Читать онлайн Всего лишь миг, автора - Кэссиди Карла, Раздел - Глава третья в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Всего лишь миг - Кэссиди Карла бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.17 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Всего лишь миг - Кэссиди Карла - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Всего лишь миг - Кэссиди Карла - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кэссиди Карла

Всего лишь миг

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава третья

– Почему вы не окликнули меня? – она возмущенно смотрела на Клифа. – Почему не кашлянули или еще что-нибудь, чтобы напомнить о себе?
Клиф молчал, но глаза его были красноречивее слов. Темные, жаркие, они обнимали ее всю целиком, и там, куда попадал его взгляд, в ней тоже вспыхивал огонь. Эди вдруг почувствовала, как коротка ее ночная рубашка. Персикового цвета, с полупрозрачным кружевным верхом, не скрывающим упругую округлость ее груди. Розовые соски напряглись и, словно в ответ на жар, пылавший в его глазах, дерзко приподняли тонкую материю, державшую их взаперти. Эди никогда еще не чувствовала себя до такой степени женщиной, не ощущала, насколько она желанна, пока не увидела этого в его темных глазах. Его взгляд и испугал, и взволновал ее. Она даже не заметила, что сделала шаг вперед. Но тут ногу ее пронзила острая боль. Эди удивленно вдохнула воздух, и ей чуть не стало дурно при виде осколка стекла в пятке и густой алой крови, сочащейся из раны.
– Ой… я наступила на стекло, – растерянно сказала она, ковыляя к кушетке. Она села и положила раненую ногу на журнал, лежащий на кофейном столике.
Клиф мгновенно соскочил со стула.
– У вас есть аптечка? – спросил он озабоченно.
Эди кивнула.
– На второй полке в бельевом шкафу. В ванной.
На нее нашло какое-то оцепенение, она не могла понять, чем вызвана ее растерянность – испугом и болью из-за пореза ноги или смутившими, даже испугавшими ее чувствами, испытанными за миг до того.
Клиф вернулся почти сразу с аптечкой в руках. Он сел лицом к ней на кофейный столик и положил пораненную ногу себе на колени.
– Больно?
– Довольно больно, – призналась Эди. Ей было трудно думать о ноге. Она чувствовала осторожное прикосновение его пальцев к ступне… ее обволакивало его горячее участие, и она забывала про боль.
– Боюсь, мне придется сделать вам еще больней.
Клиф взглянул на нее непроницаемыми глазами, и Эди вдруг показалось, что он говорит о куда более серьезных вещах, чем ее нога.
– Ничего, перетерплю. – Голос ее звучал чуть слышно, и Эди спросила себя, не говорит ли и она о том, что куда серьезней, чем осколок стакана в ноге. Несколько долгих минут она неотрывно смотрела на Клифа, зачарованная силой, которая ощущалась в его чертах.
– Мне надо вытащить осколок, – Клиф вновь опустил глаза на кровоточащую ногу, разорвав их слившийся воедино взгляд.
Эди зажмурилась, напряглась в предвкушении боли и была поражена тем, как легко он касался ее ноги, как умело извлек сверкающий осколок.
– Готово, – сказал Клиф, доставая из аптечки вату и бутылочку с йодом.
– Вам вовсе не обязательно заниматься этим, – шепнула Эди, когда он начал промывать ранку.
– Мне это легче, чем вам. К тому же я чувствую себя в ответе. Я вас испугал, и вы уронили стакан. – Все его внимание было устремлено на ее ногу.
Пока Клиф промывал порез, Эди рассматривала его, спрашивая себя, какой он, когда побрит. Скрытые черной щетиной черты были четко вылеплены – высокие скулы, намек на ямочку у левого уголка рта, решительный подбородок. Взгляд Эди задержался на губах. Красивый рот, когда губы не стиснуты так мрачно. Сейчас, когда его внимание было обращено на ногу, рот расслабился, стала заметна чувственная припухлость нижней губы. Сильный, умелый рот, интересно, что бы она почувствовала, если бы он прижался к ее губам.
Внезапно Эди вздрогнула – Клиф был слишком близко. Она ощущала это всем телом. Размах его плеч, упругие мышцы ноги под ее ступней. Мягкое, ласкающее прикосновение его пальцев, промывающих и бинтующих рану, заставило ее затрепетать. Наложив повязку, Клиф не убрал рук с ее ноги. Пальцы его легко, как взмах крыльев бабочки, сидящей на цветке, двинулись вверх, слегка коснулись лодыжки, продолжили ласкающее движение еще выше, задержались на изгибе икры.
