Читать онлайн Поверь и полюби, автора - Кэлмен Хизер, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Поверь и полюби - Кэлмен Хизер бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.35 (Голосов: 62)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Поверь и полюби - Кэлмен Хизер - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Поверь и полюби - Кэлмен Хизер - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кэлмен Хизер

Поверь и полюби

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

Софи великолепно выполнила поручение. Николас хотя и неохотно, но вынужден был признать это. И неудивительно: мисс Мэйхью, спускавшуюся по лестнице под руку с лордом Линдхерстом, узнать было почти невозможно. Выглядела Минерва великолепно и к тому же благоухала божественными ароматами самых дорогих духов.
Однако Николас продолжал съеживаться при одном воспоминании о ее омерзительном хихиканье. Ему хотелось, чтобы Минерва изменила бы и свой голос, напоминавший при тихой речи мышиный писк, а при громкой – рев осла. Это никак не сочеталось с внешностью девушки, на которой, право же, теперь мог бы задержаться самый взыскательный мужской взгляд.
«Что ж, не все сразу!» – вздохнул Линдхерст, бросив взгляд на идущую с ним под руку девушку, без умолку болтавшую на столь ненавистную Николасу тему рыбной ловли. Он искренне удивился, как буквально за считанные часы Софи удалось добиться таких потрясающих результатов, на которые у любого другого ушел бы месяц, если не больше.
Преисполненный невольного уважения к своей бывшей невесте, Николас провел Минерву через старинные кладбищенские ворота, после чего они направились к стоявшей неподалеку небольшой церкви. – На всем пути мимо могильных плит и памятников лорд Линдхерст не переставал удивляться неожиданно обнаружившимся способностям мисс Баррингтон.
Вместо кишащего омерзительными насекомыми, изжеванного платья на Минерве было что-то обновленное, имеющее далеко не дешевый вид. Сочетание желтого и голубого цветов очень ей шло. Льняные волосы были чисто вымыты и аккуратно причесаны, слегка завитые пышные кудри элегантно обрамляли сразу посвежевшее и ставшее совсем юным лицо.
Николас в душе еще раз наградил Софи аплодисментами. Когда же он взглянул на шляпку, прикрывавшую голову Минервы, то открыл рот от изумления. Это была выходная шляпа Софи. Он узнал ее! Софи впервые надела этот милый головной убор, когда они с ним прогуливались по одному из лондонских фешенебельных парков, после чего ездили на светский пикник леди Сейнсберри! Казалось, это было только вчера!
Николас долго смотрел на шляпку и вспоминал тот недавний день. Снова и снова в его ушах звучал смех Софи… Такой легкий, журчащий, завораживающий… Как музыка… А перед глазами стояла улыбка… Открытая, очаровательная… Он чувствовал тепло руки Софи, когда касался ее во время игры в жмурки…
И вновь им овладело непреодолимое желание сделать эту женщину своей…
То, что Николас оторвал взгляд от шляпки Софи лишь ценой немалых усилий, вызвало в нем раздражение и злость на самого себя, потому что было признаком слабости. Он оказался не в силах преодолеть упрямое плотское желание… Какого черта копаться в воспоминаниях?! И вот результат: он снова хочет эту девчонку, будь она проклята! Сколько можно в этом себе признаваться?! Но ведь одновременно он глубоко презирает ее!
Проклиная себя за мягкотелость. Линдхерст попытался переключить внимание на девушку, которую вел под руку.
Он подумал, что разговор с ней в какой-то степени может отвлечь от опасных мыслей, тем более что Минерва болтана без умолку. Правда, Николас все пропустил мимо ушей. Сейчас он чуть наклонился к ней и прислушался. Увы, так и есть! Мисс Мэйхью продолжала развивать свою любимую рыболовную тему. На этот раз речь шла о шелковых лесках, сделанных из червяков.
– …з-затем надо о-опустить ч-червяков на н-несколько часов в с-слабый у-уксусный р-раствор. П-после этого р-разорвать каждого п-пополам. В-внутри вы у-увидите т-тонкий ж-жгутик. Это и есть ш-шелковая нить для л-лески. О-она очень э-эластична, т-так что по ж-желанию м-можно ее р-растянуть до н-нужной д-длины.
Николас не знал, как реагировать на столь необычную лекцию предполагаемой невесты о шелковых лесках и черняках, но тут сзади него послышался тихий, журчащий смех. Линдхерст сразу узнал голос, даже не надо было оглядываться. Но он все-таки не выдержал и сделал это…
…Как и подобает камеристкам, Софи следовала за своей новой госпожой на расстоянии нескольких шагов. Но в отличие от них ее сопровождали двое слуг: Чарлз Диббс – второй ливрейный слуга, и Теренс – четвертый. Увидев подобный эскорт, Николас на мгновение оторопел. Его глаза превратились в две узкие щелки, в которых разгорался огонек самого настоящего бешенства. Ибо нигде и никогда простая поденная служанка не удостаивалась чести шествовать в таком сопровождении. Но еще больше Николаса привели в негодование взгляды, которые лакеи бросали на Софи. И право, их можно было понять! Софи надела роскошное выходное платье, в котором она когда-то гуляла с Линдхерстом по столичному парку и веселилась на пикнике, организованном леди Сейнсберри! Сегодня, как и в тот день, она выглядела совершенно божественно.
