Читать онлайн Таинственный всадник, автора - Кэнхем Марша, Раздел - Глава 23 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Таинственный всадник - Кэнхем Марша бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.21 (Голосов: 29)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Таинственный всадник - Кэнхем Марша - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Таинственный всадник - Кэнхем Марша - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кэнхем Марша

Таинственный всадник

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 23

Когда на часах было уже десять минут первого, Рене извинилась, сказав, что вернется, как только уложит Антуана в постель. До самой полуночи она не могла вырваться. Пока они торопливо шли через холл, ее сердце бешено колотилось, а ноги казались просто пудовыми. Финн помогал слугам подавать поздний ужин и ухаживать за гостями. Он видел, как она уходит, и едва заметно поклонился, чтобы дать ей понять, что он тоже не заставит себя ждать.
Антуан шел рядом, и было заметно, что мальчик нервничает. Сначала Рене не хотела тревожить брата раньше времени, поскольку любой намек на волнение, возникшее на его обычно спокойном лице, мог привлечь подозрительные взгляды посторонних людей. Но Рене поняла, увидев, как пристально брат следит за каждым движением Тайрона, что придется все рассказать ради того, чтобы отвести подозрения от Харта. Оказалось, что она приняла правильное решение. Он почти не замечал дорожного инспектора во время обеда, и никто, даже если бы кто-нибудь и следил за мальчиком, не подумал бы, что ребенка что-то волнует. Он совершенно откровенно скучал, утомленный вежливыми беседами, которые вели окружающие.
Тайрон сидел рядом с мисс Рут и Феби Энтвистл, веселя молодых особ — оттуда все время раздавались взрывы смеха. Хохотали и сидящие поблизости гости, в том числе и юный капрал Мальборо. На этот раз офицер наконец-то забыл о профиле Рене, а к концу ужина, похоже, вообще перестал ее замечать. Рене еле сдерживалась, чтобы не смотреть в сторону Харта, Но все же тайком, когда она пыталась дотянуться до своего бокала или взять кусочек с тарелки, ее глаза устремлялись туда, где сидел Тайрон Харт. А он, казалось, был вполне доволен ролью шутника и весельчака и внимательно слушал мисс Рут Энтвистл. Но когда он заметил ее шпионские уловки, Рене увидела, как дернулся уголок его губ. словно он пытался упрекнуть ее за несправедливые обвинения. Серые глаза напомнили ей, что мисс Энтвистл не так проста, как кажется, и обладает разнообразными свойствами. Потом Тайрон многозначительно посмотрел на рубины, особое его внимание привлекал камень в форме капли, висевшей в ложбинке на груди, потом его взгляд лениво вернулся к ее лицу, и она раскрыла веер, чтобы хоть немного остудить щеки.
Эдгар Винсент сидел напротив Рене, осушая бокал за бокалом. Напитки исчезали в необъятной утробе. Он смотрел на нее с негодованием, а когда ей понадобился веер, он пристально посмотрел в сторону Тайрона, потом снова перевел взгляд на Рене, подтверждая, что он заметил их немой разговор.
Когда с последним блюдом было покончено, леди Пенелопа Пакстон увела дам освежиться, а мужчины остались наслаждаться портером и коньяком. Потом все перешли в музыкальный салон; одни играли, другие пели. В гостиной были расставлены столы для виста, а в комнате для игр гостей ждали шашки и бильярд. Рене все было безразлично. Она ловила на себе завистливые взгляды дам, которых очень заинтересовали выставленные напоказ рубины. Их мнение относительно француженки без пенни в кармане, решившейся вступить в столь неравный брак, выйти замуж за человека более низкого происхождения, было единодушным.
Что бы они подумали, потешалась Рене, если бы узнали, в чью кровать, в чьи объятия она была бы счастлива броситься? В объятия вора. Бандита, по которому плачет виселица. Дорожного ястреба, грабившего тех самых людей, которые сидели здесь, восхищаясь его шутками и веселясь в его компании.
Часы пробили десять, потом одиннадцать, и Рене обнаружила, что продырявила носовой платок Тайрона, который сжимала в руке с тех пор, как он дал его. Самым ужасным был момент, когда дядя призвал всех умолкнуть и сосредоточиться и предложил тост за невесту и жениха; Рене пришлось позволить Винсенту поцеловать ее в щеку, и она долго потом отирала его слюни.
