Читать онлайн Кэти Малхолланд Том 2, автора - Куксон Кэтрин, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Кэти Малхолланд Том 2 - Куксон Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.75 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Кэти Малхолланд Том 2 - Куксон Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Кэти Малхолланд Том 2 - Куксон Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Куксон Кэтрин

Кэти Малхолланд Том 2

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Оставалось два дня до Рождества. Все на улице было укутано толстым покровом снега, и мир за разукрашенными морозом окнами казался безмолвным и неподвижным. Вот уже несколько дней стояли сильные холода — но в доме было тепло и уютно. В каминах весело потрескивали поленья; пахло елкой и рождественской кухней.
Кэти сняла широкий белый передник, который прикрывал ее синее вельветовое платье, и повесила его в шкафчик под лестницей. Взглянув на свое отражение в зеркале над мраморным с позолотой столиком в зале, она поправила кружевной воротничок и манжеты платья и взбила локоны. Отойдя от зеркала, она медленным шагом направилась в свой кабинет.
Там она села за письменный стол и открыла потайной ящик, в котором лежало два письма. Достав одно из них, она перечитала его уже, наверное, в сотый раз за те десять дней, что прошли с тех пор, как она его получила.


«Дорогая Кэти, — писал Эндри. — Я приехал вчера. Кристин очень больна. Все мои дети, кроме сына, уже обзавелись семьями. Мне здесь очень непривычно, но все очень любезны со мной и делают все возможное, чтобы я не чувствовал себя неловко. Мне надо так много тебе рассказать, Кэти, что я не могу писать об этом в письме. Но ты и так должна чувствовать, как тоскует по тебе мое сердце.
Сегодня вечером отсюда отплывает корабль в ваши края. Я отдам это письмо капитану, и он передаст его тебе, как только приплывет в Шилдс. Не тревожься, любимая. Мой корабль уже взял свой курс, и нет такого ветра, который смог бы его изменить.
Я люблю тебя. Эндри».


«Мой корабль уже взял свой курс». С тех пор как она впервые прочла письмо, эта фраза не выходила у нее из головы. Что это за курс? Куда он его приведет? Может, этот курс уже привел его к жене и к детям, и он останется с ними? При этой мысли сердце Кэти болезненно сжалось. С каждым днем она чувствовала себя все более и более одинокой и несчастной.
А еще эта ужасная история с ее дочерью и молодым Розье. За эти недели мистеру Хевитту не удалось продвинуться ни на шаг. Бернард Розье оставил без ответа его первое письмо, в котором адвокат излагал суть дела, не ответил и на второе, в котором мистер Хевитт просил его о встрече. С точки зрения мистера Хевитта, молчание Бернарда Розье означало, что тот отказывается верить в столь нелепую ситуацию; с другой стороны, оно могло значить, что он не хочет признавать Сару как собственную дочь, поскольку история ее рождения была не из приятных. Мистер Хевитт подумывал о том, чтобы связаться с дамами, у которых воспитывалась Сара. Это было альтернативным решением — быть может, подойдя к делу с другой стороны, адвокат добьется того, чего не смог добиться через Бернарда Розье. И мистер Хевитт был прав — она обязана встретиться с мисс Анн и мисс Роз и сказать им, кто отец ребенка.
Но сейчас ей ничего не оставалось, как ждать. Вся ее жизнь превратилась в сплошное ожидание — она ждала вестей от Эндри, ждала известий от мистера Хевитта. Было еще что-то, чего она ждала, но она боялась признаться в этом тайном ожидании даже себе самой. Желание увидеть дочь было слишком болезненным, слишком сильным. Ей казалось, что, если она встретится хоть на минуту с Сарой, ее боль утихнет, чувство щемящего одиночества исчезнет, и тогда даже разрыв с Джо больше не будет иметь значения. При данном положении вещей встреча с дочерью вполне вероятна — возможно, ей самой придется поговорить с Сарой и рассказать ей всю правду. Несмотря на столь неприятную ситуацию, Кэти не могла не порадоваться при этой мысли.
Сложив письмо Эндри, и спрятав его в своем потайном ящике, она встала из-за стола и, выйдя из кабинета, направилась в гостиную. Она очень гордилась этой комнатой и ее ярким, элегантным убранством. В комнате стояла дорогая французская мебель, отделанная позолотой, пол был устлан пушистым светло-зеленым ковром, а на окнах висели малиновые парчовые шторы. Редко где можно увидеть такую красивую гостиную. Только сейчас вся эта красота не доставляла ей радости — какой смысл иметь красивую гостиную или красивый дом, если Эндри нет рядом? Без этого здоровенного громкоголосого капитана дом казался пустым и мертвым. Эндри все еще был очень привлекательным мужчиной, хоть ему и перевалило за пятьдесят. Впрочем, в ее глазах он всегда будет самым красивым и обаятельным мужчиной на свете, годы не имеют значения. С Эндри она впервые в жизни узнала, что такое любовь; Эндри помог ей забыть о горестях прошлого и научил ее верить в себя и ценить собственные достоинства. Эндри гордился и восхищался ею. Он так часто хвалил ее красоту, что, даже если бы она родилась некрасивой, она бы, наверное, превратилась в красавицу только от одних его похвал. Со вздохом она вышла из гостиной и направилась вверх по лестнице к Терезе.