Залитые здоровым румянцем щеки казались двумя спелыми, аппетитными персиками, что очень гармонировало с коралловым цветом платья… Губы, сулившие неземное блаженство тому, кому будет дозволено их коснуться… Длинные стройные ноги… Удивительно женственные, соблазнительные бедра… А уж на высокую, твердую грудь Николас просто боялся поднять глаза. Он и без того чувствовал, что сражен наповал… Уничтожен… Сокрушительное, позорное поражение…
Линдхерст поспешно отвел взгляд, моля в этот момент Бога, чтобы Софи не заметила его состояния…
Она не заметила. Николас тут же сделал вид, будто целиком поглощен разговором с мисс Мэйхью. Взглянув в сторону церкви, он увидел стоявшего на ступеньках отца в окружении едва ли не всех местных вельмож. Он делал сыну какие-то знаки. Николас понял, что маркиз призывает поторопиться…
Старый Бересфорд представил мисс Мэйхью каждому из собравшихся, при этом не поскупившись на комплименты в адрес возможной будущей невестки. Николас исподтишка бросил взгляд в сторону Софи, остановившейся вместе со своими «телохранителями» под деревом рядом с церковью. И тут же заметил, что эскорт поденной служанки маркиза Бересфорда уже успел увеличиться. К Чарлзу и Теренсу присоединились еще двое ливрейных слуг и соседский камердинер. Софи, судя по радостному выражению лица, чувствовала себя в этом окружении превосходно. Мужское внимание ей явно импонировало.
«А почему бы и нет?» – усмехнулся про себя Линдхерст, настроение которого сразу же упало, наверное, до самой низкой отметки. В конце концов, у всех шестерых мужчин, пожиравших Софи восторженными глазами, были приятные, открытые лица, что ей всегда нравилось…
Тем не менее, Николас почувствовал жгучее желание съездить кулаком по одному из них, особенно по физиономии Чарлза Диббса, который все время пытался схватить девушку за руку и плотоядно посматривал на ее грудь.
От ярости Николас сжал кулаки. Ведь если верить слухам, в правдивости которых он, впрочем, не сомневался, повеса Диббс сподобился стать отцом чуть ли не дюжины ребятишек, бегавших теперь по селению. И судя по тому, что сейчас происходило под деревом, он не прочь нажить и еще одного, но на этот раз – от Софи.
Николас недобро усмехнулся, представив себе, как Софи Баррингтон, ярчайшая звезда среди столичных светских красавиц, станет вынашивать ребенка от его ливрейного слуги. Но к своему удивлению, злорадства при этом не почувствовал; более того, рисуя в своем воображении сладострастную картину того, как этот прохвост Диббс раздвигает колени Софи и лишает ее невинности, Линдхерста захлестнул приступ злобы. Как, этот мерзавец намерен вкусить ее первую сладость?! Ну, нет! Никогда! Разве не он, лорд Линдхерст, так долго ухаживал за мисс Баррингтон, прежде чем предложить ей руку и сердце? Не для того же, чтобы отдать грязному хлыщу из числа своих собственных слуг, а самому остаться в стороне! Нет, такого он не допустит!
Между тем к стоявшей под деревом группе подошла молодая и очень красивая девушка. Присмотревшись, Николас узнал свою горничную Фэнси. Выражение ее лица поразило и даже испугало Линдхерста. Создалось впечатление, что Фэнси пришла сюда с намерением кого-то убить.
Остановившись за спинами окружавших Софи молодых людей, она сдавленным голосом прошипела, но так громко, что ее услышал даже стоявший на некотором расстоянии Николас:
– Чарлз Диббс!
Второй ливрейный слуга на мгновение оторвал взгляд от Софи и оглянулся.
– Чего ты хочешь, Фэнси? – совершенно безразлично спросил он.
– Чего я хочу? Ты еще спрашиваешь, чего я хочу?! – Фэнси скрестила руки на груди, топнула ногой и с ненавистью посмотрела на Чарлза. – Я хочу знать, почему ты не пошел со мной в церковь, как обещал? Почему заставил меня так долго ждать в саду, а сам не изволил явиться?
– Я забыл, – с самым безучастным видом ответил Диббс, пожав плечами.
Однако Фэнси не собиралась сдаваться. Она подошла вплотную к Чарлзу и процедила сквозь зубы:
– Забыл? Прекрасный ответ! Впрочем, в последнее время ты вообще забыл о моем существовании. Забыл и о том, как говорил мне нежные слова, настаивал на встречах и обещал золотые горы, лишь бы я согласилась стать твоей! И тут же побежал за этой… – Фэнси презрительно кивнула в сторону Софи и саркастически улыбнулась. – Неужели ты так глуп, что надеешься у нее чего-то добиться?