Ею овладела глубокая истома, казалось, кровь ее сгустилась и каждый удар сердца раскатом грома звучит в груди. Клиф поглаживал выгиб ноги, словно наслаждаясь ощущением ее кожи, и при каждом его прикосновении Эди пронизывала острая боль желания.
– Эй, есть там кто-нибудь? Выньте меня из этой проклятой кровати, – раздался из спальни скрипучий голос бабушки, вдребезги разбив тишину; он вернул Клифа и Эди обратно к реальности из опасной неизведанной страны, где они вдруг оказались.
Клиф отдернул руку, и Эди увидела в его глазах изумление – так глядел бы лунатик, проснувшись ночью посреди своего двора.
– На сегодня все, пора кончать, – резко произнес он, вскакивая с места, и, отвернувшись от Эди, принялся судорожными движениями укладывать вещи в сумки.
С минуту Эди сидела неподвижно, все еще пораженная тем, что его прикосновение так сильно подействовало на нее. Когда Клиф гладил ее ногу, ей хотелось, чтобы это длилось без конца, чтобы его губы последовали за рукой по начертанным ею невидимым путям.
Внезапно Эди нахмурилась, захлестнутая смущением. Как ее может так влечь к нему, когда она почти его не знает, не уверена даже, нравится ли он ей? Смех, да и только! К ней так давно не прикасался мужчина. Возможно, коснись ее ноги любой другой, реакция была бы такой же.
– Помогите! Выньте меня из кровати! Жалобный вопль бабушки подстегнул Эди, вырвал ее из задумчивости. Она встала с дивана, чуть поморщившись, когда наступила на больную ногу, и увидела, что Клиф сложил сумки и готов уйти. Он уже подошел к двери, затем остановился, взявшись за ручку, и повернулся к ней.
– Вы вчера спросили, женат ли я, и я ответил: «Нет». – Эди кивнула, и он продолжал. Глаза его – темные, мрачные, как зимняя ночь, – были устремлены на нее. – Я был женат. Три года.
– Что случилось?
Эди знала, что не имеет права спрашивать, что у него нет никаких оснований ей отвечать. Но вдруг ей показалось жизненно важным узнать ответ. Этот человек с неулыбчивыми глазами, ни с того ни с сего впадающий в беспричинный гнев, был для нее неразрешимой загадкой. Возможно, его ответ окажется ключом, который поможет ей решить ее.
– Жена бросила меня, – голос был тусклый, бесстрастный. Прежде чем Эди успела задать еще какой-нибудь вопрос, Клиф исчез.
– Ты должен освободить меня от этого задания. – Клиф сидел в кабинете Уолта, у его стола. Было два часа дня, а он еще не спал после своей ночной вахты. О, он пробовал уснуть, но что толку – он беспокойно метался в постели, проклиная судьбу за полученное задание и Эди Тернер.
– Невозможно, – сказал Уолт, затем нахмурился. – Ты похож черт знает на что. Кажется, я велел тебе постричься.
– Я похож черт знает на что, потому что не спал целые сутки и не имел времени постричься. – Клиф сердито посмотрел на Уолта. – Ты собираешься освободить меня от этого задания или нет?
– Нет, – отрезал Уолт и вздохнул. – Клиф, ты и сам знаешь, как нам не хватает людей, когда мы ловим торговцев наркотиками. Последние два года я из кожи вон лез, чтобы дать тебе живую работу, но пора и тебе время от времени заниматься тем, что не очень интересно. Это будет только справедливо. – Уолт пригладил густые седые волосы. – Что, возникла какая-нибудь проблема?
– Как сказать. Бабушка думает, что я половой извращенец и стремлюсь созерцать ее перезрелые прелести, а внучка, Эдит… – Клиф внезапно замолчал и тяжело вздохнул. Что он мог сказать? Что Эдит Тернер удивительно хороша собой? Что она вышла утром из спальни в короткой ночной сорочке персикового цвета и у него закружилась голова? Раздался стук в дверь, и Клиф облегченно вздохнул.
– Войдите! – крикнул Уолт.
