Читать онлайн Опаленные страстью, автора - Кэнхем Марша, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Опаленные страстью - Кэнхем Марша бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.17 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Опаленные страстью - Кэнхем Марша - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Опаленные страстью - Кэнхем Марша - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кэнхем Марша

Опаленные страстью

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

Его преподобию священнику мистеру Стэнли Олторпу тут же послали записку с просьбой как можно скорее пожаловать в Уиддиком-Хаус. За доктором посылать не стали. Уиллеркинз многому научился в армии, мог оказать первую медицинскую помощь, а прошлым летом даже оперировал лошадь. Поэтому Флоренс разрешила ему заняться Эмори, пока не прибудет его брат, мистер Стэнли Олторп.
Пострадавшего перенесли наверх в одну из спален, чтобы смыть с его тела песок и соленую воду, а также обработать линиментом и перевязать ссадины и раны.
Смывая налипший на тело мужчины песок, Уиллеркинз обнаружил на спине и конечностях едва затянувшиеся раны, длинные и глубокие, похожие на ножевые, и пришел к выводу, что две или три недели назад Олторп подвергся зверским пыткам.
Обеспокоенные этой новостью, Аннели и ее бабушка в ожидании священника перешли в другую комнату. Все было намного интереснее, чем кирпичи и известковый раствор, которыми ее пугала мать. Аннели прислушивалась к происходящему, в то время как воображение рисовало ей захватывающие интриги. Человека, разыскиваемого за измену родине, пытали. Кто и зачем? Как он очутился в бухте без сознания и совершенно голый?
Ей никогда не приходилось быть в непосредственной близости от преступника, и она не знала, какова будет его реакция, когда он очнется. Бабушка приказала Бруму оставаться рядом с пострадавшим — на всякий случай. Но по правде говоря, Брум был ненамного храбрее злого щенка. Достаточно громкого крика, чтобы он забился в угол, дрожа от страха. Олторп этого не знал и мог с легкостью убить Брума. Да и всех остальных, чтобы не сдали его властям. Такой, как он, ни перед чем не остановится.
— Тебе жарко, дорогая? Аннели посмотрела на бабушку:
— Простите, что вы сказали?
— У тебя, кажется, щеки горят. Может, сядешь подальше от огня?
— Мне… немного жарко, — согласилась она шепотом. — А сколько понадобится времени, чтобы добраться до священника и вернуться?
— Если поехал Трокмортон — думаю, полдня. Аннели встала и направилась к открытой двери в соседнюю комнату.
— Тебя не тревожит, что он здесь, в доме? Это не… опасно? Может, ему не понравится, когда, очнувшись, он увидит, что у его двери стоит Брум?
— Полагаю, это понравится ему больше, чем если бы он оказался в тюрьме. Ты спрашиваешь, не опасен ли Эмори Олторп? Нет, не опасен. Несмотря на ужасные слухи, которые ходили о нем последние несколько лет, мне он нравился. Еще мальчишкой он приезжал сюда из своего родового поместья Уинзи-Холл и помогал Уиллеркинзу объезжать лошадей. У нас была довольно приличная конюшня, пока не появились военные. Но и после того, как большую часть нашего хозяйства пришлось отдать им, юный Рори продолжал наведываться сюда, видимо, избегая общества своего отца, а также для того, чтобы повидаться со мной. И должна сказать, у Рори были на то основания. Граф Хатерли, его отец, был ужасным человеком, необычайно жестоким. — В голосе Флоренс появились твердые нотки. — Он был уверен, что детей следует воспитывать в строгости и применять к ним телесные наказания. Одного из четырех сыновей, Артура, он постоянно бил по голове, и тот слегка тронулся умом, после чего получил прозвище Бедняга. Эмори убегал из Уинзи-Холла при первой же возможности и под любым предлогом. Он читал мне вслух книги, которые приносил, и мы потом долго и весело их обсуждали. Он был чертовски красив. Некоторые считали его сумасбродным, но мне нравилось это качество в мужчинах. Уж лучше быть сумасбродным, чем франтом, рядящимся в кружева и готовым стенать из-за того, что галстук не так накрахмален, а газеты не высушены утюгом.
