула за дверь. Там никого не было. Она попыталась понять, почему дверь легко открылась, и решила, что за время жарких летних дней дерево успело хорошо просохнуть.
Девушку опять поразила почти осязаемая тишина чердака. Она внимательно шаг за шагом оглядела все помещения, освещая попеременно каждый уголок, стараясь успокоить сердцебиение и не показать, как ей страшно. Что могло при падении издать звук, донесшийся с потолка гостиной? Или кто-то нарочно уронил вещь, давая понять, что ее ждут в этом мрачном месте? Может, упали грабли? Они лежали в стороне от других предметов. Нет, между граблями и стоявшей рядом коробкой висела толстая паутина. Может, горшок? Она потрогала его носком ботинка и убедилась, что он неподвижно стоит на старом месте. Какая удушливая атмосфера! Даже дыхание становилось затрудненным, но Бет не теряла контроля над собой и напряженно всматривалась и вслушивалась, готовая к атаке или защите. А Джина, где она стояла в ту ночь? Возможно, на том же месте? Или, согнувшись, сидела у крошечного окошечка, вглядываясь в темноту? Она боялась, что муж будет ее преследовать, а вместо этого столкнулась с другой опасностью, которая подстерегала ее совсем рядом. Или странное ощущение, которое Бет испытала в стенном шкафу, когда-то почувствовала и Джина, после чего обезумела от страха? Теперь Бет не боялась и была готова снова пережить это состояние, если придется.
Она подумала, что нельзя стоять замерев, – нужно двигаться. Она подошла к своим чемоданам и оказалась рядом со старой прялкой. И не заметила, как за ее спиной бесшумно закрылась дверь.
Бет подняла челнок, чтобы с его помощью убрать паутину, окутавшую старые шкафы, стоящие под углом друг к другу, сваленные ящики и коробки, поверх которых громоздились сломанные стулья и табуреты. Бет осторожно подошла к этой свалке.
Тишину внезапно нарушил странный звук, похожий на быстрый взмах крыльев совсем рядом. Бет отпрянула, вскрикнув, но это повернулось колесо прялки, которое она случайно задела. Она остановила колесо, но сердце продолжало бешено колотиться от страха.
Бет решительно двинулась дальше, уверяя себя, что если осмотрит весь чердак, это будет ее победой. Почему она так решила. Бет и сама не знала. Может быть, ей интуитивно хотелось упрочить свое положение в доме, узнав каждый его уголок, везде напомнить о своем присутствии, вытеснить духов прошлого и лишить их власти над собой.
Бет попыталась представить себе обстановку гостиной и определить, над каким именно местом она находится, и поняла, что стоит над встроенной кроватью. Девушка решила проверить, какие вещи свалены над потолком стенного шкафа, и двинулась дальше. Дорогу преградила спинка старой кровати. Бет потянула ее. В следующее мгновение все вокруг пришло в движение, словно старые вещи перешли в наступление и собирались раздавить самозванку. Она закричала, увидев, что на нее валится шкаф, и, к счастью, успела вовремя отскочить, иначе была бы погребена под массивным остовом. Упав на какие-то ящики, Бет сдвинула их с места и повалилась вместе с ними на пол. Лампа выпала из рук и погасла. Бет попыталась встать на ноги, но на нее посыпались другие предметы, словно в темноте хозяйничал злой дух.
Единственным желанием Бет было поскорее выбраться с чердака. Но дверь оказалась закрытой! Ориентиром оставалось лишь окно, но оно смотрело во мрак. Бет на ощупь попыталась доползти до окна, но все время натыкалась на какие-то острые углы и разрывала головой паутину; руки и колени были в ссадинах и болели. Она поднималась и снова падала, но упорно пробиралась к цели. Вдруг она потеряла окно из виду, все погрузилось во тьму. Она снова закричала. Старые книги, на которые она наступала, словно выскакивали из-под ног, она опять упала, потом поднялась на четвереньки, но что-то вновь зашевелилось рядом. Бет закрыла голову руками, чтобы защитить от удара, и громко разрыдалась, не понимая, что еще ополчилось против нее в темноте. Это «что-то» свалилось ей прямо на голову, Бет завизжала что было сил, выбираясь из-под чего-то холодного, оттолкнула в сторону и, наконец, разглядела окно. Снаружи его загораживало что-то темное.
