Читать онлайн Серебряная ведьма, автора - Кэррол Сьюзен, Раздел - ГЛАВА 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Серебряная ведьма - Кэррол Сьюзен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.5 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Серебряная ведьма - Кэррол Сьюзен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Серебряная ведьма - Кэррол Сьюзен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кэррол Сьюзен

Серебряная ведьма

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 19

От дождя улицы города стали скользкими и грязными, но воздух и настроение значительно охладились. Избавление от жары вызвало радость. Даже в такой поздний час из некоторых таверн доносились смех и шум попоек. Но на улице Морт, по которой пробирался Мартин Ле Луп, было темно и тихо. При других обстоятельствах он вполне мог бы присоединиться к общему веселью. За свою тяжелую жизнь, полную борьбы за выживание, он всегда любил Париж с его шумом, суетой, перенаселенностью, возвышающимися домами, биением жизни, от которого учащался его собственный пульс. Но в темноте он почувствовал страх от зловещего силуэта дома, возникшего перед ним. Замок духов.
В детстве, как и многие, он всегда крестился, проходя мимо этого дома. Даже тогда у дома была репутация места, где некогда жили ведьмы, и на каждого, кто осмелится войти в него, падет проклятие. В те времена Мартин сторонился всего, что было связано со сверхъестественным.
Он заметил, что дом сейчас в гораздо лучшем состоянии, чем прежде, окна вставлены, провалы в стене заложены, но дом все равно показался ему зловещим и мрачным, напоминая ту давнюю ночь, когда он впервые стоял перед ним с капитаном Реми, предупреждавшим его, что лучше держаться подальше от этого места. И теперь ему хотелось, чтобы все сторонились этого дома. Особенно Габриэль Шене. Тогда бы они ничего не знали о Кассандре Лассель, и она бы не появилась в их жизни.
Всматриваясь через железную ограду, Мартин подумал, что дом все еще казался полным привидений, проклятий и тайн. А теперь одна из тайн могла оказаться его собственной, если только Кэрол Моро сказала ему правду. Он все еще надеялся, что девушка была в истерике или сильно ошибалась, говоря, что Серебряная роза была маленькой девочкой, дочерью колдуньи и, возможно, его дочерью. Одна ночь, единственная встреча – это все, что связывало Мартина с Кассандрой. Определенно, этого могло быть недостаточно. Но он хорошо знал, что это не так.
Кэрол описала ребенка как совершенно замечательное создание, почти ангела, но то, что она рассказала про Мэг, напугало его. Что она практически воскресила ребенка из мертвых, что у нее были такие глаза, которые могли заглянуть в душу и коснуться сердца. Мартину она показалась похожей скорее на ведьму, чем на ангела.
Когда он прислонился к ограде, всматриваясь внутрь, он знал, что не успокоится, пока не узнает правду. Возможно, не стоило так поспешно бежать с фермы, переговорив лишь с мальчиком Ивом, но он надеялся, что сможет вернуться к утру. В любом случае, подумал он грустно, вспомнив о Мири в объятиях Аристида, они могли вообще не заметить, что его нет.
Они были слишком заняты. И ему хотелось, чтобы о его тайне не узнали ни Мири, ни Аристид. Мартин никому не рассказывал о ночи, когда его соблазнила колдунья. У него стыла кровь от воспоминания о близости с этой женщиной. Он помнил, как потом стоял на коленях на крыльце и у него выворачивало внутренности от рвоты, как чувствовал себя проклятым и оскверненным.
Если это окажется правдой, то поможет ему Бог. Он раздумывал, как Мири отреагирует, когда узнает, что отцом дьявольского ребенка, Серебряной розы, был он. Вполне заслуженно будет, если она отвернется от него. Но она и так казалась потерянной для него. Такие мрачные мысли в одиночестве, во мраке ночи, во время опасного подсматривания за колдовским орденом не очень укрепляли его смелость.
Он говорил себе, что разумнее всего было бы вернуться в гостиницу, где он оставил свою лошадь, найти каких-нибудь старых знакомых на воровских улицах и, возможно, прийти в дом при свете дня. Но далее тогда Мартин плохо представлял себе, что делать. Подойти открыто к двери, постучать и сказать: «Простите, возможно ли, что здесь живет проклятая ведьма, которую я обрюхатил много лет назад?» Нет, надо перебраться через эту изгородь самому. А что касается благоразумия и осмотрительности, Мартин вообще, никогда не был особенно осмотрительным за последние двадцать восемь лет жизни. Зачем менять свои привычки именно теперь?