В комнату вошел Джон Гибсон, один из агентов по борьбе с наркотиками.
– Как дела, Марчелли? – приветствовал он Клифа, затем обратился к Уолту: – Вы хотели видеть меня, шеф?
– Садитесь, подождите минуту. – Уолт указал молодому офицеру на стул у стены и вновь обратился к Клифу: – Так в чем проблема с Эдит Тернер? Она что, доставляет тебе неприятности?
Клиф подумал о ее ноге у себя на коленях, о коже, гладкой, как шелк.
– С ней трудно иметь дело, – выдавил он, корчась от боли в животе.
Рука Уолта взъерошила волосы, они встали дыбом, как по стойке «смирно».
– Послушай, дружище, я прошу у тебя всего две недели. Я знаю, наблюдение куда легче вести из нежилого дома, но в данном конкретном случае это невозможно. Квартира Эдит Тернер – самая выгодная позиция.
– А нельзя их временно выселить? Пока мы не кончим? – горестно спросил Клиф.
Уолт пожал плечами.
– Пожалуй, можно. Но это густонаселенный район. Начнутся разговоры. Все может пойти насмарку. И не забывай, что у нас ограниченный бюджет. Чтобы заплатить людям за переселение, нужны большие деньги. – Уолт вздохнул. – Клиф, постарайся выполнить эту работу, – он взглянул на Клифа в упор. – Склад – самое средоточие их активности. Я хочу, чтобы это дело лопнуло. Через полгода я ухожу в отставку, и, если мне удастся провести все как надо, я уйду со службы в сиянии славы.
Клифу хотелось протестовать. Хотелось бежать на край света от этого задания. Но, глядя в глаза человека, который тринадцать лет был ему не только шефом, но и другом, он знал, что выполнит свой долг до конца. Это самое меньшее, что он мог сделать для того, кто последние два года помогал ему не сойти с ума.
– Хорошо, – сказал Клиф, и рука автоматически потянулась к животу, где его давнишняя подруга-язва громко заявляла о своем неудовольствии. Клиф встал. – Я закончу наблюдение, но ты мой должник.
Уолт расслабился. Было видно, что капитуляция Клифа сняла камень с его души.
– Верно, и я расплачусь с тобой, как только ты сходишь к врачу показать свою язву.
– Угу, – Клиф улыбнулся кривой улыбкой, зная, что и не подумает это делать. Он кивнул Уолту и Джону и вышел из участка.
Ему следовало пойти домой и поспать хотя бы часа два, прежде чем возвращаться в квартиру Эди, но сейчас он меньше всего думал о сне.
Он вел машину без всякой цели, и перед его мысленным взором вставали мучительные картины. Эдит Тернер. Когда она вошла в комнату сегодня утром, он знал – она еще не проснулась и не помнит о нем. Он знал, что должен кашлянуть, подать сигнал, напомнить о себе, но в тот миг он потерял способность говорить, не мог двинуться с места. Его охватили забытые чувства, чувства, которые он давно уже себе запретил.
Немало времени прошло с тех пор, как женщина вызывала в нем страсть и он испытывал жгучее наслажденье, держа ее в своих объятьях. Клиф и не вспоминал об этом. Он похоронил все это, когда от него ушла жена. Он не хотел испытывать желанья. Он не хотел испытывать никаких чувств. И вот впервые за два года в нем вновь проснулся живой человек. Это смертельно его испугало.


Несколько минут после того, как Клиф ушел, Эди стояла, уставившись на дверь, и раздумывала над его последней фразой.
«Жена бросила меня». Никогда еще Эди не слышала, чтобы слова звучали так холодно, так мертво. Все время, что она собирала осколки стакана, ее преследовала эта фраза. Что случилось с их браком? Почему он пошел вкривь и вкось? Запрятав эти мысли поглубже, Эди принялась поднимать с постели бабушку и кормить ее завтраком.
После завтрака Эди усадила старушку на диван, включила телевизор и положила ей на колени коробочку с бижутерией. Бабушка радостно улыбнулась, получив свои сокровища, руки ее осторожно перебирали разноцветные стекляшки.
