Читать онлайн Другой взгляд, автора - Квик Аманда, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Другой взгляд - Квик Аманда бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.5 (Голосов: 30)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Другой взгляд - Квик Аманда - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Другой взгляд - Квик Аманда - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Квик Аманда

Другой взгляд

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

– Существует причина, по которой фотография в течение долгого времени считалась темным искусством. – Венеция опустилась в кресло перед камином и стянула перчатки. – А точнее, две.
– Из-за применения цианида? – Гейбриел перекинул пальто через спинку стула. Не снимая фрака, он ослабил галстук и расстегнул воротничок рубашки.
Для человека, только что пережившего такое потрясение, Венеция держалась на удивление спокойно, но молодой человек видел, как она взволнована, как напряжена.
– Да, – кивнула она. – На протяжении многих лет журналы по фотографии выступали против использования цианистого калия в качестве фиксатора. – Она аккуратно положила на стол перчатки из черной телячьей кожи. – А все потому, что существует вполне эффективная и безопасная замена.
– Вещество, которым ты пользовалась в Аркейн-Хаусе? Кажется, ты называла его гипо…?
– Гипосульфит. Он применялся с самых первых дней существования фотографии, но находились люди, утверждавшие, что цианистый калий справляется с задачей намного лучше. Кроме того, до появления новых сухих пластин, несколько лет назад цианид широко использовался для удаления черных пятен на ладонях, коврах и других предметах. Эти пятна образовывались после извлечения снимков из ванны с серебром.
– Фотографию считали темным искусством еще и из-за пятен?
Венеция мрачно кивнула.
– До тех пор, пока недавно не стали говорить о том, что фотографа можно распознать по его пальцам. Они чернеют из-за постоянной работы с нитратом серебра, который используется для приготовления влажных пластинок старого образца. К счастью, моя карьера началась уже после изобретения сухих пластинок, так что с пятнами от серебра я не мучилась.
– А некоторые до сих пор используют цианид?
– К сожалению, да. Во многих лабораториях вы не найдете ничего, кроме него. Разумеется, никого не удивит тот факт, что он оказался так кстати в лаборатории у мистера Фарли сегодня вечером.
Гейбриел опустился на корточки перед камином и разворошил пламя.
– Я не раз читал в газетах заметки о фотографах, отравившихся цианидом.
– Им травятся не только фотографы. Очень часто жертвами оказываются члены семей. Например, ребенок может глотнуть из любопытства. Или разочаровавшаяся в любви молодая горничная. Иногда умирает собака. Никто не знает, скольких людей случайно или умышленно сгубил этот яд.
Гейбриел выпрямился и подошел к столу, на котором стоял графин с бренди.
– Если бы Бертон хотел свести счеты с жизнью, он мог бы принять чистый цианид, но яд попал к нему в организм вместе с бренди.
Венеция задумалась.
– В принципе он мог подумать, что так будет легче его принять.
– Ты права. – Гейбриел сконцентрировался, пытаясь понять секреты, окутывающие лабораторию Фарли. – Как я уже говорил, полностью согласен с твоим видением событий сегодняшней ночи. Бертона убили.
– Ему потребовалось сделать всего один глоток, – прошептала Венеция. – Сильная доза цианида убивает мгновенно.
Гейбриел открыл графин и плеснул бренди в два бокала и несколько мгновений молча рассматривал их.
– Над этим стоит поразмыслить, не правда ли? – заметил он, поднимая бокалы.
Венеция посмотрела на напиток, который он держал в руках.
– Стоит.
Она разжала руки и взяла бокал. Гейбриел заметил, что ее пальцы слегка дрожат.
Опустившись в другое кресло, мужчина отпил из бокала. Венеция сделала глубокий вдох, наморщила носик и слегка картинно опрокинула в себя бокал.