Ужин закончился, гости стали разъезжаться. Те, чей дом был слишком далеко, подготовились заранее, чтобы провести ночь в Гарвуд-Хаусе, и поэтому совсем не спешили почивать. Они возвратились к беседам и играм. Когда часы пробили двенадцать, Рене извинилась, ссылаясь на заботы о брате.
— Побыстрее, — торопила она Антуана уже возле двери спальни. — Финн должен появиться с минуты на минуту, он поможет тебе одеться потеплее.
Рене поцеловала Антуана в лоб и взъерошила ему волосы, отчего он широко улыбнулся и беззвучно спросил:
Тебе нравится Капитан?
— Да. Да, мне он очень нравится.
Я думаю, он тоже считает тебя приятной. Он сказал, что ты засела ему под кожу.
— Под кожу?
Здесь. Он энергично поскреб шею. Он говорит, что всегда знает, когда ты рядом.
— Довольно опрометчиво с его стороны так говорить. — Рене подтолкнула мальчика. — Поторопись же. Будь здесь до тех пор, пока я не приду за тобой, и никому не открывай, только мне или Финну. Ты понял, малыш?
Рене торопливо прошла через холл и кинулась прямо в гардеробную. Она вынула из шкафа саквояж, сняла одежду с полок, бросая то, что попадалось под руку, сгребла гребенки и щетки, коробку из сандалового дерева, где лежали пудра и духи, потом потащила саквояж к двери. Вернувшись в комнату, она вынула из перины свой клад. Дыра была зашита всего несколькими стежками, и нитки лопнули от первого же рывка. Рене вытащила маленький холщовый мешочек, где среди сокровищ лежала и жемчужная брошь из гарнитура «Кровь Дракона».
Потом она сняла ожерелье. Все драгоценности, составляющие уникальный гарнитур, оказались в одной бархатной коробочке. Коробку она тоже положила в саквояж, и, окинув быстрым взглядом в последний раз комнату, Рене набросила плащ и направилась к двери; она почти дошла, когда раздался осторожный стук.
— Финн! Слава Богу.
Она толкнула дверь — и едва не задохнулась…
Перед ней стоял Эдгар Винсент. В одной руке он держал бутылку вина, в другой — два бокала. Не более двух секунд они смотрели друг на друга в совершеннейшем изумлении, улыбка замерла на толстых мокрых губах Винсента. Но потом он заметил саквояж и плащ, и его глаза в отличие от расширившихся от ужаса глаз Рене сузились до едва заметных щелок и холодно заблестели.
— Куда-то собрались, дорогая?
Потрясенная Рене отступила на шаг. Она лихорадочно пыталась придумать причину, куда она собралась среди ночи, но ни один из вариантов обмана не казался ей достоверным и убедительным настолько, чтобы Эдгар Винсент поверил.
— А я надеялся, что мы закончим беседу, начатую сегодня вечером. — Он поднял бутылку и бокалы повыше. — Я думал, мы поднимем тост за наш долгий и плодотворный союз, но я вижу, что не только тост, но и сама мысль об этом, вероятно, немного преждевременны.
Взгляд Рене метнулся к открытой двери в холл, но широкие плечи Винсента загородили весь дверной проем. Она отступила назад и споткнулась. Винсент шел прямо на нее, ногой закрыв за собой дверь.
Рене отступила еще на шаг к кровати; дальше идти было некуда. Она не успела запахнуть плащ как следует, и он соскользнул с плеч, обнажив белую шею.
— Хорошо, хорошо. — Винсент встал перед ней, стиснув зубы. — Сейчас посмотрим, что там у вас в сумке?
Он отшвырнул бокалы, и Рене вздрогнула, услышав звук разбившегося о стену стекла. Бутылка упала на пол, но осталась цела. Винсент схватил саквояж и распахнул его. Бархатная коробочка с драгоценностями лежала сверху, и, увидев ее, он нервно икнул и комната наполнилась кислой вонью и витиеватыми ругательствами.
— …дешевая маленькая воровка, — закончил он длинную тираду и недоверчиво покачал головой. — Ты ничем не отличаешься от любой другой лживой сучки.
