Читать онлайн Огненная лилия, автора - Кэмп Кэндис, Раздел - Глава 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Огненная лилия - Кэмп Кэндис бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.78 (Голосов: 23)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Огненная лилия - Кэмп Кэндис - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Огненная лилия - Кэмп Кэндис - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кэмп Кэндис

Огненная лилия

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 12

Хантер, не моргая, смотрел на костер, помешивая угли палкой. Сидящая напротив Линетт молола зерна кофе рукояткой револьвера и была полностью поглощена работой. Ее брови сосредоточенно хмурились, когда она пыталась раздавить более крепкие зерна. Хантер, посмотрев на нее, повернул жарящийся над костром шашлык из зайчатины. Он только что подстрелил зайца, и они тут же сделали привал, обрадовавшись подвернувшемуся разнообразию в пище. Уже порядком поднадоели бобы и вяленое мясо.
С тех пор, как они выехали из дома, прошло три дня. Лошадей перегнали к Гидеону. Там пришлось объяснить брату и всем остальным, что произошло, и куда они собрались. Пока Хантер рассказывал, Линетт с пылающими щеками смотрела в сторону, сгорая от стыда. Что мать, брат Хантера и Тэсс подумают о ее беременности и ребенке? Но, к удивлению Линетт, Жо не произнесла ни слова о безнравственности их поведения, с сочувствием посмотрев на Линетт, сказала:
— Я все понимаю.
Гидеон предложил поехать с Хантером. Возможно, понадобится мужская сила, да и надежней было бы. Тэсс волновалась за Линетт: как та перенесет такое тяжелое путешествие, поэтому несмело предложила остаться, пока Хантер один съездит за девочкой.
Линетт начала было путанно объяснять, но к ее изумлению, мамаша Жо твердо заявила:
— Нет. Она не сможет сидеть сложа руки и ждать. Это же ее ребенок.
Жо перевела свои серые умные глаза на Линетт, затем снова посмотрела на невестку и, кивнув на спящего на руках у Тэсс ребенка, добавила;
— Что, если это был бы твой мальчик? Ты выдержала бы сидеть тут и ждать, пока Гидеон найдет его?
— Конечно, нет. Вы правы.
Сразу после этого Хантер и Линетт отправились в путь, не пожелав терять ни минуты. С тех пор они скакали во весь опор, останавливаясь на ночлег только когда стемнеет, и поднимаясь с рассветом, чтобы снова продолжить путь. Линетт была удивлена своей выдержкой. Она не жаловалась, не просила ехать помедленнее, если было нужно, просыпалась первой, а иногда торопила и Хантера. Казалось, будто ее подгонял какой-то внутренний огонь, все действия и движения были решительными и целеустрем-ленными, как, например, сейчас, когда она молола кофе. Будто бы она чувствовала, что каждая сэкономленная минута приблизит к заветной цели.
Хантер потянулся и перевернул шашлык другим боком к огню. Его взгляд снова задержался на Линетт. Он делал все возможное, не позволяя мыслям вновь возвращаться к этой женщине. Но при постоянном общении во время совместного путешествия это давалось нелегко. Они скакали рядом на лошадях, вместе ели, спали каждую ночь всего в нескольких метрах друг от друга. Хантер говорил себе, что мужчина должен быть лишен всех чувств, чтобы, находясь с женщиной, такой красивой как Линетт, не испытывать мук желания. Но это не означало, что он может расслабиться и потерять контроль над собой, приходилось прикладывать огромные усилия, чтобы не обращать внимания на свои чувства, не замечать Линетт. Пока они ехали, то почти не разговаривали. Потом, вечером, устраивая привал и разводя костер, Хантер не пытался завести беседу, зная, к чему приведут разговоры с Линетт. Придется смотреть ей в лицо, тогда он увидит эти живые черты, сияющие глаза, милый изгиб губ, поблескивание зубов. Он вновь узнает ее, опять вспомнит ее тело. Но он не желает этого, предпочитая оставаться чужими.