Тереза, как обычно, полулежала на кушетке возле огня. Сегодня ее лицо было очень бледным, а в темных, глубоко посаженных глазах застыл нездоровый блеск. Взгляд Терезы был устремлен на дверь, словно она ждала ее прихода.
— Есть какие-нибудь новости? — спросила Тереза.
Кэти покачала головой.
— Новостей пока нет, но сегодня должны прийти два корабля из Норвегии. Может, он передаст письмо с одним из них.
— Да, он наверняка передаст тебе письмо, — Тереза кивнула. — Не волнуйся, Кэти. Знаешь, у меня такое предчувствие, что сегодня ты получишь какие-нибудь вести от него, и это будут хорошие вести.
— Будем надеяться, что ты права, Тереза, — Кэти сделала слабую попытку улыбнуться. Опустившись на стул, она спросила: — Ты хочешь, чтобы мы занялись чтением?
— О, Кэти! — Тереза мягко коснулась ее руки. — Тебе ведь не хочется заниматься сегодня чтением, не так ли?
— Я думаю, мне не помешает немного почитать. Это поможет мне отвлечься. Ужин уже готов, и мне нечем себя занять.
— И все-таки сегодня тебе лучше отдохнуть. Ты очень вымоталась за последнее время… Но, если ты не против, я хочу кое-что тебе показать. В одном из писем лорда Честерфилда мне попался на глаза смешной отрывок — думаю, тебя он тоже развеселит. Если ты не против, я прочту его тебе вслух. Или ты все-таки хочешь прочесть его сама?
— Нет, прочти лучше ты. У тебя это получится намного лучше, чем у меня.
— Это письмо было написано лордом Честерфилдом в Лондоне двенадцатого ноября одна тысяча семьсот пятидесятого года, более ста тридцати лет назад, — сказала Тереза, беря с тумбочки книгу. — Но в те времена, как и сейчас, люди тоже придавали большое значение манерам. Послушай, что он пишет своему сыну:


«Мне бы хотелось лишний раз напомнить тебе о правилах хорошего тона. Думаю, это не помешает, потому что, когда ты учился в школе, ты был самым неряшливым и невоспитанным мальчишкой в классе. Боюсь, ты еще не совсем избавился от дурной привычки ковырять в носу и в ушах на людях. Запомни: это верх невоспитанности и проявление неуважения к окружающим. Это вызывает у людей отвращение, граничащее с тошнотой. Мне самому становится тошно при виде человека, ковыряющего в носу. Если уж на то пошло, я бы предпочел смотреть, как он чешет задницу. Не забывай каждое утро мыть уши и сморкайся в носовой платок, когда это необходимо, — но ни в коем случае не смотри после этого на платок. Такая вещь, как хорошие манеры, может показаться тебе незначительной, но это неотъемлемая часть настоящего джентльмена, и без них невозможно завоевать уважение и симпатию окружающих. Когда ты находишься в обществе, наблюдай за тем, как ведут себя люди из высших кругов, и учись у них хорошему тону. Старайся копировать их манеры, их дикцию, даже их жесты и походку. С другой стороны, тебе не помешает понаблюдать и за людьми из низшего класса — таким образом, отталкиваясь от обратного, ты не станешь повторять их ошибки. Имей в виду: люди из простонародья могут говорить и делать те же самые вещи, что говорят и делают джентльмены, но это выглядит у них совсем иначе, и вся разница состоит в манерах».


Тереза подняла глаза от книги и посмотрела на Кэти, сидящую с отсутствующим видом.
— Но ты совсем меня не слушаешь, — мягко сказала она.
Кэти слегка вздрогнула от неожиданности.
— Нет, нет, я тебя слушаю. Лорд Честерфилд пишет о том, что… — Она на секунду умолкла, потом проговорила медленно и очень отчетливо: — Он пишет, что человек, когда ему необходимо высморкаться, должен пользоваться носовым платком.
Тереза засмеялась.
— Да, это ты правильно подметила, — со смехом сказала она. И тут же добавила, посерьезнев: — Я знаю, что у тебя на душе очень неспокойно, Кэти, но не тревожься, все будет хорошо. Ты мне поверишь, если я скажу, что мне тоже очень его не хватает?
Глаза Кэти повлажнели, и она с нежностью посмотрела на эту бледную хрупкую женщину, которая когда-то принесла ей столько бед и которая теперь была ее самой близкой подругой. Но, даже вспоминая о пережитых бедах, Кэти всегда отдавала себе отчет в том, что, не будь всех этих несчастий, ее судьба развивалась бы совсем иначе и она бы никогда не встретила Эндри. И если бы ей пришлось начать свою жизнь заново, она была готова снова пережить все выпавшие на ее долю горести и страдания, если этот путь снова приведет ее к нему.
До этого она никогда не обсуждала с Терезой Эндри. С тех пор как Тереза поселилась в их доме, между ними возникло нечто вроде молчаливой договоренности: если мисс Розье хотела оставаться у них, то должна была смириться с присутствием Эндри и относиться к нему с подобающим уважением. Этого было вполне достаточно, а какие чувства Тереза питает в душе к Эндри, было ее личным делом. Но сейчас Кэти, к своему собственному удивлению, спросила:
— Тебе нравится Энди?
