Читать онлайн Вершина счастья, автора - Кэмп Кэндис, Раздел - ГЛАВА 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Вершина счастья - Кэмп Кэндис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.67 (Голосов: 42)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Вершина счастья - Кэмп Кэндис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Вершина счастья - Кэмп Кэндис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кэмп Кэндис

Вершина счастья

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 13

Джереми стоял у основания лестницы, разговаривая с Дэниэлом. Он выглядел просто сногсшибательно в новых темно-синих атласных бриджах и камзоле. Синий парчовый жилет украшала вышивка золотыми нитями, на ногах сияли золотые пряжки туфель. Хотя в течение дня Девлин) предпочитал носить волосы ненапудренными и заплетенными в простую косичку, сегодня он надел официальный белый парик. Кружевное жабо у горла и ослепительно-белые манжеты завершали его элегантный наряд.
Мередит, заметив Джереми сверху, вновь подумала о том, как он красив. Даже если бы Девлин не являлся наемным слугой, все равно совершенно очевидно, что он женится на ней только ради земли. Ни один мужчина с таким идеально красивым лицом не связал бы себя узами брака с дурнушкой и каланчой Уитни.
При звуке ее шагов по деревянным ступеням Джереми и Дэниэл подняли глаза. Девлин непроизвольно выпрямился, несколько ошеломленный переменой во внешности своей невесты. Она выглядела… Выглядела, ну, почти хорошенькой. Нет! Даже не хорошенькой, а… Джереми никак не мог подобрать нужное слово. Мередит была просто поразительна, ярка. Вернее, могла бы быть ею, если бы не бледное, как мел, лицо. В мягком свете восковых свечей ее волосы отливали каштановым, а глаза казались большими и черными. Хотя и не вполне по моде, но сегодня она уложила волосы вокруг лица, смягчив свои жесткие властные черты. При ее росте и темных локонах ярко-розовый цвет платья, несомненно, гармонировал с внешностью. Юбку Мередит собрала сзади, открывая накрахмаленные рюши подъюбника. Пышные рукава ниспадали с плеч, открывая взору кружевные манжеты. Корсаж расступался над бледно-розовой вставкой цвета бантов, придерживающих юбку сзади, расшитый ярко-розовыми сказочными птицами. Низкий квадратный вырез окаймлялся единственной кружевной рюшей. Поскольку это было вечернее платье, то позволялось демонстрировать побольше бюста, и поэтому тугой корсаж приподнимал ее кремовые груди настолько, что казалось, они вот-вот выскользнут из-под крепко натянутой ткани наряда.
Под пристальным взглядом Джереми Мередит раскрыла веер и снова, нервничая, закрыла его, затем взялась за перила, дабы помочь себе преодолеть остаток пути. Внезапно она почувствовала себя ужасно неуклюжей. Девлин наблюдал, как Уитни спускается по лестнице, чуть приоткрыв рот. Когда она достигла последних ступенек, он протянул руку, помогая сойти.
— Твои ладони, как лед! — воскликнул Девлин, хотя собирался сказать совсем не это его почему-то напугало прикосновение к ее холодной коже. Мередит отдернула руку, и Джереми готов был прикусить себе язык за столь неосторожно вырвавшиеся слова. Она, должно быть, ужасно нервничала, раз оказалась такой ледяной, а он, наверное, еще больше усугубил это своей фразой, прозвучавшей довольно критически.
— Ты прекрасна, Мередит, — заверил ее Дэниэл, просияв от гордости за нее. — Лидия говорила мне, что поможет с платьем… Теперь я вижу ее работу.
В животе Уитни еще больше похолодело, несмотря на тусклую краску смущения, прихлынувшую к щекам. Джереми понимал, что замечание Харли оказалось еще более бестактным, чем его. При всех их добрых намерениях они бы очень скоро ввергли ее в состояние нервного обморока. Он снова сжал ее ладонь, причем очень сильно, чтобы она не могла вырваться.
— Ты сегодня просто неотразима, — нежно прошептал Девлин, — как прекраснейшая роза.
Мередит поспешно отвела взгляд, не в силах встретиться с теплым сиянием его глаз. Это все равно, что смотреть на него в слишком яркий солнечный день. Она не знала, как ответить ни на взгляд Джереми, ни на слова, произнесенные им. В голосе не слышалось этого, но он, скорее всего, подшучивает над ней.
— Я бы сказала, довольно большая роза, — язвительно напомнила ему Уитни.
Рот Девлина чуть заметно сжался. «Чертовски трудно сделать этой женщине комплимент, — подумал он. — Она решительно настроилась отвергать меня». Джереми поднес ее руку к губам, хотя Мередит и противилась, и нежно коснулся ее в приветствии.
Как отличался этот поцелуй от вежливого официального знака внимания Галена! Девлин превращал этот ритуал в интимность. Его губы оказались теплыми и мягкими, и он прижимался к ее запястью чуть дольше и сильнее, чем предписывалось правилами приличия. Мередит молила Бога, чтобы Джереми не заметил, как сильно дрожат пальцы.
Он отпустил ее руку, и Уитни встала по другую сторону от Дэниэла, подальше от Девлина.
Немного погодя, как раз когда зазвонил причальный колокол, объявляя о прибытии первых гостей, Лидия легко сбежала по лестнице, представляя собой немножко запыхавшееся очаровательное видение в бледно-голубом атласе. Она не напудрила свои рыжие волосы, а собрала их в модную высокую прическу, украшенную крошечными голубыми бантиками.
