Читать онлайн Розовое дерево, автора - Кэмп Кэндис, Раздел - Глава XX в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Розовое дерево - Кэмп Кэндис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.8 (Голосов: 25)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Розовое дерево - Кэмп Кэндис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Розовое дерево - Кэмп Кэндис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кэмп Кэндис

Розовое дерево

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава XX

— Мне понравился твой молодой человек, Миллисент, — призналась тетя Вирджиния, устраиваясь рядом с Милли за длинным деревянным рабочим столом на кухне Холлоуэев.
Миллисент мягко улыбнулась. Было забавно слышать, как Джонатана называют «ее молодым человеком». Создавалось впечатление, что речь идет о школьнике, сбежавшем с уроков, а не уважаемом солидном человеке.
— Спасибо! Только я бы не называла его моим «молодым человеком».
— А кто же он еще, интересно знать? — спросила тетя Софи с противоположной стороны стола. Все они сидели на кухне тетушки Ораделли. Когда закончилось пиршество, они убрали и помыли посуду и теперь попивали кофе после трудов праведных.
— Не знаю. Наверное, свой собственный. — Милли бросила взгляд в окно. Во дворе Джонатан, муж Сыо-зан — Фаннин, дядя Чат и двое сыновей тетушки Ораделли, смеясь, играли в «слона». К удивлению Миллисент, прошедшее торжество оказалось для них с Джонатаном не таким трудным, как она ожидала. Джонатан вошел в ее семью намного легче, чем она могла предположить, и хотя один из ее дядюшек завел разговор о какой-то написанной им статье, Джонатан не пустился в опасный спор, а превратил все в спокойное, довольно интересное обсуждение. Когда застолье подходило к концу и Милли была вынуждена удалиться на кухню, Джонатан вместе с другими мужчинами принялся складывать столы и составлять их в специальную комнату. Когда же дядя Чат предложил им в награду за труды поиграть в «слона», он с готовностью присоединился к остальным.
Джонатан снял пиджак и повесил его на спинку стула в столовой, закатал до локтей рукава рубашки, а верхние пуговицы воротника расстегнул. Его белокурые волосы переливались в лучах ноябрьского солнца, а когда дядя Чат что-то рассказывал, он заразительно смеялся, сверкая белыми крепкими зубами. Он казался здоровым и жизнерадостным, красивым той красотой, от которой по телу Милли пробегала дрожь.
— Да, именно за тобой он ухаживал последние несколько месяцев, — заметила тетя Софи. — Я бы сказала, что это дает тебе некоторую власть над ним.
Миллисент улыбнулась, удивленная этой мыслью.
— Не думаю, что кто-то может иметь власть над Джонатаном…
— Только ни в коем случае не позволяй, чтобы он услышал это, — предупредила с серьезным видом тетя Вирджиния. На самом деле она была не «тетя», а кузина отца Миллисент. Говорили, что в молодости она была настоящей красавицей, и сейчас, особенно в улыбке и манерах, еще сохранились остатки ее красоты. — Нельзя давать мужчинам почувствовать, что сама считаешь, будто не можешь им управлять. Тогда наверняка потеряешь главное преимущество.
— А у меня должно быть перед ним преимущество? — Миллисент бросила взгляд на Сьюзан, которая улыбалась и делала большие глаза.
— Конечно, мой Бог, конечно! — Тетя Вирджиния закудахтала от наивности Милли. — Иначе всю жизнь будешь у него под каблуком!
— Вы говорите о семейной жизни, как о настоящем сражении, тетя Вирджиния, — заметила Сьюзан.
Старая леди поджала губы, обдумывая услышанное.
— Ну, а ведь так оно и есть, моя дорогая, в каком-то смысле! Если бы мы все эти годы не боролись за свои права, нас бы до сих пор колотили мужья и мы бы до сих пор семенили за ними в нескольких шагах поодаль.