Через некоторое время Хантер с удивлением понял, что Линетт, кажется, удовлетворена их теперешними отношениями. Ее устраивал их вежливый обмен репликами. Сама она не заговаривала первой, если только это не касалось чего-нибудь практического. Она не пыталась улыбнуться ему, пококетничать, не вспоминала давно прошедшие времена и события. И насколько он мог судить, Линетт не имела особого желания узнать его заново. Похоже, ее занимали только мысли о дочери.
Так и должно быть, решил Хантер. В конце концов, у них была определенная цель, и Хантер сам часто ловил себя на том, что думает о своем ребенке. Но неожиданно для себя он обнаружил, что молчание спутницы немного задевает. Все же хотелось бы поговорить с ней об их дочке. Он вынужден был останавливать себя, чтобы не задавать вопросов о ее жизни за последние несколько лет. У него появлялось желание рассказать о своей жизни в Техасе, о плантациях, где он работал, о людях, с которыми встречался, о местах, которые видел. Временами приходилось стискивать зубы, чтобы слова не сорвались случайно с языка. Это раздражало его, но можно было вынести. Самое худшее заключа-лось в том, что страсть к ней все еще жгла его изнутри.
Не удержавшись, он взглянул на Линетт. Хантер разрешал себе смотреть на нее, когда они скакали верхом, чтобы просто проверить, ровно ли она держится в седле, не устала ли. Но в глубине души он признавал, что смотрит на нее не по этим причинам, а потому что привлекает ее красота. Он вспомнил, что когда был влюблен и ухаживал за Линетт, никогда не уставал любоваться ею. Тогда казалось, что каждый раз он открывает в девушке нечто новое, и с каждым взглядом его любовь становится все сильнее. Сейчас Хантер уже не любит, но не может отрицать, что она все еще имеет над ним власть.
Лучи солнца чуть позолотили нежную женскую кожу и теперь казалось, будто она вся блестит, от чего еще больше засияли ее живые синие глаза. Когда женщина сняла шляпу на минутку, чтобы ветер освежил голову, солнце запуталось, переливаясь в волосах, превратив их в огненно-рыжие. От такого зрелища Хантера пронзило жгучее желание. Под военного покроя рубашкой от костюма для верховой езды слегка выделялись округлости грудей. Талия ее была так узка, что хотелось обхватить ладонями.
Ночью было еще хуже. Может быть, самое трудное было как раз ночью. Мягкая теплая темнота сводила с ума. Ему рисовались линии ее тела, что разжигало еще больше. Вспоминалась та ночь у реки, когда она отдалась ему. Это было так давно и так непродолжительно. Иногда он сомневался: неужели было на самом деле так сказочно волнующе и трепетно, как запомнилось.
Теперь все было бы по-другому, говорил он себе. Тогда они были юными романтиками с широко распахнутыми глазами и доверчивыми душами, утонувшими в эмоционально-возвышенной любви. За прошедшие годы он узнал многое, стал старше и циничнее. Если это случится сейчас, то ничем не будет отличаться от связей с другими женщинами. Несомненно, будет приятно, но не ошеломляюще. Наверняка было бы именно так. Подобные мысли не давали покоя Хантеру с начала поездки.
И все-таки Хантер вновь посмотрел на сидящую у костра Линетт. Она расчесывала волосы, а языки пламени дрожали от каждого движения. Вдруг желание охватило Хантера с такой силой, что он едва мог дышать. Стало ясно — занятие любовью с Линетт никогда не будет для него чем-то обычным. Одно прикосновение к ней уже заставляло его всего трепетать. В памяти всплыли старые ощущения, как кружили любовь и жар страсти. В этот момент он почувствовал волнение, смятение и почти страх от возможности испытать все заново.
В Линетт присутствовало все, о чем только может мечтать мужчина. Она могла буквально вырвать сердце из его груди. Никто не знал этого лучше, чем сам Хантер.