Аннели слегка улыбнулась, подумав что эти черты присущи доброй половине мужчин в Англии, в том числе ее отцу и брату.
— Тот, кто крепко стоит на ногах, не боится штормового ветра и готов бросить вызов стихии, сам выбирает свой жизненный путь, преодолевая любые преграды. Именно таким был Эмори, — продолжала Флоренс. — Он сопротивлялся попыткам подогнать его под шаблон. Зная, что дома его ждет порка, он засиживался допоздна в доках и затаив дыхание слушал рассказы бывалых моряков об иностранных портах. Его не интересовал греческий алфавит, который его заставляли учить. И я ничуть не удивилась, когда он однажды покинул дом ради моря: Эмори хотел увидеть, что находится за горизонтом, хотел охотиться на слонов в Африке. Хотел искать золото. А еще он пообещал вырезать для меня трость из слоновой кости. Он хотел… — Затуманенный взгляд Флоренс прояснился, когда она посмотрела на внучку. — Чего только он не хотел. Но больше всего он хотел приключений.
— Вы сказали, что он помог Бонапарту бежать с Эльбы, и это главное, в чем его обвиняют?
Флоренс кивнула.
— Около двух недель назад в Бриксгем приехал проклятый Рэмзи. Кажется, так его зовут. Он утверждает, будто Эмори Олторп несколько месяцев назад ходил на Эльбу и увел негодяя прямо из-под носа английской стражи. Рэмзи заявил, что может доказать это.
— А вы сомневаетесь?
— О нет, Эмори вполне мог это сделать. Не ради денег — деньги он всегда презирал — и, конечно, не из любви к корсиканцу. По правде говоря, несколько лет назад он был офицером британской армии в чине младшего лейтенанта и сражался во флоте адмирала Нельсона. Но это было… десять лет назад. Потом прошел слух, будто он связался с пиратами, добыл где-то корабль и пытался прорваться через блокаду вокруг Франции и Испании. Я точно знаю, что священнику не удалось с ним связаться и привезти его домой.
— Надеюсь, не для того, чтобы сдать властям? Флоренс покачала головой.
— По делам наследства. Так мне кажется. Понимаешь, Эмори — третий сын, и ему полагается лишь ежегодная пенсия начиная с того дня, когда он покинет поместье. Все остальное должно было перейти к старшему сыну, Уильяму, преемнику графа Хатерли. Следующим по старшинству был Бедняга Артур — мы всегда его так называли, — прошептала бабушка, покрутив у виска указательным пальцем. — Он вообразил себя птицей. Пытается летать, взмахивая руками, словно крыльями. В разговоре издает странные каркающие звуки и теребит пальцы, будто это перья. Но в общем он безобидный. Несколько недель в году проводит в лечебнице… Ты только представь: кузены женятся на кузинах… Так что полоумные есть везде. К несчастью, позапрошлой зимой Уильям тяжело заболел и умер. Его жена скончалась от горя несколько месяцев спустя, детей у них не было, и, таким образом, наследником становился Бедняга Артур, человек, мягко выражаясь, не совсем здоровый. Стэнли пришлось обратиться в суд по вопросу опекунства, но решить остальные вопросы, касающиеся поместья, он не мог, не согласовав их с Эмори. Но Эмори в это время мотался по Средиземноморью, и связаться с ним не было никакой возможности. Бедняга Артур не переставал твердить, что перелетит через Ла-Манщ, чтобы привезти брата. И однажды упал с крыши конюшни и сломал обе руки. — Флоренс вздохнула и прищелкнула языком: мол, надо же было прыгнуть с такой высоты. — Стэнли, разумеется, пытается найти выход из создавшегося положения, но его жена, легкомысленная девчонка, только и мечтает о том, чтобы Артура объявили сумасшедшим, а Эмори повесили за измену родине. Тогда Стэнли станет единственным наследником Уинзи, а она — графиней Хатерли.