Сверкая глазами, Эдгар Винсет схватил коробочку и заметил холщовый мешочек. Он уже начал вынимать его, когда Рене рванулась вперед, пытаясь проскользнуть мимо него, но он поймал ее и толкнул так сильно, что колени у нее подогнулись и она упала спиной на кровать. Девушка скатилась на один край и снова попробовала прорваться, но на сей раз мужлан размахнулся и ударил ее. От боли Рене на секунду потеряла сознание. Наблюдая краем глаза за ошеломленной Рене, пытавшейся подняться, Винсент развязал мешочек и вытряхнул содержимое в руку. При виде брошки челюсть у него отвисла, и он пропустил момент, когда Рене встала на ноги; он снова размахнулся и ударил ее изо всех сил кулаком, вложив в этот удар всю злость.
Рене едва не ослепла от боли, неловко упав на плечо. Из глаз посыпались искры, все вокруг потемнело. Сквозь боль она слышала, как ругается Винсент, потом он вцепился ей в волосы и стал трясти, буравя узкими глазками и размахивая перед носом брошкой.
— Где ты взяла это, сука? Где ты взяла?
Несмотря на мучительную боль, лишившую ее сил, Рене не смотрела на брошь, она тихонько отодвигалась к другому краю кровати, пытаясь высвободиться из цепкой руки Винсента.
Резко дернув ее за волосы, он снова притянул Рене на середину кровати и навис над ней; потом он намотал ее пряди на кулак, коленом уперся ей в живот и крепко прижал девушку к матрасу.
— Я спрашиваю тебя еще раз, — прохрипел Винсент, — где ты взяла это? А впрочем, не важно. Не говори. Я знаю где. Я должен задать другой вопрос: как ты получила это и что отдала ему взамен?
Рене почувствовала омерзительный плевок на лице и вспыхнула, словно костер. Гнев пятнадцати благородных поколений запылал мощным пожаром, кровь в венах мадемуазель Рене д'Антон восстала, и она с вызовом заявила торговцу:
— Я могу о том же самом спросить вас. Где вы взяли это? Откуда у вас рубины? Я ведь знаю, как вы их получили, месье. Я знаю, чья на них кровь и чья кровь была пролита, чтобы вы смогли заработать на смерти людей!
Эдгар Винсент зло усмехнулся:
— Итак, ты узнала, сучка, о нашем небольшом предприятии, не так ли? И что ты делала, пробуя урвать для себя кусок прибыли? Ты, глупая сучка, могла бы иметь в десять раз больше этого, если бы подождала два дня.
— Но я должна была выйти замуж за тебя, рыбный торговец, а я больше не в силах выносить твое отвратительное зловоние!
Винсент смотрел на нее с ненавистью, его лицо раздулось, скулы побелели, и он опять ударил ее, два раза наотмашь. От одного удара губа Рене лопнула и рот наполнился кровью.
— Шлюха! — прорычал он. — А я думал, ты леди. Прекрасная, благородная леди, с которой надо обращаться нежно и терпеливо. — Он угрожающе приблизился к ее лицу. — Вот Рос удивится, когда узнает, почему провалилась его затея! Ты была с Капитаном Старлайтом, он ел с твоей руки. Он съел, наверное, и еще кое-что, держу пари. Ты должна быть хороша в постели. Чертовски хороша — за двести тысяч фунтов, которые стоят эти безделушки.
Он бросил брошь на постель, Рене подобралась в ожидании удара, но он вытащил алмазную булавку для шейного платка из горстки монет, которые отбросил, и зажал ее в кулаке.
— И это? Ей-богу, а за это под кем ты потела? Черт побери, — он оскалился и посмотрел на нее сверху, — я что, выходит, единственный, для кого ты не раздвигала свои ноги?
— Нет! — закричала Рене неистово. — Я еще не спала с садовником и с чистильщиком канав!
Он снова ее ударил, и на этот раз зрение вернулось к Рене, она увидела перед глазами что-то блестящее. Это был нож с длинным, тонким, заостренным к концу лезвием.
— Мы посмотрим, будет ли этот маленький язычок таким же острым к концу ночи, — прошипел Винсент. — Вот мы пришпилим его здесь, — он всадил нож в угол деревянного столбика кровати, и металл завибрировал, — вот, легко дотянуться, если понадобится для стимула, не так ли? Если я решу, что ты не стоишь и пенни той суммы неприятностей, которые ты нам доставила, ты познакомишься со всеми десятью способами, какими можно зарезать человека, и тебе самой захочется умереть.
