Читать онлайн Скандал и грех, автора - Леджен Тамара, Раздел - Глава 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Скандал и грех - Леджен Тамара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.67 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Скандал и грех - Леджен Тамара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Скандал и грех - Леджен Тамара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Леджен Тамара

Скандал и грех

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 10

После секундной нерешительности Абигайль сдалась и обняла его за шею. Он тихо простонал. Эта девушка сводила его с ума. Она никогда еще не отвечала ему, не раскрывала для него губы, не возвращала ему ласки, а сейчас Кэри чувствовал, как ее маленькое тело крепко прижималось к нему.
«Теперь глупо исправлять его ошибку», – решила Абигайль. Ведь, сказав «Ангел», она, в конце концов, могла иметь в виду Кэри. Незачем отрицать, что она его обожает. Всецело отдавшись поцелую, Абигайль чувствовала, как язык Кэри изучающе движется у нее во рту, пока ее собственный язык не последовал его примеру. Ужасающая застенчивость куда-то исчезла, потрясение от первого в жизни настоящего возбуждения оказалось Абигайль почти не по силам.
– Я знал, что однажды вы придете и освободите меня от этого глупого обещания, – пробормотал Кэри, скользнув губами по ее нежному горлу, и поцеловал быстро пульсирующую жилку. – Мне это даже снилось.
Абигайль от всей души хотелось, чтобы она действительно пришла только ради этого.
– Вы… я правда вам снилась?
– Да. – Кэри держал ее за плечи, его серые глаза странно и опасно блестели. – А я вам не снился?
Абигайль просто кивнула. Вопрос не показался ей странным, вполне естественно, что она мечтала о нем, и он спросил об этом.
– Да. Мы опять были в магазине Хэтчарда, и вы целовали мне руку.
– Очень милый сон, обезьянка, – с напускной серьезностью ответил Кэри. – А теперь позвольте мне показать мой сон. Хотя платье на вас было другое, – пробормотал он, ведя пальцами по золотисто-коричневому шелку.
– А в чем я была? – тревожно спросила Абигайль. – Очень трудно найти цвет, который подходит к моим волосам.
– Вы были вообще без одежды.
Абигайль потрясенно открыла рот, и Кэри, притянув ее к себе, начал снова целовать, мягко, но основательно.
– В моих снах вы такая всегда.
– И часто я вам снюсь?
– Каждую ночь, – ответил Кэри.
– И я… совсем без одежды?
– Это под конец. Показать вам, как это начинается?
Абигайль таяла от звуков его голоса и все же надеялась, что здравый смысл придет ей на помощь, но, увы, не могла ни думать, ни говорить.
– Вы знаете, что я собираюсь делать, правда? – тихо спросил Кэри, и Абигайль кивнула, подставив губы его поцелуям. – Я хочу ощущать дрожь вашего тела, узнать каждый его секрет. Я хочу, чтобы вы трепетали, когда я к вам прикасаюсь. Я хочу, чтобы вы кричали от удовольствия. Я хочу быть тем, кто сделает вас женщиной.
Хотя Абигайль ждала, что он лишь поцелует ее, это звучало восхитительно. Она прижалась к нему, закрыла глаза, чувствуя, будто во сне, как его рука обхватила ее левую грудь.
– Мне снилось это, еще это и это, – шептал Кэри, покрывая ее горло поцелуями, затем наклонился к ее груди, кончиком языка нежно провел по ложбинке, пока не закончился вырез платья, и дернул его вниз.
Абигайль, наслаждавшаяся его ласками, даже не поняла, чего он хочет еще, все и так прекрасно. Сквозь тонкий шелк платья Кэри втянул в рот ее затвердевший сосок. Конечно, это было не совсем то, чего он хотел. Он мечтал ласкать ее обнаженную грудь, но мечта подождет, ему не хотелось срывать с нее платье.
Не отрываясь от ее губ, он подтолкнул Абигайль к столу и начал поднимать юбки. Наконец-то он сможет прикоснуться к ее коже, чего ему так хотелось. Ладони коснулись чулок. Дорогих шелковых чулок, которые она купила вчера. Но это было совсем не то, чего он хотел, и Кэри медленно двинулся по ним вверх, думая, что сойдет с ума. Вместо теплого женского тела под его рукой оказались панталоны. Очень тонкие, батистовые, но это тоже было не то, чего он хотел.
