Читать онлайн Долгожданная встреча, автора - Кэррол Шанна, Раздел - Глава 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Долгожданная встреча - Кэррол Шанна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.8 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Долгожданная встреча - Кэррол Шанна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Долгожданная встреча - Кэррол Шанна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кэррол Шанна

Долгожданная встреча

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 6

От костра поднимались тонкие струйки дыма, почти невидимые в темноте. По бескрайнему небу, как огромные корабли, мимо звезд медленно и торжественно плыли облака.
А далеко внизу, на земле, как звезда, сиял крохотный костер. Карен развела огонь в укрытии, наспех сооруженном ею из больших голых валунов. Она нашла несколько поваленных кедров и, оторвав от одного полоску коры, смогла вскипятить воду. Если следить, чтобы огонь не поднялся выше уровня воды, то кора не сгорит. И тогда она сможет промыть раны Вэнса. Ох, Вэнс…
Карен посмотрела на искаженное болью лицо мужа. Ей, повезло. Пуля задела край одеяла, в которое она была завернута, оставив на коже лишь царапину. Опустив бандану Вэнса в горячую воду, Карен выжала ее и подошла к раненому. Пуля попала Вэнсу в спину, прямо над ремнем, вырвав, ог– ромный кусок мяса. Карен могла перевязать рану лишь обрывком одеяла, и кровотечение даже остановилось ненадолго, но потом, перед тем как они разбили лагерь, оно возобновилось. Каждый шаг причинял Вэнсу нестерпимую боль. Но теперь рана закрылась, и Вэнс даже подмигнул жене, готовящей для него горячий компресс. Тепло немного уняло боль, и впервые с тех пор, как они умчались из горящей деревни, Пакстон почувствовал облегчение.
– Мне следовало забрать у него пистолет, – с сожалением заметил он. – Я поплатился за собственную небрежность.
– Поздно говорить об этом, – отозвалась Карен. – Что сделано, то сделано.
– Ты права, – согласился Вэнс. – К тому же все могло обернуться гораздо хуже. – Он печально усмехнулся. – Нет, ты только взгляни. Совсем новая форменная рубашка, можно сказать, подарок от Джако, и… сразу же испорчена. Ох, за спасение прекрасных женщин приходится расплачиваться собственной одеждой. – Вэнс опустил голову: он чувствовал себя совсем разбитым. – Как хорошо, что здесь нет Тру. Он бы мне шею свернул за то, что я трижды свалял дурака.
Карен убрала компресс. Теперь, когда рана была промыта, можно было внимательнее рассмотреть, насколько она серьезна. Вэнс попытался это сделать, повернув шею.
– Вэнс, это очень страшно? – спросила Карен.
– Да уж ничего хорошего, – помотал он головой. – Я потерял много крови, поэтому у меня большая слабость и я медленно двигаюсь. Но я выдержу, будь уверена. Такие раны не опасны, если только избежать инфекции. Наш главный враг – погоня. А они могут скакать очень быстро. Если они нас настигнут или мы натолкнемся на апачей, а у меня совсем не будет сил, ты должна уходить без меня.
Карен в возмущении замотала головой:
– Ни за что!
Вэнс лишь махнул рукой, не принимая ее протеста.
– Я хочу, чтобы ты пообещала мне. Для меня это очень важно.
– Но я не смогу…
– Ты сможешь и сделаешь это, – перебил ее Вэнс. – Если я скажу «беги!», ты должна немедленно уходить. Сразу! И не думать о том, что сделает со мной Джако. Черт возьми! Возможно, обо мне уже будет бесполезно заботиться. Но ты должна вернуться в Паке и рассказать обо всем Тру и всем остальным… – Голова Вэнса откинулась назад, и он закрыл глаза, пытаясь справиться с приступами боли. Ему явно было трудно говорить.
– Довольно разговоров, – пробормотала Карен. – Пойду проверю силки.
Пакстон заставил себя расслабить ногу и бедро – так он надеялся снять приступ боли. Что она сказала? Силки?.. Вэнс огляделся по сторонам: Карен ушла. Силки? Конечно. Должно быть, это Тед научил ее ставить силки. «Господи, Тед… Это я должен был учить ее всему. Мужчина не должен без дела разъезжать по стране. Его место дома, чтобы учить жену, как выжить, если… – Огонь горел справа от него, и Пакстон стал смотреть на красновато-оранжевые языки пламени, надеясь, что их гипнотический танец усыпит его. На огне стояла кедровая «посудина». – Надо всего лишь протянуть руку, и…»
Оглядываясь по сторонам, Карен вышла из сооруженного ею укрытия и по пересохшему руслу ручья пошла к мескитовой роще – там она надеялась поймать дичь. Но увы, сооруженные ею силки были пусты. Карен огорчилась, ведь Вэнсу для восстановления сил необходимо свежее мясо. Она побрела назад, останавливаясь каждые несколько ярдов и прислушиваясь ко всем подозрительным шорохам. Ночь была полна всевозможных звуков, но они не пугали ее. А какие, интересно, звуки должен издавать преследователь? Карен, к примеру, знала, что ночные насекомые замолкают при появлении человека. Вот только услышит ли она подкрадывающегося к ним индейца? Ветер вздыхал среди скал, мимо нее пролетела, едва слышно шурша крыльями, летучая мышь. Карен шла к ручью и… Что это? Звук повторился – справа от нее две ветки мескитового дерева терлись друг о друга. На небе поднялась яркая луна, освещая все вокруг голубоватым светом. Стало казаться, что и песок, и скалы обрели почти белый цвет. Женщина посмотрела на север, туда, где тянулась тропа, по которой они ехали. А что, если сейчас кто-то крадется по их следу? Карен заставила себя не поддаться подступившей панике. Вэнс уверял ее, что бандитам понадобится несколько часов, чтобы переловить лошадей и пуститься за ними в погоню. Но, несмотря на это, он выбрал едва заметную тропу, которая должна привести их к реке западнее того места, где они всего два дня назад пересекали Рио-Гранде.
Пожалуй, бандиты не могут быть слишком близко, особенно если учесть, что при взрыве пострадало все их имущество, а лошади разбежались. Но все же, все же… Может, другие бандиты и не бросятся за ними в погоню сразу, а вот Джако… Рано или поздно он обнаружит, что они свернули с главной тропы, и направится именно сюда. Она уже поняла, что этот человек обладает решимостью, не свойственной нормальным людям. Джако ни за что не позволит им убежать от него. И где-то в ночи он уже следует за ними, не допуская даже мысли, что его кто-то может обмануть.
Джако… Вспоминая, как он целовал и сжимал ее, Карен ощутила жар. Какой беспомощной она была! Но, несмотря на испытываемое ею презрение к этому человеку, Карен понимала, что этот бандит любит ее – пусть по-своему, в уродливой, извращенной форме. Но такая любовь… и такая ненависть… Молодой женщине вдруг стало до того страшно, что она задрожала и, сама того не замечая, упала на землю, чтобы слиться с ней, чтобы никто не заметил ее. Как ей хотелось поскорее вырваться из тисков грозящей им опасности! «Что я могу сделать против него? Что будет, когда он найдет нас? – Ее воображение разыгралось. Каждая скала, каждая ветка, каждый кактус… – Они, кажется, смотрят на меня! Нет! Прекратите! Перестаньте! Вэнс ранен… Я ему нужна, от меня зависит его жизнь… Джако! Нет… Я боюсь… Боюсь… – Как ни странно, это признание помогло ей. – Хорошо, – со злостью подумала она. – Бойся! Только делай то, что нужно делать. Начни сначала и делай все необходимое до тех пор, пока не выполнишь задуманное. Не забывай, что ты носила фамилию Хэмптон. Держись же… Держись…»
Тучи все быстрее бежали по небу. Не выдержав их натиска, луна скрылась. Встав на ноги, Карен поспешила к костру, тщательно выбирая путь.
Вэнс уснул у костра. Карен огорчилась, увидев, что вода в сосуде из коры выкипела, а сама кора свалилась в огонь и превратилась в кучку углей.
– Держись, – прошептала она покорно, хотя в ее голосе и слышалась некоторая доля сомнения.
Сняв с себя пончо из одеяла, Карен постояла, подставив нагую кожу ночному ветру. К счастью, в узелке, который Вэнс вынес из сарая, была еще одна форменная рубашка. От мокрого одеяла на ее коже появилось раздражение, она сильно покраснела. Карен, стряхнув с себя усталость, надела сорочку, с удовольствием ощутив прикосновение мягкой ткани. Завернувшись в одеяло, она легла. Свой отдых она заслужила, как никогда.
За ночь небо собрало столько туч, что к утру можно было ожидать сильную грозу. Оседлав лошадей, Карен вернулась к костру. Вэнс уже встал, и его лицо немного порозовело – сой явно пошел ему на пользу.
– Ты уверен, что мы можем ехать? – спросила Карен, имея в виду его рану.
Пакстон кивнул.
– Скоро начнется дождь, который смоет все следы. Мы должны воспользоваться этим и ехать вперед, пока не вымокнем до нитки. С каждой пройденной милей они будут вес больше и больше отставать, а значит, мы выиграем время. – Вэнс по привычке стал засыпать кострище землей, но сморщился от боли. С трудом он дошел до коня. Карен уже села на свою мышастую кобылу и с тревогой наблюдала за тем, как Вэнс с трудом устраивается в седле. По небу прокатился раскат грома, словно природа салютовала их отъезду. Они поднялись на горную гряду прямо над тем местом, где разбивали лагерь, и тут же поспешили укрыться в глубокой длинной щели. Вэнс бегло взглянул на склоны впадины, поднимавшиеся над ними. Они ехали между челюстями самой настоящей ловушки, и если только небеса захотят избрать этот момент, чтобы излить на них потоки воды…
И вдруг они как по волшебству вырвались на свободу. Будто кто-то поднял их из впадины на теле великана на его широкий бок. Удивленно охнув, Карен остановилась. По обе стороны от них лежала голая, иссушенная и враждебная им земля, над которой низко опустилось зловещее свинцовое небо. «Я не могу… Я больше не вынесу этих испытаний…»
Вэнс остановил коня рядом с ней.
– В один прекрасный день мы вернемся сюда, – ласково проговорил он. – И тогда ты увидишь, как тут красиво. – Но Карен, пораженная ширью необъятных просторов, раскинувшихся перед ними, не находила слов, чтобы ответить ему. – Мы должны продвигаться вперед и перейти Рио-Гранде до того, как совсем стемнеет. – Брови Вэнса сдвинулись на переносице от сильной боли, и, вцепившись обеими руками в луку седла, он пустил коня шагом.
У Карен засосало под ложечкой от страха, и она судорожно вздохнула. Гнедой жеребец Вэнса, идущий впереди, осторожно выбирал дорогу среди камней, нащупывая спуск к серевшей внизу голой земле.
Началась гроза. Яростные вспышки молний рвали тучи над их головами. Хлынул ливень. Карен задрожала и плотнее завернулась в пончо из одеяла. В какое-то мгновение она потеряла Вэнса из виду и сильно испугалась. Женщина пришпорила кобылу, чтобы догнать гнедого, – ехать в одиночестве в таком аду было невыносимо.
Гроза сменилась нудным дождем. Карен подъехала поближе к Вэнсу, ее мышастая лошадь приноровилась к ходу его гнедого жеребца. Она склонила голову на грудь и вздрагивала каждый раз, когда порыв ветра подталкивал их вперед, обрушивая на них новые и новые потоки воды. Покосившись на мужа, Карен увидела, что его лицо стало мертвенно-бледным от боли и холода. Вэнс потерял много крови и страдал от ран; его организм сильно ослаб, и холод резко ухудшал его состояние. Подъехав к Вэнсу, она встала вплотную к гнедому и отвязала сверток, который Пакстон вынес из сарая бандитов. Вынув оттуда несколько одеял, она накрыла ими мужа. Шум дождя заглушал звуки, конечно, и возможной погони тоже, но Карен все же пыталась уговорить его остановиться. Пакстон лишь упрямо сжал губы, махнув рукой на север. Лошади послушно побрели вперед.
Время то ли замерло, то ли летело незаметно, как ночные тени. Серая грязь, серое небо, непрекращающийся шелест дождя, покачивание лошади под ней усыпили Карен: ей стало казаться, что она попала совсем в иной, сказочный мир. Вот она мчится в карете по улицам Вашингтона, ее бросает на сиденье из стороны в сторону, дверца кареты хлопает, то открываясь, то закрываясь. Перед ней отчетливо всплыл тот эпизод. Пуговица на противоположном сиденье… кусочек сверкающей меди на стенке экипажа… прогнувшееся на сильном ветру дерево… фигура какого-то человека, вскочившего на ходу в карету, его лицо… Техасец! Вот он еще в карете, но уже через мгновение – на крыше… упряжка лошадей остановлена, а он стоит по щиколотку в жидкой глине и улыбается ей… Его лицо забрызгано грязью… Это воспоминание постепенно ушло, уступив место другим… Лица, лица… Вэнс, Тру, Элизабет, Марайя, Тед, Джеред… Бодайн… Да, и Бодайн тоже. И бедняжка Марселина – что, интересно, Джако сделал с ней? Маркес, Мануэль, Аркадио, наконец, сам Джако… Теперь вместо лиц бандитов более дружеские – ковбои из Пакса. Сдержанный Харли, вежливый Эмилио, улыбчивый Билли Хармони, веселый Шорти… Знакомые, любимые лица… Некоторые навсегда ушли из ее жизни. Ушли? «Элизабет ушла? Марайя ушла?.Нет! Нет, это не так! Они со мной, пока бьется мое сердце, пока вертится земля».
Внезапно лошади ускорили шаг, и Карен вернулась к реальности. Вэнс пришпорил своего жеребца и нагнал ее. В коротком просвете дождя Карен увидела, что они оказались в широком овраге. Вэнс что-то кричал ей, но она не могла разобрать ни слова во все усиливающемся реве стихии. И вдруг она поняла! Карен похолодела. Она уже слышала такой звук – это был шум настигающего их наводнения. Женщина пыталась разглядеть что-то сквозь завесу дождя, но почти ничего не было видно. Они объехали площадку из обнаженной породы, и Вэнс уверенно пустил туда коня. Карен повернулась к раненому мужу. Яростно жестикулируя, Вэнс указал ей на узкий карниз, поднимающийся кверху. Похоже, этой тропкой пользовались только олени, зато она вела наверх, к выступу, расположенному футах в сорока над ними. Не самый лучший выход, конечно, но это было единственной возможностью спастись от поднимавшейся воды.
– Ты первая! – крикнул Вэнс, спрыгивая с лошади. – Веди ее! Быстрее!
Соскочив на землю, Карен взяла уздечку и осторожно пошла вверх по узкой тропе, ведя за собой мышастую кобылу. Она почти ничего не видела перед собой, ее ноги то и дело увязали и скользили в глинистой жиже, но женщина упрямо шла вперед.
Для Вэнса каждый шаг был сущей пыткой. Рана на боку причиняла ему ужасные страдания, к тому же она открылась и начала кровоточить. Левая рука отяжелела и казалась свинцовой. Вдруг гнедой заупрямился и встал. Вэнс силился втянуть его наверх. Он мог бы подняться один, оставив коня, но им необходимо было иметь двух лошадей – иначе они потеряют скорость. Пакстон, почти не веря в успех, вновь потянул мустанга, и тот наконец побрел вверх. Рев стихии усилился. Бурлящая вода, вертящая в бешеном водовороте огромные деревья и валуны, поднималась за ним по пятам, грозя увлечь в свой безумный танец. Похоже, гнедой наконец почуял опасность – он резко устремился вверх, толкнув Взнса, отчего тот упал с тропы, сильно ударившись бедром. Новая боль! Но надо держаться! Во что бы то ни стало он должен удержаться, иначе водоворот станет его могилой. Вэнсу удалось наконец, превозмогая боль, ухватиться рукой за скользкий выступ скалы. Теперь он смог вытянуться на узкой длинной площадке лицом к склону утеса, но он даже не решался обернуться: ревущая вода быстро поднималась и уже касалась его ног.
Поднявшись на спасительный выступ, Карен оглянулась и увидела, что ее муж упал. Взвизгнув от страха, она в следующее мгновение схватила моток веревки и стала быстро обматывать ее вокруг острой, напоминающей клык скалы. Дождь все усиливался. Привязав веревку к скале и обмотав ее еще вокруг пояса, Карен заглянула вниз – Вэнс находился непосредственно под ней, футах в двенадцати от того места, где она стояла. У его ног бушевало наводнение. Если он не удержится…
Она снова и снова окликала его, но Вэнс то ли не слышал ее, то ли не осмеливался пошевелиться.
Последнее было правдой. Он больше не мог сопротивляться. Почти не мог. Вэнс осторожно провел ногой вдоль стены: а вдруг там есть опора? Ничего. Отдохнув, он повторил попытку. Кажется, что-то получилось… Нет, нога опять скользнула по ровному месту. Боль в плече внезапно ослабела – дурной знак. «Я теряю сознание… Черт, мне надо было оставаться там, где мы были… И понесло меня сюда!»
Вдруг он понял – что-то касается его спины. Еще раз… Что это?.. Пакстон повернул голову и увидел веревку, а когда поднял глаза вверх, разглядел сквозь пелену дождя лицо Карен. Умница!.. Умница!.. Если он сможет ухватиться за веревку… Нет, это невозможно… Веревка снова задела его спину. Его правая рука онемела, плечо потеряло чувствительность. Левую руку дергало от боли. Но он должен рискнуть! Малейшее движение причиняло адскую боль. Вэнс осторожно снял с руки самодельный лубок и поднял руку, чтобы схватить веревку…
Карен сверху наблюдала за его усилиями. Она видела, как напряжено тело Вэнса, как его распухшие пальцы пытаются ухватиться за конец веревки. Наконец ему это удалось, он медленно встал и, кажется… Карен потянула… Ее ладони мгновенно стерлись до крови о грубые волокна пеньки, она чуть отошла назад, к зубчатой скале, на которую намотала веревку, и быстро перехватила ее. Сцепив зубы, зажмурив глаза, женщина из последних сил тянула веревку на себя. Похоже, он стал… легче. Застонав, Карен с новым усилием потащила тяжелый груз наверх, как вдруг веревка пошла легко, без усилий. Карен упала.
– Не-ет! – в ужасе закричала она. – Не-ет! Вэнс! – Ока открыла глаза.
Веревка валялась у нее под ногами. Нет!.. Она осталась одна. А Вэнс… Вэнс был перед ней – верхняя часть его туловища, густо перемазанная глиной, поднималась над краем выступа. В последнем усилии он подтянулся и… выполз наверх. Всхлипнув, Карен бросилась к мужу.
– Вэнс! Дорогой мой, любимый!
Ее руки лихорадочно ощупывали его лицо, он обнял ее, и вдруг их губы встретились в жадном поцелуе. Забыв на мгновение о боли, опасности и смерти, они пили нектар любви, ставший еще слаще после того, как они избежали страшной трагедии. Смерть прикоснулась к ним, но они в который раз сумели одолеть ее. Обнявшись, супруги лежали на узком выступе, молча глядя друг другу в глаза. Казалось, в эту минуту они обрели абсолютное знание – друг о друге и о самой жизни…
Дождь стал ослабевать, когда они наконец забрались на лошадей. Карен сматывала веревку. Вэнс поправлял повязку на бедре, приподняв ремень с кобурой.
– Дьявол!
Карен удивленно посмотрела на мужа.
– Что случилось, Вэнс?
Подойдя к краю выступа, Пакстон заглянул вниз.
– Вэнс! – метнулась к нему Карен.
– Пистолет! – с досадой воскликнул он, указывая на пустую кобуру. – Видно, я выронил его, когда упал. И теперь у меня нет оружия!..
Путники вновь побрели вверх по тропе и вскоре оказались на краю оврага. Здесь росло несколько кустиков травы, и они ненадолго остановились, чтобы лошади могли немного подкрепиться. Дождь уже слабо моросил. Путники вымокли до нитки, но они не хотели разбивать лагерь так близко от рокового места. Поэтому, измученные и голодные, они продолжили путь на север, к Рио-Гранде.
Как им удалось пересечь вздувшуюся от дождя естественную границу между Штатами и Мексикой, Карен даже не помнила, но, похоже, им на помощь пришла сама судьба и… умение мустангов хорошо плавать и долго держаться на воде. Рожденные в суровом крае, выращенные бандитами, привыкшие к всевозможным лишениям, эти лошади могли двигаться по опасным тропам, подолгу переносить холод, голод, жару и жажду. Единственное, что Карен запомнила отчетливо, – они привязались друг к другу веревкой, рассчитывая, что кто-то удержится на плаву, если другого снесет вода. Впрочем, обошлось без крайностей, и они благополучно переправились на противоположный берег.
Теперь надо было решить, где разбивать лагерь на ночь.
– Все зависит от того, насколько они отстали от нас, – объяснил Вэнс. – Кстати, неизвестно, смогли ли они вообще пережить бурю. Разумеется, они потеряли наш след, но это ничего не доказывает. Мы направляемся на север, поэтому у них ориентир простой – ехать вдоль этого берега Рио-Гранде, и они непременно обнаружат наши следы в том месте, где мы вышли на берег. В этой грязи, – добавил он мрачно, – найти следы совсем не трудно. Так что путать и скрывать их не стоит. А вот отдохнуть нам необходимо.
Карен наполнила фляги водой, и они выпили столько жидкости, сколько вместили их желудки. Когда наступили сумерки, они разбили лагерь недалеко от реки. Место оказалось удачным: с одной стороны их загораживала небольшая скала, а с другой – старый дуб и мескитовые деревья. Сейчас для них, а особенно для Вэнса, самое важное – высушить одежду и поесть горячей еды, а уж дым от костра никак не скроешь. Развесив одежду мужа на ветках дерева, Карен открыла сломанным ножом, прихваченным в хижине, – тем самым, которым она ранила Джако, – две банки с бобами и поставила их у костра. Изголодавшись после почти трехдневного вынужденного поста, они с наслаждением съели консервы, а потом вымыли банки и вскипятили в них воду, чтобы сварить себе кофе.
Завернувшись в полупросохшее одеяло, Вэнс улегся у костра и сквозь марево огня и дыма наблюдал за женой. Она сняла с себя пончо из одеяла и повесила его над огнем. Ее джинсы и форменная сорочка были совсем мокрыми и липли к телу. Подумав мгновение, Карен быстро сняла с себя и это. При виде ее обнаженной фигуры у Вэнса перехватило дыхание. Стройные бедра, тонкая талия, высокая грудь, до которой так хотелось дотронуться. Он так давно не ласкал свою любимую женщину!
Карен завернулась в одеяло и задумчиво посмотрела на мужа – человека, которого так любила и едва не потеряла. Карен медленно сбросила с себя одеяло, вновь открывая его взору свое обнаженное тело. Ее груди ныли – так сильно ей хотелось, чтобы он притронулся к ним. Карен нерешительно обошла костер и опустилась перед мужем на колени. Вэнс приподнялся, чтобы ответить на ее поцелуй, но тут же упал на землю, сморщившись от боли.
– Вэнс?..
– Ох! – Он улыбнулся. – Боюсь, миссис Пакстон, нам придется потерпеть, пока мы не закончим это путешествие.
Взяв его руки, Карен по, очереди поцеловала ладони Вэн-са, а потом приложила их к своей груди.
– Ты только поправляйся, мой дорогой, – прошептала она. – Ты выздоравливай, а я подожду.
Лучи утреннего солнца окрасили небосвод ярким золотым сиянием. Карен встала с рассветом и принялась за дела. Вскоре вода весело забулькала в консервных банках, а щепотка чая, обнаруженная женщиной среди съестных припасов, наполнила воздух дивным ароматом. Одеяла, сорочка и джинсы просохли за ночь. Карен оделась и почувствовала себя готовой к новым испытаниям. Проснувшись, Вэнс застонал, с трудом поднялся и прислонился спиной к дереву. Его глаза покраснели, лицо осунулось и побледнело. Карен принесла мужу чаю. Даже не поблагодарив ее, он принялся пить его маленькими глотками, и обжигающий напиток постепенно возвращал его к жизни.
Рану опять нужно было промыть. Она открылась и кровоточила всю ночь, и вообще у нее был очень нехороший вид. Прокипятив «бинты», Карен нарвала листьев алоэ, сняла с них кожицу и размяла мякоть, чтобы сделать из нее припарку к ране. Повязка немного сняла боль; Вэнс смог одеться и съесть немного сухариков с жиденьким мясным супом. К тому времени, когда солнце встало, Карен успела дважды сходить с флягами к реке за водой, и каждый раз возвращалась разными путями, чтобы запутать следы. Во второй раз она повела к реке лошадей и наполнила водой даже консервные банки. Дальше им негде будет набрать воды, а дожди еще не пришли в эту часть страны, так что им придется беречь каждую каплю живительной влаги. Наполнив фляги и дав животным напиться вдоволь, Карен уже собралась было к лагерю, как вдруг до нее донесся отдаленный звук выстрела. Затем наступила обычная тишина, нарушаемая лишь шумом течения. Замерев на несколько минут, женщина быстро повела лошадей обратно.
Вэнс стоял, прислонившись к стволу дерева.
– Я слышала выстрел! – выдохнула Карен.
– Я тоже, – отозвался Пакстон. – Наверное, кто-то охотится, – ободряюще добавил он. Карен нервно передернула плечами.
Поставив одну ногу в стремя, Вэнс с трудом перенес вторую через спину мустанга и сел в седло. Вэнс старался не подавать виду, что боль терзает его, но стон невольно сорвался с его уст. Повернувшись к жене, он увидел, что ее лицо омрачилось тревогой.
– Я разбросал пепел, но, боюсь, это не поможет. Поехали.
Карен дала ему две фляги с водой, села на лошадь, а потом забрала эти фляги, чтобы он мог держаться обеими руками. Когда они выехали на открытое пространство, Вэнс предложил ей ехать впереди. Карен сразу заподозрила: вести маленький караван он ей доверяет только потому, что не хочет показать, как он слаб. Впрочем, что тут скажешь, и она послушно направила лошадь на север – туда, где царили хищные птицы, кактусы, изнуряющая жара и ее спутница жажда. А следом за ними… Карен, впрочем, старалась не думать ни о выстреле, ни о том, чей палец нажал на спусковой крючок.
Прошел день, потом второй… Долгие часы под палящим солнцем, затем – ночевка на холоде, который мгновенно остужал раскалившуюся за день землю. Вода в банках давно кончилась. Спрыгнув с коня, Вэнс расстелил на земле одеяло и тут же упал на него. Опасаясь, что лихорадка будет все усиливаться, Карен заставила его выпить воды, сняла повязки, чтобы раны подсохли на воздухе, а затем приложила к ним свежую мякоть алоэ. Боль чуть утихла, и Пакстон заснул. Ночью он попросил еще пить, и, забыв о своей жажде, Карен отдала ему остатки воды из первой фляги. Они могли бы продолжить путь, но мустангам нужен был более длительный отдых. Через три часа Карен помогла Вэнсу сесть верхом на коня. Ночной сон немного освежил его, и он настоял на том, чтобы отправиться в дорогу.
Бывали ли в этих краях дожди? И можно ли представить себе, что где-то здесь есть вода? Карен с тоской смотрела на выцветшее от жары небо. Она собиралась двигаться тем же путем, каким ехала на юг с ДжакО и Маркесом, но не смогла найти его. Убежав из Рио-Лобоса ночью, они долго плутали по глухим тропам, старательно путая следы, чтобы сбить с толку преследователей, поэтому теперь она не могла выбраться на знакомую дорогу. Опасаясь заблудиться, Карен просто двигалась на северо-восток, надеясь на то, что они набредут на какой-нибудь источник воды или хотя бы встретят рейнджеров, охраняющих границу.
Воды не было. Как не было и жизни вокруг – только пара стервятников кружила над их головами. Что ж, похоже, рано или поздно они получат свое. Карен обернулась на своего любимого. Тело Вэнса наклонилось вперед, его побелевшие пальцы судорожно цеплялись за луку седла. Остатки воды плескались на дне второй фляги, напоминая ей о пересохшем горле. Не выдержав, Карен поднесла флягу к губам, но только она хотела сделать, глоток, как мустанг недовольно зафыркал, и она поняла, что важнее поддержать коня, чем поддаться соблазну. Карен с трудом сползла с седла, смочила в воде бандану и протерла влажной тканью морды животных.
Вэнса терзала лихорадка, но он был в сознании и даже иногда улыбался ей.
– Мы могли бы остановиться в тени, – едва слышно проговорил он.
Жена подала ему флягу, и он поднес ее ко рту, наслаждаясь последними каплями.
– Только один глоток.
– Знаю, – отозвалась Карен, тут же почувствовав себя виноватой. Дрожащими руками она взяла флягу и вылила на язык немного воды. Господи! Разве когда-нибудь вода казалась ей такой вкусной и свежей? Карен быстро закрыла флягу пробкой и повесила на седло, стараясь больше не смотреть на нее. – Проверю, что там впереди. – Сделав над собой усилие, Карен вскочила в седло и направила лошадь на ближайшую возвышенность. Нет, этого пейзажа она определенно никогда не видела. Она уже потеряла надежду набрести на знакомые места. Серая, выжженная солнцем земля, и лишь на самом горизонте узкая полоска гор. Горы! И вода… Но это так далеко, до гор еще так долго ехать! «Элизабет, я боюсь! У меня не хватит сил. Что сделала бы ты на моем месте?»
– Что сделала бы ты? – проговорила она вслух.
Но увы', сухой южный ветер не давал ей ответа. Жара, песок, жажда… Карен внимательно оглядела линию горизонта в поисках преследователей, но не увидела ничего подозрительного, и уже через несколько секунд караван из двух всадников вновь отправился в путь. Избегая холмов, они старались по возможности держаться в тени, чтобы их нельзя было увидеть издалека.
Часа через полтора Карен заметила небольшую мескитовую рощу. Два измученных коня, раненый и обессилевшая женщина остановились под ветвями деревьев, чтобы немного передохнуть от жары. Карен натянула одеяла на ветки в виде тента, и они спрятались в его тени от обжигающих лучей. Откопав верхний слой раскаленного песка, она уложила мужа на более прохладное место. О лошадях тоже надо было позаботиться. Двигаясь как сомнамбула, Карен расседлала их и, вновь смочив в воде бандану, протерла им морды. Потом она вернулась в небольшое укрытие. Вэнс уснул.
– Спит, – едва слышно прошептала она. – Если бы и мне хоть немного отдохнуть. – Пообещав себе, что только капельку подремлет, женщина вытянулась на одеяле и крепко заснула.
Солнце не торопилось. Его раскаленный диск медленно катил в огненной колеснице по безоблачному куполу неба, но наконец его дневное путешествие подошло к концу. Оставив на небе сиреневатые, коралловые и розоватые перья, светило медленно съехало вниз к горизонту. Земля погрузилась в темноту. Карен проснулась от холода. Она развела костер из веток мескитового дерева, из последнего кусочка сушеного мяса приготовила бульон для Вэнса, а последние несколько унций воды оставила лошадям. Вэнс прикоснулся к бульону только после того, как жена пообещала, что немного поест. Лихорадка у него уменьшилась, но сильно разболелась нога, и Вэнс не смог сам оседлать мустанга, правда, он без помощи Карен забрался в седло. Разбросав пепел, женщина подошла к лошадям и дала им напиться. Как ни странно, животным явно не терпелось быстрее пуститься в дорогу. Короткий отдых ободрил их, и, похоже, они чуяли, где найти воду и пищу.
Земля быстро отдавала накопленное за день тепло. Стало так холодно, что Вэнс предложил вынуть одеяла и закутаться в них. Карен согласно кивнула, ругая себя за то, что задремала, покачиваясь в седле. Чтобы хоть немного отвлечься от мыслей о воде, она стала вспоминать свое первое путешествие в этих краях. Тогда у них было достаточно воды и пищи, и единственным неудобством она считала раскачивающееся сиденье повозки. Неудобством? Да сейчас она бы с восторгом села на такое сиденье! Как хорошо, когда не хочется пить. «Вода здесь бывает на вес золота», – сказал ей как-то Вэнс. Она слышала его слова, но не обратила на них внимания. А сейчас… Карен провела пересохшим языком по сухим деснам. «Хочешь стакан водички, дорогая?» – «Да, мамочка… Да, да! Я хочу стакан воды!..»
Карен вздрогнула и судорожно схватилась за уздечку. Луна уже ушла, и небо на востоке начало сереть. Темная полоса впереди – это не ночная тьма, а линия гор, поднимавшихся в небо над пустыней. Они пересекли ее! Лошадь Вэнса вышла вперед.
– Мы сделали это, – усталым, но полным гордости голосом проговорил Вэнс.
Радость Карен была недолгой. Оказалось, что горы, о зеленых склонах которых она мечтала, покрыты той же бурой выжженной растительностью, что и бесплодная почва пустыни. Карен уронила голову.
– Я забыла, что горы совсем голые… – прошептала она. – Я думала, мы найдем здесь воду. Мы прошли такое большое расстояние, но как преодолеть горы?.. Без воды и пищи?..
Мышастая кобыла припустила вслед за гнедым, но она осадила ее.
– Не останавливай лошадь, – шепнул ей муж. – Они сами приведут нас к воде. – Вэнс отпустил поводья, и мустанг прибавил шагу, насторожив уши.
Тропа шла вверх, и Пакстону пришлось обмотать руки куском кожи и привязать его к луке седла, чтобы не упасть. Лихорадка, большая потеря крови, обезвоживание привели к тому, что он почти обессилел, а ведь впереди еще много миль пути. Карен внимательно оглядывалась по сторонам, надеясь увидеть хоть какие-то признаки воды. Она в отчаянии вспоминала уроки Теда. Тогда все, чему он учил ее, больше походило на игру, но теперь на карту были поставлены их жизни. Интересно, на самом ли деле лошади знали, куда идти? Надо доверять им… Другого выхода нет. Через час, когда солнце начало подниматься над горизонтом, Карен обернулась и вдруг вдалеке, там, где они совсем недавно проехали, увидела поднимавшееся в небо облачко пыли. Но большой валун загородил ей обзор, а когда они объехали его, облачка не стало. Это ей показалось, или?..
– Смотри! – вскричал Вэнс.
Оторвавшись от своих мыслей, Карен посмотрела туда, куда указывал ее муж, и увидела в склоне горы огромную дыру – это, без сомнения, был вход в пещеру.
Зал, в котором они остановились, был слабо освещен двумя горящими факелами, найденными ими в «прихожей» пещеры: видно, их оставили там бандиты – постоянные гости мрачного убежища.
– Скорее всего мы находимся в Caverna de los Bandidos,
type="note" l:href="#n_9">[9]
– сказал Пакстон. – Бандиты и апачи останавливаются здесь, чтобы взять воды и отдохнуть. Я слыхал об этой пещере, но никогда не бывал здесь и не знал, как сюда попасть. Хорошо, что мы доверились лошадям – они тут явно бывали раньше. – Наклонившись, он поднес к губам еще одну пригоршню воды. Карен рассмеялась и приложила мокрые ладони к лицу. – Если ты выпьешь еще немного, можешь лопнуть, – предупредил ее муж.
Карен подняла голову, по ее улыбающемуся лицу стекали крупные хрустальные капли.
– Я не пью. Я просто наслаждаюсь водой. Это самая замечательная вода на свете. Смотри, даже тебе стало лучше.
Вэнс поморщился.
– Да, я теперь не умираю от жажды, если ты это имеешь в виду. Но дырки в руке и ноге горят адским огнем. И, Господи, я ведь ничем не могу помочь тебе и…
Карен приложила палец к губам в знак молчания.
– Ш-ш… – Убрав руку, она быстро поцеловала его. – Помоги своей улыбкой, дорогой.
– Это все, что я могу сделать, – проворчал он, откидываясь назад. – Ни на что другое нет сил.
– Но ты ведь скоро поправишься, – улыбнулась Карен. – Ой, ведь уже, наверное, полдень. Надо проверить силки.
– Карен… Ты знаешь, какая ты молодчина? Ты одна провела нас по такому трудному пути, ты спасла меня… Ты со всем справилась, дорогая… Тед многому научил тебя.
– Но не всему, – грустно улыбнулась Карен. – Он научил меня ставить силки, вот только птицы и кролики не знают, что им там делать. Уверена, что силки опять будут пусты.
Закрыв глаза, Вэнс задремал. Карен внимательно изучала его лицо – изможденное, изборожденное морщинами, покрытое неровными клочьями бороды. «И даже сейчас он так красив, – подумала она. – С таким лицом надо чаще смеяться. Это моя любовь на всю жизнь…» Вздохнув, она направилась по узкому коридору к выходу из пещеры. Вспомнились наставления Теда: «Никогда не беги со света в темноту и наоборот – дай глазам привыкнуть к мраку или яркому свету, иначе рискуешь на некоторое время ослепнуть». Несколько мгновений она стояла, прислонившись к холодной стене. Время шло, надо двигаться… Карен с неохотой вышла из пещеры и… Что это? Лошадей не было! Она привязала их здесь, у входа. Чтобы они вначале пощипали жухлой травки. Потом им понадобится больше еды, а пока… Но их не было! Они убежали? Это невозможно – она крепко привязала их. Значит, их угнали. Но кто?
– Сеньор Пакстон…
Голос эхом прокатился по горам, заставив ее замереть на месте. Карен не могла двинуться с места: она едва дышала, едва сдерживала крик ужаса. Этот голос… Этот ужасный голос… Джако!
– Сеньор! Сеньора! – снова закричал он.
Собравшись с силами, Карен на цыпочках пошла по коридору в большой зал, туда, где был Вэнс… Сталактиты и сталагмиты, еще совсем недавно вызывавшие ее восторг, теперь пугали ее, внушая ужас.
– Вэнс! Ты…
Подтолкнув жену к стене, Вэнс зажал ей рот рукой. Карен прижалась к нему всем телом, чувствуя себя в большей безопасности рядом с ним. Отпустив ее, Вэнс наклонился, чтобы отломить кусок сталагмита. Ему пришлось приложить немало усилий, но в конце концов они увенчались успехом – сталагмит с громким треском надломился у основания, оставив у него в руках каменную иглу длиной в два фута.
– Ах, сеньор… Вы не слишком-то мудро поступили, – раздался из темноты голос Джако. – Я много раз бывал в Caverna de los Bandidos и, едва выйдя на ваши следы, сразу же понял, что лошади приведут вас сюда.
Казалось, голос доносился до них со всех сторон. Карен в ужасе оглядывалась в поисках высокой фигуры бандита.
– Где он? – шепотом спросила она.
Пакстон приложил палец к губам и недоуменно пожал плечами, мол, он и сам не понимает, где прячется Джако. В пещеру вели пять коридоров, и он мог воспользоваться любым из них.
– Аплодирую вашей изобретательности, – продолжал Джако. – Вы разрушили мои планы, уничтожили мою пушку, форму для солдат. Мои люди больше не следуют за мной. Джако, как и прежде, одинокий волк. – Он хохотнул. – Возможно, мне следует поблагодарить вас. Я не уверен, что мне так уж хотелось стать генералом. Все эти юнцы, ответственность… Хотя, впрочем, для вас это не важно.
Карен съежилась.
– Он не видит нас, – прошептал Вэнс, подталкивая ее глубже в тень. – Не издавай ни звука.
– Я осмотрел ваш лагерь и пришел к выводу, что мой родственничек ранен. Сеньора – молодец, раз смогла провести тебя через пустыню. Думаю, я все же оставлю ее себе. Тебе приятно слышать это, а, братец? Твоя американка не останется в одиночестве после того, как ты отправишься на тот свет. – Голос на несколько мгновений смолк. Карен и Вэнс напряженно всматривались в темноту, но по-прежнему ничего не видели. Перешел ли он на другое место? Голос зазвучал ближе: – Почему-то никто не отвечает мне. Не станете же вы оскорблять меня молчанием, а? А может, сеньор уже умер? А ты, детка, голодна, напугана… Это так, сеньора? У меня есть еда. Отбрось пистолет, который вы взяли у Мануэля. Как только я услышу, что он упал в воду, сразу же принесу тебе еды.
Вэнс, шепнув Карен на ухо, что он надумал, стал осторожно перемещаться, держась за скользкую стену пещеры. Карен поспешно скрутила одеяла, чтобы они стали похожи на неподвижное тело человека, и уложила их рядом с костром.
– Мой муж; умер. – Дрожащие нотки в ее голосе придавали правдоподобие ее словам. – Но у меня есть пистолет. У тебя есть пища, а у меня – вода. Кажется, на много миль вокруг больше не найти воды… или я не права, сеньор Джако? Разве вам не хочется пить? Разве солнце не иссушило вашу кожу? Разве ваше горло не молит о глотке влаги? Я могу предложить прохладной, освежающей воды тебе, убийце собственной матери. Так что оставь себе еду, а я и так скоро поем. – Заставив себя рассмеяться, она бросила в воду пригоршню мелких камней.
Раздался плеск, а потом тишину нарушило хриплое ворчание, и снова – тишина.
Полная тишина. Слышно было лишь, как вода капает с кончиков сталактитов.
Вэнс случайно задел ногой маленький камешек, и тот скатился вниз. Устроившись поудобнее, Пакстон прислонился к известняковой колонне и приготовился ждать. Его правая нога затекла, но руке было чуть лучше. Вэнс надеялся, что кость все же не сломана, а просто ушиблена. Ах как все это нелепо, впрочем, человек не выбирает, где его подстерегут неприятности. Не только его, но и Карен. Ведь это из-за того, что в ту ночь он оставил ее, она снова и снова рискует жизнью. Та страшная, полная горя и боли ночь… Если бы не… Что сказали бы о своих горестях Тру и Элизабет, вспоминая прожитые годы? Да ничего! За них говорила их жизнь. Они никогда не раздумывали о том, что «могло бы случиться». Вэнс расправил плечи, понимая, что единственное «если» находится в будущем и зависит от того, сможет ли он справиться. Где-то внизу слышалось дыхание Карен, затаившейся в противоположном конце пещеры.
– Сеньора!
– Да? – Карен казалось, что сердце ее вот-вот разорвется от страха. Почему она не видит его?
В этот момент Джако вышел из темного коридора на свет. Он явно ликовал по поводу того, что ему удалось догнать их, однако полному торжеству мешала… жажда: его запавшие глаза с жадностью смотрели на воду. Правая половина его пончо была заброшена на плечо, а в руке он крепко сжимал пистолет. Джако внимательно осмотрел пещеру, потом перевел взгляд на завернутое в одеяло «тело», лежавшее рядом с Карен, на ее руки, в которых ничего не было, и наконец на ее лицо.
– Я вообще-то не собираюсь ждать, детка, – заявил он. – Надеюсь, ты простишь меня, но я проделал большой путь. Мне очень хочется пить – вот уже много часов во рту у меня не было ни глотка. – Он печально покачал головой. – С твоей стороны было жестоко угрожать мне тем, что ты не дашь мне воды. Впрочем, видя тебя и воду, я уже не так сержусь. Не двигайся, девочка, пожалуйста… – Глядя то на Карен, то на воду, Джако отошел чуть вправо и, сунув пистолет за пояс, быстро склонился к воде. Зачерпнув живительной влаги ладонью, он наполнил водой рот и долго полоскал его, прежде чем дать первым каплям скатиться вниз по горлу. – Так, значит, мой родственник умер? Как жаль! И когда же это случилось? – спросил он.
Ответа не было.
– Это не важно, – продолжал Джако. – Ах какая вкусная вода! Хочется пить и пить, но нельзя злоупотреблять, не так ли, детка? – Он замолчал, сверля Карен полубезумным взглядом. Его взор еще раз устремился на свернутые одеяла, потом поднялся на нее и… Джако с яростным воплем выхватил пистолет из-за пояса и резко повернулся назад.
Вэнс поднялся из своего укрытия, но его правая нога затекла, и он, качнувшись, упал прямо в руки бандита. Собравшись с силами, Пакстон ударил его по правой руке куском сталагмита. Джако взвыл от боли. Пистолет отлетел в сторону и, прокатившись по неровному полу пещеры, упал рядом с неглубоким озерцом.
– Беги! – крикнул Вэнс.
– Чертов американец! – зарычал Джако, протягивая к Пакстону левую руку.
Вэнс увернулся, но тут правая нога опять подвела его: он споткнулся и упал навзничь. Воспользовавшись этим, Джако быстро сел на Вэнса верхом и окунул его голову в воду.
– Лежи теперь, чертов америкашка!
Силы Вэнса иссякли, он не мог продолжать борьбу. Сильные пальцы противника сжимали его горло, Джако всем весом давил ему на грудь. Пакстон задыхался. Его правая рука была прижата к земле ногой Джако, а левая, раненая, пыталась оттолкнуть нападавшего. Вэнс понимал, что умирает. По его лицу пробежал ветерок с ароматом кедров, ветерок из детства; сучковатые ветви кедровника танцевали медленный танец, несущий вечный покой. «Хорошо хоть Карен в безопасности… Она в безопасности…»
– Беги! – собравшись с силами, прохрипел он. «Беги!» – повторило эхо, отдаваясь в каменных сводах пещеры. «Беги!» – кружилось бликами света и тени в пещере. Карен растерялась. «Беги!» И торжествующий рев Джако, празднующего победу над лютым врагом. Пистолет… Пистолет валялся прямо перед ней. Бледные, мертвые лица перед ее глазами… Роско… «Беги!»
– Не-е-ет!
Она схватила пистолет, и он тут же оглушительно выстрелил. Пуля, сердито жужжа, пролетела в темноте в поисках мишени. Джако откатился в сторону и посмотрел вдоль коридора: он ожидал худшего. Но там никого не оказалось, и тогда бандит повернулся к Карен, державшей в руках дымящееся оружие. Карен оторопело взглянула на пистолет, а потом перевела взор на Джако. Бандит сделал шаг вперед.
– Нет! – приказала она. – Уходи. Оставь нас.
Ухмыльнувшись, Джако засунул большие пальцы за ремень. Вэнс закашлялся и, хрипя, стал медленно подниматься из воды.
– Детка, – начал Джако, приближаясь к Карен. Она попятилась. – Мы это уже делали раньше. Разве ты не помнишь чудесный танец смерти в очаровательной асиенде Пакстонов, а?
– Не подходи ко мне.
– Нет, нет, нет, сеньора. Я ехал слишком долго и трудно. Возможно, если бы ты была со мной, я смог бы забыть все. Пакстонов, их ранчо, Рио-Лобос…
– Пожалуйста… – попросила Карен, почему-то вспоминая бурю, потерю сына, страх, запах пороха, смерть Марайи… «Его всюду сопровождает смерть…» – Пожалуйста… – Карен сделала еще один шаг назад.
– Тот самый танец, детка, помнишь? Мы танцевали его, когда я пришел убить тебя. Но я этого не сделал. Ты была напуганной, гордой и такой красивой с волосами цвета солнца, встающего над пустыней. Я видел тебя во сне. Мужчины теряют голову из-за таких женщин, как ты. Ты будешь моей женщиной. Моей, поняла, детка? Этот танец соединит нас, и на этот раз – навсегда.
Джако протянул к ней руки… Джако… Его голос завораживает, усыпляет… У него такое красивое и жестокое лицо…
– А ты помнишь, как я поцеловал тебя? Ты так быстро забыла вкус моего поцелуя, забыла свое желание стать моей. Да, ты хотела отдаться мне, мужчины это чувствуют…
Его пончо, как крылья большой птицы… Джако… Гордый, злой… Он так похож на Вэнса… Его руки на ее груди… Нет… Вэнс… Хищная птица… Нет!.. Господи!
И пистолет взорвался. Из его барабана вылетел язык огня. Пуля ударила в грудь Джако, порвала его рубашку и вылетела из спины, взяв с собой его жизнь. Бандит изумленно посмотрел на Карен, попятился назад и упал на колени. Зарыв лицо в ладони, он несколько мгновений не шевелился, а потом, сделав над собой усилие, поднялся на ноги и посмотрел – на дымящийся пистолет и на женщину, лицо которой было залито слезами.
– Моя американка… детка… – Его взор на мгновение затуманился, но потом опять стал ясным. – Детка… Если бы ты была моей… я бы тоже поехал за тобой… хоть на край… света… Даже если бы это… привело… к моей… – Споткнувшись, Джако упал, и его остекленевшие глаза уставились в пустоту.
– …смерти, – шепотом договорила за него Карен.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Долгожданная встреча - Кэррол Шанна



отличный роман! Мне понравилось как автор пишет и вторая книга тоже отличная можно еще раз почитать
Долгожданная встреча - Кэррол Шаннаг
23.10.2013, 8.14





герой - откровенный слабак, даже противно
Долгожданная встреча - Кэррол Шаннанадежда
11.02.2016, 21.14








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100