Еще раз нервно взглянув на дом, пока смелость не оставила его, он прижался к каменной стене. Поверхность была достаточно неровной, чтобы взобраться на стену и быстро перелезть через нее. Он переоделся в черный камзол и штаны, помогавшие ему слиться с ночью. Спрыгнув в сад, он замер, оглядевшись, не следит ли за ним кто-нибудь, и вспомнив, что когда-то у ведьмы была свирепая собака. Но из того, что рассказала Кэрол Моро, собаки здесь больше не было, просто дом, полный ведьм.
Там, где прежде росли сорняки, и стоял покрытый мохом фонтан, теперь располагались аккуратные клумбы, засаженные розами. В контрастном сочетании безмятежной красоты и возвышающегося мрачного здания было что-то тревожное. В доме было совершенно темно. Он присел на мгновение, не зная, что делать дальше, когда услышал голоса, исходившие, как показалось ему, из помещения. Осторожно пробравшись между кустами, он направился туда, где из окон струился свет.
Одно окно было приоткрыто для проветривания после дождя. Снова присев, Мартин осторожно подобрался ближе к окну, чтобы можно было заглянуть внутрь. Он увидел перед собой кухню.
Горели свечи, освещая по крайней мере трех ведьм. Одну он видел отчетливо. Это была темноволосая, маленькая, словно эльф, женщина. Там была еще одна, костлявая, стоявшая к нему спиной. Они разливали себе в бокалы вино и оживленно готовились произнести какой-то тост. Третья тоже стояла рядом, держа бокал вина, но казалась совсем не к месту в своем красивом шелковом платье с фижмами. Маленькая блондинка была в придворной маске, которыми пользовались женщины, чтобы защитить кожу лица. Странно, но она не сняла ее даже в помещении, продолжая скрывать лицо.
Две другие прервали свой разговор и уставились в котел, кипевший над огнем. Мартин сморщился, почувствовав запах. Что бы они ни варили, он не сомневался, что это не тушеное мясо. Из котла поднимался зловонный, острый запах.
Самая маленькая из женщин, похожая на эльфа, сказала:
– Думаете, это должно выглядеть именно так?
Костлявая девица с немытой головой ответила:
– Откуда я знаю? Никогда не варила миазму раньше.
Мартин оцепенел. Миазма! Он слышал это страшное слово прежде. Именно этим всесильным колдовским средством, как говорили, воспользовалась Темная Королева, чтобы вызвать страшную резню Варфоломеевской ночи. Неужели ведьмы замышляли еще одно кровопролитие?
Костлявая девица ткнула в котел кочергой:
– Кажется, начинает затвердевать. Это неправильно.
– Если верить Серебряной розе, именно это и должно получиться, – проговорила маленькая женщина. – После того как оно затвердеет, можно будет растереть его в порошок, который потом, если вдохнуть…
– Темная Королева сойдет с ума, – хихикнула костлявая. Казалось, что она слегка пьяна. – Она уничтожит герцога де Гиза.
– Жители Парижа набросятся на нее и ее сына, и придет конец династии Валуа, – воскликнула маленькая. – О, мечтаю, чтобы мне поручили доставить миазму королеве.
– Госпожа никому не доверит такое важное дело. Собирается сделать это сама. Однако как свою старую служанку и друга она возьмет меня сопровождать ее, – похвалилась тощая. Она подняла свой бокал. – Грядет революция!
– И возвышение нашей Серебряной розы.
Женщины чокнулись бокалами и повернулись к третьей.
– Мадемуазель Аркур, почему вы не хотите разделить нашу радость?
Женщина печально улыбнулась, но не стала чокаться с ними. Вместо этого она сделала маленький глоток.
– Не смогу радоваться или чувствовать себя спокойно, пока дело не будет сделано.
Впервые костлявая женщина повернулась, и Мартин смог хорошенько разглядеть ее лицо. От воспоминания у него дрогнуло сердце. Он ее знал. Как ее звали? Франсина? Фабриана? Нет, Финетта. Именно так. Она была служанкой Кассандры Лассель много лет назад. Мартину пришлось уговорить одного из друзей соблазнить ее, чтобы ему удалось пробраться в спальню Кассандры, где колдунья поджидала Реми.