Мередит сразу же почувствовала себя громоздкой глыбой рядом с пастельной миловидностью Чандлер.
— О, прошу прощения, — выдохнула Лидия. — Боюсь, я опоздала, впрочем, как всегда. Никто еще не прибыл, нет?
— Нет, любовь моя, — с улыбкой заверил ее Дэниэл и легонько похлопал по руке. Мередит едва устояла от соблазна заглянуть в лицо Девлина, чтобы увидеть его реакцию на красивую внешность Чандлер. Ей ужасно хотелось лицезреть это, но в то же время она не могла бы вынести блеска оживленных глаз Джереми.
Уитни поставила Лидию между собой и отчимом, рассудив, что здесь для нее самое безопасное место, дабы избежать каких бы то ни было пренебрежительных замечаний. Вообще-то Харли следовало стоять рядом с хозяйкой, а гостям — по другую его руку, но тогда бы ему пришлось представлять Лидию, а Мередит знала, что он бы сделал сие куда более неуклюже, чем она сама. Кроме того, они бы чувствовали себя вольнее игнорировать представление Дэниэла, чем Уитни.
Послышался женский смех и низкий рокот мужских голосов. Поль важно распахнул дверь перед семейством Крэддоков.
— Мистер Крэддок, — любезно поприветствовала вошедшего Мередит, протягивая руку. — О, миссис Крэддок! Как приятно видеть вас. Вы знаков мы с нашей гостьей, миссис Чандлер? Лидия, мистер и миссис Крэддок.
И мужчина, и женщина оказались вынуждены кивнуть и пожать ладонь Лидии, чтобы избежать открытой грубости по отношению ко всем в доме. В тот момент Уитни спокойно подошла к детям — дочери-подростку и двум сыновьям.
— О, Эмили… Нед… Чарльз… Как приятие видеть вас.
Она тут же передала их миссис Чандлер. Лидия, натянутая, как струна, и неуверенная, механически улыбалась и протягивала руку. Дэниэл энергично оттер гостей от нее, задавая вопрос] громогласным голосом, затем представил семейству Джереми Девлина, который вел себя спокойнее и уравновешеннее всех в принимающем ряду. Его поклон выглядел безупречным и грациозным, пожатие дамских рук каким-то образом оказалось одновременно и уважительным, и интимным. Он одарил всех своей очаровательнейшей улыбкой.
Крэддоки были явно сбиты с толку тем, что их представили элегантно одетому мужчине, который, насколько они знали, является наемным слугой Дэниэла. К изумлению примешивалось разнообразие иных эмоций, варьируемых от испуга и оскорбленной гордости до осторожного восхищения. Женщины просто не могли не улыбнуться ему в ответ.
Семейство Крэддоков продвинулось дальше, мужчины подавали плащи лакею, прекрасная половина отправилась наверх, в общую комнату, чтобы дать возможность служанкам привести в порядок их наряды и прически. После того, как женщины вернулись и присоединились к остальным членам своей семьи у стола с прохладительными напитками, прибыла следующая партия гостей — семейство Рэндаллов. Отец умер, и семью возглавляла энергичная мать, Элизабетт. Ее муж скончался, когда сыновья еще не вошли в тот возраст, который считается пригодным для управления плантацией, поэтому ей пришлось взять бразды правления в свои руки до тех пор, пока старший, Марк, не смог переложить на свои плечи большую часть ответственности за большое хозяйство. Элизабетт прибыла в сопровождении Эмори, второго сына, который еще ходил в холостяках, хотя ему исполнилось двадцать пять лет. Он работал стряпчим в соседнем городке Гриноуке и не жил дома. Марк, старший, приехал со своей беременной женой Фелесити, за ним следовали Влейн, Перси и Джозеф. Элизабетт частенько говаривала, что Бог наградил ее пятью сыновьями, хотя лично Мередит подозревала — это, скорее, наказание, чем награда. Перси и Джозефу еще не исполнилось двадцати, а Блейну недавно «стукнуло» двадцать два. Он помогал Марку вести дела огромной плантации и считался одним из лучших наездников во всей округе. Его Трубочист являлся фаворитом ярмарочных скачек этого года.
— Дэниэл, — любезно приветствовал Блейн хозяина дома, мило улыбаясь, — я слышал, ты включил в состязания своего дикого жеребца.
— Ну, да. И вот, кстати, человек, который поскачет на нем. Блейн, познакомься с Джереми Девлином
Рэндалл уставился на своего соперника, и на его лице застыло столь странное выражение, что это выглядело почти забавным. Блейна просто ошеломило, что Харли собирается включить в скачки наемного слугу. На какое-то мгновение он силился придумать возражение, которое бы показало несообразность сего замысла, не выказав бестактности. «Блейн всегда считался очень вежливым молодым человеком», — почему-то вдруг вспомнила Мередит. Однако прежде чем Рэндалл успел что-то придумать, Джереми спокойно поклонился и произнес:
— Для меня будет огромным удовольствием состязаться с вами. Я слышал, ваш Трубочист — великолепнейший экземпляр.
Блейн еще больше изумился культурной речи Девлина и свободно-непринужденному обращению к нему, как к равному.
— Да… То есть благодарю вас. Хотя, конечно, Акробат — просто красавец.
— О, определенно, — вежливо улыбнулся Джереми,
Любопытство взяло верх над Рэндаллом.
— Но ведь на нем невозможно ездить, насколько мне известно. Верно?
Девлин пожал плечами.
— Для большинства, я уверен, это действительно так. Однако мы с ним, кажется, нравимся друг другу.