Гейбриел улыбнулся.
– Ты вообще в добрых духов веришь?
– Нет.
– Иногда помогает.
– Может быть.
Оба ненадолго замолчали, глядя на огонь. Гейбриел наслаждался тишиной дома. Было уже далеко за полночь. Когда они вернулись домой, все уже спали, даже миссис Тренч.
«Слава Богу! Завтра у нас будет полно времени на объяснения».
Откинув голову на спинку стула, он подумал о сегодняшнем разговоре с полицией.
– У меня создалось такое впечатление, что детектив склоняется к версии о самоубийстве, – проговорил он.
– Это, разумеется, самое простое объяснение. Только оно никак не соответствует намерениям того человека, который вышел из комнаты незадолго до того, как я обнаружила тело.
– Согласен, не подходит, – отозвался Гейбриел.
Детектив довольно подробно расспрашивал Венецию о человеке, которого она видела на лестнице, но она не смогла дать удовлетворительного объяснения.
Гейбриел просто вынужден был скрыть тот факт, что почувствовал флюиды жестокости, исходившие от дверной ручки. Детектив посчитал бы его сумасшедшим. В любом случае ощущения не могли послужить уликами. Какими бы сильными они ни были, они могли принадлежать любому человеку, который входил в кабинет, помышляя об убийстве.
Гейбриел взглянул на Венецию.
– Ты сказала, что вечером пошла за Бертоном, потому что хотела выяснить, действительно ли это он посылал тебе эти гнусные снимки?
– Да.
– Как ты думаешь, почему он это делал?
Венеция вздохнула.
– Думаю, он мне завидовал.
– Завидовал твоему успеху?
– Это единственный мотив, который приходит мне на ум. – Венеция сделала глоток бренди. – Мистер Бертон отличался скверным характером. Как фотограф, он так и не получил должного признания. Это весьма конкурентная профессия, знаете ли.
– В самом деле, сегодня вечером у меня сложилось именно такое впечатление.
– Умение делать хорошие снимки – это лишь малая толика того, что необходимо для привлечения респектабельных клиентов. Люди из общества очень непостоянны в своих пристрастиях. Чтобы добиться успеха, фотограф должен иметь безупречный стиль и буквально источать уверенность в собственной значимости. Он должен вести себя так, словно занимается фотографией из любви к искусству, а не ради денег.
– Осмелюсь предположить, – заметил Гейбриел, – Бертону такое поведение было несвойственно.
– Ты прав.
– Но ведь есть множество других фотографов. Они также пользуются большим успехом. Почему Бертон решил выместить свою злость на тебе?
– Наверное, потому что я женщина, – тихо проговорила Венеция. – Ему очень не нравилось, что другие мужчины его обошли, а когда на сцене появилась женщина, да еще сразу же завоевала симпатии публики, он пришел в ярость. Пару раз он сталкивался со мной на разных мероприятиях и намекал, что это не женская профессия.
– Когда тебе стали приходить гнусные снимки?
– Первый подкинули мне иод дверь в начале недели, второй пришел через пару дней. Я сразу заподозрила Бертона. Я знала, что сегодня вечером он будет на выставке, и хотела потребовать от него объяснений. – Венеция закрыла глаза и потерла виски. – А теперь я не знаю, что и думать. Скорее всего у него были какие-то темные делишки с человеком, который убил его.
Гейбриел протянул ноги к камину.
– Есть у тебя какие-нибудь соображения относительно личности убийцы?
Венеция открыла глаза и скорчила гримасу от недоумения.
– Кроме самой себя, что ли? Могу сказать только, что Бертон не слыл всеобщим любимцем. Это был хитрый, беспринципный махинатор. Обычно он вращался среди отбросов фотографического общества. Держал небольшую галерею в одном из бедных районов города, но чем он зарабатывал на жизнь, я не знаю.
Гейбриел продолжал поигрывать бокалом.
– Я хочу посмотреть фотографии, которые он тебе прислал.
– Они лежат у меня в нижнем ящике стола. Сейчас достану.
