Читать онлайн Золушка из Калифорнии, автора - Лавсмит Дженнет, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Золушка из Калифорнии - Лавсмит Дженнет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.8 (Голосов: 80)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Золушка из Калифорнии - Лавсмит Дженнет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Золушка из Калифорнии - Лавсмит Дженнет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лавсмит Дженнет

Золушка из Калифорнии

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

— Пат, тебе звонил босс Роберта.
— Правда? — Дочь удивленно воззрилась на мать. Мистер Ритт так решительно возражал против модного магазина! Неужели передумал? — Он не сказал, что ему нужно?
— Вроде бы нет. — Ирен перебирала бумаги у телефона. Мне казалось, что я ироде бы записала его номер. Впрочем, нет, не записала. Не помню.
— Ничего, пустое. Я позвоню Роберту и спрошу. — Патриция допила кофе и поцеловала мать в щеку. — Ну, я побежала. До вечера.
Можно нанести ей визит, размышлял Мартин. Прямо вот так взять и зайти, как в прошлый раз. Но сколько можно врываться к человеку, который явно не желает тебя видеть? Который даже перезвонить не соизволит? Ну да ладно, последняя попытка. Только надо прийти пораньше. До того как Ирен успеет прочесть колонку бриджа.
— О мистер Сазерленд, я так рада, что вы позвонили, — раздался в трубке радостный голос Ирен. — Я была…
— Ваша дочь, — быстро перебил Мартин, — она дома?
— Какая жалость, Патриция только что ушла.
— Но вы передали ей, что я звонил?
— Конечно! Я уверена, что Патриция даст вам о себе знать. Она сказала, что свяжется с Робертом.
— С Робертом?
— Да, а потом с вами, разумеется. Но я так рада, что вы позвонили, потому что я как раз собиралась спросить вас: вы не займете место Харви Саммера?
Ну что ж, вот отличный предлог нагрянуть с визитом!
— О чем разговор, миссис Олтмен! С удовольствием. Огромное спасибо за приглашение. Увидимся в четверг вечером. До встречи.
Мартин повесил трубку и взял карандаш. Роберт. Кто такой этот Роберт, черт его побери?
Ну что ж, за работу. Молодой человек сосредоточился на рукописи и принялся вносить исправления. Но перед глазами по-прежнему стояло озорное личико в обрамлении огненно-рыжих волос.
Дьявольщина! Так он книгу никогда не закончит!
В четверг Мартин покорно явился на партию в бридж, но за весь вечер так и не увидел Патрицию. Однако молодой человек всем существом ощущал ее невидимое присутствие. Со вкусом подобранный букет весенних цветов в центре стола, ярко начищенный серебряный кофейник и тонкий фарфор, изящно расставленные легкие закуски — это все возникло отнюдь не по волшебству.
В следующий четверг Мартин нарочно отправился в Мел-Велли пораньше, и на этот раз дверь неожиданно открыла Патриция. Девушка выглядела точно так же, как и в последнюю их встречу, волосы собраны в пучок, чтобы не мешались, все тот же растянутый свитер, все те же джинсы. И опять она босиком. Такая естественная и милая.
— Привет, Патриция! — Слова прозвучали хрипло, потому что голос ни с того ни с сего сел.
— О! Привет!
Мартин многое прочитал в ее глазах, словно в зеркале. Неподдельная радость тут же сменилась… страхом? Смущением? Словно радость была чем-то непривычным и запретным. Надо успокоить девушку, ободрить, рассмешить…
— Я счастлив, что вы не сон и не видение, что вы и впрямь существуете. — объявил Мартин, переступая порог дома. — А то я уж было усомнился.
— Это почему же? — Патриция неуверенно улыбнулась.
— ВЫ мне так и не перезвонили, — Удивление ее было явно непритворным, и молодой человек тут же добавил: Разве Ирен вам не передавала, что я замучил ее звонками?
— Нет. То есть, наверное… — Она наклонила голову, словно к чему-то прислушиваясь. Мартин подумал: она даже не помнит!
Неожиданно он почувствовал характерный запах гари.
— Ой! — воскликнула девушка и бросилась в кухню, Мартин последовал за ней.
— Господи, беда-то какая! Все погибло! — сокрушалась Патриция, торопливо вынимая из духовки противень с печеньем и водружая его на подставку.
— Не надо так убиваться! — утешил Мартин, заглядывая через плечо девушки. — Дайте-ка мне острый нож.