Оставив бабушку за этим мирным занятием, Эди взялась за посуду. Интересно, какая она была, его жена, подумала Эди, счищая с тарелок остатки пищи, прежде чем положить их в посудомоечную машину. Возможно, святая, если столько времени смогла его терпеть. А сам он, какой он был муж, спросила себя Эди, протирая плиту. Откуда ей знать, она даже догадок строить не может. Ей ничего о нем не известно. Ну, почти ничего, поправила себя Эди, вспомнив жгучий накал его темных глаз, пожирающих ее. Пожирающих… сильное слово, оно вызывает в воображении образы храбрых рыцарей и невинных дев. Она не была невинной девой, а он далеко не рыцарь. И все же, когда его непроницаемые, затененные густыми ресницами глаза скользили по ее едва прикрытому телу, она ощутила трепет предвкушения, словно молодая жена, идущая на брачное ложе.
– Эди, душечка, вы не спите? – голос Розы и громкий стук в дверь вывели Эди из забытья; она увидела, что стоит с губкой в руке, глядя – и не видя ее – на сверкающую крышку плиты. Кинув губку в раковину, Эди пошла, чтобы впустить в дом Розу.
– Доброе утро, Роза, – Эди улыбнулась соседке.
– Вовсе не доброе, – сказала Роза, подходя к столу и опуская свой увесистый зад на стул. – Не угостите ли меня чашкой чая? Я так несчастна. Я так страдаю. – Она скорбно взглянула на Эди.
Эди кивнула и поставила чайник на плиту, спрашивая себя, что толкнуло Розу на эту мелодраматическую сцену.
– Видно, вас действительно что-то сильно расстроило, раз понадобился мой травяной чай, – сказала Эди, тоже садясь за стол. – Что именно?
– Энтони и его будущая жена.
– Но я думала, вы рады, что Энтони женится, – возразила Эди.
– Была рада… Да и сейчас рада. Но эта Шерри, которую Энтони выбрал себе в жены, она не хочет иметь детей. – Широкое лицо Розы жалко искривилось. – Имя Тоннилеско умрет, и у меня не будет внуков. – Крупные слезы градом полились по ее щекам.
Пар, вырывающийся из чайника, помешал Эди ответить сразу. Она налила две чашки некрепкого травяного чая, убедилась, что бабушка по-прежнему с удовольствием перебирает свои «драгоценности», и снова села за стол.
– Шерри – учительница и говорит, что по уши сыта детьми, возится с ними с утра до вечера. – Слезы на щеках Розы высохли быстро, как капли воды на горячей сковороде, и теперь в ее черных глазах сверкало справедливое негодование. – Виданное ли дело, чтобы женщина не хотела иметь детей?
Эди улыбнулась, понимая, что для человека того поколения, к которому принадлежала Роза, мысль, что женщина может не хотеть детей, абсолютно чужда.
– Роза, сейчас многие люди решают не иметь детей.
– Хорошенькое решение! – Лицо Розы досадливо сморщилось. – Вы же хотели бы завести ребенка, верно?
Эди ответила не сразу. Да, было время, когда она мечтала о ребенке. К сожалению, тогда не оказалось рядом мужчины, с которым ей хотелось бы разделить свою жизнь. Пришлось решить эту проблему по-иному. Она выкинула мечту о материнстве из головы. К тому же уход за бабушкой утолил ее потребность о ком-нибудь заботиться.
– Право, не знаю, – ответила Эди наконец, затем улыбнулась. – Если я решу завести ребенка, мне, вероятно, придется отказаться от многого, что занимает важное место в моей жизни.
– А кто в этом виноват? – спросила Роза. – Я тысячу раз говорила вам, что присмотрю за бабушкой в любой вечер, когда вам захочется пообщаться с друзьями. А в те немногие вечера, когда вы выходите из дому, вы встречаетесь лишь с этим ломакой доктором Пауэрсом. – На лице Розы было ясно написано ее отвращение к Маркусу Пауэрсу. – Да разве он может кого-то любить? Он слишком влюблен в самого себя.
Эди рассмеялась. Ломака… да, нельзя не признать, что Маркус был несколько самовлюбленным.
– С Маркусом все в порядке, – сказала она с улыбкой. – Не надо только принимать его всерьез.
– Но об этом-то я и толкую, Эди, милочка. – Роза замолчала, отхлебнула чай, затем продолжала: – Вам пора найти мужчину себе по вкусу, кого-нибудь, кого вы станете принимать всерьез. Вы заботитесь о бабушке, это прекрасно, но здоровой молодой женщине нужно кое-что еще.