Он выпрямился и стал расстегивать пуговицы на жакете и жилете. Рене еще раз дернулась в отчаянии к краю кровати, но он схватил ее и опрокинул на спину. Его руки шарили по ее груди, он упал на нее, как хищное животное, он рвал тонкий шелк, зарываясь ртом в обнаженную белую плоть. Хрипя, он стягивал бриджи, но ему мешали юбки, и он отбивался от ее рук и ног, потому что Рене отчаянно сопротивлялась, стараясь сбросить с себя ненавистную вонючую тушу.
Он был огромный, пьяный, и в ответ на каждый взмах ее руки он размахивался и бил ее тяжелым кулаком. Рене кричала, или ей казалось, что она кричит, а он кусал ее грудь, но вдруг, пока еще смутно, она услышала другой звук и увидела другую тень, надвигавшуюся на кровать. Рот Антуана был распят в крике; этот крик явился к нему из другого кошмара, когда он увидел, как его мать пинают на мокрой булыжной мостовой Парижа, как ее забивают до смерти; он вновь пережил тот ужас, и он… закричал.
Антуан бросился к широкой спине Эдгара Винсента, вцепился в него, как собака, зубами и ногтями. Торговец взревел и поднялся, отшвырнув мальчика с такой силой, что он бы размозжил голову, ударься о стену. В новом порыве гнева он повернулся обратно к Рене. Его бриджи были приспущены, и налитое кровью лицо не предвещало ничего хорошего.
Рене встала на колени и выдернула из столба тонкий нож. Она держала его, зажав в руках.
— Не подходите ближе, месье, — прошипела она.
— Что ты собираешься делать? Пропороть мне горло? Воткнуть его в кишки? Или ты хотела бы кастрировать меня? — Винсент подошел к краю кровати. Он с яростью смотрел на Рене, на кровь, сочившуюся из ее губы, на красные полосы на груди, пылавшие под порванным шелком.
Рене полоснула его ножом сбоку, когда он подался вперед, но он не почувствовал боли и даже не заметил раны на руке. Удар бутылкой по затылку свалил его сразу. Он дернулся, всей тяжестью навалившись на Рене. Из разбитой бутылки на кровать хлынуло вино, осколки стекла осыпали покрывало.
Несколько секунд никто не шевелился. Антуан поднял зазубренное горлышко бутылки и приготовился повторить удар, но Винсент лежал неподвижно, словно мертвец, поперек кровати. Кожа на затылке лопнула, словно перезревший плод, густой, вялый ручеек крови сочился на воротник. Рене лежала, задыхаясь, ее ноги были прижаты телом Винсента.
— Антуан! — кричала она. — Антуан! Помоги мне! Я не могу пошевелиться!
Мальчик бросил бутылку и бросился к сестре. Вдвоем они сдвинули Винсента, потом, откатив его в сторону, столкнули с кровати, и он шлепнулся на пол с унылым глухим стуком. Рене забилась в рыданиях, цепляясь за брата. Он помог ей отойти от кровати и подвел к столику перед зеркалом. Она села на стул, а Антуан пошел в гардеробную за полотенцем.
Ее платье было изорвано и спущено до талии. Она попробовала соединить края и вдруг поняла, что все еще держит в руках нож. В последний раз она посмотрела на тело Винсента, потом разжала пальцы, и нож упал на пол.
Антуан вернулся с полотенцем и стал стирать с лица сестры следы вина и крови.
— Конец. Животное мертво.
— Настоящее животное, — согласилась Рене. — Ублюдок! Я бы воткнула в него нож. Я бы!..
— Я убил его ради тебя, Рене. Он больше ничего не сможет тебе сделать. Никогда!
Рене покачала головой, уверенная, что у нее звенит в ушах и поэтому она слышит голос Антуана. Но он продолжал говорить, и она действительно слышала его. Рене замерла и посмотрела на брата, сомкнув веки, чтобы смахнуть непролитые слезы.
— Антуан! Что ты сказал?
— Я сказал, что я… — Он тоже замер.