Уже рыча, подстегиваемый сладострастным ответом Абигайль на поцелуи, Кэри лихорадочно устремился к интимному сокровищу между ее бедрами.
Он не мог больше сдерживать желание… Абигайль вдруг замерла.
– Кэри, что вы делаете? – прошептала она.
– Верьте мне, – сказал Кэри, нащупав наконец чувствительную точку над входом в ее лоно.
Абигайль подумала, что умрет от наслаждения, когда он ласкал ее, сначала медленно, потом все быстрее и быстрее, пока она не достигла апогея. Выражение ее лица доставило ему огромное удовольствие, но этого было недостаточно, чтобы ослабить его мучительную эрекцию.
– Я хочу, чтоб вы сняли платье! – наконец прорычал Кэри, выводя ее из тумана. – Где у вас эти чертовы пуговицы?
– Здесь, сбоку.
Абигайль смутно осознавала, что Кэри уложил ее на грубый дощатый стол, будто собирался приготовить из нее еду. Она украдкой разгладила юбки. Что за удивительное ощущение потрясло все ее тело? Оно испугало, привело ее в замешательство, но для него, казалось, было само собой разумеющимся. Ей хотелось спросить его, хотя он был явно не в том настроении, чтобы отвечать. Кэри выглядел сердитым, и она вдруг почувствовала, что может сейчас заплакать.
– Какого дьявола они у вас под мышкой? – спросил Кэри, расстегивая одной рукой верхнюю пуговицу, а другой – расчищая стол.
Оловянная кружка слетела на пол. Желание требовало немедленного удовлетворения. Кэри хотел видеть ее тело, грудь, мягкий живот, сочный плод у нее между ног. Он хотел полного обладания ее телом и душой. Он не мог ждать.
– Я одеваюсь самостоятельно, – объяснила Абигайль. – Как я могу застегнуть пуговицы, если они сзади?
– Их здесь слишком много, и я не обещаю, что они сохранятся. Лучше сделайте это сами.
– Я не собираюсь раздеваться, – сказала Абигайль, обиженная и смущенная переменой его настроения.
Когда он доводил ее чуть ли не до неистовства, он был добрым, отзывчивым, а теперь выглядел холодным, грубым, почти деловым.
– Хорошо. – Кэри бесцеремонно поднял юбки. Сначала Абигайль подумала, что он снова хочет доставить ей удовольствие, но вместо этого он развязал ее панталоны, открыв себе вход для первого толчка, и принялся расстегивать брюки. Лицо стало жестким, решительным. Абигайль запоздало поняла, что на самом деле он собирается насиловать ее прямо на столе.
– Нет, подождите! – закричала Абигайль, оттолкнув его. – Пожалуйста! Что вы делаете?
Его рука замерла на оружии, которое он намеревался вынуть из расстегнутых брюк.
– Какого дьявола! Разве не за этим вы пришли сюда? – процедил он сквозь зубы.
– Нет! – сказала Абигайль, отползая от него. – Разумеется, нет.
Подавив стон, Кэри отвернулся и с трудом застегнул брюки. Им владело холодное бешенство. Он не терпел, когда из него делали глупца, не терпел женщин, которые, доведя мужчину до исступления, затем отталкивали его.
– Вы назвали меня ангелом, – хрипло сказал он. – Вы прибежали ко мне. Что я должен был подумать?
– Нет, – раздраженно ответила Абигайль. – Все не так.
Кэри повернулся, глаза у него сверкали.
– Именно так, мадам!
– Я не называла вас ангелом, – сказала она, стараясь не смотреть на него. – Я имела в виду собаку. Простите. Вы ошиблись.
– Я ошибся?! И вы рассчитываете, я поверю, что вы имели в виду собаку?
Абигайль спрыгнула со стола.
– Да, рассчитываю, – подтвердила она.
– Значит, когда вы сказали мне «ангел» таким низким, хриплым голосом, вы подразумевали под Ангелом собаку? И вы думаете, я вам поверю?