Эди открыла было рот, желая возразить, но ее попытка не увенчалась успехом.
– Знаете, Эди, вы ведь не молодеете. Ваши биологические часы повернули назад.
– Мне только тридцать, – со смехом сказала Эди.
Роза пожала плечами.
– Сегодня нам тридцать… затем тридцать пять… затем сорок… и оглянуться не успеешь, как мы уже слишком стары, чтобы завести семью.
– У меня есть семья, – Эди нежно поглядела на бабушку.
Роза протянула через стол руку и потрепала Эди по плечу.
– И то, что вы делаете, то, что вы заботитесь о бабушке, – это очень хорошо. Слишком многие люди торопятся отправить нас, стариков, в богадельню. Но, милая девочка, не надо ради бабушки жертвовать своей жизнью. Жизнь так коротка, а настоящую любовь так трудно найти.
– Не волнуйтесь, Роза, – Эди нежно сжала ее руку. – Придет день – я найду своего Принца, мы поженимся, нарожаем кучу детей и будем счастливо жить до конца наших дней. И мало того: вы будете крестной всех моих малышей.
Роза допила чай и встала.
– Одно я могу сказать: ваш Прекрасный Принц не появится внезапно у вас на пороге.
Эди сразу вспомнила о Клифе Марчелли. Он как раз появился внезапно у нее на пороге, но Прекрасным Принцем назвать его было трудно. А все же интересно, может ли осуществиться в жизни то, что случается в сказках. Может ли поцелуй обратить жабу в принца?


Клиф смотрел, как большой фургон для доставки продуктов медленно едет по улице по направлению к складу и подъезжает к воротам. Сердце его учащенно забилось. Вдруг сегодня тот самый день – день большой сделки, и он сможет наконец покинуть эту квартиру, уйти от Эди Тернер, от напряженной атмосферы, возникавшей, когда они с Эди оставались вдвоем. Машина развернулась и двинулась в обратную сторону. Клиф разочарованно вздохнул.
С той минуты, как Клиф вошел в квартиру полчаса назад, они с Эди старательно избегали смотреть друг на друга. Но то, что он на нее не смотрел, вовсе не значило, что он не ощущал ее присутствия. Как бы это ему удалось, когда комнату, кружа ему голову, наполнял аромат ее духов? Как мог он ее не замечать, когда она хлопотала у плиты, торопясь подать ужин до того, как мрак – это чудовище, для которого лучи солнца – единственная пища, – поглотит солнечный свет? Звон тарелок, звуки песенки, которую Эди напевала вполголоса, напомнили ему о тех далеких вечерах, когда он сидел на кухне своего дома, глядя, как Кэтрин готовит ужин.
Странно, мысли о Кэтрин всегда вызывали в нем безумный гнев, такую жгучую ярость, что его буквально выворачивало наизнанку. А теперь ярость почти угасла, к ней примешалась печаль. Это было что-то новое.
– Клиф, вы не откажетесь поужинать с нами? У нас сегодня лапшевник.
Клиф отвернулся от окна и взглянул на Эди, удивленный ее предложением. Выбор был предрешен: сочная, ароматная лапша с поджаристой корочкой или две булочки с котлетой и сыром, лежавшие в сумке, возможно покрытые застывшим жиром и потерявшие всякую форму.
– Спасибо, – откликнулся он, – если это не причинит беспокойства.
– Ни малейшего. Просто поставлю на стол еще одну тарелку.
– Не надо, – чуть не крикнул Клиф. Он был в панике. – Я… я… мне нельзя отходить от окна. Если вы не против, я возьму тарелку сюда.
Клиф снова повернулся к окну, слегка покраснев, – он знал, что взгляд Эди задержался на нем с любопытством.
Он перегнул палку, но он не мог сесть вместе с ними за стол. Это было бы слишком по-домашнему, слишком похоже на настоящую семью. А семья, счастье, райское будущее были понятия, о которых Клиф не позволял себе даже мечтать. Больше не позволял.
– Конечно, почему нет, – согласилась Эди, испытующе уставившись на его спину, словно желая прочитать его сокровенные мысли.