Мередит подумала, что сие — слишком скромное утверждение для Джереми, но Блейну это показалось вершиной дерзости для простого слуги. Он слегка вскинул брови и высокомерно поглядел бы на Девлина сверху вниз, если бы тот не был выше его на несколько дюймов. Рэндалл наконец удовлетворился тем, что отошел к столу, где мог выпить бургундского и включиться в мужской разговор о лошадях, женщинах и загадочности наемного слуги, который стоял вместе с членами семьи, принимая гостей.
После Рэндаллов визитеры стали прибывать один за другим: Уэйнзы, Миттлтоны, Кэмпбеллы, Хартуэллы, Томпсоны, Огилви и Кершоузы — словом, клан кузенов и кузин, настолько перемешавшихся друг с другом, что едва ли даже они сами могли разобраться в своих родственных связях. Джейзы, Хиндлеи, семейство Филлипсов… Список продолжался дальше и дальше.
Мередит улыбалась, пока не заболели щеки, дружески приветствуя людей, которых едва знала и с которыми, конечно, не могла подружиться, обмениваясь комплиментами и замечаниями о погоде.
Гостей оказалось так много и сменялись они так быстро, что у нее почти не хватило времени особо поприветствовать тех единственных, которые что-то действительно значили для нее, — семью Уитни.
Когда она заметила Веронику и Френсиса Уитни, входящих в дверь в сопровождении Галена и его сестры, ее первой, нехарактерно циничной мыслью было то, что, очевидно, женщинам семейства не грозит быть запятнанными присутствием Лидии, если все остальные уже здесь. Подавив коварную усмешку, Мередит тепло протянула руки для приветствия. Алтея и Вероника по очереди наклонились, дабы запечатлеть прохладный поцелуй на ее щеке. Мередит заметила, что глаза ее кузины блестят, прямо-таки возбужденно горят, чего прежде за ней никогда не замечалось. Девушка огляделась, словно выискивая кого-то или что-то; она явно волновалась, хотя и пыталась выглядеть невозмутимой. Мередит недоумевала по поводу поведения Алтеи, которая даже смотрелась как-то иначе.
Пока Гален склонился над ее рукой и пробормотал какое-то сугубо личное приветствие, мысли Мередит оказались так поглощены переменой в его сестре, что она едва ли смогла разобрать сказанное, поэтому просто улыбнулась ему той неизменной улыбкой, которую практиковала весь вечер. Гален отошел, удостоив Лидию и Дэниэла кратчайшим кивком, так сказать, в пределах вежливости. Но когда он увидел наглого конюха по другую сторону от Харли, то застыл и вытаращился, словно его проткнули бердышом.
— Мистер Уитни…
Джереми и глазом не моргнул в знак того, что он помнит об их прежней встрече, равно как и не обнаружил своего презрения к этому мужчине.
Гален закрыл рот, проглотил неизвестно откуда набежавшую слюну и метнул грозный взгляд на Мередит. Она посмотрела не него почти так же безразлично, как и Девлин, гордо отказываясь выдавать свои истинные чувства перед другими. Кузен втянул воздух так сильно, что защипало ноздри и, озираясь, отошел в сторону. К счастью, в сей момент прибыли другие гости, и у Мередит не хватило времени побеспокоиться о мыслях или чувствах Галена. Монотонное течение потока визитеров продолжалось еще некоторое время, а за тем начало спадать. Мередит облегченно вздохнула, когда оно превратилось в тоненькую струйку. Фу! Кажется, все. Конечно, нет еще Гамильтонов, но она и не ожидала их в столь ранний час. Они всегда значительно опаздывают к любому событию. Мередит и Лидия уже давно пришли к общему мнению, что причиной является желание Опал всегда быть центром внимания, чего она достигала, прибывая как можно позже.
Разумеется, почти полчаса спустя после того, как они отступили от входа и смешались с гостями, объявили о прибытии Гамильтонов. Опал впорхнула, сопровождаемая своим суровым, нахмуренным мужем, который никогда не улыбался, и тремя мало привлекательными падчерицами. На сей Раз она облачилась в переливчато-жемчужный атлас, ярды которого пенились вокруг ее стройной фигурки. Опал высоко уложила волосы и напудрила их. Огромная прическа удерживалась при помощи набивки и проволочного каркаса. На ее изящных пальцах сверкали кольца, а бриллиантовое ожерелье подчеркивало блеск платья. Войдя, Опал развязала мантилью и сбросила калош с головы, чтобы все сразу обратили внимание па ее великолепие. Мередит нисколько не сомневалась, что эффектность ее появления достигла цели в отношении всех присутствующих без исключения, будь то мужчины или женщины.
— Ах, Мередит, сожалею, но мне пришлось немного задержаться, — заворковала миссис Гамильтон, бросившись вперед с протянутыми руками — картина изящной женской поспешности.
Уитни полагала, что это, должно быть, выглядит ужасно мило, ибо все мужчины в комнате идиотски улыбались ей. Все-все, за исключением, правда, Джереми. Краешком глаза, пока приветствовала Опал, Мередит заметила его насмешливое лицо, иронический взгляд, светящийся весельем. «По крайней мере, хоть он понимал, что наблюдает представление», — подумала она с некоторым удовлетворением. Однако, когда миссис Гамильтон подошла к нему в быстро сформированной заново линии для приема гостей, вся насмешливость исчезла с лица Девлина. Он взирал на Опал теплыми и красноречивыми глазами, и губы Мередит тут же сжались. Джереми видел гостью насквозь, но это не помешало ему попасться на ее наживку. Очевидно, одной Лидии Джереми недостаточно. Он желает всех красивых женщин, которых встречает на своем пути. Боль пронзила сердце Мередит. Ведь ей придется жить с этим человеком весь остаток жизни, видеть его желание обладать другими и знать, что, как жена, она будет предаваться неоднократно. Конечно, ей нет никакого дела, чем Джереми занимается со встреченными прелестницами. Она не собирается ревновать. Просто своим безмерным волокитством Девлин подвергнет Мередит жестоким сплетням. Все станут жалеть ее, цокать языками и печально качать головами, подчеркивая, что знали об этом с самого начала, — мужчина, который женился, чтобы заполучить плантацию, едва ли будет верным мужем. Бедняжка Мередит.