– Вот именно. Просто я задохнулась, пока бежала сюда. Вы самый невоспитанный и самодовольный человек!
– Надеюсь, что так, – пробормотал Кэри. – Но сейчас не время осуждать друг друга. Вы пришли сюда подругой причине и ждете, что я вам поверю. Может самый невоспитанный и самодовольный человек узнать эту причину, мисс Смит?
– Ангел… ваш терьер… съел Като.
Кэри весьма неодобрительно смотрел на нее.
– И вы хотите уверить меня, что пришли сюда… прибежали сюда… лишь для того, чтобы сообщить мне…
– Что ваш терьер съел гнусную, но дорогую птицу миссис Спурджен.
– А почему вы решили, что меня должна интересовать участь гнусной птицы? Или вас? По-моему, вы ненавидели этого попугая.
– Если миссис Спурджен все узнает, она будет вправе потребовать компенсацию, – ответила Абигайль. – По ее словам, она заплатила за Като пятьдесят фунтов.
– Значит, вы прибежали сюда не для того, чтобы разделить со мной несчастье?
– Конечно, нет. Ваши несчастья мне совершенно безразличны, – заявила она, расправляя смятые юбки. – Если вы несчастливы, то, я уверена, по собственной вине.
Кэри молчал.
– Пятьдесят фунтов, – наконец расстроенно произнес он. – Где я возьму пятьдесят фунтов?
– Като мог быть очень старой птицей, – ответила Абигайль, подавляя улыбку. – Он мог быть уже мертвым, когда Ангел… собака… когда он… Это слишком отвратительно!
Проглотив расстройство, Кэри обрел решимость.
– Ведите меня к ней, – сказал он, потом отчужденно взглянул на Абигайль. – Не хотите мой плащ, мисс Смит? Вы замерзли.
Она покачала головой.
– Нам лучше поторопиться. Скоро миссис Спурджен встанет, захочет чаю. И свою птицу.
К тому времени как они вернулись в дом, Вера Нэш уже обнаружила неприятную картину. Ангел, отошедший ко сну в кабинете, выглядел после своего банкета олицетворением безвредного домашнего пса. Он даже слизал кровь с лап, а Вера собрала с ковра перья.
Хотя не осталось и намека на клюв и когти попугая, Кэри уверил дам, что его собаке не составляет труда проглотить даже самые твердые части птицы, если ему по зубам столы и стулья.
– Как вы отнесетесь к тому, чтобы солгать? – предложил он дамам.
Молодая вдова мгновенно поняла его.
– Чтобы сделать добро, мистер Уэйборн, я полностью «за».
– Абигайль?
Та вздрогнула.
– Что?
– Вы умеете лгать?
– Думаю, нам придется, дорогая, – ласково обратилась к ней Вера. – Я знаю миссис Спурджен. В противном случае она не успокоится, пока не убьют маленькую собаку. А ведь он делает лишь то, что для него естественно.
– Убьют! – воскликнула Абигайль, хватая пса на руки. – Мистер Уэйборн, мы не можем позволить, чтобы Ангела убили. В конце концов, это не его вина.
– Конечно, – согласился Кэри. – Виноват Като, зачем он был таким вкусным? А теперь, – сказал он Вере, – откройте скорее окно и положите перья на подоконник. Если повезет, миссис Спурджен решит, что птица улетела из своей тюрьмы.
– Но как он мог вылететь, если окно было закрыто? – спросила Абигайль.
– Като необыкновенно умная птица, – объяснил Кэри. – Он сумел открыть задвижку своим клювом.
– Да, – одобрила Вера. – В это миссис Спурджен легко поверит. Оставить дверь открытой или закрыть ее? Думаю, лучше закрыть, иначе нам придется обыскивать весь дом.
Остальные заговорщики согласились, и Кэри вывел дам из кабинета.
– Теперь мне пора будить миссис Спурджен, – уходя, сказала Вера.
– А я должна навестить Пагглс, – быстро прибавила Абигайль.
Но Кэри остановил ее и втянул в комнату, по виду похожую на кладовку для белья. Ангел тихо гавкнул, когда хозяин забрал его у нее и поставил на пол.