— Я даже не могу выразить словами, как он мне нравится, Кэти, — просто и искренне ответила Тереза. — Помню, однажды ты сказала, что он хороший человек, но я не захотела тебе верить. Что ж, теперь я сама убедилась, какой он замечательный человек. Знаешь что? Если бы я должна была выбрать подходящего мужчину для тебя, я бы выбрала именно такого мужчину, как Эндри.
— Спасибо, Тереза, спасибо. Ты даже не можешь себе представить, как мне приятно это слышать.
Рука Кэти, следуя внезапному порыву, потянулась было к руке Терезы, но замерла в воздухе, когда снизу раздался знакомый звучный голос. На какое-то мгновение обе словно оцепенели, глядя друг на друга широко раскрытыми глазами. Потом Кэти схватила руки Терезы и крепко сжала их в порыве радости; через секунду она уже выбежала из комнаты и бросилась вниз навстречу Эндри, который, стоя у подножия лестницы, кричал:
— Где эта женщина? Где эта женщина? Где моя Кэти?
Перепрыгнув через несколько ступенек, она оказалась в его объятиях.
— О, Энди! Энди!
Их поцелуй был долгим и нежным. Потом, не разжимая объятий, они посмотрели друг на друга. Заметив Бетти, стоящую рядом, они рассмеялись, и Бетти засмеялась в ответ.
— О, капитан, я так рада видеть вас дома, — сказала она. — Вы, наверное, голодны?
— Я голоден, как стая волков, Бетти. Что у нас сегодня на ужин?
— Все, что угодно, капитан. Мы столько всего наготовили! Через минуту стол будет накрыт.
Широко улыбнувшись, Бетти поспешила на кухню.
— О, Энди, Энди, — повторяла Кэти, глядя на него так, словно еще не верила, что он в самом деле здесь.
Обняв ее за плечи, он направился вместе с ней в гостиную. Но на полпути остановился, вспомнив о Терезе и, повернувшись в сторону лестницы, крикнул:
— Эй, Тереза, как поживаешь? Я через минуту буду у тебя.
Войдя в гостиную, они плотно закрыли за собой дверь.
— Дай я повешу твое пальто, — сказала Кэти, потянувшись за пальто, которое он держал в руках.
— Оставь. Пальто подождет. Иди ко мне.
Он бросил пальто на диван и раскрыл объятия. И снова он долго и нежно целовал ее, а она все еще боялась поверить в свое счастье.
Они сели на диван, но Кэти не отрывала взгляда от лица Эндри.
— Я не могу поверить, что ты здесь, — сказала она, глядя в его синие, как море, глаза. — Я думала, что больше никогда тебя не увижу.
— Что?! — Он слегка отстранил ее от себя, чтобы лучше видеть ее лицо. — Неужели ты действительно думала, что я не вернусь к тебе?
— Да. — Она закрыла глаза и кивнула. — Да, я очень боялась, что ты не вернешься. Я думала, когда ты попадешь к себе на родину и увидишь своих близких, ты… ты больше не сможешь оттуда уехать.
— Значит, ты все еще не знаешь меня, Кэти, — спокойно сказал он. — После всех этих лет, что мы провели вместе, ты еще не узнала меня.
Она посмотрела на него широко раскрытыми полными радостных слез глазами.
— О, Энди, я знаю тебя. Я очень хорошо тебя знаю. Но семья, родственные узы… Я понимаю, как много это значит для человека, потому что сама тоскую по своим родным. — Она прижалась щекой к его плечу и глубоко вздохнула. — Как… как твоя жена? — спросила она не глядя на него.
Он некоторое время молчал, поглаживая ее руки, потом ответил:
— Она умерла через несколько часов после того, как я написал тебе письмо.
Кэти сидела неподвижно, но внутри у нее бушевал целый ураган чувств. Все желания, стремления, мечты, запрятанные в самой глубине ее существа, теперь вырвались наружу, и ее душа наполнилась ликованием. Энди свободен, повторяла себе она, испытывая при этом невероятное облегчение и радость. Она знала, что это значило: теперь они наконец смогут вступить в законный брак. А главное, теперь она может больше не бояться его потерять.
— Мне очень жаль, — тихо сказала она, стараясь не выдавать свою радость.
Он не ответил. Немного помолчав, она спросила:
— Твоя жена… она была в обиде на тебя?
— Нет, нет. Никаких обид, никаких обвинений. Напротив, она была очень добра и ласкова со мной. Честно говоря, мне бы стало легче, если бы она закатила мне сцену. Но, по-моему, она чувствовала себя виноватой передо мной, хотя, по логике вещей, виноватым должен был бы чувствовать себя я. — Он наклонил голову и заглянул ей в глаза. — Да, да, Кэти, я должен был бы чувствовать себя виноватым перед ней за то, что ушел от нее, но, как ни странно, я не испытывал никакой вины. Я ничего не могу с собой поделать, Кэти, я знаю, что поступил с ней плохо, но вовсе не раскаиваюсь в этом. Впрочем, разве я могу в чем-либо раскаиваться, когда у меня есть ты?