Уитни закусила губу. Она просто не сможет вынести жалости.
Мередит все время недоумевала, когда же Дэниэл объявит всем о ее позоре. Она все-таки надеялась, что это произойдет как можно позже. Ей совсем не хотелось весь вечер видеть на лицах присутствующих сочувствие, шок и довольное сочувствие.
Уитни прошла к столу с напитками, где выпила немного вина: во рту пересохло после всех приветствий. Затем Дэниэл вывел ее на середину зала, чтобы открыть танцы. Другие пары последовали за ними и сформировали линии для быстрого деревенского танца. Во время «балетных экивоков» Мередит всегда чувствовала себя неуклюжей и неловкой, да и Харли не считался хорошим партнером. Однако быстрые движения скрывали многочисленные погрешности, и когда танец закончился, она с облегчением подумала, что проскочила невредимой. Уитня прекрасно знала: остаток вечера ей не придется часто выходить на круг, так как ее почти не приглашали. Тем более, она уже считалась безнадежной старой девой. Что поделаешь… Провинция есть провинция, где браки в четырнадцать лет — вполне обычное житейское дело.
Однако Мередит быстро обнаружила, что сегодня — не совсем обычный вечер, когда ей пришлось пройти два спокойных менуэта с Галеном и с его отцом, а потом все оставшееся время беседовать с ними.
Когда они с Дэниэлом закончили танцевать, как из-под земли вырос Девлин и сжал ее руку, вступая с ней в линию, выстроившуюся для рила, известного еще под названием «Сэр Роджер де Коверли». Он считался любимым во всех южных колониях, особенно в Вирджинии. Сей быстрый танец с четким притопыванием, усиливающимися хлопками и прочими простенькими фигурами был несложен в исполнении, и Мередит удалось пройти его почти без ошибок. Она просто следовала за сильной рукой Девлина, когда они двигались по проходу между другими парами, и краем глаза наблюдала за линией женщин, подглядывая, что делать дальше. Когда танец закончился, Мередит запыхалась и раскраснелась, испытывая странную смесь возбуждения и смущения. Она так боялась, что выставила себя дурочкой своими неуклюжими движениями.
— Ну вот, — прокомментировал Джереми, твердо беря Уитни под локоть и уводя с площадки для танцев, — теперь ты больше похожа на счастливую хозяйку. В этом платье да еще с румянцем на Щеках — ты красивейшая женщина.
— Не глупи, — парировала она, подавив радость, заполнившую всю ее душу, — я, скорее, похожа на пляшущего медведя.
Он негодующе фыркнул.
Тебе чертовски трудно сделать комплимент, все равно что рубить дерево игрушечным топором. Разве тебя никто не учил не оспаривать, а любезно принимать высказанное одобрение? Ты окоришь: «О, благодарю вас, сэр, вы очень вежливы и предупредительны ко мне» и хихикаешь или опускаешь застенчиво глазки — хотя, должен признать, это совсем не твой стиль — или произносишь: «Умоляю, не льстите мне». Тогда уже я могу запротестовать и что-то добавить к сказанному ранее, словно подтверждая свою правоту. Но ни в коем случае не обрывай мужчину так резко.
— Я предпочитаю правду тщеславию и лести, так что благодарю покорно.
— А разве комплимент не может быть правдой? Ты действительно прекрасно выглядишь сегодня. Я же не говорю, что ты прекрасно танцуешь. Видит Бог, это звучало бы явно ложно. Но впервые прическа идет тебе, а платье придает яр — кость и изящество. А если ты отдашь себя в мои руки, держу пари, что смогу сделать из тебя и хорошую партнершу по танцам.
— Спасибо, но меня сие не интересует. Обычно я предпочитаю не танцевать.
— Тогда… Чем же ты «обычно» занимаешься во время бала?
— Сижу и беседую с…
— …Кузеном Галеном, — закончил Девлин за нее в насмешливо-певучей манере. — Скажи мне, пожалуйста, этот… мистер Уитни подсказывает тебе, как одеваться, думать, вести себя? Ни за что бы не подумал, что тобой так легко повелевать.
— Он не советует мне ничего подобного! — гневно отрезала Мередит. — Гален — не деспот… — Она замолчала, честно заставив себя задуматься над фактом запрета сестре посещать ее дом, — по крайней мере, по отношению ко мне, — неубедительно закончила Уитни.
Девлин расхохотался.
— Только потому, моя дорогая, что не успел надеть кольцо на твой прекрасный пальчик. Кем же он повелевает? Той худенькой и сдержанной девочкой, своей сестрой? Как ее зовут? — Алтея. Ну, у него чисто братское стремление руководить ею.
— А что заставляет тебя думать, что кузен не чувствовал бы супружеского долга «руководить» тобой?
Ее глаза гневно вспыхнули.
— Поскольку мы с ним не женимся, это не имеет большого значения, не так ли?