– Итак, Смит, если вы можете простить этого кровожадного хищника за пожирание вкусной птицы, не могли бы вы простить и меня?
– Ангел не хищник, – возразила Абигайль. – Он просто чуточку плотоядный, вот и все.
– Я тоже, – сказал Кэри с едва заметной улыбкой. – Я прощен?
Абигайль смущенно отвела взгляд.
– Я полагаю… если вы извинитесь…
Кэри громко засмеялся.
– Я не собираюсь извиняться. Если я это сделаю, вы никогда меня не простите. – Он провел кончиком пальца по ее подбородку. – Вроде бы ничего особенного, так почему я не могу от вас отказаться?
– А вы пытались от меня отказаться, сэр?
– Да. Но это все равно, что пытаться выпрямить круг. Я не могу этого понять. Мне бы следовало презирать вас.
– Презирать меня? Но почему?
– Потому что я знаю, кто вы, Смит. Я все узнал от милой старой Пагглс, она любит поговорить о своей молодой леди. Как видите, я знаю все о ваших отношениях с Далиджем. – Он засмеялся, увидев на ее лице ужас. – Теперь мне ясно, почему вы нырнули у Хэтчарда под прилавок.
Абигайль потрясенно отшатнулась, задела полку, и стопка аккуратно сложенных простыней упала на пол. Ее маска сорвана, и она почувствовала себя выставленной напоказ.
– Вы знаете… все? – прошептала она, вставая на колени, чтобы собрать упавшее белье. – Вы знаете о Далидже… и обо мне?
– Странно, да? – Кэри отодвинул ногой Ангела, взял у Абигайль белье и положил на полку. – Я ненавижу Далиджа больше, чем кого-либо, но я не могу ненавидеть вас. Полагаю, он до сих пор хвастается своим геройством?
Абигайль покачала головой, не осмеливаясь смотреть ему в глаза.
– А что он сделал?
– Это произошло, когда я был в Испании. Он приехал туда с каким-то своим другом из министерства внутренних дел, чтобы произвести смотр войскам его величества в полевых условиях. Оба выглядели как пара туристов. Он сразу меня узнал и, видимо, решил, что будет забавно выпороть рядового.
Абигайль содрогнулась от ужаса:
– Он вас выпорол?
– Да. Он провоцировал меня до тех пор, пока я не ударил его, – объяснил Кэри. – Меня, конечно, должны были выпороть. Я не виню моего сержанта. В конце концов, нельзя позволять солдатам нападать на гражданских. Но после этого, в качестве последнего удара, его светлость донес на меня нашему полковнику, и я был с позором отправлен в Англию. Вероятно, считается не совсем законным, когда люди записываются в армию под чужим именем.
– Так вот почему вы его ненавидите, – пробормотала Абигайль.
– Дело не в порке, тут я не возражаю. Но Далидж не должен был выдавать меня полковнику. Это нарушение правил, если вы понимаете, что я имею в виду.
Абигайль не могла понять, какое важное различие видят здесь мужчины, ее больше расстроила порка. Она мысленно ругала себя за одно только согласие на брак с Далиджем. Как она могла настолько обмануться? Виконт просто изверг. Что должен теперь думать о ней Кэри? Правда, она вовремя образумилась и, к счастью, рассталась с Далиджем, но сможет ли Кэри простить ей эту помолвку? Он сказал, что не презирает ее, и все-таки она до некоторой степени запятнала себя в его глазах.
Может, поэтому он считает, что ему дано право так грубо с ней обращаться? Неужели он допускает подобные вольности не от страсти, а лишь потому, что для него она подержанный товар? Или, хуже того, думает, что она позволяла такие вольности Далиджу? На самом деле тот ни разу ее не поцеловал, даже после того, как она приняла его предложение выйти за него.
Абигайль не решалась взглянуть на Кэри. Он бы не захотел жениться на ней, если б даже каким-то чудом влюбился в нее. Он слишком горд, чтобы сделать предложение женщине, когда-то помолвленной с человеком, приказавшим его выпороть.