— Я бы так не сказала, Вирджиния, — робко возразила тетя Софи. — Наши мужчины не смогли бы долго выносить такого положения. Приходилось бы постоянно оборачиваться, чтобы выкрикивать свои жалобы…
Все женщины засмеялись и обменялись взглядами — одновременно понимающими, покорными и любящими. На секунду Миллисент охватило старое знакомое ощущение отстраненности и одиночества. Только она одна здесь была не замужем. Она одна была не знакома с удовольствиями и недостатками жизни с мужчиной.
Смех, казалось, напомнил всем, что пора расходиться. Работа была сделана, кофе выпит, да и общение уже начало исчерпывать себя. Тетушки и кузины Миллисент стали подниматься и собираться по домам. Милли тоже опустила рукава, которые ей пришлось завернуть, когда она мыла посуду, и поискала глазами поднос, который принесла из кухни.
Пока все прощались, приглашая друг друга в гости, к Миллисент подошла тетя Ораделли и положила тяжелую руку ей на плечо.
— Миллисент, задержись на минуточку. Мне нужно поговорить с тобой.
Выражение ее лица было достаточно серьезно. Милли охватило нехорошее предчувствие. Похоже, предстоял долгий разговор, один из тех, в котором, как подозревала Миллисент, ей совсем не захочется участвовать. Она опять взглянула в окно, где во дворе стоял Джонатан.
— Мне нужно идти. Может, лучше прийти завтра?
— Мальчики займут мистера Лоуренса этим дурацким «слоном» столько, сколько нам потребуется. — Тетя Ораделли кивнула в сторону группы мужчин во дворе.
— Ну, что ж… хорошо. — Миллисент не могла придумать другой отговорки. Она опять села на стул, с которого только что встала, внутренне вздохнула и стала ждать, пока тетя закончит со всеми «до свидания» и «спасибо».
Тете Ораделли удалось довольно быстро проводить гостей, и уже через некоторое время она вернулась на кухню.
— Так, с одним покончено.
— Это был прекрасный праздник! — хотя ее тетя не была матерью невесты, но всегда бескорыстно и с готовностью предоставляла свой дом для таких семейных пиршеств, потому что ее дом был значительно просторнее, чем у других членов семьи. Именно по этой причине тетя Ораделли была больше всех остальных заинтересована в семейных свадьбах и подобного рода торжественных событиях.
— Да, думаю, все прошло нормально, — снисходительно согласилась Ораделли, присаживаясь рядом с Милли. — По крайней мере, никто не выглядел дурачком, и Тильда не хихикала, как глупенькая. Но нужно сказать, что я не об этом хотела поговорить с тобой. Ну, во всяком случае, не совсем об этом, хотя свадьба и имеет некоторое отношение к теме нашего разговора. — Она положила ладонь на руку Миллисент и придвинулась поближе. — Миллисент, дорогая, я чувствую себя в роли твоей матери после смерти твоих родителей. И поэтому должна поговорить с тобой.
О Боже, подумала Милли. Это выглядит еще более серьезно, чем она ожидала.
— Я беспокоюсь за бедного Алана.
— Алана? — Миллисент удивилась. — Почему? Он сейчас в очень хорошем состоянии, чувствует себя лучше, чем когда-либо.
— Конечно, дорогая, и я уверена, что это благодаря твоей заботе. — Тетя Ораделли ободряюще улыбнулась. — Последние годы ты была образцовой сестрой, Я уверена, что отец очень гордился бы тобой. Впрочем, и до того, как на тебя легла ответственность за Алана, он гордился тобой. Он сам говорил мне.
— Правда? — просияла Милли.
— Да, да, он сам говорил мне. Несколько раз. Он говорил: «Ора, эта девчонка тверда, как скала. Любой отец может только мечтать о такой дочери».