Они принялись за работу: она поддевала печенье лопаточкой, он обрезал подгоревшие края и то, что получалось, раскладывал на блюде. Мимоходом молодой человек бросил одно печеньице в рот, Теплое, хрустящее, аппетитное.
— Очень вкусно, — похвалил он. — В супермаркете таких не купишь.
— В кондитерской такие стоят девяносто пять центов дюжина.
— Поэтому вы сами их печете? — Да, перед традиционными партиями в бридж девушке приходится трудиться, не покладая рук.
— Верно, — подтвердила Патриция, словно прочитав его мысли. — Ирен во всем любит порядок.
— Понятно. — Тогда почему бы ей не выйти на кухню и не заняться хозяйством самой?
— Мама очень больна, я хочу, чтобы перед игрой она отдохнула.
— Да? А на первый взгляд цветущая женщина. Я не знал, простите. Что с ней такое?
— Стоит ей переутомиться, и у нее бывают ужасные приступы астмы. А сегодня собираются ее друзья.
— Знаю.
— Ах да, конечно. — Девушка вытерла и убрала противень, руки ее слегка дрожали. — Вы ведь играли с ними, не так ли?
— Верно. И в прошлый четверг играл, и сегодня вечером буду, если все хорошо сложится.
— Вот как? Я думала… Понятно. Вы пришли на партию в бридж.
Ему показалось, что в голосе Патриции явственно прозвучало разочарование. Хотелось бы в это верить!
— Ну да. Хотя, если быть до конца честным, я пришел повидать вас.
— Зачем? — Голос девушки звучал еле слышно, а стояла она спиной, отыскивая что-то в холодильнике, так что невозможно было определить, как она восприняла последние слова.
— Вы упорно не отвечаете на мои телефонные звонки, и я просто отчаялся поговорить с вами. — Мартин уселся на табуретку.
Патриция, вынув из холодильника сыр, принялась ловко нарезать его и раскладывать крохотные ломтики на блюде.
— И вот судьба дала мне шанс, а я уж его не упустил. Вы знаете, что на свете существует некая миссис Саммер, которая — вы только вообразите себе! — не играет в бридж. И вечно увозит бедного мужа в какой-нибудь нелепый круиз, что, как вы сами понимаете, ставит бридж-клуб в положение прямо-таки безвыходное!
Гость так похоже изобразил Ирен, что девушка не смогла не засмеяться. Короткая серебристая трель зазвенела и тут же оборвалась. Какой чудесный смех!
— И вы великодушно поспешили на помощь? — уточнила она.
— Вовсе нет. Расчетливо. Ага, подумал я, в этом доме живет Патриция. Засим я безропотно позволил себя связать и покорился пращам и стрелам до отвращения яростного бриджа,
— Вы разве не любите играть?
— Скажем так: мне известны гораздо более приятные способы времяпровождения. Но в общем и целом, милая Патриция, любой жизненный опыт ценен, — проговорил он, отправляя в рот ломтик сыра. — И кто бы мог ожидать, когда покойный мой отец отвлекал меня от юношеских забав, дабы я, несчастный, составил ему партию в бридж, — так вот, говорю я, кто мог бы ожидать, что в один прекрасный день это сослужит мне такую хорошую службу? Что только благодаря бриджу я смогу снова лицезреть прекрасную даму, которая не отвечает на телефонные звонки, но преследует меня в грезах с тех самых пор, как по ошибке оказалась за моим столиком, сбросив туфли и завладев моим сердцем?!
Патриция подняла взгляд: в широко распахнутых зеленых глазах он прочел смятение и робкую, недоверчивую радость, но тут же девушка снова сосретодотачивась на блюде с сыром.
— Почему вы не перезвонили мне? — мягко спросил Мартин.
— Я не знала, что это вы звонили. Видите ли, Ирен… — Девушка замялась, затем решительно вскинула голову, и молодой человек понял, что она в который раз готова встать на защиту матери. — За последние дни мы едва обменялись несколькими словами. У меня очень много работы.
— Вам следует провести телефон к себе в комнату.
— Это не меняет дела. Просто я подыскала себе постоянную работу с десяти до шести в "У. Рэнк". Да вы наверняка знаете: огромный супермаркет в Стоктоне. Так что сами понимаете: выезжать приходится рано, а возвращаюсь я поздно…
— Почему?
— Потому что ехать туда почти час и…
— Я не о том. Я имею в виду, зачем вам постоянная работа?
И в самом деле, зачем человеку, создающему неповторимые шедевры, вроде того кружевного платья, работать от звонка до звонка.
— Странный вопрос. Да ведь у всех… — Патриция подняла взгляд на Мартина. — Вот, скажем; разве вы нигде не работаете, мистер Сазерленд?