Абигайль знала и то, что, если он снова захочет ее поцеловать, у нее уже не будет ни сил, ни желания сопротивляться ему. Она станет не женой, а его любовницей, и это очень важное для женщины различие еще больше смущало и расстраивало Абигайль. Если он любил ее и хотел предложить ей защиту своего имени, – тогда это блаженство. Если он всего лишь развлекался, – тогда это страдание.
– Простите, – сказала она, вытирая слезы, – я не могу оставаться в кладовке весь день.
Но Кэри удержал ее, положив одну руку ей на плечо, а другой крепко прижимая к полкам.
– Это не займет много времени, – улыбнулся он. – Всего несколько минут назад, в доме привратника, я отдал вам нарушающую правила дань.
– Дань?! – воскликнула она.
– Освежить вам память? – Его рука скользнула с ее плеча вниз, и Абигайль испугалась подразумеваемой угрозы.
– Нет! Вы не посмеете!
– Ага, значит, вы заметили, – усмехнулся Кэри. – Вы становитесь наблюдательной. Хотя не всегда замечали мои попытки заняться с вами любовью. А может, вы снова по ошибке приняли меня за летучую мышь? Нет? Это достижение. Мне кажется… или я просто льщу себе… мне кажется, что в определенный момент занятия вы были счастливы.
– Мистер Уэйборн, вы оскорбили меня в последний раз, – начала Абигайль, ища спасения в праведном гневе.
– Вы имеете в виду, что были несчастливы? Как странно. У меня совершенно противоположное впечатление. Я помню… поправьте меня, если я ошибаюсь… сначала вы начали дрожать…
– Хорошо! – сказала Абигайль, чтобы остановить этот поток слов. – Я была счастлива. То есть была счастлива краткие мгновения. Но сейчас я не счастлива. Я могу только сожалеть, что… это произошло, и заявить вам, сэр, что это не должно больше повториться.
Кэри печально взглянул на нее.
– Я принимаю ваши извинения, Смит, а раз вы уверяете, что этого больше не повторится, я вас прощаю.
– Как вы смеете! – возмущенно сказала она. – Я не извиняюсь. Да и за что я должна извиняться?
– Действительно, за что? Когда я дарю вам самое большое в вашей жизни удовольствие, а вы не даете мне абсолютно ничего взамен.
– А что вы ожидали получить взамен, сэр?
– Я ожидал получить свою долю удовольствия.
– Что?! – воскликнула Абигайль, разрываясь между желанием и настоятельной потребностью навсегда укрыться в кладовой. – Вы прекрасно знаете, что я не могу дать вам удовольствие! Я имею в виду, что и не должна. Это было бы неприлично. Это было бы грехом.
– Конечно, – согласился Кэри. – Как человек, изучавший грех в университете, я могу подтвердить вашу оценку. Да, будет грехом, если мы уступим плотским желаниям и лишим наши тела священных уз супружества. Просто скажите мне, что для вас это борьба, вот и все, о чем я прошу. Скажите мне, что вы по крайней мере испытываете соблазн уступить моим греховным влечениям. Скажите мне, что у вас такие же греховные влечения.
– Кэри, ради Бога! Там, откуда я родом, мы не обсуждаем подобные дела.
– Но я думал, что вы из Лондона.
– Да. Из Кенсингтона.
– Теперь ясно. Вы меня хотите, верно? – настаивал он. – Вы не равнодушны ко мне?
Абигайль поморщилась от столь нелепого утверждения.
– Вы же знаете, что нет.
– Вы опять вселяете в меня надежду, Смит. Вы не дадите мне никакого удовольствия, но вы не совсем равнодушны ко мне. Следовательно, ухаживание будет продолжено.
Абигайль не успела ответить, поскольку он тут же вытянул ее из кладовой, и они поспешили вниз.
Хотя ни к какому определенному решению они не пришли, Абигайль была в прекрасном настроении. «Ухаживание будет продолжено», – сказал ей Кэри. Наверное, это своего рода объяснение в любви? Наверное, под этим имеется в виду, что его целью была женитьба на ней? Если так, исчезло бы и ее главное опасение.
Кэри протянул ей сверток:
– Думаю, это принадлежит вам.