На щеках Милли от удовольствия выступил румянец. Ее отец всегда был довольно скуп на похвалы и делал это только в совершенно особых случаях, и хотя Милли всегда очень старалась заслужить одобрения отца, но у нее частенько возникали сомнения, достаточно ли она сделала, чтобы он похвалил ее. Было очень приятно слышать, что он так отзывался о ней своей сестре.
— Я рада, — пробормотала Миллисент.
— Конечн, Бедный Бенжамен… — Ораделли печально склонила голову. — Он бы намного больше волновался за Алана, если бы не был уверен, что ты сможешь так заботиться о нем. — Она помолчала. — Вот почему я решила, что просто обязана поговорить с тобой о сложившейся ситуации. Вместо твоего отца.
— Какой ситуации? — Милли подумала, что тетя собирается говорить о вредном влиянии Опал Уилкинс на Алана.
— Касающейся тебя и этого газетчика.
— Джонатана? — Милли подняла брови, а в животе похолодело. Это было хуже, чем глупые тетушкины опасения насчет Опал. — Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду, что станет с Аланом?
— А что с ним станет? Ничего.
Лицо тети Ораделли приняло вежливо-недоверчивое выражение.
— Всем ясно, что у тебя с этим Лоуренсом серьезно. Болтают, что вы не заставите долго ждать с объявлением о помолвке.
Миллисент покраснела.
— О, тетя Ораделли… Я и Джонатан не собираемся объявлять ни о какой помолвке.
— Не отрицай того, чего тебе бы хотелось!
— Но я…
— Он — взрослый мужчина с ребенком, нуждающимся в заботе, а не какой-то флиртующий мальчишка. Когда такой человек проявляет к тебе интерес, то это серьезно.
— Думаю, Джонатан немного другой… Он… я… он очень любил свою жену, и когда она умерла, то решил, что больше не захочет жениться.
— Чепуха! Вдовцы всегда хотят жениться снова, особенно если отрицают это. И особенно вдовцы с детьми, тем более с девочками. А глядя на вас, нетрудно догадаться, что вы уже вот на столечко от женитьбы. — Тетя Ораделли изобразила пальцами крошечное расстояние.
Миллисент почувствовала одновременно смущение, удовольствие и раздражение. И почему тете Ораделли понадобилось затрагивать эту тему?
— Миллисент, никто не желает тебе счастья больше, чем я. Ты — прекрасная женщина, замечательная дочь и сестра. Гордость и поддержка семьи. — Ораделли высказала свою самую высшую похвалу. — И я бы хотела, чтобы ты вышла за этого Лоуренса, если это сделает тебя счастливой. Временами я думаю, что было бы лучше, если бы Алан в ту ночь умер…
— Нет! Тетя Ораделли, как вы можете так говорить?
— По крайней мере, ты тогда бы смогла построить свою собственную жизнь, иметь семью, быть хоть немного счастливой…
— Я и так счастлива!
— Сейчас — да, — мрачно поправила ее Ораделли. — Вот почему ты сейчас витаешь в облаках, наслаждаясь настоящим и не задумываясь о будущем. Но очень скоро тебе придется принять решение. Собираешься ли ты и дальше ухаживать за братом или ты выйдешь замуж за Джонатана Лоуренса?
— Джонатан Лоуренс не предлагал мне выйти за него. И, очевидно, даже не помышляет об этом.
— Не обманывай себя! Ничего не стоит на месте. Ваши отношения должны сдвинуться с этой точки или вперед, или назад. Чем дольше ты будешь решать, тем вероятнее разобьешь себе сердце! Это правда, Миллисент: я говорю это не просто ради своего удовольствия. Если будешь ждать, пока он сделает тебе предложение, а потом решать, что не можешь дать согласие, то причинишь боль себе, ему и этой маленькой девочке. Ты должна смотреть вперед и смириться с правдой. Нельзя больше оставлять все как есть в надежде, что тебе никогда не придется встать перед выбором. И чем дольше ты ждешь, тем труднее будет ответить отказом. А что станет с Аланом? Что он будет делать, если ты выйдешь замуж и переедешь в дом к мужу? Как он будет жить?