Он сказал это с почти детской простотой. Потом его лицо стало серьезным, и он продолжал:
— За день до ее смерти у нас с ней был долгий разговор. Ей захотелось рассказать мне о своих чувствах. Она сказала, что очень сожалеет о том, что не была мне хорошей женой. Она сказала, в том, что наш брак не удался, виновата она и только она, и что выходить замуж вообще было ошибкой с ее стороны, потому что она не создана для брака. Наверное, она права — есть женщины, из которых никогда не получаются хорошие жены, и, я думаю, она была одной из них. Таким женщинам вообще нельзя связывать свою жизнь с мужчиной. — Заметив ее слезы, он дотронулся кончиками пальцев до ее щек. — Не плачь, Кэти, не надо. Все это вовсе не так грустно, как кажется. Моя жена прожила вполне счастливую жизнь — она всегда жила так, как ей хотелось. И у нее были дети… Она очень любила наших детей. Знаешь, есть женщины, которым нужны дети, но вовсе не нужен мужчина. Кристин была замечательной матерью, но роль жены не для нее. Я думаю, она была бы рада, если б смогла зачать детей без участия мужчины. Для таких женщин, как она, непорочное зачатие было бы оптимальным решением.
Сказав это, Эндри улыбнулся, и серьезное выражение сошло с его лица. Но Кэти не улыбнулась в ответ на его улыбку.
— А как твои дети? — спросила она.
— Ах, дети… Знаешь, я всегда думал о них, как о детях, и почему-то не осознавал, что они уже давно превратились во взрослых мужчин и женщин… Тебе будет интересно узнать, что за последние годы я успел уже несколько раз стать дедушкой.
При этом сообщении у Кэти защемило сердце. Она подумала о том, что ее желание иметь детей от Энди так и не смогло осуществиться — а там, в Норвегии, у него были дети и даже внуки…
— Они были рады тебе? — спросила она.
— Мои дети? Нет.
Он сказал это абсолютно спокойным, почти холодным тоном, но она знала, что в глубине души он очень огорчен. Выпрямившись, она подняла голову и заглянула ему в лицо.
— Но почему, Энди?
— Я не знаю почему, Кэти. Может, они так и не смогли мне простить, что я ушел от их матери. Кристин не таила обиды на меня, зато мои дочери были глубоко оскорблены. По правде сказать, я ожидал, что все будет наоборот… Нет, они ни в чем не обвиняли меня вслух и обращались со мной очень вежливо — с той холодной вежливостью, с какой обращаются с посторонними. Но я видел по их глазам, что они считают меня злодеем, бросившим их мать. Они, наверное, были бы рады, если бы смогли упрекнуть меня в том, что я ушел от семьи, оставив их всех умирать с голоду. Но, если бы они жили в бедности, я бы никогда их не бросил. Как бы плохо они ко мне не относились, я бы остался с ними.
— А сын? Ты с ним встречался?
— Ах, сын! Да, я виделся с ним. Он тоже был очень холоден со мной вначале. Но перед самым моим отъездом он все-таки проникся ко мне теплым чувством. Он нашел меня уже в порту и спросил… Хочешь знать, о чем он меня спросил? — Эндри улыбнулся и слегка наклонился к Кэти. — Он спросил, может ли он навестить меня, когда будет в Англии.
— О, Энди, я так рада! А он похож на тебя?
— Да, он очень похож на меня, только он красивее.
— Этого не может быть, — она погладила его по щеке, улыбаясь. — Красивее тебя не бывает. — Немного помолчав, она спросила: — Твой сын тебе понравился?
Эндри посмотрел в сторону, задумчиво теребя бороду.
— На этот вопрос нелегко ответить. Странно, что ты спросила меня об этом, потому что я сам задаю себе этот вопрос. Не знаю, нравится он мне или нет. То есть да, он очень симпатичный молодой человек, но я почему-то не испытываю к нему тех чувств, какие отец должен испытывать к сыну. Хоть он и походит на меня внешне, он показался мне абсолютно чужим человеком. Характером он пошел в родителей моей жены.
— Это вполне естественно, Энди. Внуки часто походят на дедушек и бабушек. Кстати, родители твоей жены еще живы?
— О, эти двое никогда не умрут! Только они уже не так счастливы, как прежде, — они потеряли большую часть своего капитала и горько сожалеют об этом. Мой тесть несколько лет назад вложил большие деньги в одно невыгодное предприятие в Швеции и никак не может себе этого простить. Даже на похоронах Кристин он продолжал жаловаться на судьбу и оплакивать потерянные деньги… Ладно, хватит об этом говорить. Все это уже позади, а я теперь свободен и вернулся к моей Кэти. — Он серьезно посмотрел на нее. — Ты понимаешь, что это значит?
Она смотрела на него молча, не решаясь заговорить. Он взял ее за плечи и слегка встряхнул.
— Ты понимаешь, что это значит? — повторил он.
Она не могла сказать: «Это значит, что мы можем пожениться», — потому что эти слова должны были исходить от него. Он взял ее руку и поочередно погладил каждый ее палец от основания до ногтя.
— Я заметил, что ты никогда не носила колец, — задумчиво проговорил он.
Ее глаза заволокло слезами, и черты лица, склоненного над ней, расплылись и стали неясными.
— Ты согласна стать моей женой, Кэти?
— О, Энди, любимый…
Она заплакала, уткнувшись лицом в его шею.
— Это всего лишь формальность, — сказал он, гладя ее по волосам. — Мы с тобой муж и жена уже четырнадцать лет, и нет такого закона, который мог бы сблизить нас еще больше. Но все же я рад, что наш союз теперь можно узаконить, потому что мое имя будет для тебя дополнительной защитой. А я всегда хотел быть твоим защитником во всем.