— Нет, конечно, но раз ты, похоже, страдаешь, принужденная выйти за кого-то, кроме своего бесценного Галена, я подумал, это облегчит твою потерю, если сможешь осознать, что он мог бы быть менее, чем идеальным мужем.
— Мы с кузеном подходим друг другу.
— Прошу прощения, если я позволю себе рассмеяться… Ты совсем забыла — я целовал тебя и поэтому прекрасно знаю — эта бледная холоднокровная рыба никогда бы не смогла удовлетворить тебя.
Мередит возмущенно ахнула и развернулась к Девлину, но его смеющиеся проницательные глаза смутили ее, и она снова отвернулась.
— Твой ум подобен сточной канаве, прямо как у Дэниэла. Не удивительно, что он хочет, чтобы я вышла за тебя. Вы с ним одного поля ягоды.
— Харли делает для тебя все возможное и желает только добра и счастья.
— Уверена, он чувствует, что поступает правильно. Но суть в том… Словом, меня не нужно защищать… Ну, разве что только от мужчины, которого Харли выбрал моим защитником?
Его рука, все еще легко придерживающая ее под локоть, сжалась. — И что сие значит?
— Значит одно — я хорошо знаю тебя. Не стоит и говорить, что ты сделаешь со мной и этой плантацией, если мы каким-то образом станем для тебя обузой. Ты эгоистичный корыстолюбивый лжец и мошенник!
Его пальцы разжались, словно ее рука внезапно стала обжигающе горячей. Голос Девлина зазвучал непринужденно и саркастично.
— Благодарю за чудесную характеристику моей личности. Именно такой преданности мужчина и ждет от своей жены.
— Что ты можешь знать о преданности? — с горечью спросила Мередит и отошла к небольшой группе гостей, которые очень удивились, когда обычно застенчивая Уитни вдруг ворвалась в их разговор и оживленно защебетала. Джереми окинул ее зловещим взглядом и ретировался к столу с напитками.
Танцы продолжались почти до полуночи, после чего музыканты за виолончелью и клавесином прервались, чтобы подкрепиться за столом, накрытым в столовой.
Когда люди направились в холл, Дэниэл хлопнул в ладоши и громогласно попросил тишины, вскочив на небольшое возвышение, где только что сидели музыканты.
— Постойте! Леди и джентльмены, пожалуйста! Прежде чем мы перейдем в другую комнату, мне хотелось бы сделать объявление. Полагаю, вы всё гадаете, по какому случаю я решил устроить вечеринку… Сегодня мы празднуем нечто особенное. — Он драматично замолчал, давая возрасти любопытству. — Моя дочь Мередит обручилась. Поди сюда, дорогая. — Харли протянул ей руку.
Вся публика повернулась к ней со слабым интересом на лицах. Никого не удивляло, что они с Галеном решили пожениться, как об этом давно уже поговаривали. Возможно, некоторым показалось странным, что до них не дошли слухи о сделанном предложении, — но не более того.
Мередит покраснела до корней волос, ненавидя быть центром всеобщего внимания и страшась того, что должно сейчас произойти. Еле переставляя ставшие свинцовыми ноги, она шагнула на возвышение рядом с Дэниэлом. Харли указал в другую сторону, и все повернулись в указанном направлении. Девлин прошел сквозь толпу и легко вскочил на площадку, присоединяясь к ним.
— Все вы знакомы с Джереми Девлином. Без сомнения, вы недоумевали, почему наемный слуга принимает вместе с нами гостей. Так вот, он больше не слуга.
Мередит саркастически усмехнулась про себя и подумала, что отчим немного искажает правду, чтобы никто не возражал против участия Джереми в скачках. Если уж говорить честно, осторожный Дэниэл не собирался освобождать Девлина от контроля до тех пор, пока узел безопасности не будет надежно затянут.
— Дамы и господа, это мой будущий зять, мужчина, который имеет честь и привилегию жениться на Мередит. Джереми Девлин!
По залу пронесся возглас изумления, и все собравшиеся ошарашенно уставились на стоявших на возвышении. Харли прямо-таки просиял. Джереми поклонился с чуть заметной насмешливостью и взял руку Мередит. Она уставилась в пол, почти сгорая от стыда. Девлин стиснул ее ладонь и прошептал, еле шевеля уголками рта:
— Подними глаза, девочка! Смелее смотри на них, и пусть они катятся ко всем чертям! Или ты хочешь, чтобы толпа поняла, что имеет над тобой власть?
Уитни вызывающе вздернула подбородок, больше назло Девлину, чем для того, чтобы открыто посмотреть на всех присутствующих. В ее глазах блестели слезы, но она упрямо сдерживала их: ни за что не покажет собственное несчастье, не выставит его на потеху злой толпе. Джереми прав! Как бы отвратительно ни чувствовала себя Мередит, будет еще хуже, если они узнают обо всем. И гордость выручила ее! Уитни даже умудрилась изобразить улыбку. Гости наконец-то вышли из оцепенения и загудели подобно пчелиному улью. Происшедшее было самым волнующим, самым поразительным и немыслимым событием за все последние годы!
Оглядев толпу, Мередит заметила ошеломленное смущенное лицо Галена и торопливо отвела взгляд. Ей бы следовало сказать ему об этом раньше, но стыд не позволял. Уитни не могла смотреть ему в глаза и, как трусиха, все откладывала и откладывала, пока не стало слишком поздно. Она даже бы не стала винить Галена, если бы он перестал разговаривать с ней навсегда.
