Читать онлайн Октавия, автора - Купер Джилли, Раздел - Глава четырнадцатая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Октавия - Купер Джилли бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.55 (Голосов: 138)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Октавия - Купер Джилли - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Октавия - Купер Джилли - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Купер Джилли

Октавия

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава четырнадцатая

Изнуряющая жара продолжала терзать Лондон. Грин Парк у моего дома постепенно переставал быть зеленым. Платаны покрылись толстым слоем серой пыли. Выгоревшая трава стала безжизненно-желтой. На автобусных остановках молча страдали пассажиры, едущие в пригород.
Во второй понедельник после нашего возвращения из путешествия меня разбудил настойчивый звонок в дверь. Завернувшись в полотенце и шагая по ковру, заваленному разной корреспонденцией, в основном желтыми казенными конвертами, я заглянула в глазок, смутно надеясь на то, что это Гарэт. Но это оказался тощий юноша с усами и ушами-пропеллерами, в помятом костюме и с веером авторучек в нагрудном кармане. Кажется, он не собирался отрывать руку от кнопки звонка. Я открыла дверь. Он устало посмотрел па меня.
— Мисс Бреннан?
— Нет, — ответила я. Это был старый трюк.
— Но мисс Бреннан здесь живет?
— Да, конечно, но она сейчас за границей. Я могу быть вам полезна?
— Это по поводу ее налоговой декларации. Мы постоянно ей напоминаем. Это довольно срочно.
— Да что вы! — сочувственно сказала я. — Я уверена, что она не уклоняется от налогов. Скорее не имеет ни малейшего понятия об этой декларации.
— Большинство людей прекрасно ориентируется, когда речь заходит о том, чтобы платить по ним, — ответил он, при этом его утомленные глазки забегали по моему телу.
— Когда вы ждете ее обратно?
— Она улетела на Багамы, оттуда собиралась в Нью-Йорк, где у нее множество друзей. А вот, когда вернется, она ничего не говорила.
— Нас интересует сумма, которую она заработала, когда делала рекламу для Херберта Ривсона.
Слава Богу, что он смотрел на мои ноги, а то бы заметил, как я позеленела.
— Это же было три года назад, — заикаясь, сказала я, — и к тому же в Америке.
— Да, но заплатили ей представители их фирмы в Англии и, естественно, декларировали это.
— Бедная Октавия! — едва слышно произнесла я. — Вы случайно не знаете, сколько она задолжала?
— Ну, — сказал он доверительно, — обычно мы не раскрываем цифры (очевидно, я его так потрясла, что мои он раскрыл), но я думаю, что это пятизначное число. А она случайно не оставила на всякий случай своего адреса, нет?
— Нет, не оставила. Ой, телефон звонит, я должна ответить, — сказала я твердо и захлопнула дверь перед его носом.
Десять тысяч фунтов! Где к дьяволу я достану такую сумму? Охваченная ужасом, я побежала к телефону, надеясь, что каким-то чудом это окажется Гарэт. Но оказалось, что это Ксандр. С момента своего возвращения я поговорила с ним только на лету. Он был занят, поэтому я не стала рассказывать ему о Гарэте. Да и не была уверена, что мне этого хотелось. Я бы не перенесла, если бы он отнесся к этому несерьезно.
— Как хорошо, что ты позвонил, — сказала я.
— Вряд ли ты так будешь думать, когда услышишь новость, — ответил он. — Умер Хью Массингэм.
— Что?! — я села на постель.
— В этот уик-энд. Сердечный приступ во время игры в теннис, — сказал Ксандр.
— О, Господи! Какой ужас!
Милый, красивый, вальяжный, чувствительный, покладистый Массингэм — босс и покровитель Ксандра, мой друг. Он был всегда таким великодушным по отношению к нам обоим. И заботился обо всех моих счетах! Нет, это просто невозможно.
— Я этого не вынесу, — прошептала я, залившись слезами.
— Ужасно, правда? Я по-настоящему любил этого парня. Но, дорогая, боюсь, что это еще не все. Еще одна неприятность. Рики, что-то учуяв, прочесывал книги, и вылезли наружу все семейные тайны. Итоги этого года катастрофичны, курс акций упал очень низко. Оплата по счетам снизилась, а расходы, к несчастью, особенно наши с тобой, повысились.
Его голос звучал панически.
— Рики назначил на завтра, на три часа дня экстренное совещание заведующих отделами. Он хочет, чтобы ты там присутствовала.
— Зачем?
— Да подняли шум насчет твоей квартиры, всех наших с тобой счетов. И по поводу машины тоже. Нам лучше встретиться с тобой сегодня и посмотреть, сколько счетов мы сможем разыскать, — продолжал он, пытаясь говорить ободряюще.
— Хорошо, — сказала я. — Заходи после работы.
Вряд ли было теперь уместно говорить с ним о моей налоговой декларации.
— Откровенно говоря, — продолжал Ксандр, — хорошо, что бедный Хью отдал концы именно сейчас, Рики уже решил его заменить.
— А Хью знал?
— Не думаю. Но Рики это очень облегчило задачу. Он призвал знаменитую восходящую звезду помочь нам выпутаться.
— Ты думаешь, это ему удастся?
— Это ты должна знать, дорогая. Речь идет о твоем друге Гарэте Ллевелине.
Я откинулась на постель, закрыв пылающее лицо руками, забыв о Массингэме, десятитысячной налоговой декларации и мелких счетах. Почему, ну почему Гарэт это сделал? Неужели ему мало того, что есть? Зачем ему еще одно директорство? Ради власти, финансовой прибыли или просто, чтобы запустить свои пальцы в еще один промышленный пирог? А может быть, чтобы увидеть меня снова? Или, что вероятнее всего, разорвать меня в клочья? Каковы бы ни были причины, но всего через двадцать четыре часа я вновь увижу его.


