Читать онлайн Роковая любовь, автора - Кэмп Кэндис, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Роковая любовь - Кэмп Кэндис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.06 (Голосов: 32)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Роковая любовь - Кэмп Кэндис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Роковая любовь - Кэмп Кэндис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кэмп Кэндис

Роковая любовь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Энэлайз медленно открыла глаза и осмотрелась. Это была ее спальня и все вокруг было таким же, как и прежде, но… Вспомнив все, что произошло ночью, она содрогнулась и покраснела.
На минуту ей захотелось представить произошедшее сумасшедшим сном, но нет — Клэй действительно был здесь, и ее тело еще сохраняло его мужской запах. Заложив руки за голову, она мечтательно уставилась в потолок, детально восстанавливая в памяти предыдущую ночь, вспоминая каждое его слово, каждый его поцелуй, каждую его ласку.
Она вспоминала, как его мускулистое худощавое тело прижималось к ее телу и какие волнующие дивные ощущения возникли у нее при этом. Воспоминания возбудили ее, и она улыбнулась, уверенная, что он непременно зайдет днем с визитом, и они смогут договориться о новой ночной встрече.
Она уже больше ничего не боялась. Для нее перестали существовать требования приличия. Единственное, что было важно — это их любовь, страсть. Она была настолько велика и сильна, что ни обычаи, ни страх, ни условности, — никакие другие обстоятельства, — не могли помешать ей. Ее матушка, без сомнения, упадет в обморок, если узнает, что натворила Энэлайз. Но Энэлайз не испытывала никакого чувства стыда — она и Клэй Феррис были так внутренне похожи и так отличались от других членов общества своей независимостью, уверенностью в себе и, наконец, страстностью. Без сомнения, они скоро поженятся, но то, что уже произошло, было чудом любви, прекрасным и потрясающим ее проявлением.
Приятные размышления Энэлайз были прерваны негромким стуком в дверь. В комнату вошла, неся в одной руке поднос с завтраком, ее служанка Мэй.
— Доброе утро, мисс Энэлайз. Я принесла Ваш кофе и орешки, — сказала Мэй.
— А ты разве не знаешь, что я люблю к кофе? — спросила Энэлайз, скорчив недовольную гримаску. Но тон ее был мягок, и она была настолько счастлива, что совсем не рассердилась на Мэй.
— Да, мэм, извините, — ответила негритянка, ставя поднос на кровать.
— Чудесное сегодня утро, Мэй! Не правда ли? — спросила Энэлайз.
— Чудесное, потому что Вы сегодня в хорошем настроении, мисс Энэлайз. Вы думаете о том красивом капитане Феррисе? — спросила служанка.
Энэлайз засмеялась:
— Это не твоего ума дело, — ответила она.
— Я знаю, что не моего. Но когда такой красивый джентльмен наносит Вам визит и смотрит при этом на Вас таким влюбленным взглядом, трудно, мисс, не заметить, что Ваш взгляд точной такой же!
Тут Энэлайз прикусила язычок и поспешила перевести разговор на другую тему.
— А что это за грохот я слышала ночью сквозь сон? Он меня разбудил.
— Да, мисс, меня тоже. Похоже, это взорвалось что-то на реке. Грохнуло дважды.
— Что-то на реке? — переспросила Энэлайз. — Что же это могло быть — может корабль? Как ты думаешь?
— Нет, мэм, на корабль не похоже, — ответила служанка.
Энэлайз нахмурилась и недоуменно пожала плечами. Выпив кофе, Энэлайз быстро оделась и спустилась вниз. В это время дворецкий доложил, что прибыл полковник Дьюмэр.
— Кто он такой? — переспросила у дворецкого Энэлайз.
— Я не знаю его, мисс Энэлайз. Но он говорит, что должен сказать Вам что-то важное.
— Хорошо, приведите его, — сказала Энэлайз и стала с любопытством ожидать гостя.
В гостиную, следом за дворецким, вошел невысокого роста смуглый мужчина, одетый в серую форму полковника армии Конфедерации.
— Полковник Дьюмэр, мэм, — произнес, нараспев, дворецкий и покинул комнату.
— Мисс Колдуэлл, я очень извиняюсь за то, что пришлось побеспокоить Вас, но боюсь, что это дело не терпит никакого отлагательства. Вы знаете что-нибудь о местонахождении капитана Клэйтона Ферриса?
— Клэй! — повторила ошеломленная Энэлайз. — Что такое?..
— Мисс Колдуэлл, это чрезвычайно важно. Прошлой ночью торпеды на реке — торпеды Вашего отца — были взорваны.
— Так вот что я слышала ночью! Но как? Кто? — спросила она.
— У нас есть все основания подозревать, что это был Клэйтон Феррис, — сказал полковник.
— Вы, должно быть, сошли с ума! — воскликнула Энэлайз. — С чего это Клэю Феррису понадобилось взрывать торпеды?
Полковник перевел дыхание — похоже, узнать здесь что-то будет трудно. По сердитому взгляду голубых глаз и всему облику девушки было видно, что она оскорблена. По-видимому, она увлеклась обманщиком Феррисом.
— Мэм, — обратился полковник, — мы получили информацию и у нас есть основания подозревать то, что капитан Феррис — это шпион-янки и диверсант.
Энэлайз уставилась на него. Она была настолько ошеломлена и сердита, что не могла произнести и слова.
Полковник Дьюмэр поторопился продолжить:
— Видите ли, лейтенант Даниэльс, у которого есть родственники в Саванне, несколько дней назад познакомился с капитаном Феррисом. Даниэльс очень часто гостил в Саванне, знал там многих Феррисов, но никогда не видел Клэйтона и не слышал о нем. Он рассказал об этом своей матери, которая родом из Саванны, и она тоже ничего не знала о Клэйтоне Феррисе.
— Можно подумать, женщина, давно уехавшая из Саванны, должна помнить там каждого человека! — иронично сказала Энэлайз.
— Видите ли, эта информация заставила нас телеграфировать запрос по поводу этого человека в Джорджию. Он представлялся капитаном четвертой джорджийской конницы, но оттуда телеграфировали, что такого там не значилось.
— А может быть в их списках есть ошибка? — воскликнула Энэлайз. — Даже мне известно, как неполны и небрежно составлены списки нашей армии.
— Думайте, как хотите, — ответил полковник, — но, если бы это было не так, то капитан Феррис не исчез бы.
— Исчез бы? — озабоченно повторила Энэлайз.
— Он так и не вернулся к себе на квартиру прошлой ночью.
Энэлайз призадумалась. Она знала, где Клэй провел часть ночи, но куда он ушел от нее? Почему он не вернулся к себе на квартиру? Это было непонятно, но она продолжала упорно защищать его.