— Он будет рядом, в соседнем доме, — нетерпеливо прервала ее Милли.
— Ты сама знаешь, что это разные вещи.
— Ну, иногда я думала, что Алан мог бы жить с нами, — предложила Миллисент, испытывая застенчивость из-за того, что ей приходится всерьез думать и говорить о свадьбе с этим человеком.
— Жить с вами! Что за идея! Алан, в таком состоянии? Ты сама знаешь, как он не любит компании. И клянусь тебе, какой мужчина захочет в качестве дополнения к жене иметь в своем доме шурина? Нет лучшего пути сгубить брак! Ты только вспомни Хауэллов…
Тетя Ораделли строго посмотрела на нее:
— Твой отец очень полагался на тебя, Миллисент, и мать тоже. Они верили, что ты всегда останешься рядом с Аланом и будешь заботиться о нем до конца его жизни и не допустишь, чтобы с ним что-то случилось.
— Знаю. — Миллисент смотрела на свои руки. Голос был тихим и немного дрожал. — И я буду заботиться о нем. Буду.
— Я знаю, это тяжело и несправедливо. Но такова жизнь. Не всегда можно только получать удовольствия, иногда нужно и чем-то жертвовать. Ты же знаешь, Алан не виноват, что с ним произошло такое несчастье. Он почти не видел жизни. И это тоже несправедливо. Но что он может сделать? Что все мы можем, кроме как смириться и стараться изо всех сил, чтобы все шло более или менее гладко? — Тетя Ораделли замолчала и испы-тывающе посмотрела на Миллисент. — Ты не можешь оставить Алана.
— Я не оставлю! Я и не думала об этом!
— Я знаю, ты не хотела бы этого. Ты бы сама возненавидела себя. Но когда мы позволяем отношениям зайти слишком далеко, то часто потом не можем выпутаться. Иногда мы делаем то, что легче и приятнее. И только намного позже понимаем, что сделали, и жалеем об этом. Миллисент, я не хочу, чтобы ты потом жалела о своем поступке. Я не хочу, чтобы ты в пылу страсти забыла обо всем на свете, вышла замуж за мистера Лоуренса, лишив Алана твоей любви и заботы. Потому, что ты будешь жалеть об этом до конца своих дней; ты сама знаешь, что так оно и будет.
— Я этого не сделаю! — возразила Миллисент, к глазам подступили слезы при мысли об Алане, всеми забытом и покинутом, маленьком и слабом, умирающем от одиночества и отсутствия заботы.
— Конечно, не сделаешь. — Тетя Ораделли сжала руку Миллисент. — Я знаю, как сильно ты любишь Алана. И что ты обещала родителям. Но трудно владеть собой, когда тебя увлекает страсть. Я не хочу, чтобы ты сделала ошибку.
— Я не сделаю. И не оставлю Алана. Никогда!
По дороге домой Миллисент была тихой и задумчивой. Слова тетушки не выходили из ее головы. Правильно ли она поступила? Неужели она старалась не замечать, что происходит, потому что боялась столкнуться с правдой? Неужели она заставила себя поверить, что никому не принесет вреда, если будет много времени проводить с Джонатаном, и только потому, что сама этого хочела? Неужели надеялась, что Алан каким-то образом освободит ее от обязанности заботиться о нем и она сможет выйти замуж за Джонатана, если он предложит? Она не была, в отличие от своей тетушки, столь уверена в этом. Но она вынуждена согласиться, что их отношения развиваются именно по такому пути. Если задуматься, сколько времени они с Джонатаном проводят вместе и какие чувства, эмоции и желания, не находящие выхода, она испытывает в его присутствии, то можно было согласиться: что-то должно произойти. Их отношения должны как-то определиться. Тетя Ораделли была права: ничего не стоит на месте.