Он немного отступил от окна, зная, что если здесь Финетта, то хозяйка непременно должна быть поблизости. Но, зайдя слишком далеко, он должен узнать, что замышляют эти проклятые ведьмы и кто такая Серебряная роза. Действительно ли маленькая девочка была частью страшного заговора?
Пока Джилиан Аркур потягивала вино из бокала, отказавшись присоединиться к веселому торжеству двух других, Финетта фыркнула:
– Ага, похоже, придворная госпожа не желает снизойти до нашей компании, Одиль.
Джилиан ответила:
– Нет, моя госпожа недавно научилась быть особенно осторожной. Я одна из тех, кто служит Темной Королеве все эти годы. Я, как никто из вас, знаю, насколько опасной она может быть.
– О да, бедняжка, – усмехнулась Финетта. – Какая у нее ужасная изнеженная придворная жизнь, и приходится соблазнять всех этих красавчиков из свиты Темной Королевы.
Она аппетитно облизала губы.
Но та, которую она назвала Одиль, оказалась более жалостливой.
– Мне кажется, что такая жизнь не сильно приятна.
Джилиан пожала плечами:
– Иногда бывало приятно. Да, Темная Королева всегда использовала меня. Приходилось соблазнять всех, на кого она указывала.
Финетта нахмурилась:
– Слышала, что вы были даже любовницей этого охотника на ведьм.
«Что?». Мартин напрягся.
– Да. Какое-то время. Но именно поэтому я нервничаю по поводу Симона Аристида. Его тоже нельзя сбрасывать со счетов.
– О, уверяю вас, – улыбнулась Одиль. – На этот раз о нем позаботились. Хозяйка послала Урсулу и Нанет за ним, и хотя Урсула в чем-то не очень сильна, но убивать она умеет.
– Надеюсь, вы правы, – сказала Джилиан. – Я не сомкнула глаз с того момента, как узнала, что Симон Аристид и Темная Королева сообщники. Темная Королева дала ему полное право делать все, что ему понравится. А это означает, что, если он узнает, где мы, он будет с нами беспощаден. И уверяю вас, у этого человека жалости нет.
Мартин резко вздохнул. Пришлось зажать рот рукой, чтобы сдержать слова проклятия. Значит, Симон заодно с Темной Королевой. После того как этот человек спас его жизнь, Мартин почти начал верить Мири, почти изменил свое отношение к Аристиду, но, как всегда, этот подонок предал доверие Мири и готов был снова и снова причинять ей боль.
Если эта женщина говорит правду, и она действительно была любовницей Аристида… Мартин отошел от окна, мучимый стремлением раскрыть тайну Серебряной розы и вернуться к Мири. Он оставил ее наедине с негодяем Аристидом. Но не успел он решить, что делать, как позади него хрустнула ветка. Он развернулся, но было уже поздно. Перед ним возник острый нож, наставленный на него маленькой свирепого вида женщиной. Конец ножа упирался ему в горло.
– Не двигайся, – злобно прошипела она. – Или я проткну тебе горло и размажу твою кровь по окнам.
Из темноты послышался другой голос:
– А мне от этого будет хуже всего, потому что именно я мыла их вчера.
Мартин поднял руки, сказав:
– Простите меня, милейшие дамы. Не хотел доставлять вам никаких неприятностей. Полагаю, мое появление здесь вызвало некоторый переполох.
Говоря это, он переводил взгляд с одной на другую, пытаясь взвесить свои шансы, увернуться от них и выхватить меч. Но не успел он что-либо сообразить, как появилась третья и схватила его за руки.
В темноте он едва мог что-то различить, кроме фанатичного, почти крысиного блеска их глаз. Но он был уверен, что все они вооружены до зубов мечами и ножами. Почему дом не охраняет собака? Ему больше понравилась бы собака, чем эти полоумные существа.
Он попытался изобразить обаятельную улыбку.
– Сударыни, представляю, как это выглядит со стороны, но, уверяю вас, я просто… просто ищу дом Пьера Турнелля. Кажется, я ошибся адресом.
Та, которая напала на него первой, обнажила зубы в улыбке.
– Ну что же, раз уж вы здесь, месье, можете зайти в дом и присоединиться к нашему торжеству.
Появление Мартина положило конец веселью на кухне. Он оказался привязанным к стулу со связанными руками и ногами. Тихо проклиная собственную глупость, он надеялся, что ни слова не станет известно о том, как Мартин Ле Луп, один из самых умных агентов Наварры, попался в руки шайки женщин. Хотя, если он сглупит, то впредь о нем вообще ничего не будет известно.