– Бет! – послышался испуганный голос. – Бет! Бет! Что происходит?
Это был Колин. Она упала в его протянутые руки почти без сознания. В душном пыльном воздухе чердака Бет ощутила запах дорогих сигар, изысканного одеколона, а через открытую дверь почувствовала свежее дыхание осенней ночи.
Колин вытащил Бет на галерею, она судорожно глотала воздух и не могла надышаться. Наконец, Бет высвободилась из его объятий.
– Ничего, все в порядке, – повторяла она в ответ на его настойчивые вопросы. – Нет, я не ранена, уверяю вас. Просто обследовала чердак, зацепилась за что-то и уронила лампу. Отсюда весь переполох…
Колин взял ее за плечи, повернул к себе и заглянул в глаза.
– Неправда! – возразил он. – От падающих вещей вы бы так не кричали. Никогда не слышал более испуганного вопля.
– Мне стало страшно, когда вы загородили собою окно. Я не поняла, что… – она поправилась, – … кто это. – Бет выпрямилась, словно стараясь стряхнуть с себя пережитый страх. – Сейчас запру дверь и пойдем в дом. Вы расскажете, как оказались здесь. Добрались на лодке? – Она заперла дверь. – Сегодня пароход не ожидался.
Колин не был уверен, что именно сейчас должен говорить о себе, ведь Бет все еще была в состоянии потрясения.
– На лодке через эти пороги? Нет, сначала надо изучить ваши неспокойные воды.
Они начали вместе сходить по ступенькам, Бет не отпускала перил и была не в состоянии двигаться без поддержки.
– Сегодня утром я вернулся в гостиницу в Рипдале и решил не ждать отплытия парохода – это задержало бы меня еще на два дня. Нанял ландо, взял палатку, преодолел перевал и ближе к сумеркам добрался до Тордендаля. Поставил палатку на берегу озера и отправился искать вас. В доме вас не оказалось. Тут я услышал крик с чердака…
Бет вошла в дом первая и выкрутила фитиль лампы до конца, чтобы дать больше света. Колин смотрел на ее растрепанные волосы, порванное платье, поцарапанные руки, и волна нежности нахлынула на него. Он пожалел, что упомянул про палатку: не сделай он этого, ей ничего бы не оставалось, как предложить ему приют в доме.
– Я скучал по вас. Бет, – сказал он хрипло.
Она взглянула на Колина, но мысли ее были далеко. Бет испытывала неловкость оттого, что не могла ответить ему тем же признанием.
– Да? – спросила она отсутствующим тоном. – Как мило…
«Мило!» К черту! Он видел, что она о нем не думала, разве что когда писала письма, включая последнее, в котором отказалась приехать, сославшись на работу. Тогда он был зол и обижен и решил порвать с ней отношения, порыбачить еще немного и уехать домой. Но все откладывал решительный шаг. Наступил сезон охоты, он убил лося, оленя, куропатку и разную другую дичь. Колин знал, что просто всеми способами затягивает время, выжидая, когда цветы отцветут и она сможет уехать из Тордендаля, он заедет за ней и они вместе отправятся в Англию.
– Закончили работу? – спросил он, рассматривая разложенные на столе рисунки.
– Если бы так… – Бет стоило больших усилий взять себя в руки. Она оставалась во власти пережитого. Голос все еще звучал испуганно.
– Что вы искали на чердаке ночью? У вас было достаточно времени, чтобы сделать это днем.
Она не ответила, достала из буфета кларет и два бокала. Руки дрожали. Один бокал упал, когда она ставила его на стол.
– Завтра придется пойти туда снова, – сказала Бет, словно размышляя вслух, – надо посмотреть, что я там натворила.
Бет замолчала и прислушалась:
– Кто-то поднимается на галерею!
Она стремглав бросилась к выходу, распахнула дверь и выскочила на крыльцо. Колин, заразившийся ее волнением, выбежал вслед.
Бет вскрикнула. Испуганная маленькая девочка в ночной рубашке отчаянно дергала дверь чердака.
– Джулиана! – Бет бегом одолела ступени.
Джулиана истерически разрыдалась и повисла на шее Бет. Колин узнал девочку, которая была с Бет на пристани в первый его приезд. Бет бережно держала ее на руках, спускаясь по лестнице.