С той минуты, как Клиф вошел в комнату, ее охватила несвойственная ей робость и вместе с тем желание получше его узнать. Она пригласила Клифа разделить ужин, надеясь, что, сидя с ними за одним столом, он станет хоть немного общительней. Эди была не настолько глупа, чтобы ожидать, что он сразу оттает, но рассчитывала, что он по крайней мере перестанет давать лишь односложные ответы и глядеть на нее с такой яростью, точно он медведь, потревоженный во время зимней спячки.
– Все готово. Пойду разбужу бабушку, и будем ужинать. Это всего несколько минут. – Эди подождала, пока Клиф едва заметно кивнул, и зашла в спальню. – Бабушка, просыпайтесь. Пора ужинать, – Эди нежно тронула старушку за плечо. Глаза открылись, и, глядя в их теплую голубизну, Эди увидела, что перед ней та, кто вырастил ее, та, кого она так любит. Как она дорожила такими мгновениями, ведь они случались все реже и реже.
– А, Эди, – старушка протянула руку и ласково коснулась ее лица. – Я видела замечательный сон. Мы все были в гостях, и моя мама была там, и твоя, все пили чай из таких красивых чашек и ели такие вкусные пирожки.
– Какая прелесть! – сказала Эди, помогая ей сесть на постели. – А теперь пора вставать и ужинать.
Бабушка любовно погладила Эди по щеке.
– Ты такая хорошая девочка, Эди. Я всегда надышаться на тебя не могла.
Но не успела Эди ответить, как глаза старой дамы погасли.
– А я на тебя, – прошептала Эди, безмолвно прощаясь с той, кого она любила всю жизнь. К тому времени, когда она подняла бабушку с постели, старушка снова превратилась в раздражительную незнакомку, пресекавшую все попытки Эди вывести ее из спальни.
– Что он тут делает? – спросила старушка, садясь за стол и указывая пальцем на Клифа. – Что у него, своего дома нет?
– Клиф пришел повидаться со мной, – сказала Эди, вынимая из духовки противень с лапшевником.
– Грубиян какой-то, – продолжала старушка. – Приходит в гости, а сам сидит, уставившись в окно. Совершенно не умеет себя вести. Я думала, у Бесси хватит ума воспитать сына как надо.
Эди открыла было рот, чтобы защитить Клифа от ее нападок, и сразу снова закрыла. С чего бы ей за него заступаться?
– Прошу прощенья, я не хотел быть грубым, – с удивлением услышала Эди голос Клифа, вставшего на собственную защиту. Ее удивление еще возросло, когда, повернувшись боком на стуле, Клиф попытался улыбнуться бабушке.
При виде этой улыбки, такой неожиданной, так ясно говорившей о его уязвимости, у Эди перехватило дыхание. Старушка кивнула, смягченная его словами.
– Если вы еще соскребете волосы с лица, у вас будет почти цивилизованный вид.
Губы Клифа дрогнули в усмешке.
Эди отвернулась, стала нарезать хлеб. Его мимолетная улыбка осветила все лицо, вдохнула в него жизнь, изгиб губ намекнул на то, как он будет выглядеть, улыбаясь не только ртом, но и сердцем. В глубине души она знала, что не успокоится, пока он не улыбнется ей открытой сердечной улыбкой.
Снова обернувшись к ним, Эди увидела, что бабушка по-прежнему изучает Клифа.
– Странно, он совсем не похож на Бесси, – задумчиво сказала она. – Верно, в отца пошел. Тот был настоящий красавчик. Глаза и волосы черные, на Кларка Гейбла смахивал. Но какой же он был негодяй!
Клиф беспомощно посмотрел на Эди, по-видимому не зная, как ему быть.
– Да, Клиф пошел в отца, – сказала Эди, ставя на стол хлебницу и миску с приготовленным на скорую руку салатом. Добавила к этому лапшевник и принялась наполнять тарелку Клифу.
– Я думала, у нас сегодня отбивные, – воскликнула старая дама. – Вам бы тоже хотелось отбивную вместо этой гадости, да? – обратилась она к Клифу.
– Лапшевник выглядит очень аппетитно, – заметил он. По правде сказать, у него потекли слюнки при мысли о сочной, прослоенной сыром лапше с густым, острым мясным соусом. Он уже давным-давно не ел ничего, кроме полуфабрикатов с высоким процентом холестерина и низким процентом питательности, которые продавались в целлофановой обертке или в коробочках из пенопласта.