— Неужели Вы не слышали о джентльменах, которые ночи напролет пьют и играют в карты или занимаются еще какими-то делами? Кроме того, даже, если он взял себе фальшивое имя, это еще совсем не значит, что он диверсант!
— Потому что, — сказал полковник, глядя прямо в глаза Энэлайз, — попав в город, он проявил явный интерес к дочери изобретателя торпед.
У Энэлайз перехватило дыхание, но она твердо сказала:
— И Вы думаете, что единственной причиной интереса ко мне могут быть торпеды моего отца? — спросила она.
— Думаю, что да. Ведь ухаживание за вами — это безопасный предлог для частных визитов в его дом. Скажите, пожалуйста, мисс Колдуэлл, где хранятся чертежи Вашего отца? — спросил полковник.
— В его кабинете, — ответила Энэлайз.
— Вы не будете возражать, если я в Вашем присутствии посмотрю — не пропало ли что из его кабинета? — спросил полковник.
— Конечно, нет, — с этими словами она повернулась и пошла через зал к отцовскому кабинету. Она шла и вся кипела от злости.
Как он осмелился обвинять Клэя? Поверить в то, что Клэй добивался ее любви только, чтобы проникнуть в дом и похитить планы, Энэлайз никак не могла. И, хотя доказательства полковника по поводу имени Клэя звучали убедительно, она была уверена, что этому есть какое-то совершенно другое объяснение. Клэй не лгал ей, когда говорил, что любит ее. Энэлайз подошла к кабинету и дернула на себя ручку двери, чтобы показать, как крепко он заперт.
Какового же было ее удивление, когда дверь легко открылась. Энэлайз отдернула руку назад, как будто обожглась. Полковник Дьюмэр опустился на колени и исследовал замок. Ничего не сказав, он просто указал на царапины вокруг замочной скважины. Энэлайз быстро прошла мимо полковника в отцовский кабинет. Остановившись, она осмотрелась. Замок в кабинете был явно взломан. Во рту у нее пересохло, но, взяв себя в руки, она подошла к ящикам и стала разворачивать чертежи, просматривая их и бросая на пол.
Чертежей торпеды не было. Она медленно повернулась к полковнику, — на лице ее было отчаяние и боль.
— Все исчезло! Чертежи и карты!
Полковник, с самого начала уверенный в своей правоте, получил неоспоримые доказательства.
— У Вашего отца находилась карта, на которой была отмечена дислокация кораблей, не так ли? — спросил полковник.
— Да, у отца была эта карта, данная его другом, — ответила она расстроенно.
— Мисс Колдуэлл, — снова обратился к ней полковник, — есть ли у Вас какие-то предположения о том, где может быть Феррис?
Она холодно взглянула на него своими голубыми глазами и ответила:
— Нет, не знаю. Даже не могу представить, куда он сбежал.
— Спасибо, мэм. Я извиняюсь за свое вторжение. А сейчас мне надо уходить, — полковник поклонился и ушел.
Энэлайз закрыла глаза и прислонилась к стене. Клэй Феррис украл карты и чертежи торпед. Нет — это было даже не его настоящее имя. Она решила, что он любит ее, а он даже не назвал ей своего настоящего имени. Мужчины, которого она полюбила, не существует в действительности. Его маску надел холодный лжец, шпион-янки!
Боже! Он ведь лгал! Лгал обо всем! Только теперь она смогла все сопоставить и оценить — его быстрое признание в любви, вопросы, которые он задавал ее отцу о его изобретениях, и его присутствие в доме прошлой ночью. Без сомнения, она увидела его, когда он готовился бежать из обокраденного дома.
Горячие слезы стыда потекли из ее глаз, когда она вспомнила то, что говорила и делала прошлой ночью. Какая же она дура! Как бессовестно он использовал ее любовь и доверчивость! Чтобы она не подняла паники и он смог убежать! А она еще рассказывала все о себе, о своем интересе к бизнесу и управлению плантацией, когда они катались по городу! Да ему было на все ее интересы наплевать! Он стал бы ухаживать за ней, даже если бы она была косая и кривая!
Неудивительно, что сразу она почувствовала к нему неприязнь. Сердце ее разрывалось от боли и, казалось, было готово выскочить из груди.
Клэй не любил ее! Он даже не существовал в действительности!
Она зарыдала от безнадежности и беспомощности.
По Новому Орлеану моментально распространились слухи о причастности Клэя Ферриса ко взрыву торпед на реке и о его таинственном исчезновении в ту же ночь.
Каждый высказывал предположение, что его демонстративное ухаживание за Энэлайз Колдуэлл было продиктовано намерением попасть к ним в дом и похитить чертежи и планы.
Прекрасная Энэлайз выглядела бледной, апатичной, явно не хотела обсуждать происшедшее, и все решили, что она влюбилась в Клэя Ферриса.
Представить только — гордая прекрасная мисс Колдуэлл, по которой вздыхало не менее половины всех мужчин Нового Орлеана и которая не отдала предпочтения никому из них, влюбилась в шпиона, который использовал ее для того, чтобы выведать секреты ее отца! Так рассуждали отвергнутые поклонники Энэлайз, до сих пор безнадежно вздыхавшие по ней.
Но и подруги, которых она затмевала красотой, не отставали в злословии.
Бекки Олдвэй, якобы пришедшая утешить Энэлайз, смотрела на нее с таким любопытством с примесью злорадства, что Энэлайз очень хотелось залепить ей пощечину,
Но самая бурная реакция была у брата Эмиля. Услышав все городские сплетни, он вихрем влетел в гостиную, где была сестра. Его глаза гневно сверкали.
— Негодяй! Подлец! Изменник! Предатель! — закричал он сердито.
— Но только не своей армии, — улыбнулась Энэлайз, надеясь шуткой унять гнев Эмиля. Ей совсем не хотелось обсуждать с братом то, что вызывало в ней такое страдание.
— Может, я с тобой и соглашусь, но он все равно подлец, — сказал Эмиль. — Поставить тебя в такое положение, сделать твое имя достоянием всех этих сплетников — это непростительно!
— Ну что теперь об этом говорить, Эмиль? — ответила Энэлайз. — Бывают вещи и похуже.
Эмиль взглянул на нее.
— Я предполагал, что он может и не посчитаться с тобой. Так оно и вышло. Неужели ты не видишь этого? Теперь люди будут сплетничать, что ты уступила ему. Ты даешь им основание так думать, потому что стала затворницей и перестала бывать в обществе. Знаешь, ты не должна так себя вести. Тебе нужно бывать в обществе и показать им всем, как мало тебя все это затронуло.
У Энэлайз слезы хлынули из глаз, и она повернулась лицом к брату.
— Но, Эмиль, вся беда в том, что это очень затронуло меня. Видишь ли, я влюбилась в него.
— Не может этого быть. Ты же ведь знаешь его так мало, — сказал он.