Неожиданное возвращение Эндри и радость по поводу того, что она станет его законной женой и получит право носить имя миссис Фрэнкель и перед лицом закона, заставили Кэти на некоторое время забыть о «деликатном деле», как называл мистер Хевитт историю, касающуюся ее дочери и молодого Розье. Весь вечер и весь следующий день, который был кануном Рождества, она пребывала в состоянии полнейшего счастья, ни на минуту не расставаясь с Эндри, и только под вечер была вынуждена вспомнить об этой неразрешенной проблеме.
Они с Эндри развешивали рождественские украшения в гостиной, когда в комнату поспешно вошла Бетти и, прикрыв за собой дверь, сказала возбужденным шепотом:
— К вам пришли две леди, мадам. Они сказали, что должны срочно переговорить с вами.
Кэти стояла под люстрой, протягивая Эндри, взобравшемуся на маленькую стремянку, несколько веток омелы. Услышав о двух гостьях, она невольно вздрогнула.
— Что это за леди, Бетти? Ты пригласила их войти?
— Нет, я их еще не впускала. Они сказали, что их обеих зовут мисс Чапмэн. Но они не молодые девушки, а пожилые дамы.
Бетти не заметила, как Кэти переменилась в лице, услышав фамилию Чапмэн. Она была слишком возбуждена появлением столь элегантных дам, которые, судя по их внешнему виду, принадлежали к самым высоким кругам общества, и рада тому, что у Кэти завелись знакомые среди аристократии. Пусть соседи, которые не хотят признавать ее хозяйку, видят, с какими людьми та общается.
Кэти бросила быстрый взгляд в сторону Эндри, и он, в отличие от Бетти, заметил ее волнение. Он слез со стремянки и подошел к ней, но, вместо того чтобы спросить у нее, в чем дело, обратился к Бетти.
— Проведи этих леди сюда, Бетти, — сказал он.
— Нет, нет, я… — Кэти нервно облизала губы. — Я хочу сказать, я лучше приму их в маленькой гостиной.
— Маленькая гостиная завалена свертками с подарками, и там стоит мой чемодан. Дамам будет негде сесть, — возразил Эндри. — Ты знаешь этих дам, Кэти?
Он сказал это таким тоном, что она не могла понять, спрашивает ли он или констатирует факт. Она лишь однажды упомянула имя Чапмэн в разговоре с ним, в тот вечер, когда рассказала ему историю рождения своей дочери. Возможно ли, что он его запомнил?
— Пригласи этих дам войти, Бетти, — сказал Эндри. — И извинись перед ними за то, что заставила их ждать. Только сначала убери отсюда эту лестницу.
Он взял одной рукой стремянку и протянул ее Бетти. Когда Бетти вышла из комнаты, он повернулся к Кэти и шепотом спросил:
— Ты не ждала их сегодня?
— Нет, нет, я не знала, что они придут.
— Что ж, это не имеет значения. Ты выглядишь прекрасно.
— Энди, — она последовала за ним к камину. — Эти дамы, мисс Чапмэн, они…
Он взял ее руку и крепко сжал в своих.
— Да, да, я знаю. Но, даже если бы я не запомнил их имени, я бы все равно догадался по твоему лицу. Твое лицо выдает все твои чувства, Кэти… Тихо! Они идут.
Дверь отворилась, и Бетти, отступив в сторону, объявила:
— Мисс Чапмэн, мадам.
Кэти шагнула навстречу двум женщинам. Сначала она посмотрела на ту из них, что была повыше, мисс Анн, и заметила, как сильно она постарела. Но мисс Роз, в отличие от сестры, почти не изменилась с тех пор, как они виделись в последний раз. По лицам дам она поняла, что перемены, происшедшие в ней, поразили их. Они разглядывали ее с таким удивлением, словно не могли поверить, что перед ними та самая Кэти Малхолланд, которую они знали восемнадцать лет назад.
— Добрый вечер, мисс Чапмэн, — Кэти кивнула поочередно обеим дамам. — Знакомьтесь, это мой муж, капитан Фрэнкель.
Эндри и две гостьи обменялись вежливыми кивками.
— Пожалуйста, присаживайтесь, — пригласила Кэти.
Едва они успели сесть, как мисс Анн заговорила, сразу же переходя к делу.
— Вы знаете, почему мы здесь, миссис Бан… миссис Фрэнкель, — сказала она, обращаясь только к Кэти. Откашлявшись, она добавила: — Мы не могли не прийти.
Кэти ничего не ответила, и тогда в разговор вмешалась мисс Роз.
— То, что случилось, просто ужасно, — сказала она с едва сдерживаемым раздражением. — Ужасно, — повторила она, поворачиваясь к сестре.
— Да, да, ужасно, — подтвердила мисс Анн.
— Если бы вы сказали нам всю правду с самого начала, — продолжала мисс Роз, подавшись вперед на стуле и с укоризной глядя на Кэти, — ничего подобного бы не случилось. Никогда. Вот к чему это приводит, когда говорят полуправду.
Кэти моргнула и посмотрела на Эндри, потом снова перевела взгляд на мисс Роз.
— Я не понимаю, что вы подразумеваете под полуправдой, — сказала она, надеясь, что ее голос звучит достаточно твердо.
— О нет, вы прекрасно меня поняли, миссис Бан… Фрэнкель. Вы заставили нас поверить, что отцом ребенка был ваш муж.