— Как это бесчеловечно!
— Да. Священник, человек в общем-то разумный и практичный, становится глупым как баран в своем стремлении угодить Люсиль.
— Вы думаете, он может передать родного брата в руки властей? Раненого и беззащитного? Это ужасно! Флоренс вскинула бровь.
— Но ведь минуту назад ты опасалась, как бы этот раненый и беззащитный человек, когда очнется, не пристрелил нас всех, даже не дав нам доесть кашу.
Щеки Аннели зарделись.
— Но вы так тепло о нем говорили, что все мои опасения рассеялись. Вы же не верите, что он способен на насилие.
— Я никогда этого не говорила, дорогая. Он — сын своего отца, в конце концов, и я припоминаю несколько эпизодов, когда его крутой нрав… — Она умолкла и бросила взгляд на дверь. — А-а1 Слышишь? Наверное, это священник.
Аннели подумала было, что бабушке показалось, но в следующий момент услышала шаги в коридоре. Господин в длинном черном сюртуке с белым крахмальным воротником появился в дверях и, поблагодарив сопровождавшего его Уиллеркинза, поклонился Флоренс.
— Госпожа Уиддиком, я приехал, как только получил ваше сообщение.
Священнику было лет двадцать пять; его карие глаза светились добротой, но квадратный подбородок говорил о твердом характере и сильной воле. Он был почти одного роста с Аннели. Таких маленьких священников она еще не видела. В большинстве своем они высокие и представительные. Преподобный отец Олторп больше походил ни банковского служащего.
Он перешел сразу к делу:
— Насколько я понимаю, вы видели моего брата?
— Видели. Причем почти голого, что не очень прилично.
— Вы нашли его на берегу?
— Моя внучка его нашла. Мисс Аннели Фэрчайлд — преподобный отец мистер Стэнли Олторп. — Она взмахнула тростью и со стуком поставила ее на пол. — Аннели приехала из Лондона и совершает по утрам прогулки, чтобы за завтраком не общаться со старой каргой, облаченной в черное.
— Бабушка! Совсем не поэтому!
Его преподобие с интересом взглянул на Флоренс — Мой брат ранен?
— В основном порезы и царапины. Только на затылке рана величиной с яйцо чайки. Он был без сознания, когда Аннели нашла его, и, вероятно, еще не пришел в себя, иначе мне бы доложили.
— Могу я его увидеть?
— Разумеется. Аннели вас проводит. Боюсь, мои старые кости не позволят мне быстро двигаться, но я последую за вами. Уиллеркинз мне поможет.
Преподобный отец снова поклонился и пошел вслед за Аннели по коридору. Пока они поднимались, священник все время молчал, очевидно слишком взволнованный, чтобы заговорить.
В комнате, где сейчас лежал Эмори Олторп, дверь была открыта, а шторы опущены, поэтому там царил полумрак. Обстановка была такая же, как и в комнате Аннели: широкая кровать с балдахином, занимающая чуть ли не всю комнату, ночной столик, зеркало, умывальник, два кресла у камина. Гарольд Брум стоял у дверей с грозным видом, сложив на груди руки. Но, увидев священника, а особенно Аннели, улыбнулся и покраснел.
В комнате пахло мылом и мазью, ярко горели четыре большие свечи: две на столе, две над камином.
Эмори лежал на мягкой перине, по-прежнему неподвижно, но уже не казался таким ужасным, как на берегу.
Священник подошел к кровати. Его затуманенный взгляд прояснился, когда, склонившись над братом, он потрогал его лоб, коснулся щеки, затем пощупал пульс.