Она повернулась к нему, держа в руках маленькую железную коробку с перемолотым кофе.
— Все сделано. Хантер кивнул.
— Давай, свари его. Мясо почти готово.
Линетт осторожно поставила жестянку на камень у костра, потом встала, разминая затекшие ноги. Хантер тоже поднялся.
За спиной качнулась ветка, вспорхнула испуганная птаха. И чуть поодаль послышался громкий хлопнувший звук. Линетт озабоченно оглянулась.
— Что это может быть?
Хантер сразу же узнал бвук и, инстинктивно схватив Линетт за руку, повалил на землю как раз в тот момент, когда пуля просвистела рядом с его виском. Они упали прямо в грязь, и Хантер прикрыл Линетт собой. Затем, потянувшись, он хотел взять ружье. Проклятье, Линетт им тоже пробовала молоть зерна, поэтому оно лежало поодаль, возле камня. Хантер пополз туда, волоча женщину за собой.
Линетт начала сопротивляться и крикнула:
— Хантер! Что ты делаешь?
— Тихо, черт побери. Ползи за мной. Хантер обхватил ее за талию, и они вместе перекатились за большой булыжник. Послышался свист, и пуля подняла фантанчик грязи как раз на том месте, где они только что находились.
У Линетт вырвался крик, но она тут же зажала рот рукой.
— Хантер? В нас кто-то стреляет?
— Естественно, — ответил он. — Ты думаешь, что я катаюсь в грязи ради смеха?
Он прислонился спиной к камню. Наконец пальцы нащупали курок револьвера. Он притаился. Конечно, сейчас было бы предпочтительнее ружье, но оно валялось по ту сторону костра. Ружье находилось недалеко, но чтобы его достать, нужно было пробежать по открытому месту, которое отлично освещалось светом костра. Но Хантер не желал намеренно стать великолепной мишенью для стреляющего.
Опустившись на локоть рядом с Линетт, Хантер огляделся. Спрятаться было негде, он даже не имел понятия, откуда стрелял их враг, поэтому решил заставить стрелявшего как-то обнаружитысебя. Вдруг абсолютно отчетливо за пламенем костра, среди деревьев, он заметил вспышку, и пуля со свистом ударилась о защищающий их камень. Хантер точно отметил точку, где блеснула вспышка, и выстрелил туда.
Потом выстрелил в ту же точку еще раз. После этого наступила тишина. Неужели их враг ушел? Или притаился, решив переждать, надеясь, что они подумают, что опасность миновала и выйдут из убежища? Еще хуже, если стрелок сменил свою позицию и теперь, в темноте, подбирается к ним с другой стороны.
Хантер закрыл глаза, сосредоточенно вслушиваясь в темноту, надеясь различить хруст ветки под ногой или удар ботинка о камень, или хлюпнувшую под ботинком грязь. Но ночь была абсолютно безмолвной. Потом вдалеке послышался топот удаляющихся копыт.
Кто бы это ни был, но нет сомнения, что он уехал, потому что бессмысленно перестреливаться в полной темноте. Хантер расслабился, облегчение теплой волной разлилось по всему телу. Сердце еще бешено стучало, а нервы были напряжены после пережитой опасности. Он всегда так чувствовал себя в подобных ситуациях. Какая-то слабость и одновременно дикое ощущение жизни. В данный момент все его чувства обострились до предела и реагировали на малейший шорох, запах или движение.
Он ощущал мягкое тело Линетт, слышал ее тихое дыхание, видел, как часто подымается и опускается грудь под рубашкой. Ее сердце сейчас билось в одном ритме с его. Он вдыхал тонкий аромат лаванды, исходящий от женских волос. Их положение было очень интимным, почти такое же, как во время занятий любовью. Эта мысль разожгла в нем желание. Он слегка пошевелился, почти бессознательно, немного изменив расположение своего тела. От этого легкого движения внутри у него все сжалось, внезапно стало жарко и неудобно. Его готовность встретить опасность вдруг обернулась страстью.