Люди отделились от своих групп, чтобы подойти и поздравить их, затем спешили обратно, торопясь посплетничать. Немного погодя толпа вновь двинулась к дверям в холл.
Мередит вырвала руку из крепких пальцев Джереми и спрыгнула с возвышения. Ей бы очень хотелось незаметно раствориться среди гостей, но платье и рост делали это просто невозможным. Все, что она могла предпринять, так это попытаться убежать. Уитни проскользнула вдоль стены к дальним дверям, выходившим на маленькое боковое крыльцо.
Положив ладонь на ручку, она оглянулась в поисках Галена, но ее глаза задержались на статной фигуре Девлина. Он стоял перед Опал Гамильтон, склонив голову, чтобы расслышать ее слова. Безупречно очаровательная Опал флиртовала с ним, артистично поигрывая веером, вначале раскрывая его, чтобы спрятать за ним лицо, а потом закрывая и мягко похлопывая Джереми по пальцам за какую-нибудь «неприличную» вещь, сказанную им. Он уже волочится за этой куклой, даже несмотря на то, что ее муж смотрит на них, ревниво насупившись, несмотря на только что объявленную помолвку, Девлин забыл о существовании Мередит.
Уитни представила свою жизнь с этим человеком, которая рисовалась ей как одно долгое постоянное страдание. «Возможно, мне и повезет, — с горечью подумала она, — если Ангус Гамильтон убьет его из ревности».
Мередит проскользнула через боковую дверь в прохладу ночи, спустилась по ступенькам и пошла вокруг дома. Ей, разумеется, нельзя оставаться на улице, но и предстать перед всеми за ужином она тоже не может.
Теперь, когда закончены поздравительные речи и у гостей есть возможность переварить новости, начнутся ужасные по сути вопросы. Женщины примутся хихикать и лукаво спрашивать о Джереми, втихомолку посмеиваясь над ней. Где ей от них спрятаться? Кабинет! Там ее никто не найдет.
Мередит торопливо зашагала по тротуару к отдельной пристройке, потирая ладонями обнаженные плечи, чтобы согреть их. Войдя в помещение, она потратила довольно много времени, высекая огонь в трутнице и зажигая свечи. Справившись с этой задачей, Уитни опустилась в кресло, чувствуя себя немного свободнее при неярком освещении.
Через некоторое время она услышала звук шагов снаружи, заставивший ее насторожиться. Дверь распахнулась, и показалась огромная фигура Девлина. В руках он держал две тарелки, наполненные различной едой.
— Что, черт возьми, ты здесь делаешь? Я искал тебя по всему дому. Потом случайно увидел свет в кабинете и решил — это ты зажгла свечи. Вот, поешь немного. Джереми поставил тарелки на стол и присел рядом с ними, сложив руки.
— Ну? Что у тебя за причина прятаться от гостей на вечеринке в твою честь?
— Она совсем не имеет никакого отношения ко мне. Это празднование нашей помолвки, что, действительно, абсолютно не согласует с моим настроением.
— Зачем ты так говоришь? Главная виновница торжества — и такие слова! Объясни, пожалуйста…
— Все это — замысел Дэниэла и… твой. Я никогда не просила об этом. Меня можно считать единственным человеком, который не получает от данного соглашения ни-че-го.
— Ну, спасибо. Все-таки приятно знать, что я — ничто. А мне-то казалось, из меня получится нечто большее, чем просто джентльмен.
Внезапно из глаз Мередит потоком хлынули слезы и покатились по щекам.
— О, Боже! — Она поднесла дрожащую руку к лицу, тщетно пытаясь смахнуть слезинки. — Мне так стыдно!
— Из-за того, что плачешь? — изумленно поинтересовался Девлин. — Да все женщины, которых я знаю, — настоящие кадки с водой.
— Но не я! — горячо запротестовала Уитни. — Совсем не от этого! Мне стыдно, потому что я выхожу замуж за тебя!
— Понятно, — произнес Джереми после долгого молчания. — Стыдно, потому что я ублюдок? Или наемный слуга?
— Нет. — Она шмыгнула носом и принялась искать свой кружевной платок. — О, проклятие!
— Вот, возьми. — Девлин протянул ей свой, на котором были вышиты его инициалы.
Мередит неохотно приняла предложенное, вытерла лицо и высморкалась. «Ну зачем я так веду себя? Где моя элегантность и сдержанность? — невольно спросила она себя. — Например, у Опал при такой ситуации даже глаза бы не покраснели… И уж, конечно, она никогда не сморкается… Я… я стыжусь саму себя. Себя! И того, что все будут говорить обо мне».
Вслух же Уитни произнесла:
— Господи! Каких только сплетен не сочинят и чего не подумают люди, поприсутствовав на этой проклятой вечеринке!
— И что же они подумают? — Девлин озадаченно нахмурился.
— Но ведь все совершенно очевидно! Все станут говорить, что я очень уродлива и неуклюжа, и поэтому ни один мужчина не мог жениться на мне. Даже соблазна землей оказалось недостаточно… Дэниэлу пришлось купить, буквально купить, человека, чтобы тот стал моим мужем.
Мередит снова заплакала и опустила голову, скрывая слезы и прижимая помятый платок к глазам.
— Понятно…
Некоторое время Джереми пристально разглядывал ее, отмечая в уме длинные тонкие пальцы, сжимающие легкую ткань платка, изящный изгиб согнутой шеи, подчеркиваемый мягко уложенными волосами, придающими ей какую-то уязвимость и незащищенность. Он решительно сжал губы, затем поднялся и подошел к ней. Опустившись на одно колено, Девлин положил ладони на ее локоны, скользнул ими по гладкой массе волос и опустил их к изгибу шеи.
