Читать онлайн Наездники, автора - Купер Джилли, Раздел - 46 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Наездники - Купер Джилли бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.29 (Голосов: 21)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Наездники - Купер Джилли - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Наездники - Купер Джилли - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Купер Джилли

Наездники

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

46

Следующие несколько дней были ужасными. Фен и Дино почти не разговаривали. Фен вставала до рассвета. Дино переменил свой распорядок дня. Он вставал, когда время завтрака уже было позади, и проводил вечера, занимаясь с лошадьми. В таком маленьком доме они никак не могли избежать встреч. Дино был вежлив, но сумрачен; он больше не занимался воспитанием Фен.
В пятницу утром Фен, Дино, Луис и Сара должны были встать в три тридцать утра, чтобы в четыре тридцать выезжать в Амстердам на состязания. В предшествующий четверг в Милл прибыли фотограф и репортер из «Санди Экспресс», чтобы взять у Фен интервью. Вечером ей пришлось пойти на ужин в «Савой», где ее назвали в числе кандидатов на «Первую спортивную персону года». Организаторы прислали за ней машину, которая после уина отвезет ее назад Уорвикшир, чтобы Фен смогла урвать три часа сна перед отъездом в Амстердам.
Репортер «Санди Экспресс» оказался обаятельным повесой средних лет. Он нашел Фен вликолепной и засыпал ее комплиментами, превознося до небес в надежде на возможную нескромность с ее стороны. После ланча, приготовленного Тори, фотограф сделал снимки Дездемоны и Маколея в странных ракурсах. Лошади все еще были толстоваты после шестинедельного отдыха. Потом он сфотографировал двор, дом и кухню, где Тори занималась готовкой, и Фен на фоне множества розочек.
– Я подумываю о том, чтобы нанять секретаря, который будет разбираться с письмами от поклонников, – сказала Фен. Она успела выпить три стакана вина за ланчем.
– Неудивительно, – сказал репортер «Экспрсса». – Все девочки Англии мечтают о том, чтобы стать такими, как вы.
– Ради всего святого надеюсь, что они ведут себя не так, как она, – раздался голос, и появился Дино – небритый, зевающий, с мешками под глазами. Он налил себе большую порцию виски.
– Это твой завтрак? – зло фыркнула Фен.
– Нет. На завтрак была первая порция, – сказал Дино. – Привет, – бросил он репортеру и ушел в направлении конюшни.
– Это Дино Ферранти? – спросил репортер, снова наполняя стакан Фен. – Эффектный парень, даже несмотря на щетину. Больше похож на рок-звезду. Ваш последний.?
– Ничего подобного, – рявкнула Фен. – Он работает с Джейком. Честно говоря, если бы мы с ним оказались вдвоем на необитаемом острове, я предпочла бы, чтобы ко мне подъезжали гориллы.
– И совершенно впустую, – сказал Дино, вновь входя в комнату. – Гориллы в основном гомики. Кто-нибудь видел последний еженедельник «Лошади и собаки»?
– Проклятье! Не подсушивай! – сказала Фен. – Пойдемте в гостиную, там нам не будут мешать.
Уже темнело, когда она проводила их. Снаружи уже ждал грузовик, заправленный бензином, водой и припасами для людей и мотора. Фен подумала, что пора поторопиться. Машина должна была захать за ней в пол-шестого. В кухне она обнаружила Дино, Тори и Сару, склонившихся над списком вещей, которые нужно взять в Амстердам. Фен глянула в свой блокнот для сообщений: звонили из ATV, из «Женского права», и Мелис Гордон. Берясь за телефон, Фен вдруг заметила, что ее бледнорозовый вязаный жакет из ангоры, котрый сушился на полотенце, весь покрыт черной шерстью.
– А, черт побери! – сказала она и бросила трубку на рычаг.
Тори встревоженно подняла голову.
– Что случилось?
– Мой розовый жакет. Он мне завтра нужен, а ты не могла уже не пускать к нему проклятых кошек!
Дино оторвался от бумаг с информаций о лошадях.
– Ну так уложи его заранее, – спокойно сказал он. – Тори приготовила ланч для твоих обожателей из прессы, за что у тебя даже не хватило воспитания ее поблагодарить. Она погладила все, что ы берем с собой завтра, и забрала все из чистки, и обеспечила нам еды на месяц. У нее не было времени сторожить твой бледнорозовый свитер, – он четко выделял слова, – от вторжения котов.