Лицо Линетт было рядом. Ее глаза казались огромными и глубокими, как озера, в которых можно утонуть. Взгляд Хантера задержался на мягких, зовущих, слегка приоткрытых губах. Им нестерпимо овладело желание почувствовать их вкус, захотелось накрыть ладонью грудь, ощутить ее призывную податливость. Хантер непроизвольно стал наклонять голову, будто магнитом влекомый этими зовущими гулами. Глаза Линетт расширились и она всхлипнула.
Это движение вывело Хантера из оцепенения. Наконец до него дошло, что он начал делать именно то, чего обещал себе никогда не делать. Он подавил в себе возбуждение, и его натренированное тело само собой отскочило от соблазнительного источника.
Выругавшись сквозь зубы, Хантер резко вскочил на ноги. Не обращая внимания на опасность возвращения стрелявшего в них человека, становясь хорошей мишенью, он встал во весь рост.
— Хантер! — предостерегающе крикнула Линетт. — Что ты делаешь? Что, если они снова начнут стрелять?
— Я слышал, как они уехали.
Повернувшись спиной к Линетт, он направился к костру. Зная, что желание не отпустит его, пока он будет смотреть на эту женщину, присел на корточки возле костра, пытаясь настроиться на другое.
— Черт возьми!
— Что?
Линетт села, отряхивая одежду, затем взглянула на него.
— Им удалось пррстрелить наш шашлык. Теперь половина мяса в огне.
— О-о. Ну, ничего страшного. Похоже, я больше не испытываю чувства голода. Ты можешь съесть оставшееся мясо.
— Не говори чепухи. Мы поделимся. Ты скоро почувствуешь, как возвращается аппетит. Сейчас организм таким образом реагирует на перенесенную опасность. — Он повернул шашлык. — Мясо немного подгорело, но, кажется, есть можно.
Линетт подошла ближе и присела рядом с Хантером.
— Хантер, кто в нас стрелял? Зачем кому-то надо убить нас?
Хантер искоса бросил на нее взгляд.
— Я знаю только одного человека, который может желать моей смерти, а может, и твоей тоже.
— Бентон?
Хантер кивнул. Глядя на языки пламени, он продолжал:
— Он ненавидит меня за то, что у нас было с тобой до войны. Он и от ребенка избавился, потому что это именно мой ребенок. Я не сомневаюсь, что он решил остановить меня, чего бы это ни стоило.
— Бентон плохо стреляет. А с такого расстояния он не стал бы палить, так как не имело бы никакого смысла.
— Да. Вряд ли он сам поскачет за нами. Скорее всего нанял человека. Наемника.
— Ты хочешь сказать, что он заплатил кому-то за наше убийство? Но почему? Я имею в виду, почему он не избавился от тебя раньше?
Хантер пожал плечами.
— Ты никогда раньше не убегала от него со мной.
— Я и так не убежала с тобой! — горячо возразила Линетт.
— Бентон этого не знает. — Хантер хмуро посмотрел на нее. — Ему известно только, что ты и я куда-то уехали. Должно быть, он понял, что мы отправились на поиски нашего ребенка. И будет логично, что потом… — он отвернулся, — что мы втроем обоснуемся где-нибудь к западу отсюда и будем жить семьей.
— Он действительно ревнует к тебе — согласилась Линетт. — Не понимает, как я тебе отвратительна.
Хантер быстро взглянул на нее из-подо лба но ничего не сказал.
— Или, может быть, просто боится, что найдя Джулию, — так я назвала нашу девочку, — я вернусь с ней в Пайн-Крик. Он испуган, что его друзья узнают о том, что он сделал. Бентон не вынесет, если потеряет положение в обществе.
Хантер хмыкнул.
— Не знаю, что это меняет. Все в городе и так знают, что он сукин сын.