— Он так и не приходил в сознание? — обратился священник к Бруму.
Тот отрицательно покачал головой.
Священник продолжал ощупывать шею брата своими длинными мягкими пальцами, и когда обнаружил на черепе рану, лицо его болезненно поморщилось.
Аннели внимательно наблюдала за священником, после чего остановила взгляд на лице Эмори. На нем уже не было следов песка, и Аннели подумала, что бабушка не преувеличила, сказав, что Эмори чертовски красив. Длинные черные ресницы, черные дуги густых бровей. Прямой нос, красиво очерченные губы. Квадратная челюсть, могучая шея, широкие мускулистые плечи.
— Я всегда говорил, что голова у него непробиваемая, — пробормотал священник. — Просто не верится, что от такого удара она не раскололась пополам. Но почему он лежит неподвижно? Ведь прошло уже столько времени!
— На берегу он ненадолго открыл глаза, — сообщила Аннели. — Совсем ненадолго, но все-таки открыл. И даже попытался что-то сказать.
— Ну и что он сказал?
— Я не все разобрала, он говорил очень тихо. Но Несколько слов все же услышала. «Они должны узнать правду». Он произнес это дважды и добавил: «Пока не поздно».
— Поздно? Что он имел в виду?
— Я тоже спросила его об этом. Но он не ответил. В этот момент в дверях появилась Флоренс Уиддиком. Она тяжело дышала, опираясь на руку Уиллеркинза.
— Итак, вы его увидели, — сказала она с порога, — А теперь скажите, что вы намерены с ним делать?
— Что я намерен с ним делать? — Священник выпрямился. — Я… я не знаю, — ответил он в смятении. — Разумеется, я не собираюсь злоупотреблять вашей добротой…
— Так. — Флоренс стукнула тростью, не дав ему договорить. — Вы лучше скажите: правда ли, что есть ордер на его арест?
Священник еще больше растерялся.
— Да. Да, это правда. Мне его показал посланец из Лондона.
— Руперт Рэмзи? Этот грязный льстец?
— Да, из министерства иностранных дел, от самого лорда Уэстфорда.
— Пусть хоть от самого Люцифера, все равно я хочу знать о его намерениях. Никто не смеет входить в церковь во время службы и с подозрением оглядывать прихожан, будто они собираются вытащить монеты из кружки для пожертвований, вместо того чтобы положить их туда.
— Да, на прошлой неделе солдаты несколько раз побывали в моем доме, искали Эмори. Жена до смерти напугана.
— Могу себе представить, — не без ехидства заметила Флоренс. — Но вы, надеюсь, не верите в то, что Рори — бонапартист. Ведь это сущая чепуха, не так ли?
— Верю я или нет, не имеет значения, — уклончиво ответил священник. — Есть свидетель, видевший его в Рошфоре ночью, за день до того, как Бонапарт сдался капитану «Беллерофонта». Поступило также сообщение, что корабль Эмори, «Интрепид», несколько дней спустя прорвал блокаду и ему пришлось идти в Англию.
— Неужели, черт побери, он так глуп, что приехал сюда, в то время как его разыскивает полстраны?
— Рэмзи убежден, что Бонапарта снова попытаются спасти. И что не последнюю роль здесь сыграет Эмори. — Священник умолк и посмотрел на неподвижно лежавшего брата. — Я не видел его три года, — кротко сказал он. — Я даже не знал, где он и как с ним связаться. Поэтому мне не приходилось лгать во время допросов.
Флоренс приподняла бровь, и преподобный отец покраснел.
— Я всегда защищал своих братьев, если даже они совершали не праведные поступки. Но если то, что говорит Рэмзи, правда, если Эмори работал на бонапартистов, это уже не внутрисемейное дело. Обвинения серьезные, есть ордер на арест, и я, посланец Божий на земле и верноподданный королевства, обязан передать Эмори в руки властей. Если он невиновен, суд его оправдает.
— А когда ему предъявят обвинение?