Энэлайз пожала плечами, а Эмиль, немного помолчав и подумав, снова продолжил:
— Ну, даже, если это все так и произошло, ты все равно не должна позволять им знать о твоих чувствах!
— Почему? Что из этого? — спросила она. — И какое мне дело до того, что они думают обо мне? — воскликнула Энэлайз в сердцах. — Ты сейчас похож на маму. Все, что ее беспокоит, так это «честь семьи», а что касается моих чувств, так до этого никому нет дела. Когда она услышала об этом, то тотчас же сказала мне:
«Ну, слава Богу, что ты не наделала ничего дурного и не влюбилась в него, как сделала та бедняжка Маккин, влюбившаяся в картежного шулера в прошлом году. Как переживала по этому поводу ее семья. Не думаю, что я смогла бы пережить это». Вот, что значит это для нее, Эмиль. Но, честно говоря, брат, я ничего другого от нашей матушки не ожидала. Но ты, Эмиль…
Эмиль нахмурился. Лицо его было озабочено. И вдруг Энэлайз поняла, что он был таким же, как и их мать, как и все в обществе. Имя и репутация для него были важнее всего.
Она вздохнула и вытерла набежавшую слезу. Глупо было бы, с ее стороны, ожидать от них чего-то другого. Это она была среди них странной, слишком странной, чтобы быть ими понятой.
— Мне жаль, Эмиль, — сказала она нежным голосом. — Мне не хотелось бы разговаривать с тобой таким образом. Боюсь, что мои нервы не выдержат больше.
— Конечно, — согласился он и, улыбнувшись, тронул ее за руку. Он очень хорошо был знаком с тем, что такое женские нервы. — Тебе нужно немного отдохнуть. Почему бы тебе не подняться к себе и не прилечь?
Энэлайз послушалась его совета и пошла к себе не потому, что ей захотелось отдохнуть, а потому, что ей захотелось побыть в одиночестве. Никто не понимал ее чувств, кроме, возможно, Полины, которая сама страдала от неразделенной любви. Но даже Полине она ничего не сказала — насколько глубока была ее душевная рана. Ей было слишком стыдно признаться, что она настолько была обманута шпионом, что отдалась ему. Это больно ранило Энэлайз, оскорбило ее самолюбие и заставляло думать о том, что она упала к нему в руки, как зрелая слива.
Без сомнения, теперь он бахвалится перед своими друзьями-янки легкой победой над южной красавицей, которая среагировала на его ухаживания, как сучка в период течки! О, как она ненавидела его за обман! Как могла она позволить ему так легко себя одурачить?!
Джон Колдуэлл решил выехать со слугами на плантацию в «Белль Терр», где они все обычно проводили жаркие месяцы, чтобы приготовить дом к приезду всей семьи. Энэлайз, зная, как мало способен отец распоряжаться слугами, все распоряжения им сделала сама, приказав вымыть дом, вычистить мебель, ковры. Отец был очень опечален тем, что любимая дочь несчастна.
Энэлайз не переживала по поводу его отъезда, так как никто не мог ее сейчас утешить. Она только хотела, чтобы он взял с собой сразу мать, потому что суетность и глупость Терезы сейчас ее особенно раздражала. Но отец не хотел оставлять Энэлайз одну. Чтобы отвлечься, она проводила время, разбираясь в конторских книгах.
В пятницу, 18 апреля, когда Тереза громко восхищалась коробкой шоколадных конфет, купленной у беженца, а Энэлайз читала книгу, раздавшийся отдаленный шум нарушил тишину и спокойствие.
— Что это было? — воскликнула Тереза, испуганно раскрыв глаза и театрально приложив руку к сердцу.
— О чем ты? — взглянула на мать Энэлайз, оторвавшись от книги.
— Боже праведный! Только не говори мне, что ты ничего не слышала? Какой-то странный звук!
В этот момент звук повторился, и Тереза торжествующе сказала:
— Вот! Слышишь? Слышишь?
Энэлайз пожала плечами.
— Это — гром, — сказала она и вернулась к чтению книги.
Звук опять повторился, и миссис Колдуэлл вышла на веранду. Вернувшись, она заявила:
— Это не может быть громом. На небе нет ни облачка!
— Наверное, гремит где-то вдалеке, мама, — пояснила Энэлайз.
— Это ружейная стрельба, — сказала многозначительно Тереза. — Я в этом уверена.
— Ружейная стрельба? — переспросила Энэлайз. — Какая может быть ружейная стрельба, если сражения идут за семьсот километров от нас?
— Тем не менее я уверена в этом, — сказала Тереза. — Так гремело, когда салютовали из ружей четвертого форта герою, приплывшему в Новый Орлеан. Как это его звали? Не помнишь? Нет, конечно, ты ж ведь тогда еще не родилась, — сказала Тереза.
Энэлайз встала и закрыла книгу. Теперь она отчетливо слышала гул и согласилась, что он не был похож на раскаты грома.
— Мама, ты полагаешь, что это может быть форт сражается с янки? Неужели янки поднялись вверх по реке? — спросила Энэлайз.
— Поднялись вверх по реке? — повторила Тереза, вытаращив глаза. — Не глупи! Они никогда не смогут пройти форты, и я уверена, что они не настолько глупы, чтобы даже попытаться.
— Янки что-нибудь предпримут, — сказала Энэлайз озабоченно.
Когда появилась служанка, Энэлайз сказала, обратившись к ней:
— Джевел, пошли мальчишку в город узнать, что это был за шум. Нет, погоди, скажи, чтобы сходил Джозеф и узнал все точно и достоверно.
— Да, мэм, — сказала Джевел и поклонилась. Энэлайз отметила какой-то странный взгляд у чернокожей женщины, но она не придала этому значения, решив, что Джевел была также обеспокоена странным звуком.
Гул прекратился. Воцарилась тишина, и обе женщины посмотрели друг на друга.
— Как ты думаешь, что это? — спросила Энэлайз. Спустя тридцать минут дворецкий Джозеф вошел в комнату.
Энэлайз вопросительно посмотрела на него.
— Это на фортах
type="note" l:href="#note16">[16]
, мисс Энэлайз, — сказал он. Миссис Тереза Колдуэлл всплеснула руками и приложила руку к сердцу. Ее дочь проигнорировала этот жест и продолжала расспрашивать дворецкого:
— Неужели янки стараются пройти форты?
— Нет, мэм, они обстреливают форты снарядами.
— Что? — переспросили обе в один голос.
— Это канонерки
type="note" l:href="#note17">[17]
, мисс Энэлайз, они подошли к фортам и стали их обстреливать снарядами.
— Спасибо, Джозеф, — произнесла Энэлайз. После того, как дворецкий покинул комнату, обе женщины уставились друг на друга. Старшая судорожно теребила концы своего носового платка.