— Нет, для него многое меняется. Ему все равно, если люди перешептываются за его спиной. Они же с ним вежливы и принимают в своем кругу. И до тех пор, пока его друзья, янки и саквояжники, дают ему власть и престиж, Бентон спокоен. Но если все откроется, он будет опозорен. Все отвернутся от него. Он будет унижен. Для него очень важно быть власть имущим.
Хантер взял лопату и начал забрасывать костер землей. Если вернется тот, кто в них стрелял, он уже не будет такой прекрасной мишенью на фоне пламени. Отрезав от горячего мяса кусочек, он протянул Линетт.
— Держи. Осторожно, оно горячее. Она аккуратно взяла его двумя пальцами, но не стала есть, а просто сидела, держа в руке, наморщив лоб, погруженная в свои мысли.
Отрезав второй кусок для себя, Хантер сбоку посмотрел на нее и принялся есть.
— С другой стороны, — продолжал он, — это могли быть случайные грабители, увидевшие нас, лошадей, оружие, и решив, что мы — легкая добыча.
— Ты действительно так думаешь?
— Возможно. — Он пожал плечами. — Это даже может быть кто-то, кто считает эту землю своей, а наш привал — посягательством на его угодья. Он хотел нас просто попугать.
Линетт, похоже, немного расслабилась.
— Может и так. Они сразу так быстро ушли. Ведь не стали бы они так делать, если бы их нанял Бентон, правда?
— Не знаю, Лин. Но нам надо быть начеку.
Хантер отрезал еще кусочек мяса и принялся есть. Он сам сомневался, что версия с грабителями правдоподобна, а с владельцем земли и того меньше! Слишком много совпадений, а вот Бентон Конвей, по его мнению, был именно тем человеком, который наймет убийцу, чтобы тот покончил с его женой и парнем, которого он считает ее любовником. Хантер привел другие версии, чтобы только успокоить Линетт. Он и сам не знал, почему не хотел, чтобы она волновалась. Это было глупо. В конце концов она сама напросилась в это путешествие и уверяла, что ей не нужно никаких особых условий. Честно признаться, было бы лучше, если б женщина настолько испугалась, что захотела бы вернуться в Пайн-Крик. Тогда он один продолжал бы путешествие. Но что-то заставляло успокаивать ее.
Хантер нахмурился: со стороны, наверное, выглядит дураком. Он искоса взглянул на Линетт и улыбнулся. Она была занята едой, ела мясо, держа его только двумя пальцами и откусывая маленькие кусочки. Спина была прямая, точно она сидела за столом в изящной столовой. Она умела хорошо и долго скакать в седле и никогда не жаловалась. Будучи южанкой, истинная леди не собиралась изменять своим привычкам.
Линетт, почувствовав его взгляд, подняла глаза и нахмурилась.
— Чему ты улыбаешься?
— Просто улыбаюсь, глядя, как ты ешь кусок жаренного на костре зайца, но все равно выглядишь элегантно. Клянусь, если бы они засадили в тюрьму, где я сидел, группу южанок, охранникам были бы даны великолепные уроки хороших манер. Наши леди вышивали бы монограммы и на тюремных простынях, не изменив свои манеры.
Линетт не сдержала улыбки.
— Наверное, так и было бы. Моя мать всегда говорила, что не важно, как неблагоприятны условия, все равно: истинной леди не следует забывать, как нужно себя вести.
Хантер согласно кивнул.
— Вот именно, о чем я и говорил. Некоторое время они молчали, занимаясь только мясом.
Потом Линетт тихо и немного напряженно спросила:
— Хантер, я всегда была… мне всегда было не по себе, когда ты сидел в тюрьме. Я… я волновалась за тебя.
Хантер холодно взглянул на нее, выражение его лица было непроницаемым. Это сразу отбивало желание продолжать разговор.
— Тебе нет необходимости переживать за меня. К тебе это не имеет никакого отношения.