— Возможно, какие-нибудь злопыхатели и будут говорить что-то такое в этом роде… Но неужели кто-то, кто особенно тебе дорог, окажется настолько жесток?
— Нет, конечно, нет. Правда, Алтея огорчится, потому что я причинила боль Галену. Ей это будет очень неприятно. Но она совсем не жестока.
— В таком случае… Если дорогие тебе люди не скажут этого, почему тебя должно волновать мнение других? Страх перед тем, что подумают другие, удерживает тебя от верховой езды, и только поэтому — держу пари! — ты не научилась хорошо танцевать. Просто удивительно, как ты еще не прячешься от людей, словно мышка в своей норке.
— Я?! — От такого абсурдного сравнения Мередит тихонько рассмеялась. — Мышка?!
Девлин улыбнулся и скользнул ладонями к лицу, опуская его вниз. Затем он нежно и легко поцеловал Уитни. Она бессознательно схватилась за лацканы его камзола. Джереми сразу же почувствовал это робкое движение, я его охватило желание.
Поцелуй углубился, а Мередит прильнула к нему, позволяя полностью завладеть ее губами. Уста Девлина раскрылись шире, язык скользнул в чувственные глубины рта. Внезапно мужские губы яростно впились в ее рот. Он обхватил Уитни, крепко сжал в объятиях и потянул за собой, пока они оба не оказались на коленях на полу. Джереми прижал ее к себе, к своему мускулистому телу, смакуя ощущение прикосновения мягкой женской груди.
— Мередит, — выдохнул он.
Удерживая Уитни в кольце рук, Девлин лег на пол, уложив ее на себя. Это показалось Мередит удивительно естественным.
Одной ладонью он сдвинул вниз корсаж платья, и его рот проложил дорожку вдоль нежной шеи и груди, словно исследуя их. Потом Джереми издал тихий бессвязный звук, беря в губы ее сосок, и почувствовал, как он затвердел от его прикосновения. Прозвучавший стон возбуждал Мередит еще сильнее, чем ласкающий язык Девлина. Она ощутила странную слабость и таяние, зуд и томление. Уитни сжала ноги, и Джереми тихонько рассмеялся.
— Вот, детка моя, чего тебе хочется…
Он пробрался рукой под платье, скользя ладонью вверх по бедрам и протискивая ее между ними, Через кружево и шелк женского белья его пальцы добрались до самого потаенного, интимного места. Мередит удивленно расслабила ноги, потом снова свела их вместе.
«Он прав, — мелькнуло где-то в глубине сознания Уитни. — Мое тело томится и жаждет его прикосновений». Она застонала — не то от желания, не то от отчаяния.
Девлин оторвался от нее, тяжело дыша.
— Боже, ты соблазняешь меня! Но я не стану брать тебя вот так, на полу кабинета. Только не в первый раз! Мы будем обвенчаны и великолепно обнажены на нашем брачном ложе… Я хотел дать тебе вкусить то, что ты «покупаешь»… Может, кто-то из женщин и будет хихикать, но, поверь мне, нет ни одной, которая не поменялась бы с тобой местами, потому что ты станешь просыпаться только с улыбкой на губах. Они будут делать сочувствующие лица, показывая свое сожаление по поводу твоей судьбы, но на самом деле начнут завидовать, думая о ночах, которые ты проводишь в моей постели, удовлетворенная и счастливая, тогда как их мужья развратничают в тавернах или спят с рабынями, или слишком измотаны и ленивы, или так стары, что не могут доставить удовольствия своим женам. Они все хотят, любовь моя, прямо-таки жаждут молодого здорового мужика, словно кобыла в охоте. Поверь, эти прелестницы ухватились бы за то, что ты имеешь… Они бы заплатили любую цену за то мечтательное, пресыщенное выражение, которое будет на твоем лице. Может, ты и купила меня на аукционе, но я все равно дам тебе больше, чем пришлось заплатить за приобретение.
Джереми приник к ее губам, а его палец в этот момент обводил сосок одной обнаженной груди до тех пор, пока тот не затвердел, дерзко выступая навстречу новому прикосновению. Он перебросил через нее одну ногу, крепко прижимая к себе и не прерывая поцелуя. Мередит затерялась в водовороте ощущений, о существовании которых никогда не подозревала. Девлин был горячим, дыхание — поверхностное и частое. Сердце мужчины колотилось у нее на груди. Она чувствовала что-то твердое на своем бедре даже сквозь бархат юбки и шелк подюбника. Врожденным инстинктом невинности Мередит сознавала, что это сущность его мужского естества прижимается к ней. Словом, все восхищало ее своей незнакомой первобытной силой настоящего мужчины.
Уитни неуверенно скользнула руками под сюртук, пробираясь через толстую парчу жилета к его шее. Джереми резко втянул воздух и простонал:
— Ах ты, колдунья! Ты же мучаешь меня… — Она торопливо стала убирать руки, уязвленная и смущенная его словами. — Нет! Не останавливайся! Боже, не останавливайся! Я так долго мечтал об этом…
Он чувственно потерся бедром о ее бедро, припав губами к нежной коже ключицы. Его движения и слова, произнесенные дрожащим голосом, воспламенили Мередит. Она позволила своим рукам скользить по твердым мужским ягодицам и мускулистым бедрам. Джереми полностью перекатился на нее, прижимая к толстому ковру тяжестью своего тела. — О, Мередит… Я хочу… почувствовать… тебя всю… Чтобы ничего не лежало между нами.