— Неправда, — Кэти резко встала на ноги. — Я никогда вам этого не говорила.
— Но вы заставили нас в это поверить. — Мисс Анн говорила недружелюбно, но все же мягче, чем сестра. — Вы оставили нам свидетельство о рождении. В нем Сара зарегистрирована под фамилией Бантинг.
Кэти снова взглянула на Эндри, который без особой симпатии смотрел на сестер Чапмэн, потом повернулась к гостьям.
— Да, это правда, в ее свидетельстве о рождении значится фамилия Бантинг, — согласилась она. — Но я не думала, что для вас может иметь какое-то значение, кто был отцом Сары, и не видела необходимости посвящать вас во все подробности… Вы хотели получить мою дочь — и вы получили ее. — Она склонилась к мисс Роз и с горечью продолжала: — Вы сходили с ума по ней. Вы решили заполучить ее любой ценой. Вы не успокоились, пока не забрали ее у меня и не убедили меня уехать. А на тот случай, если бы мне вдруг вздумалось вернуться, чтобы повидаться с дочерью, вы сами тоже переехали жить в другое место. Скажите, разве бы для вас что-нибудь изменилось, если б вы узнали, что отцом ребенка был не мой покойный муж, а другой мужчина?
Дамы переглянулись.
— Да, я думаю, кое-что бы изменилось, — ответила мисс Анн чопорным тоном, который полностью соответствовал выражению ее лица. — Мы были близко знакомы с семьей Розье и прекрасно знали, что представляет собой молодой мистер Бернард. Мы бы могли и пересмотреть наше решение взять девочку на воспитание. Но, даже если бы мы все равно ее удочерили, мы бы приняли к сведению, кто ее настоящий отец, и никогда бы не допустили ее сближения с мистером Дэниелом. Уверяю вас, мы бы пресекли на корню их знакомство.
Когда было произнесено имя Розье, Кэти словно оцепенела. Она все так же стояла спиной к Эндри, но чувствовала, что тот смотрит на нее. В течение стольких лет она тщательно скрывала от него имя своего обидчика, — и вот теперь Эндри узнал наконец-то, что всегда хотел узнать. При мысли о том, что Эндри решит отомстить за нее Бернарду Розье, ею овладел панический страх.
— Ситуация просто ужасна, — сказала мисс Роз. — Мы сделали все, что было в наших силах, но это не помогло. Мы думаем, без вашего вмешательства здесь не обойтись.
— Мое вмешательство? — голос Кэти дрогнул. — Вы хотите сказать, я должна встретиться с дочерью и сама объяснить ей все?
— Нет, нет, ни в коем случае, — мисс Роз резко встала и распрямила свои хрупкие плечи. — Вы ни в коем случае не должны с ней встречаться. Мы имели в виду не это.
— А почему бы и нет? Почему я не могу встретиться со своей дочерью? — с вызовом спросила Кэти.
— Потому что мы этого не допустим, — твердо сказала мисс Роз. — Мы обговорили с вами все условия еще вначале. Вы разрешили нам удочерить вашего ребенка и пообещали, что никогда не будете искать с ним встречи.
— А что, если я не сдержу обещание?
Этот вопрос застал сестер Чапмэн врасплох. На какую-то минуту они, казалось, лишились дара речи. Потом мисс Анн тоже поднялась со стула и приблизилась к Кэти.
— Вы ведь… вы ведь не станете этого делать, не так ли? — неуверенно проговорила она. — Разве вы хотите причинять вашей дочери боль? А она будет очень расстроена, если узнает, что ее мать — женщина со стороны.
— Женщина со стороны? — недоуменно переспросила Кэти.
— Я хочу сказать… — Мисс Анн с секунду поколебалась, прежде чем продолжать. — Понимаете, она думает, что приходится нам родной племянницей. Мы сказали ей, что ее матерью была наша младшая сестра, которая умерла, когда Сара была еще младенцем.
Кэти не раз задумывалась: что же известно Саре о ее матери? Ведь еще в ранние годы девочка должна была поинтересоваться, кто ее мать, и мисс Чапмэн должны были что-то ответить на ее расспросы. Она бы никогда не подумала, что они скажут ей, что ее мать умерла, и выдадут себя за ее родных тетушек. Значит, Сара считала свою мать умершей? При этой мысли на душе у Кэти стало очень пусто, и новое, неведомое ей дотоле чувство одиночества овладело ею. Она была мертва для своей дочери; Сара никогда не думала о ней как о живой.
На какую-то минуту она даже забыла о том, что у нее есть Энди — забыла, что она теперь состоятельная женщина, занимающая определенное положение в обществе. Сейчас она снова превратилась в ту бедную отчаявшуюся девушку, которую нужда заставила отдать своего ребенка чужим людям… Но в следующее мгновение она почувствовала, что Эндри стоит рядом с ней, и вспомнила, что она не одинока. Она повернулась к нему и посмотрела на него с благодарностью.
— Что вы хотите от моей жены? — холодным тоном осведомился Эндри, обращаясь к двум дамам.