– Нет, вам. Это чулки, которые вы мне одолжили.
– А, – сказал он, пряча сверток в карман. – Вы их постирали?
– Конечно.
– Жаль.
– Теперь вам лучше уйти, – покраснев, ответила Абигайль. – И поскорее!
– Очень скоро вы будете снова торопить меня, Смит. Но когда вы это сделаете, то будете иметь в виду совершенно другое.
Он целомудренно поцеловал ее в щеку и ушел.
Обед этим вечером был вполне мирным. Оба, Кэри и его кузен Хорас, прислали извинения, причем капитан – в письменном виде с доставкой, а Кэри – устно, через какого-то мальчишку. Оба, к изумлению Абигайль, объяснили свое отсутствие срочными делами в Лондоне. И больше ни слова.
– Полагаю, виной тому пресвитерианство мисс Смит, – заявила миссис Спурджен, пристрастным взглядом окидывая стол.
Для сегодняшнего вечера леди выбрала желтый парик, уложенный в греческом стиле, и массивный наряд из зеленого шелка, отделанный тяжелой бахромой, как занавески в гостиной.
– Что вы скажете в свое оправдание, мисс? Вам не стыдно?
Абигайль не стала отвлекаться на бессмысленные извинения за свою религию, внезапный отъезд Кэри причинил ей жгучую боль. Все надежды рухнули. Страшно было представить, насколько ее счастье теперь зависело от него. Особенно сейчас, когда он волен покинуть ее по собственному усмотрению и без всяких объяснений. Какие срочные дела могли требовать его присутствия в Лондоне? Помимо несчастья с Дауэр-Хаусом и новых арендаторов, у мистера Уэйборна достаточно неотложных дел в связи с бедственным состоянием поместья, которые требуют его присутствия в Хартфордшире. Не говоря уже о намерении «продолжить ухаживание».
Какой муж выйдет из расточителя, не заслуживающего доверия?
Абигайль была так огорчена, что когда миссис Спурджен перевела разговор на достоинства своей замечательной пропавшей птицы, она чуть не потеряла терпение и не сказала ей правду. К счастью, она вовремя опомнилась. Если б попугая съел Кэри, она бы, не колеблясь, разоблачила его, но она любила Ангела. Кроме того, было бы слишком жестоко рассказать миссис Спурджен, как погиб ее драгоценный любимец. Пусть думает, что умный макао сам открыл окно и улетел. Так лучше для всех.
– Думаю, сейчас он уже на полпути к Индии, – сказала леди, дернув шнурок звонка, чтоб подавали следующее блюдо. – Мой бедный мальчик. Он не поймет ни единого слова из того, что говорят туземцы.
Собрав запасы доброты, Абигайль предложила держать окно кабинета открытым на случай, если Като вернется из Индии также быстро, как улетел. Не имело смысла объяснять, что макао родом из Южной Америки.
Два дня спустя Кэри вернулся в Хартфордшир, засвидетельствовал почтение дамам и заботливо расспросил миссис Спурджен о птице.
– Мне показалось, я видела его в вашем фруктовом саду, – ответила леди, убирая прядь седых волос под челку темно-рыжего парика. – Садовник с двумя помощниками целый час искал его, но так и не нашел. Полагаю, Като вернулся в Индию, и я никогда больше не увижу его.
– Нам будет страшно его не хватать, – если не очень правдиво, то весьма тактично заметил Кэри.
Вежливо отвечая на все любезности кузена, Абигайль только по необходимости поддерживала беседу. Зато Вера компенсировала скорбь хозяйки и молчаливость Абигайль вежливыми расспросами:
– Надеюсь, ваши дела завершились удовлетворительно, сэр?
Кэри улыбнулся:
– О да, миссис Нэш. Я продал картину без всяких затруднений.
– Продали картину? – резко повторила Абигайль. – Какую из картин?
Кэри взглянул на нее.
– Я продал Кромвеля.
– Так вот зачем вы ездили в Лондон? Чтобы продать картину?
– Да, мисс Смит. Кроме всего прочего.
– Чего именно? – настаивала Абигайль, забыв, что не имеет никакого права его расспрашивать.