— Что же нам делать, Энэлайз, — наконец выкрикнула она. — Может нам отправиться вверх по реке на плантацию?
— Не нервничай так, мама, — сказала Энэлайз. Но, хотя она и успокаивала мать, чувство тревоги передалось ей тоже.
— Сейчас янки обстреливают форты. Они еще далеки от того, чтобы войти в город. Форты стоят далеко вниз по реке. И, кроме того, стрельба уже прекратилась. Форты, возможно, уже потопили корабли, — сказала Энэлайз.
Ее слова не убедили Терезу, так как отдаленный грохот повторился снова. И дальше он не прекращался уже ни днем, ни ночью. Энэлайз с сочувствием представляла, как ужасен этот грохот в самих фортах.
С самого начала войны Энэлайз страшилась врага. А теперь враг был уже у их ворот. Смогут ли защитники фортов устоять под бомбардировкой янки. А что, если янки пройдут форты? Да, но вдоль реки были еще цепи и укрепления у Чэлмитта, где произошла известная победа генерала Джэксона над англичанами в 1814 году. Но, если форты не смогут удержать их, как могут те небольшие укрепления сделать это?
И она вспомнила отца Полины, который однажды сказал насмешливо, что цепи были расположены в реке слишком глубоко, чтобы задержать канонерки. А что потом? Был еще броненосец «Миссисипи» — но это был один корабль против многих. «Благодаря» Клэю Феррису и тому, что он вскружил ей голову, были уничтожены торпеды. Она знала, что отец не закончил еще конструировать подводную лодку. Еще была надежда, что форты удержат янки от прорыва к городским докам
type="note" l:href="#note18">[18]
. Но, если янки прорвутся, они смогут высадить солдат с кораблей прямо на улицах города! И, чтобы защитить граждан, солдатам Конфедерации придется сражаться с солдатами в голубой форме прямо на улицах Нового Орлеана!
Энэлайз содрогнулась. Представленная картина была так нелепа, так абсурдна, нет… нет… этого не должно произойти. И все-таки… форты, представлявшие собой единственную реальную защиту города, уже который день были под сильным обстрелом.
Пришло пасхальное воскресение, а янки продолжали непрерывно обстреливать форт. Энэлайз с матерью в сопровождении Эмиля отправились на пасхальную мессу в церковь Святого Патрика.
Там, как и во всех других церквях города, горожане обсуждали военные действия и делились друг с другом последними новостями. Обстрел действовал всем на нервы, и по этому поводу ежечасно распространялись новые слухи.
Одни говорили, что корабли янки уже прорвались через форт и поднимаются к городу; другие — что фортам нанесен только небольшой ущерб, и они выстоят. Также распространялись слухи о том, что новый Орлеан наводнен диверсантами. Некоторые заявляли, что солдаты отходят от Нового Орлеана и что рабы поднимают восстания на плантациях.
Наслушавшись всего, по дороге домой из церкви миссис Колдуэлл озабоченно сказала:
— Мы должны ехать вверх по реке, Энэлайз. Мы не можем больше оставаться, так как янки скоро будут здесь. Мы просто уедем отсюда и отправимся на плантацию «Белль Терр».
— Мама, не впадай в истерику, — сказала жестко Энэлайз. — Мы ничего не знаем, а то, что мы слышали — это все из непроверенных слухов. А что, если рабы восстали на плантациях? Я скорее встречусь лицом к лицу с янки здесь, нежели буду оказывать сопротивление рабам в «Белль Терр». Что скажешь, мама?
— Ох, твой бедный отец! Что мы будем делать? — спросила Тереза.
— Будь разумной, мама, — ответила ей Энэлайз. — Что можем ты и я сделать, чтобы защитить папу? Без нас ему легче позаботиться о себе. Скажи ей, Эмиль, — обратилась Энэлайз к брату.
— Это правда, мама, — сказал Эмиль. — Папа не захочет, чтобы ты поехала туда, где есть опасность. И я запрещаю тебе тоже. Тебе будет лучше здесь, где солдаты, такие как я, защитят тебя. И кроме того, скажу тебе, что янки никогда не прорвутся через форты.
— Это ты так говоришь, Эмиль. Но почему армия покинула нас? — спросила Тереза. — И что мы будем делать с Энэлайз? Я даже содрогаюсь при мысли, что будет — все эти ужасные, взбешенные мужчины, бегущие с дикими воплями по улицам, грабящие и убивающие и…. — она остановилась, боясь выговорить то страшное слово.
— И насилующие, — четко закончила Энэлайз. Но нарисованная Терезой картина ожила в ее воображении.
Она представила вдруг среди этих ужасных солдат в голубой форме его. И так ясно увидела его густые черные волосы, худощавое лицо с чувственным ртом, стройную фигуру. И тотчас возникли сцены той знойной страстной ночи, когда она почувствовала коварную силу его тела. Нет, тот случай нельзя назвать насилием. Нет, нет, это не было насилием. Слезы хлынули из ее глаз, но она вытерла их и категорично сказала:
— Мама, мы никуда не будем убегать отсюда. Я не хочу поддаваться трусости. Мы останемся здесь — падет ли Новый Орлеан или нет.
Обстрел фортов, наконец, прекратился; уже неделю стояло затишье. Энэлайз стала надеяться на улучшение обстановки. Но лишь немногие в Новом Орлеане сохраняли спокойствие. С 1814 года им не угрожал ни один враг, город процветал, и его горожане стали зажиточными, уверенными в себе людьми. Даже, когда началась война, нью-орлеанцы были спокойны и уверены в своей непобедимости. Но фронт продвинулся под натиском янки так далеко, что враг стоял уже у ворот Нового Орлеана, и в городе началась паника.
Богатые отправились на свои плантации; те, у кого не было земельных владений, уехали к своим родственникам дальше, на юг. Солдаты ополчения, такие как Эмиль, жили по-прежнему в домашней обстановке, развлекаясь и теряя боевой дух. Многие горячие головы из креолов стремились к участию в сражениях с самого начала войны. И вскоре им придется, защищая город, убивать или быть убитыми.
Затишье, которое так обрадовало всех, началось 24 апреля после недельной беспрерывной бомбардировки. Энэлайз хорошо запомнила этот момент.
Она сидела и подшивала оборку нижней юбки, но, сбившись, уколола себе иголкой палец. Она начала отчаянно трясти пальцем и вдруг замерла. Что-то было не то. Как-то необычно. И вдруг она поняла: это прекратился грохот выстрелов!
Она вскочила на ноги. Ее сердце учащенно забилось. И, хотя кругом стояла тишина, в ушах ее, как и прежде, звенело. У нее пересохло во рту и подвело желудок. Что бы это все значило? Что же случилось? Или янки отступили, а, может быть, наоборот — их канонерки именно сейчас выходят к городу?