Чарлз театрально вздохнул, воздел руки к небу и бросил на своих товарищей взгляд, молящий о сочувствии. Трое из них тут же откликнулись, дружелюбно похлопав его по плечу. Четвертый же, Теренс, как и соседский камердинер, недовольно нахмурились. А Софи посмотрела на Чарлза так, будто у него только что выросли рога.
Николаса этот взгляд озадачил. Он с беспокойством подумал, не могло ли случиться, что Софи уже клюнула на ухаживания второго ливрейного слуги, а теперь шокирована появлением другой девушки, явно предъявлявшей свои права на Чарлза. Его подозрения усилились, когда Софи воскликнула:
– О, Чарлз! Как ты можешь так обращаться с нашей очаровательной Фэнси?!
Но Диббс только досадливо махнул рукой.
– Я не сделал ей ничего дурного! Мы просто немного поиграли в любовь, вот и все! Уверяю, что каких-то серьезных отношений между нами никогда не было!
Фэнси вскрикнула, пораженная этими словами. Чарлз же некоторое время продолжал на нее смотреть, но затем снова повернулся к Софи и добавил:
– Дорогая мисс Бартон, не обращайте на все это внимания. Такие женщины на меня кидаются все время. Я получил от нее все, что она обещала, после чего стало просто скучно!
Софи чуть не стало дурно от такого признания. Фэнси же снова пронзительно вскрикнула и набросилась на Диббса с упреками:
– Как ты смеешь так говорить?! Ничего подобного между нами не было! Я никогда на тебя не кидалась! Никогда! Слышишь?! И была глубоко порядочной девушкой, когда приехала в Хоксбери! Это ты начал увиваться около меня. Клялся, будто любишь! Ныл, чуть не плакал! Обещал жениться, если я уступлю твоим домогательствам!
– Скажи, Фэнси, – усмехнулся Чарлз, – зачем бы я стал около тебя увиваться, если кругом столько стоящих внимания женщин?
– Затем, что я на них не похожа, – парировала Фэнси. – Не ты ли сам это говорил? – Она подошла вплотную к Чарлзу. – Ты говорил, что полюбил меня за порядочность и доброту. И, обещая жениться, упросил отдать тебе то, что я берегла для будущего мужа!
– Почему, черт побери, я должен жениться на тебе? – фыркнул Чарлз. – Я же не раз говорил, что намерен когда-нибудь купить патент на офицерский чин и это даст мне возможность занять положение джентльмена.
– Неужели? – ухмыльнулась Фэнси. – Только я не могу понять, при чем здесь твоя женитьба?
– Тогда ты еще глупее, чем я думал. Став джентльменом, я получу возможность сколотить состояние. Не скрою, это всегда было моей мечтой. Когда же я разбогатею, то смогу стать членом высшего общества, но для этого у меня должна быть незапятнанная и благовоспитанная жена, желательно благородного происхождения. – При этих словах Чарлз бросил испытующий взгляд на Софи. – Ты же, Фэнси Дженкинс, – продолжал он, – неряха и полная плебейка, а потому мне ни с какой стороны не подходишь.
Чарлз, видимо, думал, что эти слова будут благожелательно восприняты Софи. Но на ее лице отразилась только брезгливость. Софи была ошарашена услышанным. Николас, наблюдавший всю сцену, и слышавший слова Диббса, сразу понял это и с неожиданным облегчением подумал, что, если бы у Софи были какие-то чувства к Чарлзу, она, наоборот, пришла бы в восторг от его честолюбивых планов и решительного разрыва с надоевшей любовницей. Пусть Диббс всего лишь лакей, но и Софи теперь оказалась в положении полунищенки, а потому вполне могла бы воспринять предложение Чарлза как исполнение чуть ли не всех своих желаний.
Хорошо! А если поведение Чарлза – всего лишь грубая попытка отделаться от Фэнси? Пусть его манера поведения вызвала протест Софи, но проявленные им твердость, черствость и холодный расчет вполне могли зародить у нее мысль, что они с Линдхерстом в чем-то очень похожи друг на друга… Почему бы…
– Колин! – раздался мужской голос за спиной Линдхерста, и чья-то рука помахала перчаткой перед самым его лицом.
Николас обернулся и увидел отца.
– Пусть слуги сами решают свои вопросы, – усмехнулся маркиз. – Я вижу, ты до того увлечен их проблемами, что не замечаешь больше ничего на свете.
Маркиз обернулся за поддержкой к стоящим рядом друзьям. Те утвердительно закивали, а старый рыцарь сэр Джон Гиббес сказал:
– Вы правы, Бересфорд! Очень дурной тон – вмешиваться в дела прислуги. В высшей степени дурной тон! Это может послужить причиной всевозможных обид и протестов.
