Читать онлайн Меч и роза, автора - Кэнхем Марша, Раздел - Глава 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Меч и роза - Кэнхем Марша бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.17 (Голосов: 23)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Меч и роза - Кэнхем Марша - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Меч и роза - Кэнхем Марша - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кэнхем Марша

Меч и роза

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 19

Ровно через две недели маленький, но прекрасно вооруженный отряд Камеронов был замечен в предместьях Инвернесса. Вести об успешном штурме Форт-Огастеса опередили Камеронов на целых четыре дня, но эту победу уже затмил дерзкий маневр принца против правительственных войск из Инвернесса. Через день после неудачного нападения на Моу-Холл авангард армии лорда Джорджа Меррея вошел в долину. Услышав, что принц чуть не стал пленником Блейкни, генерал немедленно отправил Чарльза Стюарта в Куллоден-Хаус, под защиту трех тысяч солдат. А через несколько дней, воспользовавшись замешательством вражеской армии, принц возглавил взятие Инвернесса и преследовал войска лорда Лаудауна по водам Мори-Ферта до самого Дорноха.
– Все дело во времени, – сухо заметил Алуин. – Появись мы неделю назад, мы стали бы героями. А сегодня мы всего лишь добавили еще одно перо на шляпу принца.
– Объясни это моей жене, – попросил Алекс. – Чем ближе мы подъезжаем к Моу-Холлу, тем страшнее мне становится.
– В твоем возрасте и при твоем опыте пора бы знать, что давать поспешные обещания слишком опасно. Особенно если имеешь дело с беременной женщиной. Мне говорили, в таком положении они становятся особенно чувствительными, у них усиливаются защитные инстинкты, или что-то в этом роде! А поскольку она всегда была вспыльчива... – Он пожал плечами и умолк, удостоившись гневного взгляда Алекса.
– Умеешь же ты подбодрить! – заметил Александер, рассеянно кивая двум пожилым женщинам, которые отступили на обочину, глядя на всадников. – И все остальные тоже... или мне почудились приветственные возгласы?
Алуин придержал коня, подстраиваясь под шаг жеребца Алекса. Оба всадника остановились на гребне холма, откуда открывался вид на всю долину и парки Моу-Холла. Зрелище показалось им мирным, лагерь расположился у подножия поросшего лесом холма. Над десятком костров вился дым, у палаток творилась обычная суета. На дальнем плане пологие холмы убегали к горизонту, напоминая зеленые океанские волны, среди которых кое-где мелькал белый снег. Вдалеке холмы сливались с подбрюшьями низко нависших туч.
– Похоже, все тихо, – сказал Алуин.
– На мой взгляд, слишком тихо и спокойно.
Струан Максорли остановил рядом с ними своего коня с разметавшейся гривой, к нему подтянулся граф Джованни Фандуччи, треуголка с плюмажем которого казалась в этой обстановке особенно неуместной.
– Нам следовало бы сделать привал и побриться, – заметил он, недовольно подергивая бровью.
Торопясь вернуться в Моу-Холл, Алекс гнал коня днем и ночью, и спутники были вынуждены поспевать за ним, довольствуясь краткими остановками. Им едва хватало времени перекусить и напоить лошадей. Граф зарос щетиной, но выглядел бодрее остальных. Алекс и Алуин отрастили бороды и были с ног до головы покрыты пылью и потом.
Алекс пустил вперед жеребца, переводя взгляд с величественного каменного особняка на лагерь и обратно. На полпути к подножию холма наперерез всадникам вылетела женщина верхом на мускулистом мышастом жеребце. Волосы ее разметались по плечам, щеки раскраснелись от холода. Леди Энн Моу остановила коня в нескольких шагах от Алекса.
– Мне передали, что вы вышли из Инвернесса! – задыхаясь, выпалила она. – Я послала стражников высматривать вас.
– Мы решили двинуться наперерез, – объяснил Алекс и нахмурился. – На пышную встречу мы не рассчитывали.
Конь леди Энн нетерпеливо заплясал, и она негромко выругалась по-гэльски.
– Вы еще ничего не слышали?
– Слышали? О чем? – встрепенулся Алуин.
Леди Энн устремила взгляд ярко-зеленых глаз на Алекса.
– После вашего отъезда нам пришлось нелегко. Ночью к поместью подобрались солдаты короля, надеясь захватить принца в плен. Только Кэтрин удалось разбудить его и увезти в горы, в пещеру, которую мы считали надежным убежищем. Но там вспыхнула схватка, и... Кэтрин была ранена... но неопасно! – поспешно добавила она. – Ее брат до смерти перепугался. Пока он вез ее обратно в поместье, он постарел на десять лет. Но врач говорит, что скоро она поправится. И с ней, и с малышом все хорошо...