Фен потеряла терпение.
– Я пять месяцев работала как проклятая, занимаясь лошадьми в одиночку, а теперь на меня можно наплевать! – крикнула она и вырвалась из кухни. Через пять минут она вернулась. С волос ее капала вода.
– Кто пользовался моей сушилкой для волос?
– Я, – извиняющимся тоном сказала Тори. – Сушила волосы Дарклис.
– Ну так ты ее сожгла. И как я теперь должна сушить волосы?
– Почему бы тебе не сунуть голову в духовку? – сказал Дино. – Газ лучше не включать. Ты уже выросла из своих сапог по пятьсот фунтов каждый. Мы все знаем, что ты – английский гений верхового искусства и образец для подражания для всех девочек школьного возраста. И мы уже сыты этим по горло! Ты отлично знаешь, что не посмела бы так разоваривать с Тори, будь бы здесь Джейк!
– «Был бы»! – рявкнула Фен. – Правильно говорить «был бы»! – и она снова выбежала из кухни.
– О господи, – сказала огорченная Тори, глядя на последние оранжевые лучи заката. – О господи.
Фен была в таком бешенстве, что уехала в Лондон, ни с кем не попрощавшись. Она надела изысканное черное платье с открытой спиной, которое купила в Париже прошлым летом и ни разу не надевала, а к нему – черные туфли на высоких каблуках, черные чулки и кулон – подарок Дино. Когда она вошла в зал, где происходила предобеденная выпивка, битком набитый спортивными знаменитостями, коментаторами и журналистами – там были все, кого только можно себе вообразить – в ее сторону повернулись только несколько голов. Фен направилась погоорить с Дадли Диплоком, который стоял, прислонившись к камину, и предоставила обществу обозреть свою спину. Вырез на платье был таким низким, что платье чуть не расходилось. Когда Фен спустя пять минут обернулась, все пялились на нее. Это был один из тех вечеров, когда ее обаяние по-настоящему действовало – может быть, потому что от нее исходило какое-то распутное обещание, потому что она всей душой стремилась забыть Дино и все, что произошло дома.
– Что значит «Ф»? – спросил знаменитый теннисист.
– Фифочка с финтифлюшкой, – мило ответила Фен. – И это начертано изумрудами и жемчугом. Каждый может проверить самолично.
– Скажите это еще раз, – сказал теннисист, когда все рассмеялись.
Вскоре журналисты так и роились вокруг нее. Они пытались расспросить ее про Билли и Дино, но Фен отвечала, что она замужем за своей карьерой и не намерена разводиться. Она много выпила и с некоторым трудом добралась до обеденной залы, хотя идти было недалеко. Она обнаружила, что ее место за столом – между знаменитым футболистом, у которого были свтлые волосы с искусственной завивкой и искусственый же загар, а звали его Гарри, и олимпийским толкателем ядра, у которого мышцы рук грозили разорвать пиджак, а живот нависал над столом. Толкатель ядра, к общему восторгу, поднял Фен над головой, когда она пожаловалась, что ей не видно принцессу.
Поскольку многие из присутствующих были ограничены в своем рационе той или иной диетой, первой перменой блюд были ветчина и дыня. Футболист Гарри нашел это из ряда вон экстравагантным.
– У тебя есть приятель? – спросил он Фен.
– Нет.
– Понятно. Скачки как заменитель секса.
– Какое оригинальное мнение, – вежливо сказала Фен, делая из несъеденного рулета шарики и швыряя их в Дадли.
– Так оно и есть на самом деле. Странно, наездницы обычно и сами – как лошади, а ты нет.
– Что за чушь ты несешь, – сказал толкатель ядра.
– Почему бы тебе не поехать ко мне? – сказал футболист Гарри. – Жена сейчас у матери. Я тебе понравлюсь больше, чем лошади.
– Ты так думаешь? – спросила Фен.
Вдруг зала взорвалась фотовспышками. Фотографы сгрудились вокруг опоздавшего – высокого, загорелого, очень широкоплечего мужчины. На нем была грязня куртка, темносиня рубашка, джинсы и спортивные тапочки. Он был невероятно привлекателен грубой, естественной привлекательностью и явно не был смущен те, что единственный из присутствующих одет неподходяще для обеда. Самолет из Рима опоздал; у него не было времени переодеться.