– И создает проблемы, – добавил сэр Бейсил Коттс, носьмидесятилетний сварливый барон. – Когда слуги видят, что господа обращают на них слишком много внимания, то начинают задирать нос, важничать и чувствовать себя чересчур независимыми.
– К-кроме т-того, они н-ничего не с-смыслят в р-рыб-пой ловле, – подала голос мисс Мэйхью.
Прежде чем Николас успел сообразить, какое отношение имеет рыбная ловля к ссоре между слугами, зазвонили церковные колокола. Маркиз предложил мисс Мэйхью руку и вошел в двери храма. Все последовали за ними. Кроме Николаса… Он задержался, чтобы украдкой посмотреть и послушать, как будут развиваться события поддеревом. Посмотрев туда, он увидел, что Фэнси изобразила правой рукой знак, в древности выражавший проклятие. Этого ей показалось мало, и до ушей Николаса донесся истошный крик. Линдхерст не разобрал ни слова, но это, несомненно, был набор самых страшных ругательств. И все же в этом вопле он услышал глубокую боль разбитого сердца…
Фэнси круто повернулась, видимо намереваясь убежать, но Чарлз схватил ее за руку и грубо рванул на себя. Его обычно красивое и приятное лицо до неузнаваемости исказила гримаса злобы и ненависти. В следующий момент он размахнулся и ударил Фэнси по щеке.
– Ты, мерзкая девка! Никогда впредь не смей говорить со мной в таком тоне! Слышишь?!
Он еще раз ударил ее и швырнул на землю. Николас больше не мог сдерживаться и бросился к Чарлзу. Но кто-то схватил его за локоть.
– Линдхерст!
Николас обернулся и узнал Джона Гиббеса, который хмуро смотрел на него и укоризненно качал головой.
– Не наживайте себе неприятностей, мой мальчик, – сказал старый рыцарь. – Зачем вам это?
– Я должен, сэр! Не удерживайте меня.
Николас резко отстранил руку Гиббеса и подбежал к слугам. Теренс стоял перед Чарлзом, сжав кулаки, и с яростью смотрел на него. Очевидно, он решил защитить Фэнси. Это выглядело очень благородно, и Николас взглянул на него с восхищением. Теренс был еще совсем юным, достаточно хрупким и на голову ниже Чарлза, но тем не менее явно намеревался вступить с ним в драку.
– Чарлз! Теренс! – рявкнул Николас, подбегая к ним.
Услышав его голос, оба противника остановились, повернули к нему головы и, пробормотав «милорд», поклонились. Двое других слуг и соседский камердинер поспешили последовать их примеру. Софи же не могла оторвать взгляда от рыдавшей на земле Фэнси.
Николас знаком приказал всем, кроме Чарлза, идти в церковь. Те подчинились, но только отчасти. Теренс и Софи остановились неподалеку, откуда можно было наблюдать за происходящим. Николас не стал настаивать и, повернувшись к Чарлзу, грозно произнес:
– Я всегда был выдержанным человеком, но и моему терпению пришел конец. Вы перешли все границы дозволенного и вели себя не по-джентльменски по отношению к женщине.
– Не по-джентльменски?! Извините, милорд, но я вас не совсем понимаю.
– Неужели? Тогда слушайте и запомните, мистер Диббс. Я никогда не потерплю в своем доме человека, который может позволить себе ударить женщину. Поскольку вы доказали, что являетесь именно таковым, я вас увольняю. Сейчас же отправляйтесь в Хоксбери, соберите свои вещи и к моменту моего возвращения из церкви извольте покинуть дом!
Глаза Диббса сузились, щеки побледнели, и он очень уверенно возразил:
– Извините, милорд, но меня нанимал ваш отец, а не вы. Поэтому только он вправе меня уволить.
Николас в течение нескольких секунд холодно смотрел па Чарлза, после чего резко сказал:
– Хорошо! Мы обсудим этот вопрос с отцом, как только выйдем из церкви.
По глазам Диббса было ясно, что он в душе празднует победу. Чарлз с достоинством склонил голову перед молодым хозяином и неторопливо проговорил:
– Благодарю вас, милорд. Если у вас нет больше вопросов, то позвольте мне заняться своими делами.
Он еще раз поклонился и повернулся, чтобы уйти. Но Линдхерст остановил его.
– Чарлз!
– Слушаю вас, милорд, – откликнулся слуга после небольшой паузы.
– Наверное, будет справедливо предупредить вас, что мой отец придерживается очень строгих взглядов насчет уважительного отношения к женщине. И никогда не прощает рукоприкладства.
– Спасибо за предупреждение, милорд, – ответил Чарлз с еле заметной ухмылкой, – но я уверен, что сердце маркиза тут же смягчится, как только он узнает о наглом поведении Фзнси. Ваш отец – разумный и справедливый человек.