— Ну — Мартин замялся, припомнив слова Шарон: "Ты не только наблюдаешь за людьми, ты к ним прислушиваешься. Ловишь каждое слово. А ведь от любителей пожаловаться на жизнь отбоя нет. Так что твоя книга под угрозой".
И он ответил девушке то, что говорил всем:
— Я вроде как в отпуске. Живу у сестры, пищу помаленьку.
— Да что вы говорите? — Она с интересом оглядела гостя, затем подхватила блюдо с сыром и понесла в гостиную.
— Расскажите о вашей новой работе, — попросил Мартин, забирая тарелку с печеньем и следуя за девушкой.
— Я подгоняю одежду по фигуре в…
— Что?! Недоумение в его голосе заставило Патрицию вздрогнуть. То он смеется и дразнит ее, а теперь вот смотрит так, словно она призналась в чем-то постыдном. — Что… что вы делаете? — переспросил он.
— Подгоняю одежду по фигуре. Ну, вы знаете, где удлинить, где надставить, где ушить рукав…
— Пат, столы до сих пор не расставлены, а уже почти семь! — В комнату впорхнула Ирен, прелестная и изящная, словно бабочка, в желтом полотняном костюмчике, пошитом для нее дочерью. — Ох Боже ты мой! Я так люблю, чтобы к приходу гостей все было готово… мистер Сазерленд, вы уже здесь!
— Я пришел пораньше, чтобы помочь вам. Где столы, миссис Олтмен?
Весело насвистывая, Мартин принес с верхнего этажа столы и стулья и расставил их согласно указаниям хозяйки дома. Он такой… такой уверенный, в согласии с миром и с самим собой, думала Патриция не без зависти, наблюдая за происходящим. Где бы он ни оказался, с кем бы ни свела его судьба, он чувствует себя спокойно и комфортно. Тогда, в ресторане, он непринужденно поздоровался, поговорил с нею так, будто знал ее всю жизнь. А сегодня расположился в кухне словно… словно друг дома Роберт. Нет, не так, как Роберт. В тот вечер в мастерской он поцеловал ее, и поцелуй этот обжег губы, оставив воспоминание, которое не изгладилось даже спустя неделю, Ирен не сказала, что он звонил. Вечно она все забывает впрочем, они с матерью и впрямь почти не виделись. Но теперь это не имеет значения. Он сказал: "Если быть до конца честным, я пришел повидать вас". Эти слова запали ей в душу.
— Пат, принеси кофе. Ты не помнишь, куда я дела блокнотики для подсчета очков?
— Сейчас принесу. — Вернувшись к своим обязанностям, девушка отыскала блокнотики и наполнила кофейник.
Как только пришли первые гости, она незаметно ускользнула наверх. Разложив на большом столе огромный кусок миллиметровки, принялась чертить выкройку прямого платья на пуговицах.
Они увиделись следующим же вечером.
Пятница всегда была суматошным днем, а в эту пятницу Патриции выпало особенно много работы, так что ей даже пришлось пропустить ланч, чтобы срочно закончить три костюма для покупательницы, которая на днях отправлялась в путешествие. Усталая и голодная уходила девушка из универмага, гадая, не удастся ли по дороге домой перехватить чашечку кофе.
Вдруг усталость как рукой сняло: пульс участился, сердце отчаянно забилось. Она увидела Мартина. Он стоял у эскалатора: статная фигура в толпе модно одетых женщин приковывала к себе внимание, и редкая покупательница не задерживала на нем заинтересованного взгляда.
— Привет, Пат.
— Привет.
Неужели он пришел за ней?
— Я уж было волноваться начал, — сообщил молодой человек, глядя на часы, — подумал, что вы могли спуститься на лифте или ускользнуть через другой выход.
— Вовсе нет, я всегда выхожу здесь.
— Значит, мне посчастливилось. — Он улыбнулся, ведя девушку к эскалатору. — Я надеялся, что вы не откажетесь поужинать со мной.
— Это так неожиданно.
Вчера вечером девушка приготовила спагетти, и Ирен наверняка уже подкрепилась. Но… Вдруг Патриция со всей отчетливостью осознала, что одета отнюдь не для выхода в свет: темно-синяя вельветовая юбка и простая белая блузка не украшали ее.
— Нет… простите, никак не могу.
— За вами долг, Патриция Олтмен, — настаивал он. Вместе прошли они мимо отдела сумочек, мимо витрины ювелирных украшений и наконец оказались за дверью, на площади перед супермаркетом. — Я вытерпел три партии в бридж, прождал сорок пять минут, подвергаясь непрерывному обстрелу в магазине: "Не могу ли вам чем-нибудь помочь, сэр?" — и ловя на себе изумленные взгляды всякий раз, когда качал головой и отвечал: "Нет, спасибо, я просто жду". Жду юную леди, у которой в словарном запасе напрочь отсутствует фраза "Благодарю вас, с удовольствием".