Когда они подошли к дому, уже темнело, и в сгущающихся сумерках Джонатан взял руку Миллисент в свои ладони. И хотя было довольно прохладно, они присели на ступеньки крыльца, стремясь хоть немного оттянуть минуту расставания. Миллисент смотрела на руку Джонатана, лежащую на ее руке. Она была намного темнее, чем ее, тверже и грубее. Миллисент всегда испытывала волнение, когда видела эти уверенные, сильные, мужские руки; она не могла забыть их прикосновений.
Она взглянула на него и увидела, что Джонатан изучает ее лицо так же внимательно, как она изучает его руки. Он наклонился и свободной рукой погладил ее по щеке.
— Ты красивая, — прошептал он, не отрывая светло-карих глаз от ее лица, и поцеловал, и неожиданная страстность этого поцелуя, казалось, лишила ее рассудка. Миллисент обожгло жаром его плоти, его руки крепко обняли ее. Джонатан прижался к ней, и Милли спиной ощутила острые края ступенек лестницы. Она чувствовала себя так, словно ступила в самое пламя пожара. И поняла, что хочет еще большего, хочет сгореть в этом пламени.
Миллисент обвила руками его шею, и притянув к себе, начала исступленно целовать.
Он напрягся, и на секунду показалось, что они вот-вот совершат что-то дикое, необъяснимое и безрассудное. Его губы скользнули по ее лицу и вниз, к шее. Он что-то шептал, но голос его звучал приглушенно, так как он не переставал ее целовать, его рука медленно исследовала ее тело — ее грудь, живот, бедра. Милли никогда не испытывала таких прикосновений, и это до глубины души поразило ее. Она ощутила огонь, разрывающий низ живота. Но еще больше Миллисент потрясло ее желание, чтобы эти ласки не прекращались, чтобы почувствовать его руки на обнаженной коже.
Джонатан оторвался, прерывисто дыша и закрыв глаза, как от боли. Он отбросил волосы со лба.
— Боже, Миллисент! — Голос его дрожал. — Я так хочу тебя!
Она хотела прижаться к нему, сказать, что она хочет его не меньше. И только многолетняя привычка держать себя в руках позволило ей слабо произнести:
— Мы не должны…
Он кивнул и, отвернувшись, стал тереть лицо, потом вздохнул. Через секунду Джонатан повернулся к ней.
— Миллисент… я… — Он замолчал и потряс головой.
— Что?
— Ничего, так. Давай поговорим с тобой в другой раз. Сейчас мне лучше на какое-то время остаться одному. — Он виновато улыбнулся. — Я понял, что иногда мне плохо думается, когда ты рядом.
Миллисент чуть заметно улыбнулась. Она сама едва могла соображать, когда ее тело было охвачено любовным огнем.
— Хорошо…
— Я лучше пойду. — Джонатан взял ее руку и поцеловал в ладонь.
Милли кивнула. Ей хотелось ухватиться за эту руку, не отпускать его. Она не желала думать о том, что говорила тетя Ораделли.
Но она заставила себя сдержаться и позволить, чтобы он ушел. Милли смотрела на его удаляющуюся фигуру, пока Джонатан не скрылся в тени деревьев за забором. Тогда она поднялась и медленно пошла в дом. Милли знала, что должна поговорить с Аланом, но ей очень этого не хотелось. Может быть, выяснится, что она зря беспокоится, что тетя Ораделли не права. Может быть, Алан скажет… что? Что он сможет сам заботиться о себе? Что он не имеет ничего против ее ухода? Нет! Это глупо. Она не может ждать от него таких слов. Она надеялась на легкий выход: и сохранить чистую совесть, и не разбивать себе сердце.
Миллисент задержалась в прихожей и, взглянув в маленькое зеркальце, пригладила волосы. Потом поправила сбившуюся блузку и складки юбки. Глаза ее все еще были блестящими, а губы немного припухли от поцелуев. Она закрыла глаза и отвернулась, пытаясь привести свои чувства в такой же безупречный порядок, в каком была теперь ее одежда. Облизав губы, Милли сделала глубокий вздох и медленно расслабилась. Потом снова взглянула в зеркало.