Вечером мы с Ксандром бесплодно потратили два с половиной часа, пытаясь разобраться в наших расходах — потом сдались. Я поставила будильник на одиннадцать утра, чтобы у меня было время на подготовку. И все равно я нервничала, меряя одно платье за другим. Странно, как гардероб каждого человека выдает его прошлое.
Вот это васильковое платье-миди я купила, чтобы обольстить Джереми. А это — черное платье с открытой спиной сразило наповал Рикардо. Это — золотая пижама, из-за которой Чарли, буквально стоя на коленях, сделал мне предложение. Внизу, на дне шкафа валялось отвергнутое с презрением и ни разу больше не надетое серое платье, которое не помогло прошлой зимой на балу в Париже отбить французского гонщика у его жены.
Что бы такое мне надеть, чтобы завоевать Гарэта? Он говорил, что любит женщин нежных, неиспорченных и ранимых. Я выбрала белое платье, купленное в прошлом году для поездки в Аскот
type="note" l:href="#note_4">[4]
, но ни разу не надетое. Оно было предназначено для приема в саду. Пышная юбка, длинные рукава, глубокий вырез, отделанный оборкой, открывал мой загар. Как мне кажется, я выглядела в нем незащищенной и хрупкой. Мне пришлось проделать новую дырочку в поясе, чтобы затянуть его потуже. Единственная часть моего тела, которая не потеряла в весе, — это мои веки после двухнедельных рыданий. Я спрятала их за темными очками.