Глаза Девлина мерцали, полуночно-синие от желания, когда его рот накрыл губы Уитни, а язык наполнил ее блаженством. Где-то глубоко внутри естества Мередит запульсировало щемящее томление, возникла сладкая боль. Она с ужасом осознала, что хочет почувствовать его в себе. Даже сама мысль об этом смущала Уитни, но тем не менее, ей страстно хотелось этого.
— Джереми, — выдохнула она, когда ее губы освободились. Он покусывал мочку уха Мередит, рассылая импульсы сладкой истомы по всему ее телу.
— Повтори…
— Джереми?
— Да?
Его дыхание вырывалось из груди короткими, резкими толчками, кожа стала просто обжигающей и влажной, словно у больного малярией.
— Мое имя… Ты никогда не произносила его… Джереми…
— Джереми, — повторила Уитни, дивясь его желанию услышать от нее собственное имя.
— Мередит… О, Мередит… — Рот Девлина осыпал безумными поцелуями ее шею и плечи. Наконец со звуком, похожим на всхлип, он оторвался от нее. — Мэри… дорогая… я хочу тебя. — Джереми медленно поднялся на ноги и, стиснув руки, прошел к окну. Прислонившись к холодному стеклу, он заговорил скорее с самим собой, чем с ней. — Но не желаю, чтобы это случилось вот так… Я собираюсь дождаться нашей брачной ночи, клянусь!
Уитни села, постепенно возвращаясь из страны безумия, которую только что посетила. В ужасе она осознала, что лежала, растянувшись, на полу в распутной интимной близости с Джереми Девлином. «Да это же дьявол, а не мужчина, — мелькнуло в ее голове. — Как ему удалось убедить меня, превратить в… распутницу?!»
Мередит поправила одежду, опустив юбки и подтянув корсаж, поднялась на ноги. Джереми повернулся к ней и устало улыбнулся. Его лицо казалось странно изможденным в тусклом свете свечей.
— Иди сюда… Я поправлю твою прическу. Она оцепенело подошла к Девлину. Он почти безразлично — нет, снисходительно, словно Уитни была маленьким ребенком, — отвел назад выбившиеся пряди, вынул несколько шпилек и, переместив их в другое место, закрепил локоны.
— Ну вот, теперь ты выглядишь почти так же… Если, конечно, никто не заметит румянца на твоих щеках и блеска в глазах. Думаешь, ты готова войти в клетку со львами?
— Джереми, то, что сейчас произошло…
Он усмехнулся и прикрыл ее рот ладонью.
— Не нужно говорить об этом. Просто помни и знай, что будешь иметь, тогда как те злобные старые грымзы лежат в своих пустых и холодных постелях. — Девлин убрал руку и игриво похлопал ее по заду. — Ладно, идем, а то создадим еще больше пищи для слухов.
Мередит прямо-таки выпучила глаза от подобного оскорбления: он обращается с ней как с какой-то шлюхой из таверны. Она уже собралась высказать все, что думает о его поведении, но сдержала себя. Нет, немного гнева совсем не повредит, а наоборот, поможет пройти через предстоящие испытания в гостиной.
Расправив плечи и вздернув подбородок, Мередит зашагала вперед, к своим гостям.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Вершина счастья - Кэмп Кэндис



Роман просто супер! Мне очень понравился! Вообще романы писательницы интересны, но этот лучше всех!
Вершина счастья - Кэмп КэндисАнеза
14.09.2011, 7.41





Очень понравилась книга! Настоятельно рекомендую!
Вершина счастья - Кэмп КэндисNissa
15.02.2012, 8.25





Роман бесподобный. По-моему автор недостаточна известна читательницам, поэтому мало отзывов. рекомендую к прочтению.
Вершина счастья - Кэмп КэндисВ.З.,65л.
10.10.2013, 11.02





Очень колоритно, чувственно и захватывающе, меня роман увлёк с первых страниц и держал в тонусе до конца. Здесь события развиваются постепенно и, возможно, в этом свой шарм...
Вершина счастья - Кэмп КэндисItis
30.07.2014, 1.06





очень понравилось.давненько не читала такого романа.!!
Вершина счастья - Кэмп Кэндисчитатель)
31.07.2014, 10.53





Не могу дальше читать. Задумка хорошая.. Но автор так описал главную героиню, будто она вообще уродец и ходит в коричневых жутких платьях, А после такого постоянно всплывающего казуса трудновато представить себе хорошенькую женщину. rnА когда он в порыве обозвал ее шлюхой, вот уж избавьте от такого мужчины.
Вершина счастья - Кэмп КэндисОльга
31.07.2014, 23.53





Отличный роман.10
Вершина счастья - Кэмп Кэндисслава
4.08.2014, 17.54





Бросила читать на середине. Такая тупая героиня!!!!! Сил не было дочитывать. Бред полный, и зачем таких дур добиваются мужчины, да так упорно??? Только нервы трепать.....Не советую!
Вершина счастья - Кэмп Кэндисsvet
3.08.2015, 23.49





Не люблю некрасивых Гг-в. Как он мог в нее влюбиться? Сюжет хороший
Вершина счастья - Кэмп КэндисАННА
19.08.2015, 1.05





насыщенный роман, нагромождение подозрений между гг-ями. исправление грешников, укрощение строптивых. все есть.)
Вершина счастья - Кэмп Кэндислёлища
9.01.2016, 9.59








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100