Читать онлайн Таинственный всадник, автора - Кэнхем Марша, Раздел - Глава 26 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Таинственный всадник - Кэнхем Марша бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.21 (Голосов: 29)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Таинственный всадник - Кэнхем Марша - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Таинственный всадник - Кэнхем Марша - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кэнхем Марша

Таинственный всадник

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 26

— Где вы научились так хорошо играть на фортепьяно? — спросила Рене, ее голос оставался все еще немного хриплым от недавних страстных криков.
Они лежали в кровати обнявшись, их руки и ноги переплелись. Занавеси на окнах они не задернули, чтобы дневной свет разбудил их, но Тайрон не сомкнул глаз в эту ночь. Он лежал, глядя в потолок, мысленно возвращаясь к событиям прошедших недель, и думал, что пропустил момент, когда еще можно было прислушаться к голосу инстинкта, задавленного в суматохе, начавшейся со встречи с Рене д'Антон, и уйти.
— Вы спрашиваете о той прекрасной симфонии, которую мы исполняли вчера вечером? Я могу только сказать… все дело во вдохновении. Прекрасная кожа цвета слоновой кости превосходно подогревает страсть…
Рене подняла глаза, чтобы посмотреть на Тайрона.
— Если вы предпочитаете не рассказывать мне…
— Есть некоторые вещи, которые не соответствуют статусу жулика и негодяя. Например, превосходное образование и относительно привилегированная жизнь, которая не полагалась мне из-за моего низкого происхождения, не дают мне права быть высокомерным.
— В вас нет ничего, что говорило бы о низком происхождении, месье, — возразила Рене, прижимаясь к нему. — И мне жаль тех, кто недооценивал вас из-за вашей крови.
— От правды никуда не денешься, — сказал Тайрон спокойно. — Я был сыном смотрителя леса, и если бы не вмешательство судьбы, то я бы сейчас, вероятно, занимался тем же, что и мой отец, у меня была бы жена и семеро хныкающих детишек, которые путались бы у меня под ногами и вопили, требуя жизни получше, чем та. на которую они обречены.
— Я в этом очень сомневаюсь, — сказала Рене улыбаясь. — Я думаю, вы рождены жуликом и должны умереть жуликом и… — ее дыхание прервалось на секунду, — и та, которой повезло бы разделить вашу жизнь, стала бы навеки другой.
Тайрон думал о словах Рене, а его рука продолжала гладить ее светлые длинные волосы. Вдруг он нахмурился.
— Я никогда никого не переделывал под себя и не допущу, чтобы и меня кто-то попытался изменить. Я всегда был доволен каждым днем своей жизни, каким бы он ни был. Не важно, что происходило в этот день. Я не выстраивал планов, не намечал никаких целей — короче, не думал о будущем. Довольно бледная перспектива для семейной, оседлой жизни, скажу я вам.
— Но тем не менее все у вас есть, и прежде всего этот дом, где столько прекрасных вещей. — Рене обвела взглядом богатый кабинет Тайрона.
— Я не отрицаю, что люблю комфорт, уют. Но если бы мне пришлось оставить все это и уйти, я бы смог. И сделал бы это моментально. Но такой образ жизни, — добавил он, — вряд ли кто захотел бы разделить со мной.
Рене положила подбородок на руку и пристально посмотрела в дымчато-серые глаза Тайрона.
«Ты мог бы попросить меня, — подумала она, — ты мог бы попросить меня, и я бы пошла… Нет, побежала бы за тобой на край света».
Но он не попросил. Его брови слегка приподнялись, он с любопытством наблюдал за ее шевелящимися губами, но потом он быстро поцеловал ее в макушку и, осторожно высвободившись, сел.
— У меня мелькнула одна мысль, — сказал Тайрон, проверяя повязку на груди. — Перво-наперво надо точно выяснить, где Рос прячет Финна. Если он находится в городской тюрьме, то замок в камере такой, что его можно открыть обычным кухонным ножом. Если же он в бывшем винном погребе, то нам остается лишь полагаться на жадность Роса.
Рене осторожно прикоснулась к старым шрамам на спине Тайрона.
— Почему вы не сказали мне, что это работа Роса?
Тайрон обернулся к Рене и объяснил:
— Это случилось давным-давно. И это наше с Росом личное дело.
Рене встала на колени у него за спиной.
— Вы все еще и обо мне думаете как о выгодном деле?