Когда я появилась в правлении «Сифорд-Бреннан», все уже пребывали в нервном ожидании. Вчерашний шок от известия о смерти Массингэма уступил место волнениям по случаю появления Гарэта. Секретарши видели его портреты в рубриках финансовых новостей. Они знали, что он богат, удачлив, привлекателен, а самое главное, холост, и разрядились в пух и прах. В кабинетах, через которые я шла, пахло так, как в парфюмерном отделе «Харродса». Все бумаги лежали в безукоризненном порядке. Я почувствовала несколько враждебных взглядов: зачем я тут появилась, украсть их лавры?
Зал заседания правления «Сифорд-Бреннан» с его сизо-серым ковром, стенами, обшитыми панелями, фамильными портретами, был само благочестие. Единственным человеком, который там уже находился, был Ксандр: он сидел полускрытый громадным полированным столом прямо под портретом моего отца. Они с отцом, со своими скучающими, красивыми, напряженными лицами, были так похожи! Ксандр жевал жвачку и рисовал в своем блокноте игрока в регби.
— Привет, ангел! — не очень внятно сказал он, когда я опустилась в кресло рядом с ним. — Приговоренное правление еще не собралось, они пока беседуют за дружеским ланчем. Здесь сейчас все — в состоянии невообразимого накала, даже курьеры сидят на транквилизаторах. Рики уже с утра взъелся на меня, изрыгая пламя по поводу моих расходов и необходимости следить за счетами. Я сказал, что с меня достаточно того, что я слежу за Памелой.
О, Господи! Я только сейчас поняла, что он под парами. Наверное, он и жвачку-то жует, чтобы заглушить запах виски.
— Что произошло после того, как ты ушел от меня? — спросила я.
— Я поужинал с одним другом чересчур хорошо. С этого все и началось.
— Ты ложился спать?
— Разумеется, не в собственную постель.
Он попытался опереться локтем о стол, но локоть соскользнул.
Дверь открылась, и вошла старшая секретарша мисс Биллингс. Она засуетилась, подвигая блокноты, поправляя карандаши. Сильный запах «Девонских фиалок» чуть не отравил нас.
— Вам бы надо получше отполировать поверхность стола, — укоризненно произнес Ксандр. — К тому же я удивлен, что вы не расстелили красный ковер и не пригласили оркестр исполнить песню «Страна моих отцов». Вы же знаете, что мистер Ллевелин привык к тому, чтобы его встречали по высшему разряду.
Мисс Биллингс неодобрительно щелкнула языком и стремительно удалилась. Через минуту она вернулась в сопровождении коммерческого директора Томми Ллойда.
— Вам не кажется, что надо поставить цветы в центре стола? — спросила она.
— Более уместен был бы пучок лука-порея,
type="note" l:href="#note_5">[5]
— заметил Ксандр.
Томми Ллойд слегка улыбнулся. Он терпел Ксандра, но не любил его. Старый веллингтонец
type="note" l:href="#note_6">[6]
, со щеточкой седых усов, с такой прямой спиной, будто проглотил аршин, и манерой говорить четко, по-военному, он был следующим по иерархии после Массингэма. С приходом Гарэта он со своим носом в красных прожилках явно будет не у дел. За ним вошли отвечающий за производство Питер Хокинг, вселяющий столько же бодрости, как бутылка из-под тоника, и нервно стучащий своей вставной челюстью старый Гарри Сомервил. Хотя он был связал с компанией с шестнадцатилетнего возраста, до сих пор все к нему относились, как к мальчишке-посыльному.
Мало-помалу остальные места занимали руководители отделов с лицами, разгоряченными после обеда; они приветствовали меня далеко не с прежним энтузиазмом и совсем уж не так льстиво, как при моем отце.
Звучал бессвязный разговор о наших шансах выдержать испытание. Питер Хокинг надоедал Гарри Сомервилу с рецептом домашнего вина. Но в целом все были на удивление спокойны, посматривая на свои часы или на дверь.
— Когда все пропадает, Уэльс выручает, — сказал Ксандр. — Я чувствую себя так, как будто собираюсь преодолеть ниагарский водопад, сидя в бочке. У тебя нет сигареты? Мои кончились, кажется.
Я протянула ему сигарету, а открыв свою сумочку, воспользовалась возможностью попудрить нос и слегка подушиться. Моя рука так дрожала, что я плеснула слишком щедро. Запах «Мисс Диор» разлился по комнате, отвратительно смешавшись с запахом «Девонских фиалок».