Он закрыл рот, потом снова открыл, и когда заговорил, слова словно соскакивали с его губ, и они оба слышали их.
— Я убил его ради тебя. Он ничего больше не сможет тебе сделать. Никогда!
— Еще раз, мое сердце, — прошептала Рене, едва осмеливаясь дышать, едва осмеливаясь верить.
— Я убил его ради тебя, — сказал он еще громче. — Он ничего больше не сможет тебе сделать. Никогда. Рене!.. Рене!..
Она обняла его. Слезы, которые Рене сдерживала до сих пор, потекли горячим быстрым потоком. Когда в комнату пришел Финн, именно такими он и нашел их: они смеялись, кричали, обнимали друг друга. А на полу лежало, растянувшись во всю длину и истекая кровью, тело Эдгара Винсента.
— Мария и Иосиф! Что здесь произошло? Что, что случилось?
Рене все еще рыдала, поэтому свой вопрос старый камердинер обратил к Антуану. И мальчик объяснил, усмехаясь:
— Я полагаю, я убил его, месье Финн. Он набросился на Рене. Он бил ее так же, как солдаты маму, и поэтому я убил его.
— О Боже! Царь небесный! Кровь все еще течет… — Камердинер остановился и глубоко вздохнул. От удивления у глаз появились морщинки. Он посмотрел на Антуана, но потом повернулся к Рене и увидел, в каком она жутком виде — платье разорвано, полотенце, которое она прижимала к груди, окровавлено. Улыбка Финна сменилась ужасом, исказившим его лицо. — О Господи, мадемуазель, с вами все в порядке?
Она кивнула:
— Все нормально. Антуан пришел вовремя, и он меня спас.
— Я услышал ее крик, — сказал мальчик.
— И он ударил его бутылкой…
— Я разбил ее об его голову, — гордо повторил Антуан. — И убил его.
— Но кровь? — спросил Финн. — Вы ранены!
Рене коснулась щеки, ее пальцы покраснели от крови.
— Это, должно быть, стекло. Перед этим он ударил меня. — Она провела пальцем по нижней губе и обнаружила осколок сломанного зуба.
Финн посмотрел на Рене с тревогой:
— Вы не… Нет ли где-нибудь еще повреждений?
— Нет, — сказала она, касаясь его руки. — Нет. Он был… слишком пьяный и очень злой. — Она посмотрела на тело Винсента. — Он был слишком неуклюж и слишком глуп. — Слова замерли на губах девушки, а на щеках снова вспыхнул огненный румянец. — Это, конечно, еще тот тип!
— Да, к сожалению, да. И кроме всего прочего, это еще одно тело в вашей спальне, которым придется распорядиться. Если бы я знал, что подобное войдет в привычку, — добавил Финн с сарказмом, — я бы настоял, чтобы вы выбрали спальню этажом ниже.
Финн подошел к распростертому Винсенту и опустился на колени.
— Действительно ли он мертв?
Прежде чем Финн успел ответить, Винсент застонал. Одна нога дернулась вперед, потом резко вернулась на прежнее место.
— К сожалению, нет. Кажется, его череп так же крепок, как и все остальное. Однако кровь течет весьма обильно. Антуан, есть еще одно полотенце? Или что-то, чем можно здесь все вытереть?
Антуан исчез в смежной комнате и вернулся с двумя толстыми полотенцами.
— Что нам с ним делать? — спросила девушка Финна.
— Мы свяжем его и спрячем где-нибудь подальше от посторонних глаз. Но перво-наперво нам необходимо, чтобы вы и их милость благополучно добрались до башни. Тот мошенник, Харт, сказал, что будет ждать, но если кто-то на нас наткнется и все собаки ада будут спущены, то он не сможет ждать слишком долго. И еще одно — мне показалось, что он плохо выглядел. Без сомнения, рана его мучает. Хорошо бы, конечно, если бы он на самом деле двигался без труда, но мы-то знаем, что ему совсем недавно прижгли на груди рану. Я сейчас принесу саквояж молодого господина — слава Богу, я оставил его в прихожей!
— Я возьму сам, — сказал Антуан и вышел, прежде чем Финн смог подняться на ноги. Камердинеру пришлось уцепиться за ножку кровати, чтобы не упасть, и внезапно Финн стал похож на старика, кем он в общем-то и был на самом деле.