– Рад от вас это слышать, Чарлз, но думаю, что слуга, которого отец уволил в прошлом году за подобный поступок, с вами не согласился бы.
Диббс пожал плечами:
– Я уверен, что его сиятельство отнесется ко мне по-другому, когда выслушает объяснения. Но, так или иначе он узнает от меня правду. В конце концов, что я потеряю?
– Что вы потеряете? Возможно, средства к существованию.
Чарлз снова пожал плечами:
– Мне не составит труда быстро найти другое место.
– Я имею в виду не место, а именно средства к существованию. Видите ли, Чарлз, мой отец обычно не только увольняет слугу, которым по каким-то причинам недоволен, но и закрывает ему доступ в любые добропорядочные дома Англии.
Чарлз побледнел, но ничем более не проявил тревоги: видимо, сказалась бывшая армейская закалка. Николас в душе поздравил его с умением держать себя в руках. Помедлив несколько мгновений, он внимательно посмотрел в глаза Диббсу и сказал очень ровным, спокойным тоном:
– Что касается меня, то я, даже если согласен с решением отца уволить кого-то из слуг, никогда не допущу, чтобы этот человек остался без средств к существованию.
Чарлз вздрогнул, посмотрел в глаза Николасу и на протяжении почти минуты не мог сказать ни слова. Потом неуверенно спросил:
– Вы хотите сказать, что дадите мне хорошую рекомендацию, если уволите лично и прямо сейчас?
– Я сказал, что никто не заслуживает полного разорения. Хотя речь идет не о месте прислуги, причем не важно, где и у кого.
Чарлз нахмурился.
– Ваши слова не совсем понятны, милорд. Слуга, уволенный со службы без права поступить в том же качестве на новое место, действительно остается без средств к существованию. Для него это и есть полное разорение!
– Но вы ведь знаете, что деньги можно заработать не только в ливрее слуги.
– А если я ничего больше не умею делать?
– Мне кажется, что для вас также есть по меньшей мере один способ зарабатывать деньги, не прислуживая в доме. И к тому же тогда вы не будете общаться с женщинами, что немаловажно, коль скоро вы только что проявили склонность к рукоприкладству.
Чарлз с подозрением посмотрел на Линдхерста.
– Надеюсь, вы не собираетесь отправить меня ближайшим пароходом в Италию или Испанию для пострижения в монахи и заточения в монастыре?
– Нет, не намерен, – громко рассмеялся Николас. – Хотя бы потому, что не могу представить вас в монашеской рясе. Я думаю о военном поприще.
– Военном? – переспросил Диббс, закашлявшись от волнения.
– Да, именно военном. У меня есть очень хороший друг, имеющий немалое влияние в армии, несмотря на свой невысокий ранг капитана. Я могу его попросить похлопотать о предоставлении вам патента на офицерский чин. Правда, для получения звания вам придется пять лет прослужить простым солдатом. Я, кстати, не скрою правды о вашем беспутном поведении у меня в доме, но, надеюсь, при усердии и честной службе прошлые грехи вы искупите сполна.
От такого предложения Чарлз сначала лишился дара речи, а затем впал в форменный экстаз.
– Господи, – зашептал он прерывающимся голосом, – об этом я даже не мог мечтать! Ведь мне…
Николас поднял руку, делая Диббсу знак замолчать.
– Должен предупредить, что чин, на который вы получите патент, будет очень невысоким. Дальнейшее зависит только от вас. Для начала же вы подпишете обязательство служить простым солдатом на протяжении ближайших пяти лет и не пытаться дезертировать. Равно как и не продавать никому своего патента даже за хорошие деньги. При нарушении вами этого обязательства до истечения пятилетнего срока патент возвращается ко мне и ваша дальнейшая судьба перестает меня интересовать.
– О, милорд! Это так прекрасно, что у меня не хватает слов, чтобы…
Николас снова прервал его:
– Будем считать, что мы договорились?
– Да!.. Да, милорд! Мы не только договорились, но я навсегда останусь вашим должником!
– Вот и прекрасно. Тогда возвращайтесь в Хоксбери и начинайте упаковывать вещи. Я же подготовлю все необходимые бумаги, чтобы уже к вечеру вы смогли выехать в Лондон.
Николасу не пришлось повторять дважды. Чарлз улыбнулся и, круто повернувшись, со всех ног бросился по направлению к дому Бересфордов.
– Неотесанный дурак, – пробормотал Линдхерст, с усмешкой глядя ему вслед. – Хотелось бы посмотреть, будет ли он по-прежнему улыбаться через неделю после того, как попадет под командование Эллама…
– Вы что-то сказали, милорд? – спросил подошедший Теренс.
Николас повернулся к нему, изобразил на лице досадливую гримасу и сказал:
– Ну, если вы все слышали, то нет смысла ничего скрывать. Подчиненные капитана Ральфа Эллама будут относиться к Чарлзу как к женоненавистнику, поэтому, думаю, они очень быстро научат его уму-разуму и заставят уважать прекрасную половину человечества. Вы одобряете мое решение, Теренс?