— Не переживай, — сказал Ксандр. — Во всяком случае это заглушит запах запекшейся крови и разложившихся трупов.
Он был в странно приподнятом настроении. Новизна всегда импонировала ему. На его скулах выступили розовые пятна.
Ожидание становилось невыносимым. Воротнички рубашек вдруг стали всем тесны.
Мисс Биллингс, сидя во главе стола справа, постукивала по резинке, стягивающей листочки с ее свежими стенографическими записями. Когда зазвонил телефон, все подскочили.
Трубку взял Томми Ллойд.
— Они внизу? Хорошо. Несомненно, Рики их проводит. Мисс Биллингс, не будете ли вы так добры встретить их у лифта?
— Враг у ворот, — произнес Ксандр, продолжая рисовать в своем блокноте игроков в регби. — Варварские полчища наступают. Я полагаю, лучше всего нам не сопротивляться, а получить наслаждение.
В комнате раздался нервный смешок, который быстро стих, как только открылась дверь. Они вошли, словно великолепная четверка. Самодовольно улыбающийся с видом победителя Рики, Гарэт, а за ним огромный, широкоплечий, с фигурой борца человек в белом костюме. Шествие замыкала Аннабэл Смит. На ней был очень скромный черный костюм. Свои волосы, цвета конского каштана, она забрала в шиньон. Наступившая тишина была данью ее красоте. Я вдруг почувствовала себя в своем белом платье ужасно глупо, как впервые вышедшая в свет девушка, которую забыли под дождем.
Нетерпение и робость охватили меня, я даже не решалась взглянуть на Гарэта. На нем был светло-серый костюм и голубая рубашка с галстуком. Я никогда раньше не видела его одетым официально. Его крупное лицо, на котором почти не осталось следа от загара, выглядело озабоченным и усталым. Он даже не посмотрел в мою сторону.
Все сели, кроме Рики, который еще с минуту стоял, молча обводя взглядом присутствующих, словно собираясь открыть заседание парламента.
— Мне принести кофе сейчас? — суетливо спросила мисс Биллингс.
— Я не думаю, что это нужно, спасибо, — сказал он. — И не думаю, что ваше присутствие здесь необходимо, мисс Биллингс. Вести протокол будет миссис Смит.
С выражением яростного негодования, как кот, которого выкинули за дверь во время грозы, мисс Биллингс быстро удалилась. Я так и ждала, что она вот-вот появится, отчаянно мяукая, в окне.
Рики откашлялся.
— Господа, я хотел бы представить вам мистера Ллевелина, репутация которого вам безусловно известна. Он привел с собой свою «правую руку» — мистера Моргана, — огромный человек с фигурой борца кивнул нам всем, не улыбнувшись, — и своего очаровательного личного секретаря, миссис Смит, которой он во многом обязан своим успехом.
Миссис Смит одарила всех по очереди своей кошачьей улыбкой. Несколько лиц просветлело. Ножки миссис Смит гораздо больше способствовали бодрствованию во время заседаний, чем ноги мисс Биллингс.
— Хотя мистер Ллевелин только что, — продолжал Рики, — стал нашим новым, — он задумался, подыскивая нужное слово, — генеральным директором, у него, как вам известно, хватает других обязательств, так что мы не должны отнимать у него слишком много времени. Тем не менее, вот уже несколько недель он занимался тем, что проверял структуру «Сифорд-Бреннам», и сейчас он выступит с несколькими очень полезными предложениями, однако ни у кого никаких причин тревожиться, нет.
— А как насчет Хью Массингэма? — раздался невнятный голос Ксандра.
Все начали в ужасе оглядываться, как будто заговорил один из портретов. Наступило замешательство.
Ксандр аккуратно заштриховывал майку регбиста. Я не решалась даже взглянуть на Гарэта.
— Я как раз собирался об этом сказать, — проговорил Рики с легким раздражением в голосе. — Я знаю, как вы все переживаете смерть Хью. Как близкий личный друг и многолетний коллега я понимаю, как сильно мне будет недоставать его и выражаю глубокое сочувствие его жене и семье. Надеюсь, что большинство из вас придет на гражданскую панихиду пятого числа. В настоящее время, — продолжал он, с облегчением переходя к делам компании, — было жизненной необходимостью немедленно восстановить общественное доверие и предотвратить дальнейшее падение на фондовой бирже, поэтому мы пригласили в правление мистера Ллевелина.