На этот раз получше, подумала она. Постояла еще немного, подождав, пока перестанет колотиться сердце и пройдет волнение. Но в последние дни, казалось, волнение и страсть не оставляли ее. Ну что ж, возможно, Алан ничего не заметит. Она повернулась и направилась в его комнату.
Он не читал и не занимался ничем из своих обычных дел. Он лежал на кровати, мрачно уставившись в стену прямо перед собой. Миллисент колебалась. Кажется, это было неподходящее время для разговора. Но не успела она сделать шаг-назад, как Алан поднял глаза и заметил ее.
— Привет, Милли!
— Привет, дорогой! — Она приклеила на лицо улыбку и вошла в комнату. — Как ты?
Он пожал плечами. Едва ли он мог ей сказать, что лежит здесь, думая об Опал и о том, как безнадежна его страсть.
— Думаю, нормально. Как прошла свадьба?
— О, и венчание, и застолье — все прошло прекрасно! Ты же знаешь, как это бывает, когда тетя Ораделли отвечает за все.
— Да. Ничего дурного просто не может произойти.
Миллисент засмеялась.
— Ты прав! — Она огляделась. — А чем ты занимался в мое отсутствие?
— Да так… — Он перевернулся на спину. — Немного почитал. Немного поиграл с Робертом. — При воспоминании о мальчике его лицо посветлело.
— Правда, он милый? — Миллисент обошла стол и начала рассматривать коллекцию монет, которую Алан еще не закончил оформлять. Она не знала, с чего начать разговор.
— Мне нравится наблюдать, как он растет, — продолжала она, судорожно подыскивая подходящие слова. Алан странно взглянул на нее:
— Ты думаешь, он всегда будет здесь?
Милли посмотрела на брата.
— Не знаю. Я об этом как-то не думала. Опал выглядит вполне счастливой в нашем доме. Разве не так?
— Кажется, да. Сейчас — да. Но наверняка когда-то она захочет уйти. Она кого-нибудь встретит, влюбится. Выйдет замуж.
На какое-то мгновение его лицо побледнело, и у Миллисент защемило сердце.
О Боже, неужели она сделала ошибку, разрешив Опал жить в их доме? Что, если тетя Ораделли была права и Алан заинтересовался ею? Что, если она разбила ему сердце?
— Я… я думаю, да. Она что-то говорила по этому поводу?
— Нет. Но ведь так делает большинство людей, верно?
— Да. — Теперь в его лице не было ничего странного, и Милли спросила себя, не показалось ли ей, что он выглядит бледнее, чем обычно.
— Думаю, да… Алан, … ну, … ты испытываешь особенные чувства к Опал?
Голова Алана как-то дернулась, и он поднял на нее испуганный взгляд.
— Что ты имеешь в виду?
— Не знаю точно. — Она озабоченно хмурилась. Его реакция на вопрос еще больше подтвердила опасения Миллисент.
— Было бы глупо, не так ли? — быстро сказал он. — Кто-то, подобный мне, вдруг влюбляется…
— Не глупо, Алан, неправда!
— Но безнадежно, да? — Он криво улыбнулся ей, отчего сердце Милли заныло.
— Я не дурак, Милли! И знаю, что никакая женщина не захочет калеку…
— Ты — прекрасный человек! — запротестовала Миллисент.
— А ты — моя сестра. Верная до самого моего горького конца. — Он взял ее руку и крепко сжал, а она улыбнулась в ответ любящей улыбкой. — Ты единственная и неповторимая! Не думай, что я ничего не понимаю. Ты всегда была самой лучшей. Ты не оставляешь меня. И я знаю, что всегда могу на тебя положиться.
— Я люблю тебя, Алан! Ты ведь знаешь.