– Браво, милорд! – ответил тот и утвердительно кивнул. К ним тут же присоединилась Софи, также наблюдавшая за происходящим.
– Значит, Чарлз будет наказан? – поинтересовалась она.
Николас бросил на нее раздраженный взгляд, восприняв этот вопрос как сомнение в его способности вершить справедливый суд.
– Конечно, будет! – довольно резко ответил он. – Или, по-вашему, я должен был его наградить?
Софи вспыхнула и, как всегда, отвела взгляд от шрама на щеке Линдхерста.
– Нет… То есть да… Я действительно считаю, что вы… что вы наградили его…
– Мисс Бартон хочет сказать, что Чарлз всегда мечтал о патенте на звание офицера, – пояснил Теренс. – И вы сейчас предоставили ему возможность осуществить свою мечту. Значит, наградили!
Николас усмехнулся, потом внимательно посмотрел на Теренса.
– Теперь у нас освободилась должность второго ливрейного слуги. Вы не хотели бы ее занять, Теренс?
– Мне? Занять должность второго ливрейного слуги? – воскликнул молодой человек, не веря своим ушам.
Николас утвердительно кивнул.
– Судя по той отваге, с которой вы кинулись защищать Фэнси, вы порядочный и честный человек, а потому заслуживаете такого назначения. Уверен, что и отец согласится со мной, узнав про ваш благородный поступок. Так что вам остается только сказать «да».
– Д-да, милорд! – заикаясь от радости, промямлил Теренс. – Я вам так благодарен за оказанную честь!
– Ну и прекрасно! А теперь начните исполнение своих новых обязанностей, сообщив маркизу, что я вынужден немного задержаться, но очень скоро приду.
– Слушаюсь, милорд! – вытянулся в струнку Теренс, ошалевший от неожиданного счастья.
Новоиспеченный второй ливрейный слуга бросился выполнять поручение, а Николас подошел к рыдающей горничной, вынул платок из бокового кармана и, вытерев Фэнси слезы, негромко спросил:
– Он вас не поранил? Может быть, пригласить врача?
Фэнси, не отрывая ладоней от лица, отрицательно покачала головой.
– Вот и хорошо, что все обошлось, – удовлетворенно сказал Николас. – Но все же разрешите посмотреть на ваше лицо.
Фэнси подняла голову и с благодарностью взглянула на лорда. Он в ответ улыбнулся и все так же тихо сказал:
– Откровенно говоря, я буду рад, если вы позволите вам помочь. Мне очень хочется по возможности вас утешить.
– Помочь? – с удивлением переспросила Фэнси. – За что мне такая честь?
– Я очень хорошо знаю, Фэнси, что значит быть публично оскорбленным и униженным! Поверьте, мне это известно! И может быть, как никто другой, я понимаю ваши страдания в эту минуту. Лучше всего подобное состояние выражает слово «опустошенность». Оно разрывает сердце и пожирает душу; начинаешь чувствовать себя несовершенным, ненужным и беспомощным. – Голос Николаса неожиданно задрожал и перешел в шепот: – В таких случаях страшнее всего засомневаться в себе и подумать, что вы не стоите ничьей любви.
Линдхерст вдруг почувствовал удушье. Нет, виной тому была не Фэнси, которая смотрела на него широко раскрытыми глазами и ловила каждое слово… Софи… Николас был настолько захвачен нахлынувшими эмоциями, что совсем забыл о ее присутствии.
От досады Линдхерст стиснул зубы. Софи не могла не понимать, что именно она нанесла этот страшный удар, перевернувший всю жизнь Николаса Сомервилла и опустошивший душу. А сейчас она, конечно, торжествует, случайно услышав его скорбную исповедь. Может быть, даже про себя смеется над ним…
Но нет! Будь он трижды проклят, если позволит ей взять верх над собой!
И Николас вновь посмотрел на несчастную Фэнси, которая, правда, уже перестала рыдать, но пребывала как будто в глубоком шоке.
С трудом сложив губы в улыбку, Линдхерст очень мягким тоном сказал:
– Никогда не позволяйте никому обижать и оскорблять себя, Фэнси! Никогда! И помните, что у человека, намеренно ранившего другого, нет ни характера, ни глубины души, ни ясности мыслей! Как раз такие люди и относятся к разряду невостребованных, ненужных и не стоящих любви. Именно они, а не вы! Потому что у них кет ни разума, ни чувств…
– Лорд Линдхерст прав, Фэнси! – осторожно вмешалась в разговор Софи. – Полностью прав!
Николас чуть было не упал от такого заявления. Меньше всего он ожидал его от Софи! Чтобы она вдруг согласилась с ним?! Да такого, казалось, просто не могло произойти никогда!
Руки Линдхерста, лежавшие на плечах Фэнси, сами упали как плети. Он украдкой взглянул на Софи.