— О, мы… — Мисс Анн поджала губы, оскорбленная резкостью капитана. — Мы подумали, что она могла бы встретиться с мистером Розье… я имею в виду Розье-старшего, и… и объяснить ему, как обстоят дела, а он в свою очередь поговорил бы со своим…
— Нет! Нет! Никогда! Я ни за что не пойду к нему. — Кэти стояла очень прямо, и выражение ее лица было жестким. Она говорила громко, и ее интонация была почти грубой. Гостьи, уже успевшие привыкнуть к ее манерам светской дамы, были удивлены этим срывом. — Я не пойду к нему, слышите? Не пойду! Вбейте это себе в головы. Что бы ни случилось, я не стану встречаться с ним. Я ни за что на свете не стану с ним…
Она замолчала, когда пальцы Эндри мягко сжали ее локоть, и прерывисто вздохнула.
— Вы слышали, что сказала моя жена. Она не станет встречаться с этим человеком.
— Но… но этому надо каким-то образом положить конец, вы так не считаете? — язвительным тоном заявила мисс Роз, поднимая глаза на Эндри. — Я думаю, вы понимаете, что Сара и этот молодой человек приходятся друг другу братом и сестрой по отцу. Это будет грехом перед Господом.
— Брат и сестра по отцу, — медленно повторил Эндри, пытаясь уяснить для себя смысл этих слов. — Насколько я понял, Сара встречается с сыном этого Розье?
— Да, да. Именно поэтому мы так обеспокоены, — тон мисс Роз немного смягчился. — Это продолжается уже долгое время, и мы не знаем, как далеко зашли их отношения. Конечно, мы всегда старались держать ее под присмотром, но несколько раз она одна гостила у Спенсеров, — это наши близкие друзья, — а молодой мистер Розье часто бывал в их доме. Тогда это происходило без нашего ведома. Она сказала нам о нем только пару месяцев назад.
— Вы уже объяснили ей, что с этим молодым человеком ее связывает кровное родство? — спросил Эндри.
— Нет, что вы! — ответили в один голос сестры.
Потом мисс Анн добавила:
— Это было бы для нее ужасным потрясением, и нам бы хотелось этого избежать. Впрочем, мы и раньше не одобряли ее дружбы с этим молодым человеком. Мы знаем семью Розье, и… и мы не слишком высокого мнения о ней.
— Вы думали о том, чтобы самим встретиться с молодым Розье?
Обе дамы пристыжено опустили глаза.
— Должна вам признаться, что мы… мы ездили к мистеру Розье вчера, — ответила мисс Анн. — Но нам не удалось встретиться с мистером Дэниелом, мы видели только его отца. Это… это была не очень приятная встреча.
— Понятно, — Эндри медленно кивнул.
— Он отказался что-либо предпринимать, чтобы положить конец их отношениям, — мисс Анн говорила почти шепотом. — Он очень грубый, невоспитанный человек. Да, да, он ужасный человек.
Эндри посмотрел на Кэти, которая стояла с закрытыми глазами. Он покрепче сжал ее локоть и снова повернулся к двум дамам.
— И вы хотите, чтобы моя жена встречалась с этим грубияном? — осведомился он.
— Мы считаем, что она обязана это сделать, — сказала мисс Роз, немного помолчав. — Это ее долг.
— Ах, вы думаете, это ее долг? — Эндри перевел взгляд с одной дамы на другую. — Скажите, сколько лет ее дочь прожила с вами? — Не ожидая ответа, он быстро подсчитал в уме: — Восемнадцать лет, дорогие леди. И вы считаете, что после всех этих лет моя жена еще имеет какие-то обязательства по отношению к ней — или по отношению к вам?
— Но ведь обстоятельства весьма необычны, мистер Фрэнкель, — заметила мисс Анн.
— Капитан Фрэнкель, — поправил ее он.
— Капитан Фрэнкель.
— В этом я с вами согласен, мадам. Обстоятельства очень необычны.
— Я умру, если с ней случится что-то дурное, — голос мисс Роз сорвался, и она закончила шепотом: — Я хочу сказать, если она выйдет замуж за Дэниела Розье, я этого не переживу.
— В таком случае, мадам, вам следует подготовить себя к тому, что, быть может, вам придется распрощаться с этой жизнью, — спокойно заключил Эндри.
Обе дамы поджали губы и неодобрительно взглянули на этого крупного бородатого мужчину, который позволял себе разговаривать с ними в подобном тоне.
— Существует много различных видов смерти, уважаемые леди, — продолжал он. — Моя жена много раз умирала в течение этих лет, оплакивая потерю дочери. Если вас интересует мое мнение насчет этой истории с удочерением Сары, я думаю, вы не просто уговорили ее отдать вам ребенка, а давили на нее всеми возможными и невозможными способами, пользуясь ее тяжелым положением. Она была бедна, и у нее на руках была больная мать и слабоумная сестра. Все это сыграло в вашу пользу.
— Сэр! — хором воскликнули дамы.
— Да? — спокойно отозвался Эндри.
— Мы… мы воспитали ее как настоящую леди, — сказала мисс Анн. — Мы дали ей все, чего она только могла пожелать.
— Все, кроме матери.
Сестры Чапмэн с нескрываемой злобой посмотрели на Эндри.
— Значит, вы не собираетесь ничего предпринимать? — суровым тоном осведомилась мисс Анн, поворачиваясь к Кэти.
— А что я могу предпринять, если вы не позволяете мне встретиться с дочерью и рассказать ей всю правду? — голос Кэти звучал глухо. — Того, о чем вы меня просите, я никогда не сделаю, — добавила она.