Линетт почувствовала себя оскорбленной и удивленно подняла брови.
— Конечно, но это не означает, что не станешь волноваться, когда что-то ужасное случается с человеком, которого знаешь, — немного неубедительно закончила она.
Хантер резко встал и далеко бросил обглоданную кость.
— Я выжил. Только это имеет значение. Об остальном я не вспоминаю.
Его тон однозначно обрывал данную тему. Линетт посмотрела вниз на кусочек мяса, зажатый в пальцах. Вдруг совершенно пропало чувство голода.
— Я понимаю.
Хантер обернулся и посмотрел на нее.
— Нет. Сомневаюсь, что понимаешь, но не важно. Поверь на слово, нам не о чем говорить, если это касается моего плена в тюрьме у янки. Вот и все.
Линетт кивнула, избегая его взгляда. Губы Хантера стали жестче. Он резко отвернулся и произнес:
— Давай готовиться ко сну. Завтра рано вставать.
Хантер направился к рюкзакам, вытащил скатанные постели, чувствуя себя каким-то злодеем, грубо оборвавшим Линетт, когда та попыталась выразить ему свое сострадание. Но он не собирался изливать перед ней свою Душу.
Он отошел подальше от костра, где еще раньше наметил место для сна, и начал устраиваться за двумя большими камнями, которые служили естественным заграждением с двух сторон. Линетт пошла за ним и стала помогать с одеялами.
— Почему мы будем спать здесь? — спросила она, увидев, что он готовит вторую постель рядом с первой.
— Защита, — сухо объяснил он. — Это на тот случай, если наш «друг» решит нанести нам второй визит, то будет думать, что мы спим рядом с костром. А я бы хотел его слегка удивить.
— А-а, понятно.
— И мы не должны находиться далеко друг от друга, — продолжал Хантер, отвечая на вопрос, который сидел в ее голове.
— Мне трудно будет защитить тебя, если ты будешь в другом конце нашего лагеря.
— Считаешь, они вернутся?
— Не знаю. Но лучше быть готовыми. Линетт кивнула.
— Я тоже так думаю. Может нам нести вахту? Спать по очереди?
Он немного удивленно посмотрел на нее, не ожидая от нее такого спокойствия и практичности. Он забыл, что Линетт стала старше и совсем другой женщиной. Не легкомысленная, флиртующая девчонка, которую Хантер когда-то знал.
— Не думаю, что это необходимо, — сказал он. — Рядом ружье, и у меня чуткий сон. Я услышу.
Он не добавил, что собирается всю ночь просидеть, прислонясь к камню и лишь немного вздремнуть. Он уже делал так раньше и был уверен, что малейший шорох может разбудить его. Хантер не мог себе позволить во второй раз попасться в руки врага в бессознательном состоянии.
Он предложил Линетт занять постель, ближнюю к камню. Так она будет защищена с трех сторон: двумя камнями и им самим. Большего для ее защиты нельзя было придумать.
Линетт сделала, как он велел, потом села на разостланную постель, распустила волосы и стала готовиться ко сну. Хантер устроился на своем месте, стараясь не смотреть на сидящую рядом Линетт. Предыдущие ночи Линетт спала от него в нескольких метрах. Он не видел ее вечерний ритуал. Теперь все происходило у него перед глазами, и он нашел это очень неудачным, можно протянуть руку и коснуться блестящих волос, которые мягкой волной накрыли плечи и спину, когда она вытащила из них заколки. Было отчетливо видно, какие они густые. Даже в мыслях Хантер уже никогда не представлял их так ясно, помнил лишь мягкость в пальцах, как они, точно шелк, касались его кожи. Как часто хотелось просто зарыться в этих волосах лицом.