— Дело в том, что… я совсем не рассчитывала…
— Но вы ведь голодны, нет? Далеко идти не надо: на другой стороне улицы тот самый ресторан, где мы познакомились и где я столь галантно передал вас на попечение другого.
— Ну хорошо. Однако надо заметить, что передавать меня па попечение другого вы не особенно-то торопились. — Словно со стороны она услышала собственный смех, удивившись и машинально отметив про себя, что смех этот имеет нечто общее с кокетливым хихиканьем Джинджер,
В ресторане свободных мест не оказалось, и после того как Патриция предупредила по телефону мать, что задержится, молодые люди за — шли в бар, намереваясь подождать там своей очереди. Ожидание затянулось: Мартин успел выпить два мартини, а Патриция два бокала белого вина.
Девушка не привыкла к вину: обычно от первого же бокала ее клонило в сон, Но сегодня, как ни странно, она ожила и взбодрилась. К светской болтовне она тоже не привыкла и поначалу слегка робела. Но, сидя в полутемном баре и потягивая хорошее вино, девушка вскоре расслабилась и почувствовала себя легко и непринужденно. А спутник ее тем временем повторял:
— Вы меня заинтересовали, Патриция. Вы меня очень заинтересовали.
— Чем именно? — полюбопытствовала она.
— Я сам еще не понял. — В голосе Мартина звучало искреннее недоумение, словно он и впрямь не мог разрешить для себя этот вопрос, как ни ломал голову. — Может, потому, что всякий день, когда я вас вижу, вы каждый раз совсем другая.
— Вы заблуждаетесь. Роберт уверяет, что именно в том и состоит мой главный недостаток: я даже не пытаюсь меняться.
— Ах, Роберт, вот как? — Мартин нахмурился и заерзал в кресле. — Я не знаю, прикладываете вы к тому усилия или нет, но перемены я наблюдаю. Разительные перемены. Последние два раза вы являлись мне озорным босоногим бесенком, А сегодня… — Он критически оглядел строгую синюю юбку и простую белую блузку, застегнутую до самого горла. — Сегодня вы смахиваете на чопорную школьную директрису. И ни один из этих образов, заметьте, не имеет ничего общего с элегантной, неотразимой фотомоделью, с которой я свел знакомство в этом самом ресторане.
— Так это же была не я! — Патриция захлопала ресницами.
Официантка убрала пустой бокал и поставила на стол полный. Девушка наклонилась к собеседнику, чтобы объяснить, в чем дело; голова у нее слегка кружилась.
— Роберт уверял: чтобы произвести впечатление на мистера Ритта, нужно стать обаятельной и привлекательной. — Она рассмеялась, все больше ощущая себя Джинджер. — А я сказала ему, что для этого мне надо просто снова родиться.
— Зачем? — рассмеялся он.
— Для того чтобы стать обаятельной и привлекательной. Если чего нет, то никогда и не будет. — Девушка встряхнула головой, стараясь собраться с мыслями. — Но Роберт сказал, что над обаянием надо работать, само оно не приходит. Поэтому он и Ирен меня принарядили. А потом Роберт отобрал очки. Он сказал, что очки портят впечатление.
— Да? — Мартин не сводил с девушки пристального взора. — Он так сказал.
— А что вас удивляет? — Патриция кивнула. — И, знаете, мама тоже так считает. Она всегда говорит, глядя на меня: "Какая жалость". — Девушка пригубила еще вина. — Поэтому, когда Роберт забрал мои очки, она…
— Да кто такой этот Роберт, разрази его гром?! — В голосе молодого человека послышалось раздражение, настолько явное, что она слегка опешила.
— Роберт… он просто друг. Раньше жил по соседству. А теперь работает в Нью-Йорке.
— Отлично. — Мартин потянулся к ее бокалу и отставил его на противоположный конец стола, так чтобы она не могла дотянуться. — Надеюсь, там он и останется.
— Кто? — Патриция подняла на него вопросительный взгляд.
— Роберт.
— Ах, Роберт! Да, конечно. Ему нравится Нью-Йорк и…
— Мистер Сазерленд, два места, — объявили в репродуктор. Мартин обошел столик кругом, взял Патрицию под руку и повел в зал.
— Мет, вина не нужно, — сказал он официанту. — Нельзя ли для начала кофе? — Он сделал заказ на двоих, даже не спросив ее.
— Человек, на которого вы стремились произвести впечатление, — тот самый светловолосый джентльмен, к которому я проводил вас в тот вечер?