При виде его толпа официанток, синхронно встрепенувшись, как в какой-нибудь музыкальной комди, чуть не выронили массивные продолговатые серебряные подносы с мясом, которое они разносили. Одна миловидная брюнетка была так зачарована, что положила толкателю ядра пять ломтей бифштекса, продолжая глязеть на новоприбывшего, словно в трансе. Другие наперебой рванулись в кухню, и через несколько секунд новоприбывшему со всех сторон протягивали подносы с ветчиной и дыней, общим чисолм шесть штук, а также большие стаканы с ромом и «Бакарди». Стаканы он выстроил перед собой в линию, хохоча без устали и демонстрируя прекрасные белые большие зубы с несколькими золотыми коронками. На густую черную шерсть у него на груди свисала золотая иконка со Святым Кристофером.
– Кто это? – спросил толкатель ядра.
– Энрико Манчини, – сказала Фен. – Самый быстрый человке на Земле.
– Да, ведет он себя именно так, – сказал Гарри с неодобрением. – Мне не нравятся гонщики. Задирают нос, кук будто это невесть что – ездить и ездить по кругу по той же самой дорожке.
Он выглядит грубее Руперта, подумала Фен, глядя как Энрико Манчини перебрасывается шутками с парой телекомментаторов, но делает все с той же самой уверенностью, что мир принадлежит ему. Теперь он быстро расправлялся с ветчиной, рыская вокруг взглядом в поисках девочек-милашек или закадычных приятелей.
– Отличный бифштекс, – сказала Фен. – И как им удатся так хорошо приготовить мясо в таких количествах.
Она сделала большой глоток красного вина и, глянув через стол на Энрико Манчини, обнаружили, что он смотрит на нее. О господи, да он на ней дырки взглядом просверлит. Фен торопливо отвела взгляд, а через пять секунд глянула снова. Он продолжал смотреть на нее невероятно пристально, из-за вазы с желтыми хризантемами. Бифштекс потерял для Фен всю свою привлекательность. Она снова хлебнула вина и поставила локоть на стол, но он сосклознул, словно смазаный жиром. Когда Фен опять посмотрела на Энрико Манчини, он отставил в сторону цветы и улыбался ей, лениво откинувшись на спинку стула. Затем он послал ей воздушный поцелуй. Фен зардлась и поймала себя на том, что улыбается в ответ.
– Ешь мясо, Фенелла, – сказал футболист, – иначе не попадешь в Лос Анджелес.
– Спасибо, я наеась, – сказала Фен, откладывая ножи вилку.
– Жалко, если пропадет, – замеитил толкатель ядра, накалывая ломтики бифштекса на вилку. Дадли Диплок нагнулся к Фен через стол, чтобы поболтать, и принялся рассказывать длинную историю про полковника Роксборо.
– Как замечательно, – сказала Фен через пять минут, когда ей стало ясно, что нужно что-нибудь ответить.
– Я говорил, что с ним случился удар, – сказал Дадли.
– О господи, прошу прощения. Я не расслышала. С кем?
– С полковником Роксборо. Но врачи говорят, что он выкарабкается.
Фен смотрела, как Энрико Манчини пишет записку на обороте карточки со своей фамилией, указывающей место за столом.
– По-моему, у тебя есть все шансы быть выбранной мисс вечера сегодня, – сказал Дадли.
– Какое несчастье для семьи, – отозвалась Фен, думая, что они продолжают обсуждать болезнь полковника Роксборо.
– Мисс вечера, Фен! Если так, то мы с тобой непременно должны будем поговорить перед камерой сразу после. Удачи.
– Спасибо, Дадли, – сказала Фен.
Ее стакан снова был полон, кто-то поставил перед ней еще один, с бренди, а брюнетка-официантка, с некоторым разочарованием, как показалось Фен, протягивала ей карточку.
На обороте карточки с имнем Энрико Манчини он написал: «Вы уйдете со мной после ужина?»
Фен подняла глаза. Энрико продолжал смотреть на нее с этой всезнающей, многозначительной, очень уверенной улыбкой. Он поднял бровь. Фен покачала головой, шепча одними губами:
– Не могу.
– Черный или белый, – сказала официантка.
– Белый, то есть нет, прошу прощения, я хотела сказать черный.
– Мне надо в туалет, – сказал футболист.
Фен отломила кисть замороженного винограда, завернула в бумажную салфтку и клала в сумочку, чтобы отвезти Дарклис и Ире, когда почувствоала, что кто-то провел теплой рукой вдоль ее спины, сладострастно ощупывая позвоночник.