– Она, наверное, услышала мой крик в Нилсгаарде. Я должна отнести ее домой. Не ждите меня, я могу задержаться. Спокойной ночи, увидимся утром!
Закутав Джулиану шалью, Бет понесла ребенка через лес. Колин понял, что про него забыли. Он тяжело вздохнул. А он-то надеялся на теплый прием… Все же странно, что Бет поднялась на чердак в темноте. Он вспомнил, что слышал раньше о старом доме. Не иначе как она вообразила, что слухи о призраке имеют основания, и отправилась на поиски. Боже! Интеллигентная, образованная молодая женщина, независимая и современная… Кто бы мог подумать! Надо помочь ей завтра в экспедиции на чердак и постараться понять, что она делала там ночью. И почему ребенок тоже сразу устремился туда? Ведь в окне внизу горел свет. Мучаясь загадками, он направился к палатке.
В Нилсгаарде Джулианы еще не хватились. Бет прошла через застекленную дверь в веранды, неся ребенка на руках. В холле и библиотеке горел свет. Пауль сидел в качалке, читал книгу. Напротив устроилась Анна с вышиванием.
– Пауль, – позвала Бет.
Он поднял голову, увидел Бет и ребенка в одной ночной рубашке, закутанного в шаль, из-под которой торчали босые ножки, и, вскочив, бросился к ним:
– Что случилось?
Бет пыталась успокоить его:
– Джулиана искала меня в Доме у Черного Залива. Все в порядке!
Затем Бет кратко рассказала о походе на чердак. Пауль взял Джулиану на руки, Анна подошла и встала рядом с ним, словно заявляя свое право на равное с хозяином положение в доме.
– Вы говорите, что она сразу бросилась на чердак, хотя он был уже закрыт?
Бет кивнула, зная, что они думают об одном и том же. Ее крик, должно быть, пробудил в Джулиане воспоминания, вызвал какие-то ассоциации с той роковой ночью. Анна, наблюдая за Бет и Паулем, пришла к тому же заключению.
– Наверное, что-то вспомнила! – произнесла она, убирая со лба ребенка прядь волос. Девочка крепко спала.
– Надеюсь, что не все подробности трагедии, – сказала Бет, видя, что Пауль пришел в отчаяние от мысли, высказанной Анной. – Джулиана проделала тот же путь, что и в ту ночь, но на этот раз она искала меня. А когда увидела, то бросилась мне на шею, словно уже не надеялась застать в живых. – Бет погладила головку ребенка. – Она спокойно спит. Утром ей все это покажется сном.
– Я уложу ее в постель, – предложила Анна.
Пауль передал ей ребенка, она понесла его наверх.
– Я провожу вас до дома, – сказал Пауль, беря Бет за локоть.
По дороге к Дому у Черного Залива они снова обсуждали происшествие. На берегу озера стояла палатка Колина, ее можно было видеть сквозь деревья. Они подумали, что Колин уже спит, но ошиблись: он все же решил подождать возвращения Бет и сидел на ступеньках.
– Хотел удостовериться, что вы с ребенком благополучно добрались, – сказал он.
– Очень учтиво с вашей стороны, – ответила Бет. – Я ведь хотела предложить вам вина, извините, что все так нехорошо получилось. Всем нам надо немного расслабиться.
Бет пригласила мужчин зайти в дом и была рада, что они согласились, ибо, к ужасу своему, заметила, что двери встроенной кровати настежь распахнуты. Оба гостя дружно принялись за работу и вскоре накрепко закрыли шкаф. Тем временем Бет дрожащей рукой разливала по бокалам вино.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Розы во льдах - Лейкер Розалинда



Прекрасныйй роман, с интресным и нестандартным сюжетом, не затянут. Получила очень большое удовольствие от прочтения,и появилось желание прочитать и ругие романы писательницы
Розы во льдах - Лейкер РозалиндаOlga DB
9.02.2015, 10.21





Очень интересно и необычно, я под впечатлением
Розы во льдах - Лейкер РозалиндаОксана
17.07.2015, 22.12





ничего себе любовный романчик, да это просто фильм ужасов!!! приведения, мистика, убийства. у кого слабые нервы перед сном читать не рекомендую. но сюжет очень интересный.
Розы во льдах - Лейкер РозалиндаЮля
22.07.2015, 0.46





Просто супер!!! Ничего подобного не читала. Очень необычный и интригующий сюжет. Много тайн и мистики. И,конечно, ЛЮБОВЬ!
Розы во льдах - Лейкер РозалиндаОльга
5.02.2016, 21.32








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100