— Если ему предъявят обвинение, я…
— Я не сказала «если». — Флоренс стукнула об пол тростью. — Я сказала «когда». Потому что эти жирные дураки, которые заседают в парламенте, сделают все, чтобы его осудили: им надо найти козла отпущения и вздернуть его вместо Бонапарта.
Аннели с удивлением смотрела на бабушку. Старую, высохшую, немного эксцентричную. Глаза ее светились умом и пылали гневом.
— Эта хваленая палата лордов никогда не подпишет смертный приговор Бонапарту. Вместо него повесят Эмори, который помог корсиканцу бежать из тюрьмы. Лучшего козла отпущения им просто не найти. Устроят публичную казнь, а Эмори оставят поверх земли на несколько месяцев, чтобы все могли плевать в него и всячески осквернять. Такой суд справедливым не назовешь. И сфабрикует все это дело Рэмзи, жалкий, ничтожный тип.
Священник побледнел, руки его задрожали.
— Но если я заберу Эмори к себе, его найдут. Если отвезу его в Уинзи-Ходл, пострадает Артур.
— А разве нельзя оставить его здесь? — спросила Аннели. — Уиддиком-Хаус — последнее место, где будут искать опасного преступника.
Священник и Флоренс удивленно посмотрели на нее.
— Хотя бы на первое время, пока он так беззащитен. — едва слышно произнесла Аннели. Флоренс снова стукнула тростью.
— Моя внучка абсолютно права. Это самое безопасное для него место. Мои люди умеют держать язык за зубами. Мистер Брум будет за ним присматривать, а Уиллеркинз пристрелит, если Эмори вздумает буянить.
Священник покачал головой.
— Я не могу подвергнуть вас такому риску.
— Я сама иду на риск, дорогой мальчик. Я обеими руками за справедливость и преданность, целовала бы стопы короля, если бы Эмори отпустили. В то же время я не допущу, чтобы хорошего человека оклеветали и осудили. Хотелось бы знать, какими они располагают доказательствами против него. Думаю, вам это тоже небезынтересно.
Священник вытащил носовой платок, вытер пот со лба.
— Попробую навести справки. Очень осторожно. Чтобы еще больше не напугать Люсиль. Она умоляла отпустить ее в Лондон. Возможно, сейчас для этого самое время.
— Надеюсь, ее не было в доме, когда Трокмортон приехал за вами?
— Нет, она обедала с леди из Общества защиты сирот. В последнее время Люсиль усиленно занимается благотворительностью. Видимо, общение с Беднягой Артуром помогло ей понять, как необходимы сострадание и доброта в нашем жестоком мире.
— Уверена, что это так, — сухо сказала Флоренс. — И я совершенно с вами согласна, преподобный отец, что надо отослать из дому Люсиль, пока все не прояснится. Для бедной девочки это было бы тяжелым испытанием.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Опаленные страстью - Кэнхем Марша



Очень,очень люблю ету книгу.советую прочесть.
Опаленные страстью - Кэнхем Маршаира
17.12.2011, 14.48





Как дошла до "плоти и гнездышка" так сразу и бросила:( Господя, ну зачем, зачем такая пошлость!
Опаленные страстью - Кэнхем МаршаДуся
29.07.2013, 15.33





мне понравился этот роман.но перечитывать не буду
Опаленные страстью - Кэнхем Маршанаталья
2.08.2013, 20.08





Ни уму ни сердцу. Для очень неискушенного читателя. Особенно добила фраза о глазах, крутящихся вокруг своей оси...
Опаленные страстью - Кэнхем МаршаGrenilde
28.09.2013, 22.56





Ни уму ни сердцу. Для очень неискушенного читателя. Особенно добила фраза о глазах, крутящихся вокруг своей оси...
Опаленные страстью - Кэнхем МаршаGrenilde
28.09.2013, 22.56





Очень неплохо! В стиле автора и сюжет все время в динамике, без тягомотины!! Мне понравилось! Читать!
Опаленные страстью - Кэнхем МаршаТатьяна
18.10.2013, 22.43








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100