— Да. — Она с наслаждением отпила крепкий черный кофе. — Ритт. Эммануэл Ритт.
— И вы ему понравились?
— Нет. — Девушка покачала головой. — Его интересуют только крупные начинания. — Для вящей убедительности Патриция широко развела руки. — Судоходные линии, кофейные плантации, мукомольные фабрики… Вот такой размах. Не знаю, с какой стати Роберт вдруг решил, что Эммануэла не оставит безразличным идея открыть модный магазинчик.
— Модный магазинчик? Этим вы и хотели его заинтересовать? — Она кивнула, следя, как официант ставит перед ней глубокую тарелку с супом-пюре.
— Но модный магазин — это слишком мелко, это не для него. — Патриция поднесла ложку ко рту. — Восхитительно! — Девушка и не подозревала, что настолько проголодалась. — Вы знаете, что на большую ссуду можно рассчитывать только в том случае, если уже располагаешь значительным капиталом? Вам не кажется, что это неправильный подход — ведь не каждый же способен строить наполеоновские планы?
— О, порой это себя оправдывает. Вот вам, например, не следует ограничиваться малым, Патриция.
— Мне?
— Да, вам. Зачем вам постоянная работа, когда вы умеете создавать шедевры вроде того великолепного кружевного платья?
— Может быть, потому, — сказала Патриция, — что это платье все еще висит в "Золотом наперстке".
— Это магазин одежды?
— Да. Видите ли, моя подруга Мелани владеет магазинчиком в Мел-Велли, и я сдала платье туда. Но никто до сих пор так и не купил его.
— Не удивляюсь. — Мартин откинулся на стуле и кивком поблагодарил официанта, убравшего суповые тарелки.
— Почему?
Молодой человек усмехнулся. В заведении подобного рода наверняка покупают обычные повседневные платья, украшенные банальным ярлыком "Платье женское". Он подождал, пока официант расставит тарелки с жарким. Затем взял в руку нож для вящей убедительности взмахнул им перед девушкой. — Такой шедевр нельзя прятать во второразрядном магазинчике. Это восхитительное кружевное платье там столь же неуместно, как вы — в перешивочной мастерской "У. Рэнк".
— Да ну? Так вот извольте запомнить, что я рада и, более того, считаю за честь работать в перешивочной мастерской "У. Рэнк". — Она отложила вилку в сторону и посмотрела своему спутнику прямо в глаза. — "У. Рэнк" дает мне уверенность в завтрашнем дне. Там, видите ли, регулярно платят.
— "В погоне за наживой мы растрачиваем силы", — процитировал Мартин, неодобрительно качая головой. — В наши дни слишком много внимания уделяется деньгам.
— К сожалению, газовая и электрическая компании не принимают ничего другого.
— Один — ноль в вашу пользу! — рассмеялся он. — Хорошо. Здесь я вынужден с вами согласиться. Чтобы иметь средства к существованию, надо работать. Но если доход для вас становится важнее, чем сам процесс, вы утрачиваете нечто очень важное. Понимаете?
— Не совсем. — Какую чушь он несет! Но британский его акцент так приятен для слуха. А улыбка какая славная!
— Жить — это значит творить, Патриция. — Молодой человек наклонился к своей собеседнице, не сводя с нее серьезного взгляда. — Знали бы вы, сколько людей глубоко несчастны только потому, что на протяжении многих и многих лет делают то, что должны, а не то, что хотят, — и жизнь проходит впустую!
— Может быть, вы и правы. — Она обрадовалась, что голова больше не кружится. Необходимо рассказать ему о жестокой реальности. — Если приходится платить ренту, то никак нельзя…
— Ага! — Мартин предостерегающе поднял руку. — Счастлив тот мужчина, которому удается совместить и то и другое. Или в вашем случае — женщина. Вы на диво талантливы. Наделены неуемным воображением. В вашей прелестной головке — целый рой идей… И замыслы эти столь прекрасны, что у вас глаза сияют от вдохновения. Вам хочется набрасывать эскизы карандашом и расцвечивать их красками, вам не терпится кроить, драпировать, закалывать — словом, творить!
Девушка уставилась на молодого человека во все глаза. Да он читает в ее душе, словно в раскрытой книге!
— Работа приносит вам столько радости, что ее, собственно, и работой-то не назовешь. Так?
— Ну… да. Но… — Патриция вспомнила отца: вот он сосредоточенно выпиливает очередную фигурку, позабыв обо всем на свете. Прекрасный лебедь… — Порою такой компромисс невозможен. То, чем хочется заниматься, не всегда приносит пользу.