Чтобы Ксандр не мог больше его перебить, Рики поспешно начал по кругу представлять всем Гарэта. Томми Ллойд, хотя и пожал руку, явно был настроен враждебно. Ни один из других руководителей отделов тоже не выглядел слишком любезно. Бедный Гарэт, совершенно очевидно его ждало не слишком легкое вхождение. Казалось, прошла целая вечность, пока очередь дошла до меня. Я была уверена, что вся комната слышала биение моего сердца.
— Ты знаком с Октавией, — произнес Рики.
Взгляд Гарэта остановился на мне. Он был жестким и суровым, безо всякого следа прежнего веселого цыганского озорства.
— Да, я знаком с Октавией, — мрачно сказал он. Суровый взгляд переместился на Ксандра.
— А это брат Октавии, мой зять Александр, — произнес Рики, как будто придавая Ксандру смелости высказываться.
Ксандр вскочил на ноги.
— Хайль Гитлер! — произнес он с вежливой улыбкой, икнул и сел.
— Ксандр! — взорвался Рики.
— Приветствуя мистера Ллевелина, — сказал старый Гарри Сомервил, и его кадык заходил в гневе, — я от имени всех присутствующих хочу выразить наше удовлетворение.
— Блин! — сказал Ксандр.
— Ксандр! — резко остановил его Рики. — Если ты не можешь держаться в рамках приличия, лучше убирайся!
Интуиция подсказывала мне тем не менее, что он был доволен тем, что Ксандр так себя вел, чтобы Гарэт увидел, с какой дерзостью Рики обычно имеет дело.
— Ну, я думаю, что это все, Гарэт, — сказал он, садясь.
Гарэт поднялся, все еще не улыбаясь, но с заметным облегчением. На секунду он взял блокнот, покрутил его машинально, а потом посмотрел вокруг, как дирижер, ожидающий всеобщего внимания.
— Я хотел начать с проверки структуры компании, — сказал он. — Как уже упомянул мистер Сифорд, я изучал ее в течение нескольких недель и пришел к выводу — и я буду резок — что вся ваша организация нуждается в перестройке сверху донизу, а некоторые сотрудники, особенно в верхах, должны будут перестать бездельничать.
Тут он подверг разгромной критике административную иерархию «Сифорд-Бреннан», распределение активов и текущее состояние дел, заставив всех ужаснуться. Томми Ллойд стал похож от ярости на свеклу, остальные присутствующие выглядели так, как будто позировали для плохой фотографии. Не было никакого сомнения в том, что Гарэт умел говорить. Он, как все выходцы из Уэльса, обладал даром красноречия, владел ораторским искусством и обладал магнетизмом. Может быть у всех вызывало возмущение то, что он говорил, но не слушать его было невозможно.
— Я созвал это совещание днем, потому что анализ показывает, что вряд ли вас можно собрать утром. Половина из вас считает, что вполне достаточно поработать час до обеда. Вас невозможно собрать до половины одиннадцатого или после пяти, не говоря о том, что все вы прохлаждаетесь по три часа днем в ресторане «Ритц».
Томми Ллойд поджал губы.
— Когда мы прохлаждаемся в «Ритце», как вы вежливо выразились, — сказал он холодно, — большинство дел компании уже сделано.
— Этого не скажешь по книгам заказов, — заметил Гарэт. — Вы должны осознать тот факт, что всем этим панибратским отношениям, приятельским похлопываниям по плечу за тройным мартини, пришел конец. Вы должны вставать на собственные ноги. Слишком уж вы привыкли полагаться на правительственные субсидии или солидные кредиты от материнской компании, а когда эти источники иссякают, вы вымогаете новые подачки.
Он обвел взглядом всех сидящих за столом.
— Когда каждый из вас был последний раз на производстве? — спросил он, неожиданно сменив тему.
Все смущенно заерзали.
— Мы поддерживаем постоянные телефонные контакты, — сказал Питер Хокинг своим басом.
— Этого недостаточно, — заявил Гарэт, стукнув рукой по столу так громко, что все подпрыгнули. — Я в этом убедился, побывав в последние несколько дней в Глазго, в Ковентри и Бредфорде. Положение ужасно. Ничего удивительного, что вам грозят забастовки.