Венеция отставила бокал с бренди, поднялась и прошла но мягкому ковру к столу, затем достала маленький ключик из отделанного кружевом бархатного мешочка, висевшего у нее на поясе. Открыв ящик, она извлекла оттуда две фотографии. Не говоря ни слова, Венеция вернулась в кресло и протянула ему один из снимков.
Гейбриел несколько мгновений подержал фотографию лицом вниз, прислушиваясь к некоему шестому чувству. Неожиданно он ощутил отголоски ярости и гнева. Скорее всего их вызвала Венеция. От самих же снимков веяло холодным спокойствием, за которым явно скрывалось нечто похожее на яростную одержимость. На сей раз Гейбриел был уверен, что это все исходило от того человека, который подбросил ей фотографии.
Перевернув фотографию, он стал рассматривать ее в пламени свечи.
– Этот снимок пришел первым? – осведомился он.
– Да.
На первый взгляд снимок выглядел вполне безобидно, хотя и довольно странно. На нем был изображен траурный кортеж, впереди которого находился черный катафалк, запряженный черными лошадьми. Процессия стояла у кованых ворот кладбища. Между прутьями решетки виднелись памятники, склепы и могильные камни.
И только присмотревшись внимательно, можно было заметить в углу фигуру женщины, облаченной в модное черное платье и черную широкополую шляпу.
У Гейбриела сжался желудок.
– Это ты? – тихо спросил он.
– Да. Это кладбище находится неподалеку от моего дома. Я прохожу мимо него каждый день по дороге в галерею. – Она протянула ему вторую фотографию.
Взяв снимок, Гейбриел снова помедлил, пытаясь уловить невидимые глазу флюиды. Он вновь ощутил остатки гнева и раздражения Венеции, но к ним прибавилось и кое-что еще.
Страх!
А под всем этим угадывалась знакомая по первому снимку яростная одержимость.
Он перевернул фотографию. На ней было изображено изысканное надгробие. Сначала Гейбриел не понял, в чем суть, а потом прочитал имя на камне и весь похолодел от ужаса.
– «Светлая память Венеции Джонс», – произнес он вслух.
Венеция поморщилась.
– Вот, смотри, до каких вершин способен дойти талантливый ретушер. Когда я получила этот снимок, мы с Амелией специально пошли на кладбище посмотреть, есть ли там такое надгробие.
– И что вы обнаружили?
– Оно существует, – Венеция помедлила, – только на нем начертано имя Роберта Адамсона.
– А этот Бертон… форменный сукин сын!
Венеция сделала еще глоток бренди.
– Полностью разделяю твое мнение.
Гейбриел снова взглянул на первую фотографию.
– Это тоже ретушь?
– Нет. Как-то я проходила мимо кладбища, возвращалась с прогулки по парку. Я как раз поравнялась с воротами, когда подъехала похоронная процессия. – Она помедлила. – Может быть, у меня паранойя, но мне кажется, последнее время Бертон меня преследовал.
Гейбриел положил фотографии на стол.
– Уверена, что он автор?
Венеция бросила взгляд на снимки.
– Настолько, насколько это возможно ввиду отсутствия прямых доказательств. Это похоже на его стиль и композицию. Бертон был талантливым фотографом и ретушером. Я мидела кое-что из его работ. У него была особая склонность к архитектурной съемке. Первая фотография, с похоронным кортежем, явно была сделана спонтанно. По одному только этому снимку трудно распознать почерк автора. Но вот второй снимок был выполнен с особой тщательностью.
Гейбриел посмотрел на снимок с надгробным камнем.
– Я понял, о чем ты. Памятник снят под необычным углом.
– Молния также смотрится очень эффектно, и это в стиле Бертона. Что касается надписи, то, как я говорила, Бертон талантливый ретушер. – Венеция покачала головой. – Думаю, он хотел не только произвести на меня впечатление, но и одновременно напугать. Он хотел доказать, что умеет обращаться с камерой лучше, чем я.
– Говоришь, Бертон тебя преследовал?
– Я не видела его в тот день, когда наткнулась на погребальный кортеж, но встречалась с ним несколько раз в течение предшествующих дней. Он как будто все время рыскал где-то поблизости от моего дома.
– Опиши ситуации, при которых ты с ним встречалась.