Она тоже смотрела на Николаса, но смотрела внимательно, задумчиво и очень печально. Будь на месте Софи кто-нибудь другой, Линдхерст попытался бы прочесть в этом взгляде раскаяние. Но разве мисс Баррингтон способна на столь благородное чувство?!
А вдруг? Смущенный, как никогда раньше, Николас отвел глаза.
– Какое вам дело до моих мыслей или чувств, мисс Скажите, Пожалуйста? – неожиданно взвилась Фэнси, высморкавшись с силой атлантического урагана. – Вы меня не любите и не скрываете этого!
На несколько мгновений воцарилась тишина, которую первой нарушила Софи:
– Вы правы, Фэнси. Я настолько же не люблю вас, насколько вы – меня. И не собираюсь притворяться. А с лордом Линдхерстом я согласилась только потому, что он действительно сказал правду.
– Конечно, господина Линдхерста вы поддержали! – фыркнула Фэнси. – Сейчас, наверное, добавите, что не согласны со словами Чарли обо мне.
– Я действительно с ним не согласна, – спокойно подтвердила Софи.
Фэнси снова фыркнула:
– Считаете меня полной дурочкой?
– Вовсе нет.
Николас молчал, прислушиваясь к шелесту травы и шороху листьев на дереве. Софи подошла к нему и встала совсем близко.
– Видите ли, Фэнси, – продолжала она, глядя в лицо горничной доброжелательно и спокойно, – я готова признать, что отношусь к вам не очень сердечно. Как, впрочем, и вы ко мне. От вас я вообще ничего не видела, кроме презрения и грубости. Причем с первых минут моего пребывания в Хоксбери. Вы все время старались чем-нибудь меня оскорбить.
– Потому что вы всегда воротили нос и смотрели на меня свысока.
– А вы разве нет?
– Неправда! Не я виновница нашей вражды. Не я сделала первый шаг! Это вы, Софи! И ваше высокомерие: «во мне – голубая кровь, я – дочь барона»! Или скажете, что такого не было?
– Не было! Я никогда и ни на кого не смотрела свысока. Это скорее ваша привычка, Фэнси.
– Ха! Не надо лгать! Такое за мной никогда не водилось!
– Неужели?
– Нет! Я никогда не ходила с гордо поднятой головой, считая себя лучше и умнее других!
– Тогда как прикажете понимать вашу привычку постоянно подчеркивать свое положение в доме? Более высокое, нежели мое… Вы постоянно при всех твердили, будто я ничего не умею делать! Вы не упускали случая разнести по всему дому, какая я глупая и ни к чему не способная!
Фэнси презрительно повела левым плечом.
– Почему вас так волнует, что я о вас говорю и кому? Ведь вы благородная леди, а я простая горничная. Кто станет меня воспринимать всерьез?
Николас украдкой бросил взгляд на Софи, ожидая, что она ответит. Он не хотел себе в этом признаться, но ему импонировала манера Софи отбиваться от враждебных наскоков Фэнси.
– Мы, видимо, очень не похожи друг на друга, Фэнси. – Софи мягко улыбнулась. – Я не могу безразлично относиться к тому, что обо мне говорят в доме. Вы – можете. Я, например, считаю, что каждый человек должен слышать о себе только хорошее от тех, кого он считает равным себе.
– Равным? Святые угодники! Разве мы с вами равны? Да нет же! Нет! Ни по происхождению, ни по воспитанию. Вы принадлежите к высшему обществу, куда никого из нас никогда не допустят. Да что там! Вы и ваши друзья засмеют нас за один только варварский язык!
Софи на несколько мгновений задумалась, потом утвердительно кивнула:
– Да, это так, Фэнси. Если брать за эталон происхождение и воспитание, то мы действительно принадлежим к разным слоям общества. Но если отбросить все эти стандарты, изобретенные обществом, – образование, знатность, чистоту языка, богатство, – то разве мы не окажемся очень похожими друг на друга? Вы же сами только что доказали это! – Софи посмотрела на Николаса и добавила: – Так же, как и его сиятельство. Спасибо, милорд!
Последнюю фразу Софи произнесла шепотом.
– Это каким же образом? – нахмурился Линдхерст.
Софи повернулась к Фэнси и адресовала свой ответ ей:
– Очень просто. Когда я почувствовала, как вас шокировал поступок Чарлза, то поняла, что сама чувствую то же самое. Когда его сиятельство рассказывал вам о том, какую боль испытал он, то мне показалось, что сэр Линдхерст говорил обо мне. Наконец, когда я увидела, что у всех нас одни и те же душевные раны, то мне стало абсолютно ясно: мы связаны одной неразрывной нитью. У каждого из нас есть чувство. Теперь я также знаю, как больно может ранить небрежно брошенное кем-то слово или необдуманный поступок.
Софи смотрела на Линдхерста, но на этот раз – без улыбки. Скорее даже сурово. А ее прекрасные большие глаза были затуманены… Чем же?.. Раскаянием?.. Угрызениями совести?..