Вера Нэш подняла брови, миссис Спурджен что-то пробормотала, Кэри засмеялся.
– Во-первых, – бодро сообщил он, – я расплатился по счету негодяя Рыжего Ритчи!
– Почему же он негодяй? – фыркнула Абигайль. – Вы задолжали ему деньги. Но я рада, что вы с ним расплатились.
– Я не такой бесхарактерный. Ха, расплатился? И не подумал.
Абигайль нахмурилась.
– Но вы сказали, что все в порядке.
– Конечно, все в порядке. Чтобы встретиться с ним, я даже посетил его склад.
Абигайль похолодела, боясь представить себе эту встречу.
– Правда, он был не слишком рад меня видеть. Особенно после того, как я вернул ящик шотландского виски «Золотая марка» и швырнул дурацкий счет в лицо этому старому плуту.
– Что?! – Абигайль вскочила, затем опять села.
– Я уже думал, старик вот-вот лопнет. Теперь я знаю, почему его называют Рыжий. За цвет лица, а не волос. Он лысый как яйцо.
– Как вы могли это сделать?
– Очень просто, – сказал Кэри. – Но я всегда без колебаний делаю то, что считаю правильным, как бы противно это ни было.
– Нет. Я имею в виду, каким образом вы могли это сделать? – повторила Абигайль, и вопрос был не риторическим. – Как вы могли вернуть ящик виски, который давно выпили?
– Не мог. К счастью, выяснилось, что я не пил эту дрянь Мой конюх сообщил, что в погребе стоит нетронутый ящик этого вонючего пойла.
Миссис Спурджен тут же воспряла духом, пробудившись от своей меланхолии.
– Шотландское виски? В моем погребе? Мистер Уэйборн, я этого не позволю. Мистер Спурджен пил только английское виски. Немедленно избавьтесь от него.
– Мадам, я так и сделал, – заверил ее Кэри. – Я вернул его производителю. Как видите, мисс Смит, я все уладил.
Скрестив руки, Абигайль гневно смотрела на Кэри.
– В погребе был мой скотч, мистер Уэйборн. Виски, которое привезла я.
Кэри, казалось, не мог поверить своим ушам.
– Пардон?
– Я прихватила его из Лондона. Вы не имели права брать его. Вы прекрасно знали, что свое уже выпили. Кэри, вы украли мой скотч!
– Да, – горестно пробормотал он. – Я совсем забыл про ваши отношения с бутылкой. Признаться, мне и в голову не приходило, что это может быть ваш ящик «Золотой марки». Целый ящик все-таки чрезмерен даже для вас.
– Я не знала, как долго здесь пробуду, и обещала отцу пить каждый день по глотку. К вашему сведению, я до сих пор еще не допила бутылку в моей комнате.
– Леди не держат в своих комнатах спиртные напитки, – сообщила миссис Спурджен.
– А где они держат их? – вежливо осведомился Кэри. – Меня это всегда интересовало.
Но Абигайль ему не удалось отвлечь.
– Вы украли мой скотч! Использовали его, чтобы унизить моего… мистера Ритчи! Вы еще должны ему те деньги. А теперь еще должны ящик скотча и мне.
Кэри вздохнул.
– Как неловко. Если б я знал, что это был ваш скотч, кузина, я б никогда его не тронул. Примите мои глубочайшие извинения. Если б я мог вернуть его вам, то сделал бы это. Может, вы примете наличными? Думаю, он стоит тридцать фунтов.
– Я не могу принять деньги. Это был подарок отца.
Кэри опять вздохнул:
– Тогда у меня единственный выход – признаться вашему отцу в содеянном и возместить ему всю сумму.
– Почему вы не можете просто оплатить счет?
– Я уже говорил, мне этот человек не нравится. Полагаю, ваш отец даст мне время найти деньги?
– Найти деньги? Вы сказали, что продали Кромвеля. Где же деньги?
– Парень с аукциона дал мне тридцать фунтов, – объяснил Кэри.
– Тридцать фунтов! – воскликнула пораженная Абигайль. – Вы что, смеетесь? Я же говорила вам, картина стоит по крайней мере двести фунтов. Даже Хорас предлагал вам сто фунтов!