— Вы могли бы встретиться с молодым мистером Розье, если не хотите встречаться с его отцом, — вставила мисс Роз.
Кэти посмотрела на маленькую хрупкую женщину с несколько увядшим, но все еще миловидным лицом, стоящую перед ней.
— Но почему вы сами не можете с ним встретиться? — спокойно спросила она.
— Потому что… мне кажется, это будет выглядеть более естественно, если объяснение будет исходить от вас, — ответила мисс Роз. — Вы ее мать, и вам он наверняка поверит. Я уверена, если он узнает о кровном родстве, связывающем его с Сарой, он сам прекратит отношения с ней. В конце концов, он джентльмен и должен понимать, что это недопустимо. Таким образом, нам не придется посвящать во все это Сару.
Странный звук, похожий на смех, заставил обеих дам обернуться и посмотреть на Эндри. Но на его лице не было и тени улыбки — оно было мрачным, почти угрожающим. Отойдя от Кэти, он медленно прошел мимо них и, встав на середину комнаты, широким движением руки указал на дверь.
— Мне очень жаль, уважаемые леди, но я вынужден попросить вас уйти, — сказал он. — Если моя жена примет какое-либо решение, касающееся ее возможных действий, вы, несомненно, будете об этом уведомлены.
Он выговаривал слова медленно и отчетливо. Его тон был вежлив, но выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Мисс Анн протестующе подняла руку.
— Но, капитан Фрэнкель… — начала было она, но не договорила. Бросив быстрый взгляд на сестру, она направилась к двери.
Но мисс Роз не сдвинулась с места.
— Вы не можете этого допустить! — воскликнула она, поворачиваясь к Кэти. — Это ужасно, это большой грех. Ведь они наполовину брат и сестра!
Кэти пристально посмотрела на нее.
— Тогда почему вы не скажете ей об этом? Это было бы самым простым выходом.
— Я не могу, не могу. — Лицо мисс Роз сморщилось, и ее губы задрожали. — Она все, что у нас есть. Она думает, что мы ее родственницы, что в ее жилах течет наша кровь, и она гордится этим. Ее всегда интересовала наша родословная, наши предки. Она знает очень много об истории нашей семьи и гордится ею. Если она узнает, что она нам чужая, это будет для нее жестоким ударом. Тогда она почувствует, что на самом деле не принадлежит нам, и это навсегда ее изменит. Это может ее сломать. С другой стороны, — мисс Роз понизила голос и опустила глаза, — мы сами этого не вынесем, если потеряем ее. Я… я посвятила ей всю свою жизнь. Она была моей единственной радостью, и когда я смотрю в прошлое, то не могу припомнить и дня, чтобы ее не было рядом.
— Я прожила без нее восемнадцать лет, — сказала Кэти.
После этого наступило продолжительное молчание. Наконец Эндри, снова сделав жест в сторону двери, сказал:
— Прошу вас, мадам.
Мисс Роз, вздохнув, присоединилась к сестре, ожидающей ее на пороге, и обе вышли из комнаты. Эндри последовал за ними и проводил их до самых дверей.
Вернувшись в гостиную, он медленно подошел к Кэти и взял ее руки в свои.
— Когда ты об этом узнала? — тихо спросил он.
— Сразу… почти сразу после того, как ты уехал в Норвегию.
— Но почему ты скрыла это от меня?
— Я… я не хотела, чтобы ты узнал его имя. Я всегда боялась, что ты узнаешь его имя.
Он не стал спрашивать, чего именно она боялась. Это он и так прекрасно знал — так же, как знал, что ее опасения вполне оправданны. Его никогда не оставляло желание отомстить ее обидчику. Обняв ее за плечи, он подвел ее к дивану. Когда они сели, он еще крепче прижал ее к себе, чувствуя, как лихорадочная дрожь сотрясает ее тело.
— Что мне делать, Энди? — спросила она через некоторое время.
— Я думаю, тебе лучше пока ничего не предпринимать, — спокойно ответил он. — Давай немного подождем и посмотрим, как будут развиваться события. Может, все разрешится само собой. Жизнь устроена так, что ничто не стоит на месте, и некоторые проблемы со временем разрешаются естественным путем. В любом случае сейчас канун Рождества и вряд ли ты сможешь что-либо предпринять, пока не закончатся новогодние праздники. А я буду всегда с тобой, и никто больше не посмеет причинить тебе зло. — Он наклонился к ней и приблизил лицо к ее лицу. — Запомни: ты теперь не Кэти Малхолланд, а миссис Фрэнкель, и не родился еще тот человек, который посмел бы обидеть миссис Фрэнкель. Для меня ты всегда была миссис Фрэнкель, но теперь ты станешь моей женой и в глазах окружающих. На следующей неделе мы зарегистрируем наш брак, и ты будешь носить мое имя и перед лицом закона. Ты станешь миссис Кэти Фрэнкель. Теперь тебе нечего бояться.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Кэти Малхолланд Том 2 - Куксон Кэтрин



очень интересный и познавательный роман. В очередной раз убеждает, что надо жить своей жизнью и не лезть в чужую. Не зря говорят,что благими намерениями вымощена дорога в ад,а также что всё возвращается на круги своя. Эта идея присутствует во многих романах автора.
Кэти Малхолланд Том 2 - Куксон КэтринТатьяна
16.09.2014, 19.21








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100