— Вы сможете справиться сами, мадемуазель? — спросил старый камердинер.
Она нахмурилась, проследив за его взглядом, брошенным на ее разорванное платье.
— О да, да, я смогу справиться.
— Хорошо. Тогда оденьтесь побыстрее. Нам надо торопиться, вы понимаете это не хуже меня.
В то время как Рене переодевалась в темном углу гардеробной, Финн собрал монеты, булавку, брошку, а коробочку с драгоценностями снова положил в саквояж. Он снял с кровати залитое вином покрывало, собрал осколки стекла, быстро разобрал постель, как будто она приготовлена ко сну. Потом осмотрел комнату и остался вполне доволен своими усилиями. Потом старик снял с занавесей плетеные шнуры и стал связывать запястья Винсента.
Рене вернулась бледная как призрак. Она надела светлое шерстяное платье, которое закрывало ее до самой шеи. Кровь с подбородка она смыла, но губа все еще кровоточила, а на щеке стал явственно заметен порез. Руки, совершенно заледеневшие, уже не так дрожали, когда она обняла Антуана за плечи и крепко стиснула.
— Ты очень храбрый, — сказала она мальчику. — Такой же, как папа. Он бы тобой гордился! Я увидела тебя, когда ты замахнулся бутылкой, собираясь разбить ее о голову негодяя, и я рассмеялась прямо в лицо этой свинье! — Последнее слово она произнесла по-французски, чтобы выразить всю степень презрения.
— Действительно, ваша милость, — поддержал Финн девушку, — и ваш отец, и матушка наверняка сейчас улыбаются, глядя на вас с небес, и гордятся вами за вашу храбрость. Но вам теперь предстоит исполнить еще одно дело, прежде чем вы совсем возгордитесь. Вы должны отвести сестру в старую башню.
Пораженная Рене смотрела на Финна.
— А ты?
— Мне бояться нечего. — Он поднял с пола плащ Рене и набросил ей на плечи. — Я разберусь с этой несчастной свиньей, чтобы она, не дай Бог, не подняла тревогу, пока мы не окажемся подальше отсюда.
— Мы поможем. Или подождем.
— Не здесь, мадемуазель. Я чувствовал бы себя гораздо спокойнее, если бы вы ждали меня в башне. Я приду сразу после вас, обещаю. И пожалуйста, — он вскинул бровь, ожидая, что девушка примется спорить, — делайте все так, как скажет мистер Харт. Хотя мне следовало бы откусить себе язык за то, что я сейчас скажу, но, я полагаю, вы можете доверять этому жулику. Он присмотрит за вами и молодым господином и не причинит вам никакого вреда. Вперед, да побыстрее!
Антуан взял Рене за руку и потянул к двери.
— Мы не уедем без тебя!
Но Финн уже склонился над Винсентом.
— Идите же, скорее…
Осмотрев холл, Антуан и Рене выскользнули из спальни и поспешили к ступенькам башни. Антуан подал ей знак остановиться, когда они прошли уже основную часть пути: он заметил пару, которая неторопливо прогуливалась вдоль длинной галереи, восхищаясь старыми пыльными портретами. Мальчик прижал палец к губам, предостерегая сестру; они стремглав пронеслись по освещенному месту и оказались возле гобелена. Антуан поднял тяжелый край, пропуская Рене вперед.
Дверь отозвалась слабым скрипом и качнулась внутрь. Звук был не громче мышиного писка, но Рене он показался оглушительным. Внутри башни было темно, пахло плесенью, и у девушки едва не остановилось сердце, когда она подумала, что они опоздали и Тайрон ушел. Конечно, он ждал сколько мог и, несмотря на обещание…
Внезапно в груди Рене вспыхнула радость и страха как не бывало: в свете мерцающей свечи она увидела Роберта Дадли, привалившегося к стене под лестничной клеткой. Это был действительно он, и хотя пламя свечи искажало его лицо, было ясно, что он чем-то взволнован.
— Я думал, мне придется идти и искать вас, — проворчал Дадли, явно недовольный задержкой.
— Где месье Харт? — тотчас спросила Рене.
— Здесь, — раздался голос из темноты.