Линетт достала из своего чемодана гребенку и начала расчесывать волосы. Она всегда делает это в течение нескольких минут, пока волосы не станут гладкими и расческа не будет свободно проходить сквозь них. Хантер закрыл глаза и прислонился спиной к камню. Лучше не смотреть. Он страдал от того, что каждую ночь приходилось вновь и вновь испытывать эти муки. Хотя бессознательно каждый вечер он нетерпеливо ждал момента, когда Линетт распустит волосы и начнет расчесывать их. Нервы были напряжены ожиданием, а внутри постепенно закипало горячее и тоскливое чувство. Если бы случайно она решила изменить ежевечерний ритуал, он бы расстроился, даже разозлился.
Когда он не смотрел на нее, звук расчесываемых волос все равно действовал на его напряженные нервы. Он не знал, догадывается ли Линетт, какое воздействие оказывает на него и делает ли она это специально. Неужели дразнит его, пытаясь доказать, что может вызывать в нем те же неукротимые желания, как когда-то?
Хантер открыл глаза и мгновение молча смотрел. Линетт выглядела абсолютно спокойной, безразличной. Очевидно, что она не имела понятия о том, какие ощущения пробуждала в нем. Сама она не испытывала ничего похожего, так как давно потеряла к нему какие-либо чувства. Нет сомнения, женщина ненавидит за то, что он отвернулся от нее, лишив возможности объяснить, почему она вышла за Бентона. Более того, презирает его! Хантер оставил ее беременной, а сам, будто безответственный мальчишка, убежал на войну, ни разу не задумавшись, что может случиться с любимой девушкой.
Осознание вины снова растревожило сердце Хантера. Это часто случалось с тех пор, как Линетт открыла правду о своем замужестве. Когда вспоминался рассказ о том, что Конвей сделал с ребенком, становилось еще хуже. В глубине души Хантер понимал, что он в ответе за то, что Линетт потеряла дочь. Если бы он остался и подумал об их будущем, Линетт не пришлось бы выходить замуж за Конвея, и малышка была бы с ними.
В сотый раз уже Хантер проверил револьвер и лежащее у камня ружье, отвлекаясь таким образом от навязчивых мыслей. Это не помогло. В душе бурлили чувства и было невероятно трудно сохранить верность своей клятве, держаться от этой женщины подальше и спасти свое сердце от еще одного удара.
Хотя он делал вид, что очень устал и спешит поскорее устроиться, сон все никак не шел.
Хантер вздохнул и закрыл глаза, приходилось ворочаться, чтобы найти более удобное положение. Было слышно, как Линетт закончила приготовления, отложила в сторону расческу и начала снимать туфли. Хантер не смог удержаться от соблазна посмотреть на нее и слегка приподнял веки.
Линетт сняла один туфель и отставила его в сторону, затем другой. Движения каждый раз обнажали голую ногу выше носка. Совсем немного, но все равно вид ее ног взволновал Хантера. Линетт взглянула на своего спутника, собираясь что-то сказать, но, увидев, что у того уже закрыты глаза, промолчала. Она не могла понять выражение его лица. Хантер казался таким чужим, таким далеким. Подчеркнутая холодность, с которой он говорил, больно задевала Линетт. Она не надеялась, что когда-либо возобно-вятся те старые отношения: такое случается только раз в жизни, но, когда Хантер согласился принять участие в совместных поисках их дочери, полагала, что он немного смягчился по отношению к ней. Она думала, что они смогут спокойно общаться, что между ними установится что-то вроде дружеского сотрудничества. Тем более, что было о чем поговорить. Дело касалось их дочери. Нужно решить, как быстрее найти ее. Линетт хотела порассуждать о том, какая девочка сейчас. Подобные мысли занимали женщину постоянно. Ни о чем другом она не могла и думать.