– Учитывая, что картина досталась мне совершенно бесплатно, думаю, тридцать фунтов более чем справедливая цена. Я даже чувствовал себя обманщиком, беря тридцать фунтов за то, что ненавидел от всей души. У меня было ощущение, что я сам должен заплатить ему, чтобы он забрал ее.
– Вы не хотели продавать ее аукционисту. Вы хотели просто дать ее…
– Очень великодушно с моей стороны, – улыбнулся Кэри. Абигайль была потрясена.
– Как вы можете быть настолько глупы и безответственны?
Вера Нэш тщетно старалась поймать ее взгляд.
– Моя дорогая мисс Смит, – пробормотала она.
– Успокойтесь, кузина, – лениво произнес Кэри. – Я избавился от безобразной картины, не подарившей мне даже мгновения удовольствия, да к тому же получил немного денег. Я вложил их в маленький проект, который принесет мне, как я рассчитываю, неизмеримо больше, чем двести фунтов. Поверьте, я очень доволен сделкой.
Абигайль наконец заметила предостережение в глазах Веры и закусила губу.
– Желаю вам удачи в ваших начинаниях, мистер Уэйборн. – безмятежно сказала Вера.
Кэри улыбнулся:
– Моя кузина уверена, что я закончу свои дни банкротом. Но пока она подсчитывает свои пенсы, я буду считать мои прибыли. Взгляните на нее, миссис Нэш. Разве мы не в состоянии угадать ее мысли? «Деньги у дурака часу не держатся», верно?
– Прошу меня извинить, – холодно сказала Абигайль. – Не мое дело, как вы предпочитаете распорядиться своим имуществом.
Абигайль старательно избегала встречи с Кэри, настолько преуспев в этом, что к концу недели стала подозревать, что ее успехи частично обусловлены его успехами избегать ее. Весьма унизительная мысль. Но, вспомнив их последнюю беседу, она вряд ли могла винить его за то, что он не ищет ее общества. Должно быть, она казалась ему слишком рассудительной и сварливой.
Абигайль сидела перед зеркалом, расчесывала перед сном волосы и говорила себе, что ей безразлично, интересует она его или нет. В конце концов, ее привязанность к нему едва ли дань замечательным чертам его характера. Он – безответственный мот, любящий удовольствия, пренебрегающий оплатой собственных долгов. Он скверно говорит о ее отце. Без признания в любви позволяет себе вольности, которые разрешены только мужу. Более того, не выказывает даже намека на желание повторить их.
«Ухаживание будет продолжено». Как бы не так, с горечью подумала она.
– Кэри Уэйборн, я не выйду за тебя замуж, если даже ты останешься последним мужчиной на свете, – вслух сказала Абигайль.
Но голос ее дрожал. Она знала, что любит его, хотя он не умел обращаться с деньгами. А может, именно поэтому. С ее точки зрения богатой наследницы, требовалось большое мужество и дерзость, чтобы жить, не имея гроша за душой. Кроме того, он был единственным мужчиной в ее жизни, который отнесся к ней как к женщине. Он подарил ей незабываемые ощущения, навсегда разрушив ее спокойную жизнь. Но сделал это беззаботно, без всяких серьезных намерений, что задевало ее за живое. И все-таки она не могла его ненавидеть. Она любила Кэри до безумия, и тот факт, что не было ни малейшего шанса когда-либо выйти за него, обижал ее больше всего остального.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Скандал и грех - Леджен Тамара



Огромное спасибо, за этот Роман! Написано: весело, здорово,романтично, живо(что не мало важно), куча эмоций, сумасшедшего дома:) В общем читать было одно удовольствие!Ещё раз спасибо!
Скандал и грех - Леджен ТамараВалерия
29.08.2014, 14.28





Странно, что этот роман обделили вниманием.Легкая, ненавязчивая история с долей юмора, с накалом страстей. Здесь есть герцог, богатый торговец, актер, воровка, собака, попугай и т.д. Зато нет всемогущих, всезнающих мачо и обворожительных красавиц.
Скандал и грех - Леджен ТамараТаня Д
22.01.2015, 17.38








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100