– Нет такого слова «не могу», – произнес хрипловатый голос с итальянским акцентом и, повернувшись, Фен увидела Энрико, который занял место футблиста.
У него были глаза цвета черной патоки и невероятно чувственный рот. Интересно, подумала Фен со смешком, меняет ли он улыбку, как шины своего гоночного автомобиля, когда она стирается от частых поцелуев?
– Почему ты смеешься? – мягко спросил он. – Я не нахожу тебя смешной.
– Я тебя тоже, – запнулась Фен. – Я просто нервничаю.
– И правильно делаешь, – сказал Энрико. – Ты от меня не уйдешь. Я слишком долго за тобой охотился.
– Почти час, – сказала Фен, бросив взгляд на часы.
– Нет, нет. Я увидел тебя по телевизору в мае, в Риме, с Дездемоной, когда ты победила моего друга Пьетро Фратинелли. Его отец – мой механик. Потом ты упала с Маколея, и по этому поводу о тебе снова упоминали. Я сказал себе, что непременно должен встретиться с этой девушкой. Она не только красивая, она храбрая. Меня в женщинах больше привлекает храбрость, чем красота. Мы с тобой будем прекрасными партнерами в постели.
– Ты видел меня в Риме? – изумленно переспросила Фен.
– Ну да. Это единственная причина, почему я сегодня здесь. Мне сказали, что ты тут будешь. так что, пойдем?
– Не получится, – сказала Фен.
У него были такие черные брови, такие густые волосы, такое сильное и властное лицо. О небо, панически подумала Фен, как я могу не пойти с ним в постель?
– Почему нет?
– Ну, это как-то невежливо, уйти до речей и наград…
– Ты получишь от меня персональную награду, – сказал Энрико, глядя на ее грудь. – Гораздо лучшую, чем какой-то дурацкий приз.
– Кроме того, я должна уехать обратно в Уорвикшир в одиннадцать часов. Я выезжаю в Амстердам в четыре тридцать.
Энрико посмотрел на свои массивные электронные часы, нажал на пару кнопок.
– Сколько это миль?
– Больше ста двадцати.
– Ночью мне на это понадобится час и десять минут, не больше. Мы выедем из Лондона в три. Это дает нам четыре часа, если мы уйдем отсюда прямо сейчас. Немного, но вполне достаточно для первого раза, который должен быть кратким, страстным, изысканным и оставить любовников в нетерпеливом ожидании следующего.
К счастью, как раз раздался барабанный бой и было объявлено, что через две минуты произойдет вручение наград. Фен встала и нетвердой походкой направилась в туалет, чтобы привести себя в порядок. Вид у нее был совершенно растрепанный. Охваченная лихорадочным возбуждением, Фен вылила на себя пол-флакона «Диориссимо» и вернулась к столу, где обнаружила Гарри, скандалящего с Энрико из-за места. Фен рухнула на свой стул, и тут померк свет. Гарри, который был пьян еще больше Фен, увели. Он громко возмущался, на него со всех сторон шикали. Энрико налил Фен еще стакан вина.
– Что такое гедонизм? – спросила она у толкателя ядра.
– Понятия не имею.
– Я тоже. Но, кажется, я нахожусь именно в этом состоянии.
Она едва ли слышала хоть слово из речей. В их углу царил полумрак, и Фен чувствовала, как Энрико гладит ее по спине: уверенные, теплые руки с уплощенными мозолистыми пальцами. Понемножку, по миллиметру эти пальцы забрались под ее платье и подбирались к груди.
– Не надо.
– Надо, – сказал Энрико и, наклонившись стряхнуть пепел с сигары, навалился на Фен всем телом.
– Ой! – вскрикнула Фен, когда он укусил ее за плечо.
Теперь его свободная рука двигалась сверху вниз, скользнув между ее ягодицами. Включили свет, и Фен отпрянула в сторону. Принцесса под громовые аплодисменты представляла премию «лучшему мужчине года» среди спортсменов еще одному знаменитому футболисту, который говорил, что он «ну абсолютно вне себя от восторга, ну совершенно», и поднял приз над головой, как футбольный кубок.
Когда принцесса начала зачитывать женские номинации, Энрико принялся целовать Фен. Фен наслаждалась безумным сражением языков и чувствовала щетину на его щеках. У него был запах зверя. Он был как жеребец. Фен потеряа всякую осторожность и ответила на поцелуй. Рука Энрико была между ее ног. Фен чувствовала, что если бы снова не вспыхнул свет, он взял бы ее прямо здесь и сейчас, в этом темном углу.