— Ну, вам это лучше знать, — сказал окончательно взбешенный Томми Ллойд. — Я забыл, что вы один из представителей новой правящей элиты, у которых нет ни корней, ни обязательств.
— Вы считаете, что у меня нет никаких обязательств перед пятьюдесятью тысячами моих служащих? — перебил его Гарэт. — Да, я начинал на производстве, снизу, так что я знаю, что эти люди работают не только ради денег, но и потому, что у них есть рабочая гордость и потому, что те, на кого они работают, думают о них. Большинство из вас считает, что подарить служащему часы после пятидесяти лет тяжелой однообразной работы или устроить попойку на рождество, а потом забыть обо всех, достаточно. В моих компаниях, — продолжал он, при этом его валлийский акцент усилился, — мы держим всех в курсе происходящего. Мы придерживаемся политики участия служащих в делах компании. У нас на правлении обязательно присутствует представитель профсоюза. Все регулярно получают проекты планов компании. Люди чувствуют свою причастность. Любой служащий может задать вопрос руководству, ответ на который гарантирован.
Он был великолепен. Нет ничего прекраснее, как видеть человека, которого вы любите, в совершенно неожиданной роли. Мне хотелось бросить цветы и крикнуть «браво!».
Томми Ллойд насмешливо улыбнулся.
— Как мило с вашей стороны, мистер Ллевелин, давать нам советы, — произнес он. — Может быть, такая утопическая концепция годится для строительной промышленности, однако у меня совсем не сложилось впечатления, что вы разбираетесь в инженерном искусстве. Мы с успехом работаем на этом поприще свыше пятидесяти лет.
— В этом-то и проблема. «Сифорд-Бреннан» была первоклассной семейной компанией, но последние двадцать лет вы держитесь только на своей репутации.
— У нас самый лучший передовой научно-исследовательский отдел во всей стране, — все еще улыбаясь, язвительно произнес Томми Ллойд.
— В этом еще одна проблема, — ответил Гарэт. — Исследований множество, но ни одно из них не использовано. Два месяца назад я вернулся из зарубежной поездки, объездив весь мир. Компании «Браш» и «Бритиш электрикл» встречались повсюду, ваша нигде. Очень сожалею, но такова действительность.
Достав сигару, Томми Ллойд начал отламывать ее кончик.
Гарэт повернулся к Кенни Моргану, который протянул ему пару листочков.
— Кенни просмотрел ваши книги, — сказал Гарэт.
— Он не имел права, — заявил, побагровев, Томми Ллойд.
— По его расчетам, вы не получите прибыли и в следующем году, и уж безусловно не восемь миллионов фунтов, на которые вы рассчитывали. Это слишком много.
— Я расцениваю это, как грубое нарушение нашей конфиденциальности, — заявил Томми Ллойд, адресуясь непосредственно к Рики.
Не обращая на него внимания, Рики смотрел на Гарэта, который мягко продолжал.
— Между прочим, оценка Кенни еще и завышена. Все, что я хочу сказать, так это то, что вам нужна помощь в ведении вашего бизнеса. Я собираюсь сделать его таким, каким он никогда не был — эффективным. Вы должны выдерживать конкуренцию на мировом рынке: американцев, немцев, японцев, русских. В прошлом году я познакомился с некоторыми промышленными комплексами Сибири, на которые затрачены суммы, мизерные по сравнению с теми, которые вкладываем мы. Если кто-то и собирается бить русских их же собственным оружием, то отнюдь не компании, ограничивающиеся внутренним рынком. Кстати, ваши показатели на внутреннем рынке тоже не блещут, — добавил он. — Вы все знаете, что доля вашего участия скатилась с 15, 2% четыре года назад к 4% в настоящий момент.
Положив руки на стол и разглядывая свои пальцы, он помолчал.
— Итак, какой же выход? — спросил он, оглядывая всех.
Ксандр изобразил на своем рисунке решетку.
— Думаю, нам всем пора учиться чеканить шаг, — сказал он.
В зловещем молчании все снова устремили свои взгляды на Ксандра, на этот раз скорее с выражением раздражения, чем замешательства. На щеках Гарэта заходили желваки.
— Когда мне будет нужен комик, я приглашу профессионалов. Вы лично можете предложить какой-нибудь выход?