Дадли захромал, освещая путь, тени отступили, и Рене увидела Тайрона. Он выглядел ужасно. Финн был прав, когда предупреждал ее. Лицо его осунулось, глаза погасли, в них стояла боль. Его жакет был расстегнут, шейный платок развязан, а концы торчали в разные стороны. Правую руку он прижимал к ребрам, а левой держал пистолет.
— Вы упаковали все ваши сундуки? — спросил он с некоторым раздражением. — Действительно, вы ничего не забыли? Где бедный Финн — тащит барахло по лестнице?
Антуан сжал губы.
— Финн наверху, он тащит тело месье Винсента в прихожую, чтобы спрятать его.
Дадли зажег вторую свечу, и свет проник за спину Ан-туана, отгоняя темные тени. Тайрон увидел поникшие плечи Рене и обмякшую корону золотых завитков, но Дадли рассмотрел густой ручеек крови, сочащийся по щеке Рене.
— Тайрон!
Но Харт смотрел на Антуана.
— Повтори еще раз.
— Финн — наверху…
— К тебе вернулся голос?!
— Тогда вы должны были слышать то, что я сказал: Финн наверху, он тащит тело месье Винсента в прихожую, чтобы спрятать его! Мне пришлось стукнуть его по голове, потому что он бил Рене и заставил ее кричать и плакать!
— Тайрон… — Дадли кивнул в сторону Рене. — Ты хочешь взглянуть?
Тайрон шагнул к Рене, она торопливо поднесла к лицу скомканный носовой платок и принялась вытирать кровь, стараясь скрыться от цепких глаз Тайрона, но он схватил девушку за запястье и приподнял ее подбородок. Тайрон внимательно рассматривал каждую черточку ее лица. Обнаружив порез, протянувшийся через всю щеку, он покачал головой и спросил Рене:
— Это работа Винсента?
Голос Тайрона Харта звучал настолько холодно, настолько спокойно, что Рене запнулась.
— Э-это порез… разбитое стекло попало… Скорее всего это произошло, когда Антуан ударил его по голове бутылкой, а она разбилась. Осколки разлетелись в разные стороны, ну и один из них…
— Он на самом деле мертв? — прервал ее объяснения Тайрон, внутри у которого все кипело, хотя внешне истинное состояние его души никак не проявлялось.
Рене покачала головой:
— Он без сознания. Финн сейчас связывает его шнурами, и этот негодяй не сможет поднять тревогу и никому ничего не расскажет.
— Робби, — Тайрон слегка повернул голову в сторону друга, но глаза его по-прежнему были устремлены только на Рене, — забирай их в лодку, и поскорее. Я сразу же вернусь, только взгляну, не нужна ли моя помощь господину Финну. Мы не задержимся, мы уйдем следом за вами.
— Нет! — закричала Рене. — Нет, вы не должны возвращаться туда. Пожалуйста, Тайрон. Вам нельзя возвращаться. Я уверена, Финн будет здесь с минуты на минуту! Он может появиться в любой момент!
— Я тоже уверен, что он появится. Я просто хочу его поторопить.
Как будто подтверждая опасения Рене, Тайрон проверил пистолеты, потом сунул их за пояс.
— Тайрон, ну пожалуйста… Винсент ничего уже нам не сделает. Все кончено. Он больше нам не страшен.
— Отправляйтесь с Робби. Мы с Финном вас догоним. Мы очень скоро догоним вас, мамзель.
Но когда у Тайрона случайно откинулась пола жилета, Рене увидела то, что и предполагала увидеть.
— Месье Дадли, — Рене умоляюще посмотрела на Робби, — вы знаете, что его рана снова открылась?
— Что? — Дадли подскочил к Тайрону и, прежде чем тот смог его остановить, поднял полу атласного жилета. На рубашке была кровь, всего несколько пятен, но стало ясно, что нитки не выдержали чрезмерного напряжения и лопнули, и, вероятнее всего, это случилось, когда Тайрон любезничал с Энтвистл; рана начала кровоточить, и кровь просочилась через повязку.
— Со мной все хорошо, — успокаивал их Тайрон. — Не о чем волноваться, так было всю ночь.
Дадли поднес свечу поближе и стал всматриваться. Некоторые пятна уже засохли и потемнели, другие были совсем свежие, ярко-красные.
— Я возвращаюсь, — снова спокойно заявил Тайрон. — Забирай их в лодку, Робби, и жди нас с мистером Финном.