Алекс не дослушал ее. Вонзив каблуки в бока жеребца, он пустил его галопом, направляясь прямиком к двери Моу-Холла. Конь и всадник вскоре подлетели к особняку. В развевающемся плаще и килте Алекс спрыгнул на землю и бросился к двустворчатым дверям. Перемахивая через две ступеньки, он взлетел на второй этаж и ворвался в комнату жены прежде, чем его спутники успели подъехать к дому.
Кэтрин смеялась так громко, что не услышала шагов в коридоре. У нее не возникло даже предчувствия. Внезапно дверь ее комнаты с треском распахнулась, и на пороге возник рослый бородатый незнакомец в плаще. Смех Кэтрин оборвался, она узнала мужа, но не посмела вскрикнуть от радости, заметив, с каким выражением лица он обвел взглядом комнату. В его глазах сменяли друг друга тревога, недоверие и гнев.
Дейрдре, сидевшая у постели, уронила кружева, которые чинила, и ахнула. Демиен, расположившийся у огня, бросил комедию, которую читал. Улыбка бесследно улетучилась с его лица.
– Алекс... ты вернулся... – неловко выговорил он.
– Если я вас потревожил, я могу зайти попозже.
Это великодушное предложение никого не обмануло. Дейрдре и Демиен сразу засуетились: Дейрдре принялась собирать кружева, нитки и иголки, Демиен подхватил книгу и вскочил. Только Кэтрин осталась бесстрастной. Она старательно сложила руки на коленях и расцвела нежнейшей улыбкой:
– Входите же, милорд. Расскажите нам о своих приключениях в Форт-Огастесе.
Александер только скрестил руки на груди и небрежно прислонился к дубовому дверному косяку.
– На самом деле приключений почти не было. Мы столкнулись с сопротивлением, но не слишком отчаянным. Зато я слышал, что настоящие приключения выпали на вашу долю.
Кэтрин разгладила ладонью складку на одеяле.
– Ничего особенного. Мы просто спасли принца, которого хотели похитить, и обратили королевскую армию в бегство.
– И все это за какой-нибудь день, – подытожил Алекс.
Небрежный тон Кэтрин не обманул его ни на минуту.
Под ее глазами по-прежнему виднелись тени, на щеках горел лихорадочный румянец. Движение ее руки привлекло внимание Алекса к плотной повязке на предплечье, легкая дрожь губ ясно говорила о том, с каким трудом дался ей этот жест.
Алекс повернулся к двум безмолвным зрителям этой сцены, и его губы растянулись в ленивой усмешке.
– Прошу простить нас. Я немного устал и запылился, к тому же не расположен никого видеть.
Дейрдре и Демиен снова засуетились, бормоча извинения, которые Кэтрин и Алекс пропускали мимо ушей. Едва очутившись в коридоре, за плотно захлопнутой дверью, Дейрдре увидела еще троих грязных бородатых мужчин, спешивших к ней, присмотрелась и бросилась к мужу, раскрыв объятия. Граф Фандуччи поспешно сорвал с головы треуголку и отступил на несколько шагов, увлекая за собой Струана Максорли. Тем временем Алуин крепко поцеловал жену.
– Что здесь происходит? – спросил он, слегка отстранив ее. – У дома мы встретили леди Энн, и она сказала, что Кэтрин ранена.
Дейрдре кивнула, быстро производя осмотр конечностей мужа и убеждаясь, что все его руки, ноги, пальцы и уши на месте. Она вздохнула с облегчением, но тут заметила тревогу в его серых глазах.
– Все не так страшно, как мы думали. Сначала мы решили, что ее застрелили насмерть, но...
– Застрелили? В Кэтрин стреляли?
Дейрдре опять кивнула:
– Да, капрал Питерсе. К счастью, пуля попала в руку, но все равно рана была ужасна!
– К счастью? Как, черт возьми, вообще вышло, что в нее стреляли, и при чем тут капрал Питерс? Ее ранили случайно?
– Нет, умышленно. Капрал убил здешнего слугу, Роберта Харди, и хотел прикончить всех нас, а потом увезти принца в Инвернесс и передать англичанам.
– Капрал? Капрал Джеффри Питерс?
– Он просто притворялся, – продолжала сбивчиво объяснять Дейрдре. – На самом деле он не перешел на нашу сторону, только воспользовался случаем, чтобы пробраться в лагерь. Все это время он служил королю и собирался отвезти принца в Инвернесс, чтобы получить награду.
– Так я и знал! – выпалил граф Фандуччи, с силой хлопнув Струана по плечу. – Этот человек мне давно не нравился!
– Такого же мнения он был о вас, – отозвался с гримасой Алуин. – Мало того, он пытался предостеречь меня, заявляя, что подозревает вас.
Фандуччи прищурился:
– А, вот оно что! Вот почему вы не спускали с меня глаз! Вы думали, что я шпион?
Алуин виновато пожал плечами:
– Его доводы показались мне убедительными...
Граф фыркнул, всем видом выражая крайнюю степень возмущения.
– Питерс! – спохватился Алуин, снова поворачиваясь к Дейрдре и Демиену. – Где же он?
– Умер, – ответил Демиен. – Насколько мне известно.
– Что это значит?
– В последний раз мы видели его за мгновение до того, как он сорвался в пропасть. На следующее утро я отправил людей из поместья за трупами, они нашли Роберта там, где мы оставили его, но Питерс исчез. На камнях у подножия скалы было много крови. Возможно, его растерзали волки или рыси...
– Значит, вы ни в чем не уверены?
– Я недоверчив, как и полагается юристу. Человек не может исчезнуть бесследно. У подножия скалы растут густые кусты. У человека, упавшего на них, есть шанс выжить, хотя и небольшой. Я приказал обыскать весь лес и ближайшие долины, но нигде не обнаружилось ни единого следа. Весь лагерь был поднят по тревоге и принялся выслеживать Питерса: даже если он выжил, упав с высоты двадцати футов, вряд ли он далеко ушел бы пешком. В последнее время ночи стали особенно холодными, и его могли прикончить если не рыси, то мороз.
– Могли?
Демиен рассеянно пощупал синяк на шее.
– Просто мне было бы спокойнее, если бы мы нашли труп.
Алуин уже заметил синяки и ссадины на лице Демиена. Даже теперь, спустя две недели, он выглядел плачевно.
– Все остальные невредимы?
– Погиб только Роберт, ранена была только Кэтрин, – мрачно объяснил Демиен. – О смерти Харди я искренне сожалею. Будь я проворнее...
Дейрдре выступила вперед и взяла Алуина за руку:
– Объясни ему, что он ни в чем не виноват. Если бы не он, сейчас все мы были бы мертвы, а принц попал бы в английскую тюрьму.
Алуин шагнул к Демиену и снял перчатку с правой руки.
– Она права. Вам незачем винить себя. Напротив, все мы в неоплатном долгу перед вами, и я первый хотел бы поблагодарить вас.
Демиен уставился на протянутую руку, затем перевел взгляд на лицо Алуина, в глазах которого светилось предложение крепкой дружбы.
– И потом, – добавил Алуин, энергично пожимая руку Демиена, – Алекс наверняка обвинит во всем самого себя.
– Алекс? Но ведь в это время он был далеко отсюда.
Алуин оглянулся на закрытую дверь спальни.
– Да, но об этом знаем только мы с вами...
– Ты обещал вернуться через неделю, – напомнила Кэтрин, нарушая молчание, которое висело в комнате с тех пор, как Дейрдре и Демиен трусливо покинули ее. Алекс прошел к окну и застыл, не издав ни звука.
Кэтрин облизнула губы.
– Мне помнится, ты даже потрясал кинжалом и твердил...
Алекс обернулся к ней, блеснув непроницаемыми черными глазами, и слова застряли у нее в горле. Губы Алекса были плотно сжаты, почти невидимы в двухнедельной черной щетине, Кэтрин сразу поняла, что во время отсутствия он отнюдь не развлекался. Его глаза были покрасневшими и усталыми, веки припухли от бессонницы. Под ногтями виднелась грязь, пыльные волосы были заплетены в короткую косу.
Кэтрин на миг устыдилась своего сарказма. Как она хотела бы, чтобы он сел рядом и обнял ее...
– Ты так и будешь молчать? – тихо спросила она. – Не хочешь узнать, что случилось?
– Вы пережили неудачную попытку похищения принца, спасли его и обратили в бегство королевскую армию... и все это, полагаю, в одиночку.
От этого язвительного тона чувство вины мгновенно покинуло Кэтрин.
– Очевидно, сказалось ваше влияние, милорд, – ловко парировала она. – А как еще полагалось вести себя жене легендарного Черного Камерона? Видимо, все ждали, что она последует примеру мужа и попытается завоевать весь мир в одиночку.
Он медленно поднял бровь, и Кэтрин съежилась. Алекс был зол, очень зол, и Кэтрин, которую неудержимо влекло к нему, вдруг стало холодно.
– Я не искала приключений, – тихо добавила она. – Не бросалась на заряженные ружья, чтобы заслужить похвалы и восхищение. Все было ужасно, я страшно перепугалась. Я первая была готова броситься наутек и спрятать голову в песок... если бы у меня была такая возможность.
Алекс вгляделся в ее бледное лицо и снова отвернулся.
– Что же произошло? – отрывисто бросил он.
– Может, сначала присядешь?
Алекс проследил за движением ее ладони. Кэтрин похлопала по одеялу рядом с собой. Взгляд Алекса проскользил вверх от кружевной оборки ее ночной рубашки по широкому желтоватому рукаву и наконец остановился на умоляющих фиалковых глазах жены.
– Я провел в седле двое суток...
– Ну и что? – перебила Кэтрин и снова поманила его к себе.
Александер нехотя подошел к кровати и сел.
– Хочешь вина или эля? Сейчас я прикажу принести тебе горячей еды...
Ничего не ответив, он подался вперед, обнял ее за шею и поцеловал так крепко, что этот поцелуй напоминал не ласку, а наказание. Кэтрин от неожиданности ахнула, но, когда уже была готова ответить на поцелуй, Алекс отстранился. Она растерянно поникла.
– Без этого я просто не мог обойтись, – объяснил Алекс. – А теперь, будь добра, расскажи мне, как ты ухитряешься попадать в переделки каждый раз, как только меня не оказывается рядом?
Кэтрин обвела языком губы, наслаждаясь привкусом губ Алекса.
– Наверное, это зов крови, – неловко произнесла она. – Если помнишь, мой отец был разбойником.
Что-то блеснуло в темных глубинах его глаз, но их взгляд остался пристальным и недовольным. Кэтрин следовало бы съежиться под одеялом, но, как ни странно, взгляд мужа оказал на нее совсем другое воздействие. Она смело выдержала этот взгляд и уловила под прикрытием гнева другое чувство – настолько чуждое Алексу, что он всеми силами пытался скрыть его.
– Вы по-прежнему сердитесь, милорд. Мне жаль, что я напугала вас и заставила забеспокоиться, но...
– Я постарел на добрый десяток лет, пока мчался вверх по лестнице, – резко перебил он. – Но застал здесь троицу, которая читала скверные стихи и хохотала во все горло. Как я должен был к этому отнестись?
– Почти так, как получилось, но не совсем: вам следовало выгнать моих собеседников из комнаты, обнять меня и заявить, что вы гордитесь мной.
– Кажется, я что-то упустил?
– Нет, – тихо прошептала Кэтрин, провела кончиками пальцев по лбу и виску мужа и всмотрелась в его глубокие темные глаза. – Ты сделал все, как полагается.
Впервые за все время разговора Алекс опустил ресницы, пряча глаза.
– Мало того, ты до смерти перепугал Демиена и Дейрдре. Должно быть, они до сих пор трясутся от страха.
– Я извинюсь перед ними потом, – вздохнул он.
– Боже тебя упаси! Даже не вздумай! Ты потеряешь репутацию тирана и деспота, а меня перестанут баловать и опекать.
Алекс вскинул голову:
– Мадам, для меня это очень важно. Запомните этот урок на будущее.
– Непременно. Больше я никогда не стану спасать принцев по ночам.
Он посмотрел на повязку у нее на руке.
– Так ты все-таки объяснишь мне, что случилось?
– А ты уже успокоился и сможешь выслушать меня?
Продолжая хмуриться, он наклонился и запечатлел легчайший поцелуй на ее губах.
– Пожалуй... только не испытывай мое терпение.
Различив в его голосе зловещие нотки, Кэтрин принялась рассказывать о том, что произошло в роковой вечер, начав с неожиданного предостережения Лахлана Макинтоша, затем перейдя к своему разговору с принцем и закончив предательством Джеффри Питерса.
– Странно, но я совсем не почувствовала боли, – объясняла она, указывая на раненую руку. – Мне просто показалось, будто меня сильно ущипнули. Но потом руке вдруг стало горячо, по ней что-то потекло, я поняла, что ранена... и, кажется, лишилась чувств.
Эти слова она произнесла с таким несчастным видом, что Алекс с трудом удержался, чтобы не улыбнуться и не заверить жену, что причиной столь постыдного поведения была ее беременность. Но едва эта мысль промелькнула у него в голове, им овладел страх.
– С ребенком все хорошо, – поспешно заверила Кэтрин, заметив, что Алекс помрачнел. – Леди Энн сразу послала за врачом, а Демиен постарел на пятьдесят лет, пока вез меня обратно в поместье. Но я убеждена: теперь со мной все в порядке. Честное слово! А если ты мне не веришь... – она приложила ладонь мужа к своему животу, – спроси у своего сына.
Легкие, похожие на дрожь движения внутри Кэтрин впервые почувствовала несколько недель назад и растрогалась до слез, когда врач объяснил ей, в чем дело. Она не знала, почувствует ли эти шевеления Алекс. Но он прислушался, и на его лице вдруг отразилось потрясение.
– Врач говорит, что мне необходим покой, – добавила Кэтрин, поудобнее устраиваясь на подушках. – Мне повезло, пуля едва задела руку, но пройдет еще немало времени, прежде чем я смогу двигать ею, не испытывая боли.
Алекс сразу поверил, что ей по-прежнему немного больно, но ее лицо стало таким серьезным и трогательным, что он невольно улыбнулся.
– Арчибальд осмотрит рану. А если ты хочешь, чтобы тебя баловали, в Ахнакарри от опекунов у тебя не будет отбоя.
– Неужели тебе так не терпится избавиться от меня?
– Совсем напротив! Только Богу известно, во что ты ввяжешься в следующий раз, когда мне понадобится надолго уехать. Но дело в том, что теперь, когда армия принца вошла в Инвернесс, Камберленду не остается ничего, кроме как напасть на нас. Я не хочу, чтобы в этот момент ты была в поместье.
– Я охотно покину его, милорд муж, можете не сомневаться. – Кэтрин привлекла Алекса к себе. – Но неужели у нас нет других развлечений, кроме как ссориться и спорить?
Она глубоко вздохнула, овеяв теплым дыханием его кожу и просунув между его губами сладкий, соблазнительно влажный язык.
– А мне показалось, что тебе очень больно, – пробормотал Алекс.
– Так и есть, – подтвердила Кэтрин, откидывая одеяло. – Но болит вовсе не рука.
Струан Максорли задержался в особняке только затем, чтобы убедиться, что Черному Камерону до вечера не понадобится охрана.
Шагая по лагерю, он кивал, улыбался, обменивался приветствиями и новостями с каждым, кто спешил навстречу ему, а сам высматривал в толпах и у костров знакомую копну ярко-рыжих волос. Поручив коня заботам одного из молодых конюхов, Струан наконец зашагал к палатке, которую занимал вместе с женой. Тяжесть в паху нарастала с каждым шагом, желание было так велико, что он в волнении то и дело обводил языком сухие губы.
– Жена! – рявкнул он, откидывая полотнище у входа в палатку. – Черт возьми, ты что, не слышишь...
Он осекся и перестал ухмыляться, обнаружив, что палатка пуста. Похоже, еще недавно Лорен была здесь: по полу была разбросана одежда, рядом со стеганым одеялом стояла грязная кружка, от одеяла исходил пьянящий, мускусный аромат кожи Лорен.
После безуспешных поисков в соседней повозке с припасами Струан окончательно помрачнел, подбоченился и засмотрелся вдаль, на темный лес.
– Нашла время ходить по нужде... – еле слышно проворчал он, прошелся по лагерю раз, другой и остановился, услышав добродушный оклик:
– Максорли! Что-нибудь потеряли?
Чертыхнувшись, Струан обернулся и весело расхохотался, увидев графа Джованни Фандуччи в синей треуголке набекрень, выглядывающего из палатки. Его одежда была в беспорядке, атласные бриджи приспущены, а Огнеглазая Рита томно обнимала его за талию, увлекая за собой в глубь палатки.
– Не хотите ли новое пари, синьор Струан? Но на этот раз выигрывает не тот, кто выпьет больше виски!
Огнеглазая Рита, которой дали это прозвище за манеру закатывать глаза и сверкать ими в экстазе, спасла Струана от необходимости отвечать. Она запустила вторую руку за пояс атласных бриджей, и граф, исторгнув сдавленный вскрик, попятился назад, не устоял и рухнул в сено, которым был устлан пол палатки.
С новой силой ощущая жжение в чреслах, Струан расхохотался и торопливо направился к опушке леса. Сначала он выбрал всем известную тропу, ведущую к ручью, затем решил пройтись и по другим тропам. Он уже собирался в гневе выстрелить пару раз, чтобы Лорен откликнулась, как вдруг среди деревьев мелькнуло что-то ярко-малиновое.
– Какого дьявола ей там понадобилось? – вслух изумился Струан.
Не дожидаясь ответа, он свернул с тропы и начал карабкаться вверх по склону, двигаясь ловко, проворно и представляя себе, каким будет лицо Лорен, когда он напугает ее, выскочив из-за кустов.
Пройдя сотню ярдов, он отстегнул от пояса ножны с тяжелым, путающимся в ногах мечом и оставил его у пня вместе с двумя пистолетами, которые носил заткнутыми за пояс. Еще пятьдесят ярдов – и он нахлобучил на куст можжевельника свою синюю шерстяную шляпу, а рядом бросил толстую кожаную куртку.
Внезапно он замер, и улыбка сбежала с его лица. Он помрачнел, обнаружив, что рядом с Лорен мужчина – старик, судя по тому, как он сутулился и тяжело опирался на толстую узловатую палку. Лорен с любовником находились на расстоянии сотни ярдов от Струана и удалялись от него. Забыв о прежних намерениях, Струан выпрямился во весь рост и громогласно позвал Лорен по имени.
Лорен замерла, ее лицо побелело как мел. Она круто обернулась на крик и словно приросла к месту, беспомощно глядя на мужа. Струан велел ей не двигаться и заторопился к ней, пробираясь сквозь заросли можжевельника. Услышав шорох шотландки и характерный лязг металла, Лорен спохватилась, обернулась и увидела, что Джеффри Питерс взвел курок пистолета.
– Не дури! – прошипела она. – Если ты выстрелишь, сюда примчится весь лагерь.
– Тогда придумай что-нибудь, и поскорее! – рявкнул Питерс. – Потому что он вцепится в глотку мне, а не тебе. Или ты забыла, в чем виновата?
Лорен ничего не забыла. Но ей не верилось, что произошло то, чего она отчаянно боялась.
После того как план захвата принца в плен провалился, она решила сбежать и добраться до Инвернесса прежде, чем его покинут правительственные войска. Не хватало еще застрять здесь до возвращения Струана и остальных! Как только эта желтоволосая тварь оправится от ран, Алаздэр наверняка увезет ее в Ахнакарри. Жаль, что Кэтрин осталась жива. У нее даже не случилось выкидыша, она не истекла кровью в горах и вообще слишком легко отделалась!
Поначалу Лорен была убеждена, что ее связной – совсем другой англичанин, Демиен Эшбрук, и испытала потрясение, узнав, кому на самом деле передавала сведения. Ночью после неудачной попытки похищения принца она нашла окровавленного Джеффри Питерса в пещерке, где на всякий случай прятала припасы с тех пор, как очутилась в этой долине. Лорен так и не узнала, как Питере сумел ползком преодолеть такое расстояние. При падении он сильно вывихнул ногу и сломал три ребра, его кожу покрывала запекшаяся кровь из многочисленных царапин, словно он попал под стеклянный град, от сильного удара у него кружилась голова.
Понимая, что его могут схватить, Лорен задумалась. Ей пришлось делать трудный выбор. Она могла прикончить Питерса своими руками и прославиться в глазах мятежников, которые тщетно обыскивали лес. С другой стороны, она могла вылечить Питерса, потребовав взамен, чтобы он доставил ее к майору Гарнеру.
В первом случае она оставалась без помощника и могла добраться до Инвернесса только при благоприятном стечении обстоятельств. Войсками, находящимися в Инвернессе, командовали англичане, но солдаты были в основном местными горцами, у которых имелись свои представления о преданности и предательстве.
Доверившись Питерсу, она тоже серьезно рисковала: кто-нибудь мог заметить ее частые отлучки в лес. Но таким образом она могла выиграть время и, возможно, найти третий выход, ничего не потеряв. В конце концов, былые обиды, сорок тысяч фунтов, обещанных Гарнером, и зависть к желтоволосой англичанке настоятельно советовали ей остаться в лагере, пренебрегая риском.
За две недели Питерсу стало гораздо лучше, он начал совершать длительные прогулки, чтобы укрепить мышцы ног. Он отходил все дальше от укромной пещерки, но не бывал возле троп и ручьев, где часто бродили обитатели лагеря. Должно быть, Максорли долго рыскал по лесу и наткнулся на них случайно. Но Лорен не собиралась сдаваться без боя. Не для того она столько вынесла!
Все это промелькнуло у нее в голове за долю секунды. Питерс стоял рядом, сжимая в руке пистолет. Лорен приняла решение мгновенно: распахнув шаль, она бросилась вниз по склону.
– Струан! – радостно закричала она. – Струан, неужели это ты?
– Само собой, детка! – рявкнул он в ответ, хватая ее в объятия и кружа над землей. Лорен жадно целовала его в губы, щеки, шею, запускала ему в рот язык с такой лихорадочной страстью, что он чуть не потерял власть над собой.
Вызвав у Лорен женственный стон, он подхватил ладонями ее упругие ягодицы и прижал ее к своим напрягшимся чреслам. Лорен крепко обхватила его за шею и потерлась о него животом и грудью, непритворно постанывая от удовольствия.
– Струан, Струан... Боже мой, как я соскучилась!
– По мне? – Он прищурился, в золотистой щетине блеснули белоснежные зубы. – Настолько, что решила прогуляться по лесу с другим мужчиной?
– С другим мужчиной? – непонимающе переспросила она, расхохоталась, запустила пальцы в волосы мужа и снова жадно прильнула к его рту. – Да это же просто старый глухой пастух, который живет в пещере вместе с овцами! Ему от роду восемьдесят лет, ревнивец ты этакий! Он совсем дряхлый, ему бы устоять на ногах, а о женщинах он и думать забыл! Иногда я приношу ему свежий сыр.
Струан пытался взглянуть через ее плечо, но Лорен упорно поворачивала его лицом к себе.
– Он уже ушел, – хрипло шептала она. – Ты закричал во всю глотку, вот он и струсил – и, по правде говоря, я тоже вздрогнула, хотя и не от страха.
Несмотря на все ее старания и ласки горячих влажных губ, Струан сумел поднять голову. Старик и вправду уже скрылся из виду. Струан различил далеко впереди темное пятно... но оно двигалось слишком быстро, чтобы быть тканью на плечах восьмидесятилетнего пастуха-отшельника.
Подозрения нахлынули на него с новой силой, а вместе с ними явились и ревность, и грызущие сомнения.
– Говоришь, сыр?
– Да, – промурлыкала Лорен. – Но сегодня мне не до сыра... Надеюсь, у тебя найдется чем полакомиться?
Максорли усмехнулся и поставил Лорен спиной к стволу векового дерева.
– А как же! Конечно, найдется, – забормотал он, поднимая ее юбку. – Пинты две-три свежайших сливок.
– О да... да, Струан! Только не здесь. Сегодня так холодно... и старик может вернуться. Давай лучше уйдем в лагерь. В палатке тепло, там есть одеяла...
– Одеяла тебе не понадобятся, детка, – я сам согрею тебя. А если уж тебе так втемяшилось лечь...
Он просунул мозолистую ладонь между ее бедер, Лорен ахнула и привстала на цыпочки. – Я думал, ты так соскучилась, что не желаешь ждать ни минуты. Ты же сама так сказала.
– Да. – Лорен принужденно улыбнулась. – Само собой, я скучала по тебе, Струан.
– И была верна мне?
Янтарные глаза стали огромными.
– А как же, Струан Максорли! Я же говорю тебе – этот человек просто пастух, старый, скрюченный пастух!
Струан придвинулся ближе, просунул сильные пальцы глубже, обжигая ее плоть, точно каленым железом.
– Если я когда-нибудь заподозрю, что ты мне изменяешь, ты горько пожалеешь о том, что не осталась в Эдинбурге, у своего любовника-англичанина.
– В Эдинбурге? – воскликнула Лорен, вздрагивая от жестоких ласк. – Струан, о чем ты говоришь? Никаких любовников в Эдинбурге у меня не было! Тем более англичан!
– Черта с два, детка! – перебил Струан. – Я верил тебе на слово – до того как однажды ночью, когда ты была готова завязаться узлом, лишь бы угодить мне, ты закричала от удовольствия. Ты называла чужое имя.
– Струан! – ахнула она, промедлив слишком долго. – Я сама не понимаю, как это вышло. Клянусь честью, ты мой единственный мужчина с тех пор, как... – Она поспешно перебрала воспоминания. Она лишилась девственности задолго до встречи со Струаном. Но похоже, его это ничуть не огорчало.
– Так с каких пор?
– С тех самых, когда ты объяснил мне, чем мужчина отличается от мальчишки. Честное слово!
– На твоем месте я бы не бросался словами, – предостерег он. – Честь это ценность, которую следует беречь всю жизнь.
– Тогда я готова поклясться своей жизнью! – выпалила Лорен, стараясь ускользнуть от пальцев, причиняющих ей боль. – Клянусь чем угодно, что я тебе не изменяла!
Он вытащил ладонь из-под ее юбки, и она испустила громкий вздох облегчения. Не сводя глаз с лица Лорен, Струан лениво усмехнулся и сунул руку за пояс.
– Жизнь и честь идут рука об руку, жена. Если ты готова поклясться и если черные боги не поразят нас на месте, я больше никогда не стану сомневаться в тебе.
Ошеломленная безудержной ревностью Максорли, Лорен вздрогнула от прикосновения ледяной стали. Опустив голову, она увидела у себя на ладони маленький кинжал, поняла, чего требует Струан, и чуть не вскрикнула от радости. Простак Струан желал услышать клятву. Он перепугал ее до полусмерти, был готов дать волю своему гневу, доверился своим подозрениям, но был готов навсегда забыть о них, как только она произнесет клятву. Если так, он ее услышит; она сумеет придумать самую трогательную клятву.
Со слезами на глазах Лорен подняла кинжал и прижала его к губам.
– Струан Максорли, на этом кинжале я клянусь... – Она вдруг осеклась, едва ее взгляд упал на резную рукоять кинжала. Лорен невольно ахнула, кровь отхлынула от е? лица, превратившегося в серую застывшую маску.
Этим самым кинжалом несколько месяцев назад она навсегда заставила замолчать Дуби Логана. В последний раз она видела этот кинжал торчащим между лопаток Логана в тот день, когда из замка Ахнакарри похитили жену Алаздэра, ненавистную англичанку.
Логан был невзрачным, скользким существом, готовым предать весь свой клан ради нескольких золотых монет или исполнения собственной минутной прихоти. Продав Кэтрин Кэмпбеллам, Логан допился до беспамятства, что часто с ним случалось, и Лорен испугалась, что во хмелю он проговорится, подведя ее под подозрение. Поразмыслив, она решила просто прикончить его. Никому и в голову не пришло бы, что она сообщница Логана. И вправду, кто поверит, что она якшалась с этим иудой, а тем более сговорилась с ним похитить Кэтрин? -j-if:Никто и не верил. По крайней мере до сих пор.
Но если Струан все это время хранил ее кинжал, значит, он старательно скрывал свои подозрения и ждал подходящей минуты, чтобы высказать их.
– Значит, вот зачем ты вернулась? – допытывался Максорли. – Чтобы приняться за старое?
Ее взгляд метнулся в ту сторону, куда ушел Питерс. Струан, невольно последовав ее примеру, отвлекся ровно настолько, что Лорен успела перехватить кинжал и нанести удар. Но в последний миг Струан вскинул руку и почувствовал, что лезвие рассекает сухожилие между пальцами. Ему удалось повернуть кинжал в пальцах Лорен, а второй рукой схватить ее за запястье – так крепко, что она взвизгнула от боли. За первой вспышкой боли последовала вторая, и Лорен издала крик, в котором отчетливо слышалось изумление.
Она перевела взгляд вниз и увидела, что лезвие кинжала разорвало ее лиф пониже правой груди. Лезвие воткнулось неглубоко, но Струан легко надавил на рукоять, и Лорен ощутила, как холодная острая сталь вонзается в ее плоть.
– Нет! – вскрикнула она. – Нет, Струан, я...
Он яростно повернул кинжал, разрывая мышцы. Маленькое отверстие превратилось в зияющую рану, откуда с хлюпаньем и шипением заструилась кровь.
– Струан! – В янтарных глазах Лорен вспыхнуло золотое пламя. Ее губы зашевелились, но не издали ни звука. Она приоткрыла рот, ее руки обмякли. Она повалилась вперед, но Струан вовремя подхватил ее и осторожно опустил на землю.
– Почему? – с мукой в голосе прошептал он. – Почему, будь ты проклята?
Смаргивая слезы, он выпрямился. Из раны на его руке капала кровь, образуя алую лужицу на замерзшей земле.
– Со мной ты могла стать счастливой, детка. Я любил бы тебя всей душой... но ты не дала мне ни единого шанса.
Прижимая окровавленную руку к груди, он повернулся и зашагал прочь.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Меч и роза - Кэнхем Марша



Как ни странно, только в этот романе, я поняла, что такое любовь)) это удивительный роман, наполненный болью, предательством, любовью к Родине и жизни)) у меня нет слов, я восхищаюсь этим романом)) был момент, когда я плакала сильно, момент, когда умирает Алуин, вслед за ним Дейдра)) почитайте все, он того стоит!!!!!!
Меч и роза - Кэнхем МаршаДиана
14.05.2013, 22.10





Да,я полностью согласна с Дианой.Читая этот роман веришь во все чувства и поступки не только главных,но и других героев.Он никого не оставит равнодушным.Это НАСТОЯЩИЙ ЖЕНСКИЙ ЛЮБОВНЫЙ роман.Советую читать всем.Какая любовь!!!Какие постельные сцены!!!мммм
Меч и роза - Кэнхем МаршаЛАУРА
26.11.2013, 14.54





Не понимаю, почему до сих пор не переведен первый роман "Гордость львов", ведь "Меч и роза" - это продолжение про Александера Камерона и Кэтрин?
Меч и роза - Кэнхем МаршаКнигоманка.
8.11.2016, 14.16








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100