Но Хантер, очевидно, не заинтересован даже в дружеских отношениях. Без необходимости он почти не разговаривал с ней. Хотя невозможно и мечтать о лучшем помощнике, когда дело касалось силы и безопасности. Но чаще всего у Линетт было чувство, будто рядом никого нет и не с кем поделиться своими переживаниями. Она подумала, что путешествовать вместе с Хантером и… не вспоминать о днях их любви она просто не может. Все еще это самый красивый мужчина из всех, кого ей приходилось знать. Теперь, когда тело его физически окрепло, он возмужал, а черты лица говорили о том, что ему многое пришлось повидать в жизни, Хантер выглядел еще красивее. Она вдруг поняла, что любуется большими, загорелыми, мускулистыми руками, вспоминает, как они ласкали, поэтому не могла удержаться и невольно следила взглядом за ним. Вот как легко он скачет верхом, как крепки его бедра, как легко он управляет лошадью! Все это не ускользало от внимательного взгляда Линетт. И пламя, которое умерло в ней много лет назад, вдруг вспыхнуло вновь, заполняя ее всю жаркой страстью.
Поймав себя на подобных мыслях, она возмутилась, но все-таки не смогла отвлечься, и вновь думала о Хантере. «Вот он, — горько говорила она себе, — очевидно, не знаком с такими проблемами. Хантеру с легкостью удается не обращать на меня никакого внимания». Наконец Линетт отвернулась. Вскоре она уже спала, свернувшись калачиком под одеялом.
Хантер некоторое время внимательно следил за ней. Бледное лицо освещалось лунным светом. На щеки падали тени от густых пушистых ресниц. Губы слегка приоткрылись, и было видно, как поблескивали белые зубы. Он ясно представил, как эти зубки тихонько покусывают его губу, сживают мочку уха. Внутри возникло тянущее, дрожащее ощущение. Находиться так близко было мучительно. Нестерпимо захотелось протянуть руку и дотронуться до нее, разбудить ее поцелуями. Почему не удается быть совершенно безразличным? Почему тело не может быть таким же сдержанным, как разум?
Хантер заставил себя отвернуться и закрыть глаза. Но заснуть удалось не скоро, хотя усталость брала свое.
Ночью ничего не произошло. Хантер несколько раз просыпался от шороха и садился, хватаясь за ружье, постоянно ожидая, что вот-вот что-то случится. В конце концов он решил, что это копошится какой-то зверек, или шелестит среди деревьев ветер. Утром они поднялись на рассвете, как привыкли за время путешествия, и после короткого холодного завтрака отправились в путь.
Хантер был особенно осторожен, внимательно осматривал дорогу и исследовал местность, по которой они проезжали. Из головы никак не выходило ночное происшествие. В пути им повстречалась пара случайных прохожих. Хантер начал уже было думать, что ночное нападение было делом рук обычных грабителей, которые иногда попадались на дорогах. Они свернули за поворот и там, среди кустарника и деревьев, прямо перед ними Хантер увидел краткую вспышку, будто бы солнце осветило что-то металлическое, походившее на ружье.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Огненная лилия - Кэмп Кэндис



странно что нет коментов! книга чудесная! столько накалов страстей, лихой сюжет и интересная развязка...очень рекомендую...коменты очень положительные и на других сайтах ЧИТАТь!!! ЧИТАТЬ!!!ЧИТАТЬ!!!10 из 10
Огненная лилия - Кэмп Кэндисещё наталья
28.12.2012, 0.40





прекрасно но сколько нужно иметь мужества чтобы оставить своего ребенка другой семье которая уже удочерила девочку это подвиг на который не каждый человек способен роман интересный чувства героев прекрасны герои смогли вернуть свою любовь которую потеряли когда-то чувства вспыхнули с новой силой и новый ребенок и удочеренная девочка наполнили жизнь главных героев счастьем радостью
Огненная лилия - Кэмп Кэндиснаталия
27.02.2013, 15.32





Супер советую, это про брата Меги и Гедиона, Хантера поверьте эту книгу стоит прочитать. Я согласна с Натальей нужно быть мужественым чтобы оставить своего ребёнка в другой семье. 10из10.
Огненная лилия - Кэмп КэндисРада
14.11.2014, 8.32








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100