— Я не об этом говорил. Я просто думал, что вам не следует волноваться о том, что не имеет отношения к вашему нынешнему затруднительному положению. Да и после того, как Финн будет освобожден…
— А я хочу о вас волноваться, — тихо призналась Рене.
— Что же, — он оттолкнулся от края кровати, — я запомню.
Окинув беглым взглядом комнату и не найдя своей одежды, Тайрон обнаженным пошел в гардеробную, но стоило ему открыть дверь шкафа, как в дверях появилась Рене, закутанная в простыню.
— Вы позволите мне помочь вам?..
Тайрон посмотрел на нее и закрыл дверцу.
— Я полагаю, вы говорите о Финне, не так ли, мамзель?
— Рос не будет его бить?
— Нет. — Но одного слова было мало, чтобы успокоить ее, поэтому Тайрон подошел к ней и взял лицо в ладони. — Это не Франция, — нежно произнес он, — и Рос — не Робеспьер, независимо от того, какой властью, по его мнению, он обладает и как он может распоряжаться чужими судьбами. В этой стране обвиняемый должен предстать перед судом, независимо от тяжести обвинения или свидетельств, которые выдвинуты против него. Судебный процесс может длиться неделями или месяцами, в зависимости от совершенного преступления. Даже если бы я попал под суд, прежде чем я оказался бы на виселице, нужно было выяснить, виновен я или нет, а это решило бы жюри пэров.
— Как вы можете шутить такими вещами? — прошептала Рене.
— Я не шучу, мамзель. Я просто не думаю о вероятности такой ситуации все двадцать четыре часа в сутки. Иначе я не смог бы просто дышать. Точно так же, как теперь, — сказал он, нежно целуя ее губы. — Мне трудно дышать, потому что я не могу заставить себя не думать о том, что я собирался делать, когда вы прервали меня.
Она покраснела и отошла, нетерпеливо вздохнув.
— И все же я хочу помочь вам, — настаивала она. — Я отвечаю за Финна. Он в тюрьме только из-за меня, из-за того, что пытался мне помочь. И к тому же я не хочу, чтобы вы подвергали себя опасности из-за нас.
— Интересная мысль, но, к сожалению, у нас нет времени, чтобы нарядить вас в треуголку и плащ.
Как только она услышала, что дверь шкафа закрылась, она снова появилась в дверном проеме.
— Вы собираетесь встретиться с Росом в облике Капитана Старлайта?
— А он стал бы всерьез вести переговоры с кем-то еще? Как вы полагаете, мамзель?
Тайрон налил воды в ванночку и достал бритвенные принадлежности, хотя щетина еще не появилась и лицо было гладким. Глянув в зеркало, он увидел темные круги под глазами. Кожа заметно побледнела. Ребра болели адски, и ему очень хотелось пролежать в постели еще сорок восемь часов и не думать ни о чем, и уж тем более о том, как спасти мир.
— Этот героизм может оказаться весьма накладным, — пробормотал Тайрон, тщательно исследуя в зеркале свое отражение.
— Вы позволите мне побрить вас? — спросила Рене. Она хотела хоть что-то сделать для Тайрона Харта.
— Вы когда-нибудь делали это прежде? — поинтересовался Тайрон.
— Нет. Но я наблюдала, как Финн брил моего отца. Тысячу раз. Это, наверное, не такое уж трудное занятие.
— Хорошо, мы дадим вам урок в другой раз.
— Я по крайней мере могу посмотреть?
— Если вы обещаете не смешить меня, когда я буду водить острым лезвием по горлу.
Рене вошла в раздевалку и уселась на стул с прямой спинкой. Тайрон взял помазок и кусочек мыла, развел пену и густо намылил шею и подбородок.
— Обычно это делает месье Дадли? Он вас бреет?
— Робби мне не слуга. Мэгги иногда делает мне одолжение, когда я с большого похмелья и плохо вижу, но обычно это делает или парикмахер, или, — он покрыл пеной нижнюю часть подбородка, — я сам этим занимаюсь.
— Ни одна из ваших подруг не делала вам такого одолжения?
Его светлые глаза сузились, когда он посмотрел на Рене.
— Вы с Мэгги обсуждали еще что-то такое, что мне стоит знать? — несколько церемонно поинтересовался Тайрон.
— Она только упомянула, что вы не приводите сюда своих любовниц. Значит, вы посещаете их в других местах?