Энэлайз быстро вскочила и бросилась на улицу, по дороге схватив только свою шляпку, совершенно забыв о перчатках. Ей необходимо было знать, что же произошло на самом деле. Вся в тревоге, она бежала вниз по улице до тех пор, пока не встретилась с мальчиком-подростком, бегущим навстречу.
— Что такое? Что произошло? — спросила она его таким странным голосом, что даже сама удивилась.
— Канонерки, мэ-эм! Они идут в Новый Орлеан. Корабли янки только что миновали форты, — прокричал он и убежал.
— Нет! Нет, это неправда! — воскликнула Энэлайз и повернулась, не зная, что ей делать.
Вдруг колокола Церкви Христа ударили в набат. Немедленно к ним присоединились колокола Церкви Святого Патрика и Первой Пресвитерианской. Энэлайз закрыла уши руками. — «Нет, это неправда! Этого не может быть! Но с чего бы тогда церковные колокола били в набат?»
— Это была паника. Самая настоящая паника, — сказала она сама себе. — Нужно просто точно узнать, что же все-таки произошло?
Она приподняла юбки своего платья и побежала в город. Чем ближе она приближалась к центру, тем больше становилась толпа. Люди, казалось, беспорядочно сновали туда-сюда. На Кэнэл-стрит Энэлайз едва увернулась от тяжелогруженной подводы. Эта подвода, как и несколько других, следовавших впереди, была загружена тюками хлопка и направлялась к пристани.
Энэлайз с ужасом смотрела на все происходящее. Все было настолько страшным — паникующая толпа, рвущиеся вперед лошади, кричащие до хрипоты кучеры…
— Энэлайз, Энелайз! — вдруг раздался из толпы чей-то голос.
Она обернулась на крик и увидела Полину Бовэ, машущую ей рукой.
— Полина! — крикнула Энэлайз и ринулась сквозь толпу к своей подруге. — Полина! Что происходит? Неужели это правда?
Лицо Полины побледнело, а глаза расширились от страха.
— Ох, Энэлайз, — произнесла она, — это правда. Они на подходе. Янки уже прошли форты.
— Ты уверена в этом? — спросила Полину Энэлайз, крепко ухватив ее за плечо.
Полина утвердительно кивнула головой.
— Мне сказала Сесилия Мойз. Ты ведь знаешь ее. Она была вместе с отцом, когда они получили сообщение с фортов.
Наконец до Энэлайз дошел смысл сказанного, и она отпрянула назад. Итак, произошло непоправимое!
— Я должна возвратиться к маме, — сказала она машинально и побежала к себе домой. Там царила полная паника. У дома стоял экипаж, и слуги сновали туда-сюда, укладывая в него вещи — коробки и наполовину заполненные дорожные сундуки. В центре зала стояла ее матушка. Она кричала на неповоротливых слуг и обмахивалась веером.
— Прекратите все сейчас же! — крикнула Энэлайз. — Прекратите! Слышите!
Все застыли и уставились на нее. Дело в том, что Энэлайз пользовалась у всех большим уважением, но никто и никогда не видел ее кричащей.
— Но… но… Энэлайз!? — вдруг возразила ей мать. — Янки близко. Все пропало! Все пропало — закричала она истерически.
— Прекрати и успокойся! — приказала ей Энэлайз. — Мы никуда не поедем. Джозеф! — обратилась она к кучеру. — Прикажи, чтобы все убрали из экипажа и поставили на свои места. Мы остаемся здесь, — сказала она холодным голосом. Она была также испугана, но она знала только одно — с врагом надо встретиться лицом к лицу. Она ненавидела янки и могла бы убежать от них. Но она останется здесь и встретит их. Они никогда не узнают, что она испугалась.
— Но, мисс Энэлайз! Янки вот-вот будут здесь! — запротестовал Джозеф.
— Чего их бояться? Страшнее того, что уже сделало аболиционистское
type="note" l:href="#note19">[19]
правительство, не будет.
— Но, Энэлайз, — запричитала Тереза.
— Прекрати, мама! Истерика тут не нужна. Мы ведь не трусы, и поэтому мы никуда не побежим. Мы останемся здесь и встретимся лицом к лицу с врагом! — сказала Энэлайз.
— Ох, моя дорогая дочь, — сказала Тереза дрожащим голосом, усаживаясь в кресло. — Я так хотела бы, чтобы Эмиль был вместе с нами. Где он сейчас?
— Уверена, что он сейчас там, где ему и положено быть: он в армии. Неужели ты забыла, мама, что он — солдат, — сказала Энэлайз.
— Он должен быть здесь! Он должен быть с нами! — обиженно, как ребенок, заявила Тереза.
— Мама, — сурово сказала Энэлайз, — Эмиль — мужчина, и он сейчас там, где и подобает быть мужчине. Он вместе с другими солдатами должен защищать нас, и нет надобности отрывать его от святой обязанности.
У Терезы появились на глазах слезы, и она взглянула затуманенным взглядом на свою дочь. Энэлайз проигнорировала ее слезы и попыталась ободрить свою мать.
— Я не собираюсь влиться в ту паникующую толпу на улице и не собираюсь на плантацию. Никто не знает, что может произойти по дороге в «Белль Терр». Все мы знаем, что рабы могут восстать и, честно говоря, для меня предпочтительнее столкнуться лицом к лицу с янки, нежели с рабами. И, кроме того, мы не можем оставить свой дом и имущество, а также слуг захватчикам, — убедительно заявила Энэлайз.
— Мне все равно! «Черномазые»
type="note" l:href="#note20">[20]
могут сами о себе позаботиться, как они это всегда делают. Я не желаю встречаться с янки… Не желаю и не буду, — заявила, в свою очередь, Тереза.
Энэлайз вздохнула. — Ее мать всегда была эгоистичной и недалекой в суждениях, но насколько — Энэлайз узнала только сейчас. Или это война с ее бедами наложила свой отпечаток и сделала таким ее характер? В общем, это неважно. Никакие силы не могли заставить Энэлайз уехать сейчас. Ведь именно ее слушались и слушаются всегда слуги. И Тереза вынуждена будет с этим смириться.
Только благодаря спокойствию Энэлайз, слуги вскоре пришли в себя и привели дом в порядок. Тереза поднялась к себе в комнату, чтобы отдохнуть и успокоиться. Энэлайз пришла туда же. Она сидела рядом с матерью и пыталась развеять ее мрачные мысли. Одному только Богу было известно, как ей самой удавалось сохранить спокойствие.
На улице все время суетились люди. И это действовало Энэлайз на нервы. Там беспрерывно проезжали экипажи и фургоны, до отказа набитые вещами и людьми. Уже приближался вечер, когда Энэлайз заметила поднимавшиеся от реки черные клубы дыма. Ее тревога усилилась, и она решила обязательно выяснить, что происходит.