Восторженные крики становились все громче. Кто-то похлопал Фен по плечу.
– Тебя назвали в номинации, – прошептал толкатель ядра.
– На х…! – рявкнул Энрико.
Фен отпрянула от него в последний миг перед тем, как луч прожектора нашел ее.
– Вернись сюда, – сказал Энрико.
В следующий миг зал взорвался криками, среди которых прорезался голос Дадли Диплока:
– Молодец, Фен! Отлично! Ты победила!
Казалось, все стремятся помочь ей выбраться из-за стола, пока она с лихорадочной быстротой поправляла платье и вытирала косметику, размазавшуюся по лицу.
– Она плачет, благословенное дитя! – сказала какая-то толстуха. – Ей всего восемнадцать, и она так невинна!
Фен с трудом взоралась на сцену и была подхвачена Дадли Диплоком.
– Привет. Поздравляю! – со смехом сказала принцесса.
Фен вцепилась в приз, который представлял собой серебряную ручку, пишущую что-то на серебряном листе. Наконец оглушительные приветственные крики смолкли. Фен взяла микрофон, глупо улыбаясь.
– Честное слово, я не ожидала! Даже передать не могу, какая это для меня радость. Огромное спасибо всем тем, кто пишет о спорте, за эту потрясающую награду. Это все благодаря лошадям. Мне просто достались хорошие лошади, а мой талантливый зять Лейк Джоуэлл… нет, я хотела сказать Льюк Джейалл, – Фен обескураженно развела руками, – прошу прощения, я немного не в себе. Это все волнение и ваше потрясающее гостеприимство.
Все засмеялись и зааплодировали.
Дадли вымогал у нее интервью, но она не могла думать ни о чем, кроме того, что вскоре окажется в постели с Энрико. Она видела, как он нетерпеливо барабанит пальцами по столу. Энрико не из тех мужчин, которых можно заставлять ждать долго.
Уходя со сцены, Фен хлопнула по плечу одного из работников Би-Би-Си.
– Вы не могил бы сказать водителю машины, которая должна отвезти меня обратно в Уорвикшир, что машина мне не понадобится?
– Конечно, крошка.
– Я позвоню домой, ладно? Они ждут меня к часу.
– Нет, – сказал Энрико.
Его квартира была вся в белых тонах, в пушистом ковре ноги тонули, как в луговых травах. Огромная белая софа и ряд зеркал на стенах. Повсюду были фотографии Энрико: Энрико, выигрывающий гонки; Энрико вместе с президентами и королями.
– Это маленькая квартира, – сказал он, делая приглушенное освещение. – В Риме у меня по-настоящему хорошие апартаменты.
В гостиной он снял с Фен платье, затем колготки и трусики. Потом направил на нее светильники, так что она сотню раз отразилась в зеркальных стенах, словно участница какой-то странной зазеркальной оргии. Фен пожелала, чтобы ее лицо не было таким розовым и обветренным в сравнении с ее белокожим гибким телом. В первый миг она прикрыла груди и лобок рукми, но на самом деле она была слишком пьяна, чтобы ее что-либо смущало.
– Я уже забыла, как это делается, – пробормотала она. – Давай сначала разогреемся, а?
Энрико встряхнул бутылку «Ме Шандон» и открыл, облив Фен с головы до ног. Подхватив Фен на руки, он отнес ее в спальню и там, на огромной овальной кровати очень медленно и тщательно слизал с нее каждую капельку, пока Фен не превратилась в извивающийся и стонущий клубок, преисполненный экстаза. О боже, подумала она, у него член размером с салями. Говорят уйму всякой всячины про то, что размеры мужского органа не играют особенной роли в сексе. Но когда мужчина столь щедро оделен, как Энрико, и так искусен, и так неотразимо привлекателен, а рассматриваемая девушка так же отлично смазана, как его гоночная машина, результат просто обязан быть экстатическим. Для Фен это был самый потрясающий час в ее жизни.
– Невероятно! – с трудом пробормотала она после всего.
Хен лениво посмотрела на часы возле кровати, такие же, как у нее.
– Господи, четверть третьего. Нам пора, – сказала она, вскакивая с кровати.
Энрико протянул руку.
– Останься со мной. Не езди в Амстердам.