– Я дважды видела его в парке неподалеку. Он все время держался на расстоянии и делал вид, что не видит меня. Потом мы с Амелией как-то пошли за покупками на Оксфорд-стрит. И там я снова встретила Бертона. Он стоял в дверях магазина. Когда я хотела подойти к нему и поговорить, он растворился в толпе. Сначала я подумала, что это простое совпадение, но в последнее время я ощущала себя оленем, которого преследует охотник: – Венеция поджала губы. – Честно говоря, происходящее начало внушать мне беспокойство.
«Скотленд-Ярд расценит это как еще один мотив к убийству», – подумал Гейбриел.
– Если полиция снова начнет расспрашивать нас о смерти Бертона, мы не станем упоминать того факта, что он тебя преследовал, – проговорил он вслух. – Ясно?
Венеция смерила его упрямым взглядом.
– Не возражаете, если я задам вам вопрос, мистер Джонс?
– Смотря какой.
– Есть некоторые обстоятельства. – Она помедлила, подняв вверх палец. – Ничего серьезного, прошу заметить. Но все же кое-что есть. Так вот, они указывают на меня как на возможную подозреваемую в этом деле.
– Я это заметил.
– Ты же знаешь, что я вышла из зала за несколько минут до того, как ты обнаружил меня рядом с телом Бертона. За это время вполне можно было налить бокал бренди и подмешать в него цианистый калий. Почему ты так уверен в том, что убийца не я?
Гейбриел задумался над тем, какую часть правды ей можно открыть. Сгусток сильных человеческих эмоций окутал дверь и пространство кабинета. Гейбриел почувствовал одержимость, возбуждение и страх, свившиеся в причудливый комок. Все эти эмоции испытывали люди, заходившие в кабинет в разное время. Без сомнения, Бертон касался дверной ручки. Так же как и убийца, как и Венеция. Эти трое добавили своих переживаний в общий котел.
В одном Гейбриел был уверен: Венеция не убийца. Они были очень близки во время ее пребывания в Аркейн-Хаусе. Он бы сразу почувствовал в ней решимость совершить столь изощренное, хладнокровное преступление.
– Ты сказала, что кто-то вышел из кабинета перед тем, как ты вошла, – отозвался он. – Я тебе верю.
– Спасибо за доверие. Но почему ты так уверен, что я сказала правду?
– Скажем так, за время нашего пребывания в Аркейн-Хаусе я узнал тебя достаточно хорошо, чтобы больше не сомневаться в твоей честности.
Пока все было правдой.
– Я рада, что произвела на вас благоприятное впечатление, – сухо проговорила она.
Гейбриел понял, что Венеция ему не поверила. Что ж, у нее тоже имеются от него секреты.
– Произвели, мадам, – сказал Гейбриел. – Так вот, придерживаясь той версии событий, которую мы с вами поведали полиции и которая появится в утренних газетах…
– Газеты! Об этом я даже не подумала! Мистер Отфорд из «Флайинг интеллидженсер» был на выставке! Нетрудно догадаться, в каком свете он все это представит!
– Об этом подумаем после. А сейчас мне хотелось бы узнать, почему ты солгала мне и полиции, сказав, что не узнала человека, которого видела на лестнице?



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Другой взгляд - Квик Аманда



интересно!!!читается на одном дыхании
Другой взгляд - Квик Аманданюша
5.04.2013, 11.24





Как все у Аманды - интересно, мило.Главная героиня сама пробивает себе дорогу в жизни, что было непросто в то время.
Другой взгляд - Квик АмандаВ.З.,65л.
31.05.2013, 8.01





Неплохой роман но "искушение" мне нравиться больше,больше юмора и без сверхъестественного)))
Другой взгляд - Квик Амандаmarina
24.04.2014, 6.18





А мне не понравилось. Бред, как будто автора попросили сократить роман, и она удалила некоторые главы. Плавного переход от одной темы/главы к другой совершенно нет. Получается, что отсутсвует описание развитиа чувств героев, читателей сразу же кинули в водоворот сверхестественного, что непонятно даже было какими такими сверхестественными качествами располагают герои. Бред.
Другой взгляд - Квик АмандаAlissa
2.02.2015, 18.19








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100