Он заметил, что придворная красавица, бывшая любовница охотника на ведьм, испуганно удалилась, как только его втащили в кухню. Кроме напавшей на него женщины, на кухне осталась маленькая, словно эльф, женщина по имени Одиль и Финетта, служанка Кассандры Лассель, от которой исходил неприятный запах, ставший невыносимым после выпитого вина. Она ходила вокруг Мартина, поглаживая грязными пальцами его лицо.
– Стало быть, мы поймали шпиона. Что, по-вашему, мы должны с ним сделать?
– Выколоть глаза, – предложила одна.
– Или, возможно, отрежем ему его хозяйство, – подсказала Одиль.
Мартин изо всех сил постарался не паниковать.
– Сударыни, боюсь, что не стоит посягать на мои части тела, надеюсь на более благоразумное решение. Неужели у вас не найдется для меня хотя бы немного сострадания? – Он вздохнул. – У меня сегодня был очень напряженный день. Если хотите знать правду, и вся неделя была не лучше. А если задуматься, то и весь год не удался.
Финетта пронзительно рассмеялась:
– Вам еще не такое предстоит, месье.
Маленькая охранница с кислым лицом предложила:
– Полагаю, было бы неплохо отрезать ему язык.
К отвращению Мартина, Финетта, раздвинув ноги, села ему на колени и, убрав с его лица волосы, произнесла:
– О, думаю, не стоит зря портить прекрасный язык и пару прекрасных яиц. Возможно, заберу его для забавы.
Мартин, содрогнувшись, отклонился от нее на стуле как можно дальше и подумал, что лучше расстаться и с языком, и с мужским достоинством, чем пережить такое.
– Дамы, пожалуйста, уверяю вас, все это ошибка…
– И ты тот, кто ее совершил.
Казалось, что ледяной голос, от которого у Мартина застыла кровь, возник ниоткуда. Финетта соскочила с его коленей. Затаив дыхание, Мартин собрался с духом и повернулся в сторону силуэта в дверях кухни. Ее бледные руки вцепились в посох.
У него почти остановилось сердце при виде Кассандры Лассель. Ее худое лицо все еще обрамляла копна черных волос, но теперь с серебряной проседью. Все те же мертвые глаза, тот же жестокий рот, хотя за десять лет она сильно постарела и прежняя страшная, соблазнительная красота исчезла, осталась только жестокость.
Когда она ощупью направилась к нему, у Мартина перехватило дыхание и во рту стало сухо. Она протянула руку к его лицу, и он с ужасом отпрянул, когда ее холодные пальцы, словно ледяные сосульки, скользнули по его лбу.
Ее рука задрожала, и в лице появилось немного цвета.
– Дьявольщина, это ты. Когда я услышала твой голос, мне показалось, что я брежу.
– Прошу прощения, мадам, но не думаю, что мы когда-то встречались.
Мартин отчаянно попытался разубедить ее, но замолчал, когда ее пальцы коснулись его губ.
– Неужели ты думал, что я когда-нибудь забуду твой голос? Такой шелковистый, убедительный, он в течение десяти лет преследует меня по ночам.
Она сильнее прижала пальцы к его губам, и Мартина пронзил холод – странное, тревожное ощущение. Он вспомнил, что ведьма славилась способностью читать мысли людей с помощью простого прикосновения к ним.
Мартин попытался ни о чем не думать, но понял, что было поздно. Губы Кассандры искривились от злости и торжества. Она наклонилась ниже, дохнув на него вином. Возможно, она участвовала в торжестве и держалась на ногах слегка неуверенно.
– Ну что же, мой отважный любовник, после всех этих лет ты волшебным образом появляешься в моей жизни снова. Кажется, судьба снова улыбается мне.
– Рад, что она кому-то улыбается, – пробормотал Мартин. – Кажется, от нее мне достанется лишь еще один пинок под зад.
Касс фыркнула, погладив его по лбу с устрашающей нежностью.
– Даже не представляешь, как: давно я мечтаю об этой встрече. Ты исчез так быстро после нашей страстной ночи.
Мартин облизал губы:
– Ах да, прости меня. Всегда собирался навестить тебя, забежать со сладостями и цветами, но не был уверен, что меня примут.
– Ты отлично знаешь, как бы тебя приняли. Я бы вырвала твое сердце и съела его.
– Это было бы ужасно. Мое сердце действительно жесткое. Думаю, в таком городе, как Париж, ты нашла бы что-нибудь получше.
Он затаил дыхание, когда ее рука спустилась к его горлу и ногти вонзились в кожу.
– Мой одинокий волк, – прошептала она. – Знаешь ли ты, как много за десять лет я думала о тебе?
Мартин отвернул голову, пытаясь избежать ее тяжелого пьяного дыхания.
– Я… я польщен, мадам, что так много значу для вас.
– О да. Действительно немало. Я много думала, что бы сделала с тобой, если бы мне посчастливилось добраться до тебя.
Мартин сморщился. Именно этого он боялся.
– Вы думали обо мне? Могли бы использовать это время с большей пользой.
Он стиснул зубы, когда она начала расшнуровывать камзол, но в этот момент послышался детский голос:
– Мама!
Кассандра замерла, как и все остальные в комнате. Одиль и другие опустились в глубоком поклоне, но Финетта вскочила, воскликнув:
– Мегера, что вы здесь делаете, почему не в постели?
Детский голос ответил:
– Не могла заснуть. Я… я видела сон. Испугалась за Кэрол. Она уже вернулась, мама?
Финетта направилась к девочке:
– Не стоит беспокоиться о ней, ваше величество. Вернитесь в кровать.
Но Кассандра выпрямилась, сердито сжав губы:
– Нет. Приведите ребенка сюда.
Финетта послушалась, и сердце Мартина забилось сильнее, чем при нападении ведьм. Затаив дыхание, он ждал, когда миниатюрное существо подойдет ближе.
Какая она маленькая! На мгновение ему показалось, что ей не могло быть девять лет. Она казалась намного моложе. Он взглянул на крошечное существо с остреньким личиком и густыми каштановыми волосами. Самой замечательной чертой у нее были ее зеленые глаза, и, когда она заметила Мартина на стуле, они расширились.
Девочка боязливо отбежала, пока мать не коснулась ужасного медальона на груди, и повернулась.
– Подойди сюда, дитя. Ты давно мучаешь меня вопросами о своем отце. Я всегда говорила тебе, что он дьявол. Кажется, я ошиблась. Похоже, что ты была зачата волком. Подойди, Мегера, и поприветствуй своего дорогого папочку.


В окно спальни Симона дул прохладный ветерок, наполненный тихим шелестом листвы, сладкими ароматами цветов в саду и печальным голосом соловья. Симон и Мири смотрели друг на друга так же, как в ту ночь, когда впервые повстречались среди магических камней. Но вместо огня факелов и костра было только мягкое сияние свечей и трогательная ранимость лица Симона Аристида.
Лица, гораздо более умудренного, чем то красивое лицо мальчика, которое помнила Мири. Лицо воина, изуродованное испытаниями, так и не покорившими его, драконами, которые почти уничтожили его, темнотой, которая почти овладела им.
Но в битве с дьяволом он победил. В эту ночь. В этот момент. Мири чувствовала, как отчаянно он желал ее, чувствовала, какие сомнения мучили его, как он страдал.
В ее памяти звучал его голос, когда он сидел на берегу пруда, держа в руках ведьмин кинжал, спасший жизнь Элли.
«Сделал ли я что-то правильно?»
Она знала, что он не хотел, не хотел овладеть ею… чтобы не совершать новой ошибки, того, о чем она бы жалела.
– Симон? Можно открыть тебе секрет?
Она протянула руку, проведя пальцами по шраму на лице. Он задохнулся, словно короткое нежное прикосновение обнажило его. Целый глаз его скрылся под опущенными густыми и темными ресницами.
– Можешь сказать мне что угодно, повелительница.
– Мне кажется, что я ждала этого вечно. С первого мгновения, как увидела тебя, я…
– Ты тогда была лишь ребенком.
– Я не сказала, что знала, что делать с тобой тогда. Но все эти ночи в одиночестве среди леса были моменты, когда я не могла не воображать… Я не смела признаться, что в моих снах был именно ты. Темноволосый любовник, который не боялся…
– А я боюсь. Боюсь обидеть тебя. Боюсь не угодить тебе. Боюсь… Мири, ты стоишь кого-то более совершенного в любви. Кого-то цельного, с чистым сердцем, которое он может отдать тебе. Между нами так много преград. Не представляю, как…
– Я хочу тебя, – прервала его она, глядя прямо в глаза. – Только тебя.
– Да поможет тебе Бог. У меня нет сил уйти.
Осторожно Мири продела пальцы под глазную повязку, не желая, чтобы между ними было хоть что-то, особенно этот кусок кожи, за которым он прятался так долго.
Она видела его без повязки и прежде, снимала ее, когда понимала, что та ему мешает. Но теперь все было по-другому, совсем по-другому – реальное признание шрамов, которые они нанесли друг другу, нежное очищение.
Она прижалась губами к уродливому следу, закрыв глаза, всем телом отдавшись удивлению, желанию.
Смелость. Он проявил столько смелости, отважившись подойти к ней, разрушив стены, которые воздвиг между ними так давно.
Мири распустила шнуры его камзола, скользнула ладонями под льняную рубашку, спрятав их на его теплой груди. Симон застонал, когда ее пальцы прошлись по его широкой груди, и Мири насладилась его реакцией, когда он отпрянул и скинул через голову одежду, с нетерпением желая освободиться.
– Хочу коснуться тебя… хочу увидеть тебя…
Дрожащими руками он расстегнул ее платье. Этот человек, такой бесстрашный и сильный, успокоивший простого мальчика, приласкавший умирающую от боли лошадь, противостоявший разъяренной толпе, защищая невинных, теперь он снимал с Мири одежды, словно лепестки цветка, пока она не предстала перед его жадным взором бледная, тихая, обнаженная.
Она никогда не стыдилась своего тела. Тем не менее, когда Симон смотрел на нее, она почувствовала что-то новое, нечто иное, женскую гордость, что она способна вызвать такой горячий восторг у мужчины, которого любит.
Симон погладил загрубевшими от меча ладонями ее плечи, овал бедер, провел пальцами между грудями, воспламеняя в ней огонь, какого она не знала прежде. Губами коснувшись ямочки у нее на шее, он подхватил ее на руки и отнес на кровать, слишком широкую для одинокого мужчины. Кровать, наполненную мечтами, которые Мири не могла подозревать у Симона Аристида и которых он сам боялся холодными одинокими ночами.
Он положил ее на покрывало, и его огромное тело опустилось на нее. Восхитительная тяжесть, прижатая к ее нежному телу, заставила ее задохнуться.
Дочь Земли, она была воспитана на гармонии в природе, не сомневалась, что понимала отношения мужского и женского, движения солнца и луны, моря и суши, неба и земли.
Но когда губы Симона жадно впились в нее, а руки стали изучать каждый изгиб, каждую ложбинку ее тела, а его чресла плотно прижались к ее бедрам и она открыла их, то поняла, что ничего не знала о магии любви.
Любви…
Именно этим занялся Симон с ней теперь, наполняя каждую клеточку ее тела страстью, которую он так долго не признавал, рассказывая ей руками и губами, как голоден он был, как жаждал ее аромата, жаждал той ласки, которую ее тело могло дать ему.
Губы Симона сомкнулись на ее губах, и Мири задохнулась от того, как настойчиво проник он в нее. Она жадно приняла его, и Симон зарычал, изогнувшись над ней, дав ей почувствовать свою возмущенную плоть.
Она провела руками по широкой спине, пытаясь слиться с ним воедино, добраться до самых глубин его сердца, которое он так долго скрывал от нее. Она прикусила его нижнюю губу, дразня и повинуясь женскому инстинкту, такому же древнему, как первая Дочь Земли, отдавшаяся мужчине в тени каменных столбов в вихре ритуала плодородия, торжества жизни и обновления самой земли.
Симон рассыпал поцелуи по шее до самых грудей, жарко дыша, влажными жадными губами впившись в сосок. Раздался нежный стон, когда он начал сосать его, ввергая ее в неистовый вихрь эмоций, пока все ее тело не воспламенилось огнем, который только он мог погасить.
– Симон… – взмолилась Мири. – Симон, умоляю…
Он запечатал ее губы своими, ворвавшись в нее до самого дна, сокрушая ее девственность, и крик боли сорвался с губ Мири, но она тут же рассмеялась. От этого звука Симон вздрогнул и замер в нерешительности, отпрянул и заглянул ей в глаза.
– Ты в порядке?
– Ужасно рада, что избавилась от нее… – сказала она, с улыбкой глядя в его глаза. – Ты заставил меня ждать… долго ждать… Симон Аристид.
– Постараюсь, чтобы эта ночь стоила того, Мири. Если это в моей власти…




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Серебряная ведьма - Кэррол Сьюзен


Комментарии к роману "Серебряная ведьма - Кэррол Сьюзен" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100