Пока Николас размышлял об этом, издали донесся какой-то непонятный шум. Все трое посмотрели в ту сторону и увидели… мисс Мэйхью.
Минерва вырвалась из церкви. Крича во всю мощь своих легких и разрывая на себе одежду, она неслась прямо на них. Следом, почти вплотную к дочери, бежал мистер Брамбли. Все остальные также высыпали из церкви на улицу и бросились за ними.
Маркиз и пастор, преподобный отец Мартин, не очень усердствовали в погоне за отцом и дочерью, хотя вид у обоих был встревоженный.
– Мы срочно должны добежать до берега реки и просить Премудрого Осетра умилостивить Бога Рыбной Ловли! – отчаянно кричал Брамбли.
– С-святотатство! – вторила ему мисс Мэйхью. – Я в-виновна в с-святотатстве!
Минерва бежала, оставляя на дороге лоскуты разорванной по швам верхней одежды. В конце концов, на ней остались, кроме лифчика, лишь длинные панталоны, сшитые скорее всего из грубой парусины, – очередное изобретение Брамбли.
– В-вы в-видите?! – причитала Минерва. – Теперь Акватикус – Бог Рыбной Ловли – никогда не простит меня! Никогда! О-о! Я должна б-была п-предвидеть, ч-что с-слу-чится н-нечто у-ужасное, когда с-смывала с себя з-запах р-рыбы!
Привыкший к роли доброго духа и ангела-избавителя, Николас кивнул стоявшим около него женщинам и побежал за Минервой. У ворот он столкнулся с отцом.
– Что случилось?
– Что-то необъяснимое, я такого в жизни не видел. Мисс Мэйхью поднялась со скамьи для молитвы, а ее платье расползлось по швам и упало на пол. Минерва и Брамбли уверены, что это – гнев Бога Рыбной Ловли или каких-то духов, существующих, правда, только в болезненном воображении отца и дочери. Впрочем, кто знает? Может быть, и впрямь существует какой-то бог рыболовства. Иначе как понять, что случилось с платьем мисс Мэйхью…
Действительно, что случилось? Николас посмотрел вслед Минерве, продолжавшей что-то причитать по поводу счастливой рыболовной шляпы. Она бежала к дереву, под которым стояла Софи с какой-то женщиной. Кто это мог быть, Николас долго не мог рассмотреть. Может быть, Роуз? Или Дэйзи? Да нет же! Это Пэнси, на голове которой красовалась новая шляпа.
Обе женщины стояли с искаженными от страха лицами, прижав ладони ко рту, как бы сдерживая готовый вырваться из груди крик…
Что все-таки могло случиться?..




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Поверь и полюби - Кэлмен Хизер



Поучительный роман и чудесно написан.не всегда оказывается первое впечатление бывает верным и не всегда красота бывает очаровательной,главное внутренняя красота,которая великолепна показана автором у героев романа
Поверь и полюби - Кэлмен Хизернина
28.08.2011, 1.44





Все слишком предсказуемо, напрасно потраченные часы! На 3 роман!
Поверь и полюби - Кэлмен ХизерГаля
30.03.2013, 23.53





Конец в этом романе, как в детском спектакле- все довольны и все счастливы. А в остальном ничего так, можно почитать на досуге.
Поверь и полюби - Кэлмен ХизерИванна
24.12.2013, 14.13





очень хочу прочитать, сестра посоветовала
Поверь и полюби - Кэлмен Хизертрики
6.04.2014, 18.30





Незатейливый роман, особенно неубедительно выглядит внезапное взросление героини и резкое изменение ее отношения к герою. Конец романа излишне слащав: 5/10.
Поверь и полюби - Кэлмен Хизерязвочка
6.04.2014, 22.25





Конец, действительно, немного подкачал, но роман захватывает, я не могла оторваться. И все же, то что все три выбранные матерью претендентки оказались со бзиком, это уже перебор!
Поверь и полюби - Кэлмен ХизерЮлия...
12.11.2014, 9.18





Роман не понравился, 5 из 10. Все нереально, слишком надуман сюжет. Не стоит терять времени.
Поверь и полюби - Кэлмен ХизерАнна
4.12.2014, 15.29





Почитать можно, начало затянуло, концовка приторная, но есть смешные моменты, даже смеялась вслух! Если нечего читать, возьми п это произведение на заметку.
Поверь и полюби - Кэлмен ХизерВера
16.10.2016, 13.30





Ой,девочки. Героиня пустая и глупа до безобразия. Начала раздражать с первых глав. Герой тот еще чиж: это же надо, потерять уверенность в себе из-за слов беспросветной дуры. Не люблю дур в романах.
Поверь и полюби - Кэлмен ХизерГалина
16.10.2016, 18.14








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100