— Я согласен с леди, — заупрямился Дадли. — Это слишком опасно.
— Я и не знал, что у нас сейчас разгул демократии, — насмешливо проговорил Тайрон.
— Хорошо, возвращайся. Но, пожалуйста, выбрось Винсента из головы. Подумай о другом — в доме полно драгун, и как только начнется заваруха, можешь не сомневаться, что лес, канал, дороги и поля будут нашпигованы ими. Посмотри на себя. Ты едва стоишь на ногах, тебе надо держаться за стену, а впереди длинный туннель, который нужно пройти, потом еще проплыть на лодке до Ковентри, и, возможно, придется пугнуть патруль из дворняжек Роса, если они окажутся на пути. Но если ты уверен, что должен рискнуть безопасностью всех нас и тебе просто необходимо убить эту свинью, тогда… иди и убей. Я уверен, мадемуазель д'Антон и ее брат оценят твой жест, сидя в тюремной камере.
Подбородок Тайрона дернулся. Ярость горела в его глазах, которые стали сейчас совершенно серыми, цвета холодного сланца, но где-то в глубине было заметно слабое мерцание. Прошла минута, прежде чем он кивнул, нехотя соглашаясь с доводами Робби Дадли.
— Хорошо. Я не стану убивать этого ублюдка. Но ты заберешь Рене и Антуана, а я дождусь мистера Финна. Кто-то должен проследить, чтобы дверь за нами была как следует закрыта.
Рене коснулась руки Тайрона Харта.
— Тайрон…
— Я даю слово чести, что не вернусь и не пристрелю ублюдка, — пообещал он. — Не сегодня ночью, во всяком случае. И если моего слова вам недостаточно, мамзель, то возьмите это. — Он выдернул пистолет из-за пояса и отдал ей. — Другой на ступеньке, возьмите и его тоже. Вы хотите взять мой шейный платок, чтобы я не задушил Винсента? Чтобы у меня вообще не осталось никакого оружия?
Было видно, что Тайрон Харт не привык отчитываться и объясняться, а также оправдываться за свои прежние поступки, и Рене взяла его за руку. После мгновенного сопротивления, которое она тотчас ощутила, девушка поднесла к губам длинные тонкие пальцы Тайрона.
— Я уверена, что вы можете задушить его собственными руками, месье, но я верю, что вы не станете этого делать.
Больше его рука не сопротивлялась. Он коснулся ее шеи.
— Означает ли сказанное вами, что вы наконец начинаете мне доверять, мамзель? — Тайрон заглянул в глубокие глаза девушки, такие глубокие, что по неосмотрительности в них можно просто утонуть.
— Да, — прошептала Рене. — Я доверяю вам, Тайрон Харт, всем сердцем.
— Но все-таки не очень сильно, я надеюсь, — пробормотал он.
— Очень, — прошептала она и приподнялась на цыпочки. Ее губы коснулись его губ, но прежде, чем Тайрон Харт успел ответить, Рене отступила и ушла за Антуаном и Дадли через потайной ход.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Таинственный всадник - Кэнхем Марша



Ничуть не хуже остальных книг этого автора. Сюжет избит: разбоцник и леди, но написано увлекательно. Я прочитала не отрываясь. Советую!
Таинственный всадник - Кэнхем МаршаТатьяна
17.10.2013, 19.56





Фраза:"сюжет избит" - предыдущего ком-я, сначала, напугала меня. Но подумав, что от меня не убудет, решила прочитать. И ,вы знаете ,не пожалела. События развиваются стремительно, нет затянутых и нудных эпизодов. С пространными описаниями. Живые диалоги ,интересные сцены. Единственное что напрягало, это постоянное "выканье" м/у главными героями. Даже, не смотря на то ,что они успели узнать друг друга , что называется ближе не куда, постоянное "вы" прям резало глаза. Хороший роман. Приятно проведенное время. Советую прочитать.
Таинственный всадник - Кэнхем МаршаMiraj107
10.04.2014, 10.11





Интересный роман, постоянно держит в напряжении, правда на мой вкус жестокий, но что сделаешь, такое время, такая жизнь.
Таинственный всадник - Кэнхем МаршаТаня Д
20.01.2015, 16.17








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100