Ксандр, откинувшись, полюбовался своим произведением искусства.
— Вряд ли в данный момент, — ответил он и тихо икнул.
— Ну, тогда помолчите, — резко сказал Гарэт.
Он достал пачку сигарет. Ему протянули несколько зажигалок, на он воспользовался своей собственной и, глубоко затянувшись, отрывисто сказал:
— Чтобы исправить положение, Рики и я предлагаем вам следующие меры. Для начала «Сифорд Интернешнл» собирается списать в качестве своего убытка 15 миллионов фунтов долга и выдать вам новую ссуду в 10 миллионов на разработку новой программы и модернизацию производства. Второе. Выпускаемая продукция нуждается в более строгом тестировании. К сожалению, практически все, что было выпущено в последнее время, не отличается высокой надежностью. Третье. Я собираюсь отладить технологический процесс. Необходимо его ускорить. Количество желающих приобрести продукцию и ждущих своей очереди так велико, что покупатели вынуждены обращаться куда-то еще. Заменить двигатели основных узлов необходимо не позднее января. Производимое количество явно недостаточно. Поэтому вместо того, чтобы увольнять рабочих в Глазго и Бредфорде, мы собираемся ввести вторую смену. Ищущих работу достаточно. Дальнейшее зависит от вас, Томми. Это ваше детище.
Томми Ллойд побагровел, услышав, что его так фамильярно назвали по имени.
— Нам необходимо также совершенно пересмотреть географию экспорта, — продолжал Гарэт. — Потребность Ближнего Востока и Африки в продукции такого рода, как ваша, особенно в силовых станциях, гарантирует громадные заказы.
— Вы так говорите, как будто мы тут сидим со времен войны и плюем в потолок, — задыхаясь, проговорил Томми Ллойд. — Легко выступать с советами.
— Вот именно, — сказал Гарэт. — Так что давайте начнем действовать прямо завтра с утра. В течение последующих двух недель Кенни и я собираемся поговорить с каждым из вас в отдельности. Я не смогу быть здесь все время, но Кенни отводит себе по четыре дня в неделю. Кенни, — добавил он, повернувшись и глядя своему менеджеру прямо в помятое мрачное лицо. — Должен вас предупредить, намного строже, чем кажется.
В комнате продребезжал льстивый смешок.
Гарэт встал. Он казался спокойным, даже невозмутимым, но его левая рука с такой силой сжимала спинку стула, что я заметила, как побелели костяшки его пальцев.
— Я намерен работать с вами, — мягко сказал он, — но должен добавить, что считаю невозможным существовать или работать в напряженной атмосфере. Так что вы либо принимаете меня, либо нет.
Кажется, все, кроме Ксандра, который тупо смотрел в пространство, и мертвенно-бледного Томми Ллойда, безоговорочно приняли все условия.
С минуту Гарэт мрачно смотрел на всех и вдруг впервые неожиданно улыбнулся. Грубое тяжелое лицо сразу просветлело. Контраст был разительным. Все почувствовали, как напряжение буквально улетучилось из комнаты, словно разжались пальцы, державшие воздушный шарик.
— Я сожалею, что был так резок, но это вынужденная мера. Вы находитесь в катастрофическом положении, но, откровенно говоря, я бы не взялся за это дело, если бы не был уверен в том, что вы сможете справиться с ситуацией.
Когда он сел, послышался даже гул одобрения.
Рики поднялся. Удовлетворение так и брызгало из него, как сок из переспелой сливы.
— Спасибо, Гарэт. Уверен, что ты можешь рассчитывать на стопроцентную поддержку. Господа, я думаю, что на сегодня все.
Послышалось шарканье ног. Все потянулись гуськом.
— Я оставляю тебя, — сказал Рики. — Прими еще раз поздравления. Поговорим сегодня позже.
Мне до смерти хотелось сказать Гарэту, как он великолепен. Но Аннабел Смит меня опередила, заговорив приглушенным голосом и тепло улыбаясь ему. Хищная хладнокровная дрянь.
"О, пожалуйста, пусть он хотя бы скажет мне «до свидания», — молила я, направляясь к двери.
Гарэт обернулся.
— Мне надо поговорить с тобой, Александр и с тобой, Октавия, — коротко сказал он.
— О, Господи! — вздохнул Александр. — Я так и знал. Нам предстоит выслушать нотации или единственный выход — порка?