— Знаю. Но еще я знаю, как я должен ценить твою любовь. Со мной трудно жить. Я всегда хочу только одного: чтобы меня оставили в покое, а все трудности ложатся на твои плечи. Не многие бы возились со мной, как ты.
Сердце Милли разрывалось. Да, тетя Ораделли была права. Алан не станет жить с ней, Джонатаном и Бетси;
для него это будет пыткой.
Алан продолжал:
— Я никогда не говорил, как ценю то, что ты делаешь для меня все эти годы.
— Нет, тебе не нужно…
— Знаю, что не нужно. Но я хочу. Я не очень-то умею говорить такие вещи. Но иногда мне кажется, что я страшный эгоист; я принимаю то, что ты для меня делаешь и никогда не выражаю благодарности. Будто бы так и должно быть, но это не так. И я знаю это. Многие женщины наверняка не стали бы делать для меня то, что делаешь ты.
Милли смотрела на него полными слез глазами. Каждое произносимое им слово о любви больно резало ее. Она растерялась и покачала головой.
— Нет, не отрицай! Немногие сестры такие любящие, такие преданные. Ты сделала больше, чем кто-либо ожидал. Я хочу только одного — чтобы у меня была хоть какая-то возможность отплатить тебе за все это, чтобы я мог сделать для тебя хоть половину того, что делаешь ты.
— Не надо! Тебе не нужно благодарить меня! Я люблю тебя; я никогда не пожалела ни об одной минуте, проведенной с тобой. И я никогда не хотела оставить тебя!
— Бывало, я очень боялся, что ты уйдешь… Он покачал головой, улыбаясь болезненным воспоминаниям.
— Я знал это! Я знал, что ты никогда не бросишь меня. Но где-то в глубине души я все равно боялся. Я боялся, что если я умру, то это будет… — Голос Алана охрип от переполнявших его чувств, и он замолчал, стараясь собраться с силами. — Я боялся, что это будет для тебя облегчением и ты будешь втайне радоваться, что наконец-то освободилась от такой обузы.
— Ты не обуза для меня! — жарко произнесла Мил-лисент, присаживаясь к нему на кровать и беря его руку. Любовь и горечь слились воедино в ее чувстве к самому родному и близкому человеку. — Ты — мой брат, и я люблю тебя! Все, что я делаю, я делаю по собственному желанию.
— Правда?
— Я клянусь! Я никогда никому не говорила, что хочу выйти замуж. Я сама выбрала этот путь и предпочла остаться с тобой. Именно этого я и хотела.
Она знала, что все сказанное — правда, но почему же неожиданно заговорила в прошедшем времени? Это эхом отозвалась у нее в голове. То, что она ощущала сейчас, было совсем иное. Да, тетя Ораделли была права. Услышав признания, которые только что сделал Алан, она никак не сможет покинуть его.
Миллисент наклонилась и обняла брата, прижавшись щекой к его лицу.
— Не волнуйся! Даже не думай ни о чем подобном! Я не оставлю тебя. Я всегда буду с тобой.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Розовое дерево - Кэмп Кэндис



очень хороший роман о такой разной любви к себе к семье к мужчине
Розовое дерево - Кэмп Кэндисарина
9.10.2012, 7.35





Прочитала с удовольствием. Отрицательное- очень много опечаток, такого я еще не встречала. Надо предупредить тех, кто будет читать, это не наше время. Скорее начало 20 века. Советую.
Розовое дерево - Кэмп Кэндисиришка
20.08.2013, 13.52





Хороший, спокойный и вдумчивый роман о любви и долге. Читайте.
Розовое дерево - Кэмп Кэндисren
6.06.2014, 1.38





Один из лучших романов которые я читала. Хорошо прописаны характеры героев, их мотивы и поступки. Очень рекомендую почитать!!
Розовое дерево - Кэмп КэндисЕлена
20.07.2014, 14.36








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100