– Не могу. Грузовик загружен. Билеты куплены. Я должна ехать.
Энрико перегнулся через кровать, поцеловал ее и провел рукой по ее телу.
– Примерный первоклассник, да? В следующий раз я согрешу с тобой, как с мальчиком.
– Не уверена, – пробормотала Фен, уворачиваясь. – Я непременно должна быть дома в четыре!
Дороги были пустынны. Фен еще сильнее потянуло к Энрико, когда она увидела, как он обращается со своим «феррари». Приглушенный рев мотора напоминал драконий рык. Скорость вовсе не казалась такой уж большой. Только когда они обогнали какого-то одинокого ночного ездока, Фен глянула на спидометр и увидела, что они мчатся со скоростью больше ста двадцати миль в час. Они не разговаривали. Рука Энрико лежала меж ее бедер.
Он спросил ее, сколько она пробудет в Амстердаме, и где она там остановится. Когда она вернется, он будет в Нью-Йорке, но потом он будет в Лондоне до последнего дня предолимпийских тренировок, когда приедет, чтобы посмотреть на ее выступление. Пусть она оставит ему билеты в администрации.
Он доставил ее домой к пяти минутам пятого; эот было бы четыре часа ровно, если бы они не остановились на пять минут на мосту. Ревел мотор. Энрико томно поцеловал ее на прощание, легонько трогая языком ее небо.
– Удачной поездки, дорогая, – сказал он, высаживая ее перед воротами.
Слава богу, что Джейк еще не вернулся, подумала Фен. Когда она поднималась вверх по тропинке, скрипя высокими каблуками по покрытой инеем траве, протяжно заухали совы. Сириус как раз скрывался в свое убежище за лугом Потта.
Во дворе царила суматоха. Сара, Луис и Таня накладывали лошадям предохранительные повязки, меняли подстилки. В грузовике Тори в последний раз перепроверяла все вещи по списку.
Фен назамеченной пробралась в кухню и нарвалась прямиком на Дино. На нем были те же джинсы, рубашка и свитер, что и когда Фен уходила. Он явно не спал и был совершенно белым от гнева.
– В каком аду тебя черти носили?!
– Я была не в аду, а как раз наоборот. – Фен поняла, что она все еще сердита на него. – Я как раз выясняла, что такое гедонизм. Ты прав, это гораздо лучше целомудрия.
Мгновение она думала, что он ее ударит.
– Какого хрена ты не позвонила? Мы все смотрели, как ты поулчаешь награду – дети, Тори, конюхи. Они все были в таком восторге, что приготовили шампанское, чтобы поздравить тебя, когда ты вернешься. Хотя судя по тому, как ты чуть не свалилась с лестницы, оно тебя было бы явно лишним. А потом ты исчезла. Ни ответа, ни привета. Даже не позаботилась сказать водителю, что тебе не понадобится машина.
– Я сказала! Я сказала человеку из Би-Би-Си.
– Наверное, ему так же на все наплевать, как тебе. Во всяком случае, он не передал сообщение. Никто в доме не спал. Мы даже не знали, грузить ли твоих лошадей. Чуть с ума не сошли от беспокойства.
Энрико тоже был без ума, мечтательно подумала Фен, но по другой причине.
Старинные настенные часы пробили четверть часа.
– Мы выезжаем через пятнадцать минут, – сказал Дино.
– Я буду готова. Не волнуйся.
В этот миг появилась Тори.
– Ох, Фен! Где ты была?
– Меня украли, – сказала Фен, легкомысленно взмахивая рукой. – Это было прекрасно. Прошу прощения, что я заставила вас волноваться.
Никогда еще ей так не хотелось завалиться в постель. Но Фен успела только молниеносно принять душ и переодеться, как под окном взревел мотор грузовика. Проклятье, Дино специально это делает, чтобы ее взбесить. Смахнув все, что было на туалетном столике и полочке в ванной, в сумку, и бросив серху медвежонка Лестера, Фен бросилась вниз по лестнице.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Наездники - Купер Джилли

Разделы:
126272829303132333435363738394041424344454647484950515253545556575859Эпилог

Ваши комментарии
к роману Наездники - Купер Джилли



Интересный роман. Но конец странный.
Наездники - Купер ДжиллиКэт
29.06.2015, 21.13





Интересный роман. Но конец странный.
Наездники - Купер ДжиллиКэт
29.06.2015, 21.13








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100