Снова надев шляпку, Энэлайз вышла на улицу и присоединилась к толпе, шедшей навстречу движению транспорта. Одним огромным бесформенным телом, недовольно ропща, толпа двигалась вниз к реке. Вместе с ней туда шла Энэлайз. Теперь она уже могла видеть не только черный дым, но и языки пламени. Было ясно, что пожар возник на пристани.
Когда она добралась до Кэнэл-стрит, то увидела настоящий кошмар — горели тюки с хлопком. Но не только: пылали мешки с рисом, сахаром, кукурузой — всем, что с трудом было выращено и собрано на плантациях и из-за блокады задержалось на пристанях. Все богатство южан-плантаторов на глазах исчезало в огне. На пристани суетились люди, увозя на тачках рис, сахар и все, что еще не пожрал огонь. Энэлайз смотрела на эту картину, и, потрясенная, вспоминала описание ада у Данте.
Вдруг кто-то грубо схватил ее за руку. Она обернулась и увидела злобный взгляд незнакомого мужчины. Его одежда была изодрана так, что через дыры светилась рубашка, лицо было давно небритым и покрытым оспенными рябинами, и от него сильно разило алкоголем.
— Вы соображаете, что делаете?! — спросила Энэлайз, стараясь освободить свою руку. Мужчина громко захохотал в ответ.
— Да, я вижу ты хорошенькая! И, должно быть, сладкая, если попробовать! Порядочных женщин уже не осталось! Янки входят в город, и очень скоро ты будешь с ними спать. А поэтому я хочу с тобой немного поразвлечься, ничто меня не остановит! — С этими словами он еще крепче схватил Энэлайз и грубо толкнул ее, продвигая вперед.
Сначала страх ошеломил ее, но, опомнившись, она инстинктивно начала сопротивляться. Пару раз ей удалось сильно ударить его по лицу, но справиться с ним явно не могла, и он все ближе и ближе притягивал ее к себе.
Ее чуть было не вывернуло наизнанку от мысли, что этот вонючий пьяный тип вот-вот прикоснется к ней своими губами. И вдруг какая-то сила оторвала и отбросила его от нее. Сердитый голос произнес:
— Черт побери! Как ты посмел прикоснуться своими грязными руками к леди??? Я тебе сейчас покажу!
Бродяга поспешно удрал, а Энэлайз обернулась, чтобы поблагодарить своего спасителя и изумленно увидела знакомое лицо.
— Перри Маленсо!
— Мисс Энэлайз! Что Вы здесь делаете, да притом одна?
— О, Перри! Я так рада видеть нормальное лицо. Я уже начинала думать, что весь мир сошел с ума. Посмотрите! Здесь сейчас как в аду!
— Мисс Энэлайз, Вам бы лучше отправиться домой. Это не место для прогулок. Запритесь дома! Только Богу угодно знать, что будет после того, как мы уйдем из города.
— Уйдете из города? — ошеломленно повторила она. — Что значит уйдете?
— Неужели Вы не видите, что мы отступаем? — спросил он.
Энэлайз осмотрелась и только сейчас отчетливо поняла, что толпа, идущая по дороге, состояла из одетых в серую форму солдат. И все они шли в одном направлении.
— А куда это идут солдаты? — спросила Энэлайз, все еще не соображая, что же на самом деле происходит. Ее охватила паника.
— К железнодорожной станции, — сказал Перри. — Мы отступаем.
— Солдаты? Все солдаты? Ты говоришь, что вся армия покидает нас?
Маленсо покраснел от ее слов.
— Ну, не вся, а только регулярная армия. Генерал Лавель и милиция останутся здесь.
Энэлайз уставилась на него.
— То есть практически вы оставляете нас без защиты.
— Сожалею, мисс Энэлайз. Хотелось бы, чтобы все было по-другому. Когда я думаю о том, что могут натворить эти дьяволы, а тем более, что вы — женщины и дети — остаетесь здесь, то я прихожу в ужас. Но мы не можем допустить, чтобы наша армия была поймана здесь в ловушку и уничтожена, — сказал он с перекошенным от ненависти лицом.
— О Господи! Я никогда не думала, что они смогут прорваться через форты.
Внезапно Энэлайз вспомнила о Клэе Феррисе и сказала:
— Иногда мне кажется, что они ничего плохого не сделают.
Ее собеседник в ответ на это вздохнул:
— Почему Вы не отправились в «Белль Терр», мисс Энэлайз? Я думаю, Вам было бы там безопаснее.
Энэлайз слегка улыбнулась и ответила:
— Я так не думаю. Спасибо, Перри и до свидания. Береги себя!
Она медленно повернулась и пошла домой, размышляя, как лучше рассказать все матушке, чтобы удержать ее от истерики. Но, когда она вошла в дом, то поняла, что все тревоги ее были напрасны — Эмиль был здесь. У Терезы не было истерики, но она вся как-будто оцепенела.
— Думаю, что ты пришел попрощаться, Эмиль, — печально обратилась к нему Энэлайз.
— Да, мне очень жаль, но ты угадала. Мы немедленно отступаем. Мама приняла близко к сердцу эту новость. Энэлайз, прошу тебя, позаботься о ней. — В первый раз за всю свою жизнь Энэлайз видела брата опечаленным и расстроенным. Она чуть улыбнулась и, проводив его до выхода, сказала:
— Ты же знаешь меня! Я обо всем позабочусь. Не беспокойся за нас. Лучше побереги себя. Твоя безопасность — вот это доставит радость и маме, и мне.
Его лицо озарилось мальчишеской улыбкой, и он сказал:
— Не надо обо мне беспокоиться. Со мной все будет хорошо. Пуля янки не достанет меня. Ждите, и мы вернемся назад. Вот увидите, мы дождемся подкрепления, а затем вернемся и штурмом возьмем Новый Орлеан. Не пройдет и месяца! — заверил он свою сестру.
Энэлайз печально улыбнулась. Бедный Эмиль, он действительно верил в то, что он, как и все южане, неуязвимы. Но, если армия не смогла отстоять Новый Орлеан? На что же теперь надеяться? Энэлайз понимала, что Новый Орлеан армия оставляла навсегда.
— Я буду тебя ждать, — сказала она ему спокойным голосом. — Береги себя, мой любимый старший брат. Он, весело улыбнувшись, ответил:
— Береги и ты себя, моя маленькая сестричка.
Глядя, как он уходит по улице все дальше и дальше, Энэлайз размышляла о том, что для него это — продолжение детских игр в войну, разведку, сражение Юг — Север. Эмиль — Клэй! Для них, как и для всех мужчин — любимая игра, а для женщин — боль, страдание, смерть любимых.
Ее брат, улыбаясь, уходил убивать и, может быть, человека, которого она полюбила. Энэлайз проглотила ком в горле и, заперев входную дверь, поднялась к себе в спальню. Но она чувствовала себя настолько возбужденной, хотя и усталой, что не смогла сразу раздеться и лечь в постель как обычно.