– Хм, лапшевник недурен, но отбивные лучше, – заявила старушка.
– Спасибо, – пробормотал Клиф, когда Эди протянула ему наполненную до краев тарелку и присоединилась к бабушке. Клиф взглянул на тарелку и нахмурился. Спору нет, он давно не пробовал итальянских блюд, но то, что лежало на тарелке, никак не напоминало кушанье, которое он знал с детства. Где соус? Где мясо? Взяв вилку, он вонзил ее в лапшевник и еще больше нахмурился, увидев зеленые ломтики каких-то неизвестных овощей.
– Что-нибудь не так? – спросила Эди.
– Да нет… только… где тут мясо? – пробормотал наконец Клиф в смущении.
– О, тут нет мяса. Мы с бабушкой вегетарианцы.
– Это она вегетарианка. Я – узница в ее власти, – колко заметила старушка.
– Я делаю только овощные блюда. Это куда полезней, чем мясо и острые приправы.
– Ну, лично я предпочитаю мясо и острые приправы, – пробурчал Клиф, сообразив, что зеленые ломтики – это спаржа, капуста и шпинат.
– Да, но, судя по вашему виду, ваш желудок не разделяет эту любовь к мясу и приправам. У вас давно уже язва?
– Нет у меня никакой язвы, – буркнул Клиф, возмущенный ее вмешательством в его личные дела.
– Полагаю, вы грызете содовые таблетки просто потому, что вам нравится их вкус, – слегка улыбнувшись, сказала Эди. – В школе вы, верно, грызли мел, стоя у доски.
Нарисованная Эди картина вызвала у Клифа внезапный взрыв смеха. Он был удивлен. Он и забыл, как приятно смеяться. И Клиф рассмеялся опять.
Этот глубокий грудной смех насквозь пронзил Эди, взял ее за сердце, и оно отозвалось на него, гулко забившись в груди.
Смех Клифа медленно угас, но их глаза еще долго не могли оторваться друг от друга.
– Вы что, весь вечер собираетесь играть в гляделки или мы будем ужинать? – негодующе произнесла бабушка.
И на глазах у Эди Клиф преобразился, снова ушел в себя, стал мрачным и хмурым, как зимняя ночь.
– Мы будем ужинать, – сказал он, поворачиваясь к ним спиной.
Эди не могла снести разочарования, и, когда накладывала бабушке и себе еду, руки ее слегка дрожали. Черт, ведь на какой-то миг Клиф стал похож на человека. Он все время настороже, боится разделить хоть частицу себя с другими. Смех вырвался у него ненароком лишь потому, что его внутренний страж на секунду ослабил внимание.
Сидя за ужином, Эди спрашивала себя, какие еще качества Клиф так тщательно скрывает за своей броней. Удастся ли ей как-нибудь пробить эту непроницаемую броню, сделать в ней достаточно большую брешь, чтобы можно было проникать внутрь?
Но после ужина перед Эди снова чуть-чуть приоткрылась внутренняя жизнь Клифа. Бабушка опять легла в постель, и Эди с Клифом остались одни, если не считать ползущих в комнату вечерних теней.
– Я чувствую себя Авраамом Линкольном, – сказала Эди, зажигая свечу и ставя на стол рядом с компьютером.
– Ну, вряд ли он мог позволить себе такую роскошь, как компьютер и диктофон, – отозвался Клиф. – Но я согласен, не очень удобно работать в темноте. Что это вы печатаете?
– Медицинские материалы. Я служила в частной клинике, в офисе, но два месяца назад ушла, чтобы присматривать за бабушкой. Врачи были настолько добры, что разрешили мне работать дома. Обычно я кончаю раньше, но сейчас у меня осталось два доклада, которые нужно отдать до завтра, а днем у меня не было возможности ими заняться. – И так как Клиф держался достаточно вежливо, Эди, осмелев, добавила: – А вы уже давно в полиции?
– В июне будет четырнадцать лет. Мне был двадцать один год, когда я туда поступил.
– Вам нравится ваша работа?
Клиф так долго не отвечал, что Эди подумала было, уж не прослушал ли он ее вопрос. Но только она открыла рот, чтобы его повторить, как Клиф заговорил:
– Да, мне нравится моя работа. – Он обернулся и посмотрел на Эди. – За последние два года работа была самым главным в моей жизни. А вы? Вам нравится то, что вы делаете?