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Октавия - Купер Джилли



мне очень понравилась этот роман
Октавия - Купер Джилливиолетта
25.12.2010, 13.08





Роман не похож на другие.Очень интересный! Читаю не первый раз!
Октавия - Купер ДжиллиНаташа
25.08.2011, 2.05





Очень понравился.
Октавия - Купер ДжиллиАлиса
9.08.2012, 22.11





Нравится мне как пишет Джилли Купер и этот роман очень хорош на мой вкус.
Октавия - Купер ДжиллиДуся
24.06.2013, 20.07





Ничего так роман. Можно и почитать. Хотелось бы больше о герое.
Октавия - Купер ДжиллиТави
24.06.2013, 22.32





Очень классный роман! 10/10
Октавия - Купер ДжиллиНаталья
30.03.2014, 12.42





Это самый лучший роман который я когда либо читала.
Октавия - Купер ДжиллиЛена
4.09.2014, 8.51





Купилась на хвалебные отзывы. Но вот иногда читаешь и понимаешь, разговоры о купленных отзывах совсем не миф. Итак, ЕНТОТ шедевр смогла осилить лишь 10 глав и последние две страницы. Финал конечно предсказуем. Она конченная б..., но из баХатых. Путается только с богатеями и только с женатыми. Встречает помолвленного и решает отбить. ОН нувориш, которых когда то удачно хапнул, а теперь считает себя самым умным. За всех друзей решает как им жить и вообще ведет себя как быдло. Он ее осуждает, она в слезах, финал они любят друг друга. Муть не то слово. Начну с того, что где то после второй главы я поймала себя на том, что уж слишком сильно затянуто начало... оно затягивалось еще не одну главу после. Мерзкое поведение что от героини, что от героя. В общем знала бы не тратила свое время на этот псевдо шедевр.
Октавия - Купер ДжиллиВарёна
12.10.2014, 15.46





Ерунда.Полностью согласна с Варёной .
Октавия - Купер ДжиллиЕлена
4.11.2015, 18.29








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100