Энэлайз тихонько вышла на веранду и медленно прошлась по ней, остановившись у колонны. Там, затаив дыхание, она прильнула щекой к холодной колонне и посмотрела в сторону реки.
С веранды разглядеть закрытую домами и деревьями реку было невозможно, но Энэлайз знала, что река величественно и спокойно течет совсем недалеко отсюда, похожая на гигантскую змею. Там на реке стояли корабли янки. Они затаились в темноте, приготовившись к решающему штурму. Враг стоял у ворот.
И она сразу вспомнила Клэя, и ей стало интересно — неужели он остался в городе и, осуществляя очередной план, разбивает сердце еще какой-то бедной девушки, чтобы выведать военные секреты?! А, может быть, он давно пробрался к своим и теперь находится на одном из кораблей, готовых к штурму Нового Орлеана?
Может быть, он уже совсем забыл ее, а, может быть, вспоминает ночью, лежа на узкой солдатской кровати.
Она вытерла набежавшие слезы и пошла спать.
Все следующее утро Тереза Колдуэлл провела в постели, тем самым выражая свое полное неодобрение происходящему. Но Энэлайз это вполне устраивало, и она оставила мать в покое, только распорядившись принести ей завтрак. Ей было намного легче управляться с делами самой, чем спорить с матушкой, которая раздавала нелепые распоряжения направо и налево, хотя не знала толком, что надо было делать.
Вдруг воздух потряс огромной силы взрыв. У Энэлайз даже ручка выпала из руки, обдав чернильными пятнами всю страницу ее книги учета. Она сразу поняла, что стреляли из какого-то тяжелого орудия. Возможно даже, что стреляли с укреплений у Челметта. Это означало одно: корабли янки стали подниматься вверх по реке.
Она быстро надела шляпку и, выбежав из дома, направилась к пристани. Энэлайз понимала, что это была опасная затея. Но она была совершенно спокойна, и ей даже понравилось рисковать. Она поспешила на пристань, где стояли толпы людей и наблюдали за рекой. Конечно же, все люди пребывали в подавленном настроении. На пристани все еще лежали остатки обгоревшего зерна, и запах гари все еще висел в воздухе.
— Вон они! — вдруг раздался выкрик из толпы.
Энэлайз, как и все, посмотрела в указанном направлении.
Там на горизонте возникли зловещие силуэты кораблей армии Союза.
Толпа глухо ахнула. Энэлайз повернулась и увидела, что корабли, оставшиеся в гавани, горят. Часть кораблей уже сгорела, но броненосец «Миссисипи» — лучший корабль армии Конфедерации — был еще объят пламенем. Видимо, решив, что сопротивление огромной эскадре противника бесполезно и не желая отдать боевые корабли в его руки, командование отдало приказ их поджечь.
Слезы хлынули из глаз Энэлайз. Армия Конфедерации явно проигрывала. Почему они так надеялись на свои форты? Почему так плохо была организована оборона Нового Орлеана? Было очевидно, что армия Конфедерации не смогла бы отстоять город, даже если не были взорваны торпеды. Она могла потрепать противника, но не могла победить его. Изменить соотношение сил могли только новые виды оружия, типа тех, что изобретал ее отец.
А пока приходится наблюдать, как подходят к городу корабли противника. В их движении было нечто роковое. Энэлайз все стояла на пристани до тех пор, пока корабли не бросили якоря в гавани Нового Орлеана. Начался небольшой дождь. Энэлайз по-прежнему с ужасом смотрела на происходящее. Вражеские корабли в их порту, подумать только!
Еще раз посмотрев на полосатый флаг янки, укрепленный на мачте и обвисший из-за дождя, Энэлайз, наконец, тяжело вздохнув, повернулась и пошла домой.
К вечеру к ним домой пришла Полина и рассказала, как развертывались события после ухода Энэлайз. Сама она не рисковала ходить в гавань, но точно передала рассказ своего двадцатидвухлетнего кузена Генри, бывшего очевидцем событий.
— Генри сказал, что часть солдат сошли на берег, а толпа, оставшаяся на пристани, выкрикивала проклятья, освистывала их и плевалась в их сторону. Можешь себе представить, как они реагировали! Генри сказал, что хотя в отдельные моменты казалось, что толпа бросится на них и изорвет в клочья, они вели себя очень храбро. Более храбрых солдат он еще никогда в своей жизни не видел. А еще… один из них, который хладнокровно командовал, был очень похож…
Вдруг Полина замолчала и покраснела. Энэлайз ничего не сказала. Она только отвернулась в сторону. Итак, он здесь. Он выбрался из города и вернулся в него победителем. Он явился сюда позлорадствовать над их поражением.
Храбрый солдат?! О, да!!! Он, конечно, был смелым и храбрым солдатом. В этом она не сомневалась. Но он был и абсолютно безжалостным — ведь он вернулся, чтобы добиться их безоговорочной капитуляции.
Между тем Полина продолжала свой рассказ:
— Солдаты вошли в здание ратуши и там предъявили требование о капитуляции. Власти города отказались. Тем временем толпа на улице становилась все больше и злее, и янки, в конце концов, пришлось для собственной безопасности убраться на корабли.
— Как ты думаешь, мы капитулируем? — спросила у подруги Энэлайз.
— Похоже, этого позора нам не избежать, — ответила Полина.
— А я видела в газетах объявления о наборе добровольцев. Им предлагают взять оружие и продолжать сражаться, — сказала Энэлайз.
Полина, несмотря на обстоятельства, не удержалась от смеха.
— Но кто же пойдет в добровольцы? Ведь в городе остались только женщины, старики и подлецы! Энэлайз вздохнула:
— Ты, как всегда, права.
Девушки оценили обстановку правильно — добровольцев не нашлось. Более того, генерал Лавель принял решение отвести свои войска. Так улетучилась последняя надежда, связанная с защитой города. Отчаяние окутало город, как мантия. Правда, оставались еще форты, мимо которых прошла армия Союза, но не захватила их. И многие жители думали, что солдаты из фортов спасут Новый Орлеан.
Энэлайз не была так наивна. Горстка солдат из фортов вряд ли могла существенно повлиять на сложившуюся ситуацию. Они были обречены. Когда началась война, Энэлайз, как и все южане, никогда не думали, что такое из того, что произошло, была блокада. Но сейчас, с захватом Нового Орлеана, южане были на грани полного поражения. Только Богу известно, что будет с ними. В былые времена их всех обратили бы в рабство. Она четко представила себя стоящей со связанными руками, обнаженной, перед оценивающей толпой. И смуглый, надменный человек предлагает за нее цену. От одной только этой мысли она покраснела.