Эди кивнула.
– Очень. Это интересно и очень удобно при моих теперешних обстоятельствах. Такая работа позволяет быть дома, с бабушкой, и дает достаточно денег, чтобы оплачивать счета. А бабушка нуждается во мне.
– Вы так хорошо за ней ухаживаете. Вы, видимо, очень терпеливы.
– Легко быть терпеливым с тем, кого любишь, – мягко сказала Эди. Их глаза встретились, и ни один из них не смог отвести взгляд. Воздух был заряжен электричеством. Эди уже доводилось видеть, как глаза Клифа темнеют от подавляемого гнева. Видела она их холодными, нарочито равнодушными. Но на этот раз они горели страстным, исступленным огнем, приковавшим ее к месту. Опаленная этим пламенем, Эди остолбенела.
Раздался стук в дверь, оба подскочили на месте.
– Никого не впускайте, – предупредил Клиф. Взгляд, державший ее в плену, исчез, словно его и не бывало. Эди даже подумала, уж не привиделась ли ей страсть в его глазах.
Она кивнула и, подойдя к входной двери, лишь слегка приоткрыла ее.
– Доставка пиццы. Вы делали заказ? – По другую сторону двери стоял темноволосый парень в полосатой красно-белой форме.
– Вы, должно быть, ошиблись. Мы не заказывали пиццу. – Эди хотела закрыть дверь, но юноша сунул ногу в щель между дверью и косяком.
– У нас заказ от Клифа Марчелли, – сказал он, сделав ударение на имени, и показал ей полицейский значок.
– Клиф, это к вам, – Эди распахнула входную дверь.
– Эй, Марчелли, – парень улыбнулся Клифу.
– Гибсон, что ты тут делаешь? – Клиф встал, чтобы поздороваться с ним, затем повернулся к Эди. – Это Джон Гибсон с нашего участка. Мы вместе работаем.
Эди кивнула, села за стол и надела наушники, не желая им мешать. Ее пальцы запорхали по клавишам. Однако кое-что из их разговора все же доходило до ее ушей.
– Как тебе нравится мой наряд? – Джон, усмехаясь, взглянул на Клифа и разгладил свою полосатую рубаху.
– Потрясающе! Но все же что тебе здесь надо?
– Шеф послал меня вот с этим. – Джон открыл сумку и вынул, как показалось Эди, несколько фотографий. – Говорят, что один из них и будет наш покупатель.
– Спасибо, – Клиф внимательно изучал фотографии.
– Ей нас слышно? – спросил Джон. Его голос звучал громче, чем стук клавиш.
Клиф с отсутствующим видом покачал головой.
– Значит, это и есть пресловутая Эдит Тернер? – посмеиваясь, спросил Джон.
Эди оцепенела, хотя пальцы ее продолжали печатать.
– Не могу поверить, что ты ходил сегодня к шефу жаловаться на то, как трудно иметь с ней дело. На мой взгляд, она совсем не дурна.
По правде сказать, она очень даже хороша на вид.
– Да, да. – Клиф подтолкнул его к двери. – Спасибо за фотографии, и скажи шефу, что я свяжусь с ним утром.
С этими словами Клиф выставил Джона за дверь и сконфуженно улыбнулся Эди.
Эди рывком поднялась со стула и, срывая с ушей наушники, стала перед ним, гневно сверкая глазами.
– Я вас презираю. Не могу поверить, что вы отправились к мистеру Каммингзу и заявили, что со мной трудно иметь дело. Я предоставила свою квартиру, надеясь помочь полиции, насколько это в моих силах, но вы с самого начала вели себя вызывающе, а потом еще имели наглость жаловаться на меня. – Задрав голову, Эди подошла к Клифу и остановилась прямо перед ним. – И разрешите мне кое-что вам сказать, мистер Марчелли. Вы – жаба, и у меня такое чувство, что, даже поцелуй я вас, вы не превратитесь в Прекрасного Принца. – С этими словами Эди стремительно вылетела из комнаты. Хлопнула дверь в спальню, подчеркнув грохотом ее последние слова.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Всего лишь миг - Кэссиди Карла

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Эпилог

Ваши комментарии
к роману Всего лишь миг - Кэссиди Карла


Комментарии к роману "Всего лишь миг - Кэссиди Карла" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100