— Сделайте так, чтобы приносило! И не говорите безличными предложениями, Пат. Отвечайте сами за себя. Талант, подобный вашему, стоит того, чтобы попытаться дать ему состояться.
На мгновение она вышла из себя.
— Я не сидела без дела! Сперва хотела взять ссуду в банке. А потом обратилась за помощью к мистеру Ритту. Вы захотели найти понимание у человека, которому все это безразлично. Модный магазинчик да? Вы не бухгалтер и не продавщица, вы модельер, художник. Вот об этом вы с ним говорили? Показывали ему наброски из той самой папки, что я видел на вашем столе?
— Да нет. Как-то не пришло в голову.
В тот вечер Патриция упомянула о том, что шьет модельные платья, а Эммануэл сказал что-то насчет хобби.
— А почему. Если он такой всесильный, если способен целый флот спустить на воду, так уж, наверное, сможет создать фирму по производству модельной одежды. Поточное производство, я имею в виду.
— Поточное производство? — повторила девушка, потрясенная грандиозностью замысла.
— Ах, Патриция! — Мартин покачал головой. — Неужели вы не понимаете, что такой талант, как у вас, встречается раз в сто лет? Взять одно только кружевное платье, которое я видел… Божественно!
Такого восхитительного вечера в ее недолгой жизни никогда не было. Она сидела за столиком с красивым, энергичным молодым человеком, беседовала непринужденно и легко. А он повторял снова и снова, что она необычайно талантлива и не следует зарывать такой талант в землю.
— Может быть, мне удалось бы еще раз переговорить с мистером Риттом, — предположила Патриция с сомнением. — Но я терпеть не могу ходить с протянутой рукой.
— Просить денег? О какой милостыне идет речь? Вы предлагаете ему блестящую возможность стать еще богаче. Блестящую, слышите!
Когда настало время уезжать. Патриция твердо уверовала в то. что все в этом мире возможно. И почему она прежде сомневалась в собственных силах?
— Все-таки больше всего вы мне нравитесь босоногим бесенком. — Мартин легко провел пальцем по ее щеке, и она затрепетала. — Вы показались мне такой счастливой тогда, помните, когда стояли на коленях перед манекеном и колдовали при помощи булавок и ножниц. Пообещайте мне, что всегда будете заниматься только тем, что делает вас счастливой, радость моя.
— Да, — прошептала Патриция, готовая пообещать ему все, что угодно.
Молодой человек наклонился и поцеловал ее. От легкого, ни к чему не обязывающего прикосновения губ все существо ее вспыхнуло огнем. Дурман прошел, в голове давным-давно прояснилось: девушка понимала, что это властное, всеподчиняющее чувство не имеет ни малейшего отношения к выпитому ранее вину. Патриция даже не смогла ответить па его напутствие: "Осторожнее на дороге!"
"Радость моя", он назвал ее "радость моя".
Да возьми же себя в руки. Это словосочетание наверняка не больше, чем распространенное в Англии обращение — ну вроде как "крошка" или "лапочка". Скорее всего, он любую женщину так называет. А она-то размечталась…
Оказавшись дома, Мартин, двинулся было к домику для гостей, но заметил, что окна первого этажа в доме сестры еще освещены.
Отлично.
Он вошел в гостиную. Шарон, свернувшись калачиком в уютном кресле, читала роман. Его зять Фрэнк, известный окулист, влюбленный в свою работу, возлежал на диване, уткнувшись в медицинский журнал.
Мартин поздоровался, затем обернулся к сестре.
— Послушай-ка, Шарон! В Мел-Велли есть магазинчик под названием "Золотой наперсток". А в нем продается кружевное платье… — Молодой человек описал платье как можно подробнее, затем подписал чек и вручил сестре. — Купи его.
— Как скажешь. — Шарон непонимающе воззрилась на брата. — Купить для себя? Ты делаешь мне подарок? А оно мне подойдет?
— Мне дела нет до того, подойдет или нет. А также и до цены. Просто купи, и все.
От удивления сестра не нашла, что ответить. Фрэнк отложил журнал в сторону.
— Магазин под названием "Золотой наперсток"? Кружевное платье? — Он сощурился, пристально разглядывая позднего гостя. — Ты что, пил?
— Пропустил парочку мартини, не больше. Крепкие напитки не для меня. — Мартин усмехнулся, игнорируя озадаченные взгляды, и пожелал спокойной ночи.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Золушка из Калифорнии - Лавсмит Дженнет



довольно мило и целомудренно.
Золушка из Калифорнии - Лавсмит Дженнеттата
20.08.2011, 21.22





Пресненько.
Золушка из Калифорнии - Лавсмит ДженнетЛидия
21.08.2011, 16.56





Очень даже неплохо
Золушка из Калифорнии - Лавсмит ДженнетАнтонина
25.08.2011, 22.54





да чистое светлое чувство любви которое объединяет два сердца в одно легкая красивая любовь
Золушка из Калифорнии - Лавсмит Дженнетнаталия
27.08.2011, 13.14





Прелестная вещица, написана легко и непринуждённо и также читается!
Золушка из Калифорнии - Лавсмит ДженнетГалина
2.09.2011, 20.05





Читаем, девочки, читаем....)))
Золушка из Калифорнии - Лавсмит Дженнетанжела
4.09.2011, 18.17





Сказка!!!!
Золушка из Калифорнии - Лавсмит ДженнетВера Яр.
10.06.2012, 12.52





Иногда хочется и такой сказки почитать. Без соплей и порнухи. Любовь, любовь...
Золушка из Калифорнии - Лавсмит Дженнетиришка
9.10.2013, 21.11





Роман не плохой, но мамаша героини просто добивала, эгоистичная дрянь, которая помыкает дочерью как хочет. Героиня воспитывалась в мире, который крутился вокруг ее самовлюбленной мамаши и превратила себя в служанку в 21 год. Ой, у мамочки то астма, ей нельзя нервничать. Не судьба было понять, что себе и матери оказывает медвежью услугу, пытаясь оберегать ее от всего и всех. Герой чрезмерно наглый тип, пусть во всем он по книге оказывался правым, но доктора, тем паче психиатры, должны подвергать сомнению собственные решения, но не этот человек. С другой стороны, не смотря на явное не понимание психологии главных героев роман зацепил, прочитала с удовольствием.
Золушка из Калифорнии - Лавсмит ДженнетВарёна
6.10.2015, 21.26





Читается легко и с удовольствием. Поставлю 10.
Золушка из Калифорнии - Лавсмит ДженнетЛенванна
15.03.2016, 17.43





Да... Над мамой я просто офигеваю! Неужели есть ещё и такие?!rnРоман спокойный, простой. Так - вечерок скоротать. Средне.))) 7/10
Золушка из Калифорнии - Лавсмит ДженнетЛариса
2.11.2016, 16.30








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100