Придет ли он к ней? Она старалась о нем не думать, но эти мысли назойливо лезли ей в голову. А вдруг он придет и поведет себя как настоящий завоеватель и возьмет ее насильно, как свою собственность?! Даже, если бы она поклялась его убить, она не могла отделаться от жгучего желания прежде побыть с ним вместе.
Лежа ночами без сна, она представляла его приход и то насилие, которому он ее подвергнет. А когда засыпала, приходили сны о нем, о его поцелуях, и она так реально ощущала их, что просыпалась вся трепещущая.
Разумом она понимала, что мечтать об этом нельзя. Нельзя вспоминать его лицо, его руки, его тело, его ласки, чтобы не быть униженной в дальнейшем.
Нет, она ненавидит его! Ненавидит, как и всех других янки, которые поломали ее прекрасную жизнь. И если она случайно встретит его, то будет холодна и ничем себя не выдаст. Глупо даже думать, что он помнит о ней. Она была лишь средством для достижения цели, и он не испытывал к ней никаких чувств, только позабавился как с игрушкой.
Мысли о Клэе, которых она стыдилась, были не единственными, что ее волновали. Также постоянно она анализировала ситуацию с оккупацией города. Капитуляция была свершившимся фактом. Единственное, о чем еще спорили, так это о флаге Луизианы
type="note" l:href="#note21">[21]
, который продолжал висеть на здании ратуши. Командующий армией северян генерал Фаррагоут требовал его снятия и замены на флаг Соединенных Штатов, но гордые ново-арлеанцы пока не соглашались. В гневе Фаррагоут пригрозил сжечь город, если флаг не будет снят, и распорядился, чтобы оставшиеся жители покинули Новый Орлеан.
Несмотря на страшную угрозу, никто не двинулся с места. Женщины Нового Орлеана, и среди них Энэлайз, твердо решили, что они не покинут город и будут сопротивляться, если Фаррагоут станет изгонять их силой.
29 апреля жители Нового Орлеана лишились последней надежды на помощь — капитулировали форты. С флагом также пришлось распрощаться. Офицеры армии Союза высадились на берег и проследовали к ратуше. Мгновенно собралась толпа горожан. Энэлайз была среди них. Ее сердце было готово выскочить из груди, потому что среди офицеров, шедших к ратуше, она узнала его.
Толпа народа становилась все агрессивней и агрессивней. Когда на крыше ратуши появился офицер-янки, все напряженно затаили дыхание.
Энэлайз с ужасом ждала, что вот-вот из толпы прозвучит выстрел меткого стрелка и тогда…
В душе она радовалась, что на крыше был не Клэй Феррис, хотя и стыдила себя за это. Почему она так беспокоится об этом ужасном человеке?
Офицер-янки между тем хладнокровно продолжал делать свое дело. Он на глазах у всей толпы снял флаг Луизианы и сбросил его с крыши. Толпа охнула, а легкий ветерок подхватил родное полотнище и мягко спланировал его на землю. На ратуше уже развевался флаг Соединенных Штатов, повешенный офицером-янки.
Хладнокровно сделав свое дело, офицер слез с крыши.
Энэлайз в оцепенении смотрела на происходящее, затем повернулась и со слезами на глазах пошла домой.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Роковая любовь - Кэмп Кэндис



Затянуто, слишком много грязи со стороны ГГ-оя. Конец хоть и с ХЭ но прийдя к финалу чувства радости как-то не испытываешь. Короче ГГ-ой *волочь порядочная...
Роковая любовь - Кэмп КэндисдоБроЖелатель
5.03.2012, 17.20





Просто супер!!!!!!!
Роковая любовь - Кэмп КэндисЧитатель
25.11.2012, 13.43





Самый первый роман, который я прочла....rnИ сколько ему подобных,но помнится... И сюжет,и герои и даже имена...Роман очень хороший!!!!!
Роковая любовь - Кэмп Кэндисирина
2.04.2013, 9.37





жесток главный герой слишком много глупостей натворил что за дурацкая мужская гордость тщеславие наконец эгоизм признайся что любишь живи и радуйся жизни вместе с любимой женщиной так нет же вытворяет черти что но хорошо что успокоился когда все в руки взяла его любимая и доказала что и он любим и она и кто сказал что женщины не сильны они и мудры и умеют ценить чувства которые помогают им жить и быть счастливыми
Роковая любовь - Кэмп Кэндиснаталия
7.04.2013, 15.15





Потрясающий роман! Все 11 баллов. Какая сильная главная героиня, Энэлайз настоящая женщина, О а главный герой, какой мужчина, какая сильная любовь, столько боли и разочарований на пути соединения главных героев, любовь побеждает. Прочитайте , не пожалеете.
Роковая любовь - Кэмп КэндисВероника
12.09.2014, 20.59





Сюжет очень интересный а-ля Унесенные ветром. Но главный герой просто безумен, откровенно изменял своей жене, а она еще боролась за него. Ну не за что там уже было бороться, кроме похоти на самом деле любви уже давно не было ни с его ни с ее стороны.rnНе люблю я таких извращенных отношений, мне кажется автор "слегка" в этом перестаралась. Я оцениваю книгу на троечку
Роковая любовь - Кэмп КэндисTosha
4.04.2015, 10.58





СУПЕРРРР! первый мой роман кэмп.но конец немного разочаровал, нет взбесил, я бы Гг-я просто убила бы в той ванне, а так 11 из 10
Роковая любовь - Кэмп КэндисАННА
19.08.2015, 1.14





Роман бесспорно хороший, но мне кажется перебор с жестокостью и женщинами главного героя. И я например не могу найти ему оправдание, как нашла героиня. Не знаю, как так можно любить, чтоб прощать бесконечные измены? Точно что надо было утопить его в этой ванне)))) Но после выше сказанного прочитать советую, действительно интересный сюжет и испытания героев. Точно что аля Унесённые ветром)))
Роковая любовь - Кэмп КэндисЕкатерина
21.09.2015, 22.51





не понравился. местами совершенно идиотский перевод и дебильное построение фраз. (простите меня пожалуйста, но меня это оттолкнуло) + сам роман о сильной женщине, которую ее муженек-мудак совершенно не заслужил. абсолютно не моя тема. кому-то может быть понравится. мне нет.
Роковая любовь - Кэмп Кэндислёлища
29.03.2016, 14.30





+ ощущение незаконченности. как будто на полуслове оборвали.
Роковая любовь - Кэмп Кэндислёлища
29.03.2016, 14.40





Ужасно корявый язык !!!переводчику двойка !сужет еще туда-сюда сойдет , почитать на один раз сойдет !!!
Роковая любовь - Кэмп КэндисПривет
1.05.2016, 16.49








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100