— Их? А разве у меня их много?
— Я не могу представить вас только с одной женщиной, месье. Я полагаю, вам бы это быстро надоело.
Он осторожно покосился на Рене, а она вытянула шею, чтобы рассмотреть его лицо.
— Вы так думаете, да?
— Да. Именно так. Как сказала бы моя мать, вы будете для кого-то великолепным любовником, но плохим мужем.
Тайрон достал бритву и попробовал лезвие на жестком кожаном ремне.
— Похоже, ваша матушка была мудрая леди.
— Да, верно. Я думаю, вы бы ей понравились, и она была бы рада за меня даже при том, что у нас с вами не было случая потанцевать.
Тайрон посмотрел на Рене и снова нахмурился.
— Я пропустил что-то? Не уловил? Мы собирались потанцевать?
Смех Рене был тихий и немного грустный.
— Нет, месье. Дело обернулось так, что в этом не было необходимости.
Все еще хмурясь, он отвернулся к зеркалу. Он не любил загадочные улыбки, особенно когда они вот так на него действовали. Но он впервые услышал ее смех — их краткое знакомство до сих пор не располагало к шуткам и смеху. Оказывается, она умеет смеяться, и ее застенчивый, хрипловатый смех заинтриговал его. И он подумал, что пора переменить тему разговора:
— Финн давно с вами?
— Он покинул Англию вместе с моей матерью тридцать лет назад. Он очень ее любил.
— Любил… Неужели?
— Я думаю, он любил ее всю жизнь, но никогда не посмел бы сказать ей об этом или даже признаться самому себе. Когда он увидел ее мертвой у тюремных ворот, — ее голос стал тише, а ресницы дрогнули при воспоминании об ужасной трагедии, — я думала, он тоже умрет от разрыва сердца. Вы знаете, у него были каштановые волосы, а после этого они совершенно побелели.
Тайрон провел бритвой по щеке, снимая первую полосу пены.
— Я слышал о подобных случаях, но никогда не видел сам.
— Он ничем не мог помочь моей матери, и единственное, что было в его силах сделать для нее, — это спасти Антуана и меня. Он пообещал ей, она заставила его поклясться, и он делал это каждое утро, потому что она не знала, сколько еще времени мы все будем в безопасности от трибунала Робеспьера. Финн обещал охранять нас и защищать.
На ее лице появилось торжественное выражение, когда она снова посмотрела на Тайрона.
— Я не думаю, что мы можем ждать — день или два. Если Финн верит, что мы с Антуаном в безопасности, и если он полагает, что, жертвуя собой, он защитит нас, тогда он сделает это.
Половина подбородка Тайрона была выбрита, и он криво усмехнулся, оттягивая кожу на шее.
— Почему вы думаете, что он надеется, будто вы в безопасности? Ведь вы оказались у меня в руках? Я думаю, с его точки зрения, я не из тех, кто может позаботиться о вас.
— По правде говоря, он велел мне доверять вам. Финн сказал, что вы хороший человек и я должна делать все, что вы скажете.
Бритва скользнула по коже, Тайрон выругался, а на шее выступила бусинка крови.
— Не похоже ли это на прощание, как вы думаете? — не унималась Рене. — Вы не думаете, что он может сделать какую-нибудь глупость, бросить вызов?
Второй порез оказался глубже, а проклятие, за ним последовавшее, громче, но когда Тайрон взглянул на Рене, он увидел, как она вспыхнула.
— О, вы порезались, месье.
— Я знаю, что я сделал. Может, вы пойдете, — он заставил себя улыбнуться, — пойдете и наденете что-нибудь? Мэгги оставила ваши вещи на стуле, пока вы спали. Ваше присутствие действует на меня и отвлекает настолько сильно, что я исполосую себе все лицо.
Рене стояла, пытаясь поплотнее завернуться в простыню.
— Простите, если мой вид беспокоит вас, — чопорно проговорила она, — но и я смотрю не на пустую стенку.
Она вышла, а Тайрон вдруг понял, что он все еще обнажен, если не считать полосок перевязки.
Он закончил бритье без дальнейшего кровопускания, и когда вышел из гардеробной в бриджах и в белой рубашке, Рене стояла у окна. Ее волосы ловили утренний свет и серебрились, и Тайрон решил, что она так же красива при солнечном свете, как и при лунном. Даже порез на щеке, даже рассеченная губа и синяки, испортившие молочную белизну кожи, не могли приглушить сияние, исходившее из глубины души. Ее нельзя было назвать хрупкой и слабой. Она пережила ужасы террора во Франции, выдержала козни Роса, сумела противостоять нападению Винсента, даже подставила свою шею бандиту с большой дороги с предложением задушить ее, если он подумает, что она лжет. Теперь она отвергла готовность Финна пожертвовать собой ради ее безопасности, а ведь ни один из тысячи аристократов, представителей так называемой благородной крови, даже не подумает о простом слуге.
Она все больше и больше интересовала Тайрона, и за ее улыбку, такую, что дарит она Антуану, он готов был отдать половину сокровищ. Он не рискнул заговорить, пока девушка не почувствовала его взгляд и не повернулась к нему.
На ее лице он увидел такое отчаяние, что, обеспокоенный, он подошел, взял ее за руку и обнял.
— Я могу совершать ошибки, Рене, но среди моих ошибок нет ложных обещаний, которые бы я давал испуганным молодым женщинам. Я сказал: мы вернем Финна, мы привезем его сюда обязательно.
— Я думала сейчас не о Финне, — виновато сказала она, и на ее губах задрожала улыбка. — Я… только поразилась самой себе. Оказывается, я бы хотела, чтобы семеро хныкающих детей бегали у моих ног…
Он стиснул ее в объятиях и зарылся лицом в ее волосы, но не успел он сказать и слова, как в дверь постучали.
— Войдите, — сказал Тайрон, выпрямившись.
Это был Антуан, он вбежал и сразу бросился к Рене, совершенно забыв, что уже снова может говорить. Месье Дадли велел мне подняться сюда, но очень тихо. Большая толстая леди в кухне и двадцать человек возле черного хода!
— Это, должно быть, Мэри, наш повар, — объяснил Тайрон со смехом. — Каждый пострел в Ковентри знает, когда она печет хлеб, вот они и тянутся сюда, как гуси, друг за другом, и ждут, чтобы набить карманы. — В ответ на немой вопрос Рене он слегка пожал плечами, — Я сам хорошо помню, что значит голодное утро.
Но не это поразило ее.
— Вы умеете читать по его губам! А в башне вы делали вид, что не умеете.
— Я? Возможно, потому что он говорил по-французски, а я этот язык плохо знаю. А чтобы объясниться с человеком, не произнося ни звука, есть много вариантов. — Он посмотрел на мальчика. — Но Дадли совершенно прав. Было бы лучше, если бы вы остались здесь и вели себя тихо. Мэри, конечно, видит только то, что хочет видеть, но у мальчишек, как известно, глаза очень любопытные, а языки болтливые. Я попрошу Мэгги принести поднос.
Он вернулся в гардеробную и появился спустя несколько минут. Его волосы были собраны на затылке и густо присыпаны пудрой. Казалось, пустяк, но это прибавляло ему на вид лет десять и придавало внешности угрюмость. Он надел шоколадного цвета жакет и полосатый шелковый жилет, на ходу повязывая шейный платок.
— Тайрон?
Он остановился и оглянулся.
— Вы не станете предпринимать… не пойдете куда-нибудь… не предупредив меня?
— Я только спущусь вниз. Когда мы с Дадли решим, как поступить, что предпринять, я приду и скажу вам. И отойдите от окна, мамзель. Вы словно ангел с ореолом вокруг головы, и не стоит искушать бедных грешников, которые пройдут мимо.
Дадли ожидал Тайрона в библиотеке. Его ботинки были облеплены свежей грязью, нос был красный, и с него капало.
— У тебя чертовски веселенький вид, — заметил Тайрон.
— Еще бы! В то время как некоторые валялись в теплой постели, я болтался по этому благословенному городу. И ничуть не удивился, когда обнаружил, что подхватил эту заразу вчера ночью. — Он поднес к носу огромный квадрат полотна и удовольствием высморкался, а потом, аккуратно сложив его, сунул в карман.
— Что-нибудь разузнал о Финне?
— Он в подвале, двойной караул снаружи и двойная охрана внутри.
— Есть какой-нибудь способ связаться с ним?
— Только через соседнюю камеру.
— Рене волнуется, что он может навредить себе ради ее спасения и мальчика.
— Ты веришь ей?
— Я не сбрасываю со счетов преданность старого жулика.
У Дадли поднялась бровь.
— Он нравится тебе, не так ли?
— Он тебе все больше нравится. — Тайрон выругался, перебирая пачку бумаг на столе. — Где, черт побери, мои эскизы улиц того района?
— Слева, — спокойно показал Дадли. — Но тебе может помочь только какая-нибудь тайная армия, а я о такой ничего до сих пор не слышал. Пока его держат там. проникнуть к нему невозможно.
— Тогда надо придумать что-нибудь такое, чтобы заполучить его в открытую.
— Я согласен на это, но как?
— Мы заставим Роса подать его нам на блюдечке. Мы предложим обмен. Мы сделаем ему такое предложение, от которого этот жадный ублюдок не сможет отказаться.
Дадли похлопал по нагрудному карману и вынул оттуда два свернутых листа пергамента.
— Я не знаю, но, кажется, мальчик прав насчет гарнитура «Кровь Дракона»; стоимость его возрастет, если рубины и «Жемчуг Бретани» окажутся вместе. Рос и Винсент тоже об этом говорили тогда в карете. Я попросил Джеффри Бартоломью поразведать осторожно об этом гарнитуре. Драгоценные камни принадлежали какому-то одному старому барону, которого убили в те времена, когда убивали кровных родственников ради трона. «Жемчуг Бретани» вообще бесценен. Его назвали так в честь принцессы, которая, по слухам, родила сына, и этот парень не только бросил вызов королю за право владеть троном, но вообще ход истории изменил; он под одной короной объединил Францию и Англию. Каково? А революционное правительство, понятное дело, стремится вернуть драгоценности, а французский двор в Лондоне наверняка готов заплатить, чтобы удержать их в своих руках.
— Да, тебе сегодня пришлось побегать.
— Не это главное. — Он сделал паузу и вручил Тайрону второй лист бумаги. — Вот список содержимого хранилища одного из лондонских банков. Взгляни на имя внизу.
Тайрон развернул лист и скользнул взглядом в конец списка. Он чуть не присвистнул от удивления и вдруг увидел самую нижнюю строку. Не веря глазам, он посмотрел на Дадли, который в ответ только ухмыльнулся.
— Разве тебе не приятно узнать, что ее дядя так хорошо позаботился о ней, нашел прекрасного, плодовитого мужа, а заодно взял мальчика в заложники, обвинив его в несовершенном преступлении?
— Сукин сын, — пробормотал Тайрон.
— Да. Вот этот документ заставит тебя задуматься: хватит ли тебе одного жемчуга, чтобы заманить Роса? Что такое двести тысяч фунтов, когда целые миллионы переданы в трастовое управление?
— Миллионы?
Мужчины обернулись, услышав тихий вопрос. В дверях стояла Рене.
— Я, кажется, велел вам оставаться наверху.
— Вы сказали, что намерены обсудить, как вызволить Финна. Я… подумала… я могла бы помочь. — Она посмотрела на список в руке Тайрона. — Я слышала, что вы сказали по поводу жемчуга. Я знала, что он представляет некоторую ценность для правительства Франции, но… чтобы он стоил так дорого… Трудно поверить.
— Тут для вас еще одна неожиданность, если не сказать — сюрприз. — Тайрон вышел из-за стола и протянул ей список. — Кажется, мы обнаружили то дерево, под которым ваш дедушка зарыл свои сокровища.
Рене взяла список, и когда закончила чтение, ее рука дрожала.
— Это невозможно, — прошептала она.
— Ваш дедушка, должно быть, полагал, что дядя изменил свои взгляды. Принадлежность к дворянскому сословию обязывает. Неписаные законы благородства требуют помогать друг другу.
— Вероятно, понадобилось несколько месяцев, чтобы переправить так много…
— Держу пари, каждая коробка, корзина или мешочек прошли через руки Роса и Винсента, а потом и вашего дяди.
Рене тяжело вздохнула и снова подняла глаза.
— Но драгоценности принадлежат Антуану. Как они собирались все это получить?
Тайрон прикусил губу.
— Я могу высказать свои соображения по этому поводу, но вам будет весьма неприятно услышать это, мамзель, — наконец решился он.
Рене выпрямилась.
— У меня уже было немало неприятностей, если вы помните, Капитан. Пожалуйста, продолжайте. Я готова вас выслушать.
— Сказать по правде, я думаю, что ваш дядя не ожидал, что вы или ваш брат выберетесь живыми из Франции. Я полагаю, что, когда они занялись переброской из Парижа драгоценностей вашего дедушки, он рассчитывал на то, что Робеспьер постарается удалить любого законного претендента на наследство. Если бы это произошло, хранилища осторожно бы опустошили, а поскольку никто не знал, какие именно меры дедушка предпринял для гарантии сохранности своего богатства, никто никогда и не узнал бы, куда все это ушло и где осело. Я полагаю, эта троица — Рос, Винсент и ваш дядя — была уже готова поднять тост за собственное благосостояние, когда вы и ваш брат появились на пороге дома лорда Пакстона, пытаясь найти у него защиту. Вы были похожи на кроликов, которые бегут к лисе в нору, желая спастись от бури.
Рене переводила взгляд с одного мрачного лица на другое.
— Мой дядя никогда не упоминал о нашем наследстве. Более того, он обращался с нами, как будто мы для него тяжкое бремя.
— А вы именно таким бременем и были для него. Но как и полагается опытным ворам, они придумали новый поворот, по крайней мере ваш дядя так думал.
Все это было слишком трудно переварить сразу, и Рене покачала головой:
— Но я не понимаю…
— Давайте вспомним, как на днях вы говорили, что вашему брату, как последнему оставшемуся в живых мужчине из древнего рода, а значит, единственному наследнику, переходят все титулы и вообще все. Я думаю, Финн без всякой на то причины не станет называть мальчика «ваша милость».
— Да, — прошептала Рене. — Антуан — герцог д'Орлон, маркиз де Map, граф де Лаборде, барон де Дрю-Брезе, маршал Бево и шевалье де Валансьен; возможно, и еще кто-то, но, по-моему, я ничего не упустила.
Дадли и Тайрон обменялись взглядами, их брови потрясенно взметнулись.
— В общем, для краткости скажем так: ваш дядя обнаружил совершенно законный способ потребовать по крайней мере часть наследства, хранящегося в его банке. Так как он объявил себя опекуном вашего брата, любые активы, которые принадлежат вашему брату по праву наследства, будут находиться в его руках, пока Антуан не достигнет совершеннолетия. Письменный перечень сокровищ наводит на мысль — и я думаю, она верна, — что ваш дядя планирует использовать ценности как имущественный залог, как доказательство собственной кредитоспособности, с помощью которого в один прекрасный день он сможет заставить своих кредиторов отступить. К счастью, а может, к сожалению для Пакстона, Рос и Винсент обнаружили его схему и поняли, что он планировал выкинуть их из общего дела. Рос принял ответные меры, указав тем самым вашему дядюшке, с какой легкостью тот может вылететь из дела сам.
— То есть… полковник Рос стрелял в лорда Пакстона?
— Там, возле кареты, когда Робби узнал о существовании дубликата, он слышал еще, как Рос признался, что стрелял в вашего дядю, потому что тот стал слишком жадным и собирался их надуть.
Рене, ошеломленная услышанным, стала быстро ходить из одного конца библиотеки в другой.
— Это слишком невероятно!..
— Уверяю вас, они были готовы идти гораздо дальше. — Голос Тайрона звучал спокойно и уверенно.
— Что вы имеете в виду? — тихо спросила Рене.
— Ваш брак. Если смотреть со стороны, кроме престижа от союза с представительницей благородного семейства, Эдгар Винсент не извлек бы для себя никакой материальной выгоды. Но предположим, вы вышли замуж и произвели на свет наследника мужского пола. Вполне законный наследник, да? Но чтобы младенцу стать настоящим наследником, с вашим братом должен произойти несчастный случай или… его должны повесить за совершенное преступление, которого на самом деле он не совершал. Она снова заметалась по комнате.
— Чтобы все это стало возможным, они должны быть уверены, что Антуан на самом деле последний наследник. Откуда они могли знать об этом?
— Они втроем обладали связями в различных сферах, и весьма разветвленными. В армии, на черном рынке, в банковских деловых кругах. И у них, вероятно, разработана хорошая система для занятия контрабандой золота и драгоценных камней, даже для вывоза эмигрантов из Франции. Они не единственные, кто занимается спасением жизни ваших соотечественников. Многие предприимчивые английские дельцы сделали большие деньги на этом. Но я предполагаю, что наша алчная троица в какой-то момент решила, что их доля станет намного больше, если парижские аристократы навсегда останутся в родной земле. О, они действовали осторожно, они могли доказать, насколько надежны их маршруты, и некоторые благополучно добрались до Англии. Но остальные, рискнув довериться этой банде, были предоставлены судьбе и, вероятно, не сумели одолеть и первого поста. Росу, например, надо было лишь анонимно сообщить Комитету общественной безопасности, где и когда французский аристократ попытается выбраться из Парижа.
— Вы говорите, они сознательно передавали людей жандармерии?
Тревога и недоверие застыли в глазах Рене, и они стали цвета сапфиров в полночь. Тайрон глубоко вздохнул.
— Рене…
— Герцог де Блоис и его семейство были арестованы в воротах Парижа. — Она задыхалась. — Жан-Луи, его отец, его мать, его братья… Их дети! И… О! — Она замерла на миг, ее бледные трясущиеся пальцы взметнулись, чтобы зажать рот. — Дедушка… его забрали в тюрьму ночью, накануне отъезда из страны.
— Я воображаю, как Рос и Винсент обрадовались, обнаружив, что у Пакстона была сестра, которая вышла замуж за представителя одного из самых благородных семейств Парижа, а ее свекор являлся одним из богатейших герцогов при дворе короля.
Рене вскрикнула, и горячие слезы покатились по ее щекам. Она откинулась назад, задев ногой ножку стула, потеряла равновесие, но не упала, а ударилась спиной о стену.
Тайрон мгновенно оказался подле нее. Она вздрогнула от его прикосновения, но он крепко прижал Рене к груди. Дадли старался смотреть на пол, в окно, в потолок, куда угодно, только не на молодую женщину, плачущую на плече Тайрона. А бесстрашный бандит со стальными нервами, чувствуя, как рыдания сотрясают ее тело, не знал, что делать. Он уткнулся губами в ее волосы и обнял ее еще крепче. Он поймал пристальный взгляд Дадли и слегка отстранил Рене — надо было ехать.
Рене вцепилась ему в воротник, она задыхалась от рыданий. Когда она наконец оторвалась от его плеча, серебряная слеза, скользнув по ресницам, скатилась по ее щеке.
— Как может человек, — кричала она, — предать собственную семью?
— Жадность творит странные вещи с людьми. Она заставляет их делать то, о чем они никогда и не подозревали. То же самое случается с любовью, знающие люди мне рассказывали, — добавил он.
Рене покачала головой, не понимая; она ладонью вытирала слезы, но новые ручейки струились по щекам. Тайрон вынул носовой платок с монограммой И протянул Рене.
— Возьмите, — приказал он.
Она повиновалась так простодушно, что это только усилило его боль за нее. На буфете стояли графин вина и два пустых стакана; он усадил Рене на стул, потом наполнил оба стакана до краев.
— Выпейте, — велел он.
Она стала отказываться, но он насильно сунул стакан ей в руку.
— Вы меня нянчили почти неделю, теперь, я думаю, пришла моя очередь. А с ранеными я научился обходиться.
Огромные темные глаза были полны горя, и в душе Тайрона все перевернулось.
— Что вы собираетесь делать? — плакала она. — Отдать все этому ублюдку?
Тайрон спокойно ответил:
— А потом его убить.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Таинственный всадник - Кэнхем Марша



Ничуть не хуже остальных книг этого автора. Сюжет избит: разбоцник и леди, но написано увлекательно. Я прочитала не отрываясь. Советую!
Таинственный всадник - Кэнхем МаршаТатьяна
17.10.2013, 19.56





Фраза:"сюжет избит" - предыдущего ком-я, сначала, напугала меня. Но подумав, что от меня не убудет, решила прочитать. И ,вы знаете ,не пожалела. События развиваются стремительно, нет затянутых и нудных эпизодов. С пространными описаниями. Живые диалоги ,интересные сцены. Единственное что напрягало, это постоянное "выканье" м/у главными героями. Даже, не смотря на то ,что они успели узнать друг друга , что называется ближе не куда, постоянное "вы" прям резало глаза. Хороший роман. Приятно проведенное время. Советую прочитать.
Таинственный всадник - Кэнхем МаршаMiraj107
10.04.2014, 10.11





Интересный роман, постоянно держит в напряжении, правда на мой вкус жестокий, но что сделаешь, такое время, такая жизнь.
Таинственный всадник - Кэнхем МаршаТаня